Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Полюби меня красного

ModernLib.Net / Контркультура / Дунаевский Алексей / Полюби меня красного - Чтение (стр. 11)
Автор: Дунаевский Алексей
Жанр: Контркультура

 

 


Не путайте Паддингтон с Боддингтоном

Как оказалось, Фюрер выбрал для нашего поселения в дешевый хостел один из самых фешенебельных районов Лондона – Паддингтон, известный белым цветом своих домов, окруженных черными чугунными решетками. Одним словом, классика! Все белое – просто рай какой-то для наиболее консервативных из числа RR!

Действительно, красота здесь наличествовала неописуемая, увеличиваемая в сто крат по мере рассеивания темноты. К тому же на улицах по-прежнему не было ни души, что позволяло воспринимать Паддингтон как принадлежащий исключительно нам, залетной пятерке отважных.

Никит-ах, как вы догадываетесь, поселился по соседству, но не потому, что был богат как Крез (не путать с Крейзи), а потому, что именно здесь обитала гостеприимная садомазо-дива, ежедневно вышибавшая кучу капусты из местных богатеньких извращенцев (не путать с временно проживавшим там Фюрером).

Впрочем, недолго глазели мы на эту красоту, так как уже через пять минут стояли у входа в хостел. Увы, заправилы сей обители оказались пидарасами, каких свет не видывал. Несмотря на все заявления Никит-аха об оплаченной броне, подтвержденной этими иммигрантскими ублюдками, селиться нам предложили только в 14.30 по местному времени. Сейчас же на часах светилось где-то 6.45, и можете представить себе нашу реакцию.

После продолжительной словесной перепалки Никит-аху все-таки удалось достичь подобия компромисса – не зря же он десятилетиями обучал русскому языку патрисов лумумбов. И не беда, что лумумбы эти в принципе не обучаемы ничему, кроме каннибализма, зато Никит-ах довел свой английский до совершенства. И пусть бритиши понимают его только со второго захода, зато с ходу врубается вся эта индопакистанская пиздобратия.

В общем, договорился он до того, что нам все-таки позволили оставить сумки в камере хранения, но при условии немедленного очищения холла от своих бомжеватых тел. Вот и ладушки. Теперь можно продолжить удачно начатую экскурсию. И мы не прогадали, так как Красный Фюрер решил свести нас с ума красотами британской столицы.

Да, чуть было не забыл ответить на вопрос, который могли бы задать мне читатели. Если Паддингтон такой красивый, то почему это название не настолько разрекламировано, как, например, Челси? Что ж, с удовольствием объясню. На мой взгляд, все потому, что Паддинггтон рождает ассоциации с мерзопакостным пивом «Боддингтон», продаваемым чуть ли не в каждом пабе и лавке.

Тем не менее Джон, предпочитавший знакомиться с местными сортами пива исключительно посредством приобретения целых упаковок, включавших как минимум шесть банок, вынудил меня как-то раз пить с похмелья эту вонючую мочу. Да еще в таких количествах! Теперь мне понятно, почему об убийственно красивом Паддингтоне вспоминают в последнюю очередь.

Однако срочно вернемся к Никит-аху, пока отсутствие должного внимания к персоне Фюрера не вывело его из себя.

Время оценивать

По дороге он только и делал, что объявлял Манчестер захолустьем, Пердяевкой и вообще сранью болотной, недостойной официального визита туда Вождя российского «МЮ»-фанатизма.

Несмотря на то что центр Манчестера произвел по крайней мере на двоих из нас самое приятное впечатление, остальные RR-овцы поспешили согласиться с Никит-аховыми представлениями о красивом. Настолько окружающие нас фасады и живописные окрестности сбивали с толку. Не говоря уже о Гайд-парке, где мы на некоторое время и вовсе лишились дара речи.

Все дело в том, что семь утра – самое лучшее время для оценки этой достопримечательности Лондона. Если же кататься на туристском автобусе, то обилие парков не позволит вам выделить один из них, и только раннее утро, отсутствие людей, громадные пространства, изящные строения и стелющиеся по газонам остатки тумана заставили нас раз и навсегда отдать предпочтение этому дивному месту.

Как ни странно, здесь было очень мало деревьев, но это ни в коей мере не портило общей картины. Просто в Гайд-парке доминируют гигантских размеров газоны, что, собственно говоря, и предполагал каждый из нас, когда рисовал в своем воображении классический лондонский парк с его извечными белками, серыми лисицами, прудами и утками. И ни одного нищего бомжа, в отличие от парков других мегаполисов!

Не знаю точно, как именно мы пересекали тогда Гайд-парк. По диагонали это было или с запада на восток, не важно, главное, что мы все-таки умудрились дойти до одного из его окончаний. А это, поверьте, было совсем непросто, так как на пересечение самого большого парка Лондона ушло около часа.

Далее последовала прогулка по прилегающим районам, в течение которой мы чуть ли не ежесекундно ахали и охали, настолько впечатляло гостей Лондона его архитектурное роскошество. Взять хотя бы витрины магазинов, в которых красовались роллс-ройсы последних моделей, а также коллекции бриллиантов от всяких там «тиффани».

Постепенно неутомимый Фюрер подвел нас к центру города в надежде на то, что кто-то из нас окончательно чокнется. Однако он ошибся в своих расчетах, так как чересчур извилистым маршрутом вызвал лишь приливы голода. Захотели есть даже похмельные, не говоря уже о Джимми, чьи шевелящиеся губы свидетельствовали о том, что всю дорогу он репетировал произношение английского слова «твелв».

Привал

Ситуацию с поглощением дешевой жратвы я описывать не буду, ограничившись тем, что Джимми изрядно напугал местных пакокулинаров, когда заказал себе практически все, что здесь предлагалось входящему. Потратили мы на созерцание насыщающегося Джимми около полутора часов, однако он, к счастью, проголодался слишком сильно, и процесс поедания бесчисленных котлеток прошел в ускоренном темпе. Это вам не три часа, проведенные им в китайской забегаловке в Манчестере!

Лицом к лицу с монархией

Поплутав немного по фешенебельным улицам в поисках ближайшего «Берберри» и наткнувшись на целую кучу его аналогов, мы потихонечку направились в сторону Сент-Джеймс-парка.

Убивая время до исторической встречи с Русским Скаузером, мы решили поглазеть на Букингемский дворец и смену караула. Попутно я стал излагать своим спутникам некоторые эпизоды из истории монархии в Великобритании, вызвав крайнюю заинтересованность Белыча, Джимми и Джона и крайнюю степень раздражения Фюрера, ловившего блох буквально в каждой моей фразе и вспыхивавшего, аки факел, после каждой неточности.

Как вы, наверное, уже догадались, Никит-ах хотел подчеркнуть, что посетил Лондон в тысячный раз и не какому-то там Бэкхему Фореве рассказывать, что тут и как устроено.

Короче говоря, наученные горьким опытом, все мы мгновенно переключили свое внимание на Фюрера, но он, по обыкновению, замолчал, чтобы не растрачивать попусту свою интеллектуальность. «Все равно бомжи ничего не усвоят, сколько ни объясняй им теорию моей исключительности», – подумал он.

Тогда в дело вступил Джон: он услышал раздавшийся из мегафона голос, который сообщил прохожим о том, что через минуту-другую возле Букингемского дворца начнется построение ирландских гвардейцев.

Джон рванул к ограде, а за ним устремились и все остальные RR-овцы. Хотя зря дернулись, так как при виде приближающегося Джимми, упакованного в кожан, гвардейцы построились в боевые порядки и, выставив в нашу сторону ружья, прицелились. И лишь когда Джимми отошел от ограды на безопасное расстояние, они опустили карабины, позволив тем самым рассмотреть свою знаменитую форму.

В отличие от широко разрекламированных английских коллег, ирландские гвардейцы были одеты в мундиры с многочисленными вкраплениями зеленого цвета. А в остальном все те же медвежьи шапки, аксельбанты и белые «передники».

Тем временем на Джимми стали поглядывать полицейские, начавшие активно переговариваться друг с другом по рации. И я уверен, что Джимми вели вплоть до того момента, пока он не покинул Сент-Джеймс-парк.

Даже когда он пытался кормить уток, констебли пребывали в уверенности, что этот подозрительно одетый человек пытается отравить воду. И в чем-то они были правы, так как на моих глазах сдохла уточка, цапнувшая кусочек протянутого ей Джимми паки-гамбургера. Поэтому я ни на секунду не сомневался в том, о ком именно была фраза «Аттеншн, хонки-мен!», неоднократно звучавшая в полицейских рациях.

Оставив Джимми у быстро опустевшего после смерти уточки пруда, мы вернулись к дворцу, чтобы не упустить Рашн Скаузера. Джимми же принялся кормить белочек. Точнее, ловить их по всему парку, поскольку хвостатые твари в ужасе разбегались при виде хлебосольного убийцы местной живности.

Ну а мы все-таки встретили у фонтана своего «злейшего врага», сколько бы ни мешала нам осуществить желаемое Джиммина униформа.

Мозговой штурм

В связи с тем, что ожидание появления Рашн Скаузера у небезызвестного фонтана близ Букингемского дворца заняло несколько часов, мы неплохо поупражнялись в интеллектуальности, собирая по кускам сведения из истории Англии.

В итоге склеилось нечто очень даже величественное, и к нашему кружку умников стали потихонечку пристраиваться русскоязычные туристы, желавшие сэкономить на обзорной экскурсии. Особой эрудицией выделялся, естественно, наш красный наследник коричневого Гитлера, весьма преуспевший в зубрежке дат и цифр, чтобы еще выше набить себе цену. Да и как могло быть иначе, если за всю свою жизнь Никит-ах лишь однажды посетил Москву, трижды – никому не нужный Бангор и примерно тысячу раз один и тот же Лондон.

В то же время эти нескончаемые и бурные потоки его эрудиции меня насторожили. Уж не собрался ли наш Фюрер остаться здесь навсегда, подрабатывая близ Букингема дешевым экскурсоводишкой? Ведь при таком раскладе было бы очень легко предугадать тяжкие последствия столь непродуманного шага.

После смерти Александра Македонского, как вы помните, империю тут же начали сотрясать раздоры и войны, инспирированные многочисленными наследниками престола. Петербургский «МЮ»-фанатизм тоже затерзали бы междоусобицы. И даже если бы победил Джон Первый, можно предвидеть издержки, вызванные его восшествием на престол. Ну кто согласился бы с первым же его указом о перекрашивании в зелено-бело-желтый колор наших привычных красно-черных цветов? Джон же, судя по всему, начал всерьез готовиться к своей коронации, скупая все попадавшиеся ему под руку значки ирландского «МЮ»-саппорта.

Однако предусмотрительный Никит-ах был готов к этим поползновениям и посему приобрел себе (сразу же по приезде) кроссовки стремительно выходящей из хулиганской моды фирмы «Лонсдэйл». За 4 фунта, естественно. Видимо, возжелал с ходу задвинуть нас на второй план своими обновами. Эх, Никит-ах, знал бы ты, в какую реку вступаешь, сэкономил бы! Это же целых две кружки пива!

Но какой Фюрер, скажите на милость, не допускает ошибок? К тому же футбольные шмотки никогда не были его коньком, так что простим ему эту небольшую промашку. Лучше занесем в актив Никит-аха плюсы, сформированные его участием в дискуссии о происхождении монархии в королевстве.

Когда же высокомудрая говорильня перестала спасать нас от тоски смертной, вызванной долгим отсутствием ливерпульского союзника, он все-таки появился. Точнее, явил себя тем, кто хорошо знал, как он выглядит. В итоге Рашн Скаузер встретился сначала с Белычем, оттащившим его на радостях куда-то в сторону, а затем погряз в разговорах с Джоном Боем, сразу же принявшимся тестировать ливерпадлианца на предмет глубоких познаний в мини-футбольной стратегии и тактике. Они даже не заметили, как зашли за Букингемский дворец, растолкав охрану, не рискнувшую помешать их богословской дискуссии.

Я же вместе с Никит-ахом долго ходил по кругу в поисках исчезнувших соратников. Ну а Джимми привычно потерялся где-то на дальних подступах к Сент-Джеймс-парку. И только раз за разом завывавшая полицейская сирена и редкие выстрелы указывали нам на место его нахождения.

По прошествии часа с момента появления Русского Мерсисайдца мы неожиданно натолкнулись на его высоченную фигуру, зашедшую с тыла. Честно говоря, голову Скаузера я увидел не сразу, ибо наш дорогой враг-союзничек оказался форменным Дядей Степой. Одно только могу сказать точно: Скаузер был блондином, так как вершину этой «мачты» украшало нечто светлое, типа флага, развевавшегося на ветру. Когда же Скаузер наклонился, чтобы совершить рукопожатие, стало возможным рассмотрение черт его улыбчивого лица. Я бы сказал, что Скаузер оказался довольно симпатичным парнем, однако фильм «Горбатая гора» не позволяет мне развивать тему в данном направлении. Отмечу лишь… длиннющее черное пальто Скаузера (по всей вероятности, дорогое), свидетельствовавшее о том, что его хозяин дистанцируется от наших представлений о хорошей одежде. Ну что ж, лондонцу, наверное, это позволительно. Переболел, поди, «генри ллойдами»-то.

А вот что особо мне в нем понравилось, так это резкий переход от футбольных новостей к теме ближайшей пивной, на розыски которой мы отправились почти незамедлительно. Однако Джон воспользовался этой прогулкой исключительно ради того, чтобы продолжить свою высокопарную беседу. На этот раз они стали обсуждать наш форум и всех залетных уродов, когда-либо сказавших что-то не то. Как ни странно, Скаузер отлично разбирался в ни о чем не говорящих мне проблемах, никах, темах, идиотских спорах и особенно многочисленных глупостях, изреченных посетителями нашего сайта. Знал он и о положении дел с Москвой, которую, к моему приятному удивлению, не особенно-то ценил по причине истеричности ее представителей.

По мере приближения к пивной выяснилось, что РС работает в банке на приличной должности, живет в хорошем районе и дорогой квартире вместе с новой герлфренд (замененной, кстати, по ходу одного из матчей), ездит отдыхать на Кубу, болеет, как и многие лондонские богачи, за пролетарско-докерский «Миллуол», дружит с его президентом, частенько выезжает на матчи «ливерпадл», включая международные, играет в футбол (только я не очень понял где), подумывает о поездке на ЧМ в Германию (которую, правда, могут сорвать своим поведением «британские соотечественники»), заказывает хостелы бомжеватым друзьям по переписке, которые тут же сдрискивают в сторону (тем не менее он приобретает им билеты на матчи «Миллуола»), ну и т. д. В общем, на жизнь не жалуется.

Но только РС закончил рассказ о самом себе на мажорной ноте, как тут же вспомнил о стоимости пяти заказанных нами билетов на матч «Миллуол» – «Дерби Каунти», предоставленных ему лично президентом печально знаменитого столичного клуба.

И вот тут-то, дорогие друзья, состоялась еще одна смешная история. Точнее, возникла поразительная ситуация с участием РС и Никит-аха, в мгновение ока позабывшего о своем высоком статусе Мистера «„МЮ“ – это я». И виной тому, вы не поверите, оказались какие-то грязные бумажки, с которыми все мы привыкли расставаться со страшной скоростью в пивных, кассах стадионов и магазинах модной одежды. Правда, делали мы это, не зная позиции нашего Фюрера, имеющего на сей счет совсем иное мнение. Особенно в плане скорости расставания с нажитым непосильным трудом.

Поэтому сейчас волей-неволей мне придется открыть вам одну из самых главных тайн нашего Вождя, которая на деле никакой тайной не является.

Помните, как реагировал И. В. Сталин на необходимость уплаты партийных взносов? Как он начинал краснеть, бледнеть, возить пальцами по дну пустого кошелька, выпрашивать отсрочку и клясться, что такое больше никогда не повторится? Так вот, нечто похожее произошло и с нашим Никит-ахом, впервые в жизни нарвавшимся на самую страшную неожиданность. Итак, вас ждет запрещенная цензурой страница его биографии, которую я настоятельно советую вырезать. Для чего, собственно, и приведена ниже пунктирная линия. А то как бы чего не вышло.

– – – – – – –
Деньги в жизни Вождя

Когда-то я считал, что money в жизни перманентно англоязычного Никит-аха – nothing. И не больше. Поверьте, деньги в его глазах – мелко нарезанная бумага, нечто always funny, пустой звук, gas и все такое, раз он постоянно дарил мне дорогие «МЮ»-сувениры, возвращаясь из своих английских странствий. Да и пивом всегда поил, не спрашивая о желании или возможности расплатиться.

Затем Никит-ах и вовсе стал всучивать мне в руки бабло. Нет, не подумайте ничего такого, он совершенно не собирался заниматься благотворительностью, просто, когда Фюрер в середине 90-х стал главным редактором довольно известного порножурнала, он перестал считать деньги вообще. Авторам статей, в числе которых был и я, он исправно выдавал гонорары, а сам чуть ли не ежедневно прожигал жизнь в бесчисленных петербургских пивных и бильярдных.

И вот наступил момент, когда хозяева одной из них решили не отпускать такого человека на слишком большое от себя расстояние и присвоили ему двусмысленный титул Председателя клуба. Увы, из-за нежданно-негаданно выпавшей на его долю чести Никит-ах совсем съехал с рельсов и стал представляться не иначе как Первым лицом, Главой, Президентом, короче – Руководителем, резко увеличив тем самым количество подаренных ему скидок на пиво.

Без тайм-аута в «Тайм-ауте»

Председателем какого клуба являлся наш Никит-ах, правда, так и не стало ясно. Похоже, в него входило все народонаселение планеты Земля. Да и как мне было узнать точнее, если Никит-ах это обстоятельство никогда не расшифровывал? Просто-напросто не было на то надобности, так как главное заключалось в другом – в том, что практически везде его встречали как VIP-персону. И чуть ли не аплодировали при появлении, равно как и при уходе. Появлялся же наш Фюрер в бильярдных, как вы догадываетесь, первым и уходил последним, даже в те дни, когда обожаемый им «Тайм-аут» выгорел чуть ли не дотла.

Тем не менее благодаря пожароустойчивому Вождю мы смотрели матч в «Тайм-ауте» в клубах дыма и вдыхали непереносимую вонь, став заложниками непреклонности нашего Фюрера. Ну а ему, драгоценному, не мешали даже толпы пожарных, заслонявшие экран, так как трансляция шла в записи, а Фюрер к тому времени уже знал победный счет.

Даже когда кто-то темной ночью спиздил тайм-аутовский проектор, сие событие нисколько не повлияло на нашего духовного Лидера, настолько уж он прикипел к этому месту. И только неожиданный переход данного питейного заведения в руки новых хозяев решил исход дела не в нашу пользу. Точнее, стойкое нежелание этих козлов показывать матчи «МЮ» в Лиге чемпионов в ущерб всякому туда попавшему говну.

Та же политика стала проводиться ими и по субботам, когда играли всенародно любимые ЦСКА, «Спартак» (Нальчик?) или «Зенит». Что ж, делать нечего, пришлось искать иное пристанище, которое в мгновение ока было пробито Никит-ахом, не любящим проволочек.

В итоге им стал сомнительный во многих отношениях «Вегас», где мы благополучно сидим до сих пор, лишь изредка наведываясь в «Найт Сити» – вотчину караоке, хоккея, нижегородоязычного «форца пицца милано!»[73], шаек «анониров», толп «зенитов-победитов» и разных прочих Джимминых дружков-приятелей. Но этак я начну излагать историю Russian Reds, чего делать пока не собираюсь.

Подбивание бабок

А собираюсь я подвести вас к главному выводу. Итак, что же значат для нашего Фюрера деньги? Начну с того, что вновь обращу ваше внимание на Рашн Скаузера. Если вы помните, расстались мы с его колоритной фигурой в одном из пабов, где он из последних сил готовился к возобновлению разговора о культпоходе на матч «Миллуола».

Сдается мне, что не очень-то усердное поглощение нами пива и виски вызвало с его стороны нешуточное подозрение. А не оскудели ли наши денежные запасы до такой степени, что мы возьмем да и откажемся от посещения «Дена» – одной из основных столичных достопримечательностей.

На самом деле еще в Манчестере мы договорились не нажираться до сонного состояния, чтобы не дай бог не пропустить сражение «Миллуола» с «Дерби Каунти». Классические ведь команды, не так ли? Вот и посасывали вяло свои порции в надежде, что хмель все-таки отгонит сон, который ретируется под натиском жажды приключений. К тому же Джимми мог в любую секунду развязать свои лапы, так как опять где-то отсутствовал. (Как оказалось, он избивал на улице очередной банковский автомат, упорно не желавший обналичивать чеки из его советской сберкнижки.)

Вот тут-то Рашн Скаузер и молвил: «А вы по двадцать семь фунтов с носа на билеты отложили?» ПАУЗА. «Ясное дело!» – попытался ответить за всех смущенный вопросом Джон, не представлявший себе всех последствий такой поспешности. Во всяком случае, только трое из пяти соратников кивнули в знак согласия.

В то же время с нами находился резко отвернувшийся в сторону Вождь RR, чью точку зрения еще только предстояло выяснить, и отсутствовал непредсказуемый Джимми, над которым продолжала витать тень залога в полицейском участке.

Расплата

«Ну так как, Никита?» – повторил свой вопрос неугомонный Рашн Скаузер, впившись взглядом в затылок Фюрера.

И вот тут-то и произошло нечто страшное. Никит-ах медленно повернулся и уставился на нашего друга-врага, аки Баба Яга на Ивана Дурака. В зрачках Никит-аха плясали какие-то неразличимые загогулины, напоминавшие мне ожившие нотные знаки. Складывалось ощущение, что Фюрер хочет испепелить Русского Скаузера, но у него немножко не получалось с непривычки.

Однако страху при этом он на всех нагнал! Такого жгучего взгляда я с роду не видывал! Вот они, очи черные загадочной русской души! Врагу не пожелаю такое увидеть! Просто какие-то плохо отлаженные гиперболоиды инженера Гарина, предусмотрительно вставленные Никит-аху в глазницы! Волей-неволей вспомнился бородатый анекдот про «советское дилдо для непопадания в жопу». Ничего себе подготовился Фюрер к поездке в Англию!

Затем что-то отчетливо щелкнуло, и пожар в глазах Вождя уступил место шевелению губ, с которых некоторое время ничего не срывалось. Никит-ах просто водил из стороны в сторону челюстью, пытаясь довести нашего мерсисайдца до заикания.

По истечении пары минут Мистер «МЮ» исчерпал лимит своих бандитских приемчиков, которыми он пользовался для распугивания купчинской публики, и сменил гнев на тугоухость. «Что, что? – сорвавшимся голосом прохрипел Никит-ах, обращаясь к нам. – Что он сказал? Я не понимаю по-русски! И вообще я с детства ненавижу Совдепию! А этот скаузер поганый – еще и рашн в придачу!»

Когда же мы напомнили Никит-аху о необходимости возврата денег за уже приобретенный билет, он забросал нас новыми непонятками. Посыпались следующие отговорки: «Какой еще билет?», «Какой такой „Мелвол“?», «Кто этот высокий блондин в черном пальто?», «Где его ай-ди и регистрация?», «Мне домой пора!», «Что-то я спать очень захотел!», «Ой, мне в туалет надо!», «Меня садомазо ждет!», «Я в жопу пьян!», «Никаких сделок со скаузерьем!», «Он эти билеты с убитого человека снял!» и т. д.

Когда же мы немного надавили на Фюрера, прижав его к стенке и шепча на ухо всякие обидные замечания, Никит-ах возопил о своем праве на продолжение выяснения подробностей, связанных с билетом. «Почем-почем, говоришь?», «Семь?», «Восемь?», «Не слышу!», «Ничего не слышу!», «Не слы-ышшу-у-у яа-а-а!!!».

К счастью, в паб вернулся Джимми, которого Никит-ахов уход в несознанку почему-то вывел из себя. Хлопнув правой лапой по уху Фюреру, добряк Джимми вернул ему на какое-то время слух, однако серьезно повредил разум. «Значит, не семь? – неслось в сторону Рашн Скаузера. – Сколько же? Два или семь? Или все-таки два дробь семь?» Удар лапой слева вернул голову Фюрера в исходное состояние, но и только. «Все, не бейте больше! – взмолился пришедший в себя Вождь. – Я понял, двадцать семь – это не два семьдесят!» Однако мы рано радовались. Никит-ах и не думал сдаваться без боя. Как оказалось, просвещенный и донельзя цивилизованный Фюрер считал, что в Англии число двадцать семь означает два фунта сразу и семь в кредит, что его очень устраивало. То есть два он кое-как отдаст сам, а семь заплатит за него через год садомазо. Или Джон, когда поедет в апреле на «Стэмфорд Бридж» добивать «Челси». С Джоном вариант даже лучше, если поразмыслить.

Однако Джимми не позволил Фюреру провести новую комбинацию. Зажав бесценную голову Главы движения в стальной захват, экс-Кувалда Шульц прошипел: «Отдай сколько сказано, не будем мелочиться по пустякам! Все равно пробухаем в сто раз больше». Вот что изрыгнул из себя наш молчальник, чем изрядно удивил своих соратников, ставших потихоньку забывать, как звучит Джиммин голос. К тому же его прогноз о неизбежной попойке также свидетельствовал о том, что дела у Джимми пусть и медленно, но все-таки пошли на лад.

К сожалению, прогресс, затронув поведение Джимми, обошел стороной нашего Вождя, попытавшегося под шумок разыграть карту обморока. Но мы тут же облили его с головы до ног пивом, так что Фюрер мигом пришел в себя, предложив следующее: если мы перестанем давить на него с помощью садиста Джимми, он быстренько посчитает убытки, а затем займет у каждого из RR ровно по 7 фунтов, если мы не захотим дать ему больше. Набитый своим и чужим баблом Белыч тут же предложил Никит-аху этот нехитрый заем, однако опытный в таких делах Джон пресек на корню готовящуюся авантюру.

«Этак он сдриснет в туман», – сказал Джон и резко отвел в сторону протянутую к Белычу руку Вождя. Тогда Фюрер выпросил у нас свой последний тайм-аут, чтобы окончательно собраться с мыслями.

Пригласив меня в собеседники и советчики, Никит-ах попытался надавить на житейскую смекалку, но просчитался. Он почему-то пришел к выводу, что подсчет количества товаров, которых его лишала цена за билет на матч команд первой лиги, заставит меня с ним согласиться. Однако я никогда не был поклонником джинсов по 4 фунта, равно как и кроссовок за ту же цену, а также безразмерных кофт по три монеты за пару, не говоря уже о тьме-тьмущей всякого барахла по одному фунту. Ну кто, скажите на милость, будет с гордостью носить на себе изделия таких «фирм», как «London Fashion», «Happy Dandy», «Pe-Pe» (приобретено Джимми) и т. д.?

Если вы в данный момент считаете меня снобом, то ошибаетесь. И не вздумайте искать вышеназванные лейблы на Апрашке или в секонд-хендах. Припретесь в них в «Вегас» – обязательно уйдете обосранными по полной программе!

Однако все эти мои соображения никак не касались Никит-аха, который пусть и не плакал навзрыд, зато активно теребил щеки, сбрасывая на пол скупые мужские слезы. В его потускневших глазах-гиперболоидах уже не прыгали зловещие искры, а некогда способные испепелить врага мощные направленные лучи стали напоминать скукожившиеся обвисшие ленточки, устремленные в никуда. Настолько подкосила его рыночная стоимость всех этих никчемных «милволов» со всеми вытекающими из них «пердикаунтями».

Если же все-таки подсчитать потери Никит-аха, то равнялись они примерно двум чемоданам дешевых тряпок, которые он мог бы привезти в Санкт-Петербург, чтобы окупить свою очередную «колбасную» поездку в Лондон. Нет, он не стал бы носить на себе все это говно, не подумайте чего лишнего. Ни при каких! Просто Красному Фюреру уже досталось от щедрот Найс Гая, обеспечившего Никит-аха как минимум на пятьдесят ближайших лет его затянувшегося бессмертия. Не забывайте, что наш Вождь десятилетиями носит одно и то же и в настоящий момент не планирует расставаться со своим шарообразным состоянием, вызванным круглосуточным ношением вышеописанной американской курточки.

Ладно, пора и вывод сделать в отношении Никит-ахова меркантилизма. С моей точки зрения, Фюрер наш равнодушен к деньгам, как никто другой. В то же время он совсем даже не равнодушен к дешевым английским шмоткам, эквивалентным очень небольшим суммам английских денег. Но зачем ему эти тряпки?

Что ж, я предвидел такой вопрос и потому пару часов провел в размышлении. И вот к какому выводу пришел: сдается мне, что Никит-ах хотел завалить подарками Найс Гая в качестве алаверды. А мы-то, дураки, такое благородное желание в грязь затоптали! Но только в том-то все и дело, что Никит-ах уезжал в Россию намного позже нас. И наверняка наверстал упущенное. Вот и весь сказ.

В пасти льва

Начну с пояснения. «Львы» – это обиходное название «Миллуола», популярное в чинно-благопристойной и журналистской среде. Сами же докеры его практически не употребляют, предпочитая названия своих знаменитых хулиганских «фирм»[74], наводивших ужас на столицу королевства с конца 60-х. Поэтому в дальнейшем я буду пользоваться названием «бушвакеры», давно принятым в российской околофутбольной литературе. Так вот, несмотря на то что львы красуются на эмблемах и атрибутике очень многих английских клубов, «львами» принято называть только миллуольскую публику. И если вы сейчас не вняли моим словам и в полемическом запале назовете «челсюков» «львами» в их присутствии, имея в виду несуразную новую старую эмблему клуба Абрамовича, то вам обязательно дадут по роже. Да еще так, что ее унесет ветром и не воротит.

Итак, получив денежки за билеты, Рашн Скаузер слегка воспрял духом, подтверждением чему стало приглашение посетить другой паб, гораздо больше и лучше этого. И действительно, РС вскоре привел нас в здоровенную пивную, пустовавшую в это время дня, что позволило нам почувствовать себя на новом месте чуть ли не хозяевами. Однако следовало и о матче не забывать, так как количество выпитого постепенно приближалось к критическому.

Когда захмелели все без исключения участники дружеской попойки, Русский Мерсисайдец не нашел ничего лучшего, как поторопить нас в дорогу. А она оказалась не только дальней, но и весьма опасной.

Дело житейское

В подземке мы потратили кучу времени на приобретение карточек, но дело того стоило, о чем я не премину рассказать вам в дальнейшем. Хотя нет, лучше прямо сейчас поспешу дать дельный совет. Не вздумайте покупать суточную проездную карточку на метро сразу же по прибытии в Лондон. Экономить в данном случае не следует, однако такое искушение вас обязательно посетит. Действительно, цена 2.90 на первый взгляд выглядит гораздо привлекательнее, чем 4.50, но это мнимое преимущество.

Лучше дождитесь середины дня и только тогда приобретайте себе проездной. Все дело в том, что купленная утром карточка закончит свое действие в 24.00, а дневная будет работать чуть ли не всю ночь. Однако в нашем случае (и я уверен в этом на все сто) Рашн Скаузер просто брезговал покупать карточку по цене, которая равнялась стоимости одной кружки пива, и потому взял себе за 4.50, хотя никакой потребности в ночных поездках в подземке не испытывал. Таким уж привередливым оказался наш лондонский банковский менеджер.

Сев в подошедший поезд, мы не ожидали, что нам предстоит сделать целых четыре пересадки, пока мы не окажемся на гигантской узловой станции, поражающей взор роскошным внутренним убранством, чистотой, обилием кафе и ресторанов, а также огромным количеством магазинов. Это что за остановка?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18