Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Собака тоже человек! (№1) - Собака тоже человек!

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Платов Сергей / Собака тоже человек! - Чтение (стр. 11)
Автор: Платов Сергей
Жанр: Юмористическая фантастика
Серия: Собака тоже человек!

 

 


– Никогда! Это мой город. Сначала уничтожу Шарика, а уж потом эту рыжую бестию.

Ну и зря, такой прекрасный выход был. Все живы, все довольны.

– Вот рыжая бестия! Откуда она только этого колдуна взяла?

Меня казнили, а она пришла со своим псом… Продолжать не буду, вы и так все знаете, а этому сморчку черному такие подробности ни к чему. Кстати, мой пес (тот, в чьей будке я нахожусь) совсем обнаглел. Пригрелся около меня и даже засопел, довольный и счастливый. Я, конечно, мягкий, но все равно ведет он себя как-то странно. Интересно, все собаки такие наглые или только избранные?

– Хозяин, и что мы сейчас предпримем?

– Так как мы теперь знаем, что у нас такой могучий враг, то мы должны его опередить, удар надо нанести такой силы, чтобы он никогда не встал со своих лап. Первым делом…

На всякий случай я распушил уши и приготовился выслушать коварные планы заговорщиков. Я, конечно, могучий, но поверьте, чужие планы лучше расстраивать, когда полностью в курсе задуманных против тебя козней.

– Шарик!

Тьфу ты, этот голосок не спутаешь ни с каким иным! Я же ей собачьим языком по-русски говорил, чтобы после банкета, если меня не будет у парадного крыльца, шла с батюшкой домой.

– Шаричек?! Ты тут?

Ага, я тут в засаде сижу, посягательства лохматого собрата терплю. Влез буквально в логово к коварным заговорщикам, нащупал связи, установил прослушку, а она меня раскрывает в самый ответственный момент.

Гордобор с Филином, естественно, прервали разговор (странно было бы, если бы этого не произошло), прошмыгнули в проход между амбарами и были таковы.

– Шарик! Ты где прячешься?

Во двор вошла, а точнее почти вбежала Селистена. Все, явка провалена, так что дальнейшее пребывание на ней считаю неразумным. Осторожно убрав лапу с моего нового навязчивого друга, я вылез из будки.

* * *

– Даромир, ну наконец-то (в кои веки имя мое вспомнилось)! Я весь дворец обежала – тебя нигде нет. Стража на воротах говорит, что не выходил. Ты не представляешь, как я за тебя волновалась!

– Я же сказал тебе вполне человечьим языком, что буду ждать тебя у парадного крыльца, а если меня не будет, то…

– Да помню, помню. Только батюшка до сих пор с князем пирует, а я рассказала всем гостям подробности сегодняшней ночи и выскользнула из-за стола. Ты не представляешь, как я за тебя… Ну ты и кобель!

– Не понял, – вполне честно заметил я.

Ну да, в человеческом языке слово «кобель» означает собаку мужеского рода. Только чего об этом вопить?

– Я его везде ищу, переживаю, уже похоронила, можно сказать, а он?

– Хоронить меня рановато, а за беспокойство спасибо. Только вот опять не понял, а что я?

– Он еще и непонятлив, кобелина блохастый! Я-то думала, он жизнью рискует, а он по бабам пошел?

– Р-р-р, – спокойно, но очень решительно раздалось у меня за спиной.

Все, сошлось. Видимо, в данном конкретном случае слово «кобель» надо понимать и во втором его значении. То есть мужчина, крайне заинтересованный в женском внимании. Дожил я, заслужил наконец называться этим словом во всех его значениях: и как собака и как человек.

– Надеюсь, ты не будешь меня ревновать к этому прелестному псу, который милостиво позволил воспользоваться его жилищем?

– Чтобы я ревновала? Да никогда! Ревнуют только те, кто не уверен в своих силах, а я в себе уверена абсолютно! Какой пес? Разуй глаза!

– Как какой? Симпатичный, рыженький, очень ласковый.

– В этих ее качествах я ничуть не сомневаюсь. Ну и ходок, его только час назад сосватали, а он уже к невесте под бочок пристроился.

– Ее? Невесте?

До меня потихоньку начало доходить. Я оглянулся – на меня смотрели очаровательные темные глаза с длинными ресницами. Блестящий мокрый нос был слегка вздернут, милые ушки стояли торчком, пушистая рыжая шерсть была тщательно расчесана и сверкала на солнце. Ну что я могу сказать – хороша.

– Теперь он скажет, что не знал, с кем в будке миловался?

– Р-р-р! – В голосе появились стальные нотки. Высказывания Селистены были собачке не по вкусу.

– Честное слово, не знал. Так это и есть Золотуха?

Рыжая приветливо завиляла хвостом и лизнула меня в нос.

– Хоть бы подождали, пока я уйду! – Селистена было направилась прочь, но резко обернулась и продолжила уже совсем в другом ключе: – А ну отойди от него, рыжий коврик!

– Гав! – У Золотухи поднялась шерсть на загривке. Она не собиралась отступать.

– Ты на кого тявкаешь? Да я тебя! – Боярышня решительным шагом направилась к своей лохматой сопернице.

В моей голове не укладывался весь абсурд происходящего. Не скрою, то, что за обладание мной разгорелись такие страсти, мне было, конечно, приятно. Но остальное…

С рыжей Селистеной у меня (при всем моем желании) ничего быть не может по той простой причине, что я в некотором роде собака, а с рыжей Золотухой ничего не получится, потому что я все-таки человек. Так что, к великому моему сожалению, с любовью вынужден повременить.

Но, судя по тому, как развивалась ситуация, моих дам эти доводы не интересовали. Селистена, пышущая праведным гневом, медленно, но решительно надвигалась на Золотуху. Последняя, в свою очередь, скалила клыки (чуть поменьше моих) и готовилась к битве. Между ними стоял я, но дамочкам уже было не до меня. Дело принимало скверный оборот. Я встал ровно между ними и попытался достучаться до здравого смысла рыжих оппоненток, полностью уничтоженного чувством женской собственности. Добавив голосу решительности и авторитетности, я прокричал:

– Девочки, не ссорьтесь!

Так, уже неплохо. Обе смотрят на меня с явным удивлением. Значит, кровопролитие пока откладывается.

– Вы обе мне дороги, но каждая по-своему. Вы обе заботитесь обо мне, обе переживаете. Вот ты, Селистена, бегала по дворцу и искала меня, справедливо считая что моя жизнь подвергается опасности. А между прочим, именно от этой опасности меня уберегла Золотуха. И сделала она это не потому, что она моя невеста (так как просто не могла знать об этом), а просто из-за хорошего отношения ко мне.

Обе дамочки взглянули на меня с нескрываемым неодобрением. Ой, что-то я не туда загнул, как бы они мне вместе холку не намылили. Ничего, подправим линию защиты.

– Селистена, между прочим, если бы ты задержала свое появление на пару минут, то я бы знал все планы наших врагов. Они только что были здесь, и то, что я уже подслушал, очень многое объясняет. И заметь, я тебя ни словом не упрекнул за то, что ты вспугнула наших врагов и я не дослушал про их планы. Ты волновалась за меня, думала обо мне, и никакие колдуны на свете не помешают мне оценить твое душевное благородство и искренность. В твоей груди бьется доброе прекрасное сердце, и это сейчас самое главное. Я бесконечно благодарен богам, что они привели меня в твой дом и что я хоть и в собачьем обличье, но могу быть рядом с тобой.

Сработало! Глаза боярышни подозрительно покраснели и наполнились влагой.

– Теперь о главном. Да, я воспользовался гостеприимством Золотухи, для того чтобы подслушать, какие козни готовят нам наши с тобой враги. У меня ничего не могло быть с ней, потому что Гордобор с Филином остановились прямо рядом с будкой, и мы боялись даже пошевелиться, чтобы не вспугнуть их. Я чист перед тобой.

Пыл Селистены исчез, словно его и не было. Займемся теперь второй моей рыжей подружкой.

– Золотуха, да, я, конечно, без спросу залез к тебе в дом, но поверь, я был вынужден это сделать. Прости меня, если сможешь!

Эх, жалко времени маловато было на подготовку, а то и слезу мог бы пустить! Ну да ладно, и так пройдет.

– Ты замечательная, добрая, ласковая, но сейчас по ряду не зависящих от меня причин я не могу ответить тебе взаимностью. Ты ведь знаешь, что для собаки долг превыше всего. Это моя хозяйка, и она попала в беду, в такой момент я просто не могу думать о своей личной жизни. Меня ждут суровые испытания и смертельные опасности, но мне будет легче преодолеть их, если я буду вспоминать те прекрасные мгновения, которые мы провели вместе.

Все, готово. Мои девочки стоят друг напротив друга, но смотрят, конечно, на меня. И каждая прокручивает в голове только те слова, которые я сказал именно ей. Остальное на белом свете для них просто не существует.

Я подошел к Золотухе, лизнул ее в нос и тяжело вздохнул. Развернувшись, я пошел прочь со двора. Приходя мимо Селистены, я ткнулся носом в руку. В звенящей тишине боярышня последовала за мной.

Чистая работа, не правда ли?

* * *

С заднего двора мы вышли в том же порядке. Я гордо шествовал впереди, а сзади семенило рыжее создание с постоянно шмыгающим носом. Надеюсь, она не слишком близко к сердцу восприняла мое выступление? женщины всегда очень много значения придают словам, сказанным в запале.

– Даромир. – Голосок Селистены чуть дрожал. – Тебе действительно хорошо рядом со мной?

Ну вот, приехали. Стоит чуть расслабиться и наговорить лишнего, так обязательно запомнят и для пущей верности переспросят. Ну нет, эта тема для меня опасна, и развивать мы ее не будем. Тем более что есть дела поважнее. Разъяренный колдун и ошалелый оборотень – разве не достаточно серьезные причины оставить разбор личных отношений на потом?

Вот и я думаю; что вполне достаточные.

– Селистена, солнышко, я никогда не вру (во всяком случае, если подойти к этой проблеме чисто статистически, то все-таки чаще говорю правду). Но сейчас не время это обсуждать. Нам надо незамедлительно поговорить о Гордоборе, я действительно очень много узнал, так что есть о чем поразмыслить в спокойной обстановке.

Моя золотая спутница явно не хотела уходить с романтической дорожки. О, сейчас последует что-то типа: «Скажи только одно…» или «Ответь мне только на единственный вопрос…» Скука, да и только.

– Поверь, мы обязательно обсудим все наши проблемы, но только тогда, когда наша жизнь будет в безопасности.

Слава богам, романтический блеск очаровательных глаз сменился на решительный огонек. Что и говорить, дочка боярина – крепкий орешек.

– Извини, это была минутная слабость.

– Да какой разговор, все мы люди, все мы человеки! – Я продемонстрировал свою белоснежную улыбку. – Ну почти все.

– Ладно, к твоей рыжей невесте мы вернемся позднее.

– Я запутался, ты сейчас говоришь о себе или о Золотухе?

– Сейчас получишь в лоб!

– Отобьешь руку.

Все, передо мной опять ставшая почти родной рыжая язва. Лукавая улыбка, непослушные огненные локоны, острый язычок. Что и говорить, с такой боярышней мне общаться не в пример проще, чем с романтически настроенной девчонкой.

– Ладно, потом получишь

– Договорились. – Я игриво подмигнул своей хозяйке. – Между прочим, представители темных сил считают, что у меня необыкновенно искристые глаза.

– Они у тебя необыкновенно наглые.

– Что есть, то есть. Одно другому не мешает.

– Расскажи, как прошла встреча с Филином?

– Я не понял, пока я рисковал жизнью в тылу врага, раскрывал коварные планы противника, ты отобедала у князя и теперь, сытая и довольная, пытаешь бедную голодную собачку на предмет добытой информации?

– Так ты же сам говорил, что надо немедленно обсудить все, что тебе удалось узнать!

– А я разве говорил, что готов это делать на голодный желудок?

– Мы же только что завтракали!

– Это вы только что обедали, а я…

– Да, помню, рисковал жизнью и тому подобное.

– Между прочим, зря смеешься, в критические моменты моему организму необходима энергетическая подзарядка, а что может быть лучше, чем подзарядиться плотным обедом? – И, не дождавшись ответа на мой риторический вопрос, я ответил сам: – Только плотный ужин.

– Как в тебя столько влезает? Вот я…

– Ой, вот только не надо себя приводить в пример! Если бы я питался, как ты, то вообще лапы передвигать бы не смог.

– Зато я питаюсь здоровой пищей и абсолютно здорова.

– А зато я питаюсь вкусной пищей и тоже абсолютно здоров.

Селистена осеклась и лихорадочно пыталась найти достойный ответ моему остроумию.

– Между прочим, собак, как и соловьев, баснями не кормят. Мы так и будем пререкаться, или все-таки ты меня накормишь обедом? Надеюсь, вы не решили сэкономить на моих харчах? Между прочим, от голода я могу память потерять.

– Да никаких проблем, пойдем домой, там Кузьминична вмиг распорядится:

Тут мою светлую лохматую голову посетила великолепная (на мой взгляд) мысль.

– Пошли лучше в кабак! Я тут такое чудное местечко знаю – закачаешься.

– Меня батюшка не пустит. – Щеки гордой девицы предательски покраснели.

– А при чем тут батюшка? Нам же с тобой надо поговорить, а не с ним.

– Пойдем лучше домой, – взмолилась Селистена.

– У вас в тереме все равно спокойно поговорить не дадут, а у Едрены-Матрены в кабаке отдельные кабинеты есть. Не боись, я же с тобой!

– Этого я и боюсь.

– Смею напомнить, что именно я тебя спас от смерти, причем не единожды. Так что на ваше ехидное замечание могу и обидеться.

Румянец на щеках боярышни вспыхнул с новой силой.

– Извини. Но ты же сам говорил, что наша жизнь в опасности.

– Еще в какой! Но сегодня нам ничего не грозит, можешь быть абсолютно спокойна. Следующий удар Гордобор продумает до мелочей, а на это потребуется время.

– Ну, тогда ладно, если ты так уж хочешь, пойдем в кабак, – сдалась Селистена, – только вот небольшая проблема.

– Какая?

– Батюшка ко мне стражников приставил и строго-настрого запретил им от меня отходить. Да ты их знаешь – Фрол и Федор.

– Как не знать, я с ними медовуху пил, а потом они меня в холодную волокли.

– Да, но между этими двумя событиями было ещё кое-что.

– Да помню, помню. А какая тут проблема, сбежим от них, и всего делов.

Селистена нахмурила лобик:

– Нет, я так не могу. Батюшка волноваться будет. Я лучше к нему схожу и попрошу погулять без стражи, только с тобой.

– Не пустит.

– Пустит, я к нему подход знаю.

– Какой?

– Если с ним спорить, он становится упрямее осла, а вот если ласково попросить… Обязательно разрешит.

Селистена потрепала меня по голове и чуть не бегом бросилась во дворец. Выпорхнула она из него уже минут через пять.

– Все в порядке. Но мы не должны выходить за городскую стену, и засветло надо вернуться домой.

Я не поверил своим ушам. Грозный Антип, мечущий молнии по поводу ночного происшествия, вдруг разрешил дочке пойти в город без стражи?! Невероятно!

– Как ты этого добилась?

– Лаской, только смирением и лаской. И потом, у меня такой охранник, что Фролу с Федором до него как мышке до шишки.

Я гордо вздернул нос, сверкнул на солнце серебряными шипами, и мы твердой поступью направились к воротам.

* * *

Путь до чудесного местечка с прелестной едой мы преодолели всего минут за десять. Если бы не вредная Селистена, которая всю дорогу придумывала отмазки, чтобы не пойти со мной, то дошли бы еще быстрее. Лично меня лапы так и несли в обожаемое мной место.

А вот и до боли знакомая вывеска с дородной дамой. Вот как жизнь повернулась: вроде совсем недавно я перешагнул порог этого славного заведения как красивый, обаятельный, в меру доученный колдун. А возвращаюсь… Нет, конечно, красота и обаяние остались при мне – тут уж что есть, то есть, – но шерсти на мне за время отсутствия слегка поприбавилось.

– Дарюша, пойдем лучше домой, а? – проныла неугомонная Селистена.

– Еще раз назовешь меня Дарюшей, укушу без всякой жалости. Я – Даромир, и никак иначе. А что касается похода в кабак, то раньше надо было сопротивляться – мы уже пришли.

– Так я же сопротивлялась!

– Да? А я и не заметил. Но не возвращаться же назад.

Опережая возражения, я толкнул лапой дверь и вошел внутрь. Моей спутнице ничего не оставалось, как последовать за мной. Ох уж мне эти комплексы. Вроде уже совершеннолетняя, а по кабакам ходить боится.

С тех пор как я был здесь в последний раз, в зале ничего не изменилось. Хотя что могло измениться за несколько дней? Только моя жизнь.

Из кухни навстречу посетителям вышла женщина-гора. Я был настолько рад видеть Едрену-Матрену, что даже приветственно тявкнул.

– Прошу прощения, но с собаками вход воспрещен! – Раскатистый бас огласил округу.

Ну вот, и здесь ущемление прав четверолапых, от Матрены я такого не ожидал. Ну а что моя каштановая спутница? Ага, так и есть. При виде хозяйки трактира испугалась, голову в худосочные плечики вжала, глазенками хлопает. В общем, полный комплект. Странная она какая-то: балбеса Демьяна не боится, а милейшую хозяюшку испугалась.


– Ты не стой столбом, поздоровайся хотя бы.

– Э…

– Хорошее начало, но теперь, пожалуйста, словами в вслух.

– У…

– Отлично, ты все буквы из алфавита перечислять будешь или только гласные?


– Девушка, повторяю, с собаками ко мне в заведение нельзя. – Матрена с улыбкой смотрела на нас, терпеливо ожидая хоть какой-то реакции.

Надо срочно выводить из ступора боярышню, а то хозяюшка осерчать может.


– Слушай, рыжая, ты говорить собираешься?

– Я не рыжая, я…

– Да помню, помню. Солнечная, может, все-таки поздороваешься?

– Когда выйдем отсюда, ты получишь за все.

– Договорились, но только откушав несравненной Матрениной стряпни.


– Здравствуйте, – наконец-то заговорила Селистена.

Ну что ж, лучше поздно, чем никогда.

– Здравствуйте, – культурно ответила хозяйка.

Золотая женщина (я имею в виду не цвет, а характер), я бы уже ругаться начал, а она до сих пор голоса не повысила.

– Можно у вас перекусить?

– Конечно, но песик пусть подождет снаружи.


– И что мне теперь делать?

– У тебя что, от страха фантазия отключилась?

– Вопросом на вопрос отвечать – это не по-русски.

– А тормозить при малейшей проблеме – по-русски?

– Ну держись!

– Ой, боюсь, боюсь. Ну прояви смекалку, наплети ей что-нибудь.

– Я не умею врать.

– А не надо врать, надо просто не говорить правду.

– А разве есть какая-нибудь разница?

– Огромная.

– Я попробую.


– Именно такой я вас и представляла. Даромир так много о вас рассказывал.

– Даромир? – Голос горы заметно дрогнул. – Ну и где шляется этот балбес? Как вышел на полчасика, так уже несколько дней нет. Даже вещи свои не забрал

– Вы совершенно точно заметили, он действительно полный балбес.


– Эй, ты не увлекайся!

– Не мешай.


– Еще какой, но малый он добрый, и я сразу к нему привязалась. Где он шляется-то?

Молодец Матрешка, в корень зрит!

– Он вынужден был в большой спешке уехать, так что даже не успел зайти попрощаться.

– Небось набедокурил и от княжеской стражи сбежал? Да ладно, ладно, подробности мне без надобности, ничего плохого он натворить не мог. А если по дури в историю влип, так я в него верю – выкрутится.

– Точно, именно по дури. Но надеюсь, что все будет хорошо. Уезжая, он просил обязательно зайти к вам и поблагодарить за все хорошее.

– Да ладно, чего уж там, – засмущалась Матрена, но было видно, что ей приятно услышать такие слова.


– Стряпню её похвали, она и растает. Тем более что готовит действительно прекрасно.

– Сама знаю, не мешай.

– Фу-ты ну-ты, какие мы гордые…


– Он так нахваливал вашу кухню, что очень захотелось самой отведать.

– Милости просим! – довольно хрюкнула Едрена-Матрена. – Но вот пес…

– Понимаете, этот пес сегодня спас мне жизнь. Пожалуйста, в виде исключения, дозвольте ему со мной посидеть.

– Так это он ночью какую-то нечисть загрыз?

Я приосанился и гордо выпятил грудь. Чуть было не забыл, что я герой.

– Он.

– Весь город только об этом и говорит. А ты, стало быть, Селистена.

– Извините, надо было сразу представиться.

– Да ладно, я женщина простая. Что же с вами делать, проходите.


– Попроси, чтобы тебя в отдельную комнату посадила.

– Надоел, сама знаю.

– О том, что тут есть отдельный залъчик, ты не знаешь. Задавака.

– Обжора.


– А нельзя ли нам в отдельном зале сесть?

– Тебе Даромир и о нем рассказывал? Вот болтун.

– И не говорите, такой болтун, просто спасу от него нет.

– Будешь обзываться, укушу.

–  Ладно, проходите. Там тебя никто не побеспокоит. Можешь поесть спокойно.

– Спасибо, вы очень любезны.

Матрена довольно улыбнулась и прошествовала по почти пустому залу, открыла неприметную дверь в отдельный зальчик. Об этой комнатке мне, помнится, Фрол рассказал. Или Федор… Ну в общем, кто-то из них. Я в тот момент уже столько медовухи выпил, что различал их с трудом.

Кстати, о медовухе. Вот ответьте мне на такой вопрос: может ли герой, победитель горных спиногрызов, искусный переговорщик и не менее искусный шпион позволить себе кувшинчик медовухи? Правильно, ответ в такой ситуации может быть только один – ДА! Вот и чудненько, если никто не против, то и я уступаю большинству голосов.

Отдельный зальчик был очень миленьким, сразу видно – что пускали сюда не всяких. В центре стоял небольшой стол, а по бокам… О чудо, даже не лавки, а вполне комфортные кресла. Эх, жалко, для моей комплекции такая роскошь не подходит.

Матрена одним махом накрыла стол новой скатертью. Приятно, в общем зале скатерти не стелились вообще. Что и говорить, в славе есть приятные стороны.

– Заказывать-то что будешь?

– Парочку отварной морковки, све…


– Стоп!!! – что есть силы завопил я в мозгах Селистены.

– Чего орешь? Опять что-то не так?

– Не так. Это дома у себя будешь командовать, а тут заказывать буду я.

– Ладно.


Далее последовал мой заказ. Я проговаривал блюда в голове Селистены, а боярышня повторяла мои слова Матрене. Не скрою, присущая мне скромность спала беспробудным сном. Все равно платила за все моя спутница, так что разошелся я не на шутку. Завершил список яств кувшин медовухи. Селистена пыталась было возражать, но я ей быстро напомнил про свои заслуги, и она, конечно, сдалась.

Лицо Матрены понемногу вытягивалось по мере заказа блюд. Пару раз она все-таки не удержалась и переспросила, правильно ли она поняла посетительницу. Маленькая пигалица утвердительно кивала и, в общем, вела себя вполне прилично, и только под конец опошлила мой великий кулинарный заказ своей вареной свеколкой и морковкой.

Хозяюшка предупредила, что ей потребуется время для приготовления всех блюд, вздохнула и отправилась на кухню, предварительно плотно прикрыв за собой дверь.

Минут через пять Матрена принесла холодные закуски. Конечно, не бог весть какая еда, но как пищевые добавки пойдет. Как только дверь закрылась, я приступил к трапезе. Любые вопросы Селистены я игнорировал. Как можно говорить о важных делах на голодный желудок? Никак. А так как разговор предстоял долгий, то и заправиться надо было на славу.

При всех неоспоримых достоинствах собачьего телосложения все-таки присутствует ряд проблемных моментов. Главное – это, конечно, невозможность лапой взять ложку. В смысле культуры это, конечно, минус, но с другой стороны, у меня теперь такой длинный язык, что творить им можно воистину чудеса. Это тебе и вилка, и ложка, а клыки вполне заменяют ножи. В общем, скорость поглощения еды в собачьем обличье у меня даже возросла. Вот только перекладывать еду с мисочек и плошечек на мою большую тарелку у меня пока плохо получалось. Но так для этого Селистена есть, что ей стоит отвлечься от своей морковки и, к примеру, сдобрить мне холодец хреном. Небось не развалится.

Приканчивая заливной говяжий язык, я взглянул на рыжую, извиняюсь – золотую – собеседницу. Она ковыряла вилкой «здоровую» пищу с таким кислым выражением лица, что у меня на мгновение пропал аппетит. Правда, эта напасть задержалась ненадолго. Я отхлебнул из мисочки изрядную порцию медовухи, прислушался, как волшебный напиток побежал по пищеводу и, как в прошлый раз, почувствовал жгучее желание поговорить. Собеседник в последнее время у меня только один.

– Ну что ты такая кислая сидишь? Съешь заливного – сразу повеселеешь.

– Как представлю, как этим языком корова травку ела, так плакать хочется.

– Тьфу ты, чуть обед не испортила. Плачь на здоровье, но от таких комментариев впредь, пожалуйста, воздержись.

– Как ты можешь это есть?

– С огромным удовольствием. Впрочем, твой же вопрос я могу адресовать и тебе.

– Я тоже ем с удовольствием.

– Ага, по твоему лицу видно, как тебе вкусно.

– То, что полезно, не всегда вкусно.

– Ерунда какая-то, зачем есть то, что не вкусно?

– Что с тобой разговаривать? Ты все равно ничего не понимаешь в правильной пище.

– Зато я понимаю во вкусной! – гордо заявил я и одним движением языка отправил в рот несколько кусков нежного сала с чудесными розовыми прожилочками,

Селистена брезгливо поморщилась и отправила себе в рот малюсенький кусочек салата.

– Мы наконец можем поговорить о деле? – нетерпеливо спросила Селистена.

Во дает! Если она ест как мышка в голодный год, то я не намерен рисковать своим здоровьем. Мне баба Сима всегда говорила: «Сколько за столом – столько в раю!» И я был с ней абсолютно согласен. Надо, чтобы пищевой комок завязался, а уж потом о делах.

Вместо ответа я осушил еще одну миску медовухи и в блаженстве закрыл глаза. Приятное тепло разлилось по каждой клеточке моего исстрадавшегося тела. Вот красота! Всего пару мисочек этого божественного напитка, и я ощутил полную гармонию в моей мятущейся душе. И как я мог ругать столь прекрасный напиток, как медовуха? Просто меру надо знать, а после того случая я свою меру отлично знаю. Кувшин, ну, в крайнем случае, два. Из блаженного состояния меня вывел противный голосок вечно чем-то недовольной Селистены:

– Разве ты не понимаешь, что ты гробишь свое здоровье?

– Ты о чем это?

– О медовухе.

– Ой, только не зуди мне на ухо. У меня был тяжелый день, мне надо восстановить силы. Медовуха как нельзя лучше подходит для этой цели.

– Есть и другие способы.

– Какие, например?

– Например, релаксация.

– Чего? Релакастрация? Да уж, от одного слова в дрожь бросает.

– Да не релакастрация, а релаксация. – Это что за зверь и с чем его едят?

– Меня один блаженный научил, он в далекой стране узнал и теперь ходит по Руси и всем свои знания передает.

– Зачем? – искренне удивился я. – У нас что, своих дурачков не хватает?

– Ты будешь слушать или будешь перебивать?

– Буду, буду. Чего ты нервничаешь?

– Так вот, главное, чтобы тебе никто не мешал. Ты садишься на пол в комнате в позе «лотоса»…

– В позе кого?

– Ладно, не важно, я тебе потом покажу. В общем, садишься на пол…

– А можно на кровать?

– Еще одно слово, и я прекращаю.

Я изо всех сил сделал вид, что мне очень интересна эта мура из далекой страны.

– Садишься на пол, закрываешь глаза, полностью расслабляешься и отпускаешь свою душу в полет. А для этого нараспев читаешь специальные слова.

Я всегда говорил, что отсутствие мяса в рационе очень плохо влияет на работу мозга. Вот лишнее тому подтверждение. Раньше я считал, что бред присущ только лицам, скажем так, пожилого возраста. Ан нет, бред косит, оказывается, и молодых. Далее последовал довольно длинный монолог, который я просто побоялся прервать по причине возможного обострения болезни моей собеседницы.

– И вот в тот момент, когда душа возвращается назад в свое тело, ты полностью восстанавливаешь свои силы, – закончила Селистена свою возвышенную речь и обратила пылающий взор в мою сторону. Болезнь явно запущена.

– Можно парочку вопросов?

– Конечно.

– Сколько тебе нужно времени на твою релаксацию? – Я с огромным трудом выговорил это жуткое слово.

– Ну час, полтора.

– И как, всегда получается?

– Честно говоря, не всегда. Но если позаниматься несколько лет, то будет получаться всегда и времени потребуется не более получаса.

Медленно, с огромным удовольствием я сделал несколько глотков медовухи и блаженно улыбнулся.

– А мне на то, чтобы восстановить свои силы, нужно пять минут и кувшин медовухи. И получается расслабиться у меня всегда, а не от случая к случаю. Да и учиться этому процессу нужно гораздо меньше времени.

– Какой же ты примитив!

– А кому нужны такие сложности, если всё можно сделать быстро и приятно?

– Ты…

По яростным глазам Селистены я, в общем, догадался, кто я. Но от более глобального разноса меня спасла Едрена-Матрена. Она появилась как раз вовремя с огромным, уставленным дымящимися блюдами подносом. Вот и опять взгляд радуется. Обожаю смотреть на красиво сервированный стол, который ломится от снеди. Иногда предчувствие праздника даже лучше, чем сам праздник.

Матрена знала толк в жизни и расставила все очень искусно. Собралась было уходить, но в последний момент задержалась:

– Скажи, девочка, ты, случайно, не втрескалась в этого оболтуса?

– Я?! Да с чего вы взяли? – взвилась боярышня, но краска, обильно залившая ее щеки, говорила о том, что слова хозяйки кабака попали в точку.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23