Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Джармоны (№2) - Мятежный восторг

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Арчер Джейн / Мятежный восторг - Чтение (стр. 2)
Автор: Арчер Джейн
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Джармоны

 

 


– Не представляю, чем я могла бы тебе помочь, моя дорогая, – сказала Гретхен. – Это вовсе не значит, что я не хочу, но что могу я, одинокая, слабая женщина, там, где переплетены интересы таких влиятельных людей, как твой отчим и жених? Не забывай, что о твоей помолвке с графом де Виньи объявлено публично!

Девушка рассеянно сделала глоток, не замечая изысканного вкуса напитка. Аппетит у нее пропал окончательно.

– Да, но что же мне делать?! – взмолилась она.

– А вот это уже моя забота! – раздался от дверей громкий разгневанный голос.

Гостиная сразу показалась крохотной, беззащитной, как и обе сидящие в ней женщины. Жанетта испуганно вскрикнула. Ее отчим, Эдуард де Лафайет, и Ален де Виньи плечом к плечу стояли на пороге. Оба отличались красивой внешностью, но сейчас лица их были искажены гневом и странным, зловещим образом походили друг на друга. Мужчины одновременно шагнули в комнату, и девушка бросила на тетку затравленный взгляд. Эдуард свирепо глянул на нее, приказывая молчать.

– Значит, ты здесь! Так я и думал!

– А что в этом особенного? – Гретхен с деланным недоумением пожала плечами. – Жанетта решила нанести мне визит, только и всего.

– Вы всегда в первую очередь остаетесь безупречной хозяйкой! – воскликнул Эдуард с едкой иронией.

– Не могу выразить, как я рада вас видеть! – проигнорировав Эдуарда, сказала Гретхен графу де Виньи.

Тот ответил легким поклоном и вновь обратил на Жанетту рассерженный взгляд. Однако Гретхен не так-то легко было сбить с толку.

– Не желаете ли присесть? Чай только что подан, возможно, вы оба…

– Мы явились сюда не ради чаепития, мадам! – отрезал Эдуард. – Оставьте ваши манеры для светских раутов! Жанетта немедленно отправится с нами домой!

– Понимаю… – протянула Гретхен, и ее большие голубые глаза заволокла печаль. – Вы явились сюда, чтобы устроить скандал?

– Что?! – вскричал Эдуард.

Ален де Виньи окинул тетку своей невесты испытующим взглядом. Графиня умела злословить, когда ее к тому вынуждали, а он меньше всего желал, чтобы предстоящий брак сопровождался скандалом.

– По-вашему, в Марселе еще неизвестно о прибытии в город Жанетты де Лафайет? – невозмутимо продолжала Гретхен. – Тогда объясните, почему следом за ней в мой дом ворвались ее отчим и жених и увезли с собой, не дав даже отдохнуть с дороги? Кое-кому может показаться, что речь идет о насилии! Что скажет на это марсельская знать?

Ответом ей были два взгляда, полных бессильного гнева. Ничего не поделаешь – Гретхен была права. Ни один из мужчин не желал запятнать свое имя.

– Зато все найдут вполне естественным, что накануне венчания Жанетта нанесла визит своей близкой родственнице. В конце концов, надо же сделать покупки! И уж тем более нет ничего странного в том, что ее вызвались сопровождать заботливый отчим и любящий жених.

Мужчины с мрачным недоверчивым видом прислушивались к словам Гретхен.

– Мне кажется, господа, что единственный способ пресечь сплетни – это погостить немного в Марселе. Разумеется, приличия не позволяют графу де Виньи остаться на ночь в моем доме, но с утра – милости прошу! Вы ведь не бросите его одного, Эдуард?

Жанетта едва удержалась от облегченного вздоха. Дело было сделано – отказ означал бы скандал.

– Уж не знаю, как вам это удается, Гретхен, но все и всегда выходит по-вашему, – кисло заметил де Лафайет. – Я и сам не сумел бы лучше обернуть эту неловкую ситуацию на пользу нам всем. Что скажете, Ален?

– На редкость мудрый план, графиня, – сказал тот, галантно склоняя голову сначала в сторону Гретхен, а потом Жанетты. – Уверен, что моя дорогая невеста получит удовольствие от общения с вами. Ну, а у меня в Марселе есть небольшое дело. Во время прогулки с Жанеттой я загляну по нужному адресу.

– Ну, вот видите, как славно все устроилось! – воскликнула Гретхен, всплескивая руками. – Никто не останется внакладе.

Желая закрепить успех, Жанетта одарила отчима и жениха простодушным взглядом и виновато улыбнулась.

– Я бы ни за что не стала своевольничать, если бы знала, что рассержу вас. Но мне так хотелось повидать тетушку! Вообразите мой ужас, когда вы вошли! Теперь я знаю, что такое «метать громы и молнии».

– Нам следовало уделять тебе больше внимания, дорогая, – медоточиво произнес Эдуард, решив подыграть ей и тем самым сохранить лицо. – Ты ведь тоже не на шутку перепугала нас с Аленом. Что мы должны были думать о твоем внезапном исчезновении? Впрочем, что ни случается, все к лучшему! Теперь у нас есть возможность приготовить тебе подобающее приданое. Об этом позаботится Гретхен, но предупреждаю, что вам придется начать покупки немедленно, времени до венчания остается не так уж много.

Ален слушал его с непроницаемым видом, но в душе поклялся, что не простит Жанетте ни ушибленной ноги, ни уязвленного самолюбия. Маленькая негодяйка заплатит за свою выходку! Он счел своим долгом внести лепту во взаимные расшаркивания:

– Полагаю, нам с Эдуардом следует извиниться. Даже искреннее беспокойство за судьбу Жанетты не оправдывает плохих манер. Графиня, обещаю впредь не являться к вам незваным гостем.

– Ах, какие мелочи! – беспечно отмахнулась Гретхен. – Ваш поступок всего лишь доказывает, что вы принимаете в Жанетте большое участие. Однако она совсем измучена, бедняжка. Я сама ее уложу. Прошу прощения за то, что вот так покидаю вас, господа, но уверена, вы все понимаете. Вам ведь еще нужно устроиться на ночь и отужинать.

Эдуард не стал спорить. Он рассеянно пожелал племяннице приятных сновидений и демонстративно повернулся к Гретхен, давая понять, что уступает место жениху: Ален не замедлил заключить Жанетту в объятия.

– Не воображай, что тебе удалось меня одурачить! – прошептал он ей на ухо. – На этот раз я пошел у тебя на поводу, но не думай, что так будет и впредь. Скоро ты станешь принадлежать мне телом и душой, так что научись уважать своего, супруга и господина. Даже не надейся, что сможешь связать свою жизнь с другим!

Жанетта мысленно собралась с силами, зная, что ритуал прощания неизбежен. Помолвка давала Алену право на поцелуй, и пришлось вынести жадное, ищущее прикосновение его губ. Когда он отступил, взгляды их встретились, и девушка прочла в его глазах откровенное желание. Ей не удалось сдержать дрожь отвращения. К счастью, вмешался Эдуард.

– Нам пора! – произнес он нетерпеливо. – Завтра весь день будем в вашем распоряжении.

Когда на дверь с легким скрежетом опустился тяжелый засов, Гретхен торжествующе расхохоталась. Жанетта присоединилась к ней, хотя голос ее и дрожал.

– Ты была великолепна, тетя Гретхен! – воскликнула она, обнимая тетку.

– Будем считать это первым ходом в нашей игре, дорогая. Ты заметила, что эти двое совершили серьезную ошибку?

– Какую, тетушка?

– Они даже не упомянули об экипаже! Ты ведь приехала в фамильной карете, не так ли?

Они обменялись заговорщическими взглядами.

– Если возникнет нужда в деньгах, продай карету. Надеюсь, кучер – человек верный?

– Вполне.

– Это упрощает дело. Я отошлю его к одной моей подруге. У нее просторная конюшня, и укрыть там экипаж с лошадьми не составит труда. Кучера она пристроит. В этом случае ты исчезнешь без следа.

– Как чудесно! – Жанетта захлопала в ладоши.

– Нам нужно многое обсудить, ведь не каждый день невеста убегает от жениха! Но это позже. Сначала ты примешь теплую ванну и как следует выспишься. Ты должна восстановить силы, моя дорогая.

Гретхен проводила племянницу наверх, в заднюю часть дома. Спальня оказалась уютной, с окнами на внутренний дворик и розарий. Приняв душистую ванну, Жанетта улеглась в постель и провалилась в глубокий сон.

Посреди ночи Жанетта вдруг проснулась и долго не могла сообразить, где находится. Наконец память вернулась к ней. Неужели ночь ее бегства еще не кончилась? Не может быть! Наверное, она проспала целый день! Она уселась в постели, подтянула колени к подбородку и начала размышлять над своим положением. Усталости как не бывало, отчаяние уступило место надежде. Вот уже много месяцев Жанетта не чувствовала такой радостной приподнятости, уверенная, что ее мудрая тетка непременно измыслит какой-нибудь хитроумный план спасения.

В животе громко заурчало. Ну конечно, она ведь столько времени не ела!

Девушка бесшумно выбралась из постели и взяла с ночного столика подсвечник со свечой. Ночной холод успел просочиться в спальню, и ей пришлось набросить легкий теткин халат. Надеясь найти на кухне что-нибудь съестное, Жанетта бесшумно спустилась по лестнице.

В очаге еще тлели угли – похоже, это было самое теплое место в доме. Заварив себе чаю и отыскав на полке печенье, она уселась на продавленный стул и принялась за еду. Она не спешила покинуть уютную кухню и заворожено наблюдала за игрой язычков пламени на углях, мало-помалу впадая в дремоту. Из приятного транса ее вывел резкий звук, очень похожий на стук камешка о стекло. Жанетта испуганно выпрямилась на стуле. Почему-то ей вспомнился незнакомец с постоялого двора.

– Как странно… – пробормотала она смущенно. – Кажется, мое воображение тоже сбилось с пути истинного!

Новый звук донесся до нее. Это были легкое постукивание и шорохи, словно кто-то пытался открыть окно и проникнуть в дом. Подстегнутая страхом, девушка бросилась было вверх по лестнице, собираясь укрыться в спальне, но на площадке заколебалась, прикидывая возможность перехватить вора.

Некоторое время ничего не происходило. Приободрившись, Жанетта на цыпочках спустилась вниз и укрылась в темном углу холла, старательно напрягая слух. Дом был объят тишиной. Кто бы ни был незваный гость, он или удалился, или уже был внутри. Она не могла решить, стоит ли поднимать тревогу, потому что все ее страхи могли оказаться игрой воображения. Она повернулась, чтобы уйти. И в этот момент из-за ближайшей двери раздался приглушенный голос тети Гретхен:

– Тебе померещилось!

Жанетта едва не вскрикнула от неожиданности. Итак, это не вор, а тайный ночной гость! И гость этот наделен настолько острым слухом, что ее осторожные движения были им услышаны!

Она приросла к месту из страха быть обнаруженной, зная, что не сможет дать правдоподобного объяснения своему присутствию в холле в столь поздний час. Надо было ей потерпеть до завтрака! Подумаешь, в животе заурчало!

– Можешь считать меня чрезмерно осторожным, но бдительность – лучшее средство сохранить голову на плечах, – ответил мужской голос.

– Что ж, это верно.

– Ты зря посылала за мной, Гретхен. Я раньше твоего узнал о ее бегстве. Жорж – хороший парень.

Сердце Жанетты громко забилось – они говорили о ней! Она даже испугалась, что стук могут расслышать в комнате.

– Моя племянница не имеет отношения к твоим делам.

– Никто не скажет, что имеет отношение, а что нет, В данный момент любая соломинка может нарушить равновесие. Ей здесь не место. Отошли ее!

– Назад к жениху? Ты этого хочешь? Ответ прозвучал после долгого молчания, и был так тих, что Жанетта едва уловила его.

– Нет… но я опасаюсь за ее судьбу. В Марселе сейчас небезопасно. Не забывай, что она принадлежит к знати.

– Она еще и моя племянница! Ее не тронут.

– Как твоя племянница, она может ввязаться во что не следует. Никто – слышишь, никто! – не должен нам помешать!

– До политики ей нет дела, да она в ней и не разбирается. Она провинциалка. Впрочем, дорогой, ты и сам это прекрасно знаешь.

– Провинциалка – еще не значит дурочка, – возразил гость громче и с большим напором. – Кстати, ты так и не сказала, зачем она здесь.

Новая пауза тянулась так долго, что девушка уже начала терять терпение.

– Она сбежала из дому, – наконец ответила Гретхен очень мягко. – Что бы избежать брака с графом де Виньи.

– Это что – шутка? – воскликнул гость в полный голос. – Кто поверит в эту чепуху? Я хочу знать правду, Гретхен! Итак, зачем она здесь?

– Если не хочешь, можешь не верить, все равно мне больше нечего тебе сказать. Я лишь повторяю ее слова – она не желает выходить замуж за де Виньи!

– В таком случае она убежала ради Жан-Клода.

– Да, – помолчав, подтвердила Гретхен.

– Ей не откажешь в верности.

– Она думает, что влюблена.

– Ну разумеется, как же иначе! – Голос изменился, стал насмешливым. – Что ж, хоть мне это и не по душе, кто я такой, чтобы мешать их любви! Чему быть, того не миновать. Ты говоришь, она не имеет представления о том, что здесь заваривается? Марсельцы волнуются, и чем дальше, тем сильнее. Королю Людовику не стоило отдавать их на откуп своему интенданту. Никогда еще ненависть к знати и двору не была так сильна. А теперь посуди сама, место ли здесь наивной девчонке, которая не знает, да и не желает знать, что народ живет на грани голодной смерти!

– Но, дорогой, она еще молода и неопытна! Юности свойственна тяга к любви, а не к борьбе за правое дело. К тому же она понятия не имеет, как тяжело порой достается кусок хлеба. Откуда ей знать, что дети падают от голодных обмороков и умирают прямо на улице, в то время как разжиревшие аристократы катят мимо в золоченых каретах. Думаю ей следует обрисовать положение в стране.

– Знаю, что ты права, знаю! Я просто не хочу подвергать ее опасности, – произнес гость с неожиданным теплом в голосе.

Жанетта ощутила эту перемену с такой остротой, словно это было легкое, ласковое прикосновение. Образ человека со шрамом вновь всплыл в ее памяти. Но ведь это никак не может быть он! Почему же она, так упорно о нем думает?

Из комнаты донеслись какие-то звуки и шорохи, и она догадалась, что ночной гость покидает дом. Нужно было спасаться бегством, иначе тетка могла наткнуться на нее в холле.

Через считанные секунды Жанетта снова была в постели и, притаившись под толстым стеганым одеялом, вспоминала подслушанный разговор.

Почему этот человек говорил о ней, как о наивной провинциалке, понятия не имеющей о том, что творится вокруг? Она изучала историю Франции и разбирается в политике! Она знает о существовании в стране различных политических партий, правда, лишь в общих чертах, потому что об этом не пишут. Но главное, она имеет исчерпывающее представление о правящей династии.

Она знает и о голоде – приходилось раздавать крестьянам еду, нередко наперекор запретам отчима.

Она умеет за себя постоять, и нечего относиться к ней как к беспомощному птенчику, выпавшему из гнезда!

Жанетта вперила в ночную тьму за окном сердитый взгляд! Спать не хотелось. Кто он был, этот тайный гость тети Гретхен? Был ли это человек с постоялого двора – черноглазый и черноволосый, со шрамом на щеке? Если так, у него к тому же приятный голос, низкий и рокочущий, просто бархатный…

Она вздохнула и устроилась поудобнее. Утром она всем покажет, на что способна!

Глава 3

Куинси Жерар спрыгнул с подоконника и быстро огляделся, чтобы убедиться в отсутствии нежеланных свидетелей его визита в дом графини де Жиро. Выпрямляясь, он поморщился: напряжение не оставляло его с той самой минуты, как он узнал о намерении Жанетты погостить у тетки, и постепенно начинало сказываться легкой ноющей болью в плечах и спине.

Почему из всех городов Франции она выбрала именно Марсель? Простодушная глупышка, сердито думал Куинси, но втайне рукоплескал ее храбрости. До сих пор она старательно играла роль примерной падчерицы да вздыхала по Жан-Клоду. Никто не подозревал, что глубоко внутри ее натуры скрывалась совсем иная женщина – сильная, чувственная, отважная. Куинси угадывал это сердцем.

Что ж, он найдет способ уберечь ее в предстоящей заварухе, даже если достанется она не ему, а брату. Куинси нервно потер шрам на щеке, представляя себе, как Жан-Клод касается нежной белой кожи Жанетты и как она с готовностью открывает ему тайны своего тела. Одна мысль об этом приводила его в бешенство, и он с трудом переключился на более насущные дела.

Его лошадь была спрятана в темном переулке, в нескольких кварталах от рю Канар. Уверенно и неторопливо, как человек, хорошо знакомый с городом, Куинси шагал по ночным улицам. Вскоре он уже был в седле.

Пока черный жеребец нес его сквозь ночь, Куинси перебирал в памяти встречу с Жанеттой на постоялом дворе, куда судьба так неожиданно занесла ее. Она казалась такой неприступной, такой изысканно прекрасной даже в этом захудалом заведении! Увидев ее, он поначалу решил, что ошибся, но нет, это была она, Жанетта де Лафайет! Если бы не титаническое усилие воли, он заговорил бы с ней, а заговорив – не сумел бы удержаться, чтобы не схватить ее в объятия, не осыпать поцелуями и не забрать с собой. Всего этого нельзя было допустить, а потому пришлось довольствоваться созерцанием. Но и это уже был своего рода праздник. Как расцвела ее красота! И сколько еще обещала!

Тогда Куинси сделал все, чтобы Жанетта без приключений добралась до Марселя, но теперь ее безопасность превращалась в серьезную проблему. У него было много других, не менее важных дел, и все же нельзя было допустить, чтобы любимая попала в беду.

Куинси улыбнулся, сверкнув в темноте белыми зубами. Он вспомнил о последней вылазке Лиса. Она увенчалась таким ошеломляющим успехом, что разбойникам даже пришлось затаиться, пока городской интендант не отменил чрезвычайное положение.

Операция была отработана до мелочей. За городом устроили празднество с балом, на который собралась чуть ли не вся окрестная знать. Уже под утро увешанные драгоценностями аристократы начали разъезжаться по домам. Лис разделил своих людей на шесть групп по пять человек и расставил вдоль дороги на Марсель там, где цепочка карет должна была сбавить ход. Нападение было совершено быстро и обошлось почти без выстрелов. Не было ни убитых, ни даже раненых, а добыча превосходила то, что обычно удавалось награбить за целый месяц. Разумеется, поднялся шум, и никогда еще за голову Лиса не сулили такой высокой награды. Впрочем, благородный разбойник ничуть не тревожился. Недаром он повсюду имел своих осведомителей.

Куинси знал – крестьяне всегда были готовы помочь как Лису, так и его второму «я», Куинси Жерару, вожаку местной якобинской партии. Жорж, кучер Жанетты, примкнул к партии и вызвался быть связным между Куинси и графиней де Жиро. Он называл себя патриотом, и как будто искренне, но Куинси пока не торопился ему доверять. Он знал только одно испытание на верность – участие в деле. Правда, Жанетта считала Жоржа добрым малым, да и помощь его была весьма ко времени, и все же…

А пока Гретхен вверила судьбу кучера своей патриотически настроенной подруге. Там он должен был смешаться с толпой слуг и ждать известий, не вызывая подозрений. Гретхен следовало соблюдать осторожность: немало важных сведений поступало к якобинцам именно через нее.

Жеребец всхрапнул и прибавил шагу, чувствуя, что они близки к цели. Это вернуло Куинси к действительности. Он ласково потрепал коня по холке и повернул к двухэтажному дому, комнаты в котором сдавались внаем. В одном из окон верхнего этажа виднелся свет: это Иветта дожидалась его возвращения.

Переступив порог, Куинси поймал взгляд блеклых глаз седого, прикованного к креслу старика – мужа Иветты. Тот приветствовал его судорожным кивком и повел рукой в сторону стула перед камином, где весело потрескивал огонь. В комнате всегда поддерживалась жара. Куинси с трудом ее переносил, но старик все равно не мог как следует согреться. Стул предназначался для Иветты, и Куинси опасливо устроил на хрупком сиденье свое могучее тело.

– Как самочувствие? – спросил он хозяина, сожалея, что не может вернуть старику ни его молодость, ни жену.

– Как всегда, дружище, как всегда!

– Есть новые жильцы?

– Один. Мне он показался щеголем. – Никто пока не выезжал?

– Да как будто нет. Об этом, новом, порасспроси Иветту. Как прошло собрание?

– Якобинцы жаждут действия. Если каждый сделает все, что в его силах, мы победим.

– Каждый! Я, например, уже ни на что не годен!

– Какой вздор, мой друг! – с упреком произнес хрипловатый женский голос, и в комнату, покачивая бедрами, вплыла Иветта. – От тебя больше толку, чем кое от кого из молодежи. Что бы я делала без тебя, ума не приложу!

Мутный взгляд старика поспешно обращался к жене, в нем появилось что-то одновременно беспомощное и жадное. Беззубый рот растянула улыбка.

– Пришел Куинси, дорогая. Ты должна непременно рассказать ему о новом жильце.

– Как скажешь, мой друг, как скажешь. Но ты должен нести здесь дозор, пока я буду посвящать Куинси в подробности – там, наверху, в тайной комнате. Смотри, не смыкай глаз до рассвета!

– Как всегда, любовь моя!

– А говоришь, от тебя никакого толку! Да если бы не ты, нас давно заподозрили бы в заговоре и казнили! – Иветта наклонилась, коснулась губами покрытого морщинами лба мужа и потянула Куинси за руку к двери. – Ладно, мы пойдем займемся политикой, а ты сторожи.

Она вышла первой, и Куинси последовал за ней. Он не мог ничего исправить, к тому же тяжеловатые формы зрелого тела Иветты не оставляли его равнодушным. Эта женщина знала, как ублажить мужчину, и делала это хорошо.

В коридоре второго этажа, стараясь не поднимать шума, они прошли до самой дальней комнаты. Куинси закрыл за собой дверь, и Иветта, быстро повернувшись, прижалась к нему всем телом, обняла руками за шею и начала тереться бедрами о его бедра. Все тревоги вылетели у Куинси из головы под этим страстным натиском. Казалось, Иветта была постоянно возбуждена, постоянно готова принять мужчину.

Шрам на щеке Куинси потемнел, он не сводил с Иветты глаз, пока она распускала густые темные волосы, каскадом рассыпавшиеся до самых бедер. Глаза у нее тоже были темные, под тяжелыми, всегда чуть опущенными, словно в томлении, веками, и она редко носила под платьем белье. Вот и теперь, когда оно соскользнуло к ногам, взгляду открылась оливково-смуглая кожа, тугие груди с крупными сосками и густая поросль волос между бедер.

Куинси быстро сбросил одежду и привлек к себе это созданное для плотских утех тело. Но стоило ему закрыть глаза, как он увидел перед собой другое лицо, с глазами цвета аметиста, обрамленное короной пронизанных солнцем золотисто-рыжих волос. Физическое влечение, которое Куинси испытывал к Иветте, не могло вытеснить из его сердца любовь, и потому в момент наивысшего наслаждения он выкрикнул имя той, которую желал не только телом, но всем своим существом.

– Кто она? – возмущенно спросила Иветта несколько минут спустя, когда они уже лежали рядом на смятых простынях. – Кто эта женщина?

– О чем ты говоришь? – искренне удивился Куинси.

– Кто эта Жанетта?!

Он скрипнул зубами. Что он еще выболтал в пылу страсти?

– Не понимаю, о чем ты, – сказал он сердито.

– Я слышала! Ты произнес другое имя – не мое! Так не пойдет, миленький мой! Раз уж я твоя любовница, значит, здесь должно звучать только мое имя!

– А ты – ты разве ни разу не обмолвилась? Когда ты называла меня именами тех, с кем уже делила эту постель, разве я упрекал тебя?

– Подумаешь! – Иветта надула губы. – Тебе не на что обижаться, ведь эти имена ничего для меня не значат, чего не скажешь про эту твою Жанетту. Кто она? Что у тебя с ней было?

Куинси начал одеваться. Иветта схватила его за руки, пытаясь удержать.

– Ты что, вот так просто уйдешь от меня, как будто я продажная девка? Не смей! Отвечай, кто эта женщина!

Он молча отстранил ее руки и продолжал натягивать одежду.

– Ну хорошо, хорошо! – воскликнула Иветта другим, молящим тоном. – Я не стану выпытывать. Но скажи хотя бы, в чем дело! Я что же, рассердила тебя? Или сегодняшнее собрание прошло не так, как ожидалось? Ты сам на себя не похож!

– Расскажи мне лучше про нового жильца, – сказал Куинси, пропуская се вопросы мимо ушей.

– Ах, вот оно что! – обрадовалась Иветта. – Ты просто приревновал, миленький, верно? О, это красавчик, и к тому же из благородных! Но не бойся, ты ведь знаешь, как як тебе отношусь. Ну и если на то пошло, ты якобинец, а он аристократ.

– Имя?

– Он не назвался, но если нужно, я могу глаз с него не спускать.

– Я уверен, ты уже приступила к этому и без моих указаний, – заметил Куинси с ухмылкой.

– И как только у тебя язык повернулся! – упрекнула Иветта, снова надув губы. – Мне нужен только ты, ты один, потому что… словом, мой старичок ведь не заживется на этом свете. Когда якобинцы завладеют Марселем, уж мы с тобой…

Куинси закрыл ей рот поцелуем, обрывая этот поток бездушной чепухи. Иветта обхватила его за талию и сплела руки на пояснице, крепко притянув к себе.

– Скоро рассвет, – сказал он, решительно высвобождаясь. – Мне пора.

– Ты еще ни разу не остался со мной на всю ночь ни разу! Но такая ночь настанет. Настанет и день, когда мы соединимся навеки.

– Возможно, дорогая, возможно, – произнес он тихо, не желая обижать ее. – И в самом деле, не спускай с нового жильца глаз. Кто знает, может, он здесь неспроста. Может кто-то пронюхал, что вы с мужем сочувствуете якобинцам то может плохо кончиться.

– Подумаешь! – отмахнулась Иветта. – Если это случится то ты меня освободишь. Ну же, поцелуй меня на пропиши, и погорячее, чтобы хватило до новой встречи.

Куинси мысленно усмехнулся, зная, что это всего лишь, предлог, чтобы хоть ненадолго удержать его. Каждым раз она прибегала к одному и тому же трюку. Тем не менее он прильнул к губам Иветты и прижал к себе ее ненасытное тело. И опять забыл обо всем. Его тело всегда реагировало на нее, и ему пришлось сделать усилие, чтобы руки разжались, а ноги шагнули назад. Иветта качнулась к нему, но Куинси легким толчком опрокинул ее на постель.

– До встречи, – бросил он через плечо и вышел.

Внизу старик дремал у гаснущего камина, время от времени роняя голову на впалую грудь. Куинси проскользнул мимо него к двери и вскоре уже снова был в седле.

Быстро удаляясь в ночь, он с горечью думал о том, что на этот раз испытанное средство не помогло. Встреча с Иветтой не рассеяла его тревогу и не облегчила физическое напряжение. К тому же он по-прежнему желал женщину.

Единственную женщину.

Жанетту.

Глава 4

На другое утро Жанетту разбудили густой аромат кофе и запах свежеиспеченных булочек. Тетка собственноручно принесла наверх завтрак и поставила поднос на изящный столик у окна, откуда открывался чудесный вид на ухоженный сад.

– Доброе утро, тетя Гретхен! – весело приветствовала ее Жанетта.

Ей не терпелось начать новый день. Умывшись, она с аппетитом принялась за завтрак.

– Выспалась, моя дорогая?

– О, вполне!

Вспомнив события прошедшей ночи, Жанетта смутилась и склонилась к тарелке, чтобы скрыть румянец, проступивший у нее на щеках. Тетка ни в коем случае не должна заподозрить, что она их подслушивала!

– Вот и хорошо, что выспалась, потому что сегодня тебе нужно выглядеть как можно лучше. Маркиз де Бомон явится с визитом!

– Глаза Жанетты округлились от удивления: это имя считалось символом богатства и могущества.

– С визитом к вам?

– Он желает видеть тебя.

– Но как это возможно?!

– Насколько мне известно, он знаком с твоим отчимом и женихом и к тому же слышал о твоем приезде. Разумеется, это будет всего лишь визит вежливости, но маркиз – человек весьма влиятельный. Не исключено, что удастся прибегнуть к его помощи.

– Вы полагаете, ему следует все рассказать?

– Посмотрим. Не нужно забивать этим свою хорошенькую головку прямо сейчас, дорогая. Для начала подкрепись, потом оденься как можно элегантнее. Берта утюжит твое голубое платье. А я пока подумаю, как нам следует держаться.

– Я буду во всем слушаться вас.

– Я пришлю горничную наполнить ванну.

– Не знаю, как вас и благодарить, тетушка!

Жанетта задумчиво поднесла к губам чашку. Предстоящий визит не то чтобы пугал, но слегка беспокоил ее. В провинции вполне допускалось одеваться без затей, а волосы закручивать в простой узел на затылке изысканные прически и вычурные наряды плохо сочетались с деревенской жизнью. Здесь все было иначе, и Жанетта честно старалась не ударить в грязь лицом. Еще вчера будущее казалось таким ясным: разыскать Жан-Клода и обвенчаться с ним. Теперь же она поняла, что не все так просто, особенно если учесть связь Гретхен с оппозицией. Правда, она верила, что тетка поможет ей, но кто знает, какой оборот примут события?

Жанетта рассеянно ответила на стук в дверь. Вошла Берта с ворохом нижних юбок в одной руке и голубым бальным платьем в другой. За ней два лакея тащили медную ванну на ножках. Горничная в несколько заходов наполнила ее горячей водой. Жанетта охотно посидела бы в ванне подольше, но Берта все время торопила ее из страха не успеть к приезду маркиза.

Бальное платье было отутюжено на совесть и выглядело безупречно. На вызов парикмахера не оставалось времени, поэтому Берта собственноручно уложила густые длинные волосы Жанетты в простую, но изящную прическу. В таком виде она выглядела именно так, как и задумала Гретхен: милой деревенской простушкой.

Оглядев ее, экономка с удовлетворением кивнула и поспешила открыть дверь для хозяйки. Гретхен казалась необычно взволнованной.

– Он уже здесь! – воскликнула она. – Надеюсь, моя дорогая, ты сумеешь без запинки отыграть в этой маленькой пьесе. Помни, ты неискушенная провинциалка! Те двое передали маркизу мою версию случившегося, и он поверил. Пусть верит и дальше до тех пор, пока не наступит время сказать правду. Всегда лучше приберечь важный козырь напоследок, чем сразу открыть все карты. Поверь, в этом я разбираюсь!

– Я всецело полагаюсь на вас, – пробормотала девушка, начиная нервничать.

Пока они спускались в парадную гостиную, ее нервозность усилилась, и даже Гретхен выглядела озабоченной, словно ее подавляло могущество высокого гостя. Если он настолько влиятелен, думала Жанетта, стараясь приободриться, и если согласится удостоить ее своей поддержки, то будет не так уж сложно послать весточку Жан-Клоду. Она решила пустить в ход все обаяние и склонить Маркиза на свою сторону.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20