Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дирк Питт (№16) - Атлантида

ModernLib.Net / Боевики / Касслер Клайв / Атлантида - Чтение (стр. 21)
Автор: Касслер Клайв
Жанр: Боевики
Серия: Дирк Питт

 

 


Ресторан был расположен в кирпичном доме восемнадцатого века, а его шеф-повар и совладелец попал в Вашингтон из Парижа через Канны, где его «открыли» двое богатых вашингтонских промышленников, имевших вкус к хорошей еде и хорошему вину. Они субсидировали открытие ресторана, выделив шеф-повару пятьдесят процентов пая. В отделке главного зала преобладали темно-синие и золотые тона, декор и мебель были выдержаны в марокканском стиле. Всего двенадцать столиков, которые обслуживали шесть официантов и четверо подносчиков. Что Питту больше всего нравилось в «Сен-Сире» – это акустика. Тяжелые шторы и мили ткани на стенах глушили все звуки до минимума – не то что в других ресторанах, где порой не слышно соседа по столу, а всеобщий шум и гвалт портит все удовольствие от изысканной еды.

Метрдотель усадил их за столик на двоих в уединенной нише в стороне от главного зала.

– Шампанское или вино? – поинтересовался Питт.

– Зачем спрашивать? – удивилась Лорен. – Ты же знаешь, что хорошее каберне приводит меня в расслабленное состояние.

Питт заказал бутылку «Мартин Рей Каберне Совиньон» и устроился поудобнее в кожаном кресле.

– Пока ждем заказа, может, расскажешь мне вкратце, что ты такого интересного накопала по «Дестини Энтерпрайзес»? Лорен надула губы:

– У-у, противный! Я-то надеялась, ты меня сначала хотя бы накормишь.

– Ну до чего же продажный народ эти политики! – вздохнул Питт.

Она наклонилась, открыла кейс и достала несколько папок.

– «Дестини Энтерпрайзес» не принадлежит к числу корпораций, злоупотребляющих связями с общественностью и рекламными кампаниями. Ее акции никогда не поступали в продажу, и она полностью находится во владении семьи Вольф на протяжении трех поколений. Они не издают и тем более не распространяют финансовые или годовые балансовые отчеты. Разумеется, они никогда бы не смогли работать с такой степенью закрытости ни в Европе, ни в Азии, ни в США, но они имеют колоссальное влияние на правительство Аргентины. Это началось еще при Пероне после Второй мировой войны.

Питт успел прочесть несколько страниц первого досье, когда принесли вино. Официант налил ему чуть-чуть в бокал, Питт посмотрел бокал на свет, понюхал, пригубил, вдумчиво раскатал по языку и нёбу терпкую, ароматную жидкость, чтобы прочувствовать букет, и лишь потом проглотил. Поднял глаза на официанта и улыбнулся:

– Меня всегда восхищала утонченность и одновременно твердость духа этого вина.

– Прекрасный выбор, сэр, – одобрил официант. – Немногие из наших посетителей вообще знают эту марку.

Питт позволил себе еще глоток вина перед тем, как вернуться к папке.

– Тут написано, что «Дестини Энтерпрайзес» возникла в 1947 году словно из ниоткуда.

Лорен рассеянно разглядывала темно-красную жидкость в своем бокале.

– Я наняла агента для просмотра аргентинской прессы того периода. Фамилия Вольф в разделах, посвященных бизнесу, нигде не упоминается. Мой агент сумел обнаружить только туманные слухи и намеки, что будто бы корпорация создана высшими нацистскими заправилами, удравшими из Германии перед капитуляцией.

– Адмирал Сэндекер рассказывал о массовом вывозе нацистских бонз и награбленных сокровищ на подлодках в Аргентину перед самым крахом Третьего рейха. Руководил операцией Мартин Борман.

– Разве он не был убит при попытке скрыться во время битвы за Берлин?

– Почему-то мне не верится, что останки, тем более найденные столько лет спустя, принадлежали ему.

– Где-то я читала, что самая большая загадка прошлой войны – это бесследное исчезновение германской казны. Не нашли ни одного слитка золота, ни одной рейхсмарки. Могло так случиться, что Борман остался жив и вывез все ликвидные активы страны в Южную Америку?

– Он первый в списке подозреваемых, – ответил Питт, перебирая листы в папках. Ничего особо интересного он там не нашел – в основном просто газетные вырезки, сообщавшие об операциях «Дестини Энтерпрайзес», слишком масштабных, чтобы их можно было сохранить в тайне. Наиболее подробный анализ содержался в докладе ЦРУ. В нем перечислялись проекты и операции, в которых участвовала «Дестини Энтерпрайзес», но деталей почти не было.

– У них исключительно широкое поле деятельности, – заметил Питт. – Вложения в масштабные горнопромышленные проекты по добыче драгоценностей, золота, платины и редких минералов. По производству программного обеспечения они занимают второе место в мире, не так уж много уступая «Майкрософту». Инвестируют огромные деньги в нефтедобычу, а по разработкам в области нанотехнологии занимают ведущие позиции в мире.

– Нанотехнология? А что это такое? – спросила Лорен.

Питт не успел ответить – к столику подошел официант, чтобы принять заказ.

– Что-нибудь привлекло твое воображение, дорогая? – осведомился Питт.

– Доверяю твоему вкусу. Закажи для меня сам.

Питт не стал даже пытаться выговаривать названия блюд по-французски, как они обозначались в меню, а воспользовался простой и родной английской речью:

– На закуску ваш фирменный паштет с трюфелями и суп «виши». А горячее – для дамы кролик в белом винном соусе, ну а мне – сладкое мясо[5]в темном масляном соусе.

– Как ты можешь есть эту гадость? – скривилась Лорен.

– А я с детства люблю хорошо приготовленное сладкое мясо, – ответил Питт. – Так на чем мы остановились? Ах да, нанотехнология. Я тоже знаю о ней очень немного. Это прорыв, абсолютно новая научно-техническая отрасль, позволяющая произвольно менять расположение атомов в исходных материалах и создавать конструкции, практически невозможные и даже немыслимые в природных условиях. По мере развития нанотехнология обещает возможность корректировки человеческого организма на молекулярном уровне и революцию в промышленности. Можно будет производить все, что угодно, причем дешево и высококачественно. Будут созданы невероятно миниатюрные машины, умеющие сами себя воспроизводить, и они будут запрограммированы на создание новых видов топлива, лекарств, металлов и строительных материалов, которые обычными средствами создать невозможно. Появятся сверхмощные компьютеры объемом порядка одного кубического микрона. Нанотехнология – это ворота в будущее.

– Я даже представить себе не могу, каким образом можно добиться подобных чудес.

– Насколько мне удалось понять, основной целью является создание так называемого ассемблера, или сборщика – субмикроскопического робота с манипуляторами, управляемыми компьютером. Предполагается, что ассемблеры будут «собирать» уже достаточно крупные объекты с заранее заданными параметрами на атомарном уровне, и делаться это будет путем контролируемых химических реакций, молекула за молекулой. Эти сборщики могут быть также настроены на самовоспроизведение. Теоретически им можно задать программу изготовить набор клюшек для гольфа из металлов и материалов, которые еще только предстоит изобрести, собрать телевизор любой заданной формы и размера и даже автомобиль или самолет вместе с новым горючим, на котором они будут работать.

– Смахивает на научную фантастику.

– Тем не менее нанотехнология – это уже сегодня реальность, а в ближайшие тридцать лет ожидается прямо-таки ошеломляющий прогресс.

– Что ж, это во многом проясняет материалы в той папке, где речь идет об антарктическом проекте «Дестини Энтерпрайзес», – сказала Лорен. – Она под номером 5-А.

– Да, вижу, – кивнул Питт. – Крупное предприятие по добыче минералов из морской воды. Судя по всему, они стали первыми, кому удалось сделать такую добычу рентабельной.

– Кажется, инженеры и ученые компании разработали молекулярное устройство, способное выделять из морской воды металлы, например золото.

– И программа, как я понимаю, оказалась успешной?

– Весьма, – подтвердила Лорен. – Согласно записям в бухгалтерских книгах одного швейцарского банка, тайно добытым ЦРУ – мне пришлось поклясться на тысяче библий, что сведения останутся конфиденциальными, – запасы золота «Дестини Энтерпрайзес» в депозитариях Швейцарии немногим уступают золотому запасу США в форте Нокс.

– Им следует вести себя очень аккуратно на рынке, иначе цены на золото полетят кувырком.

– Согласно моим источникам, «Дестини Энтерпрайзес» пока что не продала ни одной унции.

– Тогда на кой черт им переправлять в Европу такие колоссальные объемы?

Лорен пожала плечами:

– Понятия не имею.

– Подозреваю, они все-таки продают свое золотишко, но только тайно и небольшими партиями, чтобы не уронить цены. В конце концов, если открыто выставить на торги сотни тонн золота, цены резко покатятся вниз и вся прибыль уйдет коту под хвост.

Официант принес паштет с трюфелями. Лорен отщипнула деликатес вилкой, отправила в рот, и на лице ее появилось выражение блаженства.

– Восхитительно!

– Да, неплохо, – согласился Питт.

Они молча занялись паштетом и не произнесли ни слова, пока не доели последний кусочек.

– У ЦРУ имеется масса данных по всем послевоенным неонацистским движениям, – возобновила беседу Лорен, – но нет никаких свидетельств о причастности к какому-либо из них «Дестини Энтерпрайзес» или семьи Вольф.

– С другой стороны, как следует из этих публикаций, – Питт приподнял стопку сшитых ксерокопий, – общеизвестно, что награбленное нацистами в Австрии, Бельгии, Норвегии, Франции, Нидерландах плюс золото и финансовые активы убитых евреев было переправлено на подводных лодках в Южную Америку, главным образом в Аргентину.

Лорен кивнула:

– Почти все золото и другие ценности были конвертированы в твердую валюту и размещены в ряде крупнейших банков.

– И держатель этих фондов...

– Кто же еще? «Дестини Энтерпрайзес» – как выяснилось вскоре после ее образования в 1947 году. Но вот что странно: в первые годы существования компании в правлении нет ни одного Вольфа.

– Вероятно, они захватили контроль над корпорацией позже, – предположил Питт. – Хотел бы я знать, как удалось этой семейке отодвинуть от власти старых, авторитетных наци, сбежавших из Германии в 1945?

– Хороший вопрос, – согласилась Лорен. – За пятьдесят четыре года империя «Дестини Энтерпрайзес» разрослась настолько, что ее влияние на мировые банки и правительства сделалось просто невероятным. Аргентина в буквальном смысле слова принадлежит им. У одного моего помощника есть информатор, который клянется, что очень приличные деньги оттуда поступают даже в избирательные фонды членов нашего собственного Конгресса. Возможно, именно по этой причине за минувшие полвека ни одно правительственное расследование деятельности «Дестини Энтерпрайзес» так и не состоялось.

– Их щупальца тянутся в карманы наших уважаемых сенаторов и членов Палаты представителей, порой добираясь даже – о ужас! – до служащих президентской администрации и сотрудников Белого дома! – скорчив рожу, прогнусавил Питт.

Лорен вскинула руки:

– Нечего так на меня смотреть! Я от «Дестини Энтерпрайзес» на свои избирательные кампании еще ни разу и цента не взяла.

Питт с хитрецой прищурился:

– Неужели?

Она пнула его ногой под столом:

– Прекрати подначивать! Ты отлично знаешь, что я никогда не продавалась. И вообще, я один из самых уважаемых членов Конгресса!

– Из самых симпатичных – согласен, а что до остального... Очевидно, твои высокочтимые коллеги просто не знают тебя так же хорошо, как знаю я.

– Не смешно!

На столе появились тарелки с холодным супом «виши», и Лорен с Питтом занялись смакованием изысканного блюда, время от времени пропуская по глоточку каберне. Вино довольно скоро живительным огнем пошло по жилам и слегка ударило в голову, а внимательный официант следил за тем, чтобы их бокалы ни на минуту не оставались пустыми.

– У меня такое ощущение, будто нацисты пытаются сейчас экономическими средствами достичь того, чего не смогли добиться массовыми убийствами, разрушениями и войнами, – заметила Лорен.

– Мировое господство как самоцель – это вчерашний день, – не согласился Питт. – Нынешние китайские лидеры, возможно, еще лелеют подобные планы, но по мере того как быстрое экономическое развитие будет превращать их страну в сверхдержаву, эти иллюзии неизбежно рассеются. Начав войну и даже выиграв ее, они все равно потеряют больше, чем приобретут. Да и вообще после крушения коммунистической России стало ясно, что главные войны грядущего будут экономическими. Те же Вольфы наверняка отлично понимают, что власть экономическая ведет в конце концов к власти политической. У них достаточно средств, чтобы купить что угодно и кого угодно. Вопрос только в том, к чему они стремятся?

– Ты что-нибудь узнал от той женщины, которую задержал вчера?

– Кое-что узнал. Конец света уже на носу, и все человечество – за исключением семьи Вольф, разумеется, – будет стерто с лица земли и погибнет в волнах второго Всемирного потопа, вызванного падением гигантской кометы.

– И ты в это веришь?

– А ты разве веришь? Тысячи пророков тысячи раз предсказывали конец света, и ничего страшнее обыкновенного дождичка при этом не происходило. Но я теряюсь в догадках, для чего такой застарелый трюк понадобился Вольфам? Они, конечно, негодяи и убийцы, но уж точно не дураки.

– А на чем они основывают свои утверждения?

– На предсказании очень древнего народа, называвшего себя эменитами.

– Ты шутишь! – воскликнула Лорен. – Такие влиятельные и деловые люди, как Вольфы, верят в бредовые пророчества расы, вымершей тысячи лет назад?

– Именно эти «бредовые пророчества» содержатся в надписях, найденных нами в Индийском океане и в Колорадо.

– При встрече со мной адмирал Сэндекер кратко упомянул о вашем открытии, но в подробности не вдавался. А ты мне вообще ничего не рассказывал, противный!

Питт виновато развел руками:

– Извини, просто случая не было.

– Так что ты порекомендуешь? Написать завещание и привести в порядок дела?

– Да нет, погоди немного. Приготовиться ко встрече с Создателем ты всегда успеешь, но сначала мы все-таки проконсультируемся с астрономами, которые следят за астероидами и кометами.

Суповые тарелки унесли и поставили на стол горячее. В исполнении шеф-повара и кролик, и сладкое мясо выглядели произведениями искусства. Любуясь видом блюд, Питт и Лорен предвкушали райское наслаждение и не были разочарованы.

– Как ты потрясающе удачно выбрал, – произнесла Лорен с набитым ртом. – Невероятно вкусный кролик.

Питт жевал с экстатическим выражением на лице.

– Когда мне подают сладкое мясо, приготовленное настоящим мастером, я слышу небесную музыку. А соус просто шедевр!

– Попробуй моего кролика, – предложила Лорен, протягивая ему тарелку.

– А хочешь моего сладкого мяса? – спросил Питт.

– Ну нет, спасибо, – сморщила нос Лорен. – Я внутренних органов не ем.

К счастью, порции были не так велики, как в ресторанах попроще, и у Питта с Лорен еще оставалось место в желудках, когда настала очередь десерта. Питт заказал вареные персики в малиновом пюре. Позже, за кофе с коньяком «Реми Мартен», разговор возобновился.

– Чем больше я узнаю о Вольфах, тем сильнее поражаюсь их действиям, – пожаловался Питт. – Зачем накапливать гигантское состояние, если знаешь, что твоя финансовая империя развеется в дым после падения кометы?

Лорен покрутила в руке рюмку с коньяком, любуясь золотистыми искорками от пламени свечи внутри янтарной жидкости.

– Значит, они уверены, что переживут катастрофу.

– Эльза Вольф как раз об этом и говорила. И еще один из наемных убийц в Колорадо, – сказал Питт. – Вот только как они собираются уцелеть в катаклизме мирового масштаба?

– Ты папку номер восемнадцать смотрел?

Питт ответил не сразу – сначала пошарил в бумагах, нашел папку, открыл и начал читать. Минуты через две-три он поднял глаза и спросил:

– Это проверенные сведения? Лорен кивнула:

– Целый флот Ноевых ковчегов.

– Четыре судна циклопических размеров, – медленно произнес Питт. – Первое – пассажирский суперлайнер, фактически плавучий город, шесть тысяч футов в длину и тысяча пятьсот футов в ширину, тридцатидвухэтажный, водоизмещением в три с половиной миллиона тонн. – Он оторвался от папки и нахмурил брови. – Оригинально, но вряд ли практично.

– Ты дочитай до конца, – посоветовала Лорен. – Дальше еще хлеще.

– На этом гиганте размещается большой госпиталь, школы, центры развлечений и многое другое, построенное по самым современным инженерным технологиям. Аэропорт с широкой посадочной полосой на верхней палубе может принимать и обслуживать небольшую флотилию самолетов и вертолетов, жилые помещения и офисы примут пять тысяч человек пассажиров и команды... – Питт недоверчиво прищурился: – Такого размера судно способно вместить не меньше пятидесяти тысяч человек.

– На самом деле вдвое больше. Ты посмотри данные по трем другим.

Питт стал читать дальше:

– Так, те же исполинские габариты. Второй – грузовое и вспомогательное судно, где разместятся фабрики и оборудование. В трюмах огромное количество наземных механизмов и строительных материалов. Третье – настоящий зоопарк...

– Видишь? – перебила его Лорен. – Действительно настоящий ковчег!

– Последнее судно – супертанкер, рассчитанный на перевозку невероятного количества нефти, газа и прочих видов горючего. – Питт закрыл папку и посмотрел на Лорен: – Я слышал, что такие монстры существовали в проекте, но понятия не имел, что они претворены в жизнь. Не говоря уж о том, что построила их «Дестини Энтерпрайзес».

– Корпуса изготавливались по секциям и перевозились на секретную верфь, построенную компанией в изолированном заливе на южной оконечности Чили. Там их собирали, устанавливали надстройки и оборудование, потом заканчивали отделку. Согласно оценкам экспертов, для пассажиров и экипажей создана замкнутая система жизнеобеспечения, и запасов у них хватит не менее чем на двадцать лет.

– Неужели никто из посторонних не посещал эту верфь? А журналисты? Самые большие суда в истории человечества – это же мировая сенсация!

– Все сказано в докладе ЦРУ по этой верфи, – объяснила Лорен. – Зона строительства плотно перекрыта и охраняется целой армией секьюрити. Никаких посторонних. Рабочие и их семьи живут в небольшом городке на берегу и никогда не покидают верфь. С побережья доступ к территории защищен Андами, а с моря залив прикрывает сотня гористых островков и два полуострова. Единственный способ доступа – морем или по воздуху.

– Анализ ЦРУ показался мне слишком беглым и поверхностным. Насколько я понимаю, глубокого и всестороннего изучения данного проекта «Дестини Энтерпрайзес» не проводилось?

Лорен допила коньяк:

– Агент, который меня информировал, сообщил, что глубокого изучения не проводилось, поскольку Управление не усмотрело в этом проекте угрозы безопасности или интересам США.

Питт с минуту помолчал, устремив в пространство отсутствующий взгляд, потом снова заговорил:

– Несколько лет назад мы с Джиордино обследовали один такой фьорд на юге Чили, когда искали угнанный террористами лайнер. Угонщики спрятали судно рядом с ледником. Насколько я помню географическую структуру в тех краях, между островами к северу от Магелланова пролива нет достаточно широких и глубоких проходов для таких исполинских судов.

– Так, может, они и не собираются выводить их в океан, – предположила Лорен. – А построили свои ковчеги только ради того, чтобы пересидеть в них грядущую катастрофу.

– Как это ни фантастично звучит, – медленно произнес Питт, пытаясь свыкнуться с такой невероятной мыслью, – но ты, похоже, близка к истине. Вольфы поставили миллиарды на то, что конец света все-таки наступит.

Питт замолчал, и Лорен поняла, что он снова ушел в себя. Встав из-за стола, она отправилась в дамскую комнату, предоставив Питту время осмыслить прочитанное и сказанное. Хотя в это трудно было поверить, а еще тяжелее принять, но постепенно ему становилось ясно, для чего последние поколения семьи Вольф подвергались генной инженерии.

Старых нацистов, сбежавших из Германии, давно уже не было на свете, но они оставили после себя расу сверхлюдей – достаточно сильных и напористых, чтобы пережить грядущий катаклизм, подчинить себе остатки старого мира и построить новый, но уже по своим, арийским, стандартам.

29

Серые гранитные утесы горного хребта вздымались ввысь гигантскими тенями, теряясь в ночном небе. Внизу, в лучах ущербной луны блистал и переливался серебристо-голубой ледник. Над западными склонами Южных Анд возвышался в снежной мантии пик Сьерра-Мураллон. Над его остроконечной вершиной мерцало тысячами звезд безоблачное небо. Западный склон горы полого спускался к океану, перемежаясь глубокими ущельями и пропастями, на дне которых лежали вечные льды, образовавшиеся в незапамятные времена. Стояла ясная, морозная ночь. Меж обрывистых стен ущелья, как летучая мышь на охоте, петлял маленький самолетик.

В южное полушарие пришла осень, и первый снег кое-где уже запорошил вершины. Высокие хвойные деревья нестройной толпой взбегали вверх по изрезанным склонам, останавливаясь у границы скал, где начинался голый камень, тянущийся вплоть до зазубренных пиков, отливающих серебром в лунном свете. Других – рукотворных – источников света не наблюдалось, в какую сторону ни кинь взгляд. Питт на миг представил, как величественно красиво здесь днем, но в десять часов вечера крутые обрывы и каменистые склоны выглядели темными и угрожающими.

Самолет «Моллер-М400 Скайкар» ненамного превосходил размерами джип «Чероки», но был устойчив в полете не хуже своих более крупных собратьев. На нем можно было пролететь между домами над городской улицей, и он легко умещался в обычном двухместном гараже. Аэродинамические обводы и конической формы носа делали его похожим на нечто среднее между автомобилем будущего в концепции «Дженерал Моторс» и ракетным истребителем из «Звездных войн». Четыре вертикально-горизонтальных двигателя несли по два противоположно вращающихся винта, позволяющих «скайкару» взлетать вертикально, как вертолет, и двигаться горизонтально, как обычный самолет, с крейсерской скоростью триста миль в час и потолком высоты в тридцать тысяч футов. Даже при выходе из строя двух двигателей можно было нормально приземлиться без неудобств для пассажиров. А в случае катастрофического отказа всех четырех раскрывались два планирующих парашюта, доставляющих «скайкар» со всем содержимым на землю в целости и сохранности.

Сенсоры и дублирующие системы страховали от любых сбоев механики и электроники. Четыре бортовых компьютера постоянно следили за состоянием всех узлов и автоматически вели машину по заранее указанному маршруту с помощью спутников глобальной навигационной системы, помогая преодолевать горы и реки и лавировать в ущельях и каньонах. До предела автоматизированная система управления делала присутствие пилота почти ненужным.

Питт редко выглядывал в иллюминатор. У него не возникало желания разглядывать тень самолета, бегущую в свете луны по неровному каменному дну долины, скользя по деревьям и исчезая в провалах, особенно в тех случаях, когда тень и машина практически сливались воедино. Маршрут полета проще было отслеживать на топографическом дисплее виртуальной реальности, пока автоматический штурман вел «скайкар» к месту назначения. На турбулентность воздуха тут же реагировали подкрылки двигателей, управляемые системой автоматической стабилизации.

Но сидеть сложа руки, пока самолет без малейшей помощи со стороны человека прорезал ночь и лавировал в горах, Питту тоже не слишком нравилось. А вот Джиордино, если и переживал, что компьютер вдруг засбоит и не сумеет разминуться с горой, никак этого не показывал. Он безмятежно читал какой-то приключенческий роман, в то время как Питт в очередной раз принимался изучать по штурманской карте глубины фьорда, ведущего к верфи Вольфов.

Потолок «скайкара» вполне позволял пролететь на безопасной высоте над всеми вершинами, но как раз этого они и стремились избежать. Их миссия была тайной, поэтому мощные двигатели и компьютеры вели самолетик к месту назначения предельно скрытно, пряча его от радаров и лазерных систем обнаружения.

Оба пассажира истекали потом в изолирующих гидрокостюмах поверх теплого белья, но никто из них не жаловался. Одевшись для погружения перед полетом, они экономили драгоценное время после приземления.

Питт ввел с клавиатуры код и бросил взгляд на ряд цифр, высветившихся на дисплее:

– Прошли уже двести двенадцать миль с момента взлета с корабля от Пунта-Энтрада близ Санта-Крус.

– И сколько еще пилить? – спросил Джиордино, не отрываясь от своего романа.

– Чуть меньше пятидесяти миль. Через пятнадцать минут сядем в горах рядом с логовом Вольфов.

Точное место приземления было введено в компьютер с фотографии, сделанной спутником-шпионом.

– Тогда я успею добить последнюю главу.

– Что ж там такого интересного, что ты оторваться не можешь?

– А вот как раз сейчас начинается место, где герой будет спасать прекрасную героиню, которую собираются изнасиловать террористы.

– Откуда-то мне знаком этот поворот сюжета, – рассеянно заметил Питт, глядя на дисплей виртуальной реальности, показывающий лежащую внизу местность с помощью мощного прибора ночного видения, размещенного в носу самолета. Зрелище фантастическое – как будто оказался внутри машины для игры в пинбол. Накатывал и вихрем уносился прочь один горный пейзаж за другим. В небольшом квадратике в углу красными и оранжевыми цифрами высвечивались скорость, высота, запас топлива и расстояние до места назначения. Питт вспомнил, что такая же система была установлена в кабине самолета, на котором они искали в чилийском фьорде угнанный террористами лайнер, только в тот раз они работали за полторы сотни миль отсюда.

Он выглянул в иллюминатор. Внизу тускло блестел ледник, а это означало, что самая сложная часть горного маршрута уже позади. Лунный свет играл на гладкой поверхности, изрезанной кривыми трещинами. Ледник постепенно расширялся, спускаясь к заливу, где таял и сливался с морем.

Горы остались позади, и на горизонте за ледником замерцали далекие огни. Питт знал, что это не звезды, – слишком низко они висели над землей. Знал он также, что в прозрачном горном воздухе они кажутся ближе, чем на самом деле. Постепенно на фоне беспросветного мрака начали проявляться и другие скопления огней. Еще пять минут полета, и они сделались четкими и различимыми, вырывая из темноты силуэты четырех чудовищных судов, светящихся в ночи подобно городам.

– Вижу цель, – ровным голосом сообщил Питт.

– Вот же черт! – выругался итальянец. – Как раз в тот момент, когда у меня начинается самое интересное.

– Успокойся, минут десять у тебя еще есть. Кроме того, я уже знаю, чем там все закончится.

– Правда, знаешь? – вопросительно поднял на него глаза Джиордино.

Питт кивнул с самым серьезным видом:

– Главный злодей – дворецкий.

Итальянец скептически скривился и вернулся к своему триллеру.

Будто обладая собственным мозгом – тем более что так оно и было, – «скайкар», вместо того чтобы держать курс на верфь и четыре гигантских судна у причала, свернул на юго-запад. Питт не отрываясь, пожирал взглядом уходящее вправо скопище огней.

– Дочитал! – вздохнул Джиордино, перевернув последнюю страницу. – Между прочим, ты все наврал. Десять тысяч человек прикончил никакой не дворецкий, а сумасшедший профессор. – Он уставился сквозь стекло кабины на море огней. – Слушай, Дирк, ты уверен, что они нас не засекут на таком расстоянии?

– Вряд ли. «Моллер-М400» настолько мал, что его самые навороченные военные радары не видят.

– Надеюсь, ты прав, – сказал Джиордино, от души потянувшись. – Я человек скромный и ненавижу пышные приемы. Питт посветил фонариком на карту.

– На данном этапе компьютер предлагает нам два варианта дальнейших действий: либо плыть две мили под водой, либо топать пешком четыре мили по леднику.

– По леднику да еще в темноте – нет, меня это не прельщает, – поежился итальянец. – А вдруг сынок матушки Джиордино свалится в трещину, и его хладный труп найдут только через десять тысяч лет?

– Что-то я с трудом представляю тебя под стеклом в музее на глазах у тысяч зрителей.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы стать шоу-звездой из прошлого, – гордо возразил Джиордино.

– А ты подумал о том, что тебя выставят на всеобщее обозрение в голом виде? Что ни говори, но тебя все-таки трудно назвать типичным образцом мужчины начала двадцать первого столетия.

– Могу с тобой поспорить, что никому из них ни в чем не уступлю!

Разговор прервался – скорость самолета упала, и он начал терять высоту. Питт решил выбрать подводный путь подхода, ввел программу в компьютер и дал ему команду сесть возле берега – место для посадки выбрали в ЦРУ по спутниковым фотографиям. Через несколько минут система подкрылков перенаправила выход тяги вниз, и самолет остановился, зависнув в тридцати футах над землей. В иллюминатор не было видно ни зги, но благодаря дисплею Питт знал, что они висят над узкой расщелиной. Машина медленно опустилась вниз и мягко коснулась колесами шасси каменистого фунта. Еще несколько секунд – и двигатели умолкли, а все электронные системы отключились. Штурманское табло показывало, что посадка произошла с отклонением всего в четыре дюйма от намеченной точки.

– В жизни не чувствовал себя таким бесполезным! – признался Питт.

– Да, эта штука умеет дать понять человеку, кто здесь лишний, – согласился Джиордино, выглядывая наружу. – Черт, темно, как у негра в заднице! Где мы находимся?

– В расщелине, примерно в пятидесяти ярдах от берега фьорда.

Питт открыл замок фонаря кабины, поднял его и спрыгнул на твердую землю. Ночную тишину нарушал лишь доносящийся с верфи шум круглосуточно работающих машин. Питт вернулся в кабину, откинул заднее сиденье и начал передавать Джиордино водолазное снаряжение: баллоны с воздухом, компенсаторы плавучести, пояса с грузом, ласты и маски. Итальянец выкладывал их попарно параллельными рядами. Потом они натянули сапоги и шлемы, надели компенсаторы и навесили друг другу на спину спаренные баллоны. У обоих имелись нагрудные сумки с пистолетами, фонарями и прочей необходимой мелочью, а у Питта еще и его верный спутниковый телефон системы «Глобалстар». Последними они извлекли из самолета два водометных скутера «Торпедо-2000» с двойными корпусами, соединенными параллельно, походящих на спаренные ракетные установки. Скорость передвижения таких скутеров под водой составляет четыре с половиной мили в час при часовом запасе хода.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38