Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Грезы - Желание и честь

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Райс Патриция / Желание и честь - Чтение (стр. 12)
Автор: Райс Патриция
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Грезы

 

 


– У вас все будет хорошо, дорогая, очень хорошо, – проворковала леди Дарли.

Диллиан в этом сомневалась, но не показывала виду. В таком почтенном возрасте, как двадцать пять, ей не о чем было беспокоиться. Она уже не считалась невестой. И она должна была просто оказать дружескую поддержку человеку, который никогда не бывал в светском обществе. И только потому, что этот человек был ее любовником…

Ну почему ее бросало в жар каждый раз, когда она думала о нем? Как это может стать привычным? Она знала, женщины постоянно заводят любовников и открыто флиртуют с ними. Но уж она-то сумеет вести себя как скромный друг.

Граф, очевидно, пригласил половину Лондона, и их карета долго стояла у ворот в веренице экипажей. Было около полуночи, когда они с леди Дарли наконец вошли в дом. Зная Гэвина, она подумала, что маркиз приезжал и наверняка уже уехал, не желая стоять в ожидании, когда до него дойдет очередь быть представленным хозяину. Она оглядывала толпу и не находила его.

Может быть, он не появлялся? Это так на него похоже: вытащить ее сюда, в эту толпу, а самому не приехать.

Граф Дисмут чуть не подавился вставной челюстью, когда леди Дарли представила Диллиан как мисс Рейнолдс. Он знал ее как компаньонку Бланш, а не как светскую даму. Диллиан надеялась, что именно это удивило его. Ей не понравился холодный взгляд его серых глаз, каким он проводил еe, когда она отошла в сторону.

Она не увидела и Невилла, но, конечно, он уже отыскал комнату, где светские щеголи в облаках сигарного дыма разглагольствовали о политике. Она с интересом рассматривала толпу.

– Жаль, что леди Мэриан не смогла приехать, но вон Джессика, ее сестра, с мужем – лордом Дарли. Вы с ними знакомы? – Леди Дарли помахала рукой хорошенькой блондинке и ее невысокому, но очень элегантному мужу.

Диллиан очутилась в окружении весело болтавших молодых людей. Присутствие Джессики и лорда Дарли привлекло других гостей, и они, видя, что Диллиан знакома с ними, решили, что она – одна из них. Неожиданно разговоры смолкли, и гости, перешептываясь, повернулись к дверям. Диллиан прижала к губам веер, чтобы не ахнуть при виде человека, с подчеркнутым достоинством входившего в зал. Диллиан не верила своим глазам. Он казался таким спокойным. На нем были плащ на белой шелковой подкладке, высокий цилиндр, черный фрак и белоснежная манишка. Маркиз Эффингем затмевал своей элегантностью всех присутствующих в зале джентльменов. Он небрежно бросил плащ и шляпу на руки подоспевшего слуги, словно делал это каждый день. Но Диллиан знала, каких усилий ему это стоило.

– Кто это? – услышала она шепот за своей спиной.

– Клянусь, не знаю, но непременно выясню, – ответил женский голос.

– Эффингем, – уверенно произнес лорд Дарли, склонившись к Диллиан. – Подойдем к нему? Ведь вы для этого сюда приехали, не так ли?

Диллиан кивнула – язык ей не повиновался. Она была признательна лорду Дарли, когда он взял ее под руку и повел сквозь толпу гостей. При виде маркиза Эффингема в накрахмаленном галстуке, черном фраке и в узких длинных панталонах она чуть не лишилась сознания.

Она не раз любовалась его обнаженным телом, так почему же его элегантность вызвала у нее такую бурю чувств?

Потому что он выглядел тем, кем и был, – маркизом! Человеком, недосягаемым для нее. Дарли подошел к нему и представил ее – это было необходимо, чтобы скрыть, что они знакомы. Настоящий маркиз должен был бы презрительно поднять брови и равнодушно отвернуться от столь ничтожной личности. И теперь Диллиан не могла понять, как у нее хватало наглости ругать его и командовать им. Должно быть, она сошла с ума. Маркиз Эффингем мог бы пройти по этому залу, и головы всех склонились бы от одного его холодного взгляда.

Диллиан протянула ему дрожащую руку. Но Гэвин, как всегда, все испортил. Вопросительно подняв бровь, он спросил:

– Я должен поцеловать или пожать вашу руку? – Диллиан с трудом сдержала смех. Эффингем сердито взглянул на нее, быстро склонился к ее руке, а затем властно взял Диллиан под руку.

– Вы прекрасно справляетесь, мисс Рейнолдс. Можете представить меня вашим знакомым. – Он коротко кивнул Дарли. – Вы хорошо выглядите, Дарли.

Черт возьми, он воображает себя принцем-регентом, злилась Диллиан, стараясь сохранить на лице улыбку.

– Я уверена, лорд Дарли сделает это гораздо лучше, милорд, – проворковала она, пытаясь освободить руку.

– А я уверен, что Дарли предпочтет улыбки своей жены, а не мои. Правда, Джеффри?

Виконт растерянно переводил взгляд с устрашающего лица маркиза на решительно вздернутый подбородок его дамы. А затем честно ответил:

– Согласен с вами. Джессика намного красивее вас, Эффингем, но мисс Рейнолдс права. Не следует показываться рядом с ней сразу же после того, как вас ей представили.

Маркиз мрачно улыбнулся, а Диллиан пришла к выводу, что виконт ей нравится. Не многие бы осмелились так откровенно говорить о внешности маркиза. И она решила избавить его от авантюры, в которую его втянула.

– Поскольку он американец, все подумают, что он плохо знаком с приличиями.

Дарли обрадовался.

– Американцы славятся своей невоспитанностью. Надеюсь, вы в надежных руках, Эффингем.

– Хорошо, что на свете осталось не слишком много Лоренсов. – Гэвин взглянул на свою спутницу. – Хотя Рейнолдсы могли бы произвести на свет не менее достойных отпрысков.

Дарли отошел, что-то сказав маркизу. И тут Диллиан обнаружила, что стоит одна рядом с Гэвином и глаза половины Лондона устремлены на них. Она не знала, как ей вести себя и что говорить. Зато она чувствовала, как он сжимает ее руку и как под черным фраком напряжены его мускулы.

– Все хорошо. С чего мы начнем? С вашего герцога? Что я должен делать? Вцепиться в кого-то из министров? С какой именно целью вы устроили этот спектакль?

Бросив неуверенный взгляд на лица гостей, с любопытством смотревших на них, она мучительно старалась вспомнить, зачем они вообще сюда явились. Она заметила, как роскошно одетая матрона, побледнев, начала обмахиваться веером, когда Гэвин в ответ на ее призывный взгляд повернулся к ней обезображенной стороной своего лица. Зачем она притащила его сюда?

Из-за Бланш. Потому что кто-то пытается навредить Бланш, и они должны узнать: кто и почему? Если Невилл преступник, они должны выяснить, с кем из этих людейон дружит и с кем враждует. У скромной мисс Рейнолдс нет возможности узнать это. А маркиз Эффингем сможет это сделать.

Мгновенно в голове Диллиан возник простой и четкий план. И как она раньше не додумалась до этого?

Сияя улыбкой, Диллиан шепнула:

– Вам не надо впиваться зубами в министров, милорд, вы должны улыбаться их женам!

Глава 26

– Ходят ужасные слухи! Как поживает милая Бланш, мисс Рейнолдс? Она вернется к нам до конца сезона?

Диллиан поняла этот вопрос как «Она так страшно обезображена, сможет ли она когда-нибудь вернуться?», но, тем не менее, вежливо улыбнулась леди Каслри.

– Она чувствует себя лучше, чем ожидалось, миледи. Доктор посоветовал, ей сменить обстановку, и она на время сняла виллу на юге Франции.

Удовлетворив свое любопытство, леди Каслри отвернулась от этой ничтожной выскочки, компаньонки Бланш, и обратилась к более значимому и интересному объекту:

– Лорд Эффингем, я так много слышала о вас. Почему вы до сих пор не появлялись в свете?

Диллиан привел в восхищение сдержанный поклон Гэвина. Она уже представила его женам премьер-министра и министра внутренних дел. Она видела, что он теперь не так напряжен, но продолжает держаться настороженно. Она понимала его. За его спиной шептались и переглядывались, уже рождались сплетни, хотя он ничего не сделал, а всего лишь появился в их обществе. В одних глазах она видела жалость, в других – отвращение. А молодые девушки подходили к нему по настоянию матерей, питающих надежду выдать их замуж. Диллиан же предпочитала знакомить его с влиятельными знатными дамами.

– Я недавно в Англии, мне надо многому научиться, миледи. А в деревне мало чему научишься. Я счастлив, познакомиться с вами. Я тоже много о вас слышал.

«Все, что он мог слышать о леди Каслри, ограничивалось ее страстью к драгоценностям и могуществом ее мужа», – презрительно подумала Диллиан. Но ему и не нужно знать больше. Если начнутся разговоры о патриотизме полковника Уитнелла, то именно лорд Каслри сумеет пресечь их. Гэвину необходимо с ним встретиться. Каслри к тому же может представить маркиза Веллингтону, который наверняка знает, что ее отец не изменник.

– Мисс Рейнолдс, не возражаете, если я на некоторое время заберу маркиза? Я хочу его представить своим знакомым. – Не дожидаясь ответа, леди Каслри повернулась к Диллиан спиной и решительно взяла Гэвина под руку.

Но леди еще не знала, что такое маркиз Эффингем. Вежливо сняв ее руку, он низко поклонился ей и взял Диллиан под руку.

– Прошу прощения, миледи. Я благодарю вас и позже подойду к вам, чтобы вы могли представить меня всем, кому захотите, но мисс Рейнолдс обещала помочь мне в одном неотложном деле. Мое почтение вашему уважаемому супругу.

И он потянул Диллиан за собой. Он шел слишком быстро. Диллиан не собиралась мириться с тем, что ее тащат, как вещь, через весь зал, тем более в день ее дебюта. Он обернулся и сердито посмотрел на нее. Она улыбнулась.

– Может быть, вы скажете, куда мы идем? – как можно вежливее спросила она. – Если вы желаете видеть Невилла, то он, наверное, там, в комнате направо.

– Я не желаю видеть Невилла! Я не желаю видеть Веллингтона! Я, черт побери, никого не желаю видеть. Это пустая трата времени. Не понимаю, как вам удалось втянуть меня в это дело!

– Просто вы думали, что все в ужасе разбегутся при виде вас, и рассчитывали уже завтра вернуться в Эринмвд. Вы только сейчас поняли, что вы не ужасное чудовище, и вам это не понравилось. Мои соболезнования, милорд. А эту одежду вы одолжили у графа, чтобы не тратиться?

Они оказались на балконе у каменного парапета, куда не доставал падающий из окна свет.

– Я купил ее, чтобы вам не было за меня стыдно, – проворчал он.

Диллиан успела лишь заметить, как сверкнули его глаза, и вот он уже привлек ее к своей груди и жадно впился в губы.

Она не сопротивлялась. От судьбы не уйдешь. Искры желания вспыхивали и обжигали их, и тела их стремились друг к другу. Она радостно прильнула к нему.

Гэвин так резко оттолкнул ее, что она не успела даже опустить руки. Прохладный весенний ветерок коснулся ее разгоряченной кожи. Внезапность его поступка лишила ее сообразительности.

– Кто такая эта леди Бланш, о которой все говорят? – спросил он каким-то чужим голосом. Диллиан с изумлением подумала, не сошел ли он с ума. Она, смутившись, отвела взгляд и увидела, как за окном мелькнула неясная тень. Теперь она все поняла и сразу включилась в игру.

– Это моя юная подруга, милорд. Ее дом сгорел, а она сама чудом осталась в живых. Сейчас она уехала во Францию восстанавливать свое здоровье. А почему вы спрашиваете?

– Вероятно, потому, что маркиз знает, что вы лжете, мисс Рейнолдс.

Герцог Энглси вышел на балкон, с неудовольствием окидывая их взглядом. Он всего лишь на полголовы выше Диллиан, но стоял перед Гэвином с видом человека, уверенного в значимости своего положения в обществе. Его безукоризненный фрак и причудливо завязанный галстук, казалось, были призваны заставить Эффингема стыдиться своего скромного костюма, но Диллиан по-другому воспринимала понятия «безукоризненный» и «скромный». Она вообще не любила франтов, и в первую очередь Невилла.

– О, как приятно видеть вас, Невилл. Вы, кажется, даже подросли за это время. Эффингем, вот человек, которого вы искали. Энглси – маркиз Эффингем Гэвин Лоренс. Уверена, у вас есть о чем поговорить, а я удаляюсь.

Гэвин, схватив за руку, удержал ее. Он должен проводить ее домой и, если повезет, уложить в свою постель. Он даже и двух секунд не потратит на этого чертова герцога.

– Меня не так трудно найти, – холодно ответил Невилл. – Вы как-то странно искали меня. – Он сердито посмотрел на Диллиан, словно в этом была ее вина.

– Мисс Рейнолдс меня отвлекла. Приношу свои извинения. Не могу ли я зайти к вам на днях поговорить о делах, которые здесь обсуждать неудобно? – Гэвин крепко держал Диллиан за руку, чтобы она не смогла освободиться.

– Не представляю, что мы можем обсуждать, если только вы не сумеете узнать у этой особы, где находится моя кузина, – презрительно бросил Невилл.

Он хотел уйти, но Диллиан крикнула ему:

– Если вы не вернете бумаги моего отца, я позабочусь, чтобы Бланш больше никогда не разговаривала с вами!

Разгневанный герцог обернулся и с такой ненавистью взглянул на нее, что Гэвин с трудом удержался, чтобы не спрятать ее за своей спиной.

– Они хранятся у Бланш. Вы увидите их, когда она сама придет за ними.

– Они моя собственность! Это воровство! Привлеченные громкими голосами, несколько гостей подошли к открытым дверям. Гэвин дернул Диллиан за руку, но она только сердито зыркнула на него. Маркиз выступил вперед:

– Не люблю присутствовать при семейных ссорах. Позвольте мне уйти… – Он выпустил руку Диллиан и направился к двери.

– Приношу свои извинения за то, что нарушил вашу милую беседу, – язвительно произнес Невилл. – Мисс Рейнолдс мне не родственница. Можете наслаждаться ее обществом. – С этими словами он покинул балкон.

– Бумаги у него, – глядя ему вслед, с горечью проговорила Диллиан. – Если в них что-то есть, Дисмут скоро это узнает, а благодаря нему и весь Лондон. К сожалению, у меня нет денег на поверенного, чтобы отсудить их.

– Есть другие способы получить то, что вам нужно. Пойдемте отсюда, пока мы не устроили еще один спектакль. – Он потянул ее к дверям, но она упиралась. Ему тоже не хотелось возвращаться в дом, но даже его американское воспитание подсказывало, что они не могут сбежать отсюда через сад. Он не выносил, когда на него таращили глаза, но сознание, что вечер кончается и до свободы остается всего лишь несколько минут, помогло ему. Он взглянул на Диллиан.

Ее глаза были устремлены на кого-то, стоявшего в толпе у дверей.

– Рирдон! Он не должен меня видеть, – испуганно пролепетала она.

Гэвин, не дав себе труда взглянуть на этого человека, рассердился.

– Все ваши секреты когда-нибудь выплывут на поверхность. Мы пройдем прямо к выходу. Он едва ли вас заметит.

– Вы не понимаете! Рирдон – один из друзей моего отца. Он знает меня как Уитнелл, а не как Рейноддс. Я не могу допустить, чтобы кто-то услышал, как он называет меня этим именем.

Гэвин понимал, что ей бесполезно объяснять, что не имеет значения, как ты себя называешь. Майкл называл себя, как ему вздумается, и никого это не волновало.

Маркиз уже выполнил все, что было задумано. Теперь его знают в обществе. Он с облегчением вздохнул. Оставалось только выбраться отсюда и попасть в постель Диллиан. Он решительно взялся за дело.

– У вас обморок, – объяснил он. – Закройте глаза и падайте. – Он подхватил ее под колени и поднял на руки. Она многое могла бы ему сказать, но промолчала и послушно расслабилась в его руках. Возможно, женщины падают в обморок от смущения. Гэвин не думал, что Диллиан на это способна, но она неплохо сумела притвориться.

Леди Дарли и еще несколько матрон бросились к ним.

– Дама в обмороке. Скажите, куда ее отнести, и вызовите карету, – распорядился маркиз.

Толпа расступилась. Гэвин не обращал внимания на удивленные взгляды и шепот за его спиной. Стиснув зубы, он уверенно продвигался к выходу.

Леди Дарли ввела его в маленькую гостиную и послала слугу за каретой.

– Что случилось? Положите ее сюда, – кивнула она на кушетку.

– Вероятно, слишком тесный корсет, – пожал плечами Гэвин.

Диллиан чуть-чуть приоткрыла глаза и возмущенно посмотрела на него. В присутствии леди Дарли ей пришлось прикусить свой острый язычок.

– Мне уже лучше. Благодарю вас. Не беспокойтесь, – слабым голосом проговорила она.

– Я полагаю, нам лучше поскорее уехать. Леди Дарли, если вы желаете остаться, я сам отвезу мисс Рейнолдс домой.

Леди Дарли, достаточно опытная, чтобы не заметить взгляды, которыми обменялись молодые люди, и, зная, что их встреча была подстроена, хотя и с неизвестной ей целью, неодобрительно покачала головой:

– Уже начались пересуды. Пожалуй, я уеду вместе с мисс Рейнолдс. Мы благодарны вам за заботу, милорд.

Гэвин, видя по выражению ее глаз, что она разгадала его уловку, галантно поклонился.

– Мы вам очень благодарны за помощь, миледи. Если вы, в самом деле, желаете уехать, я сам найду дорогу домой.

– Не хотите ли вы мне что-нибудь сказать? – с интересом спросила она.

– В другое время, возможно, хотя вам лучше спросить мисс Рейнолдс. Прощайте.

Он поклонился и вышел из комнаты. При мысли о Диллиан, лежащей в беззащитной позе на кушетке, его бросало то в жар, то в холод. Он не намеревался отпустить ее одну без его защиты. Невилл, кажется, был готов ее убить, и Гэвин не знал, какую роль в этой истории играет Рирдон.

Мисс Рейнолдс есть что объяснить, и он не оставит ее в покое, пока не добьется от нее правдивого признания.

Глава 27

Несмотря на то, что Гэвину иногда хотелось убить Диллиан или отрезать ее острый язык, он не собирался прекращать их отношения, доставлявшие ему большое удовольствие. Поэтому, дождавшись темной ветреной ночи, он оказался в саду ее дома. Он мог войти только через черный ход, которым, пользовались слуги, или через парадную дверь. Надежда на то, что кто-то из слуг его впустит, была слаба, а парадную дверь мог открыть Майкл, и появление Гэвина дало бы ему новый повод для шуток.

Гэвин стоял в саду, глядя на освещенное окно. Он никогда не был в той части дома, где прятались женщины. Майкл принял меры предосторожности, но Гэвин заметил только одного старого слугу, проверявшего замки на первом этаже. Снаружи дом никто не охранял. Будь у него хорошая лестница, он мгновенно забрался бы к ней в комнату. К сожалению, лестницы не было. Он различил силуэт Диллиан, стоявшей у окна. Черт, он не выделывал такие акробатические трюки со времен своей юности. Любой здравомыслящий человек повернулся бы и ушел домой. Жил ведь он раньше без женщин!

Тут он вспомнил, как она лежала на диване и с раскрасневшимся от волнения лицом смотрела на дверь, ожидая его появления. Может быть, Диллиан Уитнелл и обладала храбростью льва, но физически была слаба, как и любая другая женщина. Тогда-то Гэвин и решил, что она – его женщина, и он будет ее защищать.

Силуэт в окне исчез. Выругавшись, Гэвин стал искать способ проникнуть к ней. Здесь на стенах не было плюща. Он мог бы забраться на крышу, но не смог бы спуститься с нее на два этажа ниже, к нужному окну. Он уже решил поискать лестницу в конюшне, когда вдруг заметил тень, скользнувшую от кустов самшита к безобразной каменной вазе. Гэвин плотнее завернулся в плащ и последовал за ней.

Тень обошла вокруг дома, как это только что проделал он сам. Теперь она остановилась у черного хода. Он не обладал способностью Майкла двигаться бесшумно, но мягкая трава приглушала его шаги. Обогнув живую изгородь, он обнаружил, что тень исчезла. Возможно, незваный гость сумел проникнуть сквозь запертую дверь. Гэвин отступил к каменной вазе и чуть не сбил с ног человека, прятавшегося за ней. Неожиданно он обнаружил, что держит в руках мягкое женское тело, пышные формы которого он узнал бы, даже лишенный зрения, слуха и осязания.

– Догадайся я, что вы так жаждете моего общества, миледи, – прошептал он ей на ухо, – я бы давно дал вам знать о своем присутствии.

Диллиан возмущенно ахнула и ударила его кулачком в грудь. Гэвин сильнее прижал ее к своему телу.

Она замерла, но затем расслабилась и обняла его. Он с трудом сдержался, чтобы не повалить ее на землю. Он и так весьма грубо обходился с ней раньше. Сейчас он постарается быть нежнее.

– Ты все еще в своем вечернем платье? – хрипло прошептал он, вспомнив глубокое декольте ее наряда.

– Нет, – смущенно призналась она. – Я сняла его еще до того, как заметила, что в кустах кто-то прячется.

– Так ты вышла в одной рубашке? – Она спрятала лицо у него на груди.

Гэвин усмехнулся. Она могла бы позвать Майкла и сказать ему, что кто-то прячется в саду. Вместо этого она выбежала в сад. Полураздетая. Он прикрыл ее своим плащом.

– Ты знала, что это я, – уверенно заявил он.

– Вам не следует так задирать нос, – обиженно протянула она. – Кто еще может быть настолько глуп, чтобы попытаться влезть в мое окно по голым стенам?

Гэвин покачал головой и улыбнулся. Ему нравились ее колкости, ее шаловливый смех, особенно когда они совпадали с его настроением, хотя это случалось нечасто. Но он довольствовался тем, что между ними мгновенно вспыхивало влечение, стоило лишь их телам соприкоснуться, как это происходило и сейчас.

– Моя страсть заставляет меня лазать по стенам, – прошептал он, лаская ее соблазнительную грудь.

– Уж не хотите ли вы… – по ее тону, он почувствовал, что она поражена, но, не обращая на это внимания, ответил:

– Конечно, хочу. Войдем в дом или найдем местечко в саду?

– Негодяй! В доме Бланш! Как вам не стыдно? Опозорить меня перед всеми? Почему бы тогда при всех не объявить меня своей любовницей?

Гэвин вздохнул и закрыл ей рот поцелуем. Диллиан, как он уже заметил, вела себя непредсказуемо, но отдавалась страсти так же охотно и пылко, как и он. Маркиз сел на каменную скамью и посадил Диллиан к себе на колени. Она вкусна, как земляника, подумал он, впиваясь в ее губы.

Она таяла в его объятиях, буквально таяла, и чуть не упала с его колен, но он вовремя подхватил ее. Он никогда не думал, что может испытывать такое опьяняющее наслаждение. Ее ответные ласки не только разжигали его страсть, но возвращали ему уверенность в себе, которую он давно утратил. Она быстро усваивала его уроки любовных забав, и это приводило его в восхищение.

Внезапно, когда он уже был готов овладеть ею, она напряглась. Он с тревогой взглянул ей в лицо. Она смотрела куда-то поверх его плеча.

– Там в кустах кто-то есть! – шепнула она.

С негромким проклятием он повернул голову туда, куда был устремлен ее взгляд. Она была права. К дверям подкрадывался какой-то человек.

– Я не заперла дверь, – прошептала Диллиан.

Гэвин, пробормотав грязное ругательство, осторожно посадил ее на скамью. Он уже приготовился броситься на вора, когда на втором этаже распахнулось окно, и в нем появилась закутанная в покрывало голова.

– Дил! Ты здесь? Сейчас же возвращайся в дом! – Незваный гость подбежал к стене и, перескочив через нее, исчез.

– Иди в дом! – крикнул Гэвин и побежал к конюшне.

– Нет, не надо! – Диллиан изо всех сил уцепилась за него. – Он может быть вооружен. Он уже далеко. Пусть убегает.

Гэвин, оттолкнув ее, огляделся, но никого не увидел. Не зная, в какую сторону побежал негодяй, он уже не надеялся найти его. Диллиан ловко отвлекла его внимание. Возмущенный, он схватил ее за руку и поволок к дому.

– Какого черта ты остановила меня? – гневно спросил он. – Я мог поймать этого мерзавца. Иногда я думаю, кому ты на самом деле служишь, мисс Уитнелл?

– Поймать мерзавца? – возмущенно вскричала она. – Вы слишком самонадеянны. Отпустите меня, милорд. Я не одна из ваших содержанок, чтобы обращаться со мной как вам вздумается.

Он втолкнул ее в дом, с грохотом захлопнув за собой дверь.

– А ты хотела бы думать, что это я у тебя на содержании? – прорычал он. – И я должен делать то, что ты прикажешь? Признавайся, какую игру ты ведешь, мисс Рейнолдс Уитнелл?

Бланш с перекошенным от ужаса лицом сбежала по лестнице. Майкл, скрестив на груди руки, стоял в холле и смотрел на Гэвина, тащившего за собой Диллиан в ночной рубашке.

Не замечая их, Гэвин остановился и схватил свою пленницу за плечи.

– Давно пора честно рассказать мне обо всем! Или я все узнаю, или умываю руки и больше не участвую в этом проклятом деле.

Диллиан подобрала подол рубашки и направилась к лестнице. Поднявшись на пару ступенек, она остановилась и гордо бросила через плечо:

– В таком случае, милорд, уходите. Я в вас больше не нуждаюсь.

Оставив всех с раскрытыми от удивления ртами, она удалилась с видом оскорбленной принцессы.

Глава 28

Диллиан гордо подняла голову и расправила плечи, как учили ее в детстве друзья отца, когда ей хотелось убежать и спрятаться, чтобы выплакать свое горе. Она не могла допустить, чтобы оскорбительные слова ранили ее. Она должна быть выше этого.

Она сдержала себя и даже не хлопнула дверью, входя в свою комнату. Сжав кулачки, она зажмурилась, сдерживая слезы. Она запретит себе думать о том, что сделал с ней маркиз, что она позволяла ему, какие чувства испытывала, когда он смотрел на нее. Стыд охватил ее, когда она вспомнила, чем они занимались в саду. Она все время убеждала себя в том, что все это делает ради Бланш, но лгала себе. Она делала это потому, что жаждала объятий маркиза, его поцелуев и его ласк в постели.

Бросившись на кровать, Диллиан спрятала голову под подушку. Отец учил ее не оглядываться назад, а всегда смотреть только вперед. Она и сейчас хотела так сделать, но впереди была холодная пустота. Она должна начать жизнь заново. Это был самый простой путь.

Она выбрала его, пять лет назад, когда отец ушел на войну, оставив ее без гроша. Тогда она взяла имя матери, нашла своих родственников и начала новую жизнь. Какую жизнь она может начать теперь?

Она не хотела снова начинать все сначала. Первый раз было не так тяжело. Отец неоднократно позорил свое имя, и ей не жаль было оставить все позади. Она начала новую жизнь с новым именем. У нее появились дом, семья и подруга. Ее сердце не выдержало бы, если бы ей пришлось все это потерять.

Кроме того, она в любом случае не могла бросить Бланш.

Орошая слезами подушку, Диллиан думала, что еще она могла бы сделать для нее. Ведь Бланш была ее другом, она спасла ей жизнь, спасла ее жалкие сбережения, взяла ее в свой дом. Она просто не могла ее оставить.

Но как она может ее защитить? После вчерашней сцены маркиз воспользуется случаем и снова спрячется. А вот Майкл оказался на редкость достойным человеком.

Она приняла решение: она сначала увезет Бланш в безопасное место, а потом займется своими бумагами.

За дверью послышались легкие шаги. Диллиан быстро вытерла мокрые от слез щеки. Когда Бланш открыла дверь, она сидела на диване и распарывала подол старого платья.

Бланш остановилась на пороге, наблюдая за Диллиан.

– Ты уезжаешь? – тихо спросила она.

– Нет, уезжаешь ты. – Диллиан достала монеты, которые зашила в подол платья, когда они находились в доме доктора. – Полагаю, этого достаточно, чтобы отправить тебя с Верити во Францию. Если Майкл захочет сопровождать тебя, он может поехать в качестве кучера или кого угодно, но должен будет сам оплатить дорогу. Тебе не придется долго оставаться там. Я пришлю за тобой, как только буду уверена, что это не опасно.

В дверях неслышно возник Майкл.

– И вы думаете, что такая леди может добраться до Дувра незамеченной?

– Не говорите чепухи! – сердито возразила Бланш. – Диллиан, вероятно, права. Если меня не будет в Англии, Невилл до меня не доберется. Я вполне могу прожить несколько месяцев тихо и незаметно. Там меня никто не будет искать.

– Люди герцога уже ищут вас в Дувре и во Франции. Вы не проскользнете незамеченной. Вы должны уехать в противоположную сторону. У вас есть друзья в Шотландии?

В глазах Бланш засветилась надежда.

– Есть… – Она замолчала и покачала головой. – Но Невилл знает всех моих друзей. Он, наверное, уже предупредил их. Они сообщат ему, как только я приеду. Мне очень жаль, Диллиан. А ты знаешь кого-нибудь, кому можно довериться?

– Знаю, но не уверена, что могу доверять им больше, чем Рирдону. Если Невилл может нанять солдат, он наймет любого. Отставным военным платят немного, – с горечью добавила она.

– Рирдон? Кто такой Рирдон? – подозрительно прищурился Майкл.

– Не ваше дело. Почему вы не оставите нас в покое? Даже ваш тупоголовый брат понимает, когда его присутствие нежелательно.

– Ошибаетесь, леди. Гэвин прекрасно знает, когда он нужен. Он придет. А пока вы обе можете сидеть и вязать салфеточки. Если вам надо потратить деньги, то наймите еще сторожей.

Диллиан спрятала кошелек. Взяв щетку для волос, она посмотрела в зеркало на отражение Майкла.

– Уходите, О'Тул. У нас есть другие дела.

В зеркале она видела, как Майкл повернулся к Бланш. Что-то в его взгляде больно укололо ее сердце, и она закрыла глаза, чтобы не видеть этого взгляда. На нее никто никогда так не смотрел. Проклятый маркиз взирал на нее похотливо, как и многие мужчины, – как на сливовый пудинг, который хочется съесть. А вот во взгляде Майкла ничего похотливого не было.

Сознание невозможности их союза заставило Диллиан грубо крикнуть Майклу:

– Убирайтесь, О'Тул, или я закричу и вызову стражу! Повернувшись, она обнаружила, что он исчез.


Под любопытными взглядами сторожа и его жены Майкл носил ведра с водой и веревки, собирал молотки и гвозди. Когда появился Гэвин с большим мешком, спрятанным под плащом, Майкл быстро впустил его и начал привязывать веревки к двери. Гэвин одобрительно хмыкнул.

Майкл осторожно открыл дверь и кивнул, глядя, как закачалось ведро, привязанное к ручке двери.

– Только не забудь отвязать его, когда будешь выходить.

– Я никуда не пойду. Пойдешь ты. Здесь я все закончил. Я хочу, чтобы ты достал записки полковника из конторы поверенного. Меня не интересует, как ты это сделаешь.

– Сейчас уже ночь, – произнес Майкл. – Если ты не имеешь в виду кражу со взломом, то я никуда не пойду.

Гэвин раздраженно взглянул на него.

– Тогда взломай замки, так будет быстрее. Я сыт по горло этой игрой. Пора ее кончать.

Майкл задумчиво смотрел на брата, его сжатые челюсти и сверкающие гневом глаза. Сейчас он выглядел настоящим Лоренсом. Они все были смуглыми, с темными глазами и волосами. И отличались вспыльчивым нравом и невероятным высокомерием.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17