Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Прекрасная саксонка

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / О`Делл Тара / Прекрасная саксонка - Чтение (стр. 7)
Автор: О`Делл Тара
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


Она чувствовала на себе его пристальный взгляд, и ее тело откликнулось дрожью желания. Несмотря на ужасные события нынешнего вечера, ее страсть к этому человеку ничуть не уменьшилась. И утолить это мучительное до боли желание мог только он.

Ей хотелось забыть обо всех – о своих братьях, о других норманнах, о слугах и деревенских жителях. Не думать ни о ком, кроме этого рыжеволосого рыцаря. Подчиниться захватывающему чувству, которое он у нее вызывает. Ответить на страсть, которую она видела в его взгляде.

– Жобер, – прошептала она, – я не предам тебя.

Он с облегчением вздохнул и наклонил голову, чтобы снова поцеловать ее. Губы его были такие теплые, а грудь такая сильная и надежная. Она обвила руками его шею и прижалась к нему. Его бедро оказалось между ее ног, там, где и без того все горело от возбуждения. Эдива застонала.

– Счастье мое, – прошептал он между страстными поцелуями. – Больше всего я хотел бы, чтобы мы были одни и чтобы никто не смог помешать нам.

Эдива ответила, что тоже хотела бы этого.

– Жобер, – раздался голос Роба. – Ох... извините, сэр. Я обыскал деревню, все спокойно.

Жобер выпустил Эдиву из своих объятий.

– Спасибо, Роб, – сказал он и взял Эдиву за руку. – Пойдем же и отыщем эту траву, которая тебе так нужна.

Они торопливо направились к дому мельника. Один из рыцарей открыл перед Эдивой дверь, другой освещал ей дорогу факелом.

Она окинула взглядом комнату. Большинство женщин хранит целебные травы или в кухонном шкафу вместе с продуктами, или рядом с постелью. Эдива стала подниматься по скрипучей деревянной лестнице, слыша за спиной тяжелые шаги норманна.

– Тебе достаточно света? – спросил он, когда она добралась до верхней ступеньки.

– Да, вполне.

Наверху лежал соломенный тюфяк с подушками и одеялами. Рядом стоял большой сундук. Свету было все-таки маловато. Эдива открыла сундук и стала в нем рыться.

– Я нашла то, что нужно, – сказала она, показав Жоберу небольшой мешочек.

– Тогда спускайся быстрее. А то я заберусь к тебе, чтобы проверить, насколько удобна постель мельника.

– Если ты поднимешься сюда, то не сможешь разогнуться. – Эдива засмеялась. – Проткнешь головой крышу.

У ворот их встретил Алан с другими рыцарями.

– Ничего не случилось? – с беспокойством спросил он.

– Нет.

– Должно быть, что-то их напугало. Не могу поверить...

– Забудь об этом, Алан, – сказал Жобер. – Отпусти саксов. Опасность миновала, и им не терпится вернуться домой.

– Стоит обыскать их.

– Думаешь, они обокрали нас?

– Конечно. Эти мерзавцы воруют все, что плохо лежит или не приколочено Гвоздями.

– Если прихватят с собой хлеба и жареного мяса, мы не обеднеем. Пусть возьмут.

– Но я говорю об оружии и ценных вещах. Жобер обернулся к Эдиве:

– Значит, они украдут у своей госпожи. Что ты скажешь? – спросил он, глядя ей прямо в глаза. – Следует обыскать твоих людей?

Она покачала головой:

– Нет. Не думаю, что они много унесут. Люди видели твою щедрость и поверили, что ты не позволишь им зимой голодать.

– А оружие? – спросил он. – Не думаешь, что они могут украсть у нас оружие?

– Они наверняка поняли, что ты защитишь их лучше, чем они сами смогут защитить себя.

– Черт возьми, нельзя ей верить! – возмутился Алан.

– У нас нет никаких доказательств, что Эдива нас обманывала, – сказал Жобер.

– Она покинула зал до того, как подняли тревогу, и потом не объяснила, куда ходила.

Эдива замерла, испугавшись, что слова рыцаря все испортят. Но Жобер ответил:

– Ей не нужно оправдываться всякий раз, когда нужно отлучиться.

– Но, милорд...

– Разговор закончен, – заявил Жобер тоном, не допускающим возражений.

– Я пойду в зал, – сказала Эдива. – Нужно быстрее приготовить отвар из трав.

– Кстати, скажи крестьянам, что они могут вернуться в деревню.

– Как нам быть с мельником? – спросил Алан. Жобер потер подбородок.

– Наверное, следует его наказать. Не из-за ссоры с рыцарем. Но за то, что солгал мне. – Он положил руку на плечо Эдивы. – Как вы посоветуете мне поступить, миледи? Если я проявлю к нему милосердие, может быть, он перестанет противиться моей воле?

– Прикажите своим людям оставить в покое его жену. Тогда он будет делать все, что вы захотите.

Жобер кивнул:

– Это будет непросто сделать. Жозефу, кажется, она приглянулась. Но для Оксбери важно, чтобы мельник хорошо работал. Поэтому я поговорю с Жозефом.

Эдива пошла было в дом, но свернула к амбару. Ни братьев, ни их людей там не было. Должно быть, они ушли, поняв, что она не собирается приводить к ним Жобера. На душе у нее стало легче.

Проходя мимо пожарища, она услышала тихий свист. В темноте под стеной замка стоял Годрик. У нее екнуло сердце.

– Что ты здесь делаешь? – прошептала она. – Где все остальные?

– Ушли, – с горечью ответил он. – Эти дуралеи никак не могли договориться между собой о том, что делать дальше, и мы упустили свой шанс. Почему ты нас подвела, Эдива? Если бы их предводитель оказался у нас в руках, мы без труда одолели бы их. Неужели он стал тебе дороже твоих родных братьев?

– Он сделал много хорошего для Оксбери. Если бы вы пришли и сказали, что готовы служить ему...

– Ни за что! Да я скорее умру, чем буду служить нормандским свиньям!

Эдива покачала головой. И в этот момент ее окликнул знакомый голос. Быстро повернувшись, она увидела Жобера. Он стоял в нескольких шагах от нее.

– Все в порядке? – спросил Жобер. – Ты сказала, что идешь в зал, чтобы приготовить лекарство.

– Я... я остановилась поговорить кое с кем, – растерянно пролепетала Эдива и, оглянувшись, увидела, что Годрик исчез.

– Кто это был? – спросил Жобер.

– Так, один из пастухов. Он живет не в деревне.

Жобер подошел ближе:

– Мужчина на вид крепкий и сильный. Нам такие потребуются, когда начнем весной ставить каменную крепостную стену.

– Не уверена, что он захочет служить у тебя, – сказала Эдива. – Мне кажется, парень предпочтет жить в нищете, но не станет работать на норманна.

– Жаль. Эти люди скоро поймут, что им нет места в Англии, которой правит теперь король Вильгельм.

Голос Жобера звучал спокойно, и Эдива не могла понять, поверил ли он ее объяснениям.

– Иди в дом. Тебе же надо приготовить лекарство.

В зале Эдива увидела, что Эдельме стало лучше. Она сидела на скамье и с аппетитом ела. Но состояние Вульфгет ухудшилось. Девушка сильно побледнела и с трудом дышала.

– Ну, принесли то, что нужно? – спросила Бьерфлад.

– Да, сейчас приготовим отвар. Принеси воды и поставь на огонь. А я поднимусь наверх за другими травами.

Эдива торопливо поднялась в спальню. К счастью, ее мать разбиралась в целебных свойствах трав и научила ее кое-чему. Надо взять щепотку листьев тимьяна, чтобы смягчить кашель Вульфгет, и добавить макового отвара, чтобы облегчить боль.

Эдива зажгла лампу возле кровати и направилась к шкафчику, те у матери хранились травы. Взяв нужное количество тимьяна, она вспомнила о мешочке, который взяла в доме мельника. Разглядев семена при хорошем свете, она обнаружила, что принесла тмин. Нет, угоревшей это не нужно.

Эдива засмеялась, сообразив, зачем мельник хранил тмин. Он боялся, что его миловидная молодая жена захочет более сильного, чем он, мужчину. Поэтому запасся на всякий случай средством, помогающим в такой ситуации.

Эдива стояла, не зная, что ей делать с этими семенами. Уж конечно, норманну подобное лечебное средство ни к чему! Его возможности, похоже, безграничны. Кажется, он только и думает о постели, когда на нее смотрит.

Отвар для Вульфгет приготовили быстро.

Девушка пила медленно, отдыхая между глотками. Потом глаза ее закрылись, и она, хрипло дыша, откинулась на подушку.

Эдива, нахмурив лоб, некоторое время наблюдала за ней. Мысль о том, что эта юная крестьянка может умереть, снова вызвала у нее острое чувство вины. Ведь она обещала ее родителям присмотреть за Вульфгет. Кто мог подумать, что опасность возникнет не от нормандских рыцарей, а от ее соплеменников?

Эдиву охватил гнев. Братья не учли, что от пожара могут пострадать ни в чем не повинные люди, саксонцы!

– Как она себя чувствует? – спросил, подойдя к ней, Жобер.

– У нее слабое дыхание. Если начнется жар, я едва ли смогу помочь.

– Жители деревни ушли. Меня удивило, что их так много. За столом в зале крестьян было гораздо меньше.

Эдива промолчала. Ее радовало, что братья и их люди убрались из крепости. Но, кажется, Жобер догадался о том, что затевалось. Он и ее считает участницей?..

– У тебя усталый вид, Эдива, – сказал Жобер. – Может, тебе лучше подняться в спальню?

– Ты придешь? – сглотнув подступивший к горлу комок, спросила Эдива.

Глаза его блеснули. Он тихо ответил:

– Приду позднее. У меня еще есть кое-какие дела.

Он лежал с открытыми глазами. Скамья под ним казалась невыносимо жесткой. А в спальне наверху постель была такая удобная. Он, как хозяин, имел полное право спать там, не говоря уже о праве воспользоваться другими удовольствиями, которые могло предложить Оксбери.

Глупо отказывать себе. Эта женщина явно хочет спать с ним. Даже горит желанием. Если окажется, что она коварная, лживая мерзавка, он все равно получит удовольствие.

Так почему бы ему не подняться по лестнице и не забраться в мягкую постель? Он сожмет саксонку в своих объятиях, придавит своим телом и ощутит жар у нее между бедер. Дрожь волной прошла по его телу. Нет, он не пойдет к ней. Алан твердит, что она предательница. Трудно в это поверить. Но возможно, разобраться во всем ему мешают чувства. Его власть в Оксбери пока слабовата. Сегодня едва удалось избежать нападения.

Жобер понял, что мятежники побывали в крепости. Он видел, как Эдива разговаривала с одним из них. С высоким, хорошо сложенным саксом. Может быть, со своим любовником?

Нет, Эдива, когда он овладел ею, была девственницей. И если даже она испытывала нежные чувства к одному из воинов своего отца, то это осталось в прошлом.

Жобер вспомнил, как растерялась Эдива, когда он обнаружил ее в тени у стены замка. Он не расслышал, о чем она говорила с саксом, но они ссорились. Может быть, Эдива убеждала мятежников отказаться от нападения? Может быть, она пыталась помочь ему, Жоберу?

Его привязанность к Дамарис чуть не стоила ему жизни. Влюбляться в женщину опасно. Тем более опасно, если эта женщина – пылкая чертовка, соплеменники которой твои смертельные враги!

Эдива была не из тех, кого можно заставить подчиниться воле завоевателя. Она будет делать то, что считает правильным, не раздумывая о последствиях, . Вот почему необходимо убедить Эдиву, что самое разумное для нее – поддерживать его! Она, очевидно, сильно привязана к Оксбери и к людям, которые здесь живут. Если бы ему удалось внушить ей, что для него важнее всего благоденствие Оксбери! Тогда, возможно, она перешла бы на его сторону.

И все же Жобер не был уверен в ней. Он не мог забыть, что она связана кровным родством с некоторыми мятежниками. А кто для нее он? Пришелец, захватчик... Однако она отдалась ему по доброй воле, он нравится ей... Но не окажется ли зов крови сильнее страсти?.. И может быть, ее забота о благополучии Оксбери объясняется лишь тем, что она хочет сохранить поместье для себя.

Жобер ворочался на скамье, пытаясь улечься поудобнее.

Глава 12

Эдива проснулась от стука и грохота. Она подумала, что начали сносить то, что осталось от кухни.

В окно пробивался слабый свет. Во дворе она увидела Жобера. Он отдавал распоряжения своим людям. Похоже, поднялся хозяин рано. А может быть, и вовсе не спал. Во всяком случае, в спальню он не пришел.

И это после его многообещающих слов и взглядов? Наверное, Жобер считает ее предательницей и ему неприятно находиться рядом с ней. Плохо, что он видел, как она разговаривала с Годриком. У него возникли подозрения.

Но только ли в этом дело? Ее вдруг одолели сомнения. Глупо думать, что норманн питает к ней теплые чувства. Он хотел бы заставить ее признаться в связи с мятежниками.

У нее защемило сердце. Возможно, она вообще не интересна ему. Он получил, что хотел. Лишил ее девственности – раз. Привлек к управлению поместьем – два. Добился поддержки обитателей Оксбери – три.

Эдива тяжело вздохнула и принялась одеваться. Она вдруг вспомнила разговор с Голдой. Та с насмешкой сообщила, что Жобер собирается жениться на какой-то богатой норманнке. Вот как! Значит, на родине у него есть невеста. Она будет носить его имя и родит ему детей. А пока есть Голда, любовница... Так нужна ли ему она, Эдива? Разве только для того, чтобы управлять его хозяйством и облегчать общение со слугами и жителями деревни.

Совсем приуныв, Эдива принялась расчесывать волосы. Братья когда-то смеялись над ней, говорили, что она лишена женственности и что ни один мужчина не захочет ее, разве что соблазнится ее богатым приданым. А теперь у нее даже приданого нет. Норманн завладел ее землями.

Эдива пыталась справиться с нарастающим гневом и отчаянием. Норманн переспал с ней всего один раз, и ей показалось, что ему это понравилось. Он часто говорил ей ласковые слова, а в его взгляде нельзя было не заметить искреннего восхищения. Может быть, она все-таки нравилась ему хоть немножко? Но этого недостаточно!

Эдива отложила в сторону гребень и принялась заплетать косы. Глупо размышлять о подобных вещах, ведь У нее есть более серьезные заботы – здоровье Вульфгет... восстановление кухни...

Как только Эдива появилась в зале, к ней подошла встревоженная Бьерфлад и сообщила, что Вульфгет стало хуже. Она опасалась, что у девушки начинается лихорадка. Эдива посоветовала поить ее отваром ивовой коры. Если это не поможет, придется привести к ней знахарку.

За знахаркой Хельвенной нужно будет снова идти в деревню. Эдива не знала, как к этому отнесется Жобер. Ему, возможно, покажется странным, что она ничего не сказала о знахарке прошлой ночью, заявив, что будет сама лечить молодую крестьянку. Но Эдива просто забыла о Хельвенне. Она думала лишь о том, как увести норманна из крепости, вот и соврала про мельничиху и ее запасах целебных трав.

Эдива вышла во двор и направилась к пепелищу. Там были и крестьяне. На двух языках, чтобы ее могли понять и саксы, и норманны, она распорядилась проверить, нет ли в грудах углей и пепла сохранившейся утвари, которую можно было бы отмыть, отчистить и использовать снова.

– Уверен, что это был поджог. Кто-нибудь из саксов знает, чьих рук это дело, – сказал Алан. – Если на них как следует надавить, они все нам расскажут.

– Ты имеешь в виду пытки? Алан пожал плечами:

– Возможно, удастся обойтись угрозами. Слуги и жители деревни дрожат от страха. Думаю, если запугать их, они выдадут мятежников.

Жобер оглядел кольчуги и шлемы, развешанные на крючках вдоль стены конюшни.

– Какая нам будет польза, если ты заставишь их говорить? – спросил он. – Ну, назовут они имена поджигателей. Но тех еще надо поймать. Что, отправляться в лес на поиски лагеря мятежников?

– Почему ты уверен, что это сделали мятежники? Поджечь кухню мог кто-нибудь из слуг или жителей деревни.

– Я знаю, что вчера мятежники были в крепости.

– Возможно, один или двое – не больше, – сказал Алан.

– Не один и не два, а все!

– Но как они смогли проникнуть сюда?

– Скажи, ты можешь отличить крестьянина от воина из дружины Леовайна? Они были здесь. Я подсчитал, сколько саксов прошло через ворота в крепость и сколько сидело в зале. Понимаешь? Лесные люди не пошли в зал.

– Чтобы не выдать себя? – уточнил Алан. – И чтобы напасть на нас?

– Верно, – подтвердил Жобер. – Враги были здесь.

Они и устроили поджог.

– Но почему же они не напали на нас? – спросил Алан.

Жобер поскреб небритый подбородок.

– Не знаю. Я думал над этим всю ночь, но нашел только одно объяснение. Это Эдива убедила их уйти, отказавшись от нападения.

– Эдива, говоришь? – Алан насмешливо фыркнул. – Она что, не хотела бы освободить свой дом от нас, ненавистных норманнов?

– Эдива беспокоится за своих людей и, должно быть, понимает, что вооруженная стычка внутри крепости обернулась бы для них бедой.

– Но и мятежников она поддерживает. Я уверен, что с кем-то из них она связана кровным родством!

Жобер вздохнул и согласился с Аланом.

– Совершенно ясно, что ты к ней неравнодушен, – с сочувствием сказал Алан. – И именно поэтому ты не можешь быть беспристрастным. Это не какая-нибудь нежная дева вроде Дамарис. Вспомни, где мы нашли Эдиву. В лесу среди мятежников. Значит, она пошла воевать с нами. Теперь, думаешь, в ней что-то изменилось?

– Возможно, ты прав. Когда я вижу ее в женском платье (а особенно совсем без одежды, мысленно добавил он), я забываю о том, какой воинственной она может быть.

Алан кивнул:

– Откровенно говоря, я с опаской отношусь к саксонкам. Хотя на некоторых из них приятно посмотреть. Ни когда не женился бы на саксонке, разве что приказал бы король. Когда вернусь в Руан, женюсь на какой-нибудь порядочной норманнке. – Алан рассмеялся.

Жобер подумал, что прежде тоже старался не связываться с саксонками, но ничего не получилось. В самом начале он надеялся, что благодаря Эдиве упрочит свое положение в недавно обретенном поместье. Только это его и заботило. Но за последние несколько недель все изменилось. Он страстно влюбился в Эдиву, и она заняла так много места в его мыслях и сердце, что он даже и не вспоминал о Дамарис.

– Скажи, у тебя когда-нибудь была девственница? – спросил он у Алана.

Алан покачал головой:

– Нет. Девственницу можно заполучить, только если собираешься жениться. А я пока не осмеливался даже думать об этом.

Жобер вспомнил, какое блаженство испытал в постели с Эдивой. Может быть, это показалось таким необычным, потому что она была девственницей?

Сигнал тревоги, прозвучавший у ворот, вывел его из задумчивости. Он схватился за меч и выскочил во двор. Следом за ним устремился Алан.

Эдива находилась в кладовой. Она пыталась сообразить, что люди будут есть, пока не восстановят печь. Вдруг послышался какой-то шум. Она выбежала во двор и быстро заперла дверь ключом, висевшим у нее на поясе.

Ее одолевали тревожные мысли о братьях. Неужели они напали на крепость средь бела дня? Она увидела, что несколько рыцарей, облаченных в доспехи, подъехали к воротам крепости. Жобер вышел им навстречу. Он был без кольчуги, только в тунике и штанах, которые она ему сшила. Но выглядел лорд великолепно – ростом выше всех остальных мужчин, с развевающимися на ветру длинными волосами.

Он обменялся приветствиями с гостями, когда те спешились. Оруженосцы сразу же увели коней в конюшню.

Эдива поспешила в зал. Следует ли ей тоже приветствовать гостей? Как поведет себя Бревриен? Как он ее представит им?

Усевшись в углу, она решила ждать. И вот вошли рыцари. Жобер де Бревриен предложил им сесть за стол, потом приказал служанкам принести вина. Женщины испуганно смотрели на него, не двигаясь с места.

Эдива сделала шаг вперед.

– Ах, и вы здесь, леди Эдива! – весело воскликнул Жобер. – Позаботьтесь, чтобы нашим гостям принесли вина.

– Милорд, – тихо сказала она, подойдя к нему, – кажется, вина больше нет.

– В конюшне есть еще один бочонок. Я велел своему оруженосцу припрятать его в нише, там, где развешаны наши доспехи. Скажите Уиллу, чтобы принес его вам.

– А как насчет еды? Печь разрушена, а хлеба после вчерашнего пира осталось всего несколько караваев.

– Принесите весь хлеб и все оставшееся мясо. Этого будет достаточно.

Эдива ушла, чувствуя, как у нее нарастает раздражение.

Он обращался с ней, как со служанкой. Однако, с другой стороны, женщины всегда обслуживают мужчин – такова их доля. Она делает то, что делала ее мать, когда они принимали гостей.

– Это и есть дочь саксонского лорда? – спросил Айвин Мейси, когда Эдива вышла из зала.

– Да, – ответил Жобер. – И без ее помощи мне не удалось бы сделать так много за несколько недель нашего пребывания здесь. Она умелая хозяйка, к тому же довольно хорошо говорит на нашем языке.

– А ты не собираешься жениться на ней?

Вопрос привел Жобера в замешательство. Ведь он поклялся, что ни на какой другой женщине, кроме Дамарис, не женится.

– Кстати, король Вильгельм хочет, чтобы мы укрепляли свою власть на новых землях законными методами. Чтобы не возникло споров с церковью, – сказал Айвин. – Мне кажется, что женитьба на дочери Леовайна закрепила бы твое право на владение Оксбери.

Жобер кивнул. Лицо его было мрачным. Гость усмехнулся:

– Понимаю! Ведь она – саксонка. Дикость! Невежество! Но считай этот брак просто средством достижения своей цели. А потом привезешь из Нормандии настоящую леди.

Айвин громко расхохотался, закинув назад голову.

– Леди Эдиву невежественной не назовешь, – задумчиво произнес Жобер. – По правде говоря, в хозяйстве она разбирается лучше, чем любая женщина из всех, кого я знал. А уж как искусно шьет и вышивает, как умеет рассчитать запасы еды...

– Полно тебе, не сердись, – прервал его Айвин. – Я не хотел тебя обидеть, Жобер. Если она тебе так нравится, попроси у короля Вильгельма разрешения на ней жениться.

Жобер продолжал беседовать с гостями и в то же время обдумывал слова Айвина. Взять в жены Эдиву? А что? Кажется, она не из тех, кто может предать собственного мужа. Но захочет ли она стать его женой? Не только женой, но и полноправной хозяйкой поместья, мысленно уточнил Жобер.

– Кстати, с нами приехал священник, – сообщил Айвин. – Вот отец Рейболд, которого направили сюда служить, и поможет тебе написать королю прошение.

– Но зачем прислали сюда священника?

– Вильгельм захотел, чтобы священников направили во все поместья, переданные его именем во владения норманнам.

Жобер приказал, чтобы отца Рейболда пригласили к столу.

– Лорд Бревриен, – появившись в зале, священник склонил голову перед хозяином поместья, – я направлен в Оксбери, чтобы удовлетворять духовные потребности его жителей. – Из сумки, висевшей через плечо, он извлек свиток. – Вот письмо от епископа.

Жобер взял бумагу.

– Хорошо, отец Рейболд. Добро пожаловать в Оксбери. Надеюсь, вам здесь понравится.

Священник улыбнулся, но серые глаза его остались холодными.

– Наш долг – заботиться даже о малой пичуге.

«Можно ли доверять ему?» – вдруг подумал Жобер.

В этот момент его люди внесли в зал последний бочонок с вином. Быстро наполнили кубки гостей. Жобер ждал, что слуги вот-вот внесут закуску. Эдива не показывалась. Может быть, она вообще не вернется в зал?

– Скажи, что привело тебя в Оксбери? Наверное, ты со своими людьми держишь путь на побережье?

– Нет, я приехал к тебе, Жобер, по поручению короля. В Глостершире мятежные саксы объединились с валлийцами и начали совершать набеги на земли Ральфа Беркли. Король Вильгельм хочет, чтобы ты со своими воинами помог Ральфу Беркли защитить его собственность от этих наглецов.

– Но у меня здесь тоже не спокойно, – возразил Жобер. – Вчера кто-то поджег кухню. Я уверен, что это дело рук скрывающихся в лесах саксов. Если я пошлю своих людей на помощь Беркли, то поставлю под удар свои владения.

– Король считает Глостершир самым важным и самым неспокойным местом на северной границе. А этот район он рассматривает как уже завоеванный. Король призывает на помощь не только тебя, но и всех остальных уилтширских лордов.

– Если я отправлю своих людей служить ему, некому будет защищать мою собственность.

Айвин кивнул:

– Поезжай сам, Жобер. Тогда тебе не придется брать с собой много рыцарей. Король ценит тех, кто уже проявил себя в борьбе с саксами. А у тебя такой опыт есть, Жобер де Бревриен.

Жобер задумался. Что будет лучше для Оксбери: отправить почти всех воинов или самому поехать с несколькими рыцарями?

А что будет с Эдивой? Его отъезд может многое прояснить. Если она выступит на стороне мятежников, устроит заговор против него, станет ясно, что нет никаких чувств, а просто она притворяется, мечтая изгнать его из поместья. Прежде чем решить, жениться ли на ней, он должен знать наверняка, связана ли она с мятежниками.

– Беркли ожидает твоих рыцарей через три дня, – сказал Айвин. – Советую тебе поторопиться.

В этот момент в зал вошла Эдива. Следом за ней слуги внесли подносы с холодным мясом, корзинки с хлебом и круги овечьего сыра. Но внимание Жобера привлекла не еда, а сама Эдива. Она сменила повседневное платье на наряд из мягкой синей шерсти, цвет которого особенно красиво подчеркивал ее васильковые глаза, безупречную белую кожу и блестящие золотистые косы.

Жобер смотрел на нее, думая лишь о том, что надо немедленно попросить священника написать послание королю Вильгельму. Для него уже не имело значения, заговорщица она или нет. Он хотел эту женщину!

– Вы образцово ведете хозяйство, леди Эдива. Обитатели Оксбери должны благодарить Господа за то, что у них такая умелая хозяйка.

Эдива пробормотала слова благодарности священнику, но не поверила в его искренность. Его узкое лицо и острые серые глазки показались ей хитрыми, а манеры вкрадчивыми. Неудивительно, что Бревриен попросил ее проводить священника в часовню, а затем в его апартаменты. Похоже, что Жоберу, как и ей, было не по себе рядом с этим человеком.

– У вас отличная еда, – сказал священник, удаляя пальцем застрявшие между зубами остатки пищи. Эдива едва подавила дрожь отвращения, хотя ей было известно, что некоторые святые отцы, отрешаясь от мирской суеты, даже не моются. – Вам повезло, что огонь не затронул запасы продуктов. Пожары на кухне случаются часто. Но у вас, как я слышал, был поджог.

Эдива насторожилась, но тем не менее спокойно спросила:

– Кто вам сказал такое, святой отец?

– Один из рыцарей говорил о заговоре среди слуг. Якобы предполагалось отвлечь огнем внимание норманнов. А саксы тем временем напали бы на них внутри крепости.

– Ну, если это так, то их план не удался, – сказала Эдива, посмотрев священнику прямо в глаза.

Они подошли к часовне. Эдива открыла скрипнувшую дверь. Вставив в настенную скобу факел, она зажгла свечи.

– Здесь уютнее, чем я предполагал, – улыбнулся отец Рейболд. – Все так красиво.

– Отец постарался угодить моей матери.

Священник взглянул на Эдиву. В мерцающем свете свечей выражение его длинного лица почему-то показалось ей зловещим.

– Должно быть, вы ненавидите норманнов за то, что они отобрали у вас поместье?

Эдива насторожилась. Уж не попросил ли Жобер священника шпионить за ней?

– Новый хозяин, наверное, заставил вас спать с ним? – не получив ответа, снова спросил священник. – Этот Бревриен просто мужлан. Жаль, что король Вильгельм не отдал Оксбери кому-нибудь более достойному.

Его слова так поразили Эдиву, что она не удержалась и спросила:

– Что вы имеете в виду, святой отец? Священник снова противно улыбнулся:

– Жобер де Бревриен – ничтожество, младший сын, у которого в Нормандии нет ни акра земли. Если бы не странная щедрость короля Вильгельма по отношению к тем, кто сражался при Гастингсе, этот Бревриен по сей день оставался бы безземельным рыцарем.

– Но он хорошо образован и благороден, – возразила Эдива. Суждения священника о Жобере возмутили ее. – И у него отличные манеры.

Священник бросил на нее сердитый взгляд:

– Не будьте дурочкой! Вы из богатой и знатной семьи. Такой человек, как Бревриен, вас не стоит.

Изумленная Эдива хотела спросить у него, что же ей делать, но тут скрипнула дверь.

Они обернулись и увидели в дверном проеме высокую фигуру Жобера де Бревриена.

Эдиву бросило в жар. Именно о нем только что шла речь. И хотя о нем отзывался нелестно священник, а не она, ей стало не по себе при его неожиданном появлении. Вдруг он подумает, что она в заговоре со священником?

– Ты показала отцу Рейболду, где он будет спать? – спросил Жобер.

– Нет, еще не успела, – ответила Эдива.

– Я сам это сделаю, – сказал Жобер. – А тебя разыскивает Бьерфлад.

Эдива направилась к выходу. Ему пришлось отступить на шаг, чтобы пропустить ее, но их руки на мгновение соприкоснулись.

Знакомая горячая волна желания прокатилась по ее телу, и лишь на полпути к замку ей удалось снова овладеть собой.

– Она настоящая красавица, не так ли? – сказал отец Рейболд, когда Эдива ушла.

Жобер кивнул. У него все еще кровь стучала в висках от возбуждения, охватившего его от прикосновения к ее руке.

– Я имею в виду – для саксонки, – добавил священник. – Красивый народ, но вероломный, коварный. Уверен, что королю еще не скоро удастся окончательно подчинить их своей власти.

Жобер настороженно взглянул на священника. Уж не сказала ли ему Эдива что-нибудь такое, что заставило его заподозрить ее в неискренности?

Отец Рейболд откашлялся:

– Мне говорили, милорд, что вы проявили щедрость по отношению к саксам. А они только и ждут удобного случая, чтобы прогнать вас отсюда. Вас это не сердит?

– Ну и как же, по-вашему, они собираются сделать это?

– В Оксбери все знают, что на кухне был поджог. Любой другой землевладелец на вашем месте не оставил бы это безнаказанным.

– Откуда мне знать, кто в этом виноват? Или вы считаете, что за проступок, совершенный несколькими людьми, должны страдать все саксы?

– Но вы обязаны подчинить своей воле население дарованных вам земель. Как известно, король Вильгельм не отличается терпимостью и может не понять вашу щепетильность в отношении тех, кто не соблюдает его законов.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17