Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тень над Вавилоном

ModernLib.Net / Детективы / Мейсон Дейвид / Тень над Вавилоном - Чтение (стр. 14)
Автор: Мейсон Дейвид
Жанр: Детективы

 

 


Начав со стандартной команды <С:>, он напечатал: <НАРБАЛ6. ИСП>, а затем нажал клавишу возврата. После короткой паузы экран на жидких кристаллах высветил название компьютерной программы: (НАРУЖНАЯ БАЛЛИСТИКА ЛЕГКОГО СТРЕЛКОВОГО ОРУЖИЯ). Почти тут же экран снова очистился, и название сменилось рядами и колонками цифр, дающими все статистические данные по типам боеприпасов вместе с полным набором погодных условий. Макдоналд увидел, что цифры уже соответствуют патрону калибра 0,338 для снайперской винтовки «Лапуа-магнум» и набору стандартных показаний температуры, высоты, влажности, дистанции, барометрического давления и силы ветра. По-прежнему следуя письменным указаниям Ашера, он обратился к странице в своей тетрадке, где приводились те же самые исходные данные. «А теперь просто нажми <СУМ>», – говорилось в инструкции Ашера. Макдоналд так и сделал. Экран моментально очистился и на нем появилось: <ПОЖАЛУЙСТА, ПОДОЖДИТЕ). Двумя секундами позже его заполнили несколько длинных колонок с цифрами. В первой колонке давались расстояния до цели от нуля до тысячи пятисот ярдов с промежутками через каждые сто ярдов; во второй и третьей указывались скорость пули в футах в секунду и ее ударная мощность для каждой дистанции; в четвертой – падение пули ниже дульного среза в дюймах, а в пятой – время ее полета для данной дистанции. В шестой и седьмой колонках давались превышение или понижение траектории относительно точки прицеливания в угловых минутах и дюймах соответственно, а в восьмой и девятой – поправки на боковой ветер, дующий со скоростью пять миль в час, и тоже в угловых минутах и дюймах.
      – Да будь я проклят, ты только взгляни сюда! – выдохнул Макдоналд.
      Он быстро сравнил поправки на превышение и ветер, рассчитанные за две секунды компьютером, с записями в своей тетрадке. Они совпадали почти в точности – наибольшее расхождение для расстояния в тысячу двести ярдов не превышало одного дюйма. Макдоналд склонен был думать, что ошибки закрались скорее в его бумажные выкладки, нежели в расчеты машины. Когда он сообразил, что может ввести любые значения для таких переменных, как температура или барометрическое давление, то тут же проверил все результаты, каждый раз сравнивая их с цифрами, которые часами напролет ему пришлось рассчитывать вручную. На все про все у него ушло каких-то полчаса – на все-все варианты, просчитанные им самим. Он то и дело бросал взгляды на Хауарда, и с каждым разом на его лице проступало все большее и большее осуждение.
      Наконец Хауард отреагировал на испепеляющий взор Макдоналда и, как бы извиняясь, поднял руки вверх.
      – Дэнни, я знаю, о чем ты думаешь. Ты недоумеваешь, почему мы не дали тебе эту машинку раньше и не избавили от всей этой нудной работы с таблицами. К твоему сведению, все хотели, чтобы ты получил ее сразу, – все, кроме меня и Майка. Мы с ним рассудили, что лучше всего будет, если ты составишь все свои таблицы до того, как воспользуешься компьютером, так, чтобы у тебя было с чем сравнивать. В противном случае ты вряд ли доверял бы ему до конца. И еще, я так подозреваю, что, поупражнявшись с таблицами, ты теперь знаком с оружием и его возможностями гораздо лучше, чем ты бы это сделал с помощью любого компьютера. Извини, дружок, но, надеюсь, ты понял, в чем тут смысл.
      Макдоналд поджал губы, размышляя, что ответить. Наконец он пожал плечами.
      – Наверно, ты прав. Я мог бы и не поверить. Не говоря уже о том, что даже сейчас мне как-то не верится. Поразительно – как это он так быстро? Думаю, нужно взять с собой и то и другое – и компьютер и мою тетрадь. Тогда, если эта штука сломается или сядет батарейка, у меня, по крайней мере, останутся мои записи. Да и на душе спокойнее, когда знаешь, что и там и там содержатся верные данные.
      – Это все, что я хотел услышать, – сказал Хауард. – А теперь продолжим, а то скоро опять стемнеет. Покажу тебе еще одну маленькую игрушку. Сейчас мы определим, где находимся, с точностью до ста ярдов. С помощью вот этой вот штуки, – добавил он, протягивая Дэнни маленькое устройство дюймов восьми в длину.
      Макдоналд повертел его в руках: он никак не мог решить – то ли это большой карманный калькулятор, то ли пульт дистанционного управления телевизором.
      – Это устройство спутниковой навигационной системы, – объяснил Хауард.

31

      Утром 7 апреля Харрис и Денард помахали вслед Салливану, вылетевшему из аэропорта в Саутхемптоне. Харрис остался весьма доволен. Во время пребывания в Лондоне американский пилот вел себя вполне достойно: он не ударился в беспробудное пьянство или нескончаемое хождение по вечеринкам и горел желанием исправно потрудиться. Он проверил полетное задание, которое показал ему Харрис, и даже предложил пару разумных изменений. План полета был подготовлен Денардом, который позднее признал, что предложения американца оказались толковыми, а до этого был очень осторожен, дабы ничем не выдать Салливану, что он и сам является пилотом. Они по-прежнему оставались единственными членами команды, которых тот видел.
      – Полагаю, наш парень вполне справится, – задумчиво пробормотал Харрис, пока они наблюдали, как «айлендер» карабкается ввысь и берет курс над морем, начиная первый из нескольких перелетов на пути в Саудовскую Аравию. – Няньчить ковбоя в Саудовской Аравии – еще та головная боль, но я не думаю, чтобы этот доставил нам особые хлопоты. Черт возьми, он и пьет-то не много – лишь изредка и то только пиво. Чего не могу сказать о тебе, Энди, маленький, ты, свихнувшийся педик.
      – Зови меня Супермен, – парировал Денард. – Я никогда не пью за штурвалом. Давай возвращаться в Лондон. За первое пиво плачу я. Последняя выпивка на какое-то время, – мрачно добавил он. – Чертовы саудовские законы!
      Тем же вечером четверо членов команды вылетели из Лондона в Саудовскую Аравию: рейсом номер ВА133 авиакомпании «Бритиш эруэйз» Берн, Денард, Палмер и Харрис отправились в Джидду. Зиглер, Акфорд и Ашер последовали за ними, вылетев на следующее утро в Эр-Риад рейсом ВА125. Все семеро въехали в Саудовскую Аравию под настоящими именами, пользуясь настоящими паспортами.
      Въезд в Саудовскую Аравию очень строго ограничен. Туристов туда не пускают – въезд разрешен лишь двум категориям прибывающих. К первой из них относятся паломники в Мекку и Медину – два священных города. Перемещения паломников ограничиваются этими городами и Джиддой, а время пребывания в стране – только периодом хаджа. Во вторую категорию входят законопослушные предприниматели, рабочие и их семьи; они пользуются относительной свободой передвижения – в зависимости от рода деятельности, – но ни одному иноверцу не разрешается посещать священные города.
      Ходатайство об оформлении въездной визы должно подтверждаться вескими доказательствами о найме на работу от фирмы-поручителя, целесообразность найма всегда тщательно проверяется ответственной стороной. То и дело саудовские власти, например посольство в Лондоне, перепроверяли компании, чтобы убедиться в подлинности заявки, но хорошо обоснованное ходатайство от солидной фирмы обычно гарантировало получение визы без особых проблем. Все семеро из команды Хауарда указали в ходатайствах, что являются служащими компании «Панарабиан-петролеум», в которой помимо семисот пятидесяти местных сотрудников в стране работало еще и сорок пять британцев, двенадцать американцев и восемьдесят пакистанцев. «ПАП» являлась корпорацией с очень высокой репутацией, а тот факт, что она целиком принадлежала саудовской королевской фамилии, ограждал ее деятельность от слишком частого вмешательства правительственных бюрократов.
      Берн, воспользовавшись положением советника по вопросам безопасности «ПАП», без труда состряпал соответствующие контракты о найме между фирмой и членами команды. Забравшись в базу данных компьютера «ПАП» в ее лондонском офисе, он занес в его память фальшивые сведения о себе и о шести остальных товарищах с пометкой немедленно обращаться лично к нему в случае каких-либо запросов. В течение последующих нескольких недель он внимательно отслеживал данные по персоналу. Когда из саудовского посольства не поступило никаких запросов, а ходатайства о визах были удовлетворены без каких-либо заковык (впрочем, как Берн и ожидал), он стер все фальшивые данные из памяти компьютера, не оставив «ПАП» никаких записей. Мысленно он отметил, что по возвращении окажет услугу отделу кадров, ужесточив его охрану, – на лишних «сотрудников» никто даже не обратил внимания.
      Поначалу иностранец, приехавший на работу в Саудовскую Аравию, получает гостевую визу, действительную до одного месяца. Если он намерен остаться дольше, то должен на каком-то этапе своего месячного пребывания в стране переоформить ее в деловую, или визу «на выезд и повторный въезд». Чтобы сделать это, необходимо подать еще одно заявление и сопроводить его еще одним письмом с ходатайством от фирмы-нанимателя. После этого выдается «икаама» – разрешение на работу. Обладатель «икаамы» – маленькой брошюрки в шесть страничек с коричневой обложкой – должен всегда иметь ее при себе. Свой паспорт с пометкой о выдаче «икаамы» он обычно сдает нанимателю. Без «икаамы» иностранец в Саудовской Аравии – никто. Чтобы покинуть страну, ему необходимо испросить выездную визу, – процедура занимает от четырех до шести дней.
      Таким образом, жизнь бизнесмена, приехавшего менее чем на месяц, во многом оказывается легче: у него остается паспорт и он носит с собой письмо нанимателя, где указываются характер и место работы предъявителя, определяющие разрешенные места поездок внутри страны.
      По прибытии в Джидду ранним утром 8 апреля Харрис и Денард доехали на такси прямо до отеля «Шератон» на шоссе Корниш, где и поселились в соединяющихся между собой номерах, забронированных Харрисом на их имя. При регистрации в гостинице они подали свои паспорта, проштемпелеванные в иммиграционной службе стандартными гостевыми печатями. В аэропорту не было никаких замечаний по поводу отпущенных Денардом усов или цвета волос, которые стали темнее, чем на фотографии в паспорте, не было и никаких неуклюжих попыток узнать, чем они будут заниматься. Согласно утверждениям в паспорте, Харрис был «порученцем», якобы работавшим на «Панарабиан петролеум», в то время как зимбабвийский паспорт Денарда определял своего хозяина рангом повыше – как «директора фирмы»: запись, оставшаяся с незапамятных времен, когда он управлял собственной чартерной авиакомпанией, пока его не разорила «Юнайтед эр-чартерз оф Зимбабве» и он не был вынужден скинуть ей же все за бесценок.
      Денард прошел прямиком в номер, откуда и не казал носа последующие три дня, получая еду через службу доставки в номер. Все доставлялось в номер Харриса, и он же подписывал счета, после чего необходимое забиралось через смежную дверь.
      – Осточертело до охренения! – был единственный комментарий Денарда, когда он 11 апреля выбрался из заточения.
      Берн (еще один «директор компании») и Палмер («инженер») поселились в другом отеле под названием «Марриотт». Утром, после завтрака, Берн позвонил Тони Хьюзу, старшему директору филиала «Даркона» в Саудовской Аравии. Хьюз ожидал звонка от «мистера Брайса» и выслал шофера, чтобы тот забрал из отеля его и «мистера Поттера». Когда они приехали в офис, Хьюз изучил предъявленные ими удостоверения сотрудников «Даркона», изготовленные Берном и указывающие, что он и Поттер являются, соответственно, геологом и изыскателем. Документы, отосланные Хьюзу по факсу Дартингтона, были написаны в убедительном тоне, подразумевающем важность и конфиденциальность, и теперь директор особо не любопытствовал.
      Хьюз был маленьким, энергичным мужчиной, и Берн вполне понимал, почему тот пользуется столь высокой степенью доверия со стороны Дартингтона. Похоже, его ничуть не обескуражил тот факт, что Дартингтон явно что-то затевает за его спиной на его же территории. По тому, как Хьюз отзывался о Дартингтоне, Берн скоро понял, что эти двое мужчин давние и близкие приятели и что Хьюз испытывает безмерное восхищение по отношению к своему боссу. Берн подумал о том, как удачно, что в инструкциях, пришедших по факсу якобы от Дартингтона, Хьюзу предписывалось ни в коем случае не упоминать о деле по телефону, за исключением разговоров непосредственно с мистером Брайсом.
      – Для вас все готово, Джим, – сообщил Хьюз, обращаясь к Берну. – В ваше пользование отдан старый строительный лагерь в Баданахе. Как я уже говорил вам, он пустует вот уже четыре месяца – с тех пор, как мы закончили замену покрытия шоссе вдоль Трансарабского нефтепровода. Я пригнал туда четыре машины, которые вы просили, и сейчас их проверяет пара наших механиков, чтобы транспорт был в хорошем состоянии. Остальной персонал состоит из трех охранников, дежурного по общим вопросам, завхоза и повара. Все, кроме повара, местные, а повар – из Пакистана. Кто-нибудь еще вам понадобится?
      – Нет, спасибо, – ответил Берн, про себя решив, что первое, что он сделает, так это предоставит местному персоналу трехнедельный оплачиваемый отпуск, чтобы избавиться от лишних глаз. Повара-пакистанца он оставит, но так, чтобы тот не высовывался дальше кухни. Берн подумал, что тот, вероятно, будет рад увидеть спины своих саудовских коллег – местные жители относились к цветным рабочим-иммигрантам как к людям второго сорта.
      – Тони, у нас прекрасное обеспечение. Как только прибудут остальные, большую часть времени мы будем проводить вне лагеря. Я попросил их прилететь прямо туда, чтобы они присоединились к нам сразу же по прибытии на место. Вы были исключительно любезны.
      Хьюз спросил у мужчин, не отужинают ли они у него дома вместе с ним и его женой, и, похоже, растерялся, когда Берн вежливо отказался, сославшись на то, что до отправки на север им предстоит выполнить большую подготовительную работу. Берн и Палмер откланялись и вернулись к себе в отель, где позднее к ним присоединились Зиглер, Акфорд и Ашер, прилетевшие местным рейсом из Эр-Риада.
      На следующий день, 9 апреля, Берн, Палмер, Акфорд и Ашер поднялись пораньше и отправились в международный аэропорт Джидды имени короля Абдул Азиза, откуда в 7.45 вылетели рейсом SV738 в город Арар – на самый север страны. Строительный лагерь «Даркона» находился в десяти милях от Баданаха вдоль по шоссе, идущему параллельно Трансарабскому нефтепроводу (ТАНу), ярдах в трехстах от самой дороги. Они приехали туда в 11.30 и, несмотря на дневную жару, стали устраиваться. Как и предвидел Берн, саудовцы из обслуживающего персонала были приятно обрадованы неожиданному трехнедельному отпуску и с готовностью исчезли.
      Зиглер, проводив всех до аэропорта, направился в бюро проката фирмы «Авис», где нанял самую большую из имевшихся в наличии автомашин. Это был крытый пикап «Додж-рэм-чарджер» со сдвоенной кабиной и очень вместительным задним отсеком. Зиглер направился через город на север. Он выбрался на шоссе и облегченно вздохнул, оставив позади сутолоку уличного движения, где на обычные дорожные правила, казалось, не обращают ни малейшего внимания. Он не спешил и вел машину медленно и осторожно. Вскоре после выезда из города показался стационарный полицейский пост, где Зиглер предъявил свой паспорт и разрешение от «ПАП» на поездки. Казалось, полицейские не собирались себя утруждать особо тщательным осмотром и были дружелюбны, когда Зиглер вежливо обратился к ним, используя те немногие арабские фразы, которые выучил, но он видел, как они сверху донизу обыскали пару машин, которыми управляли водители-пакистанцы. По мере продвижения на север поток машин уменьшился, а через час с небольшим езды, взяв левее, Зиглер продолжил путь по прибрежной автостраде в сторону города Янбо. Он прибыл туда в середине дня, почти тогда же, когда в пятистах милях северо-восточнее Берн с остальными рассаживался на ленч в лагере для строителей близ Баданаха.
      Приблизительно на том же расстоянии от Янбо, но северо-западнее от него, судно «Манати» почти завершило переход через Средиземное море. Крохотный приемник глобальной спутниковой системы навигации сообщил Хауарду, что судно находится на подходе к Порт-Саиду, у северного входа в Суэцкий канал.

32

      Утром 11-го Харрис ждал, когда Салливан посадит самолет в международном аэропорту имени короля Абдул Азиза. Техасец, прилетевший по своему паспорту с подготовленными Берном сопроводительными документами из «Даркона», прошел иммиграционный контроль без всякого труда. Дружелюбные и свободные манеры Салливана пришлись по душе представителям саудовских властей. Его сердечное, хотя и неверное лингвистически, «Ну, здрасьте и салям вам, старина!» заставило офицера иммиграционной службы улыбнуться. Потребовалось дополнительное оформление бумаг, чтобы завершить формальности по ввозу в страну «айлендера», но саудовцы привыкли к тому, что иностранные корпорации импортируют себе самолеты, так что и тут все прошло гладко. Салливан был человеком, который давно понял, что уважительное радушие легко ведет по жизни. Он был славным парнем и умело этим пользовался.
      Харрис повез его в «Шератон» на взятом напрокат автомобиле. Для начала беседы он поинтересовался у Салливана, хорошо ли тот долетел.
      – Вообще никаких проблем, – доложил техасец. – На самом деле путешествие было просто приятным. Дерьмодав! – неожиданно воскликнул он, пораженный тем, в какой опасной близости мимо них промчался нарушающий правила пикап «мазда». – Ты только посмотри, как ездят эти парни! Они что, устали от жизни, или как?
      Харрис грязно выругался вслед водителю, который продолжал гнать, ничего не замечая вокруг.
      – Как видишь, это не самое безопасное место в мире, – проворчал он Салливану. – На самом деле здесь чертовски просто схлопотать увечье на дорогах. – Чуть позже он сменил тему и начал рассказывать хорошо отрепетированную легенду, придуманную им для Салливана. – Послушай, Рей, произошло изменение плана. Босс временно отсутствует в городе. Вроде бы неожиданно. Я не знаю, когда он вернется, но он сказал, что это может затянуться на три-четыре недели. Какое-то время нам нечего будет делать, но мне сказали, чтобы мы с тобой были наготове. Нас поселили в «Шератоне». Мы должны оставаться в отеле и не дергаться, пока он не даст нам знать. Для тебя это как – нормально?
      – Командуешь ты, – ответил ему Салливан. – По мне – так нормально. Я исполню все, что ты ни скажешь.
      – Отлично! – Харрис продолжал сочинять дальше. – Я покончил с большей частью формальностей, но мне понадобятся твой паспорт и остальные документы для регистрации в отеле. Все без исключения. Ты не поверишь, какая тут бюрократия. По соображениям безопасности в этих отелях хотят видеть буквально все. Водительское удостоверение – уж как пить дать. Твое удостоверение пилота – тоже. Все это они держат у себя, пока мы не выпишемся. Я все улажу сам – мне знакома их тарабарщина.
      – О'кей. Вот мое портмоне – все находится в нем. – Он ухмыльнулся. – Надеюсь, что к концу работы этот старенький кошель будет выглядеть чуток потолще с девяноста тысячами баксов внутри, а? А пока я могу и подождать. Я вообщене собираюсь задавать никакихвопросов.
      – Спасибо, – поблагодарил Харрис. – Вот тебе ключ от номера – шестой этаж. Там уже все готово – когда мы туда приедем, подымайся прямо наверх, а я займусь остальным. Заказывай все, что пожелаешь, на счет номера – он будет оплачен.
      Через несколько минут они подъехали к отелю. Салливан поднялся на шестой этаж и устроился в номере. Этим утром он был освобожден Денардом, который теперь тихо ждал за соседней дверью в номере Харриса – его небольшая летная сумка была собрана и наготове. Харрис дал Салливану десять минут на то, чтобы добраться до номера, затем позвонил от администратора Денарду, сказав, чтобы тот спускался.
      Денард прошел мимо регистратуры прямиком к машине Харриса. Через пять минут Харрис присоединился к Денарду и, прежде чем отвезти того в аэропорт, передал ему портмоне Салливана. Воспользовавшись содержимым портмоне, Денард зарегистрировал полетный маршрут в Эль-Ваджх – маленький городок на берегу Красного моря, в двухстах милях севернее Янбо. Харрис не стал дожидаться, чтобы посмотреть, как тот будет взлетать.

33

      Ночью 11 апреля Хауард с Макдоналдом освободили контейнер почти дочиста. Хауард все чаще и чаще сверялся с крошечным навигационным прибором. Маленькое отверстие, высверленное Акфордом в потолке контейнера, позволяло просовывать через него проволочную антенну и снимать показания, не выходя наружу. Хауард рассчитал, что, как и ожидалось, они будут приблизительно в том районе, в каком он хотел, на следующую ночь, 12-го числа.
      В шесть часов вечера 12 апреля, надев черные гидроизоляционные костюмы из неопрена, мужчины вышли наружу. Работая быстро и споро, они начали опорожнять контейнер, складывая то, что им понадобится, на узком промежутке грузовой палубы рядом с дверями контейнера. Все остальное пошло за борт. Самый большой всплеск произвел домашний холодильник, в котором они хранили во время путешествия еду. Оба не подозревали, что один из членов команды делает вечерний обход главной палубы с часовым опозданием как раз в десяти футах под ними. Холодильник пролетел прямо рядом с его головой. Будь камера, как изначально, белого цвета, матрос, возможно, и заметил бы достаточно, чтобы решить, что тут что-то не так, но, поскольку Акфорд перекрасил холодильник в матово-черный цвет, у матроса лишь мелькнуло ощущение, будто позади что-то пролетело в темноте. Матрос остановился, нахмурился и быстро глянул за борт, как раз чтобы увидеть слегка необычные завихрения черной воды внизу, но решил, что ему показалось. Он продолжил обход оставшейся части маршрута. Через двадцать минут он был уже у себя в каюте и думать забыл о случившемся.
      Хауард воспользовался пылесосом, чтобы убрать последние следы их пребывания в помещении. Закончив уборку, он выдернул шнур из розетки позади алюминиевой панели, рядом с тем местом, где раньше стоял холодильник. Закрыв панель, он напоследок осветил пустой контейнер фонариком и вышел на палубу. Захлопнув створки грузовых дверей, Хауард повернулся к Макдоналду, который склонился над переносной плиткой, поставленной на палубе. На плитке грелась маленькая накрытая кастрюлька с четырьмя унциями свинца. Когда металл расплавился, Макдоналд осторожно вылил его в гипсовую форму, снятую Хауардом с настоящей таможенной пломбы. Хауард пропустил настоящую пломбировочную проволоку – теперь она стала немного короче из-за того, что ее перекусывали, – через проушины засова на дверях и окунул ее в форму так, чтобы она застыла в затвердевающем свинце. Макдоналд плеснул на металл чуть-чуть воды, чтобы тот быстрей охладился. Убедившись, что пломба на месте, мужчины вышвырнули плитку, пылесос и оставшуюся мелочь за край палубы. Оба в последний раз облегчились в химический туалет, и он тоже последовал за борт. Они были счастливы видеть его полет. Тошнотворный запах от устройства, несмотря на свежий воздух, подавемый компрессором и кондиционерами, был постоянным и неприятным фактором, преследовавшим их предыдущие две недели. Это была последняя вещь, пошедшая на выброс. Хауард взглянул на часы – 19.56 по местному времени.
      Пятнадцать минут спустя с помощью блока и веревки они спустили все свое оборудование на главную палубу. Остро осознавая, что теперь наступило время, когда они подвергались наибольшему риску быть обнаруженными, Хауард и Макдоналд поспешно перетаскали огромные прорезиненные мешки и другие вещи к кормовому ограждению «Манати». Здоровенная гидравлическая кормовая лебедка судна под зеленым в масляных пятнах тяжелым брезентом обеспечивала что-то вроде укрытия. Позади нее они стали распаковывать самый громоздкий и тяжелый мешок. Внутри него находилась шестнадцатифутовая надувная лодка «Джемини». Макдоналд начал надувать ее секции воздухом, используя полный баллон для акваланга, в то время как Хауард бесшумно вернулся к контейнеру. Теперь форма была на ощупь холодной, и он обколол гипс и плеснул на свежезастывший свинец водой. Хауард быстро осмотрел в свете фонарика то, что получилось, – годится. После этого он выбросил в воду кусочки гипса и, вернувшись к Макдоналду, помог тому накачать лодку до конца.
      Хауард привязал двухсотфутовую веревку к мощной стальной опоре с левого борта судна. Оставив двадцать футов веревки, он закрепил этот короткий конец за левую уключину «Джемини». Макдоналд повторил ту же операцию с правого борта. Затем они взгромоздили «Джемини» на ограждение кормой вперед и спихнули ее вниз.
      Резиновая лодка повисла на двух веревках носом кверху футах в двенадцати ниже палубного ограждения, ее днище прижалось к корме судна. Воспользовавшись третьей веревкой, привязанной к центральной опоре, Хауард спустился к раскачивающейся «Джемини» на альпинистской связке. Он отстегнул карабин связки от веревки и прикрепился к кольцу в центральной скамейке лодки. Встав на транец «Джемини», он просигналил Макдоналду, и тот стал спускать ему грузы, используя все ту же центральную веревку. Хауард по очереди ловил каждую вещь, подхватывал на руки и крепко привязывал к днищу «Джемини» с помощью нейлоновой ленты. Самый тяжелый груз – сорокасильный подвесной мотор – они спустили первым. За ним последовали канистры с топливом и емкости с водой, затем – девять прочных прорезиненных мешков с продуктами, одеждой и другим снаряжением. Наконец Макдоналд жестами показал Хауарду, чтобы тот был особенно осторожен, и спустил большую снайперскую винтовку, уложенную в противоударный и влагозащитный футляр. Хауард улыбнулся, осторожно принимая оружие. Он знал, что это далеко не самая хрупкая вещь среди всего груза, но понимал беспокойство Макдоналда о том, чтобы оптический прицел не подвергался лишним ударам. Егерь демонстрировал верное отношение к инструменту своей новой профессии.
      Как только весь груз был надежно принайтован внутри «Джемини», Хауард взобрался обратно. Вдвоем с Макдоналдом они начали стравливать боковые веревки, пользуясь опорами как кнехтами, пока транец лодки не коснулся воды. Вода под кормой «Манати» бурлила и пузырилась от вращения судового винта. В какой-то момент Хауард даже испугался, что «Джемини» опрокинется, но когда они сдали остатки веревки, то увидели, что с резиновой лодкой все в порядке и она равномерно идет на буксире в пятидесяти ярдах от кормы судна.
      Хауард подогнал на Макдоналде надувной спасательный жилет и пристегнул кольцо от альпинистской связки шотландца к одной из буксирных веревок. Макдоналд перелез через ограждение. Хауард с помощью третьей веревки притормаживал движение Макдоналда и наблюдал, как тот медленно спускается вдоль буксира в сторону «Джемини».
      Хауард предупреждал Макдоналда быть осторожным, чтобы его не ударило, когда он коснется воды, но мощь потока застала Макдоналда врасплох – его моментально затянуло под воду и с силой припечатало к резиновому корпусу «Джемини». Придя в себя, он зацепился рукой за борт и перекинул тело в лодку, кашляя и отплевываясь от морской воды. Он отстегнул свою связку от буксирной веревки и прикрепил ее к свободному кольцу. Ухватившись за веревку, которую он использовал как тормоз во время спуска, Макдоналд привязал ее к носовому кольцу «Джемини». На судне Хауард выбрал слабину и привязал другой ее конец к опоре. Затем он освободил правую и левую буксирные веревки и дал им соскользнуть в море. Теперь «Джемини» тащило только на одной центральной веревке. Наконец, Хауард частично подкачал свой спасжилет и обрубил последнюю буксировочную веревку, которая, освободившись, скользнула прочь. Быстро срезав остатки веревки с опоры, он выкинул ее за борт и прыгнул туда же сам.
      Хауард обхватил себя руками, приготовившись к сильному удару о поверхность сорока футами ниже, но бурлящая кильватерная струя за кормой «Манати» оказалась неожиданно мягкой. Войдя в воду, он тут же открыл клапан маленького газового баллона и до конца надул свой спасательный жилет. После нескольких секунд сомнений, что он, должно быть, просчитался и его затягивает под винт судна, Хауард вынырнул на поверхность. С полминуты или около того его покрутило в водоворотах, после чего волны постепенно стихли. Море было спокойным. Сориентировавшись по удаляющимся огням «Манати», Хауард поплыл прямо в противоположную сторону. Уже через пару минут он разглядел зеленоватое мерцание сигнального фонарика на носу «Джемини» и помигал своим, чтобы его заметил Макдоналд. Дэнни перегнулся через борт и помог Хауарду забраться в лодку. Три болтающихся в воде каната были втянуты на «Джемини», отсоединены от колец и сложены в носовой части.
      Распаковав навесной мотор, Хауард осторожно установил его в зажим на корме и подсоединил бензопровод.
      – Если этот педик не заведется, нам предстоит чертовски долгая гребля, – заметил он Макдоналду, заправляя двигатель и установив его на половину мощности. – Впервые в жизни занимаюсь подобными вещами без запасного движка, но у нас просто не было свободного места. Аравийское побережье милях в семидесяти пяти отсюда, вон в той стороне, – добавил он, взглянув на ручной компас и указав на восток.
      Сорокасильный двигатель завелся с третьего рывка за стартерный тросик.
      – Слава Богу, – пробормотал Хауард. – Если бы он не завелся, я бы просто прибил Тони.
      Он снова сверился с компасом и осмотрел ночное небо. «W» созвездия Кассиопеи указывало на ясно видимую Полярную звезду, положение которой подтвердило направление на север. Пока он ее разглядывал, ему показалось, что та мигнула, как если бы на мгновение ее закрыла какая-то тень. Крошечный клочок облака в чистом небе, подумал он. А может быть, спутник? Хауард развернул «Джемини» на восток и прибавил газу. По легкой зыби, прикинул он, лодка будет делать узлов пятнадцать. Так что, если повезет, скажем, пять часов пути. Было 22.00 по местному времени. Если хорошая погода сохранится, то приплывут они часам к трем утра. И если им действительно повезет, то даже не придется пережидать дневное время.
      Макдоналд, выросший на западном побережье Шотландии, не был новичком в обращении с маломерными судами. Ему доводилось плавать при любой погоде, в любое время дня и ночи на самых разных лодках. Однако сейчас, когда они отправились в путь почти с середины Красного моря на утлом шестнадцатифутовом суденышке, он ощутил такое одиночество и такую беззащитность, каких не испытывал еще никогда в жизни. На короткое время он вспомнил о доме, о юной Шиле… таких далеких… Совсем иной мир, другой образ жизни. Дэнни огляделся вокруг – ничего. Ничего, кроме огней морского судна «Манати», постепенно растворяющихся в ночи по мере того, как оно на всех парах уходило от них на юг.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35