Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Уотердип

ModernLib.Net / Авлинсон Ричард / Уотердип - Чтение (стр. 1)
Автор: Авлинсон Ричард
Жанр:

 

 


Ричард Авлинсон
 
Уотердип
 
(Аватар — 3)

      Перевод by KiD

Книга 3
 
Пролог

      Патруль из Марсембера, должен был патрулировать окраинные фермы, ютившиеся вокруг небольшой рощи, носившей название Лес Отшельника. Сержант, Огден Хардрайдер, был одним из лучших в Кормире, и был широко известен тем, что отлично защищал вверенную ему территорию от бандитов.
      Под его предводительством служило двенадцать всадников. Все они были обычными солдатами: полдюжины ни на что не годных сопляков, двое пьяниц, двое хороших воинов и пара отпетых головорезов. Именно двум последним Огден поручал самые опасные задания. Как и ожидалось, эта парочка оказалась довольно строптивой и договорилась добавить Огдена в свой список жертв — хотя ни один из них так и не набрался смелости, чтобы напасть на сержанта.
      Теперь у них никогда не появится такого шанса. Патруль Огдена лежал в сотнях ярдах к северу от Леса Отшельника, мертвый до последней лошади. Пурпурный Дракон, символ Короля Азуна IV, все еще сверкал на их щитах, и их доспехи мерцали всякий раз, когда лунный свет, проскальзывая через штормовые облака, играл на их трупах.
      Однако, все это уже не имело значения. Вчера тут были шакалы и вороны, оставив после себя ужасное месиво. Ир потерял ухо. У Пфина на ногах не было пальцев. У Огдена вороны выклевали глаза. Остальной патруль был в еще худшем состоянии. Части их тел были разбросаны по всему полю.
      Но патруль представлял из себя жалкое зрелище еще до прихода падальщиков. Они скакали через поле, когда земля извергла столб ядовитого черного газа, хотя поблизости не находилось никаких вулканов, не было болот и трясин, или даже полостей, где могли скопиться зловонные испарения. Черный туман был лишь еще одним последствием хаоса поглотившего Королевства.
      Это произошло два дня назад, а патруль все также лежал под палящими лучами солнца. Их конечности распухли и вздулись, приняв неестественное положение там, где всадники сломали их. Те части тела, которые находились ближе к земле, почернели от отекшей крови, в то время как те, что были обращены к небесам, стали бледно-серого цвета. Единственным признаком жизни, оставшимся в патруле Огдена, был странный красноватый оттенок горевший в их глазах.
      Солдаты полностью осознавали, что происходит с ним, так как их духи все еще не отошли в иной мир. Их ожидала не простая смерть. Они готовились к тому, чтобы занять свои места в доблестных рядах воинства Темпуса, Бога Войны, или обрести вечные муки от кнута Госпожи Боли, богини Ловиатар. Они не ожидали, что их сознание задержится в их трупах, в то время как их плоть будет медленно гнить.
      Когда Огден получил приказ подняться и сформировать строй, он и его солдаты поняли, что им приходится подчиниться команде. Люди и лошади встали, медленно, без изящества, но встали. Солдаты натянули поводья своих мертвых лошадей и сформировали идеальный строй, точь-в-точь такой, в котором они двигались, когда были живы.
 

* * * * *

 
      Этот приказ исходил из города Уотердип, где девяносто приверженцев зла и порока преклонили свои колени в тускло освещенном храме. Помещение едва вмещало их всех, и было похоже скорее на затхлый склеп, чем на храм. Его каменные стены были черны от плесени и слизи. Комната освещалась лишь двумя масляными факелами, установленными позади огромного каменного алтаря.
      Приверженцы носили церемониальные робы из грязной, грубой ткани. Они так боялись потревожить фигуру на окровавленном алтаре, что даже не смели сделать вдох и оторвать взгляда от пола. Мужчина на алтаре был высок, худ и покрыт струпьями. Его изуродованное лицо было испещрено глубокими морщинами и уродливыми болячками. В тех местах, где на лице и руках были небольшие раны, торчали куски серой вонючей плоти. Он не пытался скрывать свою внешность. По правде говоря, он обожал свои болячки и ранения и специально выставлял их на всеобщее обозрение.
      Однако, столь необычное отношение к телесным изъянам было вовсе неудивительно, поскольку фигурой на алтаре был сам Миркул, Бог Болезни и Повелитель Мертвых. Он был полностью сосредоточен, мысленно преодолевая огромное пространство, чтобы отдать свои приказы патрулю Огдена. Усилия утомляли Миркула и чтобы получить силу, в которой он так нуждался, ему пришлось забрать души у пятерых своих верных служителей. Как и остальные божества Королевств, Миркул больше не был всемогущ, он был изгнан с Планов и вынужден был принять человеческое обличие — стать аватаром.
      Причиной этому послужили украденные Скрижали Судьбы, два камня, на которых Повелитель Ао, владыка всех богов, записал права и обязанности каждого из божеств. Втайне от остальных богов и Ао, Миркул и ныне покойный Бог Раздора, украли эти две скрижали. Каждый из них взял себе по одной, которую спрятал в известном только ему укромном уголке. Два бога надеялись использовать беспорядок, возникший в результате исчезновения скрижалей, чтобы усилить свою власть.
      Но эта парочка не предвидела насколько силен будет гнев их владыки. Обнаружив пропажу, Ао низверг богов в Королевства и лишил их большинства их сил. Им запрещено было и помышлять о возвращении на Планы без пропавших скрижалей. Единственным божеством, которое избежало общей судьбы, был Хелм, Бог Стражей, которого Ао оставил охранять Небесную Лестницу, ведущую назад на Планы.
      Сейчас Миркул был лишь слабой тенью того, что он представлял из себя до изгнания, но используя силу полученную из душ людей, принесенных ему в жертву, он мог пользоваться магией. В настоящий момент он использовал эту магию, чтобы рассмотреть патруль из мертвых кормирцев, и ему нравилось то, что он видел. Солдаты и их лошади находились в прекрасном полуразложившемся состоянии, но на самом деле они не были абсолютно неживыми. Миркулу повезло, что он обнаружил патруль прежде, чем их духи покинули телесную оболочку. Так как они умерли недавно, то эти зомби будут умнее и привлекательнее, чем обычно. Если солдатам придется выполнить то, что от них потребует Миркул, они должны быть гораздо смышленее обычных зомби.
      Миркул мысленно указал Огдену в направлении Леса Отшельника и затем отдал патрулю приказ, — «В этом лесу разбили лагерь двое мужчин и женщина. В одной из переметных сум они несут каменную дощечку. Убейте мужчин, затем доставьте мне женщину и дощечку».
      Дощечка, конечно же, была Скрижалью Судьбы. Это была та, которую Бэйн спрятал в Тантрасе, и которую с легкостью обнаружил другой бог и несколько человек. Черный Повелитель безнадежно пытался вернуть свой артефакт, собрав огромную армию. Этот великий план и стал его поражением. Мародерствующие войска Бэйна предупредили его врагов, которые собрали свои силы и победили Бога Раздора — навечно.
      Миркул решил следовать по более безопасному пути. В то время как Бэйн использовал целую армию, чтобы вернуть скрижаль, Миркул послал всего лишь маленький отряд. И, как только скрижаль окажется у него в руках, Миркул не допустит ошибки, поверив, что удержать ее будет легким делом. В этот самый момент, троицу, несущую скрижаль Бэйна, преследовал беспощадный изменник. Этот предатель не остановится ни перед чем, чтобы похитить скрижаль у них или даже у зомби Миркула. Но Повелитель Мертвых знал о планах этого головореза, и уже послал своего агента, чтобы воспрепятствовать предателю.
 

* * * * *

 
      Пока Миркул раздумывал над всем этим, в другой части Уотердипа, удаленной от заплесневелого храма Миркула, у подножия высокого строения появился золотой, сверкающий портал. Здание, у которого он появился, было идеально гладкой башней около пятидесяти футов в высоту, полностью выстроенной из гранитных блоков. Даже у самой вершины не было заметных входов или окон, и она походила скорее на колонну, выточенную из абсолютно цельного куска камня.
      Из золотого портала вышел древний старик, затем он повернулся и, одним мановением руки, заставил портал исчезнуть. Несмотря на почтительный возраст, человек выглядел вполне крепким и здоровым. На его костлявые плечи был накинут плотный малиновый плащ, которым обычно пользуются путешественники. Лицо выглядело изможденным и худым, с тревожными бегающими глазами и длинным вытянутым носом. Волосы на голове были седыми и тонкими, а борода густой, словно львиная грива.
      «Кто смеет тревожить меня?» — раздался властный голос из нижней части башни, хотя говорящего не было видно.
      Старик с отвращением посмотрел на башню и произнес, — «Если Кхельбен не узнает своего учителя, тогда я ошибся адресом».
      «Эльминстер! Добро пожаловать!» На уровне второго этажа из башенной стены показалась темноволосая голова и плечи. У этого человека была аккуратно подстриженная черная борода, спокойные карие глаза и приятная внешность. «Заходи! Надеюсь ты помнишь где вход?»
      «Разумеется», — буркнул Эльминстер, подходя к основанию башни и делая шаг сквозь стену, словно это был дверной проем. Он оказался в со вкусом обставленной гостиной, заваленной драконьими когтями, железными коронами и другими трофеями, добытыми во время приключений мага. Эльминстер вытащил свою курительную трубку из-под плаща, затем раскурил ее от горящей свечи и расположился на самом удобном стуле в комнате.
      Спустя несколько секунд, Кхельбен Арунсун по прозвищу Черный Посох слетел вниз по ступеням, на ходу накидывая алый плащ на белоснежную робу из чистого шелка, которую он обычно носил, когда находился в башне один. Учуяв приторный запах от трубки, темноволосый маг поморщился и примостился на стул, который обычно предназначался для гостей. «С возвращением в Уотердип, друг мой. Что привело тебя…»
      «Мне нужна твоя помощь, Черный Посох», — сказал Эльминстер, указывая длинным концом трубки на юного мага.
      Черный Посох поморщился. «Моя магия не…»
      «Ты думаешь я не знаю этого?» — прервал его старый мудрец. «Ничего не изменилось. Менее месяца назад, когда я попытался разжечь свою курительную трубку поджигающим заклинанием, она взорвалась, а последний раз, когда я пытался проделать фокус с веревкой, то не смог выбраться из узлов».
      Черный Посох сочувственно кивнул.
      Эльминстер взял трубку в рот и сделал несколько затяжек. «И это еще не самое худшее. Хаос поглотил всю землю. Птицы в Шедоудейле роют норы, а Река Аркхен полна бурлящей крови».
      «То же самое творится и здесь, в Уотердипе», — сказал юный маг. «Рыбаки не хотят покидать порт. Косяки макрелей топят их лодки».
      Старый мудрец рассеянно выпустил колечко зеленого дыма и произнес, — «Ты знаешь причину всех этих неприятностей?»
      Черный Посох некомфортно поежился. «Я знаю, что это началось, когда Ао изгнал богов с Планов из-за пропажи Скрижалей Судьбы. Больше я ничего не знаю».
      Эльминстер задумчиво сделал глубокую затяжку и произнес, — «К счастью, я знаю. Вскоре после Прибытия, меня разыскал отряд из четырех искателей приключений — чародейка по имени Миднайт, жрец Адон, воин Келемвор Лайонсбэйн, и вор называющий себя Сайрик. Они утверждали, что спасли богиню Мистру из лап Бэйна. После этого Мистра попыталась вернуться на Планы, но погибла в схватке с Хелмом. Со своим предсмертным вздохом, как сказали они, Мистра послала их предупредить меня, что Бэйн хочет напасть на Шедоудейл, и что им нужна моя помощь в поисках Скрижалей Судьбы».
      «Сначала я не поверил им», — продолжил Эльминстер, после двух глубоких затяжек. «Но женщина предъявила кулон, который ей дала богиня. И, как они и обещали, Бэйн напал на Шедоудейл. Эта четверка хорошо проявила себя при защите долины».
      Мудрец нарочно не стал упоминать о неприятностях, в которые попали герои из-за его собственного исчезновения, во время Битвы у Шедоудейла. Горожане обвинили Миднайт и Адона в его убийстве. К счастью, все благополучно выяснилось.
      «Во всяком случае», — отметил Эльминстер, — «я вскоре узнал, что одна из скрижалей находится в Тантрасе. После недолгой разлуки из-за Битвы у Шедоудейла, я вновь повстречал Миднайт, Келемвора и Адона в Тантрасе».
      «А что с вором, кажется, ты сказал его звали Сайрик?» — спросил Черный Посох. Он был проницательным слушателем и не упустил того факта, что Эльминстер не упомянул имени Сайрика в своем последнем изречении.
      «Вор покинул отряд на пути в Тантрас. Я не знаю, что именно там произошло, но похоже на то, что он предал своих товарищей. В любом случае, он не играет никакой роли в дальнейших событиях. Бэйн преследовал Миднайт и ее друзей до самого Тантраса, и попытался вернуть скрижаль себе. Бог Торм, который в это время находился в городе, сошелся с Бэйном в поединке. Последовавшая за этим битва грозила уничтожением Тантраса, но Миднайт позвонила в Колокол Айлена Аттрикуса…»
      «Что-о-о?» — перебил его Черный Посох, вскакивая на ноги. «Никто не может позвонить в колокол — даже я!»
      «Она сделала это», — повторил Эльминстер. «Тем самым она привела в действие магический щит, окруживший город. Аватары обоих богов были уничтожены». Мудрец замолчал, делая глубокую затяжку.
      Спустя некоторое время, Черный Посох спросил, — «Ну, а дальше то, что?»
      Эльминстер выпустил несколько дымовых колечек. «С этого мы и начнем», — наконец произнес он. «Миднайт и ее друзья должны принести скрижаль в Уотердип».
      Юный маг размышлял над этим некоторое время, ища хоть одну причину, ради которой нужно было предпринимать столь долгое и опасное путешествие. Наконец, не придя ни к какому очевидному решению этой дилеммы, он поинтересовался, — «Зачем?»
      Эльминстер улыбнулся. «На это есть две причины», — объяснил он. «Во-первых, здесь неподалеку Небесная Лестница. Во-вторых, потому, что здесь и другая скрижаль, а чтобы вернуть богов на Планы, нам нужны они обе».
      «Скрижаль в Уотердипе?» — подскочил Черный Посох. «Где?»
      «Вот за этим ты мне и нужен», — сказал мудрец. «Все что мне удалось узнать — это то, что я смогу найти скрижаль, отправившись в Уотердип».
      Юный маг закатил глаза. «Уотердип большой город».
      Эльминстер вытащил трубку изо рта. «Тогда приступаем немедленно. Мне бы хотелось найти скрижаль к тому времени, как появится Миднайт».

Незваные гости

      Взгляд темных, глубоких глаз Миднайт скользил по тени, скрывавшейся за обнаженными корнями упавшей ивы. В верхушках деревьев темного леса шелестел ветер, наполняя его танцующими силуэтами различных форм и размеров. Над головой плыли тяжелые штормовые облака, сквозь которые изредка пробивался лунный свет.
      Миднайт и ее спутники разбили лагерь у южной опушки леса. Ее друзья сейчас спали под небольшим навесом, устроенным между двумя деревьями. Один из них, Келемвор, гулко похрапывал, издавая урчание больше подходящее голодному волку.
      Пока ее спутники отдыхали, Миднайт сидела на страже, в двадцати футах от них. Ей еще не стукнуло и тридцати и она была одарена стройным, идеально сложенным телом. Ее глаза обрамляла тонкая линия темных бровей, а на плечи ниспадали длинные локоны черных, словно ночь, волос. Единственным недостатком ее красоты, если так можно было сказать, были ранние морщинки залегшие на лбу и вокруг рта.
      За последние несколько дней эти морщинки стали еще глубже. На борту небольшой галеры Адон, Миднайт и Келемвор плыли в портовый город Илипур, где они рассчитывали присоединиться к одному из караванов, направляющемуся в Уотердип. Однако, когда корабль уже пересекал море Драгонмер, на спокойных водах разбушевался загадочный шторм, едва не разметавший корабль на мелкие кусочки. Шторм длился трое суток, и галеру удалось спасти лишь благодаря отчаянным усилиям экипажа.
      Суеверный капитан, к тому же взволнованный присутствием зентильской триремы, преследовавшей их уже много дней, обвинил в своем невезенье пассажиров. Когда шторм улегся, капитан незамедлительно причалил к ближайшему берегу и ссадил троих друзей на берег.
      Из под навеса донесся треск и Миднайт обернулась, встретившись глазами с Адоном, ползущим в ее сторону. В правой руке жрец держал булаву, прикупленную им у одного матроса. В левой тащил несколько седельных сумок. В одной из них лежал плоский камень, фут в ширину и полтора фута в длину — Скрижаль Судьбы, которую они вызволили в Тантрасе.
      Даже сейчас, несмотря на то, что стояла глубокая ночь, волосы Адона были тщательно уложены. Это был стройный юноша с зелеными глазами, мерцавшими глубоким внутренним светом. Гармонию его лица нарушал лишь грубый шрам, тянувшийся от левого глаза до челюсти.
      Шрам был мрачным напоминанием о личном кризисе пережитым жрецом за последние несколько недель. В ночь Прибытия, когда Ао изгнал всех богов с Планов, все жрецы в Королевствах потеряли свои силы и теперь, если они находились далее чем в миле от своих божеств, их молитвы попросту оставались безответными. Вначале это не произвело на оптимистичного Адона никакого эффекта, и он по-прежнему оставался верен Сан, Богине Красоты.
      Затем, в Тилвертоне, во время неожиданного нападения, он получил ранение, от которого на его лице остался шрам. Сначала Адон боялся, что это было наказанием богини за какой-то проступок. Постепенно он все больше укреплялся в этом мнении. Наконец, во время Битвы за Шедоудейл, с Эльминстером произошел несчастный случай и Адон оказался бессилен помочь старому мудрецу. После этого жрец погрузился в жуткую депрессию. Когда несколько недель спустя он пришел в себя, то обнаружил, что окончательно потерял веру в Сан. Вместо этого жрец посвятил себя служению своим спутникам.
      “Почему ты проснулся?” — спросила Миднайт, прошептав достаточно громко, чтобы услышать себя сквозь шелестящий ветер. Присев подле нее, Адон прошептал в ответ, — “А кто сможет заснуть, когда у него под ухом такой шум?” Он кивнул в сторону Келемвора, — “Если ты устала, я могу сменить тебя”.
      “Нет, я пока в норме”, — ответила Миднайт. Она вновь обернулась к вывернутой иве. Тень, за которой она наблюдала, все еще таилась за вывороченными корнями дерева.
      “Что-то не так?” — спросил Адон, проследив за направлением взгляда Миднайт. “Что это?”
      Миднайт пожала плечами, — “Просто тень. Я уже давно за ней наблюдаю”.
      Луна показала свой лик из-за облаков, осветив рощу серебристым светом. На вершине тени Миднайт смогла различить силуэт головы и плеч.
      “Она похожа на человека”, — заметил Адон, все еще шепотом.
      “Вполне”.
      Жрец мотнул головой в сторону навеса. “Пожалуй, стоит разбудить Келемвора”.
      Предложение Адона не было лишено здравого смысла. И жрец, и Миднайт были сейчас не в своей лучшей форме. Как и у всех магов со времен падения богов, заклинания Миднайт были очень нестабильны. У Адона дела обстояли и того хуже. Даже, если бы он все еще верил в свое божество, Сан была от него слишком далеко, чтобы можно было воззвать к ее силе.
      Но Миднайт не хотела напрасно будить Келемвора. Она не была уверена, что тень таила в себе хоть какую-то опасность, но даже если это было и так, ей не хотелось тревожить ее внезапной вспышкой активности. К тому же, даже без своих заклинаний, она и Адон были вполне опытными бойцами. “Если потребуется, мы сможем защитить себя”, — произнесла она. “Думаю, нам ничего не угрожает”.
      Луна вновь скрылась за облаком, погрузив лес во тьму. Адон покосился на клубок кореньев, озадаченный ходом мыслей Миднайт. “Почему?”
      “Если это человек, он не хочет причинить нам вреда. Если бы он хотел, то давно бы уже что-нибудь предпринял”, — ответила Миднайт. “Он не стал бы сидеть там и просто наблюдать за нами”.
      “Если бы он не хотел причинить нам вреда, то мог бы спокойно подойти к нашему костру”, — возразил Адон.
      “Не обязательно”, — произнесла Миднайт. “Возможно, он просто боится”.
      “Мы совсем не похожи на бандитов”, — ответил Адон, указав рукой на себя и на чародейку. “С чего бы это, ему бояться нас?”
      Миднайт не стала отвечать, отведя взгляд от жреца. Когда Адон задал свой вопрос, ей вдруг пришло на ум, что тень может принадлежать Сайрику, их пропавшему спутнику. С тех пор, как вор исчез в бурных водах Ашабы, прошло всего несколько недель, но они показались годами. Она скучала по его мрачному образу мыслей, отчужденному поведению, и даже по его скрытному характеру.
      Так и не дождавшись ответа Миднайт, Адон обернулся к навесу. Чародейка тут же вцепилась ему в плечо. “Это может быть Сайрик”, — прошептала она.
      Резко обернувшись к Миднайт, Адон прошипел, — “Сайрик?! Что за бред!”
      “Почему же?” — спросила Миднайт, метнув взгляд на тень. “Трирема, из-за которой так переживал капитан нашего корабля, похоже следовала именно за нами”.
      “Но это не значит, что Сайрик был на ее борту”, — возразил Адон. “Откуда он мог узнать, что мы покинули Тантрас?”
      “У Сайрика есть свои способы получения информации”, — мрачно произнесла Миднайт.
      Адон нахмурился и сжал рукоять булавы так, что побелели костяшки пальцев. “Да, и он с успехом доказал это в Тантрасе”.
      И Миднайт, и Адон перевели взгляд на Келемвора. Воин был последним, кто видел Сайрика в Тантрасе. Тогда Келемвор попал в засаду, где был атакован зентильским убийцей, над которым он едва смог одержать верх. Когда поединок был закончен, воин заметил Сайрика, наблюдавшего за схваткой из толпы.
      Сняв руку Миднайт с плеча, Адон решительно произнес, — “Все, я бужу Келемвора”.
      “Но он прикончит Сайрика”, — взволновалась Миднайт.
      “Ну и прекрасно”, — ответил Адон. Жрец вновь обернулся к навесу.
      “Как ты можешь такое говорить?”
      “Он присоединился к Зентиларам”, — бросил Адон через плечо. “Или ты уже забыла?”
      Судя по слухам, Сайрик был в рядах одного из зентильских отрядов, приплывших для нападения на Тантрас.
      “А чего ты ожидал?” — спросила Миднайт, все еще уверенная в невиновности своего друга. “Сайрик умелый обманщик. Оказавшись перед выбором — умереть или присоединиться к Зентиларам Бэйна, он, естественно, выбрал второе. Но это вовсе не означает, что он предал нас”.
      “Но и не значит, что не предал”, — все еще через плечо буркнул Адон. Ветер усилился, наполнив лес возмущенным стоном старых деревьев.
      “Всего несколько недель назад Сайрик был нашим верным другом и союзником”, — произнесла Миднайт. “Или ты уже забыл, что именно он спас наши шкуры в Шедоудейле?”
      “Нет, не забыл”, — признал Адон, наконец вновь обернувшись к Миднайт. “Но я не забыл и то, что если бы не твое вмешательство, Сайрик с радостью бросил бы меня под топор палача”.
      Миднайт не нашлась, что ответить, так как понимала, что жрец был прав. После исчезновения Эльминстера во время Битвы у Шедоудейла, жители города обвинили Миднайт и Адона в смерти старого мудреца и провели быстрый суд. К несчастью, именно из-за исчезновения Эльминстера Адон впал в депрессию, так что во время суда в свою защиту он не сказал ни единого слова. Его и Миднайт признали виновными и приговорили к смерти.
      Ночью, когда до казни оставалось всего несколько часов, Сайрик проник в тюрьму и освободил Миднайт. Однако, вор был так раздосадован поведением Адона во время процесса, что вытащил жреца лишь по настоянию Миднайт. Затем, когда они втроем сбежали вниз по Ашабе, Сайрик всячески оскорблял жреца, и изредка даже бил. Чародейка каждый раз была вынуждена заступаться за Адона.
      Пока Миднайт вспоминала это мучительное путешествие по реке, над лесом вновь показалась луна, осветив лес своим бледным сиянием. На сей раз облаков поблизости не было и было похоже, что лунный свет хоть какое-то время будет освещать рощу.
      Адон воспользовался этой возможностью и пристально заглянул в глаза Миднайт. “Я ничем не обязан Сайрику”, — произнес он. “Насколько мне известно, своим спасением в Шедоудейле я обязан скорее тебе”.
      “Тогда я хочу, чтобы ты вернул мне этот долг”, — ответила Миднайт. “Не считай Сайрика предателем лишь из-за того, что он плохо относился к тебе в прошлом”.
      “Ты не знаешь этого ворюгу так, как его знает Кел…”
      Миднайт подняла руку, заставляя жреца умолкнуть. “Так ты вернешь мне долг или нет?” — потребовала она.
      Адон гневно нахмурился. “Я никогда не доверял Сайрику”.
      “А я тебя об этом и не прошу”, — ответила Миднайт, оглядываясь на тень. “Все, что мне нужно, это лишь чтобы ты дал Сайрику шанс объясниться. Не убивай его при первой же встрече”.
      Лицо Адона отразило полнейшее чувство разочарования и он поспешил отвернуться в сторону. “Ладно…но Келемвора тебе все равно ни за что не переубедить”.
      Миднайт облегченно вздохнула. “С этим мы разберемся, когда придет время. Вначале нужно выяснить, что хочет Сайрик”.
      Не дожидаясь ответа, Миднайт начала ползти в сторону ивовых корней. Листья были мокрыми и прилипали к ее коленям и ногам, приглушая ее передвижение.
      “Подожди!” — прошипел Адон. “Ты даже не уверена — вдруг это не он?”.
      “Ну должны же мы как-то выяснить это?” — ответила Миднайт, замерев на секунду. “Если что, ты успеешь разбудить Келемвора”.
      Горько вздохнув, Адон перекинул седельные сумки через плечо и приготовился при малейшей опасности броситься к Миднайт на помощь.
      В верхушках деревьев чуть шелестел ветер, слегка приглушая храп Келемвора. Осознав, что чем дальше она отползает от своих друзей, тем больше становится уязвимой для нападения, чародейка покрепче сжала свой кинжал. Как верно заметил Адон, они не могли быть наверняка уверены, что за паутиной деревьев скрывался именно Сайрик. Там с такой же вероятностью мог оказаться как вор, так и зентильский шпион, который выслеживал их от самого Тантраса. Но чародейка не видела иного выхода, кроме как подползти и увидеть все своими глазами.
      Через двадцать футов под рукой чародейки подломилась ветка. Тень даже не шевельнулась, но бросив взгляд назад, Миднайт увидела, что Келемвор перекатился на бок, нащупал рукоять своего меча и вновь захрапел. Она вновь обернулась к кореньям и проползла еще с десяток футов.
      Ветер внезапно стих и в роще воцарилась идеальная тишина. Сквозь лес, с севера, донесся треск ломающихся ветвей. Насторожившись, Миднайт замерла и посмотрела в направлении источника шума. Там, сквозь подлесок, продиралось несколько крупных силуэтов.
      “Разбуди Келемвора”, — шикнула Миднайт Адону. “Что-то приближается!” Она бросила взгляд на ивовые коренья, но тени там уже не было.
      В двух сотнях футах к северу, тринадцать кормирских солдат — некогда бывший патруль Огдена — направлялись в их сторону. У большинства из них отсутствовали уши, пальцы, носы и даже целые руки или ноги. В тех местах, где до них добрались падальщики, искавшие легкой добычи, зияли жуткие рваные раны. Их лошади, с оторванными клочьями шкуры и выгрызенными кусками мяса, выглядели и того хуже. Адон быстро дополз до навеса, прикрыл Келемвору рот и затем тряхнул его за плечо. Мускулистый воин мгновенно очнулся ото сна и тут же инстинктивно отбросил Адона на спину. Спустя мгновение, осознав, что его рот прикрывала рука жреца, он вернул Адона на место — даже и не подумав извиниться.
      Внешний облик Келемвора не слишком отличался от его манеры поведения. Достигая в высоту почти шести футов, он был мускулист и широкоплеч. Резные черты его лица обрамляла трехдневная щетина, а зеленые глаза почти скрывались под нахмуренными бровями. Передвигался воин с кошачьей грацией, которая была единственным напоминанием о проклятье, от которого ему удалось освободиться лишь совсем недавно.
      “В чем дело?” — спросил Келемвор, протирая глаза после сна.
      “С севера что-то приближается”, — ответил Адон, поправив сумки на плече и поигрывая булавой. “Миднайт не сказала, что именно”. Жрец нарочно не стал упоминать о тени, которая могла быть, а могла и не быть Сайриком, так как он обещал не убивать вора при первой же встрече. А сообщить о его присутствии Келемвору, было этому почти равносильно.
      “Где она?” — спросил Келемвор, опускаясь на корточки.
      Адон обернулся в сторону ивовых кореньев, но Миднайт там не было. “Минуту назад была там”, — произнес он.
      Выругавшись, Келемвор извлек меч из ножен. “Нужно найти ее”.
      В этот момент Миднайт добралась до теней к северу от лагеря. Она могла различить силуэты лишь восьми всадников, но по издаваемому ими шуму она догадалась, что их было больше. Наездники медленно продвигались в сторону навеса, так что чародейка начала высматривать укромное местечко.
      К тому времени, когда она спряталась за толстым стволом древней ольхи, Келемвор и Адон отправились на ее поиски. Воин забрался за спутанные корни упавшего дерева, пытаясь отыскать там хоть какие-нибудь следы Миднайт. Адон же, затаился на полпути между навесом и кореньями.
      “Миднайт?” — прошептал жрец. “Миднайт, где ты? С тобой все в порядке?”
      Хотя Миднайт и могла различить слова Адона, она не отвечала. Всадники были всего в ста футах, и она боялась, что они могут ее услышать. Сжав покрепче кинжал, она взмолилась, чтобы эти люди оказались в лесу по чистому совпадению и не хотели причинить им вреда. Но едва они подъехали поближе, Миднайт разглядела две дюжины красных глаз горящих во тьме и поняла, что все ее надежды тщетны.
      Чародейка вжалась в дерево, надеясь укрыться в его тени. Затем быстро обшарила свои карманы, отыскивая компоненты необходимые для заклинания. Она опасалась, что эту битву без магии было не выиграть.
      Пока Миднайт готовилась к заклинанию, всадники продолжали приближаться. Наконец, в слабом лунном свете они различили Адона, пригнувшегося на полпути между корнями ивы и навесом. Двое всадников сорвалось с места. Следующие шесть рассыпались по лесу и рысью двинулись вперед, пытаясь выманить Миднайт и Келемвора из их укрытий. Остальные пятеро остались в глубине рощи, все еще скрытые от взгляда Миднайт.
      Двое всадников направлялись прямо к Адону. Они не могли видеть темную фигуру, скрывающуюся в трех футах за жрецом, под раскидистым кустарником. Внезапно, та поднялась на колени, занесла короткий лук и выпустила стрелу. Стрела прошила горло первого всадника, выбив его из седла. Наездник приземлился на левую руку, перекувырнулся четыре раза, и вновь встал, держа в руке меч. Со все еще торчащей из горла стрелой, он бросился в лес на поиски лучника.
      Не обращая внимания на судьбу своего товарища, второй всадник продолжал надвигаться на Адона. Жрец нырнул под прикрытие упавшей ветви, в десяти футах слева от оголенных корней. В тот же миг всадник свесился в седле, так что его плечи оказались всего в трех футах от земли, и занес меч.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23