Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Итальянские каникулы

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Филлипс Сьюзен Элизабет / Итальянские каникулы - Чтение (стр. 21)
Автор: Филлипс Сьюзен Элизабет
Жанр: Современные любовные романы

 

 


— Десять?!

— Я подумывал связаться с американским посольством, но это слишком рискованно.

— Мог бы упомянуть о том, что в этом году я отдала налоговому управлению целое состояние.

— Вряд ли в данной ситуации стоит лишний раз возвращаться к твоему преступному прошлому.

Он прислонился плечом к покрытой граффити стене, и Изабел невольно отметила, что сейчас вид у него куда более уверенный, чем четверть часа назад.

— Будь ты итальянской гражданкой, возможно, тебя бы не арестовали, но то обстоятельство, что ты иностранка, все усложняет.

— Похоже, мне нужен адвокат.

— Итальянские адвокаты вечно стараются все запутать.

— То есть мне остается только сидеть в тюрьме?

— Нет, если согласишься с моим планом. Боюсь, он несколько радикален, но у меня есть все основания думать, что с его помощью мы быстро вытащим тебя отсюда.

— И все же, как ни странно, я не слишком рвусь узнать подробности.

— У меня двойное гражданство. Как ты знаешь, моя мать была итальянкой, но я, кажется, не говорил, что родился в Италии.

— Не говорил.

— Она как раз веселилась на какой-то римской вечеринке, когда начались роды. Поэтому я еще и гражданин Италии. И боюсь, это означает, что нам следует пожениться.

Изабел вскочила с топчана, как подброшенная пружиной:

— О чем это ты?

— Я говорил с местными чиновниками и они, не напрямую, конечно, дали мне понять, что не стали бы держать тебя в тюрьме, будь ты женой гражданина Италии. И поскольку ты все равно беременна…

— Я не беременна.

Суровый взгляд заставил Изабел осечься.

— Очевидно, ты забыла, что мы проделали всего несколько часов назад и где была при этом статуя.

— Ты не веришь в статую.

— С каких пор? — Он вскинул руку. — Страшно подумать, что за чудовище мы зачали там наверху. Стоит мне подумать о буре… — Он картинно вздрогнул и еще энергичнее напустился на нее: — Имеешь ли ты хоть малейшее представление о том, что требуется для воспитания подобного дьяволенка? Прежде всего терпение. К счастью, у тебя его много. Строгость — Богу известно, что ты строга. И мудрость. Ну, об этом сказано достаточно. Так что ты вполне годишься для такого дела. Изабел молча таращилась на него.

— Но не думай, я намереваюсь взять на себя часть обязанностей. Для меня приучить к горшку любого сосунка — пара пустяков.

Вот что происходит, когда впускаешь хаос в собственную жизнь.

Она отказывалась смягчиться:

— Мне что, предлагается забыть, что ты сбежал, как трус, когда я оказалась тебе не по зубам?

— Если бы ты действительно смогла забыть, я был бы крайне тебе благодарен, — попросил он, глядя на нее с мольбой. Но она, конечно, ошибается. Чтобы Рен и умолял кого-то?! — Как тебе известно, я вот-вот начинаю работать. Но перед этим приготовил тебе потрясающий подарок.

— Ты купил мне подарок?

— Не совсем. Но один из тех телефонных звонков, которые я сделал после того, как тебя бросили в тюрьму, предназначался Говарду Дженксу.

Сердце Изабел куда-то покатилось.

— Только не говори, что отказался сниматься в фильме.

— О нет, конечно, нет! Но мы с Оливером Крейгом поменялись ролями.

— Не понимаю.

— Я играю Натана.

— Натан — герой.

— Совершенно верно.

— Тупое безмозглое растение.

— Немного не так. Скажем, ему не хватает тестостерона. Изабел рухнула на топчан и попыталась представить Рена в роли оторванного от жизни, чудаковатого мямли Натана. После долгого раздумья она медленно покачала головой:

— Ты идеально подходишь.

— Я тоже так думаю, — довольно ухмыльнулся он. — К счастью, Дженкс — человек прозорливый и сразу ухватился за идею. Крейг просто на голове ходит. Подожди, вот сама увидишь! Я говорил, что у него вид причетника-ангелочка. При одной мысли о том, как он сыграет Стрита, у меня мурашки по коже бегут.

— И ты сделал это ради меня?

В нем явно происходила внутренняя борьба. Наконец он пристыженно отвел глаза.

— Скорее ради себя. Не думай, я не собираюсь окончательно расстаться с ролями плохих парней, но со Стритом мне не справиться. Кроме того, мне давно пора расширять горизонты. Не настолько уж я отвратителен, и пора бы принять это как данность. А ты, любимая, не настолько уж хороша. Смотри сама, какие изменения претерпели мы оба за последнее время!

— Это дает мне шанс подумать о сюжете новой книги.

— А что случилось с прежней? Той, насчет кризиса?

— Я наконец поняла, что не с каждым кризисом стоит бороться. И как бы мы ни хотели защитить себя, нельзя уберечься от всего на свете. Если мы хотим жить полной жизнью, нужно смириться и с хаосом.

— И брак со мной может стать неплохим началом.

— Если не считать, что этот хаос каким-то образом сам нас находит. Мы вовсе его не ищем.

— Все же…

— Страшно представить, насколько непростой будет наша жизнь. Мы совершенно разные люди. У каждого своя карьера. И где мы будем жить?

— О, ты что-нибудь придумаешь. Начинай делать списки. Ты еще не забыла, как это делается? И пока ты занята списками, я позабочусь о самом важном.

— Интересно, о чем именно?

— Обставлю нашу кухню. Все по последнему слову техники. Поставлю низкий разделочный стол, чтобы наши дети тоже учились готовить, хотя следовало бы держать маленького шельмеца, которого ты носишь, подальше от ножей. Большая столовая с…

— Я не беременна.

— А я уверен в обратном. Отнеси это на счет мужской интуиции.

— С чего это ты вдруг передумал, Рен? Что с тобой случилось?

— Случилась ты.

Он подошел и сел на топчан, не дотрагиваясь до нее. Только глядя в глаза.

— Пойми, ты до смерти меня пугаешь. Ворвалась в мою жизнь и все перевернула. Сумела внушить мне совершенно новое представление о себе самом. Раньше я знал, кем был, но теперь наконец готов понять, кто же я есть на самом деле. Цинизм постепенно становится утомительным, но ты… очистила мою душу. — Неожиданно вскочив, так, что скрипнули пружины, он яростно заорал: — И не смей говорить, что больше меня не любишь, поскольку ты куда лучше меня, и я рассчитываю, что ты обойдешься с моим сердцем гораздо бережнее, чем я с твоим.

— Понятно.

Он принялся бегать по камере.

— Конечно, нам будет нелегко. Две карьеры. Дети. Разные графики поездок. Постоянные атаки прессы, которых я до сих пор всячески старался избежать. Тут и прячущиеся в кустах папарацци, и истории в таблоидах о том, как я избиваю тебя, а ты сидишь на игле. Мои натурные съемки и бесконечный поток женщин, норовящих залезть ко мне в штаны. И каждый раз, когда придется сниматься в любовной сцене с очередной красивой актрисой, ты станешь перечислять тысячу причин, по которым это тебя ничуть не волнует, но потом все рукава моих любимых рубашек окажутся отрезанными. — Он подступил к ней и ткнул пальцем в грудь. — Но женщина, стоявшая сегодня на стене, так сильна, что в одиночку может сразиться с армией. Я хочу немедленно услышать, что эта женщина не осталась на вершине горы.

Изабел выставила ладони вперед.

— Сдаюсь! Почему бы нет?

— Почему бы нет?

— Конечно.

Его руки бессильно опустились.

— И это все? Я изливаю свое сердце. Я люблю тебя так, что в глазах стоят чертовы слезы! И за все это получаю «Почему бы нет»?

— Интересно, чего ты ожидал? Что я брошусь тебе на шею только потому, что ты наконец опомнился и пришел в себя?

— А что, я слишком многого прошу?

Гордость поборола хаос, и она ответила насмешливым взглядом.

Он снова насупился. В глазах бушевала буря.

— И когда, по-твоему, ты будешь готова? Броситься мне на шею, разумеется.

Она не на шутку задумалась. Ее арест — его рук дело. Она сразу это поняла. А что касается дурацкой истории насчет необходимости выйти за него, чтобы выбраться из тюрьмы, — такому не поверил бы последний идиот. Все же нечестные приемы — часть того, что делает его Реном Гейджем. И так ли уж она хотела, чтобы он изменился?

Ни чуточки.

Потому что в основе своей он глубоко порядочен. И понимает ее, как никто иной, даже она сама. Может ли она найти лучшего проводника в мире хаоса? И не последнюю роль играет тот неоспоримый факт, что сердце переполнено любовью к нему, хотя с ее стороны не слишком красиво так откровенно наслаждаться, видя его встревоженное лицо и глубокие морщинки на лбу. Что она за человек! Сплошная путаница противоречий! И как чудесно сознавать, что больше не нужно с ними бороться!

Но все же следует отплатить ему за арест, и она решила немного усложнить ситуацию.

— Может, перечислить все причины, по которым я не люблю тебя?

Рен побледнел, и маленькие радуги счастья вспыхнули в душе. Когда она успела стать такой стервой?

— Я не люблю тебя, потому что ты неотразим, хотя Богу известно, как благодарна за это.

Волна облегчения, разлившегося по его лицу, едва не растопила ее сердце, но какой смысл сразу сдаваться?

— Я не люблю тебя, потому что ты богат, поскольку тоже была богата и это труднее, чем кажется. Нет, твои деньги — явный недостаток. Я определенно не люблю тебя, потому что ты изумительный партнер в постели. А изумителен ты, потому что имел слишком много возможностей практиковаться, и меня это вовсе не окрыляет. Кроме того, нужно учитывать тот факт, что ты актер. И обманываешь себя, воображая, что я смогу спокойно выносить любовные сцены. Каждая будет доводить меня до белого каления, и я стану все вымещать на тебе.

«Ах, он еще и улыбается?»

Она попыталась придумать что-то настолько ужасное, чтобы стереть улыбку с его лица, но на глазах у нее тоже выступили слезы, и Изабел сдалась.

— Больше всего я люблю тебя потому, что ты порядочный человек и умеешь вызвать во мне такое чувство, что я способна завоевать весь мир.

— Но ты действительно способна, — выдавил Рен сквозь сжимавшие горло эмоции. — А я обещаю развлекать тебя все то время, пока ты это делаешь.

Они смотрели друг на друга, и оба хотели продлить этот момент предвкушения, поэтому никто не придвинулся ближе.

— А ты сможешь вытащить меня из тюрьмы прямо сейчас? — спросила Изабел и едва скрыла улыбку, когда он неловко отвел глаза.

— Понимаешь, дело в том, что на эти звонки у меня ушло довольно много времени и теперь все закрыто на ночь. Боюсь, тебе придется просидеть в кутузке до утра.

— Поправка. Нам придется просидеть в кутузке до утра.

— Это один вариант. Есть и другой, немного более волнующий.

Они все еще не касались друг друга, но уже подвинулись ближе. Рен понизил голос и похлопал себя по карману.

— Я тут захватил пистолет на всякий случай. Дело, конечно, сложное, но мы всегда можем прорваться с боем.

Изабел улыбнулась и открыла объятия.

— Мой герой!

Игра продолжалась достаточно долго, и больше они не могли противиться неизбежному. И не все клятвы еще принесены.

— Ты дыхание моей жизни, знаешь это? — прошептал он в ее полураскрытые губы. — И знаешь, как я тебя люблю?

Она прижала ладонь к груди Рена и почувствовала, как его сердце пропустило удар.

— Нам, актерам, всегда мало, — продолжал он. — Скажи, сколько ты будешь любить меня?

— Ответ самый простой. Вечно.

Теперь он совсем не походил на серийного убийцу. В глазах сияла бесконечная доброта.

— Наверное, этого вполне достаточно.

Они целовались нежно и долго. Он зарылся пальцами в ее волосы. Она расстегнула пуговицы на его рубашке, чтобы коснуться кожи. Потом они отодвинулись. Слегка. Чтобы взглянуть в глаза друг другу. Все преграды, все барьеры, все препятствия рассыпались.

Она прижалась к его лбу своим.

— На этом месте обычно возникает музыка и бегут титры.

Он сжал руками ее лицо и снова улыбнулся.

— Вот тут ты ошибаешься, солнышко. Фильм только начинается.

Распутная госпожа много месяцев вожделела бедного, но честного конюха и все же терпеливо ждала до ненастной февральской ночи, прежде чем позвать его в хозяйскую спальню на вилле Ангелов. Она была одета в алое: ее любимый цвет. Платье с непристойно огромным вырезом спадало с плеч, открывая крохотную татуировку на изгибе груди. Растрепанные светлые волосы клубились вокруг головы, с мочек ушей свисали огромные золотые обручи, переливающиеся лаком цвета сливы ноготки пальцев выглядывали из-под подола.

Конюх был одет куда проще, как подобало его положению: в рыжевато-коричневые рабочие штаны и белую сорочку с длинными свободными рукавами.

— Госпожа?

Его бархатистый голос кружил голову, но аристократка не привыкла выказывать слабость перед простым людом. И поэтому она с надменным видом обратилась к нему:

— Ты, надеюсь, вымылся? Не терплю запаха лошадиного пота в моей спальне!

— Я все сделал, госпожа.

— Прекрасно. Дай мне взглянуть на тебя.

И пока он покорно стоял на месте, она обошла его кругом, задумчиво постукивая тонким пальчиком по подбородку, отмечая красоту его мускулистого тела. Несмотря на низкое происхождение, он гордо выдерживал ее взгляд и ни разу не опустил глаз, что еще больше возбудило ее. Не в силах сдерживаться, она коснулась его груди, положила руку на ягодицу и сильно сжала.

— Раздевайся!

— Я человек добродетельный, госпожа.

— Ты всего лишь крестьянин. И если не будешь делать, как я велю, прикажу сжечь деревню до основания.

— Вы сожжете деревню, чтобы удовлетворить свою грешную похоть?

— Через минуту по нью-йоркскому времени.

— Что ж, в таком случае, полагаю, придется мне пожертвовать собой.

— Чертовски верно.

— С другой стороны…

И распутная госпожа, не успев опомниться, оказалась на постели с задранными на голову юбками.

— Эй!

Его штаны упали на пол.

— Да будет вам известно, госпожа, что на самом деле я не ваш бедный, но честный конюх. Собственно говоря, я ваш давно пропавший муж, переодетый конюхом и вернувшийся, чтобы осуществить свои права.

— Лгун и обманщик!

— Иногда зло оборачивается против тебя же!

Он устроился между ее бедрами, гладя, но не входя. И когда она подняла руку, широкий золотой браслет с выгравированным внутри словом «ХАОС» ударился о своего приятеля. Того, что напоминал о необходимости дышать. Две половинки ее жизни наконец сошлись.

— Пожалуйста, будь нежным, — попросила она.

— Чтобы ты потом жаловалась? Ни за что.

Они замолчали и приступили к тому, что делали лучше всего. Любили друг друга, со страстными касаниями и тихими жаркими словами, уносившими их в тайный мир, который населяли только они двое. И когда лишились последних сил, долго лежали обнявшись в большой постели, в тепле и безопасности, бросая вызов бившейся в окна и стены зимней буре.

Она положила на него ногу и провела вдоль бедра.

— Нам давно пора начать вести себя как взрослые люди.

— Но мы еще так незрелы душой и телом. Особенно ты. Она улыбнулась.

Они немного помолчали. Разнеженные. Довольные. Его шепот пролетел над ее щекой:

— Ты хоть понимаешь, как я тебя люблю?

— О да, — уверенно кивнула она и, прижавшись губами к его губам, снова упала на подушки.

Он продолжал ласкать ее, словно не веря, что она принадлежит ему.

— Ты опять за свое, верно? — допрашивал он.

Она расслышала улыбку в его голосе, но все равно продолжала молиться. Потому что молитвы стали ей необходимы как воздух. Так много благодарственных молитв.

Договорив последнюю, она устремила взгляд на противоположный конец комнаты, где на каминной полке стоял «Оскар» за лучшую мужскую роль в фильме «Ночная охота». А ведь талант Рена далеко еще не развернулся в полную силу, и, если она окажется права, скоро к одной награде академии присоединится вторая.

Впрочем, и она еще далеко не исчерпала своих возможностей. «Неидеальная жизнь» мгновенно стала бестселлером — вот тебе и последствия стараний мыслить ограниченно, — а «Неидеальный брак» выходит через несколько месяцев. Издатель хотел получить «Воспитание неидеального ребенка» как можно скорее, но работа над книгой была в самом разгаре, и до окончания было еще далеко. Благодаря превосходной справочной службе Интернета ей удалось не расширять свою консультационную практику. Пациентов у нее было немного, и это позволяло каждый день оставлять время на раздумья, молитвы и развлечения. Брак с Лоренцо Гейджем был беспорядочным и достаточно суматошным, но прекрасным. Определенно прекрасным.

Он выскользнул из постели и тихо выругался, наткнувшись на пластмассовую фигурку из игрушечного набора. Завтра им предстояло присутствовать на крестинах второго ребенка Джулии и Витторио, мальчика, родившегося через четырнадцать месяцев после своей сестрички. Они были рады любому предлогу вновь оказаться в Тоскане. Как бы они ни любили свой дом в Калифорнии, все же неизменно чувствовали, что, приезжая в Италию, возвращаются к своим корням. Летом семья обязательно проводила здесь целый месяц вместе с Гарри, Трейси и детьми, включая Аннабел, их пятую и последнюю, появившуюся на свет на другой день после свадьбы Рена и Изабел, которая состоялась в саду под окном их спальни.

Рен подобрал сброшенную ими одежду и швырнул на сундук, в котором они держали богатый выбор маскарадных костюмов вместе с весьма занимательным реквизитом.

«Благодарю тебя, Господи, за дар твой. За то, что послал мне актера».

Рен порылся в гардеробе, вытащил ночную сорочку и бросил Изабел.

— Как ни противно давать тебе это…

Изабел поспешно натянула сорочку. Муж в это время сунул нога в серые шелковые пижамные штаны, подошел к двери и со страдальческим вздохом отодвинул защелку.

— Читала сценарий? — спросил он, снова ложась рядом с женой.

— Конечно.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я за такое не возьмусь.

— Отлично понимаю, что возьмешься.

— Иисус, Изабел.

— Ты не сможешь отказаться.

— Но Иисус!

— Признаю, это нелегко. Он был целомудрен и проповедовал непротивление злу. Зато вы оба любите детей.

— Особенно наших. Изабел улыбнулась:

— Ты оказался прав: близнецы — настоящие дьяволята.

— Немного неточно: приученные к горшку дьяволята. Я выполнил свою часть сделки.

— Ты просто молодец! Я и не ожидала…

Он закрыл ей рот поцелуем: любимый способ разрешения конфликта. Они обнялись и под вой завывавшего в дымоходах ветра и дребезжание ставен снова шептали друг другу слова любви.

Где-то через полчаса, когда они успели задремать, в коридоре послышались шаги двух пар маленьких ножек, убегавших от живущих в темноте чудовищ. Рен сонно протянул руку и втянул оккупантов в тепло постели. Мать прижала их к себе.

Следующие несколько часов на вилле Ангелов царили мир и покой.

Примечания

1

Добрый вечер, синьора (ит.). — Здесь и далее примеч. пер.

2

Сладкая жизнь (ит.).

3

Можно к вам присоединиться? (ит.)

4

Я не говорю по-итальянски, месье (фр.).

5

Как жаль (ит.).

6

Не говорю по-французски (ит.)

7

Говорите по-английски? (фр.)

8

Меня зовут Данте (ит.).

9

Меня зовут… Аннетт (фр.)

10

Аннетт. Очень красиво (ит.).

11

«Паблик бродкастимг сервис» — некоммерческая корпорация, управляющая сетью общественного телевизионного вещания.

12

Хорошо ит.

13

Идите сюда.Сад ночью прекрасен (ит.).

14

Красавица ит.

15

В чем дело?

16

Синьора, разрешите войти? (ит.)

17

Закрыто ит.

18

Итальянское название пухлых, жаренных во фритюре пирожков с начинкой из мяса, печеночного фарша, картофельного пюре или риса; отваренные кусочки стебля фенхеля, обжаренные в кляре.

19

Извините

20

не говорю по-английски ит.

21

Мягкое ванильное печенье с прослойкой, первоначально только из фиников, сегодня самой разнообразной: клубничной, черничной, яблочной и т. д. Выпускается фирмой «Набиско».

22

Шринк — прозвище психоаналитиков в Америке

23

Приятель (англ.).

24

Урна супругов (ит.)

25

«Доступ ограничен». Категория фильмов, которые подросткам моложе 17—18 лет разрешается смотреть только в присутствии родителей.

26

«Дети допускаются только с родителями». Категория фильмов, которые детям разрешается смотреть только с родителями. Возраст, до которого просмотр таких фильмов не рекомендуется, обозначен цифрой. В данном случае 13.

27

Популярный еженедельник-таблоид, печатающий множество коротких заметок и фотоматериалов о знаменитостях.

28

Добрый вечер (ит.).

29

Итальянская закуска ассорти.

30

Детские бейсбольные лиги. В каждой — четыре-пять команд со всего штата.

31

Дорогая (ит.).


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21