Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Грезы - Желание и честь

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Райс Патриция / Желание и честь - Чтение (стр. 6)
Автор: Райс Патриция
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Грезы

 

 


– Собак привезут утром. Я наняла егеря обучить их. Как они отличат вас от преступника?

– Им не придется отличать. Как только я передам властям этого джентльмена, я вернусь домой и отправлю Бланш и Майкла сюда. Я сделал все, что мог. Майкл достаточно умен, чтобы позаботиться об остальном.

Диллиан охватила паника, но в глубине души она была с ним согласна. То, что сегодня произошло, делало невозможными их совместные ужины. Она понимала это, но не могла смириться. Он должен быть здесь. Грейндж нуждается в его защите. Ей никто не нужен, кроме Бланш, а Бланш в безопасности в Хартфордшире. Никто не станет искать ее в развалинах замка, о существовании которого все забыли. Если Бланш приедет в Грейндж, Диллиан потеряет их обоих.

Он маркиз. Она не может просить его остаться и быть ее сторожевым псом. И она не может требовать, чтобы он оставил у себя Бланш как гостью, в то время как он не желает иметь гостей. Что же делать?

– Вы хотя бы придете и расскажете мне, что сказал судья, перед отъездом в Хартфордшир? – тихо спросила она, не зная, как еще можно задержать его.

Он медлил с ответом. Она, затаив дыхание, ждала. Если он вернется завтра, возможно, она успеет придумать, как удержать его здесь.

– В мои намерения не входило дожидаться решения судьи, – неохотно проговорил он. – Меня не интересуют британские власти.

Конечно. А что она от него ожидала? Диллиан набралась храбрости и сделала еще одну попытку:

– Я отошлю Бланш дорожное платье и записку. Я не уверена, что дорога сюда для нее безопасна, так же как и ее пребывание здесь. Я предупрежу ее об опасности и предложу другой выход… Впрочем, возможно, мне следует поехать с вами.

Она скорее почувствовала, чем увидела его проницательный взгляд.

– Это не очень умное решение, мисс Уитнелл, – сдержанно произнес он. – Я вернусь за запиской, если желаете, но это все.

Ответ ей не понравился, но она промолчала. Ее раздражало, что он называет ее по фамилии отца, а не матери, как она привыкла за последние годы. Бланш не следовало говорить лишнее. Однако поправлять его она не могла. Она молча кивнула и направилась, не попрощавшись, к знакомой тропе.

Она слышала, что он идет следом за ней, держась в отдалении, но сделала вид, что не замечает его. Она должна напрячь все свои умственные способности, и удержать маркиза. Она должна сохранить свой дом. А еще она беспокоилась о Бланш. Здесь для нее опасно. Сегодняшний случай в лесу подтверждал это. Каким-нибудь образом она заставит этого ужасного человека разрешить Бланш остаться в его готических развалинах.

Но, не имея ни власти, ни денег, она видела мало способов заставить его что-то сделать.

Глава 10

– Вам что-нибудь еще потребуется сегодня вечером, мисс Рейнолдс? – почтительно осведомился дворецкий. Диллиан не знала, что сказала Бланш слугам, но они относились к ней с таким же уважением, как и к самой Бланш. Это можно было бы объяснить тем, что они были кузинами, но слуги этого не знали. Или, возможно, знали. Мать Диллиан выросла в этом имении, но после замужества никогда здесь не бывала.

Много людей в округе носило фамилию Рейнолдс, и Диллиан надеялась, что никто не догадался, кто она такая. Невилл задохнулся бы от возмущения, если б узнал, что Бланш взяла в компаньонки дочь пресловутого полковника Уитнелла.

Но с тех пор утекло много воды. Оставалось всего несколько месяцев до того времени, когда они будут делать все, что захотят. Она отпустила дворецкого.

– Идите спать, Дженкинс. Проверьте, делает ли обход Джейми. Сегодня в деревне, говорят, появлялись бунтовщики.

– Им незачем приходить сюда! – возмутился Дженкинс. – В Грейндже всегда хорошо относились к людям.

Она не стала объяснять ему, что, кроме бунтующих фермеров, может появиться кто-то другой. Она поблагодарила его и направилась к лестнице.

Маркиз не появлялся. Может быть, ей лучше вернуться в Эринмид и ухаживать за Бланш? Она была бы намного счастливее, если бы знала, что с Бланш все в порядке, ее зрение восстанавливается, и они скоро смогут куда-нибудь уехать. Они могли бы провести оставшиеся месяцы в Европе. Невиллу было бы нелегко разыскать их там.

Если она вернется в Эринмид, не вышвырнет ли ее оттуда маркиз? Она старалась не думать об этом.

Спустившись в холл, Диллиан прошла в комнату, служившую кабинетом для них с Бланш. Там стояли изящный письменный стол времен королевы Анны, удобные кресла и несколько книжных полок. Она хотела выбрать хорошую книгу, чтобы почитать перед сном.

Диллиан предпочла сэру Вальтеру Скотту сочинение мисс Остин. Она читала этот роман раньше, как и все остальные книги, находившиеся здесь. Но мисс Остин заслуживала, чтобы ее перечитывали.

Ей все еще не хотелось возвращаться в свою комнату. Если маркиз снова воспользуется плющом, он найдет ее и здесь. В этой комнате она чувствовала себя спокойно и уютно. Она устроилась под лампой у окна и временами выглядывала в окно, проверяя, все ли в порядке. Прошло несколько часов, и глаза Диллиан начали закрываться. Она поняла, что дальнейшее бодрствование ей не под силу. Разочарованная тем, что маркиз так и не появился, она уже повернулась, чтобы уйти в свою комнату, но решила в последний раз посмотреть в окно.

Она протерла глаза. Конечно, ей померещилось…

Но нет, она ясно видела мерцающие огоньки, приближавшиеся к дому. Их держали в руках мужчины, толпой идущие по дороге.

Она не должна впадать в панику. Грейндж, хоть и не принадлежал ей полностью, оставался единственным, что было ей дорого. Она отстоит его, чего бы ей это ни стоило.

Выронив книгу, Диллиан с громким криком выбежала в холл. Она должна как можно быстрее разбудить слуг.

– Что случилось, мисс Диллиан? Что случилось? – подбежал к ней Джейми, стороживший дом этой ночью.

– Выходите! Все выходите! Они идут с факелами.

Слуги, уже пережившие один пожар, оставивший их без крова, закричали от ужаса и возмущения.

Вой и лай собак, дикое гоготанье гусей и звон пожарного колокола слились в кошмарную какофонию. Диллиан не хватало только истерических воплей горничных.

– Тихо! Бегите на кухню, хватайте ведра, котлы и выходите из дома. Пока еще нас не подожгли. И я не допущу этого. Помогите мне. Быстрее!

Спокойный тон ее распоряжений подействовал на слуг. Они бросились выполнять их, и крики прекратились. В Грейндже всегда был порядок.

Диллиан ворвалась в кабинет и схватила старое охотничье ружье, принадлежавшее ее деду. Другое она отдала полуодетому Дженкинсу.

– Раздайте остальные ружья людям, которым доверяете! Делайте что хотите, но я не допущу, чтобы хоть одна искра упала на этот дом! – в ярости воскликнула она.

Толпа уже повернула к дому. Диллиан, оттолкнув Джейми, распахнула парадную дверь. В свете факелов она видела их темные лица, но никого не узнавала. Вооруженные слуги столпились у нее за спиной.

– Что вам нужно? – крикнула она.

Толпа не обратила на нее внимания. Увидев слуг с ружьями в руках, бунтовщики повернули и направились к конюшне. Лошади! Она не подумала о лошадях. Диллиан застыла в нерешительности. Что делать? Охранять дом или спасать беззащитных животных?

И в это мгновение появился ужасный призрак в черном, отливавшем серебром плаще. Диллиан изумленно отступила назад, когда между ней и толпой возник огромный конь призрака. Даже свет факелов не позволил ей что-либо увидеть, кроме фигуры всадника и блеска сверкающего меча.

Всадник направил коня в толпу, и люди с криками ужаса бросились бежать, спотыкаясь и падая под ноги страшного животного. В темноте сверкал клинок, и факелы летели в траву, брошенные удиравшими бунтовщиками.

– Конюшня! – крикнула Диллиан, указывая на нескольких храбрецов, пытавшихся поджечь солому и сено. Слуги бросились туда, но их опередил всадник в плаще.

Всадник в плаще.

Маркиз.

От радости у Диллиан подкосились ноги. Он все-таки не уехал, не оставил ее одну. Он все еще наблюдал за Грейнджем. Она еще может убедить его остаться здесь или взять ее с собой.

Если только его сейчас не убьют.

Она вскрикнула и побежала к конюшне, где несколько человек окружили его, угрожая горящими факелами. Она не могла прицелиться и выстрелила в воздух. Люди оглянулись. Черный призрак воспользовался этим и начал мечом прокладывать себе дорогу через толпу. Раздались крики раненых, люди с факелами отступили и только сейчас заметили вооруженных слуг, бегущих к ним. Черный человек на черном коне преградил дорогу тем, кто упрямо пытался подобраться к стогам сена. Они побросали факелы и кинулись врассыпную. Конюхи быстро затоптали огонь.

– Очень странно, – озадаченно прошептал Дженкинс. – Кажется, будто этот рыцарь возник из небытия специально, чтобы спасти нас.

Диллиан попыталась взглянуть на черный плащ и сверкающий меч глазами слуг, но увидела только насмешливую улыбку и блеск черных глаз маркиза.

Бунтовщики бросились врассыпную. Диллиан заметила, что меч только свистел над их головами. Он мог бы обезглавить десятки бунтовщиков, но он лишь заставил их бежать. В гневе и страхе она могла бы сама поотрубать им головы, но вероятно, утром будет рада, что лужайки не усыпаны обезглавленными телами.

За ее спиной слуги перешептывались, с изумлением наблюдая, как черный всадник гонит толпу прочь. Дженкинс предлагал пригласить этого человека в дом. Кухарка хотела испечь для него пирог. Горничные таяли от восхищения. Диллиан не знала, хочется ли ей задушить проклятого маркиза за то, что он так ее напугал, или броситься ему на шею и расцеловать.

Она сомневалась, что может сделать то или другое. Черный всадник исчез в ночи. Она не надеялась, что он вернется, чтобы разыгрывать перед ней роль героя.

– Дженкинс, я хочу поговорить с людьми на конюшне и псарне. И пусть кто-нибудь еще помогает Джейми. Кто знает, вдруг они вернутся, – спокойно сказала она дворецкому.

– Да, мисс Рейнолдс.

Он ушел, а она осталась стоять на лестнице. Грейндж с его теплыми деревянными панелями, коврами и полированной мебелью создавал атмосферу покоя и надежности. Диллиан любила этот дом. Ее мать рассказывала ей, как ребенком она съезжала вниз по перилам этой лестницы, играла в снежки на лужайке, как пряталась вот под этим столом в холле, увешанном гобеленами. Это было единственное место, которое Диллиан считала своим домом. Она любила его еще и потому, что никогда не думала, что у нее может быть собственный дом. Теперь она была обязана благополучием этого дома таинственному маркизу Эффингему.

Отдав необходимые распоряжения, она стала ждать его.

Раздвинув шторы, она открыла окно и поставила на подоконник зажженную лампу. Яснее приглашения не могло и быть. Она не думала о приличиях. Она в долгу перед маркизом и должна отблагодарить его, независимо от того, хочет он этого или нет. Разумеется, он предпочел бы укрыться в этой пыльной норе, которая служит ему домом, но Диллиан не могла допустить, чтобы он там прозябал. Она должна спасти его от самого себя. Только так она может его отблагодарить.

Она задумалась. Как вернуть маркиза в общество? Совершенно ясно, что ему нужна Бланш. Сначала она восставала против этого брака, но сейчас поняла, что О'Тул был прав. Эффингем будет заботиться о Бланш так, как она этого заслуживает. Маркиз полюбит ее. А Бланш будет любить любого, кто примет ее такой, какая она есть.

Диллиан осталась довольна преимуществами такого брака, но ее не покидало грустное ощущение потери. Вероятно, она будет скучать без Бланш. Но она сумеет со временем найти другие интересы. Здесь славная деревня. Может быть, она будет помогать фермерам. Она даже может влюбиться в викария. Все может быть.

Солнце уже вставало, когда маркиз, наконец, воспользовался ее приглашением. Он тяжело соскочил с подоконника и, закрыв за собой окно, прислонился к стене. Диллиан заметила его усталый вид и, как ей показалось, неодобрительный взгляд.

– Я прикажу приготовить горячую ванну и принести завтрак, – нерешительно произнесла она, видя, что он продолжает молчать. – Вы, должно быть, очень устали.

– Я прекрасно себя чувствую и возвращаюсь к себе. Увидел у вас свет и подумал, что вам что-то нужно. Вы приготовили письмо для леди Бланш?

– Если не вы, то ваш конь нуждается в отдыхе. Кстати, где вы нашли его? – Диллиан, не обратив внимания на его слова, дернула за шнурок, вызывая горничную.

– Украл. У моего соседа изумительная конюшня. Перед отъездом я верну коня. Грум удивится, но я ему все объясню.

Увидев, что она вызывает горничную, он отошел в темный угол.

– Я не останусь, – напомнил он.

– Вас заставляет вернуться какое-то срочное дело? – насмешливо спросила она. – Уверена, что О'Тул развлекает Бланш намного лучше, чем это сделали бы вы. Они могут подождать еще несколько часов.

Послышались шаги горничной. Диллиан поспешно накинула халат поверх платья, чтобы скрыть, что не переодевалась на ночь. Маркиз молчал, чтобы не выдать своего присутствия.

Диллиан приоткрыла дверь.

– Элис, прости, что беспокою тебя так рано, – но я уезжаю утром. Попроси приготовить мне ванну и принести завтрак. Поплотнее. После такой ночи чая с тостами будет маловато.

– Конечно, мисс. – И, не задавая вопросов, горничная отправилась выполнять поручение.

– Вы собираетесь потереть мне спину? – раздался за ее спиной голос маркиза. Похоже, его забавляла эта ситуация.

– Нет, я пойду в комнату Бланш и переоденусь, пока вы моетесь. Я поеду с вами. – Диллиан открыла шкаф и вынула свой костюм для верховой езды.

– Вы не сделаете этого, – сердито прошептал он. – Я отошлю вашу хозяйку сюда, где ей и место. И в вашей помощи я не нуждаюсь.

– Отошлете ее сюда, где мы все можем погибнуть? Очень великодушно с вашей стороны! – Она продолжала собирать вещи. Ей тоже хотелось принять ванну, но она потерпит. Хотя, вероятно, она долго будет лишена этой возможности. Ванна не входит в число услуг, предоставляемых в Эринмид-Мэнор.

– Они не посмеют напасть еще раз. Все видели, что здесь распоряжаетесь вы, а не леди Бланш. Они поняли, что ее здесь нет. И ей сейчас безопаснее быть здесь.

Обманщик. Да она и часа здесь не пробудет, как об этом будет знать вся деревня!

– Вы слишком долго жили вдали от цивилизации иничего не понимаете. Как только Бланш будет достаточно здорова, чтобы отправиться в путешествие, мы первым же кораблем уплывем во Францию, и вы навсегда избавитесь от нас.

Она замолчала, услышав звук тяжелых шагов, и жестом приказала маркизу спрятаться в гардеробной, после чего открыла дверь. Лакеи внесли ванну.

Диллиан отослала горничную, предложившую помочь ей. Из кухни принесли горячий кофе и блюдо оладий, чтобы она могла подкрепиться, принимая ванну. Остальное принесут потом. Маркизу придется поторопиться.

Когда слуги вышли, маркиз вернулся в комнату. Он устало прислонился к стене и наблюдал за приготовлениями. Даже в этой позе он казался ей самым элегантным мужчиной на свете. Одежда сидела на нем как влитая. Именно такого элегантного мужа и заслуживала Бланш. Шрамы не имели значения.

– Я чувствую запах кофе. Диллиан указала на поднос.

– Это все ваше. Только поторопитесь, скоро принесут завтрак.

Он подошел к столу, налил себе кофе и с удовольствием проглотил ароматный напиток. Диллиан поморщилась – она не любила горький вкус кофе.

– Жаль, я не могу придумать, как привести в порядок вашу одежду.

– Переживу. А если вы не собираетесь потереть мне спину, то спрячьтесь где-нибудь.

Он начал раздеваться, но она успела заметить, как пропиталась потом рубашка на его широкой спине. Ей захотелось остаться и помочь ему вымыться.

Это желание испугало ее. Она надеялась, что маркиз Эффингем женится на Бланш. Нельзя было допускать такие мысли о будущем муже своей кузины.

Глава 11

– Вы еще не нашли свою кузину? – спросил граф Дисмут, выходя с герцогом Энглси из здания парламента.

Невилл сжал кулаки и, нахмурившись, ответил:

– Нет. Но, клянусь, ее проклятая компаньонка знает, где она! Жаль, что у нас отменены пытки. Ее стоило бы четвертовать. А тут еще пропал мой лучший сыщик. Уж не заговор ли это? Бланш сама никогда бы не решилась на такое.

Граф разгладил тронутые сединой бакенбарды.

– Может быть, в чем-то вы и правы. Отец Бланш служил сВеллингтоном, не так ли? И, как я слышал, имел какие-то отношения с пресловутым полковником Уитнеллом?

– Это все было до меня. Когда дядя умер, я еще учился в Оксфорде. И какое это имеет отношение к моему делу?

– В министерстве иностранных дел ходят разные слухи об Уитнелле. Будто бы он скрыл важные сведения, которые были нужны его величеству. Я просто подумал, нет ли какой-нибудь связи…

– По-моему, это маловероятно, – беспечно отмахнулся Невилл. – Мой дядюшка был надутым старым дураком, но он не мог совершить бесчестный поступок. В любом случае при чем тут Бланш? Она еще училась в школе, когда умер ее отец.

– Уверен, что никакого, – ответил граф. – Я только вспомнил, как вы говорили, что фамилия компаньонки Рейнолдс. И я слышал, что Уитнелл женился на ком-то из этой семьи. Не из этих ли Рейнолдсов мать компаньонки?

Так оно и было, вспомнил Невилл. Он надвинул шляпу на глаза и погрузился в мрачные размышления.


Проснувшись, Гэвин обнаружил, что лежит на мягкой постели, а в комнате приятно пахнет свежесваренным кофе. Из открытых окон веяло прохладой. Он даже не помнил, когда в последний раз спал в такой уютной постели, и потому проспал почти сутки.

Черт, спать целый день! Что сделала эта проклятая девчонка? Подсыпала снотворное в его кофе?

Он приоткрыл глаза и увидел знакомые поднос и кофейник. Мысль о снотворном делала аромат кофе уже не столь приятным.

– О, вы проснулись? А то мне трудно объяснить, почему я не разрешаю никому войти и убрать комнату. Они думают, что я заболела.

Гэвин застонал и уронил голову на подушку. Мысли путались у него в голове. Должно быть, это снотворное. А это неземное создание уютно устроилось в кресле у камина с какой-то внушительной книгой в руках. На ней был костюм для верховой езды, но волосы не были гладко зачесаны назад, как накануне, а свободно рассыпались по плечам. Глядя на нее, он еле сдержал улыбку. Она была похожа на восьмилетнюю девочку.

– Не думаю, что буду пить кофе, – задумчиво произнес он. – Я помню, как я сидел в ванне. Надеюсь, потом я оделся?

Она покраснела. Женщина, способная покраснеть. Поразительно! В последние годы он почти не бывал в обществе. И забыл, что женщины краснеют. Он помнил только, как они вскрикивали, испуганно смотрели на него и отворачивались.

А эта бесстрашно смотрела на него. Это его восхищало, но он не знал, что скрывается за ее смелостью. Он напрасно смутил ее. Он лежал одетый и вспоминал, как ложился, ожидая ее возвращения. Завтрак был обильным, но сейчас его желудок снова требовал пищи. Он слишком долго голодал, чтобы терпеть муки голода и теперь.

Словно прочитав его мысли, она потянулась к звонку.

– Я прикажу подать что-нибудь. Чего бы вы хотели?

Он не понимал, почему она так терпелива с ним. Очевидно, она весь день охраняла его от нежеланных посетителей. Он обвинил ее в том, что она подсыпала что-то в его кофе, привел в смущение предположением, что лежит голый, а она все равно стоит и ждет его приказаний.

Его приказаний, конечно. Он маркиз, в то время как она – никто, она находится в услужении. Он никак не мог привыкнуть к этому британскому делению на классы. Гэвин сел в постели.

– Достаточно кофе. Я должен идти.

– Вы собираетесь оставить нас здесь одних?

Ему хотелось объяснить ей, что это не его забота. У него вполне хватает и собственных дел. Но она так очаровательно раскраснелась от возмущения, что его мысли приняли другое направление.

– Я уже говорил, что бунтовщики больше сюда не придут. У вас теперь достаточно охраны, и не следует беспокоиться. Почему бы вашей леди Бланш не сказать герцогу, что она выйдет за него в октябре, и тем на время его успокоить?

Гэвин услышал шаги и, опасаясь, что, увидев его, горничная выронит поднос и вся еда окажется на полу, быстро скрылся в гардеробной.

Повар здесь готовил хуже Матильды, но аромат ростбифа и пудинга соблазнил Гэвина. До сих пор леди еще не отравила его. Надо только, чтобы она ела вместе с ним.

Диллиан, как и он, наслаждалась едой. Он помнил, как молодые леди едва притрагивались к пище, стараясь привлечь его внимание, вызвать на разговор и пофлиртовать с ним. Мисс Уитнелл были чужды такие уловки. Она просто ела, не заботясь о беседе. Ему это нравилось. От него не требовали, чтобы он говорил. Да он уже давно утратил такую привычку.

Но невольно тема для разговора нашлась. Когда он вышел из гардеробной и, вспомнив о хороших манерах, предложил ей стул, она продолжила начатый разговор:

– Вы полагаете, что Бланш следует передать управление своим имуществом мужчине, как будто мужчины справляются с этим лучше, чем женщины.

– Я по опыту знаю, что большинство людей не делают того, что должны делать, независимо от того, мужчины это или женщины. Леди следует выбрать подходящего мужчину.

– Вам легко говорить. А как женщина узнает, подходящий ли он, пока еще не поздно?

Это был странный разговор.

– Расспросив его друзей, полагаю.

Она бросила на него сердитый взгляд и промолчала.

– Если вы снова собираетесь увязаться за мной, – осторожно заметил он, – забудьте об этом.

Она с невинным видом, который не обманул бы и глупца, ответила:

– Конечно, нет. Даже мысли такой не имела. – Он, словно не услышав ее слов, продолжал:

– Ваш герцог поставил людей следить за домом и дорогой. Вы приведете их прямо к леди Бланш.

Она побледнела.

– Тогда они будут знать, когда вы отправите ее сюда. Вы не можете так поступить.

– Я не убежден, что ваш герцог желает ей зла. Вчерашняя толпа должна была всего лишь отвлечь внимание. Фермеры никогда бы не сожгли Грейндж. Они никогда ничего не поджигали. Кто-то послал их, чтобы заставить вас в страхе выбежать из дома. Но вас заранее предупредили. Вы заметили факелы еще вдалеке от дома.

Гэвин с интересом наблюдал, как она в раздумье наморщила вздернутый носик. Она напоминала беспечного мальчишку, но он уже научился уважать скрывавшийся за этой внешностью живой ум.

– А чего бы они добились, выгнав нас из дома? Вы полагаете, они хотели похитить Бланш?

Он думал об этом. В ту ночь он внимательно вглядывался в толпу, выискивая подстрекателей. Плохо разбираясь в английских диалектах, он все же мог определить нездешних, которые, по его мнению, не были фермерами. Но это не значило, что они могли оказаться похитителями.

– Я не могу себе представить, чтобы герцог подослал таких головорезов для похищения своей кузины, если, конечно, он действительно не желал убить ее. Мне трудно поверить, что истинный английский аристократ способен замыслить убийство.

Она нахмурилась, и Гэвин понял, что она с ним не согласна. У него создалось впечатление, что в Англии невозможно преступление, вызванное страстью. Немножко яда для умирающей старухи – может быть, но не хладнокровное убийство прекрасной молодой женщины. Диллиан явно ждала, что еще он скажет.

– Не может ли герцог, терроризируя леди Бланш, пытаться заставить ее выйти за него замуж?

Мисс Уитнелл пожала плечами:

– Я уверена, что он вполне способен на убийство. Гэвин не мог судить о натуре герцога, поскольку видел его только издали, когда тот приезжал в Грейндж. На него не произвели впечатления ни молодость герцога, ни его элегантный костюм. Он заметил только его атлетически сложенную фигуру. Но убийство?

– Можно ли предположить, – осторожно спросил Гэвин, – что леди Бланш будет настолько напугана, что обратится за помощью к своим влиятельным родственникам?

Мисс Уитнелл с восхитительной гримаской подняла брови.

– Не думаю. Нет, конечно, нет. Бланш долго разыгрывала перед Невиллом наивную простушку, но даже он должен был бы заметить, что она решительно не желает попадать ему в лапы. Без сомнения, он во многом обвиняет меня… Может быть, он хочет напугать именно меня.

Гэвин усмехнулся:

– Значит, как выражается Майкл, у него не все дома. Любому человеку в здравом уме было бы понятно, что угрозы сделают вас еще хитрее и упрямее.

Очаровательная улыбка появилась на ее губах. Если бы за долгие годы Гэвин не научился игнорировать женские чары, эта улыбка повергла бы его в прах. Но эта упрямая мисс Уитнелл не походила на женщин, которыми он когда-то восхищался.

Хотя… Гэвин уставился в потолок, вспоминая давно прошедшие дни. Он всегда испытывал склонность к дамам с пышными формами. Но должен был признать, что они не отличались умом и силой воли, присущими мисс Уитнелл. Она доказала преданность своей хозяйке не только словом, но и делом. Возможно, его возбуждение было всего лишь восхищением ее характером. Ее несносным упрямым нравом.

– Может, вы и правы. Невилл не так глуп, чтобы поверить, что я испугаюсь и стану убеждать Бланш выйти за него.

– Ну вот, мы вернулись к тому, с чего и начали. На что они рассчитывали, заставляя вас выбежать из дома? Вы не заметили, никто не трогал ваши вещи? Охраняли ли слуги дверь? Мог ли кто-то незаметно проникнуть в дом?

Она посмотрела на него широко распахнутыми глазами.

– Слуги перепугались, и, думаю, забыли о дверях… Я еще не смотрела, все ли на месте. Дженкинс бы доложил, если б что-нибудь пропало. Но вы же не думаете, что это были обыкновенные воры?

– Не обыкновенные. Воры не приводят с собой толпу, чтобы выгнать всех из дома. Я не нахожу связи между тем поджогом, когда могли погибнуть все обитатели дома, и толпой, которая хотела заставить всех выйти из дома. Кажется, цели были разные.

Мисс Уитнелл выглядела взволнованной.

– Вы думаете, что, возможно… Если кто-то хотел уничтожить что-то, принадлежащее Бланш, и думал, что оно находится в доме, то он сжег дом? А теперь по каким-то причинам стал сомневаться, что эта вещь сгорела, и желает убедиться, что этой вещи нет и в этом доме?

– Это маловероятно. Проще было бы украсть эту вещь. Как вы думаете, леди Бланш имеет что-то такое важное, ради чего стоит уничтожить десятки жизней?

Она задумалась.

– Бланш имеет доступ к огромным суммам денег, владеет правовыми документами, семейными бумагами, не говоря уже о драгоценностях, предметах искусства и прочем. У нее даже хранятся бумаги моего отца. Она не часто бывала в Грейшдже, поэтому почти все хранится в Лондоне или в загородном доме. Мы даже еще не проверили, что сгорело. Мы беспокоились о Бланш.

Гэвин вынужден был признать, что, сам того не желая, впутался в эту историю. Он не испытывал желания носиться по всему графству, пытаясь разрешить это таинственное дело, не имея при этом ни единого доказательства. Его собственное имение требовало внимания, а финансовые нужды были намного насущнее, чем у леди Бланш. Но в то же время он не мог оставить ее в руках поджигателей и бунтарей.

К черту все, он должен им помочь.

Глава 12

– Я чувствую себя браконьершей, – проворчала перелезавшая через стену Диллиан, ныряя под нависшую над ней ветку.

– Вы и выглядите как браконьерша, – хмыкнул маркиз. – Домотканое платье придает вам аристократичность, если можно так выразиться.

Грубое полотно царапало ей кожу, но она не хотела признаваться в этом маркизу. Он и так со слишком большим интересом смотрел на ее ужасные мальчишечьи штаны. Она не могла стянуть бедра так, как стягивала грудь. И это бесформенное платье все же плохо скрывало ее фигуру. Слава Богу, маркиз вряд ли станет давать волю своей похоти. Надо только проследить, чтобы он не пил вина в ее присутствии.

Она-то, конечно, ничего пить не будет. От беспокойного взгляда его темных глаз ее пробирала дрожь. Ей не нравилось, когда на нее так смотрели.

– Что нам надо сделать, чтобы люди Невилла нас не заметили? – спросила она, стараясь прогнать эти мысли. Ее не очень интересовали его планы.

– А что, если они и заметят нас? Они же не знают, кто мы. Они не могут следить за всеми, кто проезжает по этой дороге. Только надвиньте поглубже шляпу и немного сгорбитесь, когда мы кого-нибудь встретим. Они ищут вас или леди Бланш, а не янки или браконьера.

Он действительно был похож на янки в этом одеянии. На опасного янки, по правде говоря. Если бы у него за поясом был пистолет, а в руках ружье, то люди Невилла держались бы от него подальше.

– Мы скоро доберемся до лошадей?

– Я оставил их неподалеку, в деревне. Не думаю, что герцог и тут расставил своих людей, но если мы натолкнемся на них, они подумают, что вы из местных, и не будут особо допрашивать. Если повезет, они поверят, что вы собирались в Грейндж и теперь до смерти напуганы.

Диллиан фыркнула.

– Невилл никогда в это не поверит. Я всегда была с ним очень вежлива, а он все равно называет меня драконом.

Маркиз приглушенно рассмеялся и, отведя в сторону ветви, помог ей пройти.

– Из вас получился прекрасный дракон.

– Не вам шутить о внешности, милорд зверь. Вы, полагаю, считаете себя огнедышащим драконом, не так ли? Видела я вас вчера с мечом. Вы не отрубили ни одной головы.

– У меня не было желания убивать несчастных фермеров. Я достаточно повидал этого на войне. Кровь и распоротые животы – не очень приятная картина. Даже если я похож на зверя, это не значит, что я и веду себя как зверь.

– Напротив, ваше поведение больше похоже на поведение зверя, чем ваша внешность. Вам нравится прятаться по углам и прикрываться плащом. Я думаю, вы рождены аристократом и в своей внешности находите предлог, чтобы прятаться.

Он усмехнулся:

– Сколько мыслей бродит в вашей головке! Вы не задумывались, какое впечатление произведу я на общество, если представлюсь капитаном морского флота Соединенных Штатов? Скажу, на сколько британских кораблей я направлял свои пушки? Это сделает меня желанным членом общества, если учесть, что при этом я еще и беден.

Диллиан шла за ним по пятам, и ради нее он сдерживал шаг. Она искоса взглянула на него, но в темноте не могла увидеть выражения его лица.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17