Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Легенда (№1) - Легенда

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Деверо Джуд / Легенда - Чтение (стр. 15)
Автор: Деверо Джуд
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Легенда

 

 


— Думаю, нам следует поговорить об этом немного позже, когда ты не будешь так расстроена.

Кэди высвободилась из его объятий.

— Ты не имел в виду посторонних, ты хотел сказать, воров, правда? Ты считаешь, что все бедные обязательно воры. Ты ненавидел бы любого из жителей Ледженда.

Впервые Кэди произнесла это название в двадцатом веке, и от этих звуков какая-то струна, кажется, лопнула в ее душе. Упав на табурет, она опустила голову на руки и разрыдалась. Когда Грегори обнял ее и притянул к себе, она прижалась к нему.

— Ну конечно, ты можешь использовать ресторан для чего захочешь, — тихо сказал он. — Кэди, будь добра, скажи, что с тобой происходит? Ты странно себя ведешь последние пару недель.

— Не знаю, — честно призналась она. — Моя жизнь, похоже, потеряла смысл и направление.

— Почему ты так говоришь? Случилось что-то, о чем я не знаю?

Ну как она могла сказать ему, что порой, глядя на него, она видит, как ей улыбается голубоглазый мужчина? Что она могла объяснить, если сама ничего не понимала?

Кэди так ничего и не ответила. Грегори поцеловал ее волосы и сказал:

— Почему бы тебе не пойти домой? Ты слишком много работаешь. Иди домой и проведи пару дней в постели. Просто смотри телевизор, и все. Ничего не делай некоторое время. Отдыхай. Возвращайся во вторник — к этому времени ты почувствуешь себя обновленной.

"Отдых, — повторила Кэди про себя. — Это именно то, что мне нужно».

— Да, — согласилась она с Грегори, который чмокнул ее в обе щеки. — Я, пожалуй, пойду домой.

Он помог ей собрать вещи, придержал входную дверь, когда она выходила, но не предложил проводить ее до дома, не сказал, что зайдет проведать в ближайшие дни.

"Мне следует быть благодарной, что он не просит меня прийти и приготовить воскресный ужин для него и его матери», — но она решила об этом не думать. Все, что ей необходимо, — немного отдохнуть. Несколько дней отдыха, и она снова будет в порядке.

Глава 18

Однако Кэди не удалось отдохнуть в эти два дня. Когда она вернулась в свою квартирку, усталость как рукой сняло. Ей вообще порой казалось, что пребывание рядом с Грегори и его матерью высасывает из нее энергию.

Хотя было около часа ночи, Кэди решила записать несколько рецептов. Она опишет блюда, которые изобретала в Ледженде.

Приняв душ, Кэди переоделась в ночную сорочку, удобно устроилась в постели с подставкой на коленях и принялась писать. Однако вместо того, чтобы записывать рецепты, она взялась вдруг излагать историю города Ледженд, штат Колорадо. Она зафиксировала факты, даты и имена людей, нарисовала несколько карт. Может, если она все запишет, то сможет как-то сориентироваться?

Однако часы проходили за часами, страница следовала за страницей, но какой смысл был во всем происшедшем, яснее не становилось. Неужели ее отправили в прошлое только для того, чтобы дать Коулу шанс пожить взрослой жизнью? Или для того, чтобы дать ему возможность отомстить за гибель семьи?

Взошло солнце, а она все продолжала писать. Только к середине утра Кэди сморил сон, и, как обычно после возвращения, она сразу увидела во сне мужчину с лицом, скрытым платком. Это был все тот же сон, не изменился ни один жест, ни один взгляд. Он протягивал ей руку, словно звал за собой, и, как она ни старалась, она не могла до его руки дотянуться.

Кэди проснулась вся в слезах и впервые с момента своего возвращения позволила признаться себе, что очень скучает по жителям Ледженда. Не только по Коулу — по всем жителям.

— Они дали мне возможность почувствовать себя важным человеком, — сказала она. — Дали мне почувствовать себя нужной, необходимой им.

Она старательно запрещала себе сравнивать ту свою жизнь с нынешней, но поняла, что Грегори заставлял ее чувствовать себя так, словно он делал ей одолжение, давая ей выйти за себя замуж. Ей даже тошно стало, когда она вдруг осознала, что до своего пребывания в Ледженде она просто мирилась с этим. До Ледженда она сто раз на дню спрашивала себя, почему такой великолепный мужчина, как Грегори, захотел жениться на такой толстушке, как она. Кэди, конечно, знала, что у нее симпатичное лицо, но она уже привыкла к фразе:

"Такое милое личико… Как плохо, что она не заботится о фигуре».

Она провела выходные, не выходя из квартиры, размышляя над тем, что чувствовала раньше и что ощущала теперь, пытаясь найти разрешение этой дилеммы. Любила ли она Коула? Любит ли она теперь Грегори?

И, что самое важное, как она собирается жить дальше? С одной стороны, ее жизненные цели всегда были кристально ясны. Но похоже, в год своего тридцатилетия Кэди изменилась и мечтала теперь о доме и детях. Ей стало казаться, что в жизни есть кое-что помимо кухни.

К середине дня во вторник она так и не пришла ни к какому решению, не сделала никаких выводов. Кэди брела в сторону «Луковицы», словно ничего не изменилось, но где-то в глубине души знала, что изменилось абсолютно все. Просто Кэди пока еще не знала, как эти внутренние изменения себя проявят.


Первое, что произошло в «Луковице», оказалось связано с привычкой миссис Норман трястись над каждым центом.

Как обычно, пока Кэди трудилась над приготовлением обеда, миссис Норман бубнила ей под руку:

— Тебе обязательно использовать такое дорогое масло из самых молодых оливок? Почему бы не взять простую, а не сладкую фасоль? Разве ты не можешь обойтись экстрактом? Он гораздо дешевле, знаешь ли. Нет, нет, не заворачивай рыбу в бумагу. Если бы посетители хотели рыбу, завернутую в бумагу, они пошли бы в забегаловку, где подают только рыбу и чипсы.

В этот день от посетителей отбоя не было, они стояли за дверью, выстроившись в длинную очередь, и Кэди понимала, что сегодня вечером было не время для эмоциональных истерик, но она дошла до предела.

— Вон! Вон отсюда! — завопила она на миссис Норман. — Убирайтесь из моей кухни!

Несколько мгновений шокированная миссис Норман смотрела на Кэди, пытаясь что-то сказать, но поняв, что выражение лица девушки не смягчается, резко повернулась на каблуках и разъяренной фурией вылетела из кухни.

После того как эта старушенция убралась, в кухне установилась оглушительная тишина. Потом один из помощников Кэди проговорил:

— Три очка в пользу Кэди! — И все они троекратно прокричали «Гип-гип-ура!». Потом кто-то запел «Боевой гимн Республики» (в конце концов, они находились все-таки в Вирджинии!), а другие два младших повара схватились за руки и пустились в пляс, пока их товарищ превратил крышки от кастрюль в литавры и заодно выбивал ритм на нержавеющей стальной поверхности стола.

Сначала Кэди не могла даже двинуться от удивления, а потом рассмеялась, кто-то схватил ее за руки и закружил по кухне. Вылетевшая в потолок пробка из бутылки шампанского и наполненные до краев бокалы только добавили веселья.

Впервые со дня возвращения из Ледженда Кэди смеялась от души.

— Что за чертовщина здесь творится? — перекрывая шум, раздался окрик Грегори, который, войдя в кухню, изо всех сил хлопнул дверью. В то же мгновение веселье замерло, и все, кроме Кэди, юркнули на свои рабочие места. Одна она осталась стоять посреди кухни, держа в руке полный бокал шампанского. Темные брови Грегори недовольно сошлись на переносице.

— Моя мама находится в моем кабинете. Она плачет, — сказал он тихо, почти угрожающе. — У нас полон зал посетителей и очередь на два квартала, а ты, Кэди, пьешь здесь шампанское, предназначенное для клиентов и… и… танцуешь!

Подняв к глазам бокал, Кэди следила за пузырьками.

— Знаешь, что я тебе скажу, дорогой мой Грегори. Если кто-то будет тебе на меня жаловаться, подстрели его. Не сильно, чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы помнил о хороших манерах.

Грегори онемел от такой тирады, а все остальные замерли у своих столов. Одно дело накричать на ужасную зануду миссис Норман, но совсем другое — бросить вызов сыну хозяйки. Все в ресторане прекрасно знали, что Кэди здесь такая же работница, как все они, и по виду Грегори можно было догадаться, что сейчас их помолвка не играла никакой роли.

Выражение лица Грегори не смягчилось.

— Ты собираешься готовить или пить? — холодно поинтересовался он. — Я хочу это знать, чтобы сообщить посетителям. — Он произнес это таким тоном, словно Кэди страдала от запоев и он умолял ее не напиваться именно сегодня вечером.

Однако Кэди не дрогнула. Девушке, на глазах у которой едва не повесили человека, рассерженный жених вряд ли мог внушить опасения.

— Не исключено, что я буду делать и то и другое, — проговорила она, не сводя глаз с Грегори.

Грегори уступил. Выражение его лица смягчилось, и он шагнул Кэди навстречу, но она уже повернулась к нему спиной.

— Может, тебе лучше присоединиться к твоей матушке в твоем кабинете, а кухню оставить мне? — бросила она через плечо.

На какое-то мгновение могло показаться, что Грегори сейчас рассвирепеет, но, взглянув на своих работников, которые наблюдали за этой сценой с нескрываемым интересом, он лишь слегка пожал плечами.

— Конечно, дорогая, как скажешь. — Грегори заговорщически подмигнул мужчинам, словно желая сказать: «Ох, эти женщины!» — и покинул кухню.


Не успел Грегори выйти из кухни, как Кэди охватила крупная дрожь. Она испугалась. Ей захотелось немедленно броситься вслед за ним и извиниться, но постепенно это чувство начало сменяться ощущением такого душевного подъема, какого она не знала никогда прежде.

— Кто-нибудь желает помочь мне тоненько нарезать три картофелины?

— Я! — вызвался один из поваров.

— Нет, я! — крикнул другой.

И четверо молодых людей, словно веселые человечки из мультфильма, бросились вперед, толкаясь и обгоняя друг друга, так что Кэди рассмеялась до слез. После случившегося кормление посетителей пошло весьма споро и быстро. К тому же Кэди никогда не испытывала от своей работы в «Луковице" — такого удовольствия. В какой-то момент один из помощников чмокнул Кэди в щеку и прошептал:

"Спасибо». Ему не нужно было объяснять, за что он благодарит ее. Отсутствие постоянных жалоб миссис Норман можно было сравнить только с ангельской музыкой небес.

После того как была подана последняя порция, в кухню заглянул один из официантов и сообщил, что Кэди хочет видеть «босс».

— Говоря «босс», ты имеешь в виду мистера Нормана? — поинтересовался один из поваров. — Думаю, власть сегодня вечером переменилась. Настоящий «босс» перед тобой. — Он выразительно указал обеими руками в сторону Кэди.

Официант загоготал.

— Ага, согласен! — кивнул он и вернулся в зал.

«Неужели все считают меня тряпкой? — задумалась Кэди. — И никто даже не предполагает, что я способна кому-то возразить?»

В Ледженде о ней так никто бы не подумал.

— А ведь там была та же самая женщина, что и здесь, — это я, — прошептала она, направляясь в кабинет Грегори.

Одного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы понять, что двумя-тремя замечаниями он не ограничится. Садясь в кресло, на которое он указал кивком головы, Кэди уже понимала, что попала на серьезную лекцию.

— Кэди, — заговорил Грегори тоном, по которому было ясно — он огорчен, но «обязан» с ней поговорить. — Я нахожу, что твое поведение сегодня вечером было недопустимым. Я еще могу вынести то, что ты унижала меня перед лицом обслуживающего персонала, но я категорически не могу позволить тебе разговаривать таким тоном с моей матушкой. Сейчас она лежит в одной из комнат наверху. Я вынужден был дать ей успокоительное, чтобы она пришла в себя.

Он стоял, сцепив руки за спиной. Потом склонился через стол к Кэди и отчетливо проговорил:

— Она плакала.

Кэди знала, что должна сейчас сказать, что очень сожалеет, но никакая сила на свете не заставила бы ее разомкнуть губы. Она просто сидела в кресле и ждала от Грегори продолжения.

— Моя мать и я всегда были добры к тебе, мы предоставили тебе полную свободу действий в ресторане. Моя мать — а она не слишком крепкая женщина — очень много работала, чтобы вернуть «Луковице» ее былую славу, и это было очень непросто сделать одной, без мужа. Но так или иначе, она это сделала и позволила тебе участвовать в этом возрождении нашего ресторана.

Это его утверждение было настолько абсурдным, что Кэди едва не рассмеялась вслух. Ей, Кэди Лонг, обязана была эта старая, обшарпанная забегаловка своим возрождением. Причем все, что ей удалось, было сделано именно вопреки, а не благодаря постоянному вмешательству миссис Норман.

Грегори, казалось, ждет, когда Кэди извинится, но она по-прежнему только смотрела на него. Тогда он тяжело вздохнул и извлек из открытого ящика стола тяжелую папку.

— Я хотел, чтобы это было для тебя сюрпризом. — Он посмотрел на нее с упреком. — Сюрпризом ко дню венчания, но твое сегодняшнее поведение вынуждает меня открыть этот замечательный сюрприз раньше времени.

При этих словах Кэди ощутила легкий укол вины. Что же это такое? Драгоценности? Ключи от новой машины? Или, может, он вписал ее имя в купчую на дом? Или передает ей третью часть акций ресторана, который именно она привела к вершинам успеха?

С недовольным видом Грегори бросил папку Кэди на колени. Она открыла ее, но, честно сказать, бумаги, которые она увидела внутри, ни о чем ей не говорили. Похоже было, что Грегори и его мать приняли участие в каком-то предприятии вместе с бесчисленным количеством других людей. Но как Кэди ни старалась, она не видела своего имени ни в одной из бумаг.

— Кэди, — недовольным тоном продолжал Грегори, — я никогда не говорил тебе об этом, но я вынашивал важные планы на наше будущее, когда мы поженимся. Совсем недавно ты высмеивала меня, когда я усомнился в твоей идее благотворительности. Ты решила, что я сноб и изувер, но ты не подумала спросить у меня: может, причина, по которой я выражаю такие сомнения, заключалась в том, что я строил для нас совсем иные планы?

На секунду замолчав, он указал рукой на папку у Кэди на коленях.

— Я намерен взять некоторые из лучших твоих рецептов, особенно тех блюд, что ты подавала президенту, и запустить их в массовое производство.

Кэди прищурилась, не понимая, что он имеет в виду.

— Массовое производство по моим рецептам?

— Да, но ты разрушила весь сюрприз, — сказал он, не желая терпеть новые насмешки. — Я провел работу среди вероятных инвесторов. Все они ели в нашем ресторане и готовы вложить довольно большие деньги в сеть ресторанов «Дом Нормана», которые откроются по всей стране. Мой сюрприз состоял в том, что я собирался сообщить тебе в день нашего венчания, что позволяю именно тебе разрабатывать все рецепты, по которым блюда будут готовиться в массовом порядке и очень дешево.

Кэди понадобилось некоторое время, чтобы переварить услышанное.

— Ты планировал дать мне эту привилегию?

Грегори, похоже, не заметил ужаса в ее тоне.

— Все американские женщины жалуются, что мужчины только и мечтают, чтобы они сидели дома и заботились о детях. Но я никогда не думал так о тебе, Кэди, — с гордостью заявил он. — Для меня ты… — лицо его просветлело, — большой бизнес. Да, ты для меня — большой бизнес!

Он произнес это таким тоном, словно сделал ей величайший комплимент из тех, что когда-либо произносил.

— Ты никогда меня не любил, правда? — тихо проговорила Кэди.

Грегори уставился на нее так, словно то, о чем она говорит, совершенно неважно. В голосе его послышалась тоска, оттого что приходилось говорить на эту тему.

— Конечно, любил. Я и люблю тебя. Я люблю то, что мы собираемся сделать вместе, то, чего мы вместе достигнем.

— А как же страсть? Как же секс?

— Кэди, ну что ты, право! На случай, если ты этого еще не заметила: я очень практичный человек. О, я знаю, что моя весьма привлекательная внешность заставляет женщин видеть меня в романтическом свете, но уверяю тебя, кроме этих глаз, у меня есть еще и мозги. Давай будем реалистами, Кэди. Если бы мне была нужна жена для страсти и секса, я бы выбрал женщину, не настолько… — Он осмотрел ее с ног до головы.

— Толстую? Ты это слово подыскиваешь? — спросила она.

— Не думаю, что нам следует разбираться с этим сейчас или когда-либо в будущем. Браки, заключаемые из-за страсти, заканчиваются злобными и дорогостоящими разводами. У нашего брака будет бетонный фундамент.

Кэди, вдруг показалось, что с души ее свалился огромный камень. Она понимала, что должна быть просто убита тем, что ей говорил Грегори. Ведь, по сути, она слышала, что мужчина, которого она любит, мужчина, за которого она собиралась выйти замуж, никогда ее по-настоящему не любил. Он просто хотел заключить с ней контракт, причем такой, который позволил бы заставить ее помогать ему вталкивать в глотки американцев все больше и больше жирной и очень вредной пищи. И он намеревался назвать эту цепь ресторанов «Дом Нормана»! «Интересно, намеревался ли он дать мне хотя бы клочок от акции?» — заинтересовалась Кэди.

Несмотря ни на что, Кэди не чувствовала себя раздавленной. Напротив, она никогда не ощущала себя так легко, никогда в жизни не была счастливее. Ей нет необходимости выходить замуж за Грегори! Может, она догадывалась, что ничего из этого не выйдет, с того самого дня, когда так обрадовалась, увидев его в ресторане, но услышала только, что не должна его целовать. А может, уже в Ледженде она поняла, что не любит Грегори. И то, что она повторяла о своей любви к другому человеку, заставляло ее верить, что она не может полюбить Коула.

Из внутреннего кармана Кэди извлекла связку ключей, сняла два ключа от ресторана и положила их на стол Грегори.

— До свидания, Грегори, — сказала она, повернулась и направилась к двери.

Не успела она подойти к ним, как Грегори схватил ее за руку.

— Ты что это делаешь? — спросил он, но, увидев выражение ее лица, отпустил ее руки и смягчился. — Кэди, я тебя люблю. Я попросил тебя выйти за меня замуж, потому что люблю тебя. Из всех женщин, которых я мог бы заполучить, я…

По лицу Кэди было видно — она веселится.

— Ты выбрал меня! Ты с твоей великолепной внешностью выбрал толстушку Кэди, несчастную серую мышку, которая была настолько благодарна за то, что на нее обратил внимание такой мужчина, как ты, что ни о чем не просила взамен. Тебе не нужно было присылать мне цветы, возить меня на ярмарки и пикники. Тебе даже не пришлось покупать мне кольцо к помолвке. Ты ведь ни разу не сводил меня никуда поужинать!

— Кэди, все было совсем не так. Послушай, я недавно купил нам два билета на ледовое шоу на следующий четверг, — сказал он, вытаскивая билеты из кармана пиджака и вкладывая их в ладонь Кэди.

— По четвергам я вечером работаю, ты забыл? — спросила она, взглянув на билет, и заметила, что на одном из них кто-то, написал: «Не дождусь встречи с тобой, Греги. С любовью, твоя Бэмби». Все точки над «i» были расставлены.

Кэди посмотрела на Грегори и засмеялась.

— Передай Бэмби привет от меня, — сказала она и вышла за дверь, оставив позади что-то лепечущего Грегори.

Глава 19

— Готово! — улыбнулась Кэди, разглядывая стопку аккуратно надписанных конвертов. Тридцать один, в разные концы Америки, в рестораны и отели.

Прошло три дня с того вечера, когда она покинула «Луковицу», оставив за спиной Грегори с его билетами и его Бэмби. В тот вечер она почувствовала себя свободной, готовой идти миру навстречу, но наутро задумалась:

"Что же я натворила?» На счете у нее было шесть тысяч двести двенадцать долларов тридцать два цента. Не так уж много, чтобы прожить до момента, когда она найдет работу. К тому же как вообще люди ищут работу? По крайней мере такую, о которой мечтала Кэди. Она слишком долго была сама себе начальником, чтобы теперь пытаться работать под руководством какого-нибудь капризного шеф-повара.

Но ее опыт в Ледженде, кажется, придал ей храбрости, потому что Кэди не стала терять времени, раздумывая над неопределенностью своего будущего. Вместо этого она позвонила нескольким бывшим своим сокурсникам, кое о чем расспросила и попыталась составить список мест, где, по ее мнению, она могла бы работать. Некоторое время у нее ушло на то, чтобы составить резюме, сделать копии, подобрать адреса ресторанов и отелей. Теперь все было готово, и Кэди с довольной улыбкой бросила письма в маленькую хозяйственную сумку, чтобы пойти и бросить их в почтовый ящик.

Как и в предыдущие дни, под дверью лежали цветы от Грегори. Она вышла, подобрала букет, спрятала его за дверь, забрала карточку и захлопнула дверь у себя за спиной. «Интересно, что он пишет сегодня?» — пробормотала она, направляясь к выходу из дома, открыла карточку и с улыбкой пробежала ее глазами. «Люблю… скучаю… не навестишь ли меня… отправляю маму во Флориду…» Улыбаясь еще шире, Кэди на ходу швырнула записку в корзинку для мусора. Ее совершенно не впечатляли ни мольбы Грегори, ни его разговоры о любви и отправке матери во Флориду. Может, пошли он ей акции «Луковицы», она и смягчилась бы, но с другой стороны, может, и нет! Приближаясь к почтовому ящику, Кэди готова была пуститься вприпрыжку. То, что огромная витрина соседнего книжного магазина была задрапирована великолепной блестящей тканью, а над выстроившимися рядком книгами бежала надпись: «Ждет ли вас в будущем золото приисков?», показалось ей частью какой-то не покидающей ее эйфории.

Думая о Ледженде, Кэди подошла поближе к витрине и начала вчитываться в комментарии на обложках книг. «Найдите прииск Летучего Голландца"„, — гласил один. «Новая информация о прииске Тройная звезда"«, — вторил ей другой. «Затерянный Девичий прииск" мог бы принадлежать вам“, — сообщал третий.

«Затерянный Девичий прииск»«? — громко прочла Кэди. — Ребята! Эти книжки устарели!

Отвернувшись от витрины, она зашагала в сторону почтового ящика, но остановилась и вернулась ко входу в книжный магазин. Повинуясь какому-то внутреннему импульсу, Кэди вошла внутрь. Прямо около дверей на прилавке лежало книг двадцать, посвященных затерянным сокровищам. Здесь были книги о приисках, брошенных городах, затонувших кораблях, проклятьях, привидениях, — разнообразию не было предела.

Кэди с беззаботным видом, словно ей совершенно безразлично, взяла книгу, посвященную затерянным приискам западных штатов, и нашла статью, посвященную «Девичьему прииску», ожидая обнаружить в ней перечень того, что было найдено в 1982 году, и с удивлением увидела, что во всех книгах этот прииск упоминается как до сих пор не найденный. Не могли же все эти книги быть устаревшими?

Кэди нашла продавца и поинтересовалась, где может найти книги, посвященные непосредственно «Девичьему прииску». Кэди казалось, что она отчетливо помнила: когда прииск обнаружили, прилавки книжных магазинов были завалены скороспелыми изданиями, посвященными самым разным подробностям находки. Продавец довольно нетерпеливо ответил: «Все, что у нас есть — перед вами», — и пошел дальше, слишком занятый, чтобы обращать внимание на такую мелочь, как покупатель.

Озадаченная Кэди медленно побрела по направлению к дому. Конечно, подобные книжонки вызывают интерес всего пару месяцев и очень быстро отживают свой век, именно поэтому могло не остаться ни одного экземпляра. Не замечая, что так и не отправила свои резюме, она бросила сумку на пол рядом с дверью, перенесла букет Грегори поближе к остальным шести цветочным композициям на обеденном столе и позвонила Джейн.

Впервые с того момента, как они так холодно расстались несколько недель назад, Кэди звонила своей подруге. Она знала, что должна была позвонить ей раньше и рассказать о разрыве с Грегори, но Кэди отложила этот разговор, потому что знала то, что знает любая женщина, когда порывает всякие отношения со своим приятелем: она вынуждена будет выслушать, насколько он ужасен., Тирада Джейн длилась не менее пятнадцати минут, но Кэди решила, что, дешево отделалась.

— Жаль, что ты не видела, как он клеился к Дэбби после того, как ты в тот вечер отправилась спать. Он все-таки слишком хорош собой, и я никогда ему не доверяла. К тому же…

— Джейн, — резко прервала подругу Кэди, — что ты помнишь о «Девичьем прииске»?

— А что я должна помнить? Думаю, я что-то о нем слышала, но не помню, что именно. Кэди, что ты теперь собираешься делать? Я знаю Грегори и то, что его мать никогда не платила тебе много, так что у тебя не может быть сбережений, на которые ты могла бы прожить, так что…

— Ты не помнишь, что «Девичий прииск» уже нашли, и вся страна с ума сходила из-за этой романтической истории, судебного дела и всего остального?

Молчание Джейн было весьма убедительным ответом на вопрос Кэди.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — с подозрением проговорила Джейн. — Но мне хотелось бы услышать от тебя, что происходит.

При этих словах Кэди быстро повесила трубку. Не было на земле человека более прозорливого, чем Джейн. А Кэди была вовсе не расположена сейчас рассказывать и, может быть, упоминать такие детали, которые она никому не хотела бы открывать.

Все еще держа в руках телефонную трубку, Кэди обернулась и посмотрела на цветы на столе. Если «Девичий прииск» до сих пор не нашли, тогда, может, Коул нашел его? А если Коул нашел его, то только потому, что она рассказала ему, где он находится. А если Кэди рассказала ему об этом, значит, Коул выжил и стал взрослым.

Схватив ключи, Кэди бросилась вон из квартиры в ближайшую библиотеку.


Откинувшись на спинку старенького дивана в своей квартире, Кэди потерла глаза. Который же сейчас час? Три утра? Повернувшись, она увидела, что часы показывают пять. Скоро рассветет.

Прошла неделя с тех пор, как она направилась к почтовому ящику с пачкой резюме, а теперь они так и лежали в маленькой хозяйственной сумке на полу возле двери. Цветы, стоявшие на обеденном столе, валялись на полу « засыхали там, незамеченные и ненужные. Сам стол и все прочие гладкие поверхности квартиры были завалены книгами, листами факсовых сообщений, ксерокопиями и исписанными рукой Кэди страничками. Вот уже целую неделю она изучала один вопрос: что произошло с городом Ледженд, штат Колорадо. Первым делом Кэди изучила вопрос, связанный с „Затерянным девичьим прииском“. Она просмотрела обложки журнала „Таим“ за три года, потому что отчетливо помнила изображение на одной из них обнаруженного прииска. Однако ни в этом журнале, ни в каком-либо другом не оказалось даже упоминания о находке. Об этом не писали газеты, и никто из опрошенных Кэди не мог припомнить такого события.

Судя по всему, она оказалась единственным человеком на земле, кто помнил историю, пронесшуюся по Америке, словно торнадо. Идея моментального обогащения всегда была симпатична американцам, а уж находка миллионов в виде золота, лежащего прямо под рукой, — это ли не настоящая американская сказка! Тогда же появились «девичьи» платья, «девичьи» туфли, «девичьи» прически. По телевизору то и дело демонстрировались специальные одно-, двух — и даже четырехчасовые передачи с рассказами о мужчине, который любил девушку-привидение и умер, держа ее за руку.

Год спустя, когда дымка романтизма развеялась, пришло время для еще одного обожаемого американцами шоу: развенчания мифов. Мужчина остался рядом с женским скелетом вовсе не из-за любви: обе его ноги оказались разможжены обрушившимися на них золотыми самородками, и он оказался в ловушке. Что касается того, что он держал за руку другой скелет, — умирающий старатель просто тянулся за ножом, что лежал неподалеку от мертвой женщины. Что он собирался делать с этим ножом? Убить себя или освободиться из этого жуткого плена? Он умер от жажды через несколько дней, окруженный миллионами в золоте. Как и всякий раз с аналогичной историей, все пришли к выводу, что золото проклято, что и доказывают несчастья, обрушивающиеся на любого, кто прикасается к этим деньгам. «Это из-за жадности», — решила Кэди тогда и продолжала верить в это сегодня.

После того как Кэди доказала себе, что «Девичий прииск» никогда никто не находил, она принялась разыскивать все, что могла, о самом городе Ледженд. Это оказалось куда труднее, и ей пришлось отправиться в библиотеку Конгресса, чтобы изучить километры микрофильмов в газетном архиве.

Все найденное подтверждало, что Рут сказала правду. Кэди нашла короткую, но яркую заметку о трагедии в Ледженде, которая стоила жизни многим взрослым и детям. Однако в статье не говорилось, что убийцами были жители города, и не назывались грабители банка.

Немного позже появилась крохотная заметка о том, что миссис Джордан и ее овдовевшая невестка перебрались в Денвер, а восемь с половиной месяцев спустя — сообщение о том, что миссис Джордан родила мальчугана весом четыре с половиной килограмма, которого нарекли Коул Тарик Джордан.

Кэди проштудировала еще несколько рулонов пленки с газетами за три года, пока не обнаружила упоминание о, попытке похитить малолетнего сына миссис Рут Джордан. Репортер, чьи симпатии совершенно ясно были на стороне жителей Ледженда, почти одобрял едва не удавшееся похищение ребенка, словно киднеппинг был оправдан после того, как Рут поступила с жителями Ледженда. У Кэди даже засосало под ложечкой, когда она читала, как Рут взрывала прииск за прииском и как она вышвыривала людей из их домов в жуткую непогоду (на улице стояло лето, но для журналиста это, похоже, не имело значения). В продолжение репортер сообщил, что Рут каким-то образом навлекла на городок эпидемию холеры, которая унесла жизни многих из тех, кто когда-то жил в Ледженде.

Кэди изучала архивы, дни проходили за днями, но она ничего больше не могла обнаружить о семействе Джорданов. В 1897 году появилась заметка, которую показывала ей Рут, — там сообщалось, что мистер Смит был обнаружен мертвым в своем доме в Денвере и что все свое состояние он оставил на строительство приютов для сирот. Речь шла о человеке, которого, по предположению Рут, убил Коул, пока Кэди занималась стряпней.

В следующем, 1898 году был опубликован некролог в связи с кончиной Рут. Сообщалось, что в Нью-Йорке у нее остался единственный сын — К. Т. Джордан, но, к сожалению, неотложные дела не позволили ему лично присутствовать на похоронах.

Когда Кэди прочла эти строки, на глазах у нее появились слезы: похоже. Рут так и не удалось помириться с сыном до самой смерти.

Из газеты Кэди узнала, что на похоронах было мало народа и что имели место кое-какие неприятные моменты, которые, по всей вероятности, были связаны с событиями далекого прошлого.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25