Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Легенда (№1) - Легенда

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Деверо Джуд / Легенда - Чтение (стр. 5)
Автор: Деверо Джуд
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Легенда

 

 


Глава 6

Городок Ледженд оказался совершенно не таким, как она ожидала. С цинизмом женщины двадцатого века она предполагала, что встретит здесь бесконечные салуны и грязь. Ребенком она верила в красивые киношные декорации, которые изображали прелестные крохотные домики с белыми оградами, но повзрослев, поняла, что женщины из этих ковбойских шоу проводили по три часа перед зеркалами, причесываясь и гримируясь, а улицы ежедневно вылизывались бригадой уборщиков.

Однако теперь, когда они вместе с Коулом въехали верхом на лошади в этот городок, ей пришлось изменить свое мнение. Потому что Ледженд выглядел так, словно это творение самого Уолта Диснея. Он был чистенький и опрятный, а все люди оказались прекрасно одеты и приветливо им улыбались.

Они проехали по улице, которую Коул назвал Дорогой Вечности, потом повернули налево вниз по широкой ухоженной дороге — авеню Кендала. Проехали мимо чистых, аккуратных магазинчиков, гостиницы, оптового склада, конюшни и большого кафе-мороженого, очень похожего на то, что было в фильме с Джуди Гарланд. Она увидела только , один салун, да и тот был похож на заведение, куда спокойно можно зайти с детьми даже в пятницу вечером. Между домами оставалось довольно обширное пространство, причем некоторые полянки смотрелись весьма живописно.

Еще больше ее удивило то, что она не заметила даже признаков оружия. Горожане не ходили по улице с ружьями в руках. В общем, все выглядело очень опрятно, благопристойно и совершенно мирно. Может, из-за рассказа Коула о гибели его семьи она ожидала, что Ледженд окажется, скажем, немного опаснее.

— Ну и Дикий Запад, — пробормотала она, вспомнив, что слышала, будто такой его образ — не более чем миф. Если так, Ледженд оказался прекрасным доказательством правдивости легенды.

— Где вас оставить? — спросил Коул.

— Где угодно, где потребуется повар, — ответила она.

Когда Коул и Кэди проезжали мимо, люди бросали свои дела и смотрели на них. Интересно, — что именно привлекало их: ослепительная белизна ее платья или то, то мужчина и женщина сидели так близко друг к другу у всех на виду? Этого Кэди понять не могла. Если судить об этом городе по первому впечатлению, единственный известный здесь грех — после девяти вечера не оказаться в своей постельке.

— Как насчет «Палас-отеля»? — спросил Коул.

Кэди с досадой обнаружила, что его слова вызвали у нее чувство паники. Она останется одна! Одна в странном городе, в каком-то странном времени. Как она, абсолютно ничего не понимая в происходящем, собиралась справиться со всем этим? В какое-то мгновение Кэди была готова броситься Коулу на шею и умолять не оставлять ее одну.

"Будь сильной, Кэди», — сказала себе девушка.

— Это будет прекрасно, — вымолвила она, делая глубокий вдох, чтобы заставить собственный голос не дрожать. Он остановился перед гладкоструганными стенами двухэтажного отеля — самой большой, должно быть, постройки в городе. Так же как все прочие домики, этот был очень чистеньким и аккуратным, с кружевными занавесочками на окнах.

Спрыгнув с седла, Коул предложил Кэди руку, потом внимательно посмотрел на нее сверху вниз.

— Вы уверены, что не передумаете? Я мог бы о вас позаботиться.

Мгновение Кэди колебалась, но она была слишком самостоятельной и рассудительной, чтобы отдаваться душевным порывам. Она всегда сама о себе заботилась, так почему же сейчас, в тридцать лет, попадать в зависимость от какого-то мужчины?

— Я уверена. — Кэди развернула плечи и протянула ему руку. — Благодарю, мистер Джордан, за все, что вы для меня сделали, и очень ценю вашу заботу.

Коул взял протянутую ему руку и торжественно ее пожал. Лицо его было мрачно.

— Я никогда ничего подобного не делал. Вы женщина, находящаяся под моим покровительством, и я не могу вот так запросто оставить вас без защиты. А что, если вы не найдете работы?

Кэди самоуверенно улыбнулась. Она не минуты не сомневалась, что единственное, что ей необходимо сделать, — это что-нибудь приготовить, и ее немедленно наймут.

— Разве вы не говорили, что здесь много приисков? Значит, должно быть полно одиноких мужчин, и кто-то из них обязательно захочет нанять повариху. А теперь, пожалуйста, уходите, — сказала она, чувствуя, как постепенно возрастает ее уверенность. Ну разве она может не получить работы?

— Ладно, — безразлично бросил он. — Но я хочу попросить вас об одном одолжении. Она осторожно поинтересовалась:

— О каком?

— Завтра в два часа мы встретимся на площади перед церковью., Она вон там, в самом конце дороги, ее невозможно не заметить. Я хочу, чтобы вы появились там завтра и сказали мне, что у вас все в порядке, тогда я буду спокоен. Договорились?

Кэди улыбнулась.

— Прекрасно, договорились! Я буду там ровно в два и расскажу вам о моей новой замечательной работе. А может, мне даже удастся найти кого-нибудь, кто знает, где находятся наскальные рисунки.

— Хорошая мысль, — улыбнулся в ответ Коул. — Здесь есть несколько старых старателей, которые знают эти горы вдоль и поперек. Может, они вспомнят, где есть такое место. — Все еще не выпуская ее ладонь, он сжал ее. — Ладно, будьте умницей. Желаю вам самых больших успехов!

Легко прикоснувшись пальцами к полям своей шляпы, он повернулся и пошел вниз по чисто выметенной дорожке.

Трудно описать, насколько одинокой ощутила вдруг себя Кэди, увидев удаляющегося Коула Джордана. Она была знакома с ним всего один день, но он был единственным человеком, которого она знала в этом городе. «Единственным, кого я знаю в этом веке», — прошептала она, заметив, что он задержался рядом с группой мальчишек. Они играли в шарики на земле, и Коул прервал их развлечение, вытащив что-то из кармана и вручив это ребятне. Кэди знала, что имеется у него в карманах, поэтому была уверена, что он не мог угостить их конфетами. Что же он им дал?

"Деньги», — решила она, заметив, как мальчишки внимательно посмотрели на свои ладошки, потом вскочили и бросились в направлении кафе-мороженого, которое, как она уже знала, находилось за углом.

— Хорист, — пробормотала она себе под нос, потом перекинула шлейф платья через руку и вошла в отель. Наверное, ей следовало попросить Коула купить ей новое платье, подумала Кэди. Но нет, лучше ничем не быть ему обязанной при расставании.

Внутри отель оказался именно таким, каким она его себе представляла — многолюдным, заполненным хорошо одетыми мужчинами и женщинами, невозмутимо прохаживающимися под ручку туда-обратно. В вестибюле за дверью она увидела мебель под чехлами с подушками, набитыми конским волосом, и толстый персидский ковер на полу. Слева находилась высокая стойка с многочисленными ячейками для ключей и почты, где примостился высокий молодой человек приятной наружности. Он что-то записывал в толстенной книге регистрации.

Кэди с улыбкой подошла к гостиничному клерку.

— Могу я видеть управляющего? Или человека, отвечающего за прием на работу? — вежливо спросила она.

Мужчина окинул внимательным взглядом ее белое шелковое платье и удивленно вскинул бровь. Может, он решил, что ее бросили прямо у алтаря? От этой мысли Кэди почувствовала некоторое смущение. Ясно, что покупка нового платья — вопрос номер один. Может, ей удастся получить некоторый аванс в счет своей зарплаты.


"Час дня, — думала Кэди, глядя на часы, установленные на самой верхушке пожарной каланчи. — Еще целый час до встречи с Коулом». С места, где она находилась, прекрасно было видно церковь.

Что она ему скажет? Неужели ей придется на коленях умолять его купить ей что-нибудь поесть? При одной мысли о еде в желудке заурчало. Она так мало съела с тех пор, как проникла сюда сквозь скалу, что смогла утянуть корсет еще на несколько сантиметров.

Отвернувшись от пожарной каланчи, Кэди пошла в направлении церкви, но остановилась. «Не так быстро, — сказала она себе, — береги силы». Стараясь не сутулиться и сохранять горделивую осанку, она медленно шла вниз по пыльной дороге, не обращая внимания на спешащих мимо горожан.

Кэди была уверена, что теперь о ней знал уже весь город. Как высокомерно она спросила у управляющего отелем, нужен ли ему повар, лучше которого у него до сих пор не бывало! А он не менее высокомерно ответил, что вообще не желает видеть женщин у себя на кухне, чтобы они не отвлекали мужчин от дела. И не дал Кэди никакой работы.

"Далековато до равноправия», — сказала она себе, покидая отель. Первая попытка закончилась неудачей. Ну и что? К ее услугам был целый город, полный возможностей найти работу. Она обязательно что-нибудь где-нибудь найдет.

Однако когда наступил вечер, а Кэди по-прежнему не знала, где будет ночевать, она начала терять надежду на то, что кто-то наймет ее. Кэди охватило уныние. Наконец на землю спустилась холодная колорадская ночь, и она с нежностью вспомнила, как теплое тело Коула согревало ее прошлой ночью.

К закату бедняга обошла почти все магазины города. Она даже добралась до прииска «Тарика» и попыталась упросить дай ей работу там. Невозможно представить большее унижение, чем испытала Кэди, когда управляющий заявил, что мужчины передерутся из-за женщины, которая выглядит как она. Кэди даже расплакалась. На какое-то мгновение ей показалось, что он вот-вот уступит, но управляющий взглянул на другого мужчину, который отрицательно покачал головой, и остался непреклонен. Однако он благосклонно позволил ей доехать до города на одной из вагонеток, полных руды.

Подходя к вагонетке в сопровождении двух мужчин, Кэди заметила навес под деревом, где стояли крепкие столы, заставленные блюдами с едой. Судя по запаху, все было поджарено на том же масле, что использовалось для смазки колес повозок, но сейчас любая пища вызывала у Кэди слюнки.

Забыв о гордости, она попросила:

— Нельзя ли мне что-нибудь съесть?

По выражению глаз управляющего она поняла, что он готов разрешить. Но второй мужчина, его заместитель, казавшийся Кэди настоящим злым колдуном, твердо взял ее за руку и сказал, что прииск — место не для дамы. Прежде чем Кэди удалось придумать достойный ответ поязвительнее, он приподнял ее, почти забросил на широкую деревянную скамью вагонетки и приказал вознице отправляться.

Через несколько минут Кэди снова была в городе, и кучер высадил ее у складов, где серебряную руду взвешивали, прежде чем отправить вниз. Напротив оказалась прачечная, так что девушка вошла туда и поинтересовалась, не нужна ли им помощница. Отказ не слишком удивил Кэди.

Через улицу, позади кафе-мороженого, раскинулся огромный парк, где росли высокие тополя и зеленели заросшие травой полянки. В конце парка было нечто напоминающее спортивную площадку с открытыми трибунами вокруг.

К тому времени, когда она добрела до спортплощадки, спустилась ночь. Кэди дрожала. В лунном свете она видела постройку, похожую на маленькую симпатичную школу, с колоколом на крыше и фонарем перед входом. Совершенно измученная голодом и усталостью, Кэди с трудом передвигая ноги побрела к домику и обнаружила, что дверь не заперта. Возблагодарив Бога, она вошла внутрь. По сравнению с улицей, здесь было удивительно тепло. В маленькой раздевалке она обнаружила пару забытых курток, воняющих словно лошадиные попоны, бросила их на пол, улеглась на них, закуталась и заснула.

Когда Кэди проснулась на следующее утро, светило солнце, и ей понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить, где она находится. Кэди постаралась не поддаться чувству жалости к самой себе. Мама всегда говорила ей, что жалость к себе — бездонный колодец, и человек, свалившийся в него, будет падать всю оставшуюся жизнь.

Поскольку школа не оглашалась голосами детей с требованием впустить их внутрь, Кэди решила, что сегодня суббота или, может быть, воскресенье. Если уж она не знала, какой на дворе год, где ей было понять, какой там день недели!

Некоторое время Кэди ходила по школе, пытаясь отыскать что-нибудь из одежды. Может, причина того, что ей не дают работы, в ее платье, столь вызывающе белом от яркого горного солнца? Ей не позволяли даже попытаться доказать, что она способна справиться с любым делом, с горечью вспомнила Кэди.

Собираясь выйти из школы, Кэди заметила на дальней стене зеркало. Подойдя ближе и взглянув на себя, она даже взвизгнула от ужаса: и это женщина, из-за которой, по словам управляющего прииском, передерутся все мужчины?

Некогда чистые и аккуратно уложенные волосы стали грязными и спутались, словно холодные, слипшиеся макароны. Всю щеку пересекала черная полоса. «Интересно, давно это здесь?» — пробормотала Кэди, пытаясь стереть грязь.

Что касается платья, оно мало напоминало то великолепное творение портного, которое она извлекла некогда из жестяной коробки для муки. На одном плече распоролся шов, это произошло, когда она поспешно ретировалась с лесопилки. На боку юбки красовалось огромное грязное пятно — она зацепила покрытую сажей печку в офисе местной газеты. Молодой человек с карандашом, заложенным за ухо, в весьма агрессивной манере задал ей несколько вопросов, интересуясь, что она делает в городе и что за отношения связывают ее с Коулом Джорданом, где она жила прежде и знает ли что-нибудь о недавних ограблениях, зачем она ходит по городу, расспрашивая жителей, и является ли она членом какой-то банды, кто бросил ее у алтаря и действительно ли ее жених узнал о том, что она замешана в ограблениях, где они зарыли добычу и что…

Кэди выбежала из конторы так быстро, что едва не перевернула печку. Слава Богу, в ней не горел огонь, иначе она запросто могла бы сгореть сама. «Тогда мне удалось бы приготовить хотя бы что-нибудь», — пробормотала она, бредя вниз по улице.

Не больше повезло ей и на следующее утро, после холодной ночи, проведенной в школе. Она взялась обходить дом за домом. В какой-то момент ей удалось заметить жалость в добрых глазах седовласой старушки, и Кэди попросила дать ей что-нибудь поесть. На лице женщины отразилось сострадание, но в этот момент откуда ни возьмись появился ее муж, окинул Кэди взглядом и сказал: «В нашем городе не подают попрошайкам», — и захлопнул дверь прямо перед носом у Кэди.

Итак, теперь Кэди брела по направлению к церкви, чтобы встретиться с Коулом. Как же ей себя вести? Сделать вид, что все прекрасно и помощь ей не нужна? Следует ли любой ценой сохранить свою гордость?

Удивительно, куда только девается эта гордость, если в дело вступает желудок… Когда она вернется в двадцатый век, может, напишет книгу и назовет ее «Путешествие во времени: новая диета для похудения».

"Достоинство, — повторяла и повторяла Кэди, идя вдоль улицы, — необходимо сохранить собственное достоинство». Прямо за пожарной каланчей начиналась длинная дорога вверх, потом перекресток и невысокая ограда, идущая прямо по вершине холма. Кэди преодолела подъем, вышла на вершину холма, зашла за ограду. Здесь город менялся. Та его часть, которую она уже видела, была прелестна, но за оградой, казалось, начинались кущи небесные. По дорожке можно было пойти направо и налево. Церковь была слева. А справа стояла хорошенькая невысокая постройка с просторным крыльцом и высокими закругленными вверху окнами. Вывеска над дверью гласила «Библиотека города Ледженд». Справа от библиотеки земляная дорожка вела на пологий холм, и Кэди пришлось даже протереть глаза, чтобы убедиться, что ей не чудится то, что она увидела в конце дорожки. Если она не ошибалась, красивая белая постройка с куполообразной крышей не могла быть ничем иным, кроме мечети.

Кэди не сомневалась, что никогда прежде не слышала, что на Диком Западе была хотя бы одна мечеть! , С этой мыслью она повернула в сторону церкви. По обеим сторонам от прекрасно ухоженной дорожки росли цветы, двор перед церковью можно было сравнить разве что с чудесным покрывалом из блестящей травы с разбросанными повсюду голубыми цветочками. По всей вероятности, здешние серебряные прииски процветали, поскольку давали возможность содержать общественные здания в таком прекрасном состоянии.

Когда Кэди подошла к церкви, она услышала пение и улыбнулась. Может, церковные служители проявят больше сочувствия к ее положению. Может, ей удастся поговорить с пастором и он поможет ей найти работу. Почему она не подумала об этом раньше?

Кэди медленно поднялась по ступеням церкви и тяжело опустилась в тени навеса над крыльцом, приготовившись ждать Коула. Он, без сомнения, купит ей что-нибудь поесть, решила она и улыбнулась столь приятной перспективе.

Ей не пришлось ждать слишком долго, потому что всего несколько минут спустя он подъехал верхом на коне. Даже само его появление позволило Кэди облегченно вздохнуть. Он ее друг, и он обязательно ей поможет!

— Я опоздал? — взволнованно спросил Коул. — Мне казалось, мы договорились встретиться в два.

— Нет, — ответила Кэди, отчаянно желая, чтобы волосы ее были не такими грязными и на ней не болтались страшные лохмотья, которые некогда были подвенечным платьем. — Это я рано пришла.

Он неторопливо спешился, медленно поднялся по ступенькам, потом остановился в нерешительности, словно не зная, что делать.

— Я должен сейчас репетировать сольную партию для завтрашней службы. Пастор уезжает из города на пару недель, так что необходимо будет больше музыки, чтобы занять время. После того как я исполню несколько песен, они взмолятся, чтобы пастор вернулся. — Он улыбался, беззаботно глядя на нее, словно не видя, в каком жалком она оказалась положении.

Он сделал шаг к двери, потом повернулся и сел на ступеньку рядом с ней.

— Вы в порядке?

Кэди хотелось бы ответить на этот вопрос утвердительно: да, все великолепно! — но в желудке у нее заурчало, и она не смогла солгать.

— Нет, не в порядке.

Он взял в свою большую, теплую, чистую руку ее грязную ладошку.

— Хотите мне об этом рассказать? Как ваша новая работа?

— У меня нет работы, — с отчаянием выкрикнула она, но когда он оглянулся на открытые двери церкви, Кэди заговорила потише. — Никто не захотел нанять меня! Никто и нигде, ни в общественных заведениях, ни в частных домах. Я обращалась даже в прачечную, но и они выгнали меня.

— Это семейное предприятие, — сказал он и, заметив в ее взгляде вопрос, пояснил:

— Прачечная принадлежит мистеру Симмонсу, а у него шесть дочерей, так что он ни за что не захочет платить чужаку.

Кэди хмуро посмотрела на него. Неужели он не понимает?

— Я не смогла найти никакой работы нигде, — равнодушно проговорила она. — Никто не захотел нанять меня.

— А вы пытались на приисках? Она прищурилась, потом произнесла медленно и твердо, словно объясняла идиоту:

— Я была на прииске «Тарика», но не на других, потому что они слишком далеко. Я ведь хожу пешком. К тому же в этом платье вообще трудновато перемещаться.

— О да! Готов спорить, что управляющий был очень мил, но его помощник отправил вас прочь.

— Да, — подтвердила она удивленно, потому что, похоже, он до сих пор не понимал, в чем дело.

— В прошлом месяце подружка этого помощника вышла замуж за другого, и он сейчас, как бы это сказать, немного сердит на женщин. Никого из них не желает видеть. — Коул положил ее ладонь назад на ее колени. — Вам не повезло, что вы первым делом попытали счастья на прииске «Тарика». Уверен, что на «Лили» или на «Амарилисе» нуждаются в поварихах. А как насчет тюрьмы? Это в паре миль от города на пути в Денвер, и, может, им кто-нибудь нужен. — Он снова обернулся на дверь. — Теперь я должен идти. Спасибо, что пришли, рад, что у вас все в порядке.

Несколько мгновений Кэди не могла пошевелиться от изумления. Он не может оставить ее просто так!

— Коул! — зашипела она вслед ему так, что он обернулся, замерев, хотя уже почти вошел внутрь.

— Да, мисс Лонг? — шепнул он тихо, чтобы не мешать людям, поющим в церкви.

— У меня не все в порядке, — сказала она. — У меня совсем не все в порядке!

И, к своему неудовольствию, она расплакалась, отворачиваясь так, чтобы он не видел ее лица. Она обернулась, только когда Коул протянул ей чистый носовой платок. Он снова сел с ней рядом и, слегка нахмурившись, ждал. Очевидно было, что он раздражен вынужденной задержкой, тем, что она отрывает его от хоровой репетиции. Она могла вот-вот умереть с голоду, а он боялся опоздать к своим певческим экзерсисам!

— Я не хотела бы вас здесь задерживать, но мне… мне нужна помощь, — произнесла она столь непривычные для себя слова. Даже на кухне она отказывалась просить мужчин поднимать огромные медные казаны. Она любила все делать сама.

— Чем я могу помочь вам? — тихо спросил он.

— Я не могу найти работу, — повторила она. — Повар никому не нужен. Никто даже не дал мне возможности доказать, что я умею готовить.

Он молчал.

Кэди шмыгнула носом.

— Вы ничего не скажете?

— Я не знаю, что сказать. Вы ясно дали мне понять, что не хотите, чтобы я защищал вас, так что я ничего не могу сделать. Я не в состоянии заставить кого-либо дать вам работу, правда? Я ведь не хозяин этого города. — При этой мысли он усмехнулся.

— Но не могли бы вы замолвить за меня словечко…

— Если я это сделаю, потом вы меня возненавидите. Вы будете думать, что я вмешался в то, до чего мне не должно быть дела, и будете меня ненавидеть. Мисс Лонг, я слишком ценю вашу дружбу, чтобы подвергать ее такому испытанию.

Он похлопал ее по руке и бросил взгляд на вход в церковь, словно снова собирался ее покинуть.

Кэди вцепилась в руку Коула.

— Я не буду вас ненавидеть, что бы ни произошло. Вы прожили в этом городе всю жизнь и…

— Если честно, я приехал сюда, когда мне было четыре года.

— Не важно! — выпалила она и тяжело вздохнула, чтобы немного успокоиться. — Я прошу вас только поговорить с некоторыми из местных жителей.

Он посмотрел на нее с большой симпатией.

— Проблема в том, что на каждое рабочее место здесь десять претендентов. Когда нам понадобилась новая школьная учительница, этой должности добивались все жены и половина дочерей наших горожан. Члены городского совета чуть с ума не сошли, пока выбрали кого-то одного. Видите ли, все дело в серебре. Ледженд — город, сказочно богатый серебром, и каждый стремится сюда, надеясь разбогатеть. — Лицо его вдруг озарилось улыбкой. — Я мог бы отвезти вас в Денвер. Может, там вы найдете…

— Нет! Я не могу отсюда уехать, потому что я должна найти скалу, через которую я сюда попала. Если я хочу когда-нибудь попасть назад, это единственный путь!

Отвернувшись, он посмотрел на прелестную полянку перед церковью.

— Ах да… Гилфорд.

— Грегори, — поправила Кэди. — Человека, которого я люблю, зовут Грегори.

Коул сидел отвернувшись, но она заметила легкую улыбку, играющую в уголках его губ, словно то, что она только что сказала, оказалось очень смешной шуткой.

Но Кэди было вовсе не до шуток, и она снова спрятала лицо в ладонях.

— Вы должны помочь мне. Я хочу есть. Я ничего не ела уже…

Она замолчала, потому что Коул громко икнул.

— Извините, — сказал он, поднося руку ко рту. — Это бобы. Единственное, что Мануэль умеет готовить. Бобы на завтрак, бобы на обед, бобы на ужин. Бобы и…

— Я умею готовить не только бобы, — радостно сказала Кэди, глядя на него умоляющими глазами. — Я умею готовить что угодно!

Коул посмотрел на нее так, как смотрит мужчина, объясняющий женщине простейшие понятия этой жизни.

— Вы независимая, самостоятельная женщина, и я это уважаю. Я знаю, что вы очень гордитесь тем, что можете сама о себе позаботиться без чьей-либо помощи, так как же я могу…

— Прекратите, — буркнула она. — Вам нет нужды добивать меня. Вы были правы. По крайней мере, здесь и сейчас.

— Это извинения? Настоящие извинения или только что-то похожее?

— Это все, что вы от меня услышите, так что будьте довольны и этим. Коул усмехнулся в ответ.

— Прекратите насмехаться, уведите меня отсюда и купите мне самую большую порцию еды, какую только можно отыскать в этом городе. Это будет моя последняя еда перед тем, как стать рабыней на вашей кухне.

Он выгнул бровь, выражая недоумение.

— Рабыня на кухне в противоположность рабыне где?

— Просто накормите меня, и все. Но Коул не тронулся с места, дразнящая ухмылка исчезла с его лица.

— Кэди, я не могу дать вам работу.

— Потому что я сказала, что… Сжав руками ее ладони, он заглянул ей в глаза.

— Может, вы уже заметили, что Ледженд отличается от других приисковых городков. Ах да, верно, вы говорили, что никогда не бывали в таких городках, так что вам придется поверить мне на слово — есть огромная разница. В других городах допускается беззаконие, которое неприемлемо здесь, в Ледженде.

Она не поняла.

— Незаконно, если я буду готовить для вас?

— Нет, конечно не это. Дело в том месте, где я живу.

Услышав это, она посмотрела на него с недоумением. В тщательно выглаженной голубой хлопковой рубашке он выглядел весьма опрятно. Она почему-то не могла представить себе, чтобы Коул Джордан жил в лачуге.

— Я живу за городом, мой дом вон в том направлении, — сказал он, кивая на восток. — Рядом нет других домов, и понимаете, мисс Лонг, просто будет выглядеть не слишком правильно, если вы и я будем жить там вдвоем под надзором только старого Мануэля и нескольких батраков. — Его глаза наполнились грустью. — После репетиции хора я могу повести вас пообедать, но я действительно не знаю, что еще могу для вас сделать. Я никого не могу заставить нанять повара, который не нужен. Я отдал бы вам все деньги, что у меня есть, но весь город через минуту узнает об этом, и ваша репутация пострадает. — Он понизил голос. — В этом городе полно мужчин, и если вы возьмете деньги от меня, могут подумать, что вы совсем не такая, как есть на самом деле.

Кэди представила себе пьяных ковбоев, надирающихся после рабочего дня, срывающих с петель дверь в ее комнату в дешевеньком отеле и… Она затрясла головой, чтобы вернуться к действительности.

— Слишком много киношек, Элизабет Кэди, — услышала она словно наяву голос матери.

Коул сжал ее руки.

— Я действительно не знаю, как вам помочь. — Он снова посмотрел на дверь в церковь. — Я должен идти. После репетиции мы можем еще поговорить. Посмотрим, не удастся ли мне уговорить кого-нибудь взять вас на работу. Кое-кто в городе в долгу передо мной, так что глядишь…

Жалкое выражение лица Кэди заставило его замолчать.

— Милостыня, — пробормотала она себе под нос, представляя, насколько неудобно будет поселиться в чужом доме в качестве незваного гостя.

Именно в этот момент Кади решила полностью изменить свое поведение. Чрезвычайные ситуации требуют чрезвычайных решений. У нее перед глазами промелькнуло красивое лицо Грегори, и она подумала, что его загадочные черные глаза были полной противоположностью голубым глазам светловолосого Коула, с его открытым и простодушным лицом.

Она любила Грегори, очень любила, но его не было рядом. Он еще даже не родился, так что она не сделает ему одолжения, если не смирит свою гордыню и умрет с голоду, прежде чем успеет вернуться к нему.

Кэди сделала глубокий вдох, чтобы прибавить себе смелости, выпрямилась и заглянула в искренние голубые глаза Коула.

— Ваше предложение о замужестве все еще в силе? — спросила она и тут же увидела по его лицу, что он потрясен.

— Вы помолвлены с другим!

— Отчаянное положение вынуждает сделать отчаянный шаг.

Коул взглянул на нее так, словно хотел сказать: «Большое спасибо».

— Я понимаю, что вы имеете в виду. Он посмотрел на ее руки, все еще зажатые в его ладонях.

— Я попросил вас стать моей женой в запале. Я чувствовал к вам такую благодарность за то, что вы спасли меня! Но теперь я думаю: что скажут люди? Боюсь, они…

— Так значит, вы всего-навсего низкопробный, лживый ублюдок! — выкрикнула она, вырывая руки. — Я здесь умираю с голоду — умираю с голоду, обратите внимание! — а вы думаете только о том, что скажут жители этого прилизанного городишка! Позвольте вам заметить, мистер Джордан, что жители этого города вообще не заслуживают того, чтобы обращать внимание на их мнение. Они скорее позволят одинокой женщине сдохнуть с голоду, чем рискнуть своей безупречной репутацией.

Она настолько рассердилась, что забыла о голоде и усталости, вскочила на ноги и смотрела теперь на него сверху вниз.

— Сейчас я жалею, что спасла вашу крепкую шею. Когда меня найдут мертвой на одной из этих улиц, моя смерть окажется на вашей совести!

Нанеся столь эффектный ответный удар, она подхватила шлейф своего платья и решительно зашагала вниз по лестнице. К несчастью, она споткнулась о длинную ногу Коула и едва не упала, но он ловко подхватил ее и, притянув назад, заставил сесть к себе на колени.

Кэди была настолько сердита, что даже не взглянула на него, и сидела очень напряженно.

— Мне кажется, я все-таки обязан вам.

— Никто не обязан жениться на мне из одолжения, — процедила она сквозь зубы. — И отпустите меня, пока никто не ваших «легендарных» святош не увидел нас вместе.

Он улыбнулся, услышав, как она обыграла название их города.

— Слишком поздно, — улыбка его стала еще шире.

Кэди обернулась и увидела перед собой хор города Ленженд штата Колорадо, в полном составе столпившийся в дверях церкви и с открытым восхищением рассматривающий ее и Коула.

— Боюсь, теперь у меня нет другого выхода — я должен на вас жениться! — сказал он. — После того как я…

— Берегитесь! Если вы сейчас скажете, что подорвали мою репутацию, я наброшусь на вас с кулаками.

Несколько мгновений Коул рассматривал ее, то ли развлекаясь, то ли приходя в себя от шока, потом перевел взгляд на хористов, которые все еще глазели на них, как аборигены, впервые попавшие в синематограф.

— Простите, но нам с мисс Лонг необходимо обсудить несколько вопросов наедине.

Когда зрители разошлись, Коул повернулся к Кэди, собираясь что-то сказать, но вместо этого только молча смотрел на нее. Она сидела у него на коленях в такой позе, что высоко поднявшаяся грудь почти полностью обнажилась, ее лишь чуть-чуть прикрывал лиф платья с глубоким вырезом. В этом обтягивающем наряде был отчетливо виден каждый изгиб пышной фигуры Кэди. Может, она и считала, что для конца двадцатого века страдает избыточным весом, но, проведя достаточно времени в этом веке, Кэди знала, что здесь предпочитают, чтобы женщина выглядела как положено женщине.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25