Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Акора (№2) - Королевство лунного света

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Литтон Джози / Королевство лунного света - Чтение (стр. 15)
Автор: Литтон Джози
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Акора

 

 


– Если бы мы могли найти способ кормить его… – проговорил Ройс.

– В прошлом испробовались различные методы, – сказала Елена. – Все они приводили либо к дыхательным проблемам, либо к заражению, что заканчивалось одним и тем же. Мне очень жаль. Я знаю, что выбор нелегок. Если вы захотите просто ждать, я пойму вас. Мне на самом деле трудно сказать, что было бы наилучшим решением.

В комнате повисла тишина. На лицах сидевших за столом отражалась борьба горя и надежды. Наконец Эндрю сказал:

– Думаю, мы должны представить себе, какое решение принял бы Атрей.

– Он никогда не боялся препятствий, – со слабой улыбкой проговорила Федра. – Даже маленьким мальчиком всегда рвался вперед, готовый ко всему. – Слезы брызнули у нее из глаз.

К ней подошел муж и, обняв, сказал:

– Я знаю, что предпринял бы Атрей, но это больше, чем просто решение семьи. Кассандра, на тебя смотрит весь народ. Ради него, что, как ты думаешь, нужно сделать?

Она надеялась, что эти слова никогда не будут произнесены, однако на ней лежал груз ответственности за жизнь брата.

– Мы не можем решать это во благо народа. Они любят ванакса и целиком зависят от него, но решение должно быть принято во благо самого Атрея.

Она посмотрела на Ройса.

– Если бы ты был им, чего бы ты захотел? Он не колебался.

– Возможности жить, какой бы призрачной она ни казалась. Я знаю, что это крайне трудное решение, но если у тебя нет полной уверенности, что Атрей поправится сам, операция – наша единственная надежда.

Все смотрели на нее, и в их глазах был один вопрос: что ей подсказывал ее дар?

Кассандра никогда бы им не сказала. По крайней мере всей правды. Она произнесла:

– Я верю в то, что Атрей выздоровеет, но мы должны сделать все возможное, чтобы помочь ему. – Ее слова были продиктованы лишь надеждой. Все попытки увидеть Атрея и его судьбу не дали результата. Оставалось только молиться, чтобы ее решение оказалось правильным, все принятые ею решения. Правильным для Атрея, для Акоры, для Ройса, для ее семьи и, хоть каким-то образом, для нее.

Она стояла, ощущая напряжение в каждой клеточке тела. Скоро, очень скоро все закончится.

– Елена, – сказала она, – начинайте готовиться к операции.

Комнату, которую выбрала Елена, наполнял запах жженой серы. Он медленно улетучивался через окна и в коридор, растекаясь по всему дворцу. Почувствовав его, люди прекращали свои занятия и стояли в молчании. Многие склонили головы в молитве.

Из дворца изгонялись злые духи. Такова была традиция, и никто не думал ее оспаривать. Непосредственно перед тем, как начать подготовку к операции, Елена сказала:

– Я не могу это объяснить, но, когда комната перед операцией очищается подобным образом, у пациентов впоследствии реже появляется лихорадка или заражение.

Пока прогорала сера, Елена приняла ванну и уединилась для сеанса медитации. Тем временем семья оставалась вместе с Атреем. Не высказывая это вслух, они понимали, что, возможно, в последний раз видят Атрея живым.

Когда все приготовления были завершены, ванакса осторожно подняли с кровати, в которой он пролежал неделю, и перенесли в комнату, в которой должна была проводиться операция. Стоял полдень. Сквозь высокие окна, по распоряжению Елены завешенные марлей, лился яркий свет. Она не хотела, чтобы какое-нибудь насекомое отвлекло ее от важного дела.

Под окнами уже собирался народ. Хотя не было сделано никакого объявления о том, что ванаксу будет сделана операция, слух о ней распространился по всему городу. В толпе сновали жрецы, успокаивая людей. За пределами дворца город Илиус замер. Стояла такая тишина, что самыми громкими звуками было чириканье птиц.

Члены семьи сопроводили Атрея по коридору до комнаты, но внутрь входить не стали. Елена попросила, чтобы в помещение вошли только несколько человек. Она считала, что это наилучшим образом сохранит тот эффект, что создавала горящая сера.

Когда Атрея заносили внутрь, Кассандру охватило неудержимое желание сделать хоть что-нибудь, каким-то образом предотвратить то, что должно было случиться. Она крепко сжала губы, однако не смогла удержать легкий стон.

Ройс положил ей на талию свою крепкую руку.

– Думаю, тебе будет лучше подождать в другом месте.

Она кивнула, не решаясь произнести ни слова. Операция должна была начаться еще через некоторое время. Елена объяснила, что вначале она проведет осмотр Атрея, дабы убедиться, что его состояние не ухудшилось до опасного предела. Затем ванакса со всеми предосторожностями вымоют и подготовят. Только после всех этих действий она приступит к операции.

– Куда бы ты хотела пойти? – спросил Ройс. Кассандра покачала головой.

– Не знаю… недалеко отсюда… – Она хотела быть поблизости в случае, если ее позовут.

– Конечно. В таком огромном дворце у тебя должны быть любимые уголки.

Кассандра задумалась лишь на мгновение.

– Пойдем, – сказала она, – я хочу тебе кое-что показать.

Сквозь лабиринт коридоров они достигли части дворца, которую Ройс посчитал очень древней. Она была в отличном состоянии, хотя по этому полу, имевшему небольшой наклон к центру, в течение столетий ступали человеческие ноги.

Они подошли к широким двойным дверям, за которыми оказалась просторная комната с высокими потолками. В дальнем конце стояла глыба мрамора высотой немногим более пяти футов. Мастер обработал его ровно настолько, чтобы угадывалась фигура женщины, появляющейся из камня.

– Это мастерская Атрея, – проговорила Кассандра. Она показала рукой на другие статуи: одни были уже закончены, другие – едва начаты, а также на полки с небольшими глиняными и бронзовыми фигурками.

– Думаю, он был бы не против, узнай, что мы сюда пришли, – продолжала она. – Здесь я чувствую себя ближе всего к нему.

– Понимаю почему, – сказал Ройс и неторопливо огляделся. Он вдруг осознал, что ему была дана редчайшая возможность заглянуть в душу человека, которого большинство людей знало только как ванакса Акоры. Помимо этого Атрей был еще и одаренным художником.

– И часто он здесь бывает? – спросил Ройс.

– Не так часто и не так долго, как ему бы хотелось, но время от времени он урывает пару часов, а иногда и целый день.

Она кивнула в сторону небольшой кушетки в углу.

– Когда он работает до полного изнеможения, то засыпает прямо здесь.

Разглядывая небольшую фигурку бегуна, который выглядел настолько реально, что Ройс не удивился, если бы тот вдруг побежал по столу, он спросил:

– Как ты думаешь, он жалеет, что не может заниматься только этим?

– Он никогда об этом не говорил, но иногда задумывался, на что была бы похожа его жизнь, если бы он не оказался избранным.

– Он бы не хотел им быть?

– Не думаю. Так как он был старшим сыном в семье и его дед был ванаксом, люди прочили его на это место. Однако когда настало время, по-моему, он был бы рад узнать, что избранным оказался кто-то другой.

– Разве такое могло случиться? Мог ли кто-либо выйти перед народом и объявить себя избранным?

– Конечно, если он был готов пройти испытание.

– Насколько я помню, ты не хочешь обсуждать, что представляет собой это испытание.

Она улыбнулась.

– Я не пытаюсь сокрыть тайну. По правде говоря, мне самой известно об этом очень немногое. Только избранный знает, в чем заключается испытание.

– Когда заканчивается испытание, становится ясно, является ли человек избранным, или нет?

– Ну… да… более того, только избранный может его пережить.

Ройс медленно кивнул.

– Я так и думал, иначе Дейлос обязательно попытался бы потягаться с Атреем за место ванакса, когда ему представилась такая возможность.

– Жаль, что так не случилось, ведь тогда бы он уже давно был мертв.

– Что избавило бы нас от множества проблем, – согласился Ройс.

Как только Ройс произнес эти слова, он понял, что оказался прав даже более, чем себе представлял.

Все началось просто – издалека донесся шум, сам по себе не вызывающий тревоги, всего лишь нарастающий гул голосов. Однако через короткое время послышался звук гонга вроде того, что Ройс слышал на похоронах убитых во время Игр, но более зловещий.

Кассандра побледнела.

– Скорее. Что-то случилось.

Она выбежала из комнаты, и Ройс поспешил за ней.

Уже через несколько шагов они почувствовали запах дыма. Он не был похож на запах горелой серы, которую жгли по распоряжению Елены. В этом чувствовалось нечто смертельно опасное.

Достигнув конца коридора, они поспешили вниз по лестнице и оказались в главном дворе, где группы людей уже пытались тушить быстро распространяющийся огонь. Создавалось впечатление, что горела сама земля. Там, где пламя достигало стен дворца, казалось, занимался даже камень.

Люди уже выстроились в цепи и передавали по линии ведра с водой, что, однако, не давало никакого видимого результата. Этот огонь был невосприимчив к воде.

В этой суматохе Ройс заметил Марселлуса, спешащего занять место в цепочке, и преградил ему путь.

– Что произошло? – Ройс старался перекричать рев бушующего огня. – Как все это началось?

– Я не знаю, – ответил Марселлус и закашлялся от густого дыма. – Это можно будет узнать только после того, как мы справимся с пожаром.

– Вода не действует. Что это за огонь, который нельзя потушить водой? – Когда судья в недоумении взглянул на него, Ройс встряхнул его за плечи. – Думай! Смотри. Это необычный огонь.

Марселлус быстро пришел в себя. Вглядевшись в пламя, он сказал:

– Ты прав, вода не помогает. – Он повысил голос, обращаясь к ближайшим к нему людям: – Скорее несите одеяла! Нужно задавить огонь!

Почувствовав здравый смысл в его словах, мужчины повиновались. Некоторые бросились к конюшням, которые уже были пусты, так как при первых признаках пожара лошадей вывели в загоны снаружи дворца. Другие побежали в комнаты дворца в надежде найти одеяла, скатерти и любые другие куски ткани. В течение считанных минут они вернулись и начали изо всех сил колотить по очагам огня.

Медленно, очень медленно огонь начал затихать и наконец иссяк. Однако в некоторых местах продолжало гореть даже по истечении получаса после того, как прозвучал сигнал тревоги.

Но к тому времени всеобщее внимание переключилось на другой объект. Один человек был мертв, но не от огня, а из-за торчащей у него в горле стрелы.

– Это он бросал горшки, Атридис, – заявил один юноша, которого привели к Кассандре как очевидца. – У него было что-то вроде пращи, и он успел метнуть три горшка, один за другим. В тех местах, где они касались земли, немедленно вспыхивал огонь.

Он смотрел на Ройса и на других окружавших его людей.

– Знаю, что в моих словах мало смысла, но именно это я и видел. Никто ничего не поджигал. Огонь сам по себе появлялся из разбитых горшков.

– Ты видел, как этого человека убили? – спросил Ройс. Юноша покачал головой.

– Нет, лорд Хоук, к тому времени огонь уже бушевал вовсю.

– Унесите тело, – приказала Кассандра, – и давайте возблагодарим Господа за то, что больше никто не пострадал.

Она посмотрела на почерневшую землю и стены замка, которых коснулся огонь.

– Все могло закончиться намного хуже.

– Похоже на то, – сказал Ройс. Он ковырнул землю носком сандалии, посмотрел на бездыханное тело и перевел взгляд на крепостные стены. – Стрела прилетела оттуда.

Кассандра проследила за его взглядом.

– Судя по расположению тела, – продолжал Ройс, – и по направлению стрелы, стрелявший был вон на той стене.

– Возможно, охрана заметила, что он делает, – предположила Кассандра.

Ройс казался неудовлетворенным таким ответом, но не нашел что возразить. Тут от людей, уносящих тело, послышалась злобная брань. Туника на теле поджигателя слегка задралась, обнажив какую-то желтую ткань под ней.

Марселлус подошел и снял с трупа желтый флаг. На нем было написано единственное слово:. ГЕЛИОС.

– Снова повстанцы! – с отвращением воскликнул судья. – Неужто нет предела их вероломству? Сколько еще людей они хотели бы убить и покалечить?

– Он избрал очень удобный способ обозначить себя, – заметил Ройс.

– Со всем уважением, лорд Хоук, – проговорил Марселлус. – Я понимаю, вы считаете, что нас пытаются ввести в заблуждение, однако улики против повстанцев неопровержимы, в то время как нет никаких доказательств чьего-либо еще вмешательства.

Ройс пожал плечами и снова взглянул на стену.

– Я этого не знаю и не узнаю, пока не будет найден стражник, который пристрелил этого человека. Пусть он выйдет и получит заслуженную награду за ту огромную услугу, которую нам всем оказал.

Марселлус выглядел озадаченным.

– Конечно же, он именно так и сделает. Уверен, что он найдется тут же, стоит нам задать такой вопрос.

– Ты на самом деле так считаешь? Я – нет. Напротив, я думаю, – что этого стражника вообще не существует. – Ройс указал на мертвеца. – По-моему, этого парня убил тот, кто послал его на заполненный народом двор, где его, несомненно, заметили бы и схватили. В отличие от взрыва на арене здесь для этого человека не было никакой возможности выполнить свою миссию и скрыться. Если бы его захватили живым, он мог бы выдать того, кто стоял за его поступком. Однако теперь он молчит, потому что как нельзя кстати умер.

– Даже если и так, – сказал Марселлус, – флаг…

– Может означать что-то или ничего не означать. – Ройс обернулся к Кассандре. Резко переменив тему, он произнес: – Атридис, уверен, вы очень беспокоитесь о ванаксе. Может быть, пройдем внутрь и узнаем, как проходит операция?

Кассандра хотела сказать, что, пока Елена не закончила работу, нет никакой возможности что-либо узнать, а также, что считает своим долгом оставаться там, где находится, однако Ройс взял ее под руку и повел внутрь.

Его шаги были настолько широки, что ей практически приходилось бежать, чтобы успевать за ним.

– Куда ты идешь? – требовательно спросила она. – Елена немедленно сообщит, как только…

Ройс завернул за угол дворца и резко остановился. Вокруг никого не было. Все либо уже выбежали во двор, либо спешили туда, чтобы бороться с последними очагами пламени. Ройс и Кассандра оказались наедине. Он повернул ее к себе лицом.

– Что это было?

– О чем ты? Про что ты говоришь?

– Про то, что было в этих горшках. То, что вызвало огонь, который нельзя потушить. Что это было?

Он все еще держал ее за руку, не причиняя боли, но и не собираясь отпускать ее. Она смотрела в сторону.

– Ройс…

– Скажи мне. Я должен знать, чем обладает Дейлос. Потому что он собирался сражаться с ним, несмотря ни на что. У Кассандры болезненно перехватило горло.

– Почему ты думаешь, что я это знаю?

– Потому что ты ни о чем не спрашивала.

Такой простой ответ, такая глупая ошибка. Если бы на месте Ройса был кто-нибудь другой, она бы продолжала все отрицать.

А так она просто поморщилась от собственной глупости.

– Ты должен понять… об этом практически никому не известно.

– О чем?

– Акора должна быть способна защитить себя.

– Я никогда этого не отрицал. А как это связано с тем, о чем мы говорим?

– Два года назад, когда стали приходить видения о вторжении на Акору, мои братья осознали, что, несмотря на все наши старания, она все равно уязвима.

– Об этом я знаю. Алексу каким-то образом удалось получить несколько пушек из английских литейных цехов, которые британское правительство и не подумало бы ему продавать. Он как раз вез их на корабле, когда Джоанна пустилась разыскивать меня.

– Да, у нас есть пушки, однако мы не рассчитывали только на помощь со стороны. Мы также обратились к нашим собственным знаниям. Ты же знаешь, какая здесь библиотека…

– Огромная, практически необозримая, сокровищница тысячелетних знаний.

Она кивнула.

– А чем занималось человечество на протяжении тысячелетий? Изобретало все более изощренные способы ведения войны, многие из которых держались в таком секрете, что оказались забытыми.

Ройс задумался. Кассандра уловила момент, когда он все понял, ибо в его глазах вспыхнула смесь ужаса и недоверия.

– Боже мой, вы узнали тайну «греческого огня».

– Его изобрели византийские греки, – устало проговорила Кассандра. Она внезапно почувствовала себя ужасно утомленной. – Они применяли его для уничтожения всех, кто пойдет против них. Это позволяло им веками сохранять свою империю.

Ройс медленно кивнул.

– И они держали его в таком секрете, что это знание оказалось утерянным… по всему миру, кроме Акоры. Вы заново открыли способ его изготовления.

– Мы не собирались его использовать, кроме совершенно крайних случаев.

– Кто-то использовал его, Атридис. Кто-то только что показал очень эффективный пример его применения. Ты представляешь, что было бы, если бы метателей горшков было намного больше? Сколько бы народу умерло прямо на внутреннем дворе? Сколько бы до сих пор корчились в агонии?

– Прекрати! – потребовала Кассандра. – Думаешь, ты мне рассказываешь то, о чем я нё знала? Враг нанес удар в самое сердце Акоры. Не только по ванаксу, но и по тому, что поддерживает наш дух. Этот враг хочет заставить нас бояться, с подозрением относиться друг к другу, в любой момент ожидать повторения трагедии. Никто не может долго так жить.

Они посмотрели друг на друга. Ройс медленно произнес:

– Если только не появится герой. Разве не это сказал Меллинос? Объявится некто, кто пообещает спасти их, вернуть все на свои места. Возможно, он не будет любимцем народа, некоторые даже будут бояться его, но рано или поздно к нему начнут прислушиваться.

Кассандра глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Думаю, ты только что описал план Дейлоса.

– Он мог узнать о «греческом огне»?

– Возможно, – неохотно признала она. – Он был на совете. Он мог увидеть или услышать то, чего не должен был, затем использовать свой авторитет, чтобы побольше об этом разузнать.

– Формула включает в себя серу? Кассандра колебалась лишь одно мгновение.

– Да, сера используется. В состав также входит черное масло, которое в некоторых местах сочится из-под земли, и… другие вещества.

Он не стал спрашивать у нее, какие именно. У Кассандры создалось отчетливое впечатление, что он не хочет обладать таким знанием.

– Необходимо снова обыскать Дейматос, – сказал Ройс, – а также другие малые острова.

Кассандра кивнула.

– Мы должны действовать быстро. Времени очень мало.

Ройс все еще держал ее, но уже нежно. Он притянул ее ближе, и его теплое дыхание коснулось ее щеки.

– Кассандра… ты ведь знаешь, что если Атрей… то есть если он не выживет… будет устроено очередное испытание, не так ли?

– Именно так…

– Существует ли возможность, что Дейлос представит дело таким образом, будто прошел его и выжил? Может ли он убедить людей в том, что он избранный, на самом деле не являясь им?

Она ответила решительно, без тени сомнений:

– Нет, это исключено.

Он немного отстранился, чтобы заглянуть в ее глаза.

– Почему ты так в этом уверена?

– Я видела Атрея после его испытания. Были… знают. Их нельзя ни с чем спутать.

– А эти знаки известны всем мужчинам и женщинам Акоры?

– Нет, о них знают только несколько… посвященных в самые сокровенные тайны.

– Дейлос среди посвященных?

– Нет, конечно, нет. – Сама мысль показалась Кассандре абсурдной. – Посвящены очень немногие, и он бы никогда не вошел в их число.

– На данный момент сколько человек в Акоре могли бы узнать настоящего избранного?

– Точно не знаю… немного. – Когда она поняла, к чему он клонит, ее наполнил ужас. Так мало людей стояло между безжалостным сумасшедшим и власти, к которой он стремился. – Возможно, двадцать… не более тридцати.

Ройс с горечью произнес:

– Вы еще более уязвимы, чем себе представляете.

Она в отчаянии тряхнула головой, стараясь отогнать мысль о столь ужасной возможности, которую подсказала Ройсу холодная логика и здравый смысл. За долгую историю Акоры еще никто не пытался занять место ванакса путем предательства.

– Вам просто везло, так как не составляет большого труда расправиться с двадцатью или тридцатью посвященными. Их даже не обязательно убивать. Можно просто где-нибудь запереть. – Его глаза потемнели. – Дейлос это хорошо умеет делать.

– Это недопустимая мысль. Если бы это произошло, Акора была бы уничтожена.

– Тогда мы должны сделать все, чтобы этого не случилось, – мрачно проговорил Ройс. – Так или иначе, Дейлос должен умереть.

У Кассандры вырвался легкий смешок, который привел в замешательство их обоих.

– В этом есть некая ирония, – объяснила она в ответ на его удивленный взгляд. – Дейлос всегда искал возможность убить Атрея. Однако Атрей, если бы мог, сказал бы, что Дейлоса нельзя убивать. Он сказал бы, что его необходимо взять живым, не подвергая риску жизни других людей. Что его нужно судить открытым судом, публично предъявить обвинение и дать возможность защищать себя.

– Все это заслуживает похвалы, – сказал Ройс. – Но ты должна понимать, что если бы такая же публичность окружала и церемонию выбора ванакса, если бы больше двадцати человек знали, как подтвердить этот выбор, было бы абсолютно невозможно узурпировать эту должность.

– Ты хочешь сказать, что сторонники «Гелиоса» правы? – бросила ему вызов Кассандра.

– Нет, если они действительно имеют отношение ко всем этим актам жестокости. Однако если их попросту используют, а я думаю, так и есть, тогда в их словах есть смысл.

Ройс ожидал, что Кассандра будет шокирована или даже взбешена, но она просто вздохнула.

– Возможно, ты прав. Честно говоря, я не знаю. Может статься, что Акора должна измениться настолько во многом, о чем я даже и не думала. Но этот вопрос следует оставить на будущее. – Она взглянула на небо, чтобы определить, как далеко продвинулось солнце с полудня. Затем мягко произнесла: – Елена, должно быть, уже начала.

– Тогда пойдем. По крайней мере разделим тяжесть ожидания с Джоанной и твоими родителями.

Однако когда они вошли во Дворец, то не нашли ни одного члена семьи. Их не было ни в коридоре около комнаты, где проходила операция, ни где-либо поблизости.

– Возможно, они покинули здание из-за пожара, – предположила Кассандра. – Может быть, они сейчас ищут нас.

– Может быть… – Ройс замолчал, увидев, что к ним спешит его сестра.

– Вот вы где, – воскликнула она. – Я разослала слуг, чтобы найти вас, но среди всей этой суматохи во дворе…

Кассандра крепко сжала руки.

– Атрей… он?..

– Он в том же состоянии, – сказала Джоанна. Увидев замешательство в глазах Кассандры, она указала на скамью под окном в коридоре. – Давайте присядем.

– Нет, просто скажи мне, что случилось.

Брат и сестра обменялись взглядами. Джоанна мягко произнесла:

– Когда начался пожар, Елена еще не приступила к операции. Она задержалась, чтобы посмотреть, нет ли раненых, которым необходима ее помощь. – Она снова взглянула на брата, который придвинулся ближе к Кассандре. – Когда она пошла об этом разузнать, то споткнулась на лестнице и упала.

– Нет… Только не это. Она нужна нам…

– Кассандра, Елена сломала руку. С ней все будет в порядке, но она не сможет оперировать.

К Кассандре пришла запоздалая мысль, что ей было бы все-таки лучше присесть. Такого поворота событий ей не представлялось ни в одном из тех видений, которых она опасалась.

– Есть кто-нибудь еще? – спросил Ройс.

Мог ли вообще быть другой целитель, которому можно было бы доверить жизнь ванакса?

– Есть один старик, – сказала Джоанна. – Он в свое время обучал Елену, но ему почти восемьдесят, и он не делал ни одной операции уже в течение десятка лет, тем более такой сложной.

Именно Кассандра сделала неизбежный вывод:

– Тогда операция невозможна. Несмотря на наши желания, это невозможно.

Джоанна кивнула.

– Может быть, это и к лучшему. Операция могла бы убить Атрея.

– Но если мы ничего не предпримем, это может привести к тому же, – сказала Кассандра.

Ее терзали сомнения. Нападение на Атрея не являлось ей в видениях, а следовательно, она не знала и исхода этих событий. Здесь она пребывала в таком же неведении, как и любой другой смертный.

И все же, несмотря на это, оставалась надежда.

Что удивительно, в этом была даже доля иронии.

– Знаешь, – сказала Кассандра, когда они шли вниз по коридору по направлению к комнате Атрея, куда его вновь перенесли, – вполне вероятно, что Дейлос спас Атрею жизнь.

– Если это окажется так, – сухо сказал Ройс, – то я с удовольствием скажу об этом Дейлосу перед самой его смертью.

Глава 17

– Он был здесь, – решительно произнес Ройс, – здесь, в городе, и держу пари, что он, возможно, был и в самом дворце.

– Вы не можете этого знать, – сказал Марселлус. Его лицо исказила гримаса, за которой едва можно было уловить слова. – Мне кажется, лорд Хоук, я вас всю жизнь в этом так или иначе пытаюсь убедить. Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Я не хотел проявить к вам неуважения, и я допускаю, что вы можете быть правы. Но я судья. Мое понимание правды основывается на возможности ее доказать.

– Тогда примите во внимание то, какой он человек, – предложил Ройс. – Неужели вы верите, что Дейлос поручил бы такое важное задание, как убийство человека, совершившего поджог, кому-то другому? Даже если так, ему пришлось бы убить того человека, чтобы быть уверенным, что он не проговорится… или еще одного… или еще. Этому не было бы конца. Рано или поздно ему пришлось бы действовать.

– Звучит правдоподобно, – признал Марселлус, – только если человек на внутреннем дворе действительно был убит.

– Ни один из дворцовых стражей не признал, что он выпустил ту стрелу.

– Была большая неразбериха…

– Не такая уж и большая, – прервала его Кассандра. Они снова были в кабинете Атрея. По крайней мере там она могла быть уверена хоть в некоторой доли конфиденциальности. Дворец был переполнен людьми, или так по крайней мере казалось. На совещании присутствовали все советники, включая вернувшихся Полидора и Горана. Они только сказали ей, что их приезд казался им правильным решением, но она-то знала, что у них на уме. Травма Елены и, как следствие этого, невозможность провести операцию не были секретом. Все понимали: время уходит. Атрей либо вскоре поправится сам, либо умрет. В любом случае все чувствовали, что нужно держаться вместе, рядом с центром происходящих событий.

– Мне кажется, – продолжала она, – мы должны признать правоту лорда Хоука; человек, совершивший поджог, был убит, чтобы не проговорился. За всем этим кто-, то стоит, и я думаю, что это Дейлос. Его нужно остановить.

– Я ничего не имею против, – ответил Марселлус, – но мы обыскали весь Илиус вдоль и поперек. Если враг действительно скрывается здесь, то хотелось бы мне знать где.

– Его уже может здесь и не быть, – неохотно сказал Ройс. – Он мог перебраться в более безопасное место, чтобы там переждать. – Ему не пришлось говорить, чего ждал враг. Все они знали, что он имел в виду смерть Атрея.

– Мы также искали на Дейматосе и на других небольших островах, – сказал Марселлус.

– Они изобилуют пещерами, – заметил Ройс. – Чтобы тщательно их обыскать, потребуются месяцы.

– Это правда, – признал судья.

– Если Дейлос со своими сторонниками скрываются на одном из этих островов, – сказала Кассандра, – то это Дейматос. Этим островом владела его семья, и он знает его вдоль и поперек с раннего детства. К тому же он может найти там серу и другие компоненты, которые ему понадобятся.

– Мы только теряем здесь время, – сказал Ройс. – Нам нужно еще раз обыскать Дейматос.

– Нам? – удивилась Кассандра. – Ты имеешь в виду себя, не так ли?

Она пристально посмотрела на него через весь кабинет.

– Ты хочешь убить Дейлоса. Ройс пожал плечами.

– Я из этого тайны не делал.

Кассандра отошла от окна, где она стояла, подошла к столу Атрея и слегка дотронулась до него. Ее брат обладал мудростью избранного. Она – нет, и, по правде говоря, она бы этого и не хотела. Им суждено было сыграть разные роли. Но так или иначе, сейчас она должна быть мудрой.

– Дейлос и его сторонники – не враги из внешнего мира, – тихо сказала она. – Они принадлежат Акоре, даже если мы этого не хотим. Мы должны одержать над ними победу, как того требуют наши законы и традиции. Тогда мы сможем по-настоящему быть уверены, что врагов среди нас больше нет.

Марселлус кивал головой, пока она говорила.

– Что ты предлагаешь, Атридис?

– Я не совсем уверена, – признала она. – Но я считаю, что мы должны быть терпеливыми и мужественными. И нам следует делать не то, чего от нас ожидает Дейлос, а то, что нужно Акоре.

– Он ждет, что мы начнем искать его, – сказал Ройс. – Нападение на дворец, возможно, было попыткой подтолкнуть нас к этому.

Он встал и подошел к ней, не глядя на нее. Она не могла видеть его глаз, но от его улыбки по ее телу пробежал холодок.

– Он к этому подготовится, – продолжал Ройс, как будто мысленно представлял все это. – Он уверен, что готов к встрече с нами.

– И он прав, потому что у него есть страшное оружие, – сказала Кассандра. Что-то до боли сжалось у нее в груди. – Поход в пещеры на Дейматосе будет самоубийством. А это жизни сотен воинов Акоры и твоя собственная.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21