ModernLib.Net

ModernLib.Net / Sonew Sonew / - (. 1)
: Sonew Sonew
:

 

 


SoNew


Писания про Юного мага

Клайд считал, что ему здорово повезло. Не всякому доведется вот так, запросто, буквально с улицы устроиться к гному. Гномы, они известные перестраховщики: сперва с тебя десять рекомендательных бумажек спросят, потом в залог еще что-нибудь возьмут. Если ты, кончно, не супер-пупер крутой маг, настолько крутой, что на тебе это можно большими буквами прочитать: в блеске эльфийской бижутерии, в бархатистых складках мантии из неведомого материала, в таинственном свечении оружия - не воинского, магического.

Глава 1. Все только начинается.

Клайд считал, что ему здорово повезло. Не всякому доведется вот так, запросто, буквально с улицы устроиться к гному. Гномы, они известные перестраховщики: сперва с тебя десять рекомендательных бумажек спросят, потом в залог еще что-нибудь возьмут. Если ты, кончно, не супер-пупер крутой маг, настолько крутой, что на тебе это можно большими буквами прочитать: в блеске эльфийской бижутерии, в бархатистых складках мантии из неведомого материала, в таинственном свечении оружия - не воинского, магического.

А мальчишка, удравший с родного острова, так и не закончив Школу Магии, гному нужен только разве что магические заряды для боевого топора носить. Так что повезло Клайду, очень повезло! Можно сказать, мечта сбылась! Но путь к ней был непрост…

Сколько Клайд себя помнит, он всегда просыпался от воя волков за рекой. Маленький он пугался, тем более что старшие ребята в спальне для мальчиков Школы Магии обожали рассказывать на ночь «правдивые истории про магов», ну до того жуткие, что хотелось заползти под подушку и не слушать. Но интересные настолько, что не то что ползти куда-то, пошевелиться было невозможно из-за боязни пропустить хоть слово. Иногда во время этих вечерних рассказов Клайд жалел, что он попал в Школу. Видите ли у него обнаружили способности к магии! Ну и что! А не проезжай через их хуторок маг-бродяга, и не обнаружили бы. Жил бы дома, страха не знал бы. Неужели другим не страшно? Ведь то, что в этих историях происходит, ожидает в будущем всех их. Правда, прежней жизни дома он почти не помнил - мал был.

Конечно, на хуторе было не весело. За ограду его тогда не выпускали, но в щель забора он постоянно видел, как что-то двигалось снаружи. Что-то жуткое, живое. Отец успокаивал его и маму: «У нас тут они не бросучие, просто бродят везде! Вы только их не трогайте.» Сам-то он уходил с утра куда-то в лес, на охоту, потому что от его добычи в основном зависело их благополучие, а они с мамой оставались дома, редко выходя во двор и стараясь не приближаться к самым ветхим участкам забора. Мама всю жизнь до замужества прожила в городе и привыкла к безопасности городских стен. А тут такое…

А еще их дом был серый, давно не крашеный - отец боялся, что яркая краска привлечет «бросучих» тварей. Агрессивных, как учат в Школе.

Отец пытался отвлечь маму от ее страхов, привозил ей разные саженцы, так что вскоре у них возле дома вырос замечательный сад. И огородом, конечно, тоже мама занималась, а Клайд помогал ей изо всех силенок. Но только мама никак не успокаивалась, сколько отец не утешал ее, и сходила с ума от страха за Клайда, а потом и за его маленькую сестричку. Поэтому когда она только услышала про Школу Магии, сразу дала свое согласие. Весь вечер перед его отъездом она переспрашивала мага: «А там точно безопасно? Их там ведь охраняют?».

Знала бы она, на что сыночка обрекает… Впрочем, в школе все было не так плохо. Не идеально, но Клайд привык. Никто учеников не охранял, это стало ясно сразу, как только маленькому Клайду вздумалось покидаться камушками и файрбольчиками в огромных жаб на берегу речки. Пришел в себя он в деревне, на какой-то соломе, и был еще наказан по возвращении в Школу за самовольство. Потом были три злобных орка, которым не понравилось, что Клайд отрабатывает заклинание Удар Ветра на их дружке. И паук, гнавшийся за курсантом из соседствующего со Школой Магии Зала Тренировки до самой деревни, а там резко решивший, что уставившайся на него Клайд ближе и вкуснее, да много чего еще. «Малая смерть» не переставала пугать, привыкнуть к ней, к ноющему потом телу, к саднящим, ободранным при падении ладоням, к головной боли, когда с позором тащишься из деревни в Школу, а то еще потом обратно к монстрам, заканчивать упражнение, не удавалось. Всякий раз, видя на своем волшебном браслете стремительно исчезающую полоску собственной жизни, Клайд ощущал тоскливую безнадегу, от которой хотелось вовсе сложить лапки и перестать бороться - быстрее оживешь, быстрее отмучаешься. Но за такое наставники по головке не гладили, и урок приходилось отрабатывать заново.

«Смотри», - показывали ему серую полосочку на браслете, - «ты потерял то, чему было научился, иди и восстанови прежнее, а потом еще выполни норму на сегодня!». И никто не водил его за ручку, не стоял за плечом, ни для того, что бы помочь, ни для того, что бы проконтролировать: зачем, на браслете ведь все видно.

Конечно, были и теоретические занятия, когда их учили каллиграфически выписывать магические символы или правильно держать ученический посох во время заклинания, а потом перехватывать его для удара.

Но, как сразу сказал наствник, в нашем мире не может быть чистой теории, рано или поздно всякому магу приходится ее применять на пратике. Вот когда мир очистится от сотворенного в древности зла, тогда может быть…

Клайд иногда мечтал об этом «может быть»: про спокойную жизнь, в которой нет бесконечных битв, рейдов по зачистке местности, захватов замков, схваток с другими магами. Где можно сидеть в прохладном кабинете, среди толстых томов, как в библиотеке Школы, и составлять магическую формулу… формулу… скажем, ускорения роста шерсти у овец. Если овцы сохранятся к тому времени. И так нормальных диких животных в мире почти не осталось, только птицы и насекомые. Разве что в дальних лесах, в горах да на ледниках Элмора еще можно найти обычных волков, медведей, лис, зайцев или белок. В остальном мире их место давно заняли монстры.

Новичком Клайд никак не мог понять, чем монстры отличаются от простых зверей. Особенно те из них, которые на зверей очень похожи. Вот толкутся у ворот города вечно голодные и любопытные келтиры, подбирают объедки, тявкают.

Конечно, они настолько бестолковы, что если убить одного, то соседние даже носом не поведут, а обычные лисицы вмиг разбежались бы кто куда. И глаз у келтира три, а не два. Но в остальном - все как полагается: шерсть, мокрый нос, розовый язычок. Может быть не все монстры совсем уж монстры?

Но наставники терпеливо поясняли Клайду и десяткам его одноклассников, что монстры - создания магические, и уже поэтому никак не могут быть обычными. Магическое создание - будь то келтир, гигантская жаба, низшие орки, суккубы или пауки - такие же ненастоящие, как големы, которых мастерят гномы. Поэтому, когда охотник убивает живого зверя, он получает его тушу, со всем что полагается туше - шкурой, мясом, рогами, костями или перьями. А когда маги или воины убивают монстров, то тело твари тает в воздухе, не связанное более магической энегрией. И иногда остаются разные вещи - остатки того, что применялось когда-то для создания монстра. Это может быть шкура - но шкура выдубленая и чистая, это могут быть кости - но кости сухие и белые. А могут попадаться самые неожиданные предметы, которые монстр находил в течении своего существования на поле боя или на трупах неудачливых разумных, которых он убил. Магическая субстанция монстра как бы втягивает найденный предмет в себя и удерживает его в течение времени существования твари. Причем, если однажды кто-то победил монстра и забрал предметы, оставшиеся на земле после его исчезновения, то потом в возродившейся твари могут оказаться точно такие же. А могут совсем другие. Природа этого явления была не до конца изучена современной магией.

Поэтому, убив паука можно найти нитки - заложенные в него при создании, для закрепления паучьей сущности - а можно найти меч, или лезвие меча. Со временем предметы как бы растворяются внутри монстров, и, в конце концов, исчезают бесследно.

Кто же создавал монстров? На этот вопрос не было точного ответа. Может быть боги или великие маги Древних в дни бесконечной битвы? А может быть более поздние волшебники, пытаясь собрать утерянные знания, проводили опыты? Никто не вел тогда записей об их создании, а в настоящее время разумные в мире накапливали другой опыт: опыт их всяческого уничтожения.

Клирик, относившийся к Клайду терпеливее других наставников, сказал однажды, смазывая ему ссадины, что все в природе мира одухотворено Создателем - кроме монстров. Но некоторые из них получили больше звериной сущности, а некоторые меньше. Те, что более подобны настоящим животным или разумным расам, способны и вести себя похоже на свои прообразы. Они могут есть, пить, рыть логова и выводить детенышей как звери, разговаривать, воевать, образовывать подобие племен, вступать в союз с себе подобными, что-то мастерить и даже размножаться как разумные. Прочие же твари только внешне сохраняют сходство с живым. Достаточно посмотреть в окошко на жаб у ручья, ведущих суетливую лягушачью жизнь, и сравнить их с кошками из разных самоцветных камней, которые подолгу неподвижно сидят на камнях, не нуждаясь ни в чем, или бессмысленно прыгают в сторону, что бы через миг снова застыть на час, а то и на сутки.

И еще монстрам не дана смерть в том виде, как у разумных и живых. Ни малая, ни полная гибель.Только лишившись возрождающей их магии они полностью исчезают из нашего мира. Поэтому они могут возникать на прежнем месте вновь и вновь, до тех пор, покуда не иссякнет волшебная сила, связывающая их с реальностью. Чем чаще твари приходится возрождаться, тем скорее эта сила иссякает. Только от одного монстра можно избавиться, победив его этак сто тысяч раз, а от другого - в тысячу раз медленнее.

Особенно смущают новичков похожие на разумных монстры. Поэтому нужно все время помнить, что они не одухотворены, и уничтожение их не является убийством, но лишь уборкой в своем доме, наподобие выведения грязных насекомых или даже отскабливания бессмысленной плесени.

Но тем не менее никакой радости от этой «уборки» Клайд не чувствовал. Пока их выпускали на бестолковых келтиров, которые к тому же пребольно кусались, если успевали добежать до мага, ему было как-то все равно. Келтиры надоели всем до жути. Когда ребята пробирались из Школы к морю купаться, им порой приходилось продираться через плотную стаю этих тварей, и невозможно было разговаривать из-за оглушительного тявканья.

Не жалел Клайд и волков - очень они были похожи на настоящих, хитрых и опасных хищников, которые водились в его родных горах. Не раз зимней ночью стаи хищников пытались разрыть солому на крыше хлева, и отец выбегал с факелом и дротиками, отпугивая их.

Но потом… как сейчас помнится, его нанял один гном со склада в деревне. Гигантские жабы, прельщенные блеском, растащили у бородача кусочки сверкающей адамантитовой руды из разбитого бурей ящика - гном всегда путался в этом месте рассказа, изо всех сил избегая разговора о том, откуда этот ящик у него вообще взялся.

Разумеется, как у всякого монстра, руда из жаб никуда не делась, и покуда не должна была раствориться. Поэтому, с одобрения наставников, Клайд отправился бить жаб вокруг места пропажи и искать гномову руду, наверняка контрабандную.

Он тогда как раз выучил второе боевое заклинание «Ледяная стрела» и хотел испытать его на ком-то. Одного «Удара ветра» на жабу не хватало.

И вот, когда первая жаба с последним «ква» ткнулась в траву у его ног, он почувствовал удивление. Он ведь не особо любил этих жаб, он когда-то очень хотел отмстить им за тот случай с его самой первой «малой смертью», почему же он не рад? Вот и кусок руды валяется, скоро гном заплатит ему денежки, а наставники будут довольны его удачным опытом.

Денежки магу ой как нужны. В Школе Магии неплохо кормили мальчишек и девчонок, предоставляли им обширные спальни и даже выдавали первые посохи и робы, как раз для неумех-новичков. Но дальше уж крутись как можешь.

У кого находились богатые родичи или друзья, те довольно быстро снимали застиранные до потери цвета обноски и наряжались в настоящие робы из магического магазина, расшитые рунами и пахнущие эльфийскими благовониями, и меняли некрашеный посошок ученика на замысловатый посох мага, так что порой пятиклассника можно было со спины принять за взрослого и солидного молодого мага. Пока он не начинал бить келтиров, чего взрослый маг делать станет уж только совсем от скуки. Да и то - когда взрослым скучать? У них там, на материке, дел полно, а если кто сюда заедет на денек, то либо в гости, либо за какими-то ингредиентами в Эльфийские руины. Да… богатые родичи это что-то!

А Клайдовы родители с сестренкой уже несколько лет как откочевали куда-то далеко на восток, и никто не знал, куда. От них иногда приходили смутные весточки через десятые руки, но ни адреса, ничего конкретного Клайд про них не знал.

Да были бы живы, потом он найдет их! Приедет в роскошной мантии, увешанный настоящими эльфийскими висюльками, прогонит всех тварей от домика и даст денег на его покраску. Или сам покрасит каким-нибудь заклинанием…

Но мечты мечтами, а теперь, на берегу речушки, на такой радостно-зеленой сочной траве перед Клайдом падали одна за одной жабы, звякали кусочки руды, а Клайда затопляла… жалость! Ему было жалко этих здоровенных лягушек, так похожих на настоящих. Они ничего сами по себе плохого не делали, просто жили почти как живые, квакали себе у реки, ловили комаров, хоть им и не нужна еда. И еще они были по-своему дружные, бросались защищать своих. А у мертвых жаб так жалобно разевался рот, розовый и беззубый!

Мальчишки раньше часто наблюдали за ними из окошка спальни, благо видно жаб было издалека. Порой на противоположный берег, мыча что-то невнятное сквозь зубы, выходили одинокие орки-монстры самого низкого ранга. Долго и бесцельно они стояли среди лягушек, мыча и пялясь в никуда, а потом, сгорбившись, уходили назад за деревья. «Невесту выбирают» - шутили старшие ребята: «Сами зеленые, вот к жабам и сватаются».

Конечно, подобную шуточку никто из них не посмел бы повторить при Высших благородных орках! А все же, Клайд бывало радовался, что орки снова и снова уходят в одиночку, не трогая несчастных жаб, а то кто их, монстров, знает, кто кому из них жених или невеста?

Стиснув зубы, Клайд закончил тогда это задание и получил свои деньги у гнома. А еще через несколько месяцев произошел случай, окончательно расставивший для него все по местам.

Клайда послали бить гоблинов - один из видов созданий, убивать которых было почти приятно. Гоблины сами ни на кого не нападали, но, стоя на месте или перебегая по-крысиному между кустов, почти непрерывно матерились. Конечно, на своем языке, но, к сожалению, он входил в программу Школы Магии, а что и не входило, то растолковали Клайду мальчишки. К тому же, гоблины всегда норовили ущипнуть пробегавших мимо ребят, будь то мальчики или девочки. И дрались они ужасно неприятно, воровато озираясь и норовя сунуть длинным ножом под ребро или стукнуть дубинкой отвлекшегося на миг ученика.

И все равно, убитый гоблин выглядел очень жалко. Клайд думал, что у несчастных тварей другой жизни-то и небыло, кроме этого матерного ворчания и перебежек по лесу. Но все-таки лупил он их почти азартно: их едкая ругань надоедала, пачкала уши.

А рядом в тот день качался курсантик, видимо, того же уровня, что и Клайд. И садился он передохнуть гораздо чаще мага. Клайд разок применил на него новое заклинание Исцеления, другой, потом они начали бегать вместе.

Курсант, правда, оказался невеликого ума. Вообразив себя непобедимым рыцарем с могущественным магом за спиной, он, не обращая внимания на крики Клайда, бросился на большую кучу орков. Клайд лечил дурака до последнего и даже сшиб магией пару орков, но их было больше… Когда зеленомордые уроды подняли свои крохотные глазенки от тела курсанта, стало ясно, что в пылу драки они прекрасно запомнили, что вояку кто-то лечил и помогал ему в бою. Пришлось удирать что было духу. Как в насмешку, над рощей именно в этот миг зазвенела бродячая волшебная мелодия, до нельзя бравурная. Такие мелодии часто звучали в местах, где кто-то по неосторожности разбил музыкальный кристалл, а за сотни лет расколотили их преизрядно. Поэтому можно было рубиться с орком под нежную колыбельную и из последних сил удирать от превосходящего противника под победные фанфары.

Но, не смотря на этот не очень удачный случай, а также на то, что этот курсант с тех пор демонстративно обходил его стороной, всем видом показывая, как неумеха-Клайд его подвел, на душе у волшебника-недоучки был праздник. Он неожиданно понял, что можно не только убивать, но и лечить. И тем самым как бы все равно помогать очищать мир, но в то же время не смореть на распростертые у ног жертвы.

К тому же, из всех наставников, встречавших его после


  • :
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135