Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вам — задание (№2) - За секунду до выстрела

ModernLib.Net / Приключения / Чергинец Николай / За секунду до выстрела - Чтение (стр. 14)
Автор: Чергинец Николай
Жанр: Приключения
Серия: Вам — задание

 

 


Баранник встал и, высоко держа голову, вышел из кабинета. Купрейчик несколько минут смотрел на дверь, за которой исчез заместитель, и думал: «В том, что он был далеко от фронта, в тылу, конечно, не его воля. Но вот как мне с ним работать? Как доверять?» Капитан поднялся, вызвал начальника отделения уголовного розыска и поручил ему разобраться с делом ребят...

Купрейчик шел домой с тяжелым чувством неудовлетворенности. «Вроде кто-то на меня ведро помоев выплеснул», — вяло думал он, шагая по еще залитой солнцем, зеленой улице.

Но спустя несколько минут он, улыбаясь, войдет в дом и протянет жене, своей Надюше, цветы...

40

ЛЕЙТЕНАНТ СЛАВИН

У занятых людей время всегда бежит быстро. Славину тоже не хватало рабочего дня. Даже ночью, приходя домой, Славин упрекал себя в том, что не успел чего-то сделать. Он старался как можно быстрее довести дело по ограблению Лазаркевич до конца. Установил и допросил десятки людей из тех, кто часто бывал в клубе строителей. Почти все они помнили Жору, который для оперативника уже стал какой-то мифической фигурой, так как далее его имени дело не шло. Никто не мог сказать, кто он и откуда. Славин и участковый инспектор Рогозин, на участке которого находился клуб строителей, вместе с Марушко и Бородько на протяжении недели объезжали вечерами клубы и танцевальные площадки, но Жора как сквозь землю провалился. Славин считал, что подозреваемый не мог уехать из города, в противном случае зачем ему угрожать Марушко.

Владимир был у себя в кабинете, когда туда заглянул дежурный, тот пожилой старшина, которого все звали Степанычем, и сказал:

— Славин, тебя к телефону дивчина какая-то просит.

— А симпатичная? — весело спросил Подрезов.

— Аж сердце замирает, — улыбнулся Подрезову старшина. — Она сначала тебя спрашивала, а я ей сказал, что тебя нет, и предложил ей Славина. Она помялась немного и согласилась.

В дежурной комнате Владимир взял лежавшую на столе телефонную трубку:

— Славин слушает вас!

Он тут же услышал взволнованный девичий голос:

— Товарищ Славин, здравствуйте! Вас беспокоит Лебедко, подруга Лазаркевич, помните такую?

— Конечно, помню, Аня, здравствуйте! Слушаю вас.

— Знаете, я встретила одну девушку. Она тоже хорошо знает того бандита, и мне кажется, что ее рассказ вас заинтересует.

— Где она?

— Вот, рядом со мной. Дать ей трубку?

— Нет, погодите, как ее фамилия?

— Сваткова.

— Имя, отчество?

— Лера... Валерия Леонидовна.

— Так вот что, Аня, вы молодец, что позвонили! Я вас очень прошу, приезжайте вместе с ней сюда, в отделение.

— Когда, сейчас?

— Конечно, я вас жду.

Было слышно, как Лебедко говорит о предложении Славина Сватковой.

— Хорошо, едем.

Потирая руки, Владимир вернулся в кабинет.

Подрезов спросил:

— Ну, кто там так рвался поговорить?

Славин сообщил о звонке.

— Что ж, дожидайся, а я пошел домой. Сегодня мне наш усатый разрешил побыть вечер с семьей.

— Не усатый, а Петр Первый.

— Почему Петр Первый?

— А ты не обратил внимания, что он очень похож на царя?

— Пожалуй, ты прав. Честное слово, прав! Значит, теперь он не усатый, а Петр Первый. Ну ладно, пока!

— Будь здоров! Привет Юле.

— Спасибо. Кстати, она мне напоминала, чтобы я тебя опять к нам в гости пригласил. Обещала, что голубцы еще вкуснее, чем тогда, будут...

Вскоре в дверь постучали, и на пороге появилась Лебедко.

— Можно?

— Входите, входите, Аня.

В кабинет несмело вошла Лебедко, а за нею темноволосая миловидная девушка. Славин пригласил их сесть, и Лебедко, кивнув головой на девушку, сказала:

— Это Лера Сваткова. Мы с ней знакомы давно. Сегодня встретились, и... Ну, Лера, рассказывай...

Сваткова, чуть заикаясь от волнения, заговорила:

— Аня мне рассказала об Ире Лазаркевич. Так вот, со мной могло то же самое случиться. В апреле на танцах в Доме офицеров я познакомилась с этим Жорой.

— А почему вы думаете, что это он? — спросил Славин.

— Он, точно он! Все повадки его, одет так же. Только он тогда в кожаном пальто ходил. На этом пальто хорошо видны перешитые пуговицы, наверное, его раньше носил более худой человек. Он меня несколько раз провожал домой. Как-то мы заговорили об одежде. Собственно, он сам завел разговор на эту тему. На мой вопрос, где он работает, он засмеялся и говорит, что там, где имеются красивые вещи. В этот вечер он мне сказал, что если мне нужна модная одежда и обувь, то он может помочь. Я посоветовалась с мамой и решила купить себе лакированные туфли. Когда я ему сказала об этом, он засмеялся и говорит: «Зачем же из пушки по воробьям стрелять? Спроси у подруг, кому что нужно, бери деньги, подъедем на одну из моих баз и там все возьмем. Я ведь знаю вас, девчат: стоит одной появиться в новых туфлях, как все начнут приставать к тебе, чтобы достала такие же». Не понравился мне тогда этот разговор, и я передумала покупать. Он, наверное, почуял это, мы еще раза два встретились и больше не виделись.

— Вы его еще где-нибудь встречали?

— Видела. Он вместе с каким-то парнем однажды ехал в трамвае. Я вошла в вагон, а они в этот момент проходили мимо, о чем-то разговаривали и весело смеялись. Вышли они из трамвая на Долгобродской. Перешли улицу и пошли в сторону Комаровки. Когда трамвай поехал, то я увидела их снова. Они входили в подъезд большого дома.

— Вы запомнили, в какой подъезд они вошли?

— Да, запомнила. Я могу, если хотите, показать.

— Больше нигде его не встречали?

— Нет.

— А как выглядел его знакомый?

— Я его видела мельком, но если бы встретила, наверняка бы узнала. А вот Жору я запомнила хорошо. Если хотите, могу нарисовать.

— Давайте, — задорно сказал Славин, — попробуйте! Вот вам бумага, карандаш, устраивайтесь поудобнее за столом и начинайте, а мы пока с Аней побеседуем.

Славин сел за стол Подрезова, а Лебедко устроилась напротив. Владимир спросил:

— Аня, как вы думаете, откуда у Ирины оказалось пять тысяч рублей?

— Наверное, родители дали.

— Нет, они видели, что у нее появилось более пяти тысяч рублей, но что это за деньги — не знают. Я вас хочу попросить, Аня, чтобы вы спросили, не давал ли кто-нибудь из девушек Ирине денег для покупки каких-либо вещей.

— Вы считаете, что этот бандит предложил ей купить что-либо?

— Да, считаю.

— Хорошо, я поговорю с девчатами.

— И еще. Постарайтесь найти как можно больше людей, кто знает в лицо Жору, а также тех, кому Ирина могла рассказать о нем.

Скрипнула дверь, и Славин увидел сестру.

— Володя, можно тебя на минутку?

Славин извинился перед девушками и вышел в коридор, а Женя подала ему листок бумаги. Он развернул его и увидел, что это телеграмма. Прочитал и радостно взглянул на сестру:

— Значит, приезжает?

— Да, в семь тридцать утра. Можно я пойду вместе с тобой ее встречать?

— Посмотрим. Ну, а теперь жми домой, сестренка, готовьтесь к встрече, а я пошел работать...

В кабинете Сваткова как раз закончила рисовать.

— Все, готово. Посмотрите!

Лейтенант уже давно заучил приметы Жоры и мысленно представлял его лицо, но когда он взял рисунок, был сильно удивлен: парень выглядел именно так, как он и думал.

— Вы молодчина, Лера. У меня к вам просьба. — Славин подошел к своему столу, выдвинул ящик, отыскал там две первые попавшиеся под руки фотографии молодых мужчин и показал их Сватковой:

— Не могли бы вы нарисовать вот этих?

— Сейчас?

— Ага.

— Если вам надо, то пожалуйста. Давайте еще бумагу.

И девушка взялась за работу. Глядя на фотографии, она быстро нарисовала мужчин. Сходство было поразительным. Славин восхищенно смотрел на готовые рисунки и расхваливал девушку. А та, радостная и несколько смущенная, стояла у стола и не знала, куда деть свои руки.

— Слушайте, Лера, если вдруг мне придется искать человека, которого со слов надо будет нарисовать, я буду обращаться к вам. Как вы на это смотрите?

— Без энтузиазма, — улыбнулась девушка, — но если понадобится, всегда помогу.

— Договорились. На прощание у меня к вам только одна просьба: если увидите Жору или узнаете что-либо о нем, позвоните мне.

Девушки ушли, а Славин направился в дежурную часть.

— Слушай, Степаныч, выручи меня. Пошли свой грузовик за двумя девушками.

— Знаешь, парень, сегодня ты целый день только и возишься с молодыми девушками.

— Я же по делу. Мне надо с ними срочно опознание провести.

— Давай адреса, вижу, что все равно от тебя не отцепишься.

Славин быстро написал адреса Бородько и Марушко, а сам вернулся в кабинет, достал бланки протоколов опознания личности по фотографии и, чтобы меньше терять времени, когда появятся девушки, начал заполнять их.

Через полчаса девушки были доставлены в отделение. Первой Жору опознала Марушко. Владимир положил перед ней три рисунка. Она взглянула на них и сразу ткнула пальцем в тот, где был изображен Жора.

— Вот он! Что, может, уже поймали?

— Пока нет, но поймаем.

Он быстро закончил все формальности и пригласил Бородько. Девушка тоже, не мешкая, уверенно указала на тот же рисунок.

Оформив протокол, Славин обратился к обеим:

— Девушки, посмотрите внимательно на этот рисунок. Может, здесь какой-нибудь детали не хватает?

Девушки долго смотрели, но ничего дополнить не смогли. Славин поблагодарил их и отпустил, а сам снова пошел к старшине.

— Степаныч, как только появится шофер, ты его направь в управление. — Он протянул рисунок, на котором был изображен Жора, старшине. — Там есть дежурный эксперт, пусть он быстро сфотографирует этот рисунок, и фотографии надо сегодня же развезти по всем отделениям. В пояснении надо писать, что этот преступник напал в лесу на гражданку Лазаркевич.

— Слушай, Славин, — возмутился старшина, — ты что, думаешь, мне больше делать нечего и я буду целый день только твои вопросы решать: то девчат привези и отвези их обратно, то теперь в управление машину гони...

— Подожди, Степаныч, — перебил его лейтенант, — привезти девушек — это была моя просьба, а вот что касается рисунка, то это — приказ. И не морщись, сам знаешь, что с такими вещами тянуть нельзя. Он сегодня может попасть в милицию за что-нибудь, и его спокойно отпустят. Ищи тогда ветра в поле. Ясно? — Славин в душе чертыхнулся: «Опять это горчаковское слово». Старшина уже не спорил. Взял рисунок, внимательно посмотрел на него, стараясь запомнить, и ответил:

— Ясно, сделаем...

41

РИТА

Славин, растерянный и счастливый, стоял на перроне и глядел на толпу прибывших и встречающих. Он боялся пропустить Риту. Рядом с букетом цветов стояла Женя. Она тоже напряженно всматривалась в лица девушек, пытаясь по тем чертам, которые она запомнила на фотографии, узнать гостью.

Владимир увидел Риту. В руках у нее было два больших чемодана. Рита смотрела по сторонам и искала его. Владимир бросился к ней. Обнимая Риту, он прошептал ей на ухо:

— Наконец-то. Я так тебя ждал, так ждал!

Подбежала Женя, и девушки обнялись и поцеловались. Чемоданы отдали Володе, а сами шли весь путь впереди. Владимир шел следом и удивлялся, как могла Рита нести такие тяжелые чемоданы, которые ему даже за короткое время руки оторвали. Они сели в трамвай и вскоре были дома.

Анастасия Георгиевна, вытирая счастливые слезы, говорила:

— Как бы мне хотелось, чтобы сейчас здесь был отец!

Когда все сидели за столом, Владимир спросил:

— Рита, а как удалось уговорить начальство отпустить тебя?

— Ой, и не спрашивай! Целую баталию выдержала, но добилась своего. Правда, наш начальник медотдела оказался молодцом. Уговаривал меня остаться, грозил, что не отпустит, а сам писал вышестоящему начальству рапорты с просьбой перевести меня на работу в Минск. Когда я об этом узнала перед отъездом, очень удивилась и растрогалась. Меня перевели сюда, сказали, что место в общежитии дадут.

Владимир поднялся со своего места:

— Вы продолжайте чаевничать, а я — на работу.

— На какую работу? — возмутилась Женя. — Человек только приехал, а ты уже бросаешь его на произвол судьбы.

— Ну, во-первых, не на произвол судьбы, а на попечение родных матери и сестры, а во-вторых, служба есть служба. Тем более, — он, как бы оправдываясь, взглянул на Риту, — у меня действительно неотложное дело, и медлить нельзя.

Рита улыбнулась:

— Ничего мы с ним, товарищи, не сделаем, пусть идет.

Владимир вышел из дому и чуть не бегом направился в отделение, а Сваткова была уже там. Славин извинился за опоздание, и они сразу же направились к тому дому, в подъезд которого входил однажды Жора со своим знакомым.

Девушка уверенно показала на подъезд:

— Вот сюда они вошли.

— Не ошибаетесь?

— Нет, зрительная память у меня хорошая, не знаю почему, но мне хорошо запомнился этот подъезд.

— Хорошо. Спасибо вам, Лера. Вы можете идти, а я побуду немного здесь.

Славин прошел вдоль дома, вошел во двор. Чувствовалось, что жильцы здесь любят порядок. Ровными рядами были высажены деревца, зеленел кустарник, на аккуратных клумбах росли цветы. Как и предполагал Владимир, подъезд, на который указывала ему девушка, был проходным. Значит, Жора вместе с дружком мог войти в него с улицы и выйти во двор. Славин решил посмотреть, нельзя ли через двор пройти в другой. К его огорчению, оказалось, что можно. Двор хотя и был обнесен высоким забором, но в нем было несколько больших дыр, и Жора, если хорошо знает город, мог воспользоваться этим путем.

«Предположим худшее, — думал старший оперуполномоченный, — Жора воспользовался подъездом, чтобы сократить путь. Из этого следует, что он входит в какой-то дом поблизости. Двор граничит с дворами двух домов, расположенных по улице Красной, а там — выход к Пугачевской улице. Но сейчас нужно обследовать этот дом, а точнее квартиры, находящиеся в подъезде. В доме шесть этажей. Надо посмотреть, сколько в подъезде квартир».

Он вернулся к дому и вошел в подъезд. На первом этаже было четыре квартиры. Владимир поднялся на второй этаж — тоже четыре. Получалось, что в подъезде двадцать четыре квартиры.

Славин направился в отделение. Выяснил, кто из участковых уполномоченных обслуживает этот дом, и зашел к Горчакову.

Горчаков был человеком дела. Он выслушал Владимира и сразу же приказал дежурному разыскать лейтенанта Квашу. Кваша в это время оказался в отделении и через несколько минут уже был в кабинете Горчакова.

Участковый был низкого роста, с кривыми ногами, а брюки-галифе и сапоги подчеркивали эти недостатки. Но Квашу это нисколько не огорчало. Он доказывал, что рожден для кавалерии, и требовал от начальства, чтобы за ним обязательно закрепили лошадь. Работал Кваша хорошо.

Горчаков, топорща усы, обошел участкового и, глядя на него сверху, подмигивая Славину, ворчал:

— Распустил ты, Кваша, бандюг у себя на участке, распустил... Да и людей не знаешь... это ясно, что не знаешь...

— Как так, товарищ майор, людей не знаю? — попытался спорить Кваша, но начальник перебил его:

— А ты не спорь, а то в аттестации напишу, что споришь с начальством.

Кваша видел, что начальник в хорошем расположении духа, и, тоже подмигнув Славину, весело возразил:

— Товарищ майор, а я помню, как неделю назад вы, распекая капитана Мальчукова, обещали ему в аттестации написать, что он до такой степени обленился, что даже перестал пререкаться с начальством. Подскажите, Семен Антонович, как мне быть, пререкаться с вами или не пререкаться?

— Я тебе подскажу, я тебе подскажу... — продолжал кружить вокруг подчиненного майор. — Хороши у меня сотруднички: один пытается вспомнить, что когда, где начальник, — он поднял указательный палец, — кому-то сказал, другой дошел до того, что начальника с царем сравнивает.

Славин хмыкнул: «Уже передали!»

— Так это же только внешне, товарищ майор, — оправдывался он.

— А почему внешне? Я не возражал бы на такого человека быть похожим и внутренне.

Он подошел к двухстворчатому шкафу, открыл дверку, на которой было прикреплено зеркало, и, глядя на свое отражение, покручивая ус, самодовольно сказал:

— А что? Действительно похож! Вот если бы вы у меня, черти, так же ловко ловили бандюг, как подмечаете, на кого начальник похож, так я, ей-богу, рад был бы.

— Мы же стараемся, Семен Антонович, — возразил Славин.

Горчаков отошел от шкафа, посмотрел на Славина, на Квашу, сел на стул, который жалобно заскрипел под его многопудовым телом, и потеплевшим голосом сказал:

— Что правда, то правда, вы у меня, ребята, молодцы, стараетесь — это ясно. Ну, а теперь к делу. Тебе, Василий Алексеевич, необходимо оказать помощь Славину. Что делать, он скажет. И я тебя попрошу, не отвлекаясь ни на какие дела, выполнять его указания. Чует мое сердце, что Владимир Михайлович на верном пути стоит, — и, улыбаясь, взглянул на Славина. — В отношении Петра Первого ты здорово подметил. Оказывается, я действительно на него похож. Фигура, глаза, вот только не помню, какого цвета усы у него были.

— Я тоже не помню. Но разгружусь немного и обязательно выясню.

Лицо Горчакова сделалось задумчивым и строгим.

— Нет, браток, до разгрузки еще далеко. Наша с тобой служба такая, что постоянно не будет времени хватать. Всегда нужно будет куда-то спешить, и не всегда спать придется. Но что поделаешь — такая судьба нам досталась! Не иметь покоя ради покоя других. Ну, ладно, братцы, за работу! Идите к себе и думайте, как с тем подъездом разобраться, а у меня через пять минут начнется прием граждан.

Славин пригласил Квашу к себе в кабинет, объяснил, что от него требуется, и посоветовал:

— Начни ты, Василий, с домоуправления. Посмотри, кто прописан в этих квартирах из мужчин в возрасте до тридцати лет, выясни, где и кем работают. Затем мы вместе сделаем обход этих квартир.

Кваша ушел. А Славин направился к дежурному и попросил передать участковому Рогозину, когда тот будет звонить, чтобы он немедленно приезжал в отделение.

Дежурный улыбнулся:

— Считай, что я твое задание выполнил. Иди в четвертый кабинет, там твой Рогозин с задержанным разбирается.

Владимир молча повернулся и направился в четвертый кабинет, который был выделен специально для участковых уполномоченных.

Участок Рогозина находился в зоне Славина. Участковый по заданию оперуполномоченного побеседовал по очереди с теми, кто знал в лицо Жору. Ему удалось из числа парней, знающих в лицо преступника, создать пять групп. Они дежурили в местах возможного появления разыскиваемого.

В кабинете Рогозин разговаривал с парнем лет тринадцати. Тот сидел напротив капитана и плакал.

Участковый, увидев Славина, прервал разговор и смотрел на него. Тот кивнул головой, чтобы он продолжал, и Рогозин повернулся к парню:

— Ну, что ты молчишь, хлопец? Мы же все равно узнаем, где ты его взял. Ну, давай не тяни время, не до тебя, говори.

Парень еще ниже опустил голову и чуть слышно проговорил:

— Украл.

— Где?

— В школе, тринадцатой.

Рогозин победно взглянул на Славина и пояснил:

— Иду через Комаровский рынок и вижу: пальто продается, — и он показал рукой на стул, на котором лежало женское пальто с меховым воротником.

Славин удивился:

— Пальто зимнее летом? Постой, так сейчас же и занятий в школе нет. Кто, в таком случае, это пальто туда принес?

— Никто не приносил его туда. Просто математичка наша там живет. Она меня на переэкзаменовку на лето оставила. Я сегодня пришел на консультацию, а она, наверное, забыла и уехала на «Победе» с каким-то мужчиной. Обида взяла меня, и вдруг вижу — форточка у нее в окне открыта. Залез я туда и взял в шкафу это пальто, а потом понес на базар.

Парень еще сильнее заплакал. Славин спросил:

— У тебя отец есть?

— Нет, на фронте погиб.

— А мать?

— Есть.

— Сколько вас, детей, у нее?

— Пять.

— Ну и что же ты хотел купить на деньги, которые получил бы за это пальто?

— Не знаю, всем бы мороженое... и свежих булок.

Славин и Рогозин переглянулись. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь только всхлипыванием мальчугана.

Славин взял со стула пальто и протянул его мальчику:

— На, отнеси и положи на место. Будем надеяться, что твоя математичка еще не вернулась домой. И запомни: не ради того, чтобы ты воровал, твой отец воевал и погиб на фронте.

Парень встал и непонимающе смотрел на Славина и Рогозина.

Рогозин сказал:

— Ну, что стоишь? Иди домой и сделай, что тебе говорят.

Паренек, держа в охапку пальто, вышел из кабинета. Славин и Рогозин проводили его взглядом через окно.

Владимир посмотрел на капитана и сказал:

— Есть задание тебе. Отбери группу ребят из тех, кто может опознать Жору, и перерой второй подъезд дома, расположенного рядом с двадцать третьей школой. Не исключено, что он там появляется.

— А как насчет дежурства в клубах и на танцплощадках?

— Все остается по-прежнему.

Рогозин произнес «ясно» — слово, которым заразились все сотрудники отделения, и ушел.

Славин подошел к окну. Во дворе шли занятия. Милиционеры верхом ездили по кругу, тренируясь правильно управлять лошадью. Взгляд Владимира остановился на козле Борьке. Он стоял на стоге сена и, наклонив голову с длинными закругленными рогами, наблюдал, как шестеро милиционеров сгружали с грузовика большие тюки прессованного сена и с помощью ручной лебедки подавали наверх, где двое сотрудников принимали и складывали их. Славин подумал: «Интересно, как Борька взобрался туда?» Об этом козле рассказывают целую историю. Раньше он был в партизанском отряде и в милицию попал благодаря старшине Степанычу — бывшему партизану, который и привел его с собой. Говорят, что где лошадь, там и козел должен быть. Так и прописался Борька в милицейской конюшне. Он был дерзким и сильным козлом, к тому же отличался скверным характером. Старожилы отделения знали об этом и в присутствии Борьки всегда были настороже. Но сейчас там, на верху громадного стога, были новички, молодые ребята, которые только что после службы в армии пришли в милицию. Они не знали крутого нрава козла и беспечно стояли к нему спиной у самого края стога. А Борька решил познакомить новичков со своими рогами. Славин это понял, но предпринять уже ничего не мог. Окно в кабинете не открывалось, а форточки не было, да и счет времени уже пошел на секунды. Борька, набирая скорость, понесся вперед. Он врезался в спину крайнему милиционеру, тот, дико крича, полетел вниз и грохнулся прямо в кузов грузовика, где, к счастью, еще было сено. А козел уже несся ко второму милиционеру, который успел сориентироваться и встретить «агрессора». Милиционер схватил его руками за рога, и на верху стога начался спектакль, который прервал занятия на плацу и привлек к себе внимание не только милиционеров, но и прохожих. Раздался свист и смех. Борьба наверху продолжалась долго и с переменным успехом.

На стог поднялись еще два милиционера, они втроем связали козла и с помощью все той же лебедки спустили вниз.

Владимир отошел от окна. На душе у него было тяжело. Из головы не выходил паренек, которого допрашивал Рогозин. «Черт бы побрал эту войну, отнявшую у многих детей отцов. Нет, он не был вором, этот мальчуган. Не подлость руководила им, а просто неосознанное желание иметь то, что так любят дети. Он хотел купить для своих братьев и сестер булок и мороженого. Мы правильно сделали, что не стали оформлять материалы на него. Наверняка он все поймет», — думал Владимир.

42

УЧАСТКОВЫЙ УПОЛНОМОЧЕННЫЙ КВАША

Кваша уже через день положил на стол перед Славиным список жильцов подъезда. В нем крестиком были отмечены четыре фамилии.

— Они, — пояснил участковый, — заслуживают внимания. Больше подходящих нам по возрасту людей в этих квартирах нет.

— Точнее, прописанными не числятся, — поправил Славин.

— Ну да, — согласился тот. — Теперь, как я понимаю, надо побывать во всех квартирах и поговорить с людьми...

— Правильно, но сначала давай побеседуем вот с этим товарищем, — и Славин подчеркнул фамилию «Жирков». — Как видишь, он пенсионер. Ранее работал в милиции. Так что пошли к нему!

Квартира Жиркова находилась на четвертом этаже. На их стук дверь открыл сухонький старичок. Он внимательно смотрел на незнакомых людей.

Владимир представился и сказал:

— Иван Леонидович, мы к вам по одному важному вопросу. Нами за совершенное разбойное нападение разыскивается человек, которого однажды видели входящим в этот подъезд. Вы не знаете, к кому он мог приходить?

Хозяин задумался, а затем спросил:

— Чего же вы стоите у входа, может, считаете, что на такой вопрос возможно сразу ответить? Проходите в комнату, присаживайтесь, а я вспомню. Что вам известно о том, кого вы разыскиваете?

Славин коротко рассказал, что ему было известно о Жоре. Старик вслух начал думать:

— Подо мной на третьем этаже живет Хмелько Ростислав. Ему двадцать восемь лет. Воевал. Ранен в ногу и сейчас хромает. Он человек серьезный и не станет возиться со всякой швалью. Напротив меня — Коля Антонов. Ему двадцать два, тоже солидный парень. Работает на инструментальном заводе, в свободное время сидит за учебниками. Он в институт собирается поступать. Я ничего, кроме хорошего, о нем сказать не могу. В квартирах на первом и втором этажах мужчин молодых нет. На пятом — это надо мной как раз — живет Наум Левин. Немцы во время оккупации его родителей расстреляли. Науму пока сейчас тяжело приходится. На воспитании у него две младшие сестры остались. Ему не до шалостей. На последнем этаже есть молодой парень — Саша Кривоног. У него тоже немцы родителей убили, сам чудом спасся. Сейчас он у тетки живет. Хорошая семья, да и Саша парень серьезный, работает, по вечерам встречается с девушкой из соседнего подъезда... Скажите, откуда вы взяли, что тот, с кем вы видели Жору, должен жить здесь? А может, Жора с тем парнем в гости к кому-либо приходили?

— Мы не исключаем этого, — согласился Славин.

— Знаете, вот мой вам совет. И поверьте, плохого совета вам не дам. Как-никак более тридцати лет я проработал в уголовном розыске и знаю почем фунт лиха. Так вот, я считаю, что если они и могли к кому-либо из жильцов нашего подъезда прийти, то только к Верке Астаховой. Живет она одна, на пятом этаже в сорок четвертой квартире, девица вертлявая, в позапрошлом году ребенка родила. Я у нее, помню, спросил: «Вера, а кто отец твоего Сережки?» А она засмеялась и, даже не покраснев, отвечает: «Дед, ты вопрос полегче задай. Я и сама хотела бы это знать». Работает она где-то в буфете, навар, наверное, имеет солидный, потому что живет в достатке, ни в чем не нуждается. Ребенка, когда идет на работу, к своим родителям отводит, которые недалеко отсюда живут, по улице Цнянской. У нее дома, кстати, часто разные типы появляются.

Когда вышли, в подъезде Славин предложил:

— Давай под видом проверки паспортов обойдем квартиры, об Астаховой с людьми осторожно поговорим, а потом и к ней зайдем?

И они начали спускаться на первый этаж. Но жильцы этих квартир мало что знали о тех, кто жил на верхних этажах. В одной из квартир они застали молодую женщину. Она открыла дверь с ребенком на руках и, увидев Квашу, улыбнулась:

— А, товарищ участковый! Входите, пожалуйста!

В чистой и аккуратной квартире они сели на предложенные стулья, и Кваша, пока женщина в соседней комнате укладывала ребенка в детскую кроватку, сказал Славину:

— Это Галина Максимовна Чайкова, работает бухгалтером в домоуправлении, я и забыл, что она здесь живет, теперь она на фамилии мужа, — он заглянул в список, который сам же составил, — Красина. Я поэтому и не обратил внимания на нее. Два года назад, когда она жила с родителями по улице Беломорской, их квартиру обворовали, и я нашел воров. Ей доверять можно, она серьезный человек.

Чайкова вошла в комнату и присела на краешек дивана.

— Что это вас привело к нам, уж не собирается ли какой-нибудь бандит ограбить нашу квартиру?

— Все может быть, все может быть, Галина Максимовна, — отшутился Кваша, но тут же серьезно спросил: — Галина Максимовна, есть ли в вашем подъезде люди, которые скандалят, мешают соседям жить или свою квартиру превратили в место посещения всякого сброда?

Женщина покачала головой:

— Нет, таких людей у нас в подъезде нет. Разве только Астахова, она на пятом этаже живет. Номер квартиры я не помню, но найти легко. Когда подниметесь на пятый этаж, слева — вторая дверь. Она — легкомысленная женщина. К ней часто приходят незнакомые мужчины. Я сейчас в декретном отпуске нахожусь и часто ее вижу, когда она возвращается из магазина. Она туда за водкой ходит.

Славин спросил:

— Пьет часто?

— Не то чтобы часто, она для своих гостей за водкой бегает.

— Никого не знаете из тех, кто приходит к ней?

— Нет, к счастью, — улыбнулась женщина.

— Вы в квартиру к ней никогда не ходили?

— Нет.

— Галина Максимовна, а с кем она дружит из соседей?

— Знаете, такого человека вряд ли вы здесь найдете. Все знают ее как женщину скорее распутную, чем скромную.

— Ну, а в квартиру к ней из соседей кто-нибудь заходит?

— Нет. Ее соседка — у них на площадке двери рядом расположены — мне в прошлом месяце жаловалась, что в квартире Астаховой постоянно шумят. Я ей тогда посоветовала к вам, товарищ Кваша, обратиться. Но она ответила, что неудобно как-то на соседей жаловаться. Вы с ней поговорите. Ее Варварой зовут. Она, может, и видела, кто приходит к Вере, потому что мне она говорила, что ходят туда не только вечером, но и днем. Когда только люди работают?

Вскоре они были уже на пятом этаже. Постучали в дверь сорок третьей квартиры. Открыла средних лет женщина. На голове у нее были бигуди. Она пригласила сотрудников милиции пройти в квартиру, а сама, извинившись, исчезла в соседней комнате. Сотрудники милиции прошли в большую светлую комнату и сели у стола. Кваша достал список жильцов и молча показал Славину на цифру сорок три, где указывалось, что в ней проживает семья из трех человек. Хозяйка квартиры Сапожникова Варвара Николаевна. Владимир кивком головы поблагодарил участкового, и тот спрятал бумагу в карман кителя. Сапожникова появилась перед гостями через несколько минут. Голову она повязала ярким шелковым платком.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27