Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Змеиная яма

ModernLib.Net / Боевики / Март Михаил / Змеиная яма - Чтение (стр. 16)
Автор: Март Михаил
Жанр: Боевики

 

 


— Дальше копать не имеет смысла, — суетился Николай. — Это усыпальница, склеп.

— Тут должен быть люк, — твердо заявил Гюнтер.

— Есть люк, но мы его вскрывать не стали. Замурован намертво. Вот он.

В центре подвала среди каменных плит выделялся стальной кованый люк с огромными заклепками, но без ручек.

— Вскрывайте! — приказал Гюнтер.

— Чем? Его же не подцепишь. Даже лом не просунешь.

— Вскрывайте! — повторил немец.

— Как скажешь.

Николай подошел к рабочим, среди которых находился и Журавлев.

— Гусь! Отправь мужиков за инструментом, пусть начинают. А ты. Кореец и Дылда, отойдите подальше, в случае чего — разом на землю и за колонну. И этого мне сохраните, — он кивнул на Журавлева. — Чует моя печенка — у нас найдется тема для разговора.

Гусь, самый здоровенный среди всех, лишних вопросов не задавал. Он отдал приказ, и четверо человек отправились за инструментом. Сам он остался на месте, а с ним Кореец, опекавший чужака, и долговязый, сутуловатый, рыжий тип с колючими глазками. Журавлев понял, что попал с корабля на бал. Тут начиналось самое интересное. Только сумеет ли он кому-нибудь рассказать о том, что видел, вызывало у него сомнение. Наташа бы за такое зрелище полжизни не пожалела.

Рабочие вернулись со сварочным аппаратом и отбойными молотками, тянули кабели, закатывали баллоны с газом и кислородом, притащили компрессор. Подготовка заняла полчаса. Наконец техника заработала, взвилась пыль поднялся и шум. Гусь отвел своих людей назад, и они встали за огромную колонну. Николай также отошел подальше. Гюнтер даже не обратил на него внимания, он с нетерпением следил за продвижением работы.

У люка не было петель и замков. С какого боку начинать, никто не знал. Долбили как придется. Работы продлились не больше десяти минут, после чего грянул мощный взрыв. Тот, кто был предупрежден, упал на землю, остальных разорвало в клочья. От Гюнтера осталась толь, ко щиколотка ноги в ботинке, от остальных только кровь на стенах и потолке.

Когда пыль улеглась и дым рассеялся, оставшиеся в живых поднялись на ноги. В ушах стоял такой звон, что разговаривать не имело смысла — никто ничего не слышал. Медленно ступая по осколкам, со всех сторон к центру сходились счастливчики. В том месте, где находился люк, образовалась черная дыра диаметром метра в два. Николай поднял руку, останавливая движение, и указал на выход.

Приблизиться к люку так никому и не удалось. Даже свет тусклого дождливого дня показался после подвала слишком ярким, а воздух слишком чистым. Звон в ушах затих.

— За что боролся, но то и напоролся, — многозначительно сказал начальник. Взглянув на Гуся, он отдал распоражение:

— К люку не подходить. За столько лет там скопились ядовитые газы. Сунешь нос — и тут же отравишься. Возьми десяток рыл, и пусть они спустят вниз бетонную плиту. Прикройте люк, но оставьте щель сантиметров в двадцать, так чтобы голова не пролезала. Пусть из ямы газы выветриваются. Что делать с ней, потом решать будем. Ну а ты, Кореец, веди нашего гостя ко мне в контору. Пора бы узнать нам, с чем он пожаловал в зону и как ухитрился пройти через змеиное царство. Кореец толкнул Вадима в спину.

— Шевелись.

Его доставили под конвоем в отдаленный барак, прикрытый со всех сторон частоколом высотой в три метра. Калитка находилась на уровне четырех ступеней, обсыпанных каким-то едким порошком. Видимо, таким образом местный начальник спасался от змеиного нашествия и недоброжелателей из числа рабочих.

Журавлева привели в комнату с идеально гладкими стенами, полом и потолком. Кроме стола, сейфа и пяти стульев, тут ничего не было. Попади сюда ядовитая тварь — она и спрятаться не сможет.

Николай выпроводил своих телохранителей во двор и остался с гостем один на одни. Разумеется, его перед этим обыскали, но, кроме фонаря и сигарет, ничего не нашли.

— Садись, парень. Как тебя кличут?

— Называй как хочешь.

— Ладно, чужак, ты сам все расскажешь или тебя подвергнуть первичной обработке? Мои молодцы умеют это делать.

— Толку что? Змеи меня не трогают. Как пришел, так и уйду, если ты меня не придушишь. Я для тебя интереса не представляю. Ты для меня тоже. Слух прошел в Сафонове, будто моего кореша сюда завербовали, вот я его и решил навестить. Хотел вывести из твоих клещей.

— Стало быть, ты с сафоновского изолятора? Морда у тебя подходящая. А как кореша звали?

— Данила Фокин.

— Когда завербован?

— Полтора года назад.

Гаврилюк залез в свой сейф, в котором даже ключей не было, достал из кучи общую тетрадь и пролистал ее. Остановившись на одной странице, он просмотрел ее и сказал:

— Был у нас такой. Полгода назад ушел в змеиную зону. Царствие ему небесное. Долго он у нас продержался, восемь месяцев. Припоминаю я его. У меня ведь память на ваши фотки хорошая. Тебя увидел и сразу понял, что чужой и нашивок нет. — Начальник бросил тетрадку обратно в сейф. — Пальчики у тебя музыкальные. Из щипачей будешь?

— Угадал. Карманник от Бога.

— Однако сел.

— Дружка выручал.

— Ладно, душить я тебя не буду, а новое лицо мне на днях понадобится. Пока твою рожу конвой еще не видел, то ты мне службу сослужишь. Взамен свободу получишь. Ну а если не хочешь, то милости просим: я тебя в отряд сдам, нам лишние руки не помешают. Лопат у нас на всех хватит.

— И взрывчатки тоже?

— Вон ты о чем… Со взрывами здесь покончено. Это мы поначалу топь рвали и тину сгоняли, а теперь здесь все чисто.

— Ты меня за лоха не держи. Хочешь меня использовать — говори, что делать. Я нахрапом не работаю. Я думать привык и каждый шаг свой размерять. Это ты своим блатным лапшу вешай, а со мной совет держать надо.

— А ты, браток, наглец. Стоит мне пальцем щелкнуть — и от тебя перышка не останется. Не понял еще, куда попал?

— И понимать не хочу. Только вижу, что ты задумку имеешь, а как ее выполнить, мозгов не хватает. Твои холуи на голову туговаты будут, вот и маешься. Прав я или нет?

Гаврилюк долго и внимательно разглядывал пленника, и в его глазах читалось какое-то смятение.

— Чую, неспроста ты здесь появился, парень. Ну да ладно. Раньше времени тебе отсюда не выйти, а посему ты мне вреда не доставишь, а вот насчет пользы мы еще подумаем. Может быть, и впрямь у тебя голова кумекает. А сейчас я тебя в хоромы свои направлю. Денек посидишь, подумаешь, а понадобишься — вызову. Мне не резон тебя людям показывать.

Николай подошел к двери, открыл ее и крикнул:

— Гусь, иди сюда.

В избу ввалился детина с лунообразной мордой.

— Отправь нашего гостя на чердак, пусть отдыхает. И замок повесить не забудь. Может случиться — он для нашего дела сгодится. Шустро мыслит и в штаны не кладет, а потом видно будет.

Надежда на возвращение растаяла, как лед на сковородке. Не дождутся его сегодня змеелов с Наташей.

Да, они не дождались. Перед уходом Дмитрий сбросил веревку в котлован, а на конец привязал свой штык и записку: мол, сам в лес не ступай, я за тобой приду. Наверху оставили флягу с водой, сухари и спички. Большего они сделать не могли.

Наташа никаких угрызений совести не испытывала настояв на разведке, подвела Дика к рискованному решению, а Дмитрий жалел, что согласился вести их через лес. Однажды он одну душу спас, а теперь другую погубил. Из таких капканов сами не выбираются.

По лесу шли молча. Наташа прижималась к спутнику и думала о своем. Как же ей теперь установить: в какой из трех точек находится архив?

14. Охотники

Совещание длилось недолго. Поначалу Крылов хотел выслушать всех своих помощников, но этого не потребовалось. Оказалось достаточно доклада Кота — так звали одного из охранников фирмы. Крылов не любил русских имен и фамилий, он предпочитал присваивать своим сотрудникам клички. Самыми надежными в его бригаде считались Жорж и Красавчик. Кот, Филон, Акробат и Додж работали на подхвате. Все ребята прошли хорошую выучку и промахов в работе не допускали, но Крылов, как и все начальники, всегда выделял лучших и допускал их к себе на шаг ближе. В народе таких людей принято называть любимчиками либо правой рукой. Сегодня отличился тот, кто не числился среди особо приближенных.

— Я допустил одну ошибку, — докладывал Кот. — В этих местах нет никаких дорожных указателей, щитов, а на домах даже номеров не ставят. Название деревни можно узнать только у местных. Деревенька пустовала, словно вымерла, а потом мне уже не до того было. Я их увидел. И опять с ними был тот самый брюнет с дутыми щеками и лошадиными зубами. Они вышли из крайней избы втроем — Наташа, брюнет и, вероятно, хозяин, крепкий мужик лет шестидесяти. За плечами он нес чехол. Похоже на ружье. Все с рюкзаками и в телогрейках. Местность там открытая, мне пришлось держать большую дистанцию, чтобы оставаться незамеченным. Они прошли километра три или четыре и зашли в лес. Дальше идти не имело смысла, но деревню я найду.

— Так или иначе, но их интересует район Курнакова. Ни Ховрино ни Балаханово, а именно Курнаково. Сбежав из одной деревни, они далеко уходить не стали, а устроились поблизости. Зная, что на них идет охота, они тем не менее продолжают играть с нами в кошки-мышки. Значит, игра стоит свеч, и риск себя оправдывает.

— Во всяком случае, брать в деревне их нельзя. Мы уже научены горьким опытом, — заметил Красавчик.

— Нет, конечно, — согласился Крылов. — Нам нужна Наташа, а остальных придется убрать. Я бы и ее не пощадил, но у меня есть предчувствие, что она знает больше, чем Шефнер мог себе представить. То, что она игнорирует остальные зоны и делает ставку на Курнаково, о чем-то говорит. Ее надо взять живой, вытряхнуть из нее все сведения, а потом стереть с лица земли. Облаву на них надо устраивать на дороге. Одной разведкой им не обойтись. В лес они будут ходить не один день. Мы их перехватим на обратном пути.

— Лучше наоборот, — предложил Кот. — Мы не знаем точно, из какого места в лесу они выйдут, а потом дорога идет через степь, открытое место. Гораздо проще ждать их со стороны леса, когда они туда направляются. Метров за триста их уже будет видно, и мы сумеем занять удобные позиции. И машину можно загнать в кустарник.

— Резонно. — Крылов глянул на часы. — Четверть первого ночи. Если мы сейчас поедем, то с учетом поисков к четырем будем на месте. Светает около шести.

— В это время они и выходят, — добавил Кот. — Я их встретил в четверть седьмого. Ночь переночевал в машине. Хорошо, что оставил ее в лесу и пошел в деревню пешком: все как полагается — в ватнике, сапогах, корзиной с грибами, которую купил на рынке. Вид у меня был соответствующий, но в любом случае я мог пустить пыль в глаза только заезжим гастролерам. Местные друг друга знают по всей округе. Чужака тут же заприметят. Увидев с ними деревенского, я не стал приближаться. К тому же я не имел инструкций от вас, шеф. Мне ничего не стоило перестрелять всех и схватить жену Шефнера в охапку.

Крылов криво усмехнулся.

— Вот пока мы будем такими самонадеянными, у нас ничего не получится. Этот брюнет уже научил нас оглядываться. Ловок, как покойный Журавлев. Таких силой взять невозможно. Этих людей бьют из-за угла, а не в лоб, либо хитростью, но в этом ему равных нет.

Тут подал голос сидевший у окна Жорж.

— Извините, шеф, но вам не кажется, что мы очень долго занимаемся женой Шефнера? Пора с этим кончать и заняться объектами. В конечном счете именно они являются главной стратегической задачей.

— Я держу связь с Гюнтером, Гельмутом и Германом. Работы ведутся под их руководством. И если хоть на одном из них будет что-то обнаружено, сообщение тут же уйдет в Москву. Шефнер моментально среагирует на сигнал и вылетит в Смоленск. Вот тогда мы и примемся за работу вплотную.

— А Шефнер? — спросил Счастливчик.

— Он нам не помеха. Весь его расчет строится на МВД, другой силы он не имеет. Однако МВД мною давно перекуплено. Полковник Чепурин ждет своей доли. От Шефнера он ничего не получит — он не верит немцам, — а мне верит. Я сумел найти с ним общий язык.

— Это еще не все, — продолжил Жорж. — Нельзя забывать об Ингрид. Вы почему-то не уделяете ей должного внимания, шеф. А вам известно, что она пропала? Ее нет в Смоленске, она не появлялась в Ховрине, и ни один из ставленников Шефнера ее так и не видел. Я разговаривал с Гюнтером, Германом и Гельмутом. Они в курсе, что мы приехали, и ждут с нами встречи, но о появлении в Смоленске Ингрид им ничего не известно.

Крылов с удивлением глянул на своего любимчика.

— Неизвестно? Но к ней в гостиницу приезжал курьер от Гюнтера, и она намеревалась ехать к нему в Ховрино.

— Понтер не посылал никакого курьера в Смоленск. А что за курьер был у Ингрид, никто не знает. Думаю, Ингрид имеет свои интересы. Не стоит забывать о том, что Шефнер ей всегда доверял больше, чем кому-либо из своих сотрудников, и на протяжении двух лет она неоднократно выезжала на объекты одна. К тому же Ингрид непосредственно занималась строительством четырех особняков в районе Орши. Мы до сих пор не знаем, где они расположены. Документация попадала непосредственно в руки Шефнеру.

— Особняки нас не интересуют. Груз никогда туда не попадет. Мы его возьмем первыми, и у нас для него зафрахтован железнодорожный состав и свои склады. Этот вопрос решен. Что ж, исчезновение Ингрид для меня новость не из приятных. Она достойный противник, не чета Шефнеру. Гораздо спокойнее мы сможем себя чувствовать, если эта дамочка будет у нас на виду. Закончим с женой Шефнера и займемся Ингрид. При нынешней ситуации такие вещи в долгий ящик откладывать не следует.

Крылов посмотрел на часы.

— Пора. Все документы и лишние предметы — вон из карманов. Берем с собой только оружие. За руль сядет Кот. Найдешь дорогу ночью?

— Найду. Мне ведь пришлось возвращаться за машиной в лес, а потом еще восемь километров проехать до шоссе, так что дорога мне стала как родная.

— Хорошо, проверим.

Через пять минут снятая под штаб квартира в одном из тихих районов Смоленска опустела. Ночь стояла светлая, звездная. Яркая луна освещала двор, похожий на колодец, превращая мокрый асфальт в серое зеркало. Посреди двора стояло несколько металлических гаражей, пара «ракушек» и машин пять ночевало под открытым небом.

«Линкольн-навигатор» стоял в десяти метрах от подъезда. Все началось, когда все шестеро вышли из дому и прошли вперед метров пять. Теперь они оказались между подъездом и машиной на открытой площадке. Двое выскочили из «жигулей», стоявших у тротуара за их спинами. Еще двое вышли из-за гаражей, один прятался за «линкольном», к которому направлялась группа Крылова. Возле ворот в темном углу стояла иномарка, сливавшаяся с темнотой. Неожиданно ее фары вспыхнули. Люди Крылова попали под яркое освещение. Вспыхнувший свет стал сигналом для действий. В руках налетчиков появились автоматы «Калашников», и тут же по мишеням открылся шквальный огонь с трех сторон.

Кота и Доджа убили сразу, прошив их десятками пуль. Один из них шел первым, другой последним. Остальные успели упасть на землю раньше, чем их задело. На первом этаже здания посыпались стекла. Град пуль выбивал бетонные осколки из панелей. Обложенные со всех сторон люди Крылова открыли ответный огонь. Крылов сориентировался мгновенно. Первым же выстрелом он уложил одиночного стрелка у «линкольна» и тем освободил тыл от натиска огня. Перескочив через тело Кота, он прикрылся им, как щитом. Жорж спрятался за телом Доджа и стрелял в тех, кто прятался за «жигулями». Крылов палил по гаражам. Он сделал три выстрела, и одна горевшая точка погасла. У гаража остался еще один. Жорж снял стрелка у «жигулей». Вскрикнул Акробат. Пуля оторвала ему ухо. Он выронил оружие, и тут же град свинца превратил его череп в расколотое яйцо с разлившимся желтком.

Филон подбил второго стрелка у «жигулей», и тот рухнул на капот, но в эту секунду Филона задела очередь, выпущенная от гаража, и ему оторвало левую руку. Следующую очередь стрелку сделать не удалось — его настигла пуля Крылова, который стрелял прицельно и не тратил впустую патроны. Пальба прекратилась, налетчики были уничтожены. Иномарка выключила фары и, сорвавшись, выскочила со двора, покорябав крыло о каменный выступ арки.

— Лежать, не вставать! — приказал Крылов.

— Мы с тобой вдвоем остались, шеф, — ответил Жорж. — Филону руку отрубило, истекает кровью.

— Добей его и отползай к стене дома, чтобы никто не понял, что есть живые.

Раздался одиночный выстрел, и голова Филона дернулась, как мячик. Стон прекратился. Оба оставшихся в живых проползли по газону и прижались к стене дома. Где-то неподалеку выли сирены.

— Уйти мы не сможем. Возвращаемся в квартиру. Незаметно. Сейчас сотни глаз следят из окон за двором. Они должны понять, что живых нет.

Им удалось вернуться к подъезду незамеченными. Они скрылись за дверью в тот самый момент, когда во двор вбегал отряд ОМОНа в касках и со щитами. Спустя несколько минут они, как сотни других любопытных, следили за событиями из окна квартиры. Свет решили не включать и на звонки не отвечать.

— Долго мы здесь находиться не сможем. Такой скандал не замнешь, — рассуждал Жорж. — Все равно они опросят всех жильцов. Кто-то опознает Красавчика. Это он снимал квартиру, и хозяин знает его в лицо.

— Мелочи жизни. Мы оставим их документы здесь на видном месте. Нас с тобой сегодня здесь не было. Я сам завтра же пойду в Управление прямо к Чепурину и заявлю, что на моих людей совершено бандитское нападение. А заодно выясню, кто это сделал.

— Исполнители ничего не значат. Заказчик сидел в иномарке, которая освещала нас фарами.

— Параллели всегда провести можно.

— Агентство «Сириус»?

— Исключено. Если бы они хотели нас уничтожить, то могли сделать это в деревне, где мы попались в капкан, как простачки. Устроили им ловушку и сами в ней оказались. Тут работает кто-то покруче.

Они наблюдали, как во дворе собиралась толпа зевак. Милиционеров не хватало оттеснять всех любопытных. Маленький двор окружало четыре шестиэтажных дома. Если это количество умножить на количество квартир и проживающих в них жильцов, то двор будет тесноват и всех не вместит.

— Наших четверо и их пятеро. Девять трупов. Хороший урожай. Шуму будет немало.

Жорж глянул на Крылова.

— Может быть, не стоит, шеф, идти к ментам? Мы привлечем к себе внимание, а нам сейчас это ни к чему.

— Возможно, ты и прав, но во дворе осталась наша машина. Она зарегистрирована на фирму, и у нее московские номера.

— Об этом можно подумать потом, а сейчас самый удобный момент тихо и незаметно уйти. Гляньте, что там творится! Настоящая демонстрация. Смешаемся с толпой и тихо выскользнем.

— Ладно, попробуем. Собери все документы в доме и уходим. Если не идти в милицию, значит, придется навестить хозяина квартиры. Свидетели нам не нужны.

Они спустились во двор. К подъезду с трудом подъехали две машины «скорой помощи». Жертв оказалось значительно больше, чем они насчитали. Трое самых любопытных из жильцов первого этажа, услышав стрельбу, подбежали к окнам и были убиты шальными пулями — старик, женщина, ждавшая загулявшего мужа, и мальчик десяти лет. Еще четверо получили ранения разной степени тяжести.

Милиция не справлялась с объемом работ, а вновь прибывавшее пополнение только мешалось под ногами.

Никто еще не взял управление операцией в свои руки. Ждали следователя прокуратуры и начальство из главка. Даже место происшествия не успели оцепить.

Крылов и Жорж благополучно покинули дом. Теперь их осталось двое, а к существующим проблемам прибавилась еще одна — неизвестные охотники.

15. Затишье

Приезд Метелкина ничего изменить не мог. Бывший репортер, а ныне опальный сыщик и порнофотограф появился с радостной улыбкой на лице. Радость его длилась недолго. Встретила Евгения только Настя.

— Черт! А как выяснилось, я привязчивая натура и даже умею скучать. Зрелость преломляется в старость, и меня обуревают всплески сентиментальности.

Он осмотрел светлую огромную комнату с русской печью посредине, деревянную самодельную мебель и оценил чистоту и порядок.

— Сразу чувствуется, что есть женщины в доме. Вполне сносное жилье. Экзотика! Но признайся, Настя, тебе здесь не хватает джакузи, биде и роскошной квадратной кровати.

— Мне здесь всего хватает. А чего тебе в Москве не хватало? На природу потянуло?

— Я привез хорошие новости, но только сначала покорми меня, я умираю с голоду. Шесть часов добирался до вас от Смоленска на перекладных, а попал в итоге не в ту деревню. Хорошо, там хозяйский сын взялся меня проводить до вас. Историю с Крыловым я уже слышал. Лихо вы ему нос натерли!

— Это только так кажется. Если Крылов что-то задумал — он не отступится. Садись к столу, в печи свежие щи томятся.

Метелкин бросил рюкзак на скамью у дверей и прошел к огромному столу.

— А где же Дик? Где Наташа?

— С этого и надо было начинать. Дик в ловушке, и, как его из нее вытаскивать, мы не знаем. У нас нет с ним связи и наладить ее невозможно. А что касается фрау Шефнер, то эта кошка гуляет сама по себе. После того как Дика взяли, она решила, что ей здесь делать нечего. Украла одну хитрую штуковину, способную отпугивать змей, и ночью смылась. Мне на нее наплевать, это Дик носился с ней как с писаной торбой. Долго на свободе не погуляет, длинная клешня Крылова ее быстро накроет и обласкает.

— Хреново. Трудно поверить, что Дик попал в капкан. Он парень осторожный, с обостренным чутьем. Как это случилось? Где?

Настя рассказала все, что знала.

— Есть карта местности? — спросил Метелкин. Девушка взяла карту и расстелила на столе. Женя достал свою и положил рядом.

— Как называется эта деревня?

— Симашки. На карте деревень нет, они слишком маленькие. Мы сами обозначили их точками. Мы находимся здесь.

Настя указала на красную точку.

— В том-то и дело, что на современных картах деревень нет, а на старой военной они есть. Могу уверить тебя: чутье вас не подвело.

Он взял карандаш и начал показывать точки на старой карте.

— Вот Симашки, вот лес, здесь когда-то протекала река. За лесом находилось имение Воронцовых. Во время войны там был госпиталь. При отступлении немцы расстреляли всех раненых и медперсонал. В живых никого не осталось…

— Остался один. Я была у него. Он прятался на чердаке и уцелел. Потом немцы взорвали плотину, и усадьбу затопило. Парню все же удалось спастись, и он вплавь добрался до леса.

— И больше он ничего не видел?

— С чердака? Да он нос боялся высунуть. А тем временем в подвал госпиталя сгружали архив. Подвал заминировали. И судя по всему. Дик попал туда, куда надо. Они видели в бинокль отрытый особняк. Это мне Митя рассказывал.

— Кто такой Митя?

— Наш хозяин, змеелов, он сейчас у Кулибина, они делают новый аппарат. Через лес пройти невозможно, там царствуют змеи, гадюки, кобры, гремучки.

— Кобры? Здесь?

— Чего тут только нет! Жирафов не хватает. Но об этом ты лучше его спроси, он скоро вернется.

— Если особняк откопали, значит, основные события начнутся со дня на день. Тот, кто первым сунет нос в подвал, взлетит на воздух. Архив при этом не пострадает. Его заберут те, кто останется в живых.

— Но это будем не мы.

— А нам он и не нужен. Важно его захватить и сдать кому следует, а за находку клада тебе полагается двадцать пять процентов его стоимости.

— Чего могут стоить старые пожелтевшие бумажки?

— Там не только бумажки, там золото, алмазы, оружие, антиквариат. Одних картин хватит на новую Третьяковскую галерею. Ты думаешь, Шефнер и его хозяева тратили бешеные деньги от безделья? В этом склепе каждый найдет то, что ему надо, но Шефнер должен иметь план вывоза архива из зоны.

— А как же Дик?

— Я найду его там.

— Хочешь сунуть голову в тот же капкан?

— Вдвоем веселей.

— Мы подготовили ему все для отхода, но он же об этом не знает. Сейчас местный Самоделкин делает два устройства против змей. Одно мы хотим оставить на другой стороне леса. Если он будет об этом знать, то найдет способ добраться до нужного места. Ориентиры он знает, но лучше их поменять. Я не доверяю жене Шефнера. К тому же теперь она может сама пройти через змеиный поток. У нее есть аппарат. Одному Богу известно, что у этой бабы на уме.

— Она такая же охотница, как и все остальные, а сколько их, этих охотников, мы пока не знаем. Нам нужно составить свой план действий. С нашими силами мы не способны противостоять таким мощным монстрам, как Шефнер, а он не один. Есть еще и скрытые фигуры. Так что мы должны исходить от обратного. Груз надо взять в пути, а не вытаскивать его из склепа и перевозить ящики на «жигулях».

— Ты сумасшедший, Метелкин. Все вы с ума посходили. Тебе денег не хватает?!

— Хватает. Меня Дик заразил своими алыми парусами.

— Заговариваешься. Боюсь, он заразил тебя шизофренией. Вы одержимы навязчивой идеей.

— Вот это как раз и есть нормальное состояние человека. Иначе зачем мы живем?! Пить водку, смотреть футбол по ящику, ходить на работу и приносить зарплату домой? Что там говорить: ты и сама такая, а то бы не поехала с Диком в смоленскую глушь.

Они еще долго спорили и рассуждали, забыв о щах в печи.

***

Гаврилюк включил фонарь и просунул его в щель. Для того чтобы имелась возможность хоть что-то увидеть, ему пришлось лечь на бетонный пол. Черное пространство пробил яркий луч света. Там, внизу, на глубине пяти-шести метров, стояли стальные ящики. Сталь сверкала в лучах света, будто ящики только что сделали. Хватало одного взгляда, чтобы понять, что такую махину человеку сдвинуть не под силу, а о том, чтобы поднять ее наверх, и речи быть не могло. Каменная лестница, ведущая от люка в склеп, превратилась в осколки с торчащей арматурой. Считать стальные короба он не стал. Какой смысл — все здесь и никуда не денутся.

Николай встал и отряхнулся.

— Ну что там, шеф? — спросил Кореец, стоявший рядом с плитой.

— Гробы. А что еще может быть в склепе? Но спуститься нам туда придется. Взрывом оторвало лестницу. От нее только осколки остались. Нужно набрать бригаду крепких мужиков и сделать в потолке надежный кронштейн с лебедкой. По типу подъемника с четырьмя тросами и крюками. Длина тросов метров по десять. Лебедка должна быть достаточно мощной.

— Идея понятна, хозяин, но для этого нам землечерпалку придется разобрать, а тросы мы с подъемного крана снимем. Щиты мы уже с него сняли.

Гаврилюк внимательно посмотрел на Корейца.

— Значит, подготовка идет полным ходом?

— Сто сорок рыл готовы к прорыву. Из стальных пластин сделали тридцать панцирей. Пуля не прошибет. Это точно. Наденем их на первые ряды. Весь мост они, конечно, не пройдут. Голова и ноги не защищены, но они прикроют вторые и третьи ряды и до половины дороги орава пройдет под прикрытием. А там как Бог на душу положит.

Николай взял сигарету, закурил и сел на камень. Внезапно он напрягся.

— Тихо, Кореец. Подними лопату с полу и подай мне.

Тот все понял.

— Она сзади, метрах в трех.

Кореец осторожно пригнулся, поднял лопату и протянул начальнику.

— Резко не двигайся. Сделай шаг влево. Отвлеки ее. Потом развернись и обойди ее полукругом.

Огромная кобра встала в стойку и раздула воротник. Кореец держался на почтительном расстоянии и начал медленно описывать круг. Голова змеи поворачивалась следом за ним. Когда Кореец описал полукруг, Николай увидел знаменитые «очки» чудовища. Сейчас кобра его не видела. Кореец дразнил ее и отвлекал внимание на себя.

Гаврилюк перехватил ручку штыковой острой лопаты, превратив ее в копье. Несколько секунд он примерялся, затем метнул снаряд одним резким порывистым движением. Лопата просвистела в воздухе и попала точно в цель, срезав голову змее, как кусок мягкого масла ножом. Опасность миновала. Безголовое тело упало, сложившись в спираль.

— Не меньше четырех метров, — облегченно вздохнув, сказал Кореец.

— Нигде от них покою нет.

— Тут сыровато, вот они ползут. К тому же змеи любят камень, а в лесу их мало. У себя на родине они яйца под камнями откладывают — так безопасней. Вот инстинкт и срабатывает.

— Ладно, черт с ними. Как там наш чужак себя чувствует?

— Нормально. Странный тип, ничего не просит, молчит. Валяется на топчане и плюет в потолок.

— А что он, по-твоему, должен делать? Плясать от радости? Этот тип трезво оценивает обстановку. Он знает, что через частокол ему не перепрыгнуть. Ждет случая, и мы его ему дадим.

— Зачем он тебе, хозяин? У нас и без него забот хватает.

— Тебе скажу, а остальные узнают в последний момент. Этот парень прошел через лес. Он знает лазейку. Тут сомнений нет.

— В лесу нет лазеек! Не вешай мне лапшу на уши.

— Тогда как он сюда попал? И ведет он себя уверенно, слишком уверенно. Он нас четверых отсюда и выведет. Тебя, меня. Гуся и Дылду.

— Ты хочешь сказать, что мы не пойдем со всеми?

— Нет, и никто отсюда не уйдет. Нам нужно освободить зону от людей, а потом мы вернемся сюда и воспользуемся той лебедкой, которую ты сегодня сделаешь, а завтра ночью устроим побег. В стычке половина поляжет. Остальные захватят оружие, припасы и рванут на волю. Что из этого получится, ты сам понимаешь. Половину Смоленской области перережут. В район стянут войска, всю ментуру, ФСБ. Обложат весь округ. В воздух поднимут вертолеты. Вот тогда мы уже не сумеем пригнать сюда машины и забрать из склепа то, ради чего мы тут два года маялись.

— Но ты их не остановишь!

— Дорога будет заминирована. Живыми через мост пройдут три-четыре десятка рабов. Они не дойдут до конца. Три километра дорог будут начинены взрывчаткой, а в лес они не свернут. Мы обойдем их с помощью чужака и встретим уцелевших с другой стороны плотным автоматным огнем. Ни одна сволочь не должна выйти живой из зоны.

— И ты хочешь, чтобы о такой бойне никто не узнал?

— Я уже предупредил милицию, что мы следующей ночью будем взрывать карьеры. Взрывчатку мы получили от воинских частей по официальным бумагам и соответствующим ценам. Каждый мало-мальский начальник получил мзду на карман. Так что взрывы никого не удивят.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22