Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Команчи (№3) - Подруга волка

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Андерсон Кэтрин / Подруга волка - Чтение (стр. 3)
Автор: Андерсон Кэтрин
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Команчи

 

 


Все еще беспокоясь, как бы пропавшая Индиго не исчезла навсегда, Джейк протянул руку и опустил глаза. Насквозь промокшая замшевая рубашка обтягивала тело, как вторая кожа, обрисовывая хрупкие плечи и то, что, без сомнения, было удивительно изысканной грудью, подобно которой он никогда не видел. Выпрямившиеся от холода соски гордо натягивали мягкую кожу. В течение нескольких бесконечных секунд он смотрел на них, как безмозглый идиот.

— Мистер Рэнд?

Джейк мысленно заставил себя встряхнуться и перевел глаза на маленькое личико, затененное полями шляпы. Он понимал, что должен заговорить, но ему ничего не приходило в голову, кроме того, что этот особенный «он» оказался «ею», очень складно сложенной, что придавало слову «промокший» совершенно иное значение.

— Простите меня. Только когда вы сказали «сынок» я поняла, что вы меня не узнали. Я — Индиго Вулф.

Джейк сглотнул слюну и сказал:

— Я вижу. — Он спохватился сразу же, как только слова слетели с его губ. — Я имею в виду, — а что точно он имеет в виду? — Конечно, вы мисс Вулф. Я понял это в тот самый момент… — Он почувствовал как краска заливает его шею, — в тот самый момент, как мы пожали друг другу руки.

Одним изящным пальчиком она подтолкнула вверх промокшие насквозь поля шляпы, давая ему возможность впервые взглянуть на ее лицо. У нее были такие же большие глаза, как у матери, невероятно светлые, цвет их вызвал у него в памяти цвет молока в стакане с легчайшим оттенком голубого. Окаймленные шелковистыми темными ресницами, они представляли приятный глазу контраст с темным цветом ее лица. У нее были тонкие, но обращавшие на себя внимание черты лица: женственный вариант королевского носа ее отца с высокой переносицей и чеканные скулы, восхитительный полный рот и деликатно очерченный подбородок матери — не всякий мог назвать такое сочетание красивым, но все равно оно было притягательным. Он поймал себя на мысли, что хочет сорвать с нее эту ужасную шляпу, чтобы увидеть ее волосы. Были ли они темные, светлые или какого-нибудь другого оттенка?

Она попыталась освободить свою руку. Вздрогнув, Джейк понял, что все еще удерживает ее тонкие пальцы в своей ладони. Он немедленно разжал ладонь.

— Извините. Просто — ну, вы застали меня врасплох. Я думал…

— Наверное там, откуда вы приехали, женщины не носят штаны из оленьей кожи?

— Нет, — признался он. И к тому же такие заляпанные грязью и насквозь промокшие. Джейк смотрел на нее сверху вниз как зачарованный, сам не понимая почему. Если рассматривать каждую ее черту отдельно, то она не была самой красивой девушкой, которую он когда-либо видел. Но в ней было что-то, может быть, необычайный контраст, который она представляла, — фарфоровая куколка в штанах из оленьей кожи. Главное в ней, подумал он, ее глаза. Они светились навстречу ему, огромные и искренние, выдававшие гораздо больше, чем она сама наверное подозревала. В игре в покер она не продержалась бы и трех раундов.

— Когда я подумал сейчас, то не понял, почему я ожидал кого-то, одетого в платье. Конечно, это было бы совсем неуместно для работы в шахте. Это просто потому, что вы… — Джейк спохватился и оборвал свою фразу, прежде чем намекнул бы, насколько грязна ее одежда.

Как бы почувствовав его мысли, она отряхнула свои бриджи.

— Сегодня я работала на шлюзах. Кроме решет для промывки, только они еще действуют, и нам нужна вся добыча, какую мы можем получить.

Ветер задувал под крышу крыльца, принося с собой струи дождя. Она придержала шляпу рукой. Ветер громко взвыл, ударившись о дом, и, отлетев назад, заставил ее мокрую рубашку плотно облепить тело.

Во рту у Джейка все пересохло. Он злился на самого себя за то, что он это заметил. Ясно было, что она даже не представляла, насколько откровенной стала ее мокрая рубашка.

— Ма сказала, что вы хотели бы осмотреть шахту. Если вам не хочется мокнуть, то наверное нам надо немного обождать, пока дождь стихнет. — Она сморщила нос и посмотрела на пелену дождя. — Что — хорошо в Орегоне? Если тебе не нравится погода…

— Просто подожди, и она изменится, — закончил он за нее. — Я не боюсь промокнуть. У меня есть макинтош. Но я беспокоюсь, что вы простудитесь. — Не успев подумать, он снова посмотрел вниз и с трудом отвел глаза. — Вы промокли насквозь.

Она повела плечом. Странно. Всего несколько секунд назад он смотрел на это плечо и считал его костлявым. Сейчас оно казалось вполне нормальным. Кроме ее великолепной груди, она была сложена, как и ее мать, — хрупкая с тонкими узкими костями. Он сомневался, что она весит больше ста фунтов даже в этих мокрых штанах.

— Я привыкла к дождю.

Под взглядом Индиго на его губах появилась мальчишечья улыбка, которая углубила складки возле его рта и преобразила лицо. Настойчивый взгляд его карих глаз проник в ее глаза. Что-то, не имеющее названия, возникло между ними. Это напомнило ей воздух во время бури — такая же заряженная атмосфера окружила ее.

Неожиданно мысль о том, что ей придется провести часы с ним наедине вдали от города, перестали ее привлекать. Ей не нравилось, как он смотрел на нее или то, что она испытывала под его взглядом. Она не могла определить это чувство, она просто знала, что оно пугает ее.

Видимо, ее отец верит ему, хотя Хантер Вулф был наивным человеком. Двуличность была выше его понимания, чего нельзя сказать о ней. За дружеской улыбкой может скрываться черное сердце. Никто не знал этого лучше, чем она сама.

Вспомнив крепкое пожатие пальцев Джейка Рэнда, она опустила взгляд на его руки, лежавшие на бедрах. Как может человек добывать средства к существованию из дыры в земле и не иметь на руках мозолей?

Она посмотрела на гору. Туман опускался на ее склоны, покрытые лесом. Она сомневалась, что мать поймет ее, если она скажет, что не может идти с Джейком Рэндом, так как в его присутствии у нее подгибаются колени. Ее родители подумают, что она просто ищет повод, так как хочет сама управлять шахтой. Индиго расправила плечи.

— Ну, хорошо, если вы не боитесь немного промокнуть, то мы можем идти.

— Я могу подождать, пока вы переоденетесь во что-нибудь сухое — особенно рубашку, мысленно добавил он. — Нет смысла простужаться. Я могу предложить вам свой макинтош, если у вас его нет.

— Мокрая кожа удивительно теплая. Она — как вторая кожа.

Да, Джейк это заметил. Она подергала рубашку.

— Обычно я не позволяю себе так промокнуть, но в последнее время здесь все стало вверх дном и у меня не было времени.

Он жестом показал в сторону лошади.

— Если вы мне покажете конюшню, то я отведу туда Бака. После поездки на поезде в Роузбург и долгого путешествия сюда он заслужил отдых в сухом месте. Путешествие для животных не так удобно, как для людей.

— Откуда вы приехали?

Джейк помедлил, не желая упоминать Портленд.

— С севера.

Она начала спускаться по ступенькам. Не желая одевать макинтош, раз у нее его нет, Джейк оставил его на перилах и пошел следом за ней, пригнув от дождя плечи. Отвязав Бака, она повела его к серому строению нечетких очертаний, примыкающему к дому.

На полпути Джейк отказался от попытки остаться сухим. Вместо этого он следил за вызывающим покачиванием бедер Индиго. Она шла быстрыми грациозными шагами, тело ее гармонично покачивалось. Он попытался представить ее, одетую в одно из модных платьев Мэри-Бет и улыбнулся. Если на нее взгромоздить еще и турнюр, глаза мужчин выскочат из орбит, увидев, как он колышется.

Оказавшись в конюшне, она превратилась в вихрь движений. Отвлекшись на мгновение на возбужденное хрюканье трех белых свиней, содержавшихся в небольшом загоне под сеновалом, Джейк остановился в дверях и полной грудью вдохнул давно забытые запахи. Конюшни в его доме содержались в такой чистоте, что на полу можно было сервировать чай. А здесь было по-другому. Судя по запаху, Джейк догадался, что стойла срочно требуется очистить от навоза — еще одно доказательство, что Вулф не может сохранить все в порядке. Вдруг он осознал всю чудовищность положения. Две крошечные женщины, конечно, не могут справиться со всей этой работой.

— Почему бы мне не закончить все дела с Баком самому, а вы подождали бы меня на крыльце, — сказал Джейк.

— Вы не знаете, где здесь все находится. Индиго отстегнула ремень подпруги на животе

Бака. Джейк поймал ее за руку, прежде чем она сама подняла седло.

— Я сам возьму это.

Она отступила в сторону. Джейк перекинул промокшую упряжь через ограду и схватил первую попавшуюся тряпку, чтобы вытереть упряжь насухо. Собираясь проделать то же самое с лошадью, прежде чем поставить ее в стойло, он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Индиго борется с кипой сена.

— Стой! — Он уронил тряпку и бросился к ней. — Такой недомерок, как ты, может только навести себе вред, поднимая такие тяжести.

Ухватившись руками за проволоку, он вытащил кипу сена из стога.

Она отступила и изучающе посмотрела на него. В полумраке конюшни Джейк не был уверен, но ему показалось, что она сбита с толку. Она указала в сторону пустого огороженного места с остатками сена на полу.

— Здесь будет хорошо. Как только вы разрежете проволоку, мы перекидаем это сено в крайнее стойло и дадим коню зерна.

Волоча сено через конюшню, Джейк спросил:

— А где вилы?

Поняв наконец, что Джейк Рэнд не собирается позволить ей помогать, Индиго перевела глаза на вилы, стоявшие в углу. То, что он назвал ее недомерком, разбередило старые раны. Так называл ее брат Чейз, и она ненавидела это слово.

— Я сильнее на самом деле, чем кажусь, мистер Рэнд, и я уже привыкла поднимать здесь тяжести.

— Не сомневаюсь в этом. Твой отец говорил мне, что ты настоящая маленькая труженица.

«Настоящая маленькая труженица»? И «недомерок»? Индиго скрипнула зубами.

— Я уже совсем взрослая, в этом месяце мне исполнится девятнадцать лет!

— Уже девятнадцать? — Он перекидывал сено через разделяющие стенки, с удивительной точностью попадая в крайнее стойло. В полумраке его лицо осветилось обращенной к ней улыбкой. — Ты не выглядишь такой старой.

Стараясь не выдать себя, она подтянулась, пытаясь выглядеть хоть чуточку повыше.

— Да, я уже взрослая!

Он задержался в середине броска, полные сена вилы нависли над его широким плечом. Она не могла понять выражение его лица.

— Я не хотел тебя обидеть. — Завершив бросок, он зацепил вилами очередную охапку сена. — Хрупкое телосложение, как у тебя, делает женщину очень привлекательной. До тех пор, пока я не увидел тебя и твою мать, я думал, что моя сестра Мэри-Бет маленькая. А по сравнению с вами, она — амазонка.

— У меня средний размер, а не маленький.

На этот раз он остановился, всадил зубья вил в планки пола и облокотился на них, изучая ее. Спустя некоторое время он ухмыльнулся и сказал:

— Хорошо, — среднее. Мне кажется, я тебя обидел. Если это так, то прошу меня простить.

Такое извинение заставило ее почувствовать себя ребенком. Скоро он поймет, что ее миниатюрность не является для нее помехой.

— Пока вы закончите заниматься сеном, я принесу Баку зерно и воду.

Направляясь за кормом, она чувствовала, что он следит за ней. Пятидесятифунтовый мешок зерна был почти пуст. Индиго вскочила на груду мешков, чтобы достать новый. Она едва успела ухватиться руками за концы мешка, как почувствовала прикосновение больших ладоней к своей талии. Неожиданное прикосновение очень ее удивило. Она оглянулась и встретилась взглядом с темными глазами Джейка Рэнда. Индиго почувствовала, как под действием его теплого дыхания на ее виске зашевелились волосы. Его широкая грудь заслонила ее, и она внезапно осознала, насколько он велик. Она чувствовала скрытую силу в кончиках его пальцев.

— Я достану его, — произнес он низким трепещущим голосом.

Движением бедер Индиго высвободилась из его рук и подняла мешок, полная решимости доказать ему свою выносливость.

— Я всегда обхожусь сама с этими мешками, мистер Рэнд.

Он перехватил ношу, прежде чем она смогла повернуться.

— И ты управляешься прекрасно.

Стоя на мешках, она была такого же роста, как и он, их лица разделяли всего несколько дюймов. Она смогла разглядеть вблизи тонкие лучики в уголках его глаз и обветренную структуру его кожи. Она почувствовала, что ей как-то странно не хватает воздуха и спрыгнула с мешков вниз, пытаясь сохранить расстояние между ними. При виде того, как она попятилась, его твердые губы сложились в ленивую ухмылку, обнажившую блестящие белые зубы, а в глазах появилось выражение, очень напоминающее озорную улыбку.

Он опустил мешок в угол, вытащил нож из ножен и разрезал мешковину. Она обратила внимание, что он обращался с ножом с такой же легкостью, как и она. При каждом движении по его спине перекатывались мускулы, сильно натягивая рубашку. Индиго обошла его и выскочила за дверь, пока он доставал мерную жестянку из пустого мешка.

Сбитая с толку и не понимая причины этого, она ждала его у главного входа, чувствуя все его движения, пока он устраивал Бака. Она хотела бы отложить их поход на шахту. Завтра там будут и другие старатели. Если же они пойдут туда после полудня, то окажутся в горах одни.

Хотя она не заметила ничего опасного в вызывающих темных глазах Джейка Рэнда, что-то в нем пугало ее.

4

Дорога на шахту оказалась самой длинной на памяти Индиго. В некоторых местах она становилась очень крутой и скользкой из-за дождя, что мешало их разговору; Джейка Рэнда, казалось, вполне устраивали эти долгие минуты молчания, но Индиго не чувствовала себя комфортно. Ей казалось, что воздух потрескивает от напряжения. По необходимости она шла впереди и почти все время ощущала на себе его взгляд. Овладевшая ею сильная застенчивость делала ее неловкой, что было просто глупо. Если бы она впервые шла по этой тропе, но ведь ей приходилось делать это тысячи раз!

Индиго так устала днем, что на последнем отрезке склона начала выбиваться из сил. Ее промокшие штаны стали настолько тяжелыми, что ей приходилось делать усилия, чтобы просто передвигать ноги. Она заметила, что дыхание Джейка Рэнда оставалось спокойным, поэтому она устало тащилась впереди, боясь признаться, что ноги отказывают ей.

Он уже назвал ее недомерком. Судя по его поведению на конюшне, он явно считал, что женщины не должны особо затруднять себя, и, если ей не хватит сил подняться на холм, это усугубит его мнение о ней. Что она будет делать, если он запретит ей работать на шахте?

С боку ее штанов лопнула нитка. Она прикрыла рукой разорвавшийся шов и сосредоточилась на вершине горы. Она сможет выдержать, если будет осторожно передвигать ноги и не будет думать о том, как ока устала. Она должна!

— Мне нужно отдохнуть, — внезапно сказал он. Задыхаясь и желая скрыть это, Индиго оглянулась.

Мерное незатрудненное дыхание поднимало его широкую грудь. Чтобы спрятаться от дождя, он нырнул под ветки вечнозеленого дерева и уселся, прислонившись спиной к его стволу, обхватив рукой согнутое колено. Она разглядывала наполовину сухую кучу сосновых иголок и жаждала присоединиться к нему. Он похлопал рукой по земле рядом с собой.

— Иди сюда, я не кусаюсь.

Его белоснежные зубы блеснули в дразнящей улыбке. Волосы зашевелились у нее на затылке. Он выглядел необыкновенно привлекательно, со своими черными намокшими и взлохмаченными ветром волосами, в промокшей насквозь рубашке, прилипшей к плечам. Цвет его кожи был почти таким же темным, как и у ее отца. Было очень просто забыть, что этот человек — белый, но она не могла этого себе позволить. Он может притвориться, что не обращает внимания на цвет ее кожи, но это дружеское поведение не может ее обмануть. Больше такого не случится.

Проведя рукой по бедру и убедившись, что ее нож находится на месте, она подошла к нему. Ей не нужно было наклоняться, как это сделал он, — сосновые ветки были выше ее головы на добрый фут.

Он не производил впечатление усталого и задохнувшегося человека. Неужели он остановился потому, что знал, насколько она измучена? Гордость обожгла ее горло. Он подумает, что она слабачка, и запретит ей работать на раскопках. Она была в этом уверена.

— Уже недалеко, — сказала она, — нам необходимо вернуться до темноты. У мамы может случиться истерика, если мы не вернемся.

Он снова похлопал рукой по земле.

— Я верну тебя домой до темноты. Пятиминутный отдых не повредит никому. Пожалей старого человека.

Он не был похож на старого человека. Он выглядел… Индиго заставила себя отбросить свои мысли и отвела взгляд от его загадочно привлекательного лица.

Чтобы сохранить расстояние между ними, она уселась напротив Джейка Рэнда, заставив себя забыть о том, как приятно прислониться спиной к дереву. Сильный аромат сосны обволакивал ее. Когда она пошевелилась на вечнозеленых иголках, до нее донесся запах гнили, идущий из-под лесной подстилки. Ветви над нею были не так густы, как над тем местом, где сидел Рэнд, так что дождь проникал сквозь них, громко стуча по ее шляпе.

Сообщив ему о том, насколько тепла замша, она никогда не сможет признаться, что начала замерзать. Обычно в это время дня она принимала горячую ванну и сидела возле очага, согреваясь его теплом и горячим какао, которое готовила ей мать. Она сгорбилась, остро ощущая на себе его взгляд; его глаза были теплые, но настойчивые.

— Твой отец сказал мне, что ты знаешь шахту, как свои пять пальцев — сказал он.

— Да.

— Похоже, он считает, что кто-то приложил руку к этим обвалам. А что думаешь ты?

Индиго хотелось, чтобы ее отец научился быть менее доверчивым. Судя по выражению глаз Джейка Рэнда, отец уже рассказал ему обо всем. Если так, то ей незачем уклоняться от ответов. Она попыталась скрыть пронзившую ее дрожь.

— Я согласна с отцом. Я не уверена в предыдущих случаях, но последний обвал не был случайным.

Его внимание переключилось на ее плечи и она подумала, заметит ли он, что она дрожит. — Твои слова звучат очень уверенно

— Я уверена. На балках были следы топора, притом свежие. Кто-то нарочно ослабил их.

Глаза Джейка, минуя ее, уставились на струи дождя. Он не считал, что надо перекладывать на женские плечи мужские заботы, но в настоящий момент не видел возможности избежать этого.

— Ты считаешь, что кто-то хотел убить твоего отца?

Ужасная шляпа скрывала ее глаза. Она поджала губы. Он заметил легкую голубую полоску вокруг них.

— Дорогая, ты замерзла?

Индиго вздрогнула. Кроме членов ее семьи, только Шорти иногда называл ее «дорогая». Она понимала, что обращаясь к ней таким образом, Джейк Рэнд показывает свое отношение к ней. Если бы она была чистокровной белой, он никогда бы не осмелился обратиться к ней так фамильярно.

— Немного, — ответила она. — А что касается вашего вопроса, хотел ли кто-нибудь, чтобы отец умер, то почему бы просто не убить его? Они не могли знать, что он спустится в ствол шахты. Никого не должно было быть там, — только я.

Джейк задумался.

— Почему только ты?

Он увидел, как задрожали ее губы. Но он не был уверен, от холода или от неприятных воспоминаний. Она выглядела такой юной и беззащитной, сидя там под сосной, гордо выпрямив плечи. Если бы на нем был макинтош, он мог бы снять его и закутать ее плечи.

— Мы собирались произвести взрыв в то утро. Я приношу порох и должна была быть там, чтобы заложить заряды.

Джейк пытался скрыть свое удивление, но ему это не удалось. Она приносит порох? Одна-единственная ошибка, и она, и все вокруг взлетят на воздух. Это было неправильно — позволять девушке так рисковать.

— Это была одна из тех случайностей, — продолжала она. — Когда я уже должна была спускаться, я не могла найти запал. Предыдущей ночью я попросила Шорти достать все, что мне потребуется из пороховой будки и все приготовить.

— И он этого не сделал?

— Он думал, что все сделал. — Она помахала рукой. — У Шорти очень короткая память. Тем не менее я пошла в пороховую будку посмотреть, есть ли там запал.

Она вздернула свой маленький подбородок. Хотя Джейк чувствовал, как трудно ей продолжать, он не мог сдержать улыбку. Каким-то образом она немного напоминала ему Мэри-Бет.

— Когда я ушла, отец решил, что Шорти мог отнести запал накануне ночью на то место, где мы планировали произвести взрыв. Он пошел проверить. Я только что вернулась к главному входу, когда…

Она глубоко вздохнула.

— Мы все слышали как обрушилась кровля. Сначала я не поняла, что мой отец там.

С минуту она сидела так тихо, что Джейк засомневался, собирается ли она говорить дальше.

— Там внизу должна была быть я, поэтому это не могло быть покушением на его жизнь.

Неужели она чувствует себя виноватой в том, что ее отец был изувечен вместо нее? Ему претила необходимость заставлять ее продолжать свой рассказ.

— Ты уверена, что это не покушение на тебя?

— Кому нужно убивать меня? И коли на то пошло, кому надо убивать моего отца?

— Ты доверяешь этому Шорти?

— Полностью.

— Ты уверена, что он не мог специально забыть о запале для того, чтобы твой отец спустился вниз, в шахту?

Индиго проглотила гневное возражение. Джейк Рэнд никогда не видел Шорти, поэтому он не мог знать, как нелепо его предположение.

Как бы угадав ее мысли, выражение его лица смягчилось.

— Я не собираюсь вмешиваться и обвинять кого-либо. Это просто…

Он вздохнул и отбросил мокрую прядь волос со лба. — Не часто мне так сразу нравятся люди, но в твоем отце есть что-то особенное, — кончики его рта приподнялись в предполагаемой улыбке. — У него особая манера смотреть на человека, редкая искренность. Я хотел бы помочь ему, если смогу.

Он мог бы сказать тысячу других вещей, которые она могла бы отбросить, но в этих словах была нотка правды. Действительно, в ее отце было что-то особенное. Она сама видела этот его взгляд. Необычная честность, были такими же правильными словами, как и любые другие, чтобы описать это выражение отцовского лица, хотя сама Индиго всегда думала об этом, как о проявлении доброты. Она немного отступилась от своей сдержанности. Может быть, ее отец был прав, поверив этому человеку. У нее была плохая привычка слишком подозрительно относиться к незнакомцам.

Все же в глазах Джейка Рэнда было что-то — какое-то закрытое выражение, — как будто он что-то скрывает. Это ее беспокоило. Она не могла так быстро составить о нем собственное мнение.

— Шорти — старый друг. Мой отец доверяет ему, и я тоже. Я думаю, что тот, кто пытался разрушить шахту, ослабив крепления балок, надеялся, что ствол шахты обрушится, когда взорвется динамит. Если тот, кто закладывает динамит, не умеет этого делать как следует, он может обрушить весь тоннель. Так как я женщина, все подумали бы, что я сделала глупую ошибку.

Ее оценка ситуации не успокоила Джейка. Как и предполагал Джереми, кто-то оказался в нужное время не на том месте.

— Итак, целью было не физически устранить кого-то, а создать достаточно разрушений, чтобы заставить вас остановить работы?

— Некоторые люди не любят, когда поблизости есть индейцы, и они особенно ненавидят моего отца, так как он из племени команчей. — Она слегка повела плечами. — Я уверена, что вы слышали рассказы о нас, самых кровожадных из всех племен. Если ты причинишь зло одному из нас, то простись со своим скальпом. Если пропадет что-нибудь, то они уверены, что это мы украли. — Ее рот изогнулся, и ямочка на щеке углубилась. — Они не хотят его смерти, — заметьте, — просто считают, что ему здесь не место.

— Меня беспокоит одна вещь. Как кто-то мог узнать, что вы планировали взрыв именно тем утром?

— А мы не делали из этого секрета. Напротив, в те дни, когда проводились взрывы, никому не разрешалось спускаться в шахту до тех пор, пока мы не закончим, поэтому все знали заблаговременно, что они могут прийти на работу в этот день позже, чем обычно.

— Итак, вероятно, все в городе знали?

— Да. Так же, как все знали, что в шахте никого не будет.

Он уставился на ее губы. Маленькая девчонка-сорванец отчаянно врет, что не замерзла.

— Но они же знали, что ты войдешь туда? Правильно?

Она кивнула.

— Значит, возможно, что их целью была ты?

— Я уже сказала: кому нужно убивать меня? Нет, тот, кто поработал топором над балками, просто слишком постарался. Наверное, они и не представляли, Что что-то может случиться до взрыва. К этому времени я уже была бы в безопасности наверху. Стволы шахты — странная вещь. Если крепеж ослабевает, земля над ним может смещаться. Затем малейшая вибрация может вызвать обвал. Это беда моего отца, что он спустился вниз и начал там все передвигать в поисках запала.

Пришла очередь Джейка глубоко вздохнуть. Он попытался представить, как страшно было ей узнать, что ее отец находится в шахте.

— Есть ли кто-то, кого вы особенно подозреваете? Индиго помедлила. Она уже рассказала гораздо

больше, чем ей казалось благоразумным. Джейк Рэнд умел получать ответы на свои вопросы. Она посмотрела ему в глаза и смогла разглядеть в них лишь участие.

— Ты можешь мне верить, — сказал он, опять заставив ее почувствовать, что он читает ее мысли. Она привыкла к тому, что все бывает наоборот. — Мне надо знать все, если я собираюсь помочь.

— Может быть, Хенлиз, — уступила она. — Это просто смутные догадки. Нельзя обвинять людей, если у тебя нет никаких доказательств.

Джейк подумал, что такое отношение слишком благородно, когда она только что допустила, что по отношению к ним все обстоит наоборот.

— Я никому не скажу. Почему ты их подозреваешь?

— Это не совсем верно — подозреваю. Это похоже на них, потому что их шахта находится неподалеку, и они не особенно любят нашу породу.

Порода… Джейк мигнул. Слово прозвучало очень грубо.

— Кто-нибудь из рабочих отказался откапывать твоего отца?

Она издала горький смешок.

— Все отказались. Конечно, кроме Шорти и Спрингбина. Они, как члены семьи. Все остальные убежали подальше. Когда часть ствола шахты рушится, все остальное тоже может рухнуть. Мы все это знаем. У многих есть семьи, которые от них зависят, поэтому я не могу их осуждать.

Джейк медленно восстановил в памяти весь рассказ, пытаясь определить, что не совпадает. Одна мысль заставила забыть обо всем остальном.

— Ты знала, что может произойти еще обвал, и все же пошла туда, чтобы вытащить отца, и после этого вернулась проверить крепеж балок?

— Естественно, я отправилась выручать отца. И я должна была узнать причину обвала. Знаете, это случилось не впервые. Мы уже начали подозревать какие-то тайные действия. На нас работают люди. Если в других стволах кто-то попытался бы навредить нам, то они бы рисковали своими жизнями. Что бы вы сделали в таком случае?

Джейк потерся плечами о ствол дерева.

— Наверное, то же самое. Просто…

— Я женщина, — закончила она. — Поймите, мистер Рэнд, я с детства работаю вместе с отцом на обоих участках. Я не могу стоять в стороне, когда другие делают грязную работу.

— Я уверен в этом. Но это не противоречит тому факту, что ты очень рисковала.

Она стиснула в кулаке мокрую кожу брюк.

— Было бы менее трагично, если бы туда пошел мужчина и погиб? Кроме того, разве у меня был выбор? Я не могла просить Шорти и Спрингбина сделать то, что я сама не решаюсь. Я должна была либо войти туда, либо закрыть работы.

Он не мог отказать ей в мужестве. С минуту он разглядывал ее и решил, что короткий отдых достаточно восстановил ее силы, чтобы двигаться дальше. Позже будет время для расспросов.

Поднявшись с земли, он протянул ей руку. Она помедлила, затем положила свои тонкие пальцы на его ладонь. Джейк поднял ее на ноги, удивившись тому, как мало она весит. Ее рука, маленькая и гибкая в его пальцах, была ледяной. Пытаясь согреть ее, он задержал пальцы дольше, чем было необходимо. Он заметил, что ее кожа потрескалась от холода, как когда-то кожа у его матери.

— Дождь перестал, — заметила она.

Джейк этого не заметил. Он отпустил ее, чтобы она могла идти, что она и сделала со всей скоростью, на какую была сейчас способна. Он едва не усмехнулся. Она отважилась спуститься в опасный ствол шахты, но прикосновение мужской руки лишало ее присутствия духа.

В полной готовности дать Джейку Рэнду краткое изложение деятельности своего отца, Индиго была смущена, когда он пренебрег всем тем, что она собиралась показать ему, и вместо этого настоял на осмотре груды удаленных балок. Изучив их, он согласился с ней, что кто-то поработал над ними с топором.

— Из-за погоды следы лезвия потемнели, конечно, — объясняла она. — Но они были совсем свежие сразу после обвала.

Согнувшись над грудой остатков, он посмотрел вверх и встретился с ней взглядом.

— Несмотря на то, что они потемнели, я могу сказать, что их сделали совсем недавно.

Его взгляд выбивал ее из колеи. Похоже, что его взволновал этот обвал больше, чем полагалось незнакомцу. Она намеренно стала смотреть в другую сторону. Наступали сумерки. Далеко в лесу разноцветная путаница мирта, лаврового и земляничного деревьев исчезала в черной пустоте, которая, казалось, надвигалась навсегда. В воздухе запахло ночной бодрящей свежестью. Она должна рассказать ему обо всем, что ему нужно знать, чтобы они могли отправиться домой. Почему он изучает эти балки, которые не имеют никакого отношения к завтрашней работе? Осталось совсем немного времени до того, как дневной свет совсем исчезнет.

В отличие от большинства, ее родители позволяли ей почти всегда поступать, как она хочет, но они были строги в некоторых вещах, особенно в вопросе общественной морали. Одним правилом, которого они придерживались, было то, что молодые женщины не могут оставаться с мужчинами после наступления темноты. Этого просто не должно быть, независимо от того, насколько надежен был мужчина. Сэмюель Джонс, которому принадлежал универсальный магазин, оказался женихом под дулом ружья на своей собственной свадьбе, потому что он пригласил девушку по имени Эльмира на пикник, и они опоздали вернуться домой, так как его лошадь сломала переднюю ногу. Индиго не думала, что Джейку Рэнду придется по душе произнести: «Я согласен», — под дулом ружья, направленного в его ноздрю.

— Вы хотите осмотреть шлюзы? — спросила она.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23