Современная электронная библиотека ModernLib.Net

S.T.A.L.K.E.R. - Дезертир

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Степанов Алексей / Дезертир - Чтение (стр. 5)
Автор: Степанов Алексей
Жанр: Фантастический боевик
Серия: S.T.A.L.K.E.R.

 

 


– Куришь? – в пустой дверной проем проскользнул Хоре, присел на корточки. – Слышишь, как Червь разорался? Неприятности у него.

Факер не ответил, только поскреб рыжую щетину, разглядывая гостя.

– Может, выпьем? Я заначил.

Вытащив из-за пазухи бутылку виски, Хоре покачал ее в руке.

– Ого. А где ты был, когда мы с Лопатой горбатились?

– Был кое-где… Узнал кое-что.

Хоре свинтил бутылке головку, сделал несколько жадных глотков и пересел поближе, протянул угощение приятелю.

– Подвал небось полный?

– Как же… – Факер вылакал с ходу едва ли не половину, довольно отдулся. – Там у него целый бункер. Клара на часах стояла, чтобы мы куда-нибудь не залезли. Будто никто не знает об их подземных ходах.

– Знать бы, куда они ведут.

– Червь сам покажет, если припрет. Так где ты был, скот? Мы там вкалывали, а ты, значит, что-то узнал… – Факер сел, склонился к Хорсу. – Не тяни.

– Вертолеты слышал? – Хоре понял, что добился внимания, и тоже сел на кровать. – Дай бутылек. Червь очень перепугался, когда они там разносили кого-то на атомы. Прямо с лица спал. Залез на крышу, смотреть, ну и я рядом… Потом он ушел, а через минуту Паля поднимается, да с биноклем. Червь послал, ты понимаешь? Они болтали внизу, Червь и Паля, а я все слышал.

– Погоди.

Факер быстро встал и вышел в соседнюю комнату. Окно отсюда выходило к шоссе. Прислушался к далекой трескотне и, удовлетворенно кивнув, вернулся.

– Кто-то к нам идет через Площадь.

– Мачо? – Хоре инстинктивно схватился за автомат.

– Мачо обошел бы. Зачем ему нам сигнал давать?

Это Сафик со своими, больше некому. Или… Что ты говорил про вертолеты?

– Короче, кто-то шел к Червю! – быстро зашептал Хоре. – Ну, один из этих его ночных гостей, наверное. Шел со стороны ЧАЭС, от какого-то Клоуна. Червь Палю посылал теперь, чтобы с Клоуном контакт наладить, а Паля сам его послал!

Факер откинул подушку, развернул спрятанную там бумажку с сухарями.

– Угощайся. Никто не знает, что ты слышал?

– Паля знает. А Клоун для Червя – это выход, это…

– Цыц! – Факер огромной ладонью залепил болтуну рот. – Паля знает, что ты слышал, ага. А Сафик возвращается, почему-то через Площадь. Значит, еще что-то стряслось, хотя это хорошо, что он жив. И все-таки…

– Рвать надо, – сквозь ладонь прогудел Хоре.

– Цыц, – повторил Факер. – Скоро в наружку пойдем, ты ко мне в пару не набивайся. Понял? Сам найду. И сейчас уходи. Будет нужно, встретимся.

Но разбежаться тихо приятелям не удалось. Передвигаясь со всей возможной для своей комплекции быстротой, в комнату вбежал Червь.

– Опять пьете днем, мразь?! Отправляйтесь к Принсу на пост, если все в порядке – осторожно продвиньтесь вперед по шоссе.

Бойцы, не споря, похватали оружие, не забыв, впрочем, и о бутылке. Когда оба вышли, Червь подошел к окну, у которого прислушивался к далекой перестрелке Факер.

– Еще повоюем… – пробурчал он, наблюдая за удаляющимися фигурами. – Лопата! Где Дурень?

– На посту! – издалека откликнулся последний оставшийся в доме подчиненный. – Босс, а сколько дней до выброса, я забыл?

– Два осталось, если верить Кларе.

Он всегда так говорил: «если верить», на всякий случай. На самом деле Клара не ошибалась никогда, сокровище толстомясое. Ответив, Червь еще больше повеселел. А и правда: до выброса немного, значит, Мачо не пойдет в атаку сейчас. Он ведь тоже каким-то образом считает, прикидывает… У него свои секреты, у чертова конкурента.

«Впрочем, какой он теперь конкурент? Он враг, – вздохнул Червь. – Были бы люди, сам бы пошел его душить».

Он быстро прошел по опустевшим помещениям, пнул валявшийся на полу пустой рожок. У входа в дом копался в земле новый «постоялец» – явившийся вчера бомж. Длиннобородый и почти совершенно лысый, похожий на какого-то писателя с длинной фамилией.

– Я тебе говорил, чтобы не болтался на виду, мразь?! – рявкнул Червь.

– Чего? – бомж повернулся прыщавым лицом. – Я в это ухо не слышу.

– В тень уйди! Не маячь, с воздуха засекут!

– Так нет же никого!

Бомж задрал голову и с удивлением осмотрел чистое небо, одновременно рукой почесывая задницу прямо сквозь толстое рваное пальто. Червь от досады хлопнул себя ладонями по окорокам.

– Ты же глухой! Что ты можешь услышать?! Пошел отсюда, кому сказано!

– Ладно, ладно! – замахал руками бомж. – Иду. Только вот блестячку отковыряю…

Червь тоже заметил что-то блестящее, плотно вбитое в землю сапогами бойцов. Бомж, ломая ногти, пытался добыть предмет.

– Ну зачем тебе эта дрянь? Банка небось.

– Нет, не банка… – Бомж наконец достал свое сокровище и внимательно рассмотрел помятую бензиновую зажигалку. – Вот что.

– И что?

– Беда идет, – просто ответил старик, покручивая чудом уцелевшее колесико. Встал и побрел куда-то к деревьям. – Беда идет!

– Далеко беда? – с гримасой отчаяния на лице крикнул ему вслед Червь.

– Далеко! – Бомж не обернулся. – Но идет быстро!

Червь еще постоял немного, наблюдая за удаляющимся нетвердой походкой человеком, потом во всю мощь легких гаркнул:

– Лысый!

– Чего? – Бомж застыл.

– Будешь зваться так: Лысый! Приходи вечером, накормлю!

Бомж, обретший новое имя, побрел дальше. Червь хотел было еще сказать ему, что между березами есть две-три аномалии, лучше туда не ходить, но передумал. Если пропадет – значит, и цены его предсказаниям никакой нет.

– Собираешь всякую шваль.

Он обернулся. Клара, жена и повариха, высунулась из люка в подвал. Уложив полные белые руки на доски пола, она печально смотрела на Червя. Как-то уж слишком печально.

– Обед готовь, дура!

– А на сколько персон, дурак? Кто-то идет, но я ж не знаю, сколько их выжило. Может, и никто.

Червь сплюнул. Клара кашеварила неплохо, но причуды ее порядком раздражали. Если бы не ее способность предсказывать время выброса… Хотя все равно: полезно иметь в компании женщину, хоть бы и пожилую, и вредную. Ребятам приятно, что кто-то для них готовит, разнообразит меню, даже требует руки мыть.

– Зачем тебе эта рвань? – снова спросила Клара. – Воняют, кричат во сне.

– Будто тебе в подвале слышно! – хмыкнул Червь.

– Рвань-то рвань, да Зона если не убьет, то изменит. Себя вспомни.

– Я не такой пришла! – возмутилась женщина. – Я за собой следила!

Клара появилась с год назад. Парни ее чуть не пристрелили сгоряча: по-человечески не говорит, скулит только, вся рожа синяя. Да что там рожа, живого места не было на Кларе. Но Червь ее впустил – и не пожалел. Баба отлежалась на втором этаже, синяки сошли, заговорила. Вот только не помнит ничего. Если не врет, конечно…

– Скажешь, тоже! – проворчала повариха и с недовольной миной исчезла в подвале.

– Пересолит теперь, – сказал высунувшийся из-за угла Лопата.

– Ты чего там бродишь?

В светлое время суток ребята Червя несли караульную службу: мало ли какие твари подберутся неожиданно. Случалось, что и зомби нападали, и слепые псы, а однажды дом едва ли не неделю держала в осаде стая крысиных волков. Нетипичное поведение, но в Зоне странностей нет, тут все странно.

Постов имелось два: один у шоссе, один напротив поселка. Называли их «наружкой». Торчать там парни не любили. Надо вертеть головой, следить во все стороны, а заснешь – не начальство, жизнь накажет, да сразу смертью. И вот теперь Лопата, свободный стрелок, отчего-то явился со стороны поста, хотя караулил Дурень.

– Да он сигналил как-то странно. Я пошел, проверил… Чисто.

– Чисто? – не понял Червь. Дурень не первый день в Зоне, сам знает, что к чему, хоть и дурак. – Что ты темнишь-то?

– В общем, он людей видел. Если не врет… – Лопата закурил, явно смущаясь. – Говорит, прошли трое между домами. Без оружия.

– Ну, значит, не люди, – пожал плечами Червь. – Бомжи разве? Да что он, зомби не видел никогда?

– Именно что видел. Говорит: нормальные люди. Но Дурня разве поймешь? В обед сам расспроси его. Талдычит, что прошли три женщины без оружия.

Червь запыхтел, наливаясь кровью. Хоть и говорят, что в Зоне странного нет, но это уж ни в какие ворота. Выходит, галлюцинации у Дурня начались? Оружие у него отобрать пора?

– А воздушных шариков у них не было, у баб этих? Или гитар, или еще каких бантиков?! Перегрелся, сволочь, или нажрался чего-то!

– Может быть, – миролюбиво улыбнулся Лопата. – Я вообще слышал про призраков… Ну, что бродят по Зоне бывшие жители этих мест. И с детьми иногда видели, и с воздушными шариками… – Лопата понял по липуЧервя, что говорит не то, и подтянулся. – Может, он и нажрался, босс. Но запаха я не почуял.

Червь, снова сплюнув, зашагал прочь посмотреть, что там творится у шоссе. Только бы вернулись все четверо, да с товаром… Тогда еще поглядим, кто кого. Рано Зона радуется! Людей бы, и тогда пойти на Мачо, перестрелять его волков, забрать артефакты какие есть, снова оказаться на коне. В этом районе теперь никого не осталось, если Червь свалит последнего конкурента – станет незаменим.

– Совсем сдает, – тихо засмеялся Лопата, когда босс скрылся за углом. – Скоро сдохнет. Кларочка! Налей стопочку.

– Пошел ты… – лениво отозвалась Клара, которая уже снова торчала из люка. Так она могла проводить время часами.

– Ну Кларочка! Я же мигом: раз, и все! Я же не в наружке! Чокнемся на пару, красавица?

– Ох! – томно сказала женщина и исчезла в подвале. Восприняв такое ее поведение как согласие, Лопата тоже кинулся вниз.

Человек по прозвищу Лысый сидел, привалившись спиной к уцелевшей секции забора метрах в ста от дома. Перед ним в кустах крысиный волк рвал на части добычу. Крупную крысу, конечно же, не зря их так прозвали… Время от времени уродливое животное отрывалось от трапезы и рычало на человека, сверкало красными глазами. Лысый не шевелился, спокойно продолжал рассматривать зажигалку. Он пришел из тех мест, где крысиный волк не воспринимается как угроза.

Правда, теперь у Лысого не было ни экипировки, ни даже оружия, но зато и страха тоже совершенно не осталось. Зона выпила его до капли – до той капли, которую все же зачем-то оставила.

– Жак, – неслышно и бездумно шептали бледные губы. – Жак.

Жак дорожил своей зажигалкой, постоянно рыскал в поисках особого бензина, чтобы не провоняла. А обычным заправлять не хотел, хотя однажды они нашли грузовик… И не заводил спичек, чудак. То есть спички у него, конечно же, были, но где-то на дне рюкзака. Он говорил: дай прикурить… Нет, он говорил так: эй… Нет. Как же он говорил? И кому?

Лысый не помнил своего прежнего имени. И где они нашли грузовик, не помнил. Грузовик с теплым двигателем. А Жак был, оказывается, здесь. Лысый гладил зажигалку, и откуда-то приходило знание: довольно давно.

Месяц или больше. Был здесь и умер здесь. Что странного? Лысый тоже здесь и тоже умрет здесь.

Бомж блаженно улыбнулся, и потрясенный его поведением крысиный волк побежал, поджав хвост, искать стаю. В одиночку нападать на такое странное существо нельзя.

4

По шоссе Сафик шел налегке, если не считать четыре ствола на плечах и еще один в руках, наготове. Никита с Мальком катили сзади три тачки, прихватив пальцами ручки той, что посередине. Нелегко, а тут еще солнце припекло, Никита совсем взмок. Но напарник, хоть и выглядел порядком замотанным, шагал как заведенный.

«Этот смуглый, значит, дед, – разобрался про себя Никита. – А Малек – черпак или вообще салабон, вроде того. Вот же черт, везде одно и то же! И, что интересно, я снова душара. Куда бежал, зачем?…»

Усталость сказывалась. Никита брел, пошатываясь, следил только, чтобы рукоять тачки не выскользнула из потных пальцев. В Зоне тоже люди живут, и ни кровососы, ни другие твари не мешают им враждовать с соседями, заставлять молодых вкалывать за дедов. Все, как в спецбатальонах. И на воле, в общем-то, так же… Хоть пот и катил градом, а Никита начал зевать.

– Не спи! – тут же окрысился Малек. – Толкай ровнее, не съезжай к краю!

– Как тут ровнее, асфальт весь разбит, – пожаловался Никита. – Слушай, а здесь никаких кровососов нет? Ну, вот из тех развалин не выскочат?

– Не выскочат. И я тебе не «слушай», а Малек. Понял? А ты вообще никто. – Эта мысль понравилась Мальку. – Эй, Сафик! А как этого дурака звать будем?

– Рано еще имя давать! – откликнулся проводник. – Может, он и не жилец.

Никита сразу проснулся:

– Почему? Мужики, ну расскажите мне!

– Это не мы тебе, это ты нам должен рассказывать! – наставительно произнес Малек. – Кто ты такой?

– Как кто? Никита Нефедов. Ты же видел документы мои.

– Там вранье написано, – засмеялся Малек. – Ты теперь не Нефедов и не Никита, у тебя вообще имени нет. Сказал же: ты никто! И не солдат больше.

– Значит, дезертир… – предположил Никита.

– Чем докажешь? Давно ли служивые стали дезертировать в Зону? Не верю я тебе. Таких идиотов не бывает. У вас там хорошо… – Малек даже прищурился от удовольствия. – Кормят, поят, одевают. Лежи себе на кордоне да постреливай… Кто от такой жизни дезертирует? Не верю.

– Ну… Проблемы были у меня.

– Проблемы? А что ж ты о них молчишь? Давай, выкладывай.

Никита, немного преувеличивая грехи гонителей и преуменьшая собственную трусость, быстро пересказал историю последних месяцев своей молодой жизни. Малек слушал молча, но внимательно, хотя и не забывал каждую сотню шагов оглядываться назад.

– И все? – наконец спросил он.

– Все. Друга убили, и меня бы убили.

– Чушь какая-то. Опять ты врешь! Не нравишься ты мне, дезертир. – Малек помолчал, что-то соображая. – Я тебе скажу, как дело было. Ты убил кого-то, и скорее всего, не одного. Замазал как-то дела свои, только плохо, и тебя вычислили. Вот тогда ты и кинулся к нам. Так было?

Никита промолчал. Как знать, может, так оно и лучше? Убийца у этих парней, наверное, большим авторитетом будет пользоваться, чем ротное чмо. Жалость им вроде бы несвойственна…

– Молчишь? – хмыкнул довольный своими дедуктивными способностями Малек. – Молчи, молчи. У Червя заговоришь. А нам и дела нет, верно, Сафик?

– Тише ход! – скомандовал проводник. – У дороги что-то есть.

Широкие плечи Сафика загораживали от Никиты правую обочину, но Малек, прищурившись, сразу сделал вывод:

– Трупак! Я крыс вижу, в траве копошатся!

– Все равно встаньте пока. Прикрой.

Никита обрадовался неожиданному отдыху, сразу сел на горячий асфальт. Крыс здесь, похоже, никто не боялся. Он решил не рассказывать пока про крысиную колонию, которой так испугался. Малек между тем пристроил автомат на край тачки.

– Назад поглядывай и налево, – бросил он Никите. – Помни: в Зоне чужой спины нет. Прикрывай.

– У меня патронов нет, – пожаловался Никита, но ответа не получил.

Сафик дошел до мертвеца, некоторое время смотрел, потом вдруг дал несколько коротких очередей.

– Что там? – вздрогнул Никита.

– Крыс гоняет. Что-то интересное, значит… – Малек водил стволом по кустарнику, выискивая цель. – Сафик! Ты карманы проверь!

Проводник не ответил, но действительно нагнулся над трупом. Через минуту он махнул рукой.

– Давайте дальше!

Малек выпрямился и тут же снова упал на колено.

– Сафик, впереди!!!

Проводник рухнул как подкошенный, откатился в траву. Никита, высунувшись из-за своей тачки, увидел метрах в двухстах человеческие фигуры.

– Или наши? – пробормотал Малек. – Или не наши… Ты назад смотри, придурок!

Никита послушно отвернулся. Что происходило на дороге, он не видел, но пару минут спустя Малек перевел дух.

– Наши!

Он выпрямился и пошел навстречу Хорсу и Факеру, которые уже пожимали руку Сафику. Никита остался один, прямо возле сваленных грудой автоматов в тачке Малька. Схватить? А что потом? Бежать-то некуда, надо судьбу благодарить, что хоть к кому-то удалось прибиться. И все-таки жизнь спасли, без Малька то огненное облачко у моста наверняка сожгло бы Никиту.

– Это кто у вас? – громко поинтересовался рыжий детина, говорил он с легким акцентом.

– А никто пока. Прибился человек, – пожал плечами Сафик. – Эй, человек! Тачки по одной подкатывай сюда, ближе.

Пока Никита занимался этим несложным делом, между людьми Зоны состоялся странный разговор, касавшийся найденного мертвеца. Рассматривать его Никите не захотелось, крысы объели трупу все лицо.

– Смотри, сколько всего я с него снял! – говорил Сафик. – В кармане доллары и евро, несколько тысяч. А вот оружия нет, кто-то прихватил.

– Кто пристрелил, тот и прихватил, – пожал плечами Факер. – А что осталось? Аккумулятор, гравиперчатка… Баллон… Товар не новый, но денег стоит. Загони Червю, твой трофей.

– Наш! – вставил Малек.

– Деньги, вот что странно. – Сафик не обратил на него внимания. – . Это все, по-нашему, на сколько рублей Зоны потянет? Я и не считал еще, по нынешним для Червя понятиям.

– Давай посчитаю! – опять влез Малек. – Ну, в смысле, на двоих.

– Дели, – величаво разрешил проводник. – Почему оружие забрали, а деньги нет?

– Спешили, – предположил Хоре.

– Кто же туг у нас так спешит? – язвительно поинтересовался Сафик. – Никто так не спешит, брат, в наших краях! И парень не товар нес, это все его было, его собственное.

– С таким барахлом только к ЧАЭС ходить, что тут думать? Из тамошних. – пробормотал Малек, перебирая купюры.

Трое товарищей посмотрели на него весьма недружелюбно, но Малек, поглощенный своим занятием, этого не заметил.

Никита подкатил последнюю тачку и остановился.

– Дальше шагай дальше! – тут же распорядился Сафик. – Не видишь, ребята уже прошли, на дороге чисто. Середины держись и кати. Малек, потом досчитаешь, берись.

– Почему я? – услышал Никита за спиной. – Я и так это дерьмо таскал, пока эти тут прохлаждались!

– Не просто так катал, тебе Червь платит! – одернул его Факер. – Еще скажи спасибо Хорсу, если он поможет с третьей, а то будете вдвоем с этим приблудным до дома мучиться.

– Хоре, мы тебе отслюним за услугу! – вальяжно отмахнулся Сафик. – Выручи.

– Так почему вы так долго? – спросил Факер. – Червь чуть не рехнулся, красный весь бродил, орал.

– Потом. Плохо все. В Проклятом Лесу кто-то мои вешки убрал, сразу несколько. Следили. Надо с Мачо кончать, или он Червя кончит.

Сафик пошел быстрее и обогнал Никиту – видимо, ему полагалось идти первым. Что он высматривал, почему иногда задерживал шаг и принюхивался, Никита пока понять не мог. Оглянувшись, дезертир увидел, что все вытянулись в колонну, замыкающим шел свободный от груза Факер с оружием наготове.

«Да тут война, – смекнул Никита. – Настоящая война, да еще в Зоне. Как же тут можно выжить? Но если есть дом, значит, все-таки можно выжить и жить долго. Оружие, аптечки, даже деньги… Значит, есть и связь с внешним миром. Но как? Кордон стреляет по всему, что движется! А связь должна быть, ведь не поля же они тут засеивают? Что-то едят, пьют, курят, патроны опять же… Куда я вляпался, дурак?»

Примерно через полкилометра шоссе сделало крутой поворот и из-за рощицы показался трехэтажный домик с заросшей кустарником крышей. От дома к ним шел крупный багроволицый мужчина лет примерно шестидесяти. На груди маленький автомат, на ремне две кобуры. Сафик помахал ему рукой.

Когда и откуда появились еще двое, Никита даже не заметил. Видимо, прятались где-то поблизости от шоссе. Все поздоровались с Сафиком за руку, а один, хромой, даже обнял. Багроволицый сразу заглянул в тачки.

– Попортили немало… – пробурчал он. – Почему аптечка вскрыта?

– Глазастый ты, Червь! – усмехнулся Сафик. – Патроны еще пересчитай. Но вот ты глазастый, а ушастого у нас больше нет. Ушастого мы потеряли. Его и перевязывали, когда на туман наскочил. По лесу с детектором шли.

– А Фред?

– Фреда химера порвала! – крикнул Малек. – Жрать охота, босс! Клара ждет?

– Идите в дом… – вздохнул Червь и наконец обратил внимание на Никиту. – Оружие отобрали?

– Да этот дурак все патроны на жарку мостовую извел!

– Малек, присмотри за ним пока. Принс остается в наружке, Паля с нами. Потом поменяетесь.

Никита даже расстроился. Похоже, боссу на него вообще наплевать. Как бы не выгнал на все четыре стороны, тогда хоть вой!

Но Никита сильно ошибался.

5

Когда прибывшие входили в дом, Клара на приветствия не отвечала: боялась сбиться. Шевеля губами, она пересчитала прибывших и отправилась к своей подземной плите, дымоход от которой по хитроумности устройства превосходил даже систему запасных выходов.

– А где же наше барахло? – удивился Малек отсутствию ящиков. – Все слили?

– В подвал перетащили, – объяснил Факер. – Кое-что оставили только на случай, если гости появятся.

Все, кроме Никиты, расселись на пустых ящиках, а ему места не хватило. Пристроился у стены на корточках. Его демонстративно не замечали, перебрасываясь между собой короткими фразами. Смысла их Никита пока не понимал. Выброс какой-то скоро будет… Новый бомж… Какие здесь бомжи, откуда?

Червь вылез из подвала с тремя бутылками. Стаканов не принес, пили из горлышка и без закуски, не спеша передавая друг другу водку. Никите не предложили, да он и не хотел. Голод, страшный голод терзал его внутренности.

– Малек… – решился Никита. – Дай мне одну сигаретуиз той пачки. Я бы покурил.

– Какой пачки? Кто со мной разговаривает вообще? Ты кто?! – Малька, тоже очень давно не евшего, быстро развезло. – Тебя нет, понял?

Но Червь тут же поднялся, положил Никите руку на плечо.

– Идем-ка, парень, на улице покурим.

Они остановились у самого крыльца. Червь угостил Никиту сигаретой, сам чиркнул спичкой. Спичкой, а не зажигалкой.

– Ты солдат?

– Да, я… Ну, сбежал. Неприятности там вышли. Никита все не мог решить: рассказать откровенно или темнить, чтобы уважали. Наверное, решат, как Малек: убил и сбежал.

– Плевать мне на твои неприятности. Куда ты шел?

– Да никуда, – признался Никита. – Как-то все так вышло, что…

– Плевать, как вышло. Ты мой должник. Тебя спасли мои люди. Лишнего не возьму за твою душу: тысяча рублей.

– Чего? – не понял Никита.

– У нас свои рубли. Потом поймешь. Долг надо отработать. Попробуешь сбежать – останешься один, одиночки в Зоне не выживают. Ясно?

– Да. То есть нет! А что делать-то?

– Что скажу, то и будешь делать. Кормлю, патроны даю. Отработаешь должок, начнешь рубли в карман складывать.

Червь курил, разглядывая заросшие руины напротив входа в дом. Никите показалось, что среди кустов мелькает довольно крупный хищник, но Червь молчал, молчал и дезертир.

– И ты, значит, говоришь, что в Зону вошел ночью?

– Да.

– Понятно. Но можешь этого и не говорить, дело твое. Всем наплевать, ври что хочешь. Запомни только: отойдешь от дома один – пропадешь. Искать никто не станет. – Червь впервые за время разговора взглянул на собеседника. – Сегодня и завтра будешь с Палей. Куда он, туда и ты. И не шали, скоро выброс.

– А что это такое?

– Увидишь, если не знаешь. Просто если я тебя не спрячу на это время, умрешь. Но если ты солдат, то должен бы знать, что такое выброс. Когда Зона сильно шалит, у вас на кордоне весело становится.

– Прорыв?! – догадался Никита.

– Нет, выброс. Ты будешь жить с нами и говорить, как мы. Как позовут жрать, вниз спускайся. – Червь тщательно затушил окурок ногой. – Если что украдешь, лучше бы тебе вообще не родиться. И, кстати, имя твое будет Каша.

– У меня есть имя! Я Никита Нефедов, мне скрывать нечего.

– Ты – Каша!

Червь больно ткнул его в грудь толстым пальцем и ушел в дом. Оттуда доносились отрывистые реплики бойцов, и это было странно: давно не виделись, могли бы пооткровенничать. Но они не походили на друзей. Скорее собранные, угрюмые профессионалы.

«Паля – это который хромает, – вспомнил Никита. – Каша! Ну надо же придумать такую фигню… Почему Каша? Правда, у Малька прозвище не лучше».

Он старался растянуть сигарету – просить у этих ребят, кажется, бесполезно. Пейзаж вокруг дома выглядел вполне мирным. Какие-то обломки там и тут, кучи мусора, поросшие травой. Вот только во время разговора с Червем Никита заметил какое-то движение у поваленного забора. Теперь – ничего.

– Жак любил покурить.

Никита даже подпрыгнул, уронив с плеча автомат. Грязный, заросший старик оказался совсем рядом, он крутил в руках сильно деформированную зажигалку.

– Ну ты даешь, дед! – Никита оглянулся на дверной проем. Может, надо тревогу поднять? Червь ничего не говорил о старике. – Живешь тут?

– Кушаю, – уточнил бородач. – Сплю ночью. Меня теперь зовут Лысый. Ты куришь, как Жак. Вот тебе подарок!

Он протянул зажигалку, с неожиданной силой вложил ее в руки Никиты.

– Курить будешь! – улыбнулся Лысый. – Только бензина нет в ней. И кремня. А ты все равно кури!

– Лысый? – Никита покосился на сверкающую макушку бомжа. Выбросить его подарок сразу было как-то неудобно. – Славные у вас имена. А я, говорят, Каша.

– Каша! – счастливо повторил бомж и облизнулся. – Каша – хорошо! Только живет недолго: ам! Ам! Но ты не бойся: у твоего имени жизнь короткая, а у тебя длинная. В беде не пропадешь.

– В какой еще беде? – поморщился Никита, медленно отступая.

– Идет беда! – Лысый подскочил и зашептал в самое ухо, обдавая вонью изо рта: – Беда близка, Зона от Червя устала, не хочет Червя… Хочет проверить его. Весь выгорит или, как я, угольком станет? Только Червь не тот человек, не тот…

Никита с трудом оторвал черные пальцы от воротника. Псих! И живой. Наверное, тут только психи и выживают.

– Ты ему не говори, – вдруг совершенно ровным голосом добавил Лысый. – Не надо человеку такого говорить.

– Была охота. Знаешь… Не нужна мне твоя зажигалка. Нечего мне ею зажигать.

Никита сунул бесполезный предмет бомжу в карман пальто, но тот оказался с дырой, и зажигалка тут же упала ему под ноги.

– Бери! – Лысый быстро поднял ее и протянул Никите. – Хорошая. Жак любил.

– Ну давай, давай… – Никита уже соображал, где бы помыть руки перед едой. – Все равно курить нечего.

– Я угощу!

Лысый из другого, целого кармана достал запечатанную пачку сигарет.

– Я нашел, – пояснил он. – Мне не надо. Кури.

– Спасибо!

Отношение Никиты, к Лысому резко изменилось. Стало даже немного стыдно. Поскольку заходить в дом к этим недружелюбным людям не хотелось, он распечатал пачку и закурил опять, чувствуя, как кружится голова после суток голодухи.

Сам-то откуда? – совсем по-армейски поинтересовался Никита у бомжа.

– Здесь живу, – твердо ответил тот. – Раньше было иначе… Но ничего не осталось.

– Лихо, – отметил Никита, присаживаясь на корточки у стены. – А я из…

– Молчи!

Лысый навис над ним, будто черная птица, раскинул руки. Лицо угрожающее, глазищи круглые, даже борода распушилась.

– Никогда не говори, кто и откуда! Лучше ври. Если тебе поверят, Зона всех твоих найдет, через них тебя найдет. Увидит и сожжет.

– Ладно, дед, ладно! – примирительно развел руками Никита. – Хорошо. Ты тоже на Червя работаешь?

– Кушаю, сплю, – повторил бомж, сразу сникнув. – Червь Кларе сказал, Дурню сказал. Можно мне.

Никита предложил старику сигарету, но тот не обратил на нее внимания. Сел рядом, прямо на землю, уставился на собственные рваные ботинки. На отставшем лоскуте видна краска: рамочка и полустертый номер. Сбоку два аккуратно обметанных разреза: так отмечали прорывы. Вытянув одну ногу, Никита сравнил обувь и окончательно убедился: прежде ботинки старика носил солдат российского контингента.

– Спецбатальонные! – хмуро сказал он. – Где взял?

– Ботиночки? – сразу понял Лысый. – С мертвого снял. Куда-то ходил, помню. Куда – не помню. Я подпалил свои сильно, кислотой. Жак смеялся. Ботиночки с мертвеца…

– Что ты врешь? Наши сюда не ходят. Старик почесал затылок, размышляя.

– Значит, мы к солдатам ходили. Не помню. Ничего почти не помню, и не надо мне. Хочешь ботиночки? Забирай.

– Нет уж, спасибо.

Никита зло покосился на бомжа. Надо же: мы к солдатам ходили! Значит, напали и убили? Но это невозможно, кордон – не граница казахстанская, не проскочишь. Врет старик.

– Много тут людей?

– Не знаю.

– А что знаешь?

– Беда идет, – повторил Лысый. – Но тебе не страшно, нет. Тебя Зона еще не видит.

– Зона, надо же… – сплюнул Никита. Почему-то рядом с бомжом он чувствовал себя сильнее и увереннее. Или это от сигарет голова кружится? – Страшная какая Зона. Я думал, тут люди вообще не живут. Живут, оказывается, деньги вон зарабатывают.

– Это не люди, это обломки.

Никита даже закашлялся, так неожиданно это прозвучало.

– Сам ты обломок!

– Я не обломок, меня Зона не ломала, а сразу сожгла. Жака выжгла дотла. Жак любил покурить.

– Француз, что ли?

– Не помню. Все может быть. Зона всех к себе тянет, всех хочет сжечь. Ты ей не показывайся – проживешь долго… Пока не заметит, не увидит.

Тогда конец. – Старик вытащил из внутреннего кармана аккуратно сложенный платок и высморкался. Это выглядело бы вполне благочинно, не будь платок совершенно грязным, вроде бы даже в крови. – Погуляю пойду. Гулять люблю.

Лысый встал и, не попрощавшись, зашагал прочь. Провожая его глазами, Никита лишь плечами пожал: поди разберись сразу, как тут все устроено. Червь сказал, что отходить опасно, а этот псих гуляет. Может, они и не увидятся больше…

– Да наплевать, – вслух сказал Никита. – Только ждать и смотреть. Раз оказался таким идиотом, что сам сюда прибежал, надо выживать.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23