Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Отмеченный богами

ModernLib.Net / Фэнтези / Уотт-Эванс Лоуренс / Отмеченный богами - Чтение (стр. 28)
Автор: Уотт-Эванс Лоуренс
Жанры: Фэнтези,
Юмористическая фантастика

 

 


Небольшие запасы леса в лагере очень скоро исчерпались, и Дузон отправил плотников спать, разбудив своих людей с целью обеспечения мастеров строительными материалами. Солдат и всех оставшихся в живых лошадей спешно погнали в Дривабор за бревнами и досками.

Дузону хотелось обсудить возможности реализации плана с Новыми Магами, но Врея Буррея и Тебаса Тудана в лагере не было — оба улетели с посланиями в Зейдабар. Кроме того, маги получили строгий наказ принести с собой из столицы как можно больше медикаментов. Ни один из оставшихся в лагере Новых Магов не решался что-либо обещать без одобрения своего начальства. Дузон, изможденный бессонницей и нервным напряжением, покинул сборище магов. Его переполняло негодование, вызванное как их упрямством, так и решением мирно спавшего командующего. Он вернулся в свою палатку и усилием воли заставил себя проспать до вечерних сумерек.

Поиски и доставка строительных материалов практически заняла весь первый день триады Шешар; командированные в Дривабор вернулись, когда очередной ночной рейд, по существу, уже начался. Защищать лошадей, одновременно распрягая их, было чрезвычайно трудно — в результате авангард лишился трех отличных солдат и одной женщины, добровольно вставшей в ряды бойцов.

Известия из Дривабора тоже оставляли желать лучшего. По меньшей мере половина жителей города убежала на запад, а большинство оставшихся заперлись в своих домах, с ужасом ожидая появления Бредущих в нощи. Единственным утешением служило лишь то, что никто из обывателей пока не видел ни одного жмурика поблизости от города.

На второй день отлично выспавшиеся плотники рьяно взялись за работу. Балинус выслушал очередные разведдонесения Новых Магов, но к строительным работам никакого интереса не проявил. Дузон, облаченный в лучший из видавших виды плащей и со шляпой на голове хвалил мастеров, которые собирали плоты для моста, и энергично перемещался по всему лагерю.

— Нет нужды сколачивать их так тесно, — заметил один из плотников, когда Дузон попросил не оставлять между досками зазоров. — Через такую щель невозможно ни ударить мечом, ни пустить стрелу!

— Ни в чем нельзя быть уверенным, — глубокомысленно ответил Дузон. — Поэтому делайте щели как можно плотнее, чтобы даже вода не просочилась.

— Но…

— Ублажите меня, добрый человек. Представьте, за моей прихотью стоят более веские причины.

— Но… — Плотник ещё раз бросил взгляд на “баррикаду”, затем посмотрел на реку и снова на Дузона.

— О… — спохватился он, — я все сделаю как надо, милорд.

Дузон кивнул, и изрядно потрепанный плюмаж на его шляпе слегка заколыхался.

В небе мелькнули две яркие звездочки. Это маги возвращались из Зейдабара. Дузон, не теряя ни секунды, направился в сторону небольшого шатра, в котором ютилась половина из оставшихся в живых выпускников Колледжа Новой Магии, и на этот раз решил потребовать однозначного ответа.

В шатре он застал Малледа. Кузнец и Врей Буррей о чем-то оживленно дискутировали.

Это облегчало задачу Дузона, так как ему не надо было объяснять, что происходит.

— Вы можете это сделать? — с ходу спросил он.

— Да, можем, — ответил Врей Буррей.

— Как скоро?

Новый Маг задумчиво почесал ухо.

— Это будет зависеть, — сказал он после долгого молчания, — от подзарядки кристаллов, что, в свою очередь, зависит от яркости солнца. Кроме того, скорость нашей работы будет находиться в обратной зависимости от масштаба помех с противоположной стороны. С учетом всех этих обстоятельств обозначенная вами работа может занять от одного часа в лучшем случае и до половины дня в худшем.

— Итак, если мы подготовим все секции завтра к рассвету…

— Солнце на рассвете не такое яркое, — объяснил Врей Буррей. — Если небо будет чистое, а враг не станет мешать, мы наведем переправу за два часа. Но если пойдет дождь, а Ребири Назакри проявит к нашей деятельности интерес, мы закончим работу не ранее полудня.

Дузон понимающе кивнул и обратил взор на чистое, усеянное лунами небо.

— Такие сроки нас вполне устроят.

— Остался всего один день, — напомнил Маллед. — Нам необходимо переправиться завтра.

— Мне это известно! — бросил Дузон. — И мы будем готовы! — Он посмотрел на восток в сторону валов, закрывающих вид на реку и на вражеский лагерь. — Наконец-то нам, как воспитанным людям, удастся нанести ответный визит.

Произнеся эту достойную Заступника фразу, Дузон заспешил с докладом к Генералу.

Балинус уже почти засыпал, но доклад все же выслушал.

— Прекрасно, Дузон. Ведь мщение так сладко, не правда ли?

Они улыбнулись друг другу. Балинус тут же завалился на койку и мгновенно захрапел. Дузону ничего не оставалось, как отправиться в свою палатку.

Однако уже ночью, увидев, сколько нежитей выходит из воды, Дузон задался вопросом: не останется ли к утру такое мизерное количество живых солдат авангарда, что великий план дневного вторжения выполнять будет просто некому? До этого не более тысячи, а частенько и того меньше Бредущих в нощи пересекали по ночам реку. Большая часть нежитей наблюдала за схваткой, оставаясь на своем берегу. Но в эту ночь, ночь между вторым и третьим днями триады Шешар, марш Бредущих из вод казался бесконечным. На сей раз на восточном берегу их осталось гораздо меньше, чем обычно. Основная масса мертвяков оказалась на западном берегу Гребигуаты.

Кроме того, из имевшихся в Имперском авангарде восьми сотен солдат и двухсот разношерстных добровольцев (включая дюжину женщин и девятерых оставшихся в живых Заступников) сто пятьдесят человек вот уже сутки не смыкали глаз, готовясь к дневной атаке.

Бредущие в нощи, только возникнув из воды, сразу бросились вперед на штурм “баррикады”. Свежесбитые деревянные панели и плоты оказались разбросанными по сторонам, разбитыми и поврежденными, а мертвяки, по волосам и одежде которых все ещё стекала вода, полились через земляной вал на территорию лагеря.

Там их встретили мечами и секирами солдаты Империи.

Дузон находился в самой гуще схватки. Он отчаянно рубил головы позаимствованным у кого-то мечом с широченным лезвием, не обращая внимания на насмешки над своими предками и на издевательские вопросы, почему боги оставили Домдар один на один с врагами.

В какой-то миг он очутился лицом к лицу с огромным, внушающим ужас мертвяком с разверстой грудью. В свое время этот жмурик, видимо, был фермером, и сейчас на его шею был нацеплен потертый, тяжелый, но предохраняющий от обезглавливания воловий хомут.

Дузону и раньше приходилось встречаться с подобными трюками. Убить такого Бредущего было несколько труднее; приходилось вырезать ему сердце или сносить добрую половину черепушки.

— А, лордик! — просипел мертвяк, занося для удара тяжелую булаву. — Ты часом не из тех, кто считает себя избранником богов? Глупец, разве ты не знаешь, что Баэл теперь благоволит Ребири Назакри, отвратившись от твоего погрязшего в грехах Домдара?

Дузон уклонился от удара, времени на ответ у него не было. Хомут не позволял отрубить голову, и, вместо того чтобы ударить по шее, Дузон рубанул по верхушке черепа. Раскрытая грудь и видневшиеся внутри грудной клетки ребра делали сердце нежити весьма соблазнительной добычей, но бить по голове все же было легче.

Булава описывала широкую дугу. Дузон встал на одно колено и нанес удар снизу вверх мечом. Клинок проткнул мягкие ткани нижней челюсти, небо и вонзился в мозг. Чтобы прикончить жмурика, этого оказалось мало, но говорить тот уже не мог.

— Сюда! На помощь! — воззвал Дузон, твердо удерживая меч и одновременно уклоняясь от беспорядочных ударов булавы.

Кто-то откликнулся на призыв, и на череп Бредущего опустилась секира, разбрызгивая во все стороны мозги и обломки кости. Дузон зажмурился, чтобы разложившаяся плоть не попала в глаза, и не сразу увидел, кто пришел ему на помощь. Когда Лорд открыл глаза, он увидел лишь спину солдата, но, судя по размерам, это был Оннел. Маллед был заметно крупнее, все же остальные гораздо ниже обоих.

Бредущий в нощи наконец рухнул, и его тяжеленная булава грохнулась в каком-то дюйме от ступни Дузона.

Он бросил взгляд на недвижного мертвяка.

Эта тварь заявила, что Баэл благоволит Ребири Назакри, подтвердив тем самым слова Малледа. Либо это было правдой, либо появление Малледа в лагере было частью вражеского плана.

Дузон поднял глаза. Где Маллед? Вскоре он увидел, как гигант с яростным ревом сносит череп Бредущему в нощи.

Слова о Баэле соответствовали истине.

Дузон согласился с планом Малледа не потому, что считал его Заступником, — этот план действительно давал возможность контратаковать. И нынешнее, самое мощное за все время осады нападение Бредущих, и слова мертвяка окончательно убедили Лорда в правильности догадки Малледа: Назакри и в самом деле выжидал все это время наступления триады Баэла.

Но, с другой стороны, во время этой триады ночи наиболее короткие и Бредущие в нощи слабее, чем обычно. Так в чем же заключается план Назакри? Какие силы он намерен использовать вместо нежитей?

Неужели сам Баэл готов выступить на стороне мятежников?

Нет, это невозможно. Баэл будет топить солнечную печь, и у него не останется времени для прямого вмешательства, но, достигнув пика могущества, он свою силу и отвагу будет изливать на весь мир в виде солнечных лучей.

Всем известно, что большинство ссор, преступлений и убийств случается во время триады Баэла. А в этом году, видимо, произойдет и решающая битва в нынешнем противостоянии.

Внезапно Лорд Дузон увидел, как один жмурик подкрадывается сзади к солдату. Тут же забыв о богах и большой стратегии, он с криком бросился на противника, занеся меч для удара.

На противоположном берегу реки Ребири Назакри с интересом наблюдал за битвой, взобравшись на грубо сколоченную деревянную башню. Кристалл в его руках зловеще гудел, и вокруг темно-красного огня вился черный дым.

— Это последний, — сказал он.

— Последний — что? — недоуменно спросил Алдасси, стоя у подножия башни. Рядом с ним, опершись спиной на одну из опор сооружения, прохлаждался Азари Азакари.

— Последний из этих рейдов, — ответил Ребири. — Завтра ночью мы двинемся вперед через реку навстречу нашему триумфу.

— Мы захватим Дривабор? — допытывался Алдасси.

— Захватывай, если хочешь, — глядя на него сверху, изрек Назакри. — Всех живых воинов я оставлю в твоем распоряжении и поведу на Зейдабар только Бредущих в нощи. Утром я отдам ещё кое-какие распоряжения, после чего вы все вольны поступать как вам заблагорассудится. Вы служили мне хорошо, но уже послезавтра мне ваша служба не потребуется.

Азари бросил на Ребири озадаченный взгляд. Впрочем, по собственному опыту зная, что никаких вопросов магу задавать не следует, он тут же принялся как бы между прочим обозревать лагерь.

Назакри, глядя с верхотуры на Алдасси, продолжал:

— С тобой останется твоя магия. Я хочу, чтобы ты вместе с живыми воинами держался подальше от опасности. Нет никакой нужды рисковать твоей жизнью у Врат Зейдабара. Мне была обещана только победа, а отнюдь не безопасность. Я могу погибнуть, но не желаю, чтобы с моей смертью пресекся и мой род.

— Но, отец… — произнес Алдасси.

Назакри остановил его движением руки.

— Когда победа будет одержана и Зейдабар падет, ты сможешь меня найти. Если я останусь в живых, это будет совсем не трудно.

— Я… Значит, ты приказываешь не сопровождать тебя?

— Приказываю, сын мой. Ты можешь двигаться позади меня, но только на безопасном расстоянии. Не более того.

Алдасси долго смотрел на старика, затем, уставившись себе под ноги, прошептал:

— Как тебе будет угодно, отец.

Ребири удовлетворенно кивнул.

— А как твои друзья в Зейдабаре? — поинтересовался он. — Они готовы к нашему прибытию?

— Они мне вовсе не друзья! — прорычал Алдасси. — Но они сделают все что в их силах, так же как делали и до этого.

— Надеюсь, ты не клялся, что мы сохраним им жизнь?

— Нет, отец. Конечно, нет. Я им ничего не обещал.

— Им не будет пощады! — грозно произнес Назакри.

— Вот и хорошо, — пробормотал Алдасси.

Лорд Шуль ему никогда не нравился.

Глава пятьдесят четвертая

К тому времени, когда последний Бредущий в нощи, выйдя из боя, направился к реке, все пространство за земляным валом было усыпано телами и частями тел.

Последний час, а может, и дольше, Дузон сражался, стоя в луже грязи и крови. У него не оставалось даже секунды, чтобы подыскать для схватки клочок более твердой земли. Теперь же он смог, откатив ногой отрубленную голову и отшвырнув в сторону брошенный кинжал, выбраться на сравнительно сухой участок почвы размером не более человеческого торса. Рука Дузона с зажатым в ней мечом бессильно повисла, а самого Лорда от усталости била жестокая дрожь. Дузон смотрел на восток, где начинал светлеть горизонт, и на удаляющихся врагов.

Но отдыхать он не мог. Это был последний день триады Шешар, день, когда им предстояло соорудить плавучий мост, разогнать живых сторонников Назакри и уничтожить всех Бредущих в нощи.

На небе Дузон не заметил ни единого облачка, способного помешать Новым Магам подзарядить энергией кристаллы. Лишь тоненькие струйки дымков перечеркивали восточную часть неба — это, видимо, догорали сторожевые костры, или мятежники начинали готовить завтрак.

Дузон понимал, что его людям приготовить горячую пищу не удастся. Им даже может не хватить времени перекусить всухомятку. Чтобы успеть истребить живых и обезглавить большинство жмуриков, атаковать следовало немедленно.

— Где Генерал? — спросил он.

— Погиб, — ответила дрожащим голосом какая-то женщина, показывая на бесформенное, окровавленное возвышение у основания земляного вала.

— О боги… — пробормотал Дузон и заспешил к указанному месту.

Генерал Балинус, старый хитрый лис, солдат, сражавшийся с Ребири Назакри от самого Матуа, лежал, устремив взгляд невидящих глаз на скопление лун в небе. Его туника была рассечена на груди, и алая ткань залита темно-красной жидкостью, впрочем, уже начинавшей приобретать бурый оттенок.

Дузон кончиком меча приподнял край ткани. Увидев рану, он содрогнулся.

Все шесть Полковников погибли в предыдущих схватках, и теперь Лорд Капитан Дузон был старшим по званию офицером из всех оставшихся в живых. Это означало, что он командует всеми частями Имперской Армии в регионе.

Он мечтал стать командующим, но не сейчас и не таким образом. Какая вопиющая несправедливость, думал Капитан, что Балинус, переживший столько сражений, погиб перед самым концом войны.

— Отрубите ему голову, — распорядился Дузон. — Мы похороним его после сражения, сейчас на это у нас нет времени.

— Мы… но… — пролепетала женщина.

Дузон взглянул на её лицо и почувствовал жалость.

— Я сам это сделаю. Вы можете не смотреть.

— Спасибо, — произнесла она отворачиваясь.

Балинус лежал с откинутой головой, и его морщинистая, старческая шея была готова для удара.

Никогда ещё меч не казался Дузону таким тяжелым…

— Дело сделано, — сказал он сам себе и, повернувшись к женщине, спросил:

— Вы пойдете на штурм или останетесь в лагере?

— Я буду драться.

— Вы, наверное, из Дривабора. Как вас зовут?

— Кидегар.

— Отлично! — Дузон хлопнул даму по плечу. — Готовьтесь, Кидегар, сегодня все — или ничего!

Затем он обратил взгляд в сторону лагеря и закричал:

— Все хорошо! Где “баррикады”, которые мы построили?

— Здесь, — произнес знакомый голос.

Лорд узнал Оннела.

— О боги… — в отчаянии прошептал он, увидев то, на что указывал Оннел.

Большая часть плотов была сброшена с вала и валялась на земле. Чтобы не стоять в грязи, защитники лагеря — мужчины и женщины — использовали драгоценные сооружения в качестве платформ для схватки.

Плоты были скрыты под телами. На некоторых из них виднелись следы от ударов мечей, секир и булав, по меньшей мере один был разбит вдребезги.

— Нам они понадобятся! — закричал Дузон. — Их надо приготовить! Немедленно!

Ответа не последовало. Дузон увидел лишь пустые взгляды и безжизненные, смертельно уставшие лица. Солдаты почти валились с ног.

Несколько секунд над лагерем стояла глухая тишина, все молчали, и вдруг в каких-то пятидесяти ярдах от Дузона раздался голос. Маллед сделал пару шагов вперед и проревел:

— Он прав! Лорд Дузон прав! Вперед, за Императрицу! За ваши дома и семьи! Еще одна битва, и мы будем отдыхать сколько душе угодно!

— Мы обречены, — обронил кто-то. — Боги нас покинули, Генерал погиб, а Заступник так и не появился.

— Как ты можешь говорить, что Заступника нет? — прогремел Маллед. — С нами Лорд Дузон! Вперед! За мной!

Краем глаза Лорд заметил, как у Оннела отвисла челюсть. Будучи не в силах скрыть своего изумления, он переводил взгляд с Малледа на Дузона и наоборот.

Дузон же совершенно не удивился и даже остался доволен. Он теперь окончательно убедился, что кузнец вполне искренне не желает, чтобы его считали Заступником. Маллед не сказал в открытую, что Лорд Дузон является Богоизбранным Заступником, он просто указал на присутствие в рядах войска Дузона, который претендует на роль человека, отмеченного богами.

— Вперед! — приказал Лорд, вскидывая меч.

Люди постепенно зашевелились.

Как только начался ремонт поврежденных плотов, Дузон поспешил к Новым Магам в отведенный для них уголок. Маги о чем-то совещались между собой.

— Вы готовы? — спросил Лорд Дузон.

— Мы сделаем все что в наших силах, — мрачно ответил Врей Буррей. Махнув рукой в сторону вражеского лагеря, он сказал:

— А вот этого мы не ожидали.

— Не ожидали?.. — обернулся Дузон.

До его сознания не сразу дошло, что небо светлеет медленнее, чем обычно, но сейчас он увидел: солнце светит тускло, хотя рассвет уже давно миновал.

Причина этой природной аномалии была очевидна. В стане противника поднимались густые клубы дыма, заполняя все небо и превращая солнце в тусклую медную монету. Кроме того, какая-то крошечная луна, учинив частичное затмение, надкусила край дневного светила. Но все же основной причиной полутьмы было не солнечное затмение, а пожар на восточном берегу.

Света, проникающего сквозь дым, было вполне достаточно, чтобы обездвижить Бредущих в нощи, но его не хватало для того, чтобы волшебные кристаллы Новых Магов заработали в полную силу.

— Что они делают? — спросил Дузон, ни к кому лично не обращаясь.

— Жгут свой лагерь, — ответил Тебас Тудан. — Они ещё на рассвете подожгли факелами шатры и палатки. Теперь уже пылают трава и пшеница.

И действительно, весь левый берег реки превратился в сплошную полосу огня, выбрасывающую в небо столбы густого клубящегося дыма.

— Чтобы спастись от пламени, все живые мятежники, так же как и мертвяки, собрались на участке голой земли рядом с ямой, которую там недавно выкопали, — сказал Тебас Тудан. — А некоторые даже спустились под землю, — добавил он.

— Но почему они это сделали? — спросил Лорд.

Ответа не последовало, но Дузон и без того знал подоплеку такой акции противника. Пришел конец бесконечной войне на истощение. Ребири Назакри и его Бредущие в нощи в лагере больше не останутся.

Дым с противоположного берега резко снижал возможности Новых Магов. До сей поры они под руководством Врея Буррея могли нейтрализовать черную магию Ребири Назакри. Теперь колдун воспользовался дымовой завесой. И возможно, нескольких часов затемнения будет достаточно, чтобы Ребири Назакри на какое-то время получил решающее преимущество.

Дузон по-прежнему оставался в неведении — что задумал черный маг? Но он не сомневался — олнамец готовит зловещий сюрприз. Маллед прав, триада Баэла должна положить конец противостоянию — кто-то неизбежно будет сокрушен.

Тем более необходимо нанести удар немедленно — пока Шешар управляет солнцем и ещё остается двенадцать часов светового дня.

— Делайте все что в ваших силах, — велел Дузон. — Приступайте сразу, как только появится возможность. Постройте этот проклятый мост!

— Мы постараемся. — Врей Буррей поднял магический прибор и с нескрываемым скепсисом взглянул на слабо светящиеся кристаллы.

— В таком случае — вперед! — воскликнул Дузон. Он хлопнул мага по руке и отправился к войскам, чтобы готовить нападение.

Спустя час он снова вернулся к магам, но лишь для того, чтобы узнать: ни один из них не приступил к делу, и ни единая панель ещё не спущена на воду.

— Что происходит? — вопросил он. — Почему не приступили к наведению моста?

— Дым! — истошно заорал Врей Буррей. — Нам не хватает света!

— Ясно, в таком случае делайте все возможное, только не сидите сложа руки! Я могу выделить людей для переноски щитов, если это ускорит работу.

— Да, это поможет.

— Тогда за дело! — Дузон повернулся на каблуках и выскочил из палатки магов.

Многие солдаты пытались урвать жалкие крупицы сна. Иные что-то обсуждали, собравшись небольшими группами; взоры их были обращены на зловещие клубы дыма, все ещё поднимавшиеся на противоположном берегу.

— Вот ты, — указал Лорд на одного из бездельников, — живо поднимайся и ступай вон туда на помощь. — Дузон ткнул через плечо большим пальцем в сторону палатки магов.

Солдат не знал, как поступить, но тут Маллед, оказавшийся в компании отдыхающих, сказал:

— Пошли поможем.

Он направился к магам, и солдат неохотно побрел вслед за ним.

— Остальные тоже! — приказал Дузон.

Он зашагал дальше по лагерю, на ходу проклиная свалившиеся на его голову препятствия.

Наконец, когда солнце уже стояло почти над головой, а дым рассеялся, плоты разложили вдоль берега и готовили к спуску на воду. Из палатки, сверкая ожившими кристаллами, появились Новые Маги и тут же принялись за дело.

Работа шла крайне медленно. Солнце миновало зенит и уже неторопливо поползло к западу.

На противоположном берегу Гребигуаты пожары прекратились, и Дузон с облегчением вздохнул. Теперь нежити не восстанут из небытия раньше времени. Небо на востоке постепенно прояснялось.

Но в западной части небосвода начали появляться облака, что было не менее скверно, чем дым на востоке.

На противоположном берегу среди выжженного пространства, бывшего прежде лагерем противника, ровными рядами лежали безжизненные тела Бредущих в нощи — пламя их совершенно не коснулось. Живая стража бродила между рядами и вдоль берега реки, наблюдая за приготовлениями Имперского войска. Самая большая группа людей поблизости от ямы была, по мнению Дузона, штабом Назакри во главе с самим колдуном.

Дузону мучительно хотелось ударить прямо по этой группе, но Новые Маги были заняты наведением моста, а кроме них добраться до мятежников никто не мог.

К тому же следовало учитывать, что любое нападение будет отражено черной магией олнамца. Новые Маги в течение двух сезонов не раз пытались прикончить Назакри, но тот без особого труда отбивал все атаки.

Среди толпившихся у ямы людей горела какая-то красная точка. Вне сомнения, это светилась черная магия Назакри. Но Дузон лично в действии её никогда не видел и не имел представления о её возможностях.

Один из Новых Магов, парящий над строящимся мостом, вдруг сделал разворот и полетел прямо на Назакри, выставив перед собой сверкающий кристалл. Навстречу ему снизу взлетел сгусток темно-красного, окруженного черным дымом свечения. Золотой свет солнца столкнулся со зловещим багровым пятном, смешался с ним и через пару секунд погас. Новый Маг рухнул с небес в воду, подняв тучу брызг.

Все работы по наведению моста остановились, так как Новые Маги бросились на помощь коллеге. Дузону ничего не оставалось, как только пробормотать очередное проклятие. Он понял, Ребири Назакри сможет запросто уничтожить мост, если Новые Маги не будут его охранять. В предыдущих схватках усилий команды Врея Буррея было достаточно для противодействия черной магии Назакри, однако теперь дым и затраты энергии на сооружение моста существенно снизили возможности адептов Новой Магии.

Армия должна будет переправляться через реку с максимальной скоростью, пока Новая Магия ещё действует. Если авангард лишится поддержки магических сил солнца, то Ребири Назакри окажется для Империи опаснее, чем все прочие мятежники, вместе взятые.

Но выбора так или иначе не было. Бунтовщики должны подвергнуться уничтожению до того, как…

До того, как наступит триада Баэла, что бы это ни означало.

Живые солдаты мятежного войска начинали строиться в ряды. Люди, окружавшие военачальника, спустились к реке, чтобы возглавить свои отряды.

— Маллед! — позвал Дузон. — Оннел!

Глава пятьдесят пятая

Имперская Армия в конце концов начала свой марш. Принц Гранзер, улучив момент, ускользнул от ложа Императрицы, чтобы подняться на башню и посмотреть, как бесконечные красно-золотые потоки изливаются из ворот лагеря в Агабдале и, обходя Зейдабар с севера, направляются к Гогрорскому тракту.

Согласно приказу Гранзера во главе Имперского войска стоял Лорд Кадан.

Гранзер представил, какой яростью воспылает Принц Граубрис, услышав об этом. Граубрис в ожидании неизбежного постоянно торчал в спальне у смертного одра матушки и не заметил, как Лорд Кадан покинул Императорский Дворец. Отсутствие одного из шестнадцати Советников вполне может остаться незамеченным, тем более что Советники и члены их семей постоянно перемещались туда и сюда. Было бы нелепо ожидать от них неусыпного бдения у постели умирающей Императрицы.

Лишь Граубрис — самый преданный из сыновей — не отходил от материнского ложа, а другие не отходили от Граубриса, ловя каждое его произволение или признаки нетерпеливости и стараясь не пропустить в бреде его матери проявления готовности оставить своего сына Императором. Сам же Граубрис придворных в некотором роде разочаровал. Он вел себя безукоризненно — не отходил от изголовья матери и не проявлял никаких чувств, кроме печали и искренней озабоченности состоянием Императрицы.

Поскольку всеобщее внимание было сосредоточено на Императрице и Граубрисе, действия Гранзера и Кадана остались незамеченными.

Именно за это Граубрис, став Императором, может потребовать смещения Гранзера с поста Председателя или даже совсем вывести его из Совета.

Но сейчас Гранзера это совершенно не волновало. Граубрис просто законченный дурак. Все указывает на невиновность Кадана и участие Шуля в предательском заговоре. Возможно, Шуль и не является руководителем заговорщиков, но он, вне всякого сомнения, ставленник того, кто замыслил причинить вред Империи. Кадан заявил, что предпочитает смерть службе такому Императору, как Граубрис. Гранзер не готов пойти столь далеко, но подобно Кадану служить дураку не желает.

Однако, не желая видеть Граубриса Императором Граубрисом Четвертым, Гранзер изо всех сил старался быть в стороне от споров о наследовании — хотя бы ради того, чтобы не нарушать своей семейной гармонии. Принц понимал, его супруга станет никудышной Императрицей, а из двух братцев ни одному предпочтения не отдавал. Однако теперь, увидев, как все более авторитарно начинает вести себя Граубрис, он стал склоняться к идее посадить на трон Золуза. О Даризее по-прежнему не могло быть и речи, но Золуз… До сей поры он вел себя великолепно. Кроме того, у Золуза шесть здоровых детишек — или по меньшей мере пять, поскольку местонахождение Принца Багара оставалось неизвестным. Таким образом мысль об Императоре Золузе Третьем становилась для Гранзера с каждым часом все более привлекательной.

Конечно, он не осмеливался высказывать эту идею в присутствии своей супруги. Не был намерен он и оспаривать претензии Граубриса на трон. Даже никудышный Император предпочтительнее гражданской войны, особенно когда у него за спиной мятежный маг во главе армии жмуриков.

Никудышный Император… Домдар за всю свою историю такового не имел. Об этом заботились боги, хотя иногда это означало выбор какого-то неизвестного дальнего родственника в обход нескольких прямых наследников.

Как жаль, что теперь боги возложили бремя принятия решений на простых смертных.

Марширующие колонны, частично скрытые высокими строениями, уже растянулись от Агабдала до линии восточного горизонта. Гранзер проводил взглядом последний отряд, за которым закрылись ворота лагеря.

— Ваше Высочество! — послышался чей-то голос.

Удивленный, Гранзер обернулся — рядом с ним стоял Лорд Пассейл. Принц подавил желание бросить прощальный взгляд в окно. Тогда Пассейл тоже непременно бы глянул и догадался о демарше Гранзера и Кадана. Об этом никому не следовало знать, пока армию ещё можно остановить, если так решит Граубрис. Пассейл, возможно, и заслуживал доверия, но полной уверенности у Принца Гранзера не было.

— Что вам угодно, милорд? — Он переместился, чтобы закрыть Лорду вид из окна.

— Дыхание Ее Величества стало прерывистым, сердцебиение слабым и неровным, боюсь, наступают последние минуты.

— Иду, — сказал Гранзер.

Лорд Пассейл остановил Принца, коснувшись ладонью его груди.

— Одну секунду. Мне хотелось бы сказать несколько слов о наследовании.

Гранзер посмотрел на украшенные перстнями пальцы на своей груди, и Пассейл опустил руку.

— Так что насчет наследования? Мне казалось, вопрос уже решен.

— А мне кажется, не совсем, — ответил Пассейл. — Императрица выразила свое предпочтение, однако по какому праву она выбирает себе наследника? Согласно древним традициям Императорская фамилия должна обратиться к Совету, а Совет, в свою очередь, обязан испросить совета богов. Если же боги не отвечают, тогда Совет, а не Императрица должен избрать наследника.

— Не представляю, как вы могли прийти к такому решению, — медленно вымолвил Гранзер.

— Другого решения просто не существует, Ваше Высочество.

— Но что это может изменить, милорд?

— Меняется вся процедура. Совет на специальной сессии избирает Императора или Императрицу, Ваше Высочество. Пока же этот вопрос нельзя считать решенным.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33