Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Меч истины - 1

ModernLib.Net / Гудкайнд Терри / Меч истины - 1 - Чтение (стр. 25)
Автор: Гудкайнд Терри
Жанр:

 

 


      Кэлен схватила Ричарда за рукав и наклонилась к нему.
      - Не забывай, что бы они ни сказали, мы должны уйти отсюда живыми.
      Если, конечно, хотим остановить Даркена Рала. Нас двое, а их много. И меч тебе не поможет.
      Ричард не удостоил ее даже взглядом.
      - Почтенные старейшины, - начал он, четко выговаривая каждое слово. Имею честь сообщить вам, что теперь у дома духов новая крыша. Крыша, которая не течет. Мне также выпала честь научить людей вашего племени самим делать такие крыши. Теперь они смогут улучшить все постройки деревни. Я сделал это из уважения к вашему народу и не ожидаю ничего взамен. Я надеюсь, что вы довольны.
      Пока Кэлен переводила, старейшины стояли с мрачными лицами. Когда она закончила, наступила томительная тишина.
      - Мы недовольны, - отчетливо произнес Тоффалар.
      Ричард помрачнел.
      - Почему?
      - Могущество Племени Тины не уменьшится от нескольких капель дождя.
      Твоя крыша, может, и не пропускает дождь, но это потому, оно она хитрее.
      Хитрость - привилегия чужаков. Это не наш путь. Сначала ты сделаешь крыши, а потом чужаки начнут указывать нам, как делать остальное. Мы знаем, что ты хочешь. Ты хочешь, чтобы тебя признали одним из нас. Ты хочешь созвать совет. Еще один хитроумный трюк чужака, чтобы заставить нас сделать что-то на пользу себе. Ты хочешь втянуть нас в свою борьбу. Мы говорим: нет! - Он повернулся к Савидлину. - Крыша дома духов будет переделана. Она вновь станет такой, какой ее хотят видеть наши почтенные предки.
      Савидлин был вне себя, но не шевелился. Старейшина с едва заметной улыбкой на сжатых губах снова повернулся к Ричарду.
      - Теперь, когда твои трюки провалились, - сказал он с презрением, ты, вероятно, решишь покарать наш народ, Ричард-С-Характером? - Это была насмешка, нацеленная на то, чтобы лишить Ричарда доверия деревни.
      Кэлен показалось, что в этот момент Ричард опаснее, чем когда бы то ни было. Взгляд его мгновенно скользнул в сторону Птичьего Человека и снова вернулся к шестерым старейшинам. Кэлен затаила дыхание. Над толпой нависла мертвая тишина. Ричард медленно повернулся к собравшимся людям.
      - Я не причиню зла вашему народу, - спокойно сказал он. Стоило Кэлен перевести эти слова, как раздался всеобщий вздох облегчения. Когда вновь воцарилась тишина, Ричард продолжал:
      - И я буду скорбеть о том, что с ним произойдет. - Не поворачиваясь к старейшинам, он медленно поднял руку и указал на них. - Но я не буду скорбеть о вас шестерых. Я не оплакиваю дураков.
      Его слова были ядом. Толпа вскрикнула.
      Лицо Тоффалара исказилось гневом. По толпе пробежал испуганный ропот.
      Кэлен украдкой взглянула на Птичьего Человека. Казалось, тот постарел на целое столетие. В карих глазах стояли горечь и сожаление. Взгляды их на мгновение встретились. Каждый заглянул в горе другого, горе, которое, как они знали, не оставит их до конца дней. Птичий Человек опустил глаза.
      Внезапный бросок, и Ричард оказался перед старейшинами, обнажая Меч Истины. Это произошло так быстро, что все, включая старейшин, в испуге отступили на шаг и застыли на месте. На лицах шестерых отчетливо читался страх, который не давал им пошевельнуться. Толпа отхлынула. Птичий Человек не двигался. Кэлен боялась гнева Искателя, но она прекрасно понимала его.
      Она решила не вмешиваться, но сделать все, чтобы защитить Искателя. Шепот стих. В мертвой тишине раздался звон стали. Сжав зубы, Ричард указал сверкающим клинком на старейшин. Острие меча находилось в нескольких дюймах от их лиц.
      - Имейте же смелость сделать последнее для своего народа. - Голос Ричарда заставил Кэлен вздрогнуть. Она машинально переводила, не в состоянии делать ничего другого. Потом последовало невероятное. Ричард перевернул меч и, взявшись за острие, протянул старейшинам.
      - Возьмите меч, - приказал он. - Перебейте им женщин и детей. Так будет милосерднее, чем дожидаться Даркена Рала. Имейте же смелость избавить людей от предстоящих мучений. Подарите им быструю смерть. Выражение его лица заставило их сникнуть.
      Кэлен слышала, как тихонько заплакали женщины, прижимая к себе детей.
      Старейшины, все еще во власти ужаса, которого они не могли забыть, не шевелились. Наконец они не выдержали взгляда Искателя и отвели глаза.
      Когда всем стало ясно, что старейшины не осмелятся принять меч, Ричард аккуратно вложил его в ножны, словно уменьшая их шансы на спасение недвусмысленный жест, показывавший, что старейшины навеки лишились помощи Искателя. Эта окончательность пугала.
      Потом он отвел пылающий взгляд от старейшин и посмотрел на Кэлен.
      Лицо его обрело совсем иное выражение. Кэлен заглянула ему в глаза, и рыдания подступили у нее к горлу. Во взгляде Искателя стояла неизбывная боль за тех, кого он любит, но кому бессилен помочь. Толпа не сводила с него глаз. Ричард подошел к Кэлен и взял ее за руку.
      - Собираем вещи и отправляемся в путь, - тихо сказал он. - Мы потеряли много времени. Надеюсь, что все же не слишком много. - Его серые глаза наполнились слезами. - Прости меня, Кэлен… Я сделал неправильный выбор.
      - Это не ты, Ричард, это они сделали неправильный выбор. - Она разделяла чувства Ричарда к старейшинам. Для этих людей закрылась последняя дверь, надеяться больше не на что. Для Кэлен они превратились в ходячих мертвецов. Им было дано право выбора, и они сами избрали собственную судьбу.
      Когда Ричард проходил мимо Савидлина, они молча, не глядя, пожали друг другу руки. Больше никто не двинулся с места. Толпа смотрела, как два чужака быстрым шагом идут по деревне. Некоторые протягивали руки и касались Ричарда, тот отвечал безмолвным рукопожатием, не в силах встретиться с ними глазами.
      В доме Савидлина они собрали вещи и убрали в мешки плащи. Оба молчали. Кэлен почувствовала страшную пустоту. Глаза их наконец встретились, и они бросились друг другу в объятия, разделяя боль за своих новых друзей. Обоим было слишком хорошо известно, что ждет людей Племени Тины. Они рисковали только одним - временем. И проиграли.
      Разжав объятия, Кэлен собрала вещи, закинула их в мешок и затянула тесемку. Ричард вынул плащ. Кэлен смотрела, как он опустил руку в карман и стал торопливо что-то нащупывать. Он подошел к выходу, где было больше света, заглянул в мешок. Потом рука, державшая мешок, опустилась. Ричард, взволнованный, повернулся к Кэлен, на лице у него была написана тревога.
      - Нет ночного камня.
      Голос Ричарда испугал ее.
      - Может, ты его просто потерял…
      - Нет, я не вынимал его из мешка. Никогда.
      Кэлен не могла понять его тревоги.
      - Но, Ричард, камень нам уже не нужен. Мы ведь миновали проход. Я уверена, что Эди нас простит. У нас дела и заботы поважнее.
      Ричард шагнул к ней.
      - Ты не понимаешь. Мы должны его найти.
      - Но почему? - недоуменно спросила она.
      - Боюсь, камень обладает способностью пробуждать смерть. - Кэлен ошарашенно смотрела на него. - Кэлен, я думал об этом. Помнишь, как беспокоилась Эди, когда давала мне камень, как оглядывалась, пока не положила его в мешочек? А когда тени в проходе двинулись за нами, после того как я вынул камень. Ты помнишь?
      Она смотрела на него широко раскрытыми глазами.
      - Но даже если его кто-то взял, Эди ведь сказала, что камень будет слушаться только тебя.
      - Эди говорила о том, как камень будет светиться. Она ничего не сказала о пробуждении смерти. Не понимаю, почему Эди нас не предупредила.
      Кэлен отвела взгляд и задумалась. Вдруг она поняла и зажмурилась от ужаса.
      - Ричард, она нас предупредила! Она предупредила колдуньиной загадкой. Прости, я никогда об этом не думала. У колдуний это в обычае.
      Они не всегда говорят прямо, не всегда предупреждают открыто. Порой их предостережение звучит загадочно.
      Ричард повернулся к двери и выглянул наружу.
      - Не могу в это поверить. Мир вот-вот канет в небытие, а эта старуха загадывает нам загадки. - Он ударил кулаком по дверному косяку. - Она должна была нам сказать!
      - Ричард, может, у нее была на то причина, может, это был единственный способ.
      Он задумчиво смотрел на улицу.
      - Если возникнет нужда… Так она сказала. Как вода. Вода имеет ценность лишь для того, кто умирает от жажды. Тонущему от нее мало толку и большая беда. Так вот как она пыталась нас предупредить. Большая беда. Ричард вернулся, взял мешок и заглянул внутрь. - Прошлой ночью камень был.
      Что же с ним могло случиться?
      Оба одновременно подняли головы. Глаза их встретились.
      - Сиддин, - разом сказали они.
 

Глава 26

 
      Побросав мешки, оба выбежали на улицу и помчались к той площадке, где в последний раз видели Савидлина. С криками "Сиддин, Сиддин!" они неслись вперед, не разбирая дорогу. Люди шарахались в стороны. Когда Ричард и Кэлен добежали до площадки, толпа была в панике, не понимая, что творится.
      Старейшины вернулись на помост. Птичий Человек поднялся на цыпочки, пытаясь разгадать происходящее. Охотники за его спиной подняли луки.
      Кэлен увидела Савидлина, испуганного, не понимающего, зачем она зовет его сына.
      - Савидлин, - закричала Кэлен, - найди Сиддина! Скажи ему, чтобы не открывал мешочек!
      Савидлин побледнел, оглянулся в поисках сына и бросился в толпу, пытаясь отыскать мальчонку. Голова его мелькала то тут, то там среди суетящихся людей. Везелэн нигде не было видно. Ричард и Кэлен побежали в разные стороны. Толпа пришла в замешательство. У Кэлен сердце ушло в пятки. Если Сиддин открыл мешочек…
      И тут она увидела его…
      Народ отхлынул от площадки, где сидел мальчонка, не обращая ни малейшего внимания на панику. Он расположился в грязи и тряс в кулачке кожаный мешочек, пытаясь достать камень.
      - Сиддин! Нет! - повторяла Кэлен, рванувшись к нему. Но ребенок не слышал ее криков. Может, ему не удастся достать камень. Он всего лишь маленький, беззащитный мальчик. "Пожалуйста, - мысленно молила она, пусть судьба будет к нему добра!"
      Камень выпал из мешочка и плюхнулся в грязь. Сиддин улыбнулся и подобрал его. Кэлен похолодела.
      В воздухе начали сгущаться тени. Они кружились, как клочья тумана в сыром воздухе, словно озираясь по сторонам. Тени поплыли к Сиддину.
      Ричард бросился к ребенку.
      - Кэлен! Забери у него камень! Положи обратно в мешок! - успел крикнуть он.
      Меч мелькал в воздухе, рассекая тени. Ричард несся к Сиддину. Когда клинок проходил сквозь очередной призрак, тот вскрикивал в агонии и распадался на части. Услышав душераздирающие вопли, Сиддин поднял голову и замер, широко распахнув глаза. Кэлен крикнула, чтобы он убрал камень в мешочек, но мальчик не мог пошевелиться. Он слышал другие голоса. Кэлен стремительно мчалась вперед, отскакивая от наплывающих призраков.
      Рядом с ней просвистело что-то черное. У Кэлен пересохло в горле. Еще раз, теперь позади. Стрелы. Воздух наполнился стрелами: Птичий Человек приказал охотникам стрелять по теням. Стрелы летели прямо в цель, проходили сквозь тени, как сквозь клочья тумана. Кэлен знала: стоит только отравленному наконечнику задеть ее или Ричарда, как они погибнут. Теперь ей приходилось уворачиваться не только от призраков, но и от стрел. Еще одна пронеслась совсем рядом: Кэлен успела пригнуться только в последний момент. Следующая ткнулась в грязь возле ее ноги.
      Ричард подбежал к малышу, но не смог дотянуться до камня. Оставалось одно: отчаянно сражаться с надвигавшимися призраками. Он не мог остановиться, не мог подобрать камень.
      Кэлен была слишком далеко: она не могла бежать напрямик, рассекая перед собой тени. Кэлен знала, что прикосновение тени означает смерть.
      Призраки заполнили все пространство. Вокруг нее был один серый лабиринт.
      Ричарду удалось расчистить круг над Сиддином, но с каждой секундой круг становился все уже и уже. Искатель отчаянно размахивал мечом, крепко сжимая обеими руками рукоять. Остановись он хотя бы на миг, и кольцо сомкнется. Теням не было числа.
      Кэлен не могла пробиться вперед. Повсюду кружили черные тени, летели отравленные стрелы. Каждый раз, когда перед ней появлялся просвет, очередная стрела вынуждала ее отскакивать в сторону. Кэлен знала, что Ричарду долго не продержаться. Как он ни бился, круг становился все меньше и меньше. Их единственная надежда - Кэлен, но она была еще слишком далеко.
      Мимо Кэлен просвистела еще одна стрела. Оперение задело волосы девушки.
      - Прекрати! - гневно крикнула она Птичьему Человеку. - Пусть не стреляют! Вы убьете нас!
      Птичий Человек в растерянности внял ее словам и неохотно подал знак лучникам. Те тотчас вытащили ножи и ринулись к призракам. У них не было ни малейшего представления, что это такое. Всем грозила гибель.
      - Нет! - закричала Кэлен, потрясая кулаками. - Если вы дотронетесь до них, вы умрете! Назад!
      Птичий Человек поднял руку, останавливая своих людей. Кэлен знала, каково ему сейчас. Как он беспомощен. Птичий Человек молча смотрел, как Кэлен, ускользая от надвигающихся теней, медленно пробирается к Сиддину и Ричарду.
      Внезапно она услышала другой голос. Это кричал Тоффалар:
      - Остановите чужаков! Они сражаются с духами наших предков! Стреляйте в них! Стреляйте в чужаков!
      Неуверенно переглянувшись, охотники потянулись за стрелами. Они не могли ослушаться старейшину.
      - Стреляйте! - вопил тот, потрясая кулаками. Лицо старика покрылось пятнами. - Вы слышите меня! Стреляйте в них!
      Охотники подняли луки. Кэлен пригнулась, готовая метнуться в сторону.
      Птичий Человек выступил вперед и, подняв руку, отменил приказ. Между ним и Тоффаларом началась перепалка, но Кэлен не слышала слов. Не теряя ни секунды, она шагнула вперед, проскользнув под вытянутыми руками проплывающих призраков.
      Краем глаза Кэлен заметила Тоффалара. В руке у него был зажат нож.
      Старик бежал к ней. Кэлен отвернулась в сторону. Рано или поздно он наткнется на тень и погибнет. Тоффалар то и дело останавливался, вознося молитвы теням, но Кэлен не различала слов. Когда она взглянула на Тоффалара еще раз, тот уже одолел большую часть пути. Как ни странно, он еще не наткнулся на призрака. Перед ним непонятным образом раскрывался проход. Позабыв обо всем, старик несся сломя голову. Лицо его было искажено гневом. И все же Кэлен не верила, что он до нее доберется: вот-вот Тоффалар коснется тени и простится с жизнью.
      Кэлен преодолела пустое пространство и тут обнаружила, что от Ричарда и Сиддина ее отделяет непроходимое кольцо теней. И никакого просвета.
      Кэлен метнулась вправо, потом влево в тщетной надежде отыскать малейшую щель. Она была так близко, и в то же время так далеко. Тени начали окружать Кэлен. Несколько раз ей едва удалось увернуться в самый последний момент. Ричард тревожно озирался по сторонам, пытаясь разглядеть, где Кэлен. Несколько раз он пытался пробиться к ней, но безуспешно: стоило ему чуть отойти, как призраки устремлялись к Сиддину.
      Вдруг Кэлен увидела, как мелькнул в воздухе стальной клинок.
      Тоффалар. Он что-то кричал вне себя от злости, но Кэлен не различала слов.
      Она увидела нож и все поняла. Тоффалар хочет убить ее. Кэлен увернулась от удара. Теперь ее очередь.
      И тут она совершила ошибку.
      Исповедница уже собралась коснуться Тоффалара, но в последний момент заметила устремленный на нее взгляд Ричарда. Кэлен остановилась при мысли о том, что он увидит всю силу ее могущества. Она упустила время. Ричард закричал, предупреждая ее об опасности, и отвернулся, отражая атаки призраков.
      Нож Тоффалара вонзился Кэлен в правую руку и отскочил от кости. Боль и ужас пробудили в ней ярость. Негодование на себя, на свою глупость.
      Теперь она не стала медлить. Левой рукой Кэлен схватила Тоффалара за глотку и почувствовала, как от ее хватки у старика пресеклось дыхание. Ей достаточно было только дотронуться. Вцепиться врагу в горло ее заставила ярость.
      Несмотря на крики и вопли ужаса, доносившиеся из толпы, несмотря на леденящие душу завывания призраков у Кэлен в голове неожиданно прояснилось. Она обрела спокойствие. Ледяное спокойствие и внутреннюю тишину. Тишину того, что она готовилась сделать.
      В это мгновение, показавшееся Кэлен вечностью, она увидела в глазах Тоффалара страх, осознание своей судьбы. Она прочла в глазах старика возмущение, неприятие такого конца. Его мышцы напряглись, руки медленно, мучительно медленно стали подниматься к горлу.
      Но у Тоффалара уже не было шансов. Теперь хозяйкой положения стала Кэлен. Время принадлежало ей. И старейшина уже принадлежал ей. Кэлен не испытывала ни жалости, ни раскаяния. Она была спокойна.
      Как бессчетное количество раз, вооруженная спокойствием Мать-Исповедница освободила свою силу. И сила обрушилась на Тоффалара.
      Беззвучный гром сотряс воздух. Вода в лужах задрожала, во все стороны полетели грязные капли. В глазах Тоффалара зажглось безумие, по лицу пробежала судорога. Челюсть безвольно упала.
      - Госпожа, - с благоговением прошептал он.
      Ярость исказила спокойное лицо Исповедницы Кэлен. Она швырнула Тоффалара назад, в кольцо теней, окружавших Ричарда и Сиддина. Нелепо взмахнув руками, старик повалился на призраков, страшно закричал и рухнул в грязь. Его тело пробило в кольце призраков едва заметную брешь. Кэлен без колебаний бросилась вперед и успела проскочить между призраками, пока их хоровод вновь не сомкнулся.
      Она подбежала к Сиддину.
      - Скорее! - крикнул Ричард.
      Сиддин не видел ее. Лицо его было обращено к теням, рот открыт. Кэлен пыталась вырвать камень из маленького кулачка, но пальцы ребенка свела судорога. Тогда она выхватила из другой руки Сиддина мешочек. Держа левой рукой мешочек и запястье мальчика, правой она начала разжимать по одному маленькие пальчики, впившиеся в камень. Кэлен умоляла Сиддина отпустить камень, но тот ничего не слышал. Кровь текла по ладони, смешивалась с дождем, и пальцы становились скользкими.
      К ее лицу потянулась призрачная рука. Кэлен отпрянула. Перед ее носом мелькнул меч, отсекая протянутую руку. Вопль призрака слился со стонами других. Сиддин застывшим взглядом смотрел на тени, мышцы его окоченели.
      Ричард стоял над Кэлен и Сиддином, размахивая мечом, отмахиваясь от призраков. Отступать было некуда. Казалось, во всем мире остались только трое. Пальцы Сиддина никак не хотели разжиматься. Стиснув зубы. Кэлен с усилием, причинившим ей нестерпимую боль, вырвала ночной камень.
      Перепачканный кровью и грязью камень выскользнул у нее из пальцев и плюхнулся в лужу возле колена. Кэлен мгновенно накрыла его рукой, схватила вместе с пригоршней грязи, кинула в мешочек и рывком затянула тесемку.
      Задыхаясь, она огляделась.
      Тени остановились. Кэлен слышала, как тяжело дышит Ричард, неустанно сражающийся с призраками. Медленно, очень медленно тени двинулись назад, будто сбитые с толку. Потом они стали растворяться в воздухе, возвращаясь в подземный мир, из которого пришли. Мгновение - и тени исчезли. Тело Тоффалара валялось в грязи. Вокруг была пустота.
      По лицу Кэлен стекали капли дождя. Она взяла Сиддина на руки и крепко прижала к себе. Ребенок заплакал. Ричард в изнеможении закрыл глаза, опустил голову и упал на колени. Он тяжело и прерывисто дышал.
      - Кэлен, - прошептал Сиддин, - они звали меня.
      - Я знаю, - шепнула она на ухо мальчику и поцеловала его. - Все позади. Ты смелый. Настоящий охотник.
      Сиддин обнял Кэлен, и она вновь прижала его к груди. Ее бил озноб.
      Они с Ричардом чуть не лишились жизни, спасая этого ребенка. Не говорила ли она, что именно этого должен избегать Искатель? И все же оба, не задумываясь, пошли на риск. Они не могли иначе. И прижавшийся к ней Сиддин был лучшей наградой за их поступок. Ричард все еще держал обеими руками меч. Конец клинка погрузился в грязь. Кэлен наклонилась и положила руку ему на плечо.
      Ричард вздрогнул от неожиданности, меч метнулся в сторону Кэлен, остановившись в нескольких дюймах от ее лица. Кэлен подпрыгнула. Глаза Ричарда пылали гневом.
      - Ричард, - с изумлением проговорила она, - это я. Все кончено. Я не хотела пугать тебя.
      Он расслабился и повалился в грязь.
      - Прости, - с трудом выдавил он, не в силах перевести дыхание. Когда ты до меня дотронулась… Кажется, я решил, что это тень.
      Внезапно их окружили чьи-то ноги. Кэлен подняла голову. Птичий Человек. Савидлин. Везелэн. Везелэн громко всхлипывала. Кэлен встала и протянула ей сына. Та передала малыша мужу и обняла Кэлен, покрывая ее поцелуями.
      - Спасибо, Мать-Исповедница, спасибо, что спасла моего мальчика, повторяла она. - Спасибо, Кэлен, спасибо.
      - Знаю, знаю, - ответила Кэлен, - теперь все позади.
      Везелэн обернулась и, плача, взяла на руки Сиддина. Кэлен посмотрела на Тоффалара. Старик был мертв. Она в изнеможении опустилась прямо в грязь и обхватила руками колени.
      Кэлен опустила голову и, забывшись, зашлась в рыданиях. Не из-за того, что она убила Тоффалара. Из-за того, что помедлила. Это чуть не стоило ей жизни. Чуть не стоило жизни Ричарду и Сиддину. Чуть не стоило жизни всем. Она почти что принесла Ралу победу. А все потому, что не хотела, чтобы Ричард это видел. Это была самая большая глупость, которую ей когда-либо доводилось совершать. Конечно, не считая того, что она до сих пор не открыла Ричарду правду. Досадуя на себя, Кэлен продолжала коротко всхлипывать.
      Чья-то ладонь коснулась ее левой руки и заставила подняться. Птичий Человек. Кэлен закусила трясущиеся губы, стараясь сдержать рыдания. Она не могла позволить, чтобы эти люди стали свидетелями ее слабости. Она Исповедница.
      - Отлично сработано, Мать-Исповедница, - сказал Птичий Человек, принимая из рук охотника лоскут ткани. Птичий Человек занялся ее раной.
      Кэлен подняла голову.
      - Благодарю тебя, почтенный старейшина.
      - Порез придется зашить. Этим займется лучшая целительница деревни.
      Кэлен стояла в оцепенении. Птичий Человек продолжал работу. От его усилий по руке пробегали вспышки боли. Он посмотрел вниз, на Ричарда, который, казалось, был счастлив просто лежать в грязи, будто это самая мягкая постель на свете.
      Птичий Человек поднял бровь и обратился к Кэлен, кивая в сторону Ричарда:
      - Твои слова о том, что не следует давать Искателю повод обнажить меч, оказались верны, как стрела, пущенная лучшим лучником. - Что-то мелькнуло в его проницательных глазах, уголки губ приподнялись в улыбке.
      Он опустил взгляд на Искателя. - Ты отлично себя показал, Ричард-С-Характером. Хорошо еще, что злые духи не привыкли носить мечи.
      - Что он сказал? - спросил Ричард.
      Кэлен перевела. Поднимаясь на ноги, он слабо улыбнулся их маленькой шутке и убрал меч в ножны. Затем протянул руку и взял у нее мешочек. Кэлен и не заметила, что продолжает судорожно его сжимать. Ричард положил камень в карман.
      - Лучше нам никогда не встречать духов с мечами.
      Птичий Человек кивнул.
      - А теперь у нас есть дело.
      Он наклонился и схватил шкуру койота, покрывавшую плечи Тоффалара.
      Как только Птичий Человек сорвал знак власти, тело покатилось в грязь.
      Седой вождь повернулся к охотникам.
      - Похороните тело, - глаза его сузились, - все тело.
      Люди неуверенно переглянулись.
      - Старейшина, ты хочешь сказать, все, кроме черепа?
      - Я сказал то, что хотел сказать. Все тело! Мы храним только черепа почтенных старейшин, чтобы они напоминали нам о мудрости. Мы не храним черепа дураков.
      По толпе пробежал ропот волнения. Это было самое позорное, что можно сделать со старейшиной. Самое страшное бесчестье. Это означало, что жизнь его прошла впустую. Люди кивнули. Никто не стал на защиту мертвого старейшины. Даже те пятеро, что стояли неподалеку.
      - Нам не хватает старейшины, - объявил Птичий Человек. Он повернулся, медленно обводя взглядом охотников, потом выпрямился и набросил шкуру койота на грудь Савидлина. - Я избираю тебя.
      Савидлин с почтением, как если бы это был золотой венец, коснулся грязной шкуры. Почтением, достойным золотого венца. По лицу его скользнула гордая улыбка, и он кивнул Птичьему Человеку.
      - Хочешь ли ты сказать что-нибудь нашему народу, новый старейшина? Это был не вопрос, а скорее приказание.
      Савидлин шагнул вперед и, оказавшись между Ричардом и Кэлен, повернулся к толпе. Он накинул шкуру на плечи, с гордостью посмотрел на Везелэн и обратился к собравшимся. Кэлен оглянулась и поняла, что сюда сбежалась вся деревня.
      - О достойнейший из нас, - обратился он к Птичьему Человеку, - эти люди самоотверженно действовали на благо нашего народа. За всю мою жизнь мне не приходилось видеть ничего подобного. Когда мы в ослеплении повернулись к ним спиной, они могли бросить нас на произвол судьбы. Вместо этого они показали нам, какие они люди. Они равны лучшим из нас. - Почти все в толпе закивали. - Я требую, чтобы ты принял их в Племя Тины.
      Птичий Человек слегка улыбнулся, но когда он повернулся к пятерым старейшинам, улыбка исчезла. Он умело скрывал свои чувства, но Кэлен успела заметить в карих глазах отблеск недавнего гнева.
      - Выйдите вперед. - Старейшины косо переглянулись, но повиновались. Требование Савидлина необычно. Оно должно быть принято единогласно. Хотите ли вы поддержать его?
      Савидлин направился к лучникам и выхватил у одного из них оружие.
      Плавным движением он наложил стрелу и, сощурясь, посмотрел в сторону старейшин. Затем натянул тетиву и шагнул к смущенной пятерке.
      - Подтвердите требование. Или у нас будут новые старейшины, которые это сделают.
      Старейшины стояли, мрачно глядя в лицо Савидлина. Птичий Человек не пытался вмешаться. Наступила тишина. Толпа застыла, как завороженная.
      Наконец Калдус сделал шаг вперед. Он взялся за лук Савидлина и мягко пригнул его к земле.
      - Пожалуйста, Савидлин, позволь нам говорить по велению сердца, а не под угрозой оружия.
      - Что ж, говори.
      Калдус приблизился к Ричарду и посмотрел ему в глаза.
      - Самое сложное для мужчины, особенно если он уже старик, - тихо заговорил он, давая Кэлен время перевести его слова, - это признать собственную глупость. Вы будете для наших детей лучшим образцом людей Племени Тины. Лучшими, чем я. Я требую у Птичьего Человека, чтобы вас приняли в Племя Тины. Прошу вас, Ричард-С-Характером и Мать Исповедница.
      Вы нужны нашему народу. - Он протянул к ним открытые ладони. - И если вы считаете меня недостойным, убейте и выберите того, кто вправе требовать этого.
      Опустив голову, он рухнул перед Ричардом и Кэлен на колени. Кэлен переводила слово в слово, опустив только свой титул. Оставшиеся старейшины подошли и опустились на колени рядом с Калдусом, искренне подтверждая его слова. Кэлен облегченно вздохнула. Наконец они добились того, что хотели.
      Того, что им было нужно.
      Ричард стоял над пятью стариками, скрестив руки на груди и опустив глаза. Он молчал. Кэлен не понимала, почему он не скажет, что все в порядке, не поднимет их на ноги? Никто не шевелился. Что он делает? Чего же он ждет? Все позади. Почему он не принимает их раскаяние?
      Кэлен заметила, как напрягся его подбородок. Она похолодела. Ярость.
      Эти люди встали у него на пути. У нее на пути. Она вспомнила, как Ричард убрал меч в ножны, когда еще сегодня стоял перед ними. Это был конец, и Ричард действительно покончил с ними. Теперь он не просто думал. Он думал о возмездии.
      Ричард опустил правую руку на рукоять меча. Клинок медленно и плавно вышел из ножен. Как в последний раз, когда Ричард убрал меч перед старейшинами, воздух наполнился чистым металлическим звоном. От этого звука у Кэлен по спине пробежали мурашки. Она видела, как вздымается грудь Ричарда.
      Кэлен бросила взгляд на Птичьего Человека. Тот не шевелился. Ричард не знал того, что по законам Племени Тины эти люди принадлежали ему. И что он вправе убить их, если пожелает. Это предложение было не просто словами.
      Савидлин тоже не шутил: он убил бы их. В мгновение ока. Сила для людей Племени Тины означала способность убить соперника. В глазах деревни старейшины были уже мертвы, и только Ричард мог возвратить им их жизни.
      Закон непреклонен. Искатель - сам себе закон, он отвечает только перед собой. И не было никого, кто смог бы помешать ему.
      Ричард занес Меч Истины над головами старейшин. Костяшки пальцев побелели от напряжения. Кэлен почувствовала, как в нем закипают гнев, страсть, бешенство. Казалось, все это происходит во сне - во сне, в который она не может вмешаться.
      Кэлен вспомнила тех, кого знала. Тех, кто уже умер. Они были неповинны ни в чем. Они пытались остановить Даркена Рала. Денни, все Исповедницы, волшебники, Мерцающая в ночи, а может быть, еще и Зедд, и Чейз.
      Она поняла.
      Ричард не решал, может ли он убить их или нет. Он решал, может ли он рискнуть и сохранить им жизнь. Может ли он положиться на них в своем поединке с Даркеном Ралом?
      Может ли доверить им свою жизнь? Или он должен собрать новый совет старейшин, который действительно будет способствовать его успеху?
      Если он не до конца уверен в том, что эти люди правильно укажут, где сокрыта шкатулка, он должен убить их и выбрать тех, которые будут на его стороне. Остановить Рала. Прежде всего - остановить Рала. Этих людей надо лишить жизни, если существует хоть малейший шанс, что они поставят под угрозу успех дела. Кэлен знала, что Ричард поступает правильно. Она сделала бы то же самое. Искатель должен сделать это.
      Она смотрела на Ричарда, возвышавшегося над старейшинами. Дождь прекратился. По его лицу бежали ручейки пота. Кэлен вспомнила о той боли, которую ему пришлось испытать, когда он убил последнего из квода. Она почувствовала, как в нем нарастает гнев, и понадеялась, что сила гнева защитит его на сей раз.
      Кэлен понимала, чего боится Искатель. Это не игра. Он уже принял решение. Теперь он погрузился в себя, погрузился в магию. Если бы кто-то попытался его остановить, Ричард убил бы этого человека.
      Клинок застыл в воздухе. Ричард запрокинул голову и закрыл глаза. Его била дрожь. Пятеро старейшин неподвижно стояли перед Искателем на коленях.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56