Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мужчина на одну ночь

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Сойер Мерил / Мужчина на одну ночь - Чтение (стр. 6)
Автор: Сойер Мерил
Жанр: Современные любовные романы

 

 


От нехорошего предчувствия у Зака по спине пробежал холодок. Он обошел олеандровый куст, который закрывал выбеленную стену, окружающую дом Клер. Перед арочным входом, ведущим во двор, находился почтовый ящик. Лобо стоял между ящиком и воротами и рычал на Люси, которая в страхе забилась под куст.

– Лобо! – позвал Зак. – В чем дело?

Лобо перестал рычать и рысью подбежал к Заку. Шерсть у него на загривке стояла дыбом.

– Он опасен и не слушается команд! – воскликнула Клер. – Это в нем говорит волчья кровь. Еще утром он вел себя смирно, а сейчас едва не загрыз мою собаку…

– Успокойся, – Зак присел перед Лобо и посмотрел псу в глаза. – Ты хочешь нас о чем-то предупредить, верно?

Лобо смотрел мимо него, не спуская глаз с Клер. Когда она сделала шаг по направлению к дому, он метнулся и встал между ней и стеной, рыча и принюхиваясь.

– Не двигайся! – Зак схватил ее за руку и оттащил от стены. – Лобо пытается предупредить нас об опасности. Я сейчас проверю, в чем дело.

Солнце опускалось за горы, бросая теплый свет на саманную стену и оставляя двор в тени. Зак взял Лобо за ошейник, потянул за собой, и пес послушно пошел за ним в арочные ворота. Войдя во двор, Зак сделал два осторожных шага по выложенной плиткой дорожке, ведущей к дому. Лобо без каких-либо признаков тревоги спокойно шел за ним.

Зак знал, что Лобо, будучи наполовину волком, более чувствителен к опасности, чем другие собаки. Что беспокоило его? Скорее всего, опасность притаилась где-то перед главными воротами: если бы кто-то проник в дом, то сработала бы сложная охранная сигнализация.

Зак вернулся на дорогу, гадая, в чем кроется причина странного поведения Лобо. Когда он проходил мимо почтового ящика, установленного на столбе, пес остановился и зарычал.

– Ты думаешь, в ящике что-то лежит? – встревоженно спросила Клер.

Зак приблизился к причудливому кованому ящику, но Лобо преградил ему дорогу и снова зарычал.

– Все хорошо, Лобо. Я не буду прикасаться.

– Что там внутри? Бомба? – Клер прикоснулась к плечу Зака. – Ты думаешь, что Стегнер…

Зак приложил палец к губам и указал глазами на Лобо, который водил ушами, к чему-то прислушиваясь. Большинство людей даже не заметили бы этого движения, но Зак понял, что его собака не учуяла, а услышала опасность.

Между тем Клер не унималась:

– Ближайшее отделение саперов находится в Альбукерке! Сюда они смогут добраться только через несколько часов.

– Клер, помолчи. Дай мне подумать.

Клер замолчала, всем своим видом показывая, что весьма сомневается в его умственных способностях. Зак проигнорировал ее надутые губки, прислушиваясь к шелесту тополиных листьев под слабым дуновением ветра. Все, что он слышал, было обычным для этого времени суток, то есть для захода солнца. Птицы постепенно переставали петь, а ветер затихал перед наступлением сумерек. В мескитовых кустах затянули песню сверчки, но в этих звуках тоже не было ничего угрожающего.

Но собака снова подняла уши, и Зак начал догадываться, что обнаружил тонкий слух Лобо.

– Встань рядом с Люси, – сказал он Клер.

– А ты не хочешь позвонить в Альбукерке?

– Боже, хотя бы раз сделай то, о чем тебя просят, не задавая вопросов!

Он взял ее за руку и отвел на другую сторону дороги, а потом сходил к машине за пистолетом. Оттянув затвор, Зак отломил тополиную ветку и поспешил к почтовому ящику. На этот раз Клер и обе собаки послушно стояли в стороне. Зак приблизился к ящику, примеряясь к защелке палкой, зажатой в левой руке, и держа пистолет в правой. Солнце, послав последние лучи на землю, скрылось за горами. Подцепив защелку, Зак распахнул дверцу ящика и отскочил в сторону.

Лобо зарычал, ощетинившись, когда в воздух стремительно взвилась сверкающая коричневая узкая лента. Огромная, с ромбовидным рисунком на спине, гремучая змея упала на землю. Зак выстрелил один раз, второй, но чертова дрянь была такой юркой, что только третья пуля, настигнув ее на середине дороги, размозжила ей голову. Однако даже потом змея продолжала ползти, двигаясь боком в сторону Клер, и остановилась без признаков жизни в полуметре от нее.

– Какой кошмар! – Клер прижала руку ко рту и закрыла глаза.

Зак засунул пистолет за ремень, подошел к змее и поддел ее сапогом. Черт возьми, раньше он стрелял лучше. Видимо, надо поупражняться в стрельбе.

– Смотри, шесть погремушек! Это старая змея, – спокойно произнес он. – Она просидела в раскаленном ящике несколько часов и была, наверное, в бешенстве.

Клер все никак не могла прийти в себя.

– Она бы наверняка меня укусила!

– Ну как, Лобо больше не пугает тебя? – усмехнулся Зак.

– Нет, – призналась Клер. – Он умный, хороший пес.

Она повернулась и протянула руку, чтобы погладить, Лобо, но тот, не дожидаясь благодарности, устремился в кусты и лизнул Люси в нос.

– Мне кажется, Люси на него вовсе не в обиде, – Зак внимательно посмотрел на Клер. – Ты бы тоже могла сказать мне спасибо.

Клер смущенно взглянула на него и пробормотала:

– Спасибо, я…

Зак почему-то решил, что в этот момент она ослабила бдительность, и обнял ее, но Клер отскочила от него как ужаленная.

– Мне кажется, это сделал Бэм Стегнер, – предположила она. – Такие подлые штучки вполне в его духе.

– Согласен, но как мы это докажем? Глаза Клер засверкали от ярости.

– Стегнер всегда выходит сухим из воды. Противно! Раз ты ничего не можешь с ним сделать, то я сама…

В ту же секунду Здк схватил ее за плечи и притянул к себе так близко, что они чуть не столкнулись лбами.

– Слушай меня! Ты будешь вести себя так, словно ничего не случилось, ясно? Я разберусь с ним без твоей помощи.

– Но как? Что ты собираешься делать? Я хочу это знать!

К сожалению, пока Зак даже не представлял, как можно прищучить Стегнера, но был уверен, что обязательно что-нибудь придумает. Проблема была с клятвой блюсти закон, которую он дал в свое время, а закон защищал не только жертв преступлений, но и самих преступников. Стоило полицейскому хоть на каплю превысить свои полномочия, в прессе сразу же поднимался страшный скандал.

Зак кипел от гнева, чувствуя свою беспомощность.

При мысли, что Клер могла погибнуть от змеиного укуса, у него кровь застыла в жилах. Когда речь шла о безопасности Клер, он вообще терял голову и мог сам пойти на преступление. В такие минуты Заку казалось, что она – единственная женщина на земле, которая создана именно для него, но чаще он просто ненавидел ее за снобизм и отвратительное высокомерие.

Сейчас он был готов разорвать того негодяя, который подложил змею в почтовый ящик. Если это работа Бэма Стегнера, то он за это ответит. Однако Зак не собирался посвящать Клер в свои планы – как, впрочем, и признаваться ей в своих чувствах.

– Так что же ты собираешься делать? – повторила Клер и надменно вздернула подбородок, намекая на то, что без ее помощи ему со Стегнером не справиться.

– Узнаешь, когда придет время, а пока отведи собак в дом. Мы едем в мотель.

Клер покормила собак, затем переоделась в джинсы. Когда она вышла, Зак, подцепив на палку змею, выбросил ее в ящик для мусора. Клер все еще находилась в нервном напряжении, хотя старалась это не показывать. Стоило ей на секунду закрыть глаза, как она сразу же вспоминала пеструю смертоносную ленту, стрелой взмывающую в воздух.

Клер догадывалась, что Зак ждет от нее благодарности, и она действительно была ему признательна, но нужные слова не приходили ей на ум. Кроме того, после вчерашнего вечера, когда она повела себя как дешевая проститутка, набросившись на него с поцелуями, Клер просто боялась заводить с ним разговор. «Держаться холодно и неприступно – единственный правильный путь в отношениях с Заком Коултером», – решила она.

Правда, в ту же секунду Клер призналась себе, что он не такой уж плохой, каким хочет казаться. Зак был грубым и вульгарным, но у него были и положительные качества. Смог же он мгновенно принять правильное решение и спасти ее от смерти!

– Интересно, Бэм сегодня в баре? – спросила она, как только они подъехали к ночному клубу.

В воскресный вечер в клубе было мало посетителей. Только несколько пыльных пикапов стояли на асфальтированной стоянке. Клер посмотрела на часы и поняла, что завсегдатаи заведения Бэма появятся позже.

– Стегнер сейчас в Санта-Фе, покупает новую стереосистему. Нынешним летом в Таосе будет много туристов, и он хочет, чтобы его заведение было на уровне.

Зак поставил машину на ручной тормоз и вышел, чтобы открыть Клер дверь. Такая галантность ее удивила, но она выскользнула из машины прежде, чем он успел открыть дверь.

– Сейчас мы подойдем к туалетной комнате, и ты покажешь, где ждала Сета.

Длинные тени пролегли по дорожке, ведущей к дверям клуба, который Клер запомнила на всю жизнь благодаря той злополучной ночи. Зак остановился перед женской комнатой, на двери которой были грубо намалеваны жирная свинья в балетной пачке и лоснящаяся телка с выменем, похожим на футбольные мячи. «Стегнер, наверное, в восторге от этой отвратительной картинки, – подумала Клер. – Для него женщины – либо жирные свиньи, либо шлюхи с громадными сиськами».

Поймав на себе пристальный взгляд Зака, Клер снова испытала тревожное чувство. Ей казалось, что он все время думает о том, как она целовала его прошлой ночью. Каждый раз, глядя в глаза Зака, она вспоминала об этом и невольно смущалась.

– Итак, – сказал он, – ты стояла здесь, когда вышла из туалетной комнаты, и ждала Сета. Ты помнишь, что ты видела?

Клер попыталась сосредоточиться на его словах, но когда он стоял рядом с ней, ее Мысли всегда почему-то путались.

– Мимо проходили какие-то люди, но я их не запомнила. Сета все не было, и я решила выйти на улицу…

– Давай тоже выйдем, – предложил Зак.

Ночь вступала в свои права, и над горами появилась луна. Как всегда, с наступлением сумерек быстро похолодало.

– Тогда тоже было прохладно, – сказала Клер, когда они вышли во двор. – Помню, я посмотрела вон туда. – Она указала на сарай, где Стегнер держал медведя, который частично был скрыт густыми деревьями и кустами.

– Ты подходила к сараю?

– Нет. Это ведь было после полуночи, и я знала, что Каддафи там уже нет.

На мгновение она закрыла глаза, пытаясь вспомнить, что привлекло ее внимание. Она хотела сосредоточиться, но все смешалось у нее в голове.

– Я услышала мужской смех и пошла к бунгало.

– Потом ты увидела Сета?

– Да, он стоял около пятого номера, – сказала она.

– Ты уверена? Пятое бунгало?

– Конечно, посмотри, как хорошо его видно. – Она указала на домик. – Он стоял перед дверью и разговаривал с кем-то, кто находился внутри.

– С кем?

– Не знаю, я не видела его собеседника.

– Что случилось дальше? – спросил Зак. Клер направилась к тополю, нижние ветви которого находились высоко над землей.

– Я дошла до этого места и почувствовала головою кружение. Закрыв глаза, я прислонилась к дереву. Затем я услышала, как кто-то зовет меня. Мне показалось, что это был голос Сета, но позже я поняла, что ошиблась.

– Пойдем в бунгало.

Зак подвел ее к домику, решительно разорвал желтую ленточку, а затем жестом пригласил ее войти внутрь. Но Клер замешкалась, испытывая страх перед этой комнатой. Она помнила, в каком смятении проснулась здесь на заре.

Зак щелкнул выключателем, комната озарилась ярким светом, и Клер поразила убогость обстановки. Кровать была покрыта потертым пледом, обшарпанные стены, которые надо было покрасить еще тридцать лет назад, не облагораживали общую картину. Тяжелые черные шторы закрывали единственное окно, стул был покрыт заляпанным масляными пятнами чехлом, который раньше, наверное, был оранжевым, а теперь стал грязно-коричневого цвета.

Клер на минуту закрыла глаза, пытаясь представить себя в этой грязной комнате с таинственным незнакомцем. Несмотря на омерзительную окружающую обстановку, воспоминания о первых минутах, проведенных в номере, были удивительно сильными и приятно волновали. А потом в памяти наступал черный провал.

– Я нащупала выключатель, но свет на включился, – сказала она тихо, открывая глаза.

– Следственная бригада из Санта-Фе вкрутила новые лампочки, – сказал Зак. – Твой кошелек нашли между кроватью и стеной.

Клер помнила, как проснулась и увидела сумочку на стуле. Ей даже в голову не пришло проверить, есть ли в ней кошелек.

– А где ты нашел мои трусики?

– Вот здесь, на ручке. – Зак подошел к распахнутой двери в ванную.

Клер поежилась. У нее не было никакого желания идти в крошечную комнату с проржавевшей раковиной и сливным бачком без крышки.

– Кстати, я ведь заходила в ванную перед уходом, но не нашла там ничего.

– А ты искала?

– Нет. Меня поразила ужасная грязь. По раковине ползал таракан. Бр-р! Единственное желание, которое у меня было, – поскорее покинуть это злачное место. Однако странно, почему я их не заметила…

Зак загадочно посмотрел на нее, а затем сказал:

– Плохо, что ты оставила здесь кошелек.

9

Зак бросил взгляд на Клер, сидящую рядом с ним в джипе. С тех пор, как они покинули «Приют беглеца», Клер не сказала ни слова, и Зак решил, что она, наверное, ужасно расстроилась, вновь очутившись в грязной комнате, в которой провела ночь.

А ведь в течение долгого времени Клер изображала из себя такую недотрогу! Во всяком случае, когда общалась с ним. Она считала, что слишком хороша для него. Да-да, она всегда так думала! Когда-то он нравился ей, однако Зак подозревал, что она просто жалела его, потому что он жил в бедной семье. А отчасти ее влекло к нему, потому что он пользовался репутацией задиры.

Теперь Клер наверняка думала, что он просто негодяй. Как ни странно, его это вполне устраивало, и он намеренно делал все возможное, чтобы внушить ей отвращение к себе. Вид этой комнаты в «Приюте беглеца» напомнил ей о поступке, о котором она предпочла бы никогда не вспоминать. Зато теперь она больше не будет вести себя с ним так надменно!

Проводив взглядом встречный автомобиль, на мгновение ослепивший его фарами, Зак вновь вернулся к мыслям о Клер. Слабый цветочный запах ее духов дразнил его, он глубоко вздохнул, вдыхая возбуждающий аромат, и представил себе, как она, обнаженная, лежит на смятых простынях, как ее растрепанные светлые волосы золотистым нимбом раскинулись по подушке…

Вновь бросив быстрый взгляд на Клер, Зак заметил, как поднимается и опускается ее грудь. Твердые бугорки сосков прорисовывались на мягкой ткани блузки, завязанной узлом на талии. Он представил, как ласкает губами эти тугие бутоны, и почувствовал, как по его телу разливается покалывающее тепло. Затем воображение нарисовало ему картину, как он снимает с нее оставшуюся одежду и начинает медленно покрывать поцелуями ее тело…

Господи! Он еще даже не прикоснулся к ней, а его уже сжигает желание! И что делает эту женщину такой привлекательной? Зак знал, что Клер всегда относилась к нему с пренебрежением. Но, как бы то ни было, она бросала ему вызов, и он не собирался отступать.

– Зак, – неожиданно сказала Клер, прерывая его мысли. – Я хотела узнать одну вещь…

Он выпрямился на сиденье, поскольку возбужденная плоть причиняла ему неудобство. О, черт! Почему он должен отказывать себе в удовольствии провести с ней ночь?! Ведь вчера вечером он доказал ей, что она сходит с ума по нему!

– Ты нашел в этой комнате… что-нибудь еще, кроме кошелька и нижнего белья?

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит. Однако он решил ее подразнить и с невозмутимым видом ответил:

– Несколько сигаретных окурков под кроватью. Похоже, что они старые, но криминалисты проверят.

– Это все?

Зак помедлил с ответом, сворачивая на узкую дорожку, ведущую к дому Клер.

– Детективы прочесали всю комнату, собирая улики. Кажется, они не обнаружили ничего существенного.

– Но, может быть, что-нибудь нашли в корзине для мусора?

Он уже давился от смеха. Мисс святая Невинность! Почему бы ей не задать вопрос, называя вещи своими именами?

– Какая корзина для мусора? В «Приюте беглеца» нет подобных излишеств.

– О-о-о! – простонала Клер.

– А что ты хотела узнать?

– Ну, я надеялась, что они найдут… э… Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! Они нашли предохранительное средство?

Зак усмехнулся.

– Предохранительное средство?

Клер наконец по-настоящему разозлилась.

– Презерватив! Уверена, ты слышал о них. Может быть, ты даже настолько грамотен, что слышал о безопасном сексе?

Он свернул на подъездную аллею и нажал на тормоз. Сколько раз ему хотелось задрать Клер юбку и отшлепать ее за невыносимое высокомерие!

Зак выключил двигатель и так резко повернулся к ней, что Клер испуганно вжалась в дверь.

– Золотце, я знаю, что такое предохранительные средства. Тебя просто заслушаться можно! Ты говорила, как учительница из воскресной школы. Почему бы тебе было просто не сказать – презерватив? Если ты хочешь что-то у меня узнать, называй вещи своими именами. – Он не сводил с нее насмешливых глаз. – Выходит, ты даже не знаешь, были презервативы или нет?

Клер с трудом проглотила ком в горле и с удивлением переспросила:

– Презервативы?

– Ну не один же, верно? – Зак положил ей руку на плечо, но она ее тут же скинула. – Милая, если бы той

ночью с тобой был я, то я бы трахнул тебя не один раз и не два. Мне бы не хватило коробки презервативов! Клер испепелила его уничтожающем взглядом.

– Ты ведешь себя просто омерзительно!

– Верно. Это у меня наследственное. Наверное, гены?

Он медленно провел пальцем по полоске ее обнаженного живота между блузкой, завязанной узлом, и поясом джинсов. Клер попыталась отодвинуться от него, но бежать было некуда. Кончиком пальца Зак медленно водил по нежной коже.

– Прекрати сейчас же!

– Ты действительно хочешь, чтобы я убрал руки, принцесса?

Зак положил всю ладонь на ее голое тело, потом запустил руку под блузку. Клер задохнулась от возмущения, а он улыбнулся еще шире. Его рука застыла в считанных миллиметрах от ее бюстгальтера. Он наслаждался теплом ее тела и нежной кожей, гладкой, как шелк.

– Не называй меня принцессой! – приказала Клер, но голос выдал возбуждение, которое внезапно пронзило ее.

– Хорошо. – Его рука вновь заскользила вверх. – «Принцесса» действительно звучит как ледышка. Это не ты, Клер. Разве стала была принцесса спать с незнакомцем?

– Во всем был виноват «руфи»! Ты же сам сказал.

Зак и в самом деле так говорил, но сейчас он не хотел признаваться в этом: ему нравилось дразнить ее.

– А как насчет вчерашнего вечера? Ты была целиком в моей власти – без всякого наркотика. Ты похожа на свою мать, Клер. Сознайся, тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе.

Он ожидал, что Клер ударит его, однако она молча развернулась и попыталась открыть дверь.

– Ты никуда не пойдешь, пока я не разрешу. – Он успел перехватить ее руку.

– Выпусти меня сейчас же!

В ответ на это Зак подвинул руку немного вверх, и его пальцы коснулись ее упругой груди.

– Прошлой ночью ты тоже пыталась командовать мной. Не получилось, верно?

– Мерзавец! Что ты хочешь?

Зак неожиданно отпустил ее.

– Не прикидывайся, будто ты этого не знаешь! Перестань драться со мной, как дикая кошка, и запомни: ты не в том положении, чтобы издеваться надо мной. Может, ты хочешь, чтобы кто-нибудь узнал о том, что я нашел твои трусики и кошелек на месте убийства? Ха, представляю, как расстроится твой дорогой папаша! Он, наверное, со стыда сгорит от такой новости.

– Это же шантаж! – Клер была потрясена такой чудовищной наглостью.

– Верно, шантаж, – с дерзкой ухмылкой кивнул Зак и потянулся к узлу, в которую была стянута блузка. – Но я этим не гнушаюсь.

Против его ожидания Клер не сказала ни слова, пока он развязывал узел, а потом расстегивал блузку.

Зак и в самом деле не испытывал ни капли стыда. Он так давно мечтал о Клер, что ничто не могло остановить его. Ему очень хотелось доказать ей, что, по крайней мере, в сексуальном плане они просто созданы друг для друга.

Он распахнул блузку и завороженно уставился на черный кружевной бюстгальтер. Это была одна из моделей «Вандербра», приподнимавшая груди, отчего ложбинка между ними становилась глубже. Ее округлые груди с твердыми сосками были небольшими, но чертовски соблазнительными. В этом бюстгальтере Клер выглядела невероятно сексуально.

Он дотронулся до застежки и одобрительно заметил:

– Ого! Как раз то, что мне нравится. С передней загрузкой.

– Подонок, ты еще пожалеешь об этом! Я не могу тебя сейчас остановить, но когда убийство будет раскрыто…

Зак усмехнулся, подумав, что она становится ужасно привлекательной, когда злится. Внезапно он схватил ее руку и положил на свою возбужденную плоть. От неожиданности и потрясения Клер громко вскрикнула.

– Как ты думаешь, детка, у меня он больше, чем у того парня, с которым ты трахалась в мотеле?

К его удивлению, она не отдернула руку, а сжала пальцы вокруг его набухшей и горячей плоти. Сердце его на секунду остановилось, а затем учащенно забилось в каком-то сумасшедшем ритме. Он ожидал, что Клер после его слов оскорбится, но в ее глазах появился насмешливый блеск. Она снова сжала его плоть, на этот раз сильнее.

– Нет, твой меньше, значительно меньше!

Она явно лгала, но он не стал ее разоблачать. Зак был удивлен тем, что у Клер Холт куда более сильный характер, чем он предполагал. Он думал, что после его грубой выходки они пулей вылетит из машины и помчится жаловаться своему папочке.

– Тот парень был удивительным, – рассказывала Клер, медленно двигая рукой вверх-вниз. – Он совсем не похож на тебя: нежный, чувственный, невероятно сексуальный… Совершенный любовник!

Зак резко отбросил ее руку. Что за черт?! Вместо того чтобы расстроиться, она пытается отплатить ему той же монетой! Кроме всего прочего, если бы Клер продолжала ласкать его плоть, он бы не выдержал и коончил, как сексуально озабоченный подросток.

– Мне казалось, ты мало что помнишь о той ночи.

– Почти ничего, – кивнула она. – Однако у меня сложилось впечатление, что это был очень хороший человек – и искусный любовник.

Если бы Зак не был на грани утраты самообладания, то, наверное, рассмеялся бы. Вместо этого он привлек ее к себе, чтобы не дать ей воспользоваться ситуацией, и поцеловал изгиб шеи, вдыхая сладкий аромат ее духов.

Клер не обняла его, но позволила ему целовать ее, и Зак воспользовался моментом. Он наслаждался, покрывая поцелуями ее тело, лаская грудь, пока ее сосок не затвердел и не натянул кружевную ткань.

Клер откинула голову и застонала. «Кого она, черт возьми, пытается одурачить?» – улыбнулся Зак.

От его ласк Клер содрогнулась, и ее руки внезапно обвились вокруг него.

– Только не говори, что ты не хочешь меня!

– Ты шантажировал меня, ублюдок, – пробормотала Клер.

– Ублюдок? Поосторожней с выражениями! Не успеешь оглянуться, как будешь ругаться, словно водитель грузовика.

В лунном свете, проникающем через окно, Зак видел, что она закрыла глаза и закусила нижнюю губу.

– Ты абсолютно не умеешь врать, – прошептал он ей на ухо. – Сознайся, тебе нравится быть со мной.

Она не ответила, но ее дыхание участилось, грудь поднималась и опускалась все быстрее, а лунный свет мягко падал на ее лицо, искаженное сладостной мукой.

– У тебя чувствительные груди, – прокомментировал он, расстегивая бюстгальтер.

– Да, – согласилась Клер, вновь удивив его. – Очень чувствительные.

Кровь стучала у него в висках, а разбухающая плоть, скованная джинсами, с болью рвалась наружу. Зака переполняла радость и мужская гордость: он не ошибся, они действительно созданы друг для друга.

Руки его заскользили по ее обнаженной груди, и это была самая эротичная грудь, которую он когда-либо ласкал. Твердые темно-розовые соски, устремленные вверх, казалось, просили, чтобы их поцеловали.

Зак наклонился к ним и начал целовать, ощущая, как в его теле разгорается огонь неистового желания.. Он не думал, что может так сильно возбудиться от этих ласк. Казалось, его тело медленно плавилось в огне страсти.

Зак поднял голову и посмотрел на Клер. Ее глаза были широко раскрыты и потемнели от желания, чувственные губы немного дрожали.

– Когда я дотрагиваюсь до тебя здесь, – он поцеловал ее сосок, – ты чувствуешь возбуждение?

– Да. – Она снова поразила Зака тем, что так просто сказала об этом.

– А я здорово умею шантажировать, – заметил он. – Специалист.

Это была дьявольская наглость, но сейчас это его не беспокоило. Они созданы друг для друга, и оба хотят одного и того же!

Внезапно он поймал себя на мысли, что хочет, чтобы она поцеловала его – поцеловала сама, а не в ответ на его поцелуй. Как ни странно, это желание не имело ничего общего с сексом и пробудило в его душе какие-то совершенно новые эмоции.

Осознав это, Зак тихо обругал себя. Еще со времен первого сексуального опыта в возрасте тринадцати лет он всегда контролировал свои чувства к женщинам. Но Клер Холт словно приворожила его к себе.

Необходимо было срочно избавиться от этих неправильных мыслей. Однако стоило Заку сказать себе, что ему наплевать на нее и ее поцелуи, что он не позволит ей покорить его сердце, в салоне машины внезапно раздался звуковой сигнал, нарушивший тишину ночи. Зак чертыхнулся, когда Клер поспешно отстранилась от него.

– Что случилось? – спросила она, закрывая грудь руками.

– Не знаю. Наверное, что-нибудь срочное. Выругавшись про себя – не везет, так не везет! – Зак включил рацию и назвал свой пароль.

– Мы получили код 49, – проинформировал его дежурный диспетчер.

– Код 49? – повторил Зак, все еще надеясь, что ослышался.

Это был секретный код, чтобы обмануть многочисленных хакеров, которые любили подслушивать радиопереговоры. Значение кодов было известно лишь полиции. Только однажды за годы его службы в Таосе на полицейской волне прошел код 49 – это случилось в ночь убийства Дункана Моррела…

– Да, шериф. Код 49. Мы ждем вас в участке.


Лежа лицом вниз на прохладном полу кладовой, Анжела Уитмор смотрела на гладкий вибратор, который Карлтон Коул положил на стойку рядом. «Я еще даже не попробовала его», – равнодушно подумала она, подставив свое обнаженное тело Карлтону, который втирал в ее кожу лосьон из розовых лепестков.

Ничто больше не действовало, ничто не могло снять глубокую скуку и апатию, навалившуюся на нее, словно бетонная плита. Даже великая любовь ее жизни – кулинария – больше не интересовала ее, а горячий секс с молодыми любовниками, которыми она была когда-то одержима, теперь только раздражал.

Карлтон так старался ублажить ее, что это действовало ей на нервы. Она бы, пожалуй, попробовала что-нибудь новое, какой-нибудь секс с изюминкой. Но натирание тела розовым маслом на известковом полу кладовой между мешками риса и гирляндами сушеного чеснока абсолютно не совпадало с ее представлением о таком сексе…

Она сама не знала, чего хотела!

Кроме искусства, ничто больше не интересовало Анжелу. У нее уже была большая коллекция картин известных художников юго-западных штатов, но она собиралась расширить ее, пополнив новыми работами. В конце концов она поняла, что ее хобби приносит ей гораздо больше удовлетворения, чем секс с парнями, годящимися ей в сыновья. Анжела надеялась, что искусство излечит ее от хандры, в которую она впала.

– Как тебе хочется заняться этим, милая? – спросил Карлтон, о котором Анжела уже забыла.

Вообще-то, она предпочла бы вибратор, но не стала говорить об этом: с той ночи, когда был убит Дункан Моррел, Карлтон стал очень раздражительным. Конечно, его можно было понять: со смертью Моррела он потерял все свои сбережения, которые вложил в липовые гравюры. Анжела предупреждала его, что покупать можно только оригиналы, но, конечно же, Карлтон ее не послушал.

– Мне все равно, – ответила она и, не переворачиваясь на спину, подтянула под себя колени.

У нее не было желания смотреть на Карлтона, и сейчас Анжела хотела одного: чтобы он поскорее навсегда исчез из ее жизни, как и многие другие жеребцы, с которыми она занималась сексом. У нее не хватило духа выставить его на прошлой неделе, поскольку он внезапно узнал, что потерял все свои деньги до последнего цента.

Анжела мысленно поблагодарила бога за то, что все закончилось в считанные секунды. Карлтон помог ей подняться, а затем заботливо завернул ее в шелковый халат, брошенный им до этого на мешок с рисом. Из кладовой они прошли через холл в музыкальную комнату, и там он тут же нажал кнопку, включив свой любимый компакт-диск.

«О, господи! – подумала Анжела. – И не надоела ему эта музыка? Неужели ей придется снова слушать эту песню Чарли Дэниэлса?» От затейливой игры на скрипке и строки «горы в огне, спасайся, приятель, беги» ее просто бросало в дрожь.

Вспомнив последний куплет песни, в котором говорилось о том, что дьявол пришел в дом восходящего солнца, она нахмурилась: эти слова напоминали ей о салоне Клер Холт. Клер сейчас приходилось нелегко – ее салон подавал большие надежды, но Невада внезапно ушел от нее к Дункану Моррелу. Правда, у Клер есть несколько великолепных ювелирных изделий Дэвида Тзуни и керамика, изготовленная в индейском поселке, но все равно она отчаянно нуждается в новых картинах.

Анжеле очень хотелось помочь Клер деньгами, но она знала, что ее подруга – гордая женщина и не возьмет денег даже в долг. Ведь отказалась же она взять деньги у собственного отца. «Впрочем, это было мудрое решение», – подумала Анжела, вспомнив властный характер своего отца, который в свое время заставил ее расстаться со всеми кавалерами, которые просили ее руки. Он говорил, что ни один из них не достоин его дочери.

Теперь, когда отец умер, у Анжелы было больше денег, чем она могла потратить за свою жизнь, но она все еще помнила его зловещее предостережение: всех твоих вздыхателей интересуют только твои деньги. Наблюдая за Карлтоном, отбивающим босой ногой музыкальный ритм, она ни на минуту не сомневалась, что отец был прав.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23