Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Уотердип

ModernLib.Net / Авлинсон Ричард / Уотердип - Чтение (стр. 13)
Автор: Авлинсон Ричард
Жанр:

 

 


      И все это вместо былой славы и величия.
      Ао заплатит, — поклялся Миркул. Повелителю Мертвых вовсе не нравилось вести столь скромный образ существования, ему не нравилось скрываться от смертных и уж точно он был не в восторге от своего вынужденного пребывания Королевствах. Ао и Хелм заплатят за все то унижение, которое ему пришлось пережить.
      Но он должен был быть осторожен. Повелитель Мертвых видел, что стало с теми, кто потерял осторожность. Тантрас превратился в настоящую катастрофу и лишь благодаря своей дальновидности Миркул избежал участи постигшей Бэйна. Он жил в мире смертных. Теперь он был уязвим и мог погибнуть — как погибли Бэйн, Мистра и Торм.
      Только представить себе — смерть Повелителя Мертвых. Если бы подобная мысль не была столь тревожной, то она наверняка бы могла даже его рассмешить.
      Нет, он не станет встречаться со своими противниками один на один. Он будет скрываться, там, где враги не смогут найти его, где они даже не подумают искать его. Он будет работать через шпионов, плести сложные планы и обдумывать запасные пути, лишь бы заполучить в свои руки Миднайт и Скрижаль Судьбы.
      Убить чародейку и завладеть скрижалью было бы слишком просто. У Бога Мертвых свои шпионы и жрецы имелись в каждом уголке страны и ни одна живая душа не смогла бы избежать его нападения. Но тогда бы его людям пришлось доставить скрижаль к нему в Уотердип, а незаметно переместить такую личность как Миднайт было и вовсе невозможно.
      Разумеется, Миркул не собирался оставлять скрижаль в руках у этой женщины. Он не успокоится, пока в его руках не окажутся обе Скрижали Судьбы. Отчасти, именно поэтому он все еще не отдал приказ на убийство чародейки. Он нуждался в ней, он хотел, чтобы она для него отправилась в Замок Костей и достала вторую скрижаль.
      У Повелителя Мертвых были грандиозные планы и все они замыкались на чародейке. Предложение Баала состояло в том, чтобы захватить весь отряд Миднайт и затем угрожая смертью ее друзей, вынудить ее вернуть вторую скрижаль. Но до сих пор Миднайт демонстрировала потрясающую стойкость духа и Миркул считал, что она легко расстроит столь грубые планы. Гораздо мудрее было обмануть ее, дать ей поверить, что она вызволяет вторую скрижаль по собственному желанию. Чтобы добиться этого, Баалу нужно было захватить ее, а затем позволить “обмануть” себя и раскрыть тайник в котором спрятана вторая скрижаль.
      Но даже и в этом плане были свои белые пятна, и Повелитель Мертвых отчетливо их различал. Едва Миднайт завладеет обеими скрижалями, ей уже ничто не сможет помешать вернуть их Хелму. Чтобы избежать этого, Миркул приказал Баалу, чтобы тот, выдав местонахождение секретного входа в Царство Мертвых, позволил ей сбежать неподалеку от Замка Дрэгонспир.
      У Дрэгонспира Миркул приготовил ловушку, с помощью которой намеревался захватить первую скрижаль. Также план включал в себя побег Миднайт в Царство мертвых, где она смогла бы вернуть вторую скрижаль. Разумеется ни один план никогда не мог быть настолько хорош, чтобы предусмотреть каждую случайность. Именно поэтому Миркул взял за привычку периодически осуществлять контакт с Баалом, чтобы убедиться, что все идет согласно намеченному плану.
      Повелитель Мертвых сосредоточился на танцующем и подрагивающем пламени свечи. Миркул терпеливо ждал, ожидая, что с секунды на секунду огонек обретет черты уродливой, распухшей головы аватара Баала.
      Но время шло, а пламя оставалось всего лишь пламенем.
      Миркул попробовал вновь, но ничего не изменилось. Первой мыслью Повелителя Мертвых было предположить, что заклинание не сработало из-за магического хаоса, но тут же он эту идею отверг. Если провал был вызван хаосом, то магия должна была исказиться, а его заклинание попросту не сработало.
      Означать это могло лишь одно — Баал был уничтожен и теперь сущность Бога Убийства рассеялась по всем Королевствам и Планам. Эта мысль сильно потрясла Миркула и не только потому, что это напомнила ему о его смертности. Из всех богов, пожалуй самыми близкими по духу были он и Баал. Бог Убийства наслаждался смертями и убийствами, в то время как Миркул правил теми, кто уже был мертв. Они не могли существовать друг без друга.
      Потратив несколько мгновений на оплакивание своего друга и союзника, Миркул в конечном счете вновь вернулся к вынашиванию своих планов. Во время последнего сеанса связи, Баал доложил, что женщине известно о месторасположении входа в Царство Мертвых. Значит сейчас она должна направляться в сторону Замка Дрэгонспир. План его оставался прежним, за исключением того, что женщина прибудет к замку без сопровождения. Значит, он все еще мог застать ее врасплох и лишить первой скрижали.
      Но Миркул был далек от радужных настроений. Если Миднайт удалось убить Баала, то вероятно она обладала достаточной силой, чтобы избежать его западни и забрать первую скрижаль с собой, в Царство Мертвых. А тогда, если она добьется успеха в Замке Костей, у нее окажутся обе скрижали. После этого, когда она вернется в Королевства, найти Небесную Лестницу и вернуть скрижали Хелму будет совсем пустяковым делом.
      Если это произойдет, Миркул потерпит поражение.
      Именно он и его союзник Бэйн были ответственны за похищение Скрижалей Судьбы. Наверняка, к этому моменту Ао уже известно об этом и Миркул сомневался, что его ждет теплый прием, даже если он и вернет скрижали. Хотя Бог Мертвых не поделился этим с Баалом, сами скрижали не особой ценности из себя не представляли. Когда он их похищал, единственной его целью было убедиться, что никто не сможет вернуть их на Планы, так как Миркул подозревал, что правитель всех богов, едва заполучив их в руки, наверняка уничтожит их.
      Но Бог Мертвых понимал, что пропажа скрижалей давала лишь небольшую отсрочку. Рано или поздно, Ао устанет от бесконечного ожидания и отменит свое наказание. Если Миркул хотел выжить, он должен бы нанести удар первым. И именно поэтому ему было необходимо, что вторую скрижаль вернула именно Миднайт.
      После похищения Скрижалей Судьбы, Миркул и Бэйн спрятали каждую из них в своих тайниках. Бэйн поместил свою в Тантрасе, а Миркул спрятал скрижаль в Замке Костей, в самом сердце Царства Мертвых. А для пущей надежности Миркул поместил там ловушку.
      В тот миг, когда Миднайт вынесет вторую скрижаль из Царства Мертвых, она высвободит всех его обитателей и духов умерших. И Миркул собирался дождаться этого мгновения. Затем он убьет Миднайт и заберет у нее вторую скрижаль. Затем, воспользовавшись теме же способом, с помощью которого он наделил аватара Бэйна силами в Тантрасе, он воспользуется душами умерших — на этот раз для своего аватара.
      После этого он будет готовиться к встрече с Ао. Миркул был далек от убеждения, что он сможет победить даже с помощью жизненной силы миллионов душ. И все же этот отчаянный план был единственным шансом обратить поражение в победу.
      Однако, если Миднайт удастся забрать свою скрижаль в Царство Мертвых, план Миркула подвергался опасности. Когда она вернется в Королевства с обеими скрижалями, то из-за хаоса, который воцарится с высвобождением обитателей его царства, отыскать ее может оказаться чрезвычайно сложно. Чародейка вполне может ускользнуть и вернуть скрижали Хелму.
      Миркул понимал, что безопаснее всего было убедиться, что она не заберет первую скрижаль в Царство Мертвых. Возможно, он должен предпринять дополнительные предосторожности в Замке Дрэгонспир, чтобы быть наверняка уверенным, что чародейка потеряет скрижаль добытую в Тантрасе.
 

* * * * *

 
      Он все еще сжимал меч в руке. Сайрик понимал, только одно — гладкая рукоять все еще находится в его ладони, но вокруг была пустота. Его разум превратился в туман, в котором плавали лишь его бесцельные мысли.
      Он чувствовал себя так, словно его избили до смерти.
      Кулаки. Кулаки, твердые словно камень. Баал, избивающий его до полусмерти, крушащий его челюсть, ребра и нос, внезапно останавливается и все прекращается. Затем Сайрик, несмотря на чудовищные раны, поднимается на ноги и вонзает меч в Бога Убийства.
      Это была его гибель. Аватар побледнел и канул в забвение. Теперь Сайрик пытался понять, где оказался он сам. Внезапно на какое-то мгновение он подумал, что оказался в Царстве Мертвых.
      Нет, он все еще был жив. В голове гудело, а с каждым вдохом грудь словно разрывалась на части. Ощущение было такое, словно по нему пробежалось целое стадо коров.
      Крючконосый вор приоткрыл глаза и обнаружил, что его окружает темнота. Он лежал уткнувшись лицом в снег, очевидно где-то посередине дороги. Вокруг него поднялись на ноги еще три фигуры.
      “Где это мы?” — спросил Адон, обводя взглядом заснеженную равнину, раскинувшуюся по обеим сторонам от дороги. Его зрению полностью восстановилось.
      “Надеюсь, на дороге ведущей к Уотердипу”, — устало произнесла Миднайт. “По крайней мере, я пыталась перекинуть нас как можно ближе к городу”. От усталости она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой — за последнее заклинание пришлось заплатить весомую цену.
      “Как мы сюда попали?” — пробормотал Келемвор, протирая глаза. Зрение вернулось к нему, но перед глазами все еще маячили белые пятна.
      “Я переместила нас”, — ответила чародейка. “И не спрашивай как мне это удалось”.
      Сайрик решил пока не выдавать себя. Их было трое против него одного, да к тому же он сомневался, что сможет пошевелиться, даже если сильно захочет. С возвращением сознания, боль стала еще нестерпимее.
      Келемвор выдавил нервный смешок. “Как же я рад тебя видеть!” — произнес он, обнимая Миднайт. Там, на Мосту Боарескир, встреча по его мнению получилась несколько сумбурной и он хотел наверстать упущенное. “Я до сих пор не могу поверить что ты жива!”
      “Почему тебя это так удивляет?” — спросила Миднайт, возвращая ему объятия.
      Сделав серьезное лицо, Адон пробурчал, — “После того, как ты сбежала…”
      “Я сделала то, что считала нужным”, — прервала его Миднайт, высвобождаясь из объятий Келемвора. Она даже слегка удивилась, сколь быстро снисходительное поведение жреца вывело ее из себя. “Иначе вы оба были бы сейчас мертвы!”
      “Мертвы?” — воскликнул Адон, отшатнувшись. “Баал не…”
      Прежде, чем жрец успел окончить фразу, он запнулся о Сайрика и грохнулся на землю. Лишь удивленный крик Адона не дал остальным расслышать приглушенный стон раненого вора. Сайрик продолжал лежать без движения. Единственный его шанс заключался в том, чтобы убедить своих врагов, что он для них был не опасен.
      Подошел Келемвор и слегка пнул тело Сайрика. “Смотрите какую огромную кучу дерьма навалил кто-то прямо посередине дороги!” — рявкнул Келемвор. Он потрогал шею Сайрика и нащупал пульс. “Э, да он живой!”
      Вор плотнее сжал рукоять своего меча.
      “Сайрик!” — прошипел Адон, вставая на ноги и оборачиваясь к Миднайт. “Зачем ты взяла его?”
      “Можешь поверить, это вышло случайно”, — резко ответила Миднайт, созерцая неподвижное тело вора. “К тому же, я думала, что вы работаете вместе с ним”.
      “Так и было”, — произнес Келемвор. Его меч плавно покинул свои ножны. “Но теперь наши пути расходятся”.
      Сайрик слегка приоткрыл один глаз, пытаясь найти в себе силы поднять меч.
      Однако, между клинком Келемвора и телом Сайрика ступил Адон. “Он беспомощен. Мы же не хладнокровные твари, чтобы убить его в такой миг”.
      “Что?” — удивился воин. “Забыл, ведь это именно ты десять минут назад не позволил мне помочь ему в схватке с Баалом”. Он попытался обойти жреца.
      “Тогда он представлял для нас опасность”, — произнес Адон, вновь преграждая дорогу воину. “Но сейчас он абсолютно беспомощен”.
      “Я видела как он убил ни в чем неповинного халфлинга”, — запротестовала Миднайт, обвинительным тоном.
      “Мы не можем убить его пока он беспомощен”, — настоял Адон, обращаясь к чародейке.
      Однако Миднайт было не так-то просто переубедить. “Сайрик заслуживает смерти”.
      “Мы не вправе судить его”, — тих произнес Адон. “У нас на это не больше полномочий, чем было у Харперов приговаривать тебя и меня к смерти”.
      Келемвор нахмурился при этом воспоминании и убрал меч. Во время Битвы у Шедоудейла Эльминстер исчез. Местные жители решили, что мудрец был убит и ошибочно обвинили в этом Адона и Миднайт. Если бы Сайрик не вытащил их из тюрьмы, то они были бы сейчас уже мертвы.
      “Это совсем другое”, — настояла Миднайт. “Он предал нас”. С этими словами она потянулась к мечу Келемвора.
      Воин опустил руку на рукоять клинка. “Нет, Адон прав”.
      “Если мы убьем его”, — произнес Адон, махнув рукой на распростертое тело Сайрика. “То чем мы тогда будем отличаться от него?”
      Миднайт задумалась на мгновение и неторопливо убрала руку от меча. “Тогда, давайте оставим его здесь. В любом случае он умрет”. С этими словами она отвернулась и пошла прочь по дороге.
      Келемвор посмотрел на Адона, ожидая его указаний.
      “Мы не должны убивать беспомощного человека”, — произнес жрец. “Но мы не станем и помогать ему. Он больше не сможет причинить нам вреда. Он потерял всех своих людей и если мы поторопимся, то можем уйти достаточно далеко, прежде чем он успеет очнуться”. Он пошел вслед за Миднайт. “Поторопимся, прежде чем она вновь сбежит от нас”.
      Они быстро настигли Миднайт, и Келемвор спросил, — “Ну что, куда теперь?”
      Миднайт остановилась.
      Если бы она в этот момент обернулась назад, то увидела бы как вор поднял голову, чтобы расслышать ее ответ.
      “Я направляюсь в Замок Дрэгонспир”, — произнесла чародейка, уперев руки в бока.
      “Тогда туда идем и мы”, — спокойно заметил Адон. “Кто же будет присматривать за тобой, кроме нас с Келемвором?”
      “Против меня ополчились сами боги”, — предупредила чародейка, переводя взгляд то на Адона, то на Келемвора. “Вам придется рисковать своими жизнями”.
      “Мы рискуем больше, оставив тебя одну”, — улыбнулся Адон.
      Келемвор обнял Миднайт за локоть и обернул лицом к себе, заглянув при этом ей в глаза. “Боги или не боги”, — твердо произнес он, — “но я с тобой, Миднайт”.
      Миднайт растрогала преданность ее друзей, но она все еще не была готова принять их предложение. Хотя она обращалась к ним обоим, смотрела она в глаза лишь Келемвору. “Выбор за вами, но прежде, чем вы его сделаете, я должна вам кое-что рассказать. Где-то в подземельях Замка Дрэгонспир находится мост в Царство Мертвых”.
      “В Уотердипе?” — скептически произнес Келемвор. Он подумал об известном городском кладбище, которое было известно как “Город Мертвых”.
      “Нет, Царство Мертвых”, — поправила Миднайт, переводя взгляд на Адона. “Вторая скрижаль спрятана в замке Миркула”.
      Келемвор и Адон обменялись пораженными взглядами, не смея поверить, что она имела в виду место упокоения душ.
      “Я пойму, если вы откажетесь”, — произнесла Миднайт, приняв их удивление за колебание. Она осторожно освободила локоть из рук Келемвора. “Я действительно считаю, что вы не должны идти вместе со мной”.
      “Мне казалось, что выбор за нами”, — произнес Адон, наконец придя в себя после первоначального шока.
      “Вот именно! Тебе не удастся так легко избавиться от нас”, — добавил Келемвор, вновь беря Миднайт за руку.
      Теперь пришел черед удивляться Миднайт. Она даже и не смела надеяться, что Келемвор и Адон захотят сопровождать ее. Но сейчас, когда они согласились, она сразу же ощутила как ее покидает так долго терзавшее ее чувство одиночества и растет уверенность в своих силах. Миднайт нырнула в объятия Келемвора и слилась с ним в долгом и страстном поцелуе.

Замок Дрэгонспир

      Адон неторопливо поднимался по пологому склону. На полпути к вершине жрец остановился и перебросил сумку со скрижалью на другое плечо.
      Вот уже пятый день, вместе с Келемвором и Миднайт, Адон путешествовал по пустынной дороге. К западу простиралась равнина, поросшая золотистыми пучками жесткой травы пробивающейся из-под грязного, влажного снега. В одной миле к востоку возвышались темные утесы Хай Мура. Впереди миля за милей тянулась унылая, серая дорога ведущая к Уотердипу. Адон искренне надеялся, что никогда больше его нога не ступит на горный склон, но сейчас он бы с радостью променял милю ровной дороги на двадцать миль рискованной горной тропы.
      Несмотря на утомительный утренний переход, пальцы ног Адона сморщились и окоченели. Дорога буквально утопала в трехдюймовом слое подтаявшего снега, который просачивался даже сквозь прочные сапоги, которыми их снабдил управляющий Хай Хорна. Судя по размеру и виду снежинок вскоре должно было выпасть еще больше снега.
      Даже несмотря на то, что они значительно переместились на север, в этом году смена времени года произошла необычно рано. Хай Мур уже покрылся белой пеленой снега и реки, берущие свое начало в центре пустынной страны, несли в себе куски плавучего льда.
      Адону казалось, что все боги природы словно сговорились, пытаясь как можно сильнее осложнить их путешествие. Однако, он понимал, что гораздо вероятнее было то, что неимоверный холод был вызван как раз отсутствием этих богов. Без их вмешательства в природе воцарился сущий беспорядок и то и дело одна из стихий брала превосходство над другими.
      Непредсказуемость природы была лишь еще одной причиной, ради которой они должны были добиться успеха в своей миссии. Без порядка в наступлении времен года пройдет совсем немного времени, прежде чем фермеры потеряют свои урожаи, обрекая на голод целые нации.
      Пока Адон предавался размышлениям о важности и сложности их миссии, с другой стороны холма донесся громкий лай. Он незамедлительно обернулся и подал Келемвору и Миднайт знак отойти с дороги, а затем начал обшаривать местность в поисках укрытия для себя. Земля вокруг была столь бесплодна, что в итоге ему пришлось скорчиться за ближайшим худосочным кустом.
      На вершине холма появилась серая масса. Для того, чтобы разглядеть ее получше, жрецу пришлось изрядно напрячь зрение. В их сторону передвигались двенадцать волков, выстроившихся по трое в единую цепь. Они шли друг за другом, след в след, сохраняя между собой идеальные промежутки.
      Когда колонна подошла ближе, Адон заколебался, не зная стоит ли ему броситься в бега или продолжать скрывать за своим жалким укрытием. Один из волков пролаял какой-то приказ. Волки, шедшие в первом ряду, проходя мимо укрытия жреца вытянулись в струнку, затем резко повернули голову влево, словно отдавая честь. Каждый из последующих рядов повторил этот маневр.
      Адон выбрался из укрытия и вышел на дорогу, все еще не веря своим глазам. Через пару секунд к нему присоединились Келемвор и Миднайт.
      “Хорошая работа, давненько я не видел таких отличных парадов”, — заметил воин, окидывая волков критическим взглядом. Его слова звучали так, словно троица сейчас смотрела не на животных, а на отряд людей.
      “Интересно, куда они направляются?” — спросила Миднайт.
      “В Балдурс Гейт или Эльтурел”, — предположил Келемвор, переводя взгляд на юг.
      “С чего это ты взял?” — нахмурился Адон.
      “А ты разве не слышал?” — спросила Миднайт, удивленно подняв брови, словно не в силах поверить в подобную невежественность Адона.
      “На юге овцы подняли бунт”, — закончил Келемвор.
      Жрец уперся руками в бока. “Что за…”
      И Келемвор, и Миднайт взорвались приступом смеха.
      Покраснев от злости. Адон повернулся в сторону дороги.
      “Нет ничего смешного в том, что рушатся установленные веками порядки”, — резко произнес он.
      Келемвор и Миднайт зашлись еще сильнее.
      Адон отвернулся, но через пять минут созерцания уходящей вдаль колонны, он все же не выдержал и усмехнулся. “Овцы подняли бунт”, — пробормотал он. “И как вам только такое могло придти в голову?”
      “А зачем еще может понадобиться целая армия волков?” — ухмыльнулся Келемвор.
      Наконец они вышли на дорогу и воин тут же по щиколотку увяз в ледяном месиве.
      Крепко выругавшись, он произнес, — “Нам нужно достать лошадей”.
      “Согласен, но где?” — спросил Адон, ступая на дорогу. “Здесь нам ни за что не отыскать их, а если мы сойдем с дороги, то наверняка заблудимся”.
      За все пять дней путешествия они только однажды наткнулись на отряд из шести вооруженных всадников. Хотя они и были достаточно добры, подтвердив, что Замок Дрэгонспир действительно лежит впереди, но наотрез отказались поделиться хотя бы одной лошадью.
      “Если мы будем продвигаться такими темпами, то Королевства погибнут задолго до того, как мы доберемся до замка”, — пожаловался Келемвор.
      “Я бы на твоем месте в этом не был так уверен”, — ответил Адон. “Мы должны быть где-то неподалеку. Он может быть сразу за этим перевалом”. Жрец не желал, чтобы внезапно ухудшившееся настроение Келемвора заразило и его.
      Келемвор фыркнул и пнул комочек грязи, посылая в воздух фонтан черных брызг. “Неподалеку? Да нам до него топать еще не меньше сотни миль”.
      Адон едва удержал готовое было вырваться едкое замечание. Несмотря на возвращение Миднайт, жрец продолжал оставаться лидером отряда. Ему совсем не нравилось эта обязанность, но Келемвор больше уделял внимания обществу Миднайт, нежели руководил действиями отряда. Что же касается чародейки, то несмотря на то, что именно она была вправе считаться истинным лидером, ей казалось даже доставляло удовольствие, что эта обязанность все же не ложилась на ее плечи. Адон не понимал почему она увиливает от этой обязанности, но подозревал, что причиной тому мог быть Келемвор. Возможно ей казалось, что Келемвору не понравилось бы ее надзирательство и командный тон. Тем не менее, какова бы ни была причина, роль лидера досталась Адону. Он не испытывал особого трепета от этой мысли, но если уж на то пошло, он собирался справиться с этой ролью как можно лучше.
      “Я уверен, что Замок Дрэгонспир где-то неподалеку”, — произнес Адон, надеясь приободрить упавшего духом Келемвора. “Все что нам нужно, это продолжать двигаться в прежнем направлении”.
      “Вот и двигайся”, — нагрубил Келемвор и обернулся к Миднайт. “Ты перенесла нас от моста одним взмахом руки. Почему бы не попробовать снова?”
      Миднайт покачала головой. “Мне уже приходила в голову эта мысль. Но это слишком рискованно — особенно сейчас, когда магия столь нестабильна. Я пошла на это лишь потому, что иначе мы все равно бы погибли. К счастью нас не забросило в середину Великой Пустыни”.
      “Откуда нам знать, если мы даже не попытались?” — пробормотал Келемвор.
      Миднайт шагнула на раскисшую дорогу и начала подниматься вверх. “Я в этом уверена”.
      Миднайт была безумно рада, что ее заклинание телепортации сработало, и не только потому, что это спасло их жизни. Это впервые, с того времени, как они покинули Хай Хорн, когда ее магия сработала так как нужно. На Перевале Желтого Змея ее стена огня превратилась в безобидные струйки дыма, а у брода она оживила все веревки. Даже у Моста Боарескир ее заклинание исказилось, в результате чего вместо заряда молнии образовался светящийся шарик.
      Чародейка боялась, что она чего-то недопонимала в переменах, которые коснулись ее связи с магией. Теперь, когда ей требовалось произнести заклинание, в ее разуме возникали необходимые слова и жесты, но не было никакого намека на какие-нибудь вещественные компоненты и действия с ними. Поначалу, это волновало Миднайт и она боялась, что чего-то недопонимает, но всякий раз, когда она произносила очередное заклинание, она обходилась без материальных компонентов. Наконец, она пришла к выводу, что раз она непосредственно обращается к магической пелене, то для передачи энергии ей не требуется промежуточного звена, такого как компоненты для заклинаний.
      Внезапно горизонт показался очень далеким и Миднайт поняла, что достигла вершины холма. Она остановилась и огляделась вокруг. Хотя холм и казался относительно пологим, но все же его высота позволяла достаточно комфортно разглядеть все прилегающие окрестности.
      В двадцати ярдах за спиной чародейки Адон все еще пытался приободрить Келемвора. “Судя по всему, до Замка Дрэгонспир не более десяти миль”.
      “Вообще-то”, — прервала его Миднайт, созерцая раскинувшиеся руины по правую сторону от дороги, — “Я бы сказала, что гораздо меньше”.
      С загоревшимися глазами, Келемвор и Адон бросились к ней. У основания Хай Мура, на вершине трех невысоких холмов, покоились полуразрушенные стены и обвалившиеся шпили заброшенной цитадели. Отсюда было достаточно сложно сказать насколько велик был замок, но судя по всему он вполне мог составить конкуренцию крепости в Хай Хорне.
      “Та-а-ак, и что у нас здесь имеется?” — спросил Келемвор. Он смотрел вниз на дорогу, но ни Миднайт, ни Адон этого не замечали.
      “Замок Дрэгонспир, что же еще?” — ответил Адон. Он не мог быть наверняка в этом уверенным, но подозревал, что на пути к Уотердипу вряд ли можно встретить еще одни руины подобного размера.
      “Да нет, я имел в виду не замок”, — отмахнулся Келемвор, ткнув рукой на дорогу внизу холма. Там, где-то в миле от них, десять караванщиков только что свернули с дороги и сейчас неспешно передвигались в сторону разрушенного замка, преследуемые еще дюжиной неторопливо скачущих всадников.
      “Кто-то напал на караван!” — воскликнула Миднайт.
      “Что-то они не особенно торопятся”, — произнес Адон, разглядывая оба отряда. “Возможно, напавшие это мертвецы”.
      “Наверно ты прав”, — произнес Келемвор, повернувшись к жрецу. “А погонщики едут так медленно потому, что попросту устали после долгой погони”. Блеск в глазах воина выдал его желание вмешаться в эту заварушку.
      Адон в сердцах про себя выругался на своего друга. Они несомненно могли уничтожить одного или двух мертвецов, но ведь на караван напала их целая дюжина! Уничтожить такое количество существ им не удастся даже с помощью магии Миднайт. Ему хотелось чтобы Келемвор подумал над тем сколь ценны их жизни — жизни его друзей, как в таком случае поступило бы большинство людей. Но воин больше не был обычным человеком, если он вообще когда-либо им был. Обычный человек не стал разыскивать вход в Царство Мертвых и не взялся бы за ту миссию, ради которой пришлось совершать столь опасное путешествие.
      “Мы не можем вмешиваться”, — задумчиво произнес Адон, так, чтобы его услышали друзья. “Если нас убьют, то Королевства канут в небытие”.
      Адон подозревал, что если он будет против, то Миднайт тоже не станет вмешиваться в схватку. Однако, Келемвору подобное решение придется явно не по душе. Следовательно, жрец должен был сделать так, чтобы воин принял это решение самостоятельно и к тому же Адону вовсе не хотелось, чтобы вся тяжесть вины за отказ в помощи каравану легла лишь на его плечи.
      Миднайт раздумывала целую минуту, противопоставляя слова Адона своему желанию помочь нуждающимся. Если они отвернутся от погонщиков, всю оставшуюся жизнь ее будет мучить чувство вины. Но разумом чародейка понимала, что оказывая помощь, они могут подвергнуть скрижаль опасности.
      “Мы не можем вмешиваться”, — сказала она, отвернувшись. “Слишком рискованно”.
      Адон облегченно выдохнул.
      “Не знаю как вы двое”, — рявкнул Келемвор, с порицанием оглядывая своих спутников, — “но я не могу спокойно смотреть на смерть невинных людей. Слишком часто мне приходилось это делать…”
      “Кел, прислушайся к своему разуму, а не к сердцу”. Тон Миднайт был на удивление спокоен и она взяла его руку в свои ладони. “Когда против нас сами боги, мы не можем…”
      “Но они же умрут!” — запротестовал Келемвор, отдергивая руку. “И если ты допустишь это, тогда ты не лучше Сайрика”.
      Ничего не могло разозлить чародейку сильнее, чем сравнение с Сайриком. “Делай что хочешь”, — резко произнесла она. “Но я в этом не участвую!”
      Всплеск гнева Миднайт расстроил Келемвора, но не остановил его и он помчался в сторону битвы. Не успел Келемвор сделать и дюжины шагов, его окликнул Адон, — “Подожди!”
      Жрец не мог допустить, чтобы отряд вновь разделился. Неважно какие опасности ждут их впереди, но если они будут все вместе у них будет гораздо больше шансов, чтобы преодолеть их. “Мы не можем допустить, чтобы мертвецы добрались до замка, иначе мы будем отрезаны от Царства Мертвых”.
      “Ты прав”, — неохотно пробормотала Миднайт. Она не знала, сердиться ли ей на Келемвора за то, что он заставил жреца сменить свое решение или радоваться тому, что Адон нашел способ оправдать спасение каравана.
      “Он еле движутся и мы сможем быть у замка раньше мертвецов”. Адон вздохнул. “Возможно внутренний двор еще не совсем разрушился и сможет выдержать натиск дюжины трупов”.
      “Если так”, — произнес Келемвор, — “мы запустим всадников внутрь и закроем ворота перед мертвецами. Это самое подходящее решение для каравана…”
      “И для нас”, — согласилась Миднайт. Ее терзали смутные опасения из-за необходимости ввязываться в схватку, но по крайней мере Келемвор хотел сделать все как можно надежнее. “Если мы собираемся сделать это, то нам лучше поторопиться”. Трое друзей направились к замку быстрым шагом.
 

* * * * *

 
      Десять минут спустя на вершине холма появился одинокий всадник. После того, как его бывшие друзья бросили его на произвол судьбы, Сайрик отполз с дороги. Там, поддерживаемый силой меча, он погрузился в глубокий сон. Это был не мирный отдых, его сны были наполнены запахом смерти и криками проклятых, но благодаря ему он смог восстановить свои силы.
      Затем, после двух дней пути, он повстречал тех шестерых всадников, с которыми уже встречался отряд Миднайт. Вор поведал им наскоро состряпанную историю о том, как эта троица ограбила его и бросила умирать посреди равнины. Всадники посочувствовали ему и поведали, что они повстречали этих грабителей чуть раньше на дороге. Однако, несмотря на правдоподобную байку Сайрика, они наотрез отказались поделиться с ним хотя бы одной из своих лошадей. Вместо этого они предложили проехаться с ними, до тех пор пока они не наткнутся на какую-нибудь конюшню. В ту же ночь вор зарезал всех шестерых, пятеро из них во сне. Затем, разжившись лошадью, луком и колчаном стрел он отправился на север по следам отряда Миднайт и скрижали.
      Когда Сайрик добрался до вершины холма, то понял, что нагнал своих врагов как раз вовремя. По правую сторону возвышался Замок Дрэгонспир и отряд Миднайт только что добрался до внешнего двора. Затем вор увидел, что к воротам приближается караван, преследуемый какими-то неуклюжими созданиями. Заметив, что здесь намечается заварушка, Сайрик проверил тетиву на луке и пришпорил скакуна. Он не хотел упустить такого шанса и всадить несколько стрел в спины своих старых друзей.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23