Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Идеальный мужчина

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Смайт Шеридон / Идеальный мужчина - Чтение (стр. 14)
Автор: Смайт Шеридон
Жанр: Современные любовные романы

 

 


Она посмотрела на Алекса, и он понял: в данном случае время не выполнило свою роль врачевателя. Напротив, ее бессильный гнев и боль только усилились.

— Представляешь — пачку жевательной резинки. И больше ничего. Мама осталась ждать в машине, но в конце концов ей надоело, и она отправилась посмотреть, почему отца так долго нет. — Брук не замечала, что изо всей силы вцепилась ему в плечи. — Таким образом мама тоже угодила в эту ловушку. Двое каких-то придурков обкурились марихуаны и решили ограбить магазин. За каждым из них и без того числился внушительный список подвигов. Они… — Ее голос прервался, но все же она сумела совладать с собой и продолжила: — Они запаниковали и застрелили ее на месте, у входа в магазин. Прямо… прямо в сердце. А когда папа кинулся к ней на помощь, то застрелили и его — в спину…

— Мне очень жаль. — Алекс с трудом проглотил тугой комок, застрявший в горле. Это было просто ужасно… Такая жуткая, бессмысленная гибель двух ни в чем не повинных людей… — Я понимаю, что их ничто не вернет, и все же мне жаль.

— Да, их уже не вернешь, — устало согласилась Брук, но все-таки протянула руку и с благодарностью погладила его по щеке. Ее слезы по-прежнему капали ему на плечо. — И все равно — спасибо. Как ни стыдно в этом признаваться, но мне давно требовалось как следует выплакаться.

— Не всякий выдержит шесть лет, не проронив ни слезинки.

— Да я только и делала, что ревела! — Брук всхлипнула и с силой провела ладонью по лицу, стирая слезы. — Знаешь, как я ревела, когда Ди сбежала на первое свидание, и не было отца, чтобы надрать уши этому наглецу?

— Ну, за этим, я думаю, у тебя дело не стало? — Уж с этим-то Брук прекрасно справилась. При виде ее беспомощной, рассеянной улыбки что-то словно перевернулось у него в груди. Тело немедленно отозвалось самым откровенным образом, но Алекс поспешил подавить этот порыв.

— Конечно. Наверное, я даже слишком в этом преуспела. Парень привел ее домой в девять часов, а я закатила такой скандал, что Ди не разговаривала со мной целую неделю! — Брук снова помрачнела. — Я плакала на ее выпускном вечере в школе, потому что там не было наших родителей. И плакала, когда она уехала учиться в колледж… по той же причине.

— И все же ты умудрилась вырастить ее, — уверенно заключил Алекс. —Твои родители наверняка бы гордились тобой. — Черт побери, он и сам гордился своей Брук!

— Вряд ли бы они порадовались тому, что произошло в нашей семье сейчас. — Она снова всхлипнула.

— Послушай, но ведь в итоге все обернулось к лучшему, разве не так? — Алекс сделал мысленную отметку: непременно послать Ди и Клиффу роскошный свадебный подарок. Уж ему-то было за что их отблагодарить!

— Хорошо бы. — Она с сомнением прикусила губу. Алекс тут же кинулся на выручку милой губке, отчего дыхание Брук участилось самым соблазнительным образом.

— Ну… и что мы теперь будем делать? — прошептала она между легкими поцелуями и укусами в ушко.

— Хм-м… У меня есть кое-какие мысли. Хочешь послушать?

Слезы еще не успели высохнуть на ее лице, но она рассмеялась и легонько оттолкнула Алекса от себя.

— Перестань, я имела в виду ту гору презервативов у меня в доме и Кайла Лотеса — двуличную крысу, соорудившую гнездо у нас на фабрике.

Алекс с горестным стоном поднял ее с кухонного стола и перенес в гостиную, на диван. А сам отправился на поиски разбросанной по всему дому одежды.

— Если тебе так не терпится поговорить, то лучше нам обоим одеться. Иначе мне будет не до разговоров!

Она хихикнула, и у него снова стало легко на душе.

Следующие полчаса они посвятили легкому ленчу, состоявшему из холодного жареного цыпленка и охлажденной колы. За едой Брук выложила Алексу все, что ей удалось разузнать за последнее время, а заодно и свои подозрения и выводы. Тогда он поделился с ней своими соображениями.

Она не могла не согласиться, что его план великолепен и непременно должен сработать, — вот только одна маленькая, незначительная деталь вызывала у нее сомнение.

Брук старательно вытерла пальцы салфеткой, отпила глоток колы и спросила:

— А ты уверен, что, если меня арестуют и посадят в тюрьму, Кайл успокоится, потеряет осторожность и совершит какую-нибудь глупость?

— Надеюсь, что так и будет. Особенно если я появлюсь в самую ответственную минуту и похвалю его за то, что он так быстро тебя раскусил. Может я даже дам ему повышение.

— По-твоему, он правда настолько туп?

— Нет, просто он совершенно уверен в собственной неуязвимости.

— Ну, не знаю… — Брук нерешительно покачала головой. — Мне все равно как-то не по себе. Шериф Снайдер первым захочет снести тебе голову, когда узнает, что, пока он мотался по городу и задавал всякие дурацкие вопросы, ты преспокойно отсиживался у меня в рыбачьем домике. По-твоему, ему понравится, что его использовали вслепую, пусть даже ради поимки Кайла?

Алекс небрежно пожал плечами и уткнулся носом в тарелку, выискивая очередной лакомый кусочек цыпленка.

— Ему придется с этим смириться, когда мы все ему расскажем.

— Как ты думаешь, куда он мог перепрятать те бумаги, что я забыла у него на столе? Он не такой дурак, чтобы снова оставить их у себя дома!

— Рано или поздно мы их непременно найдем, — уверенно пообещал Алекс, и вид его не сулил Кайлу ничего хорошего. — Когда ты окажешься за решеткой и он вообразит, что выкрутился, я не удивлюсь, если обнаружу эту папку прямо на кофейном столике у него в гостиной.

— А вдруг он тебя застукает?

При виде его лукавой усмешки Брук снова почувствовала, как в ней пробуждается желание.

— При чем тут я? У меня нет ни малейшей охоты покидать это место до самого конца отпуска или до тех пор, пока не потребуется мое присутствие на фабрике!

— Ну конечно, а я тем временем буду куковать на тюремной койке, ходить по нужде под конвоем и питаться черт знает чем, — мрачно процедила Брук.

Она не успела и глазом моргнуть, как он оказался рядом, схватил ее в охапку и ласково поцеловал в шею. Она ничего не могла с собой поделать — тут же растаяла.

— Можешь не сомневаться, я буду думать только о том, чтобы вернуть тебя сюда и без помех продолжить наши сеансы психотерапии!

— Ну вот, ты опять про секс! — Брук почувствовала, как он напрягся, и тут же выругала себя за слишком длинный язык.

— Я уже сказал тебе, что мы занимались любовью, а не… — Он вдруг замолчал, поднял голову и внимательно посмотрел на нее. — Послушай, давай продолжим этот спор в более спокойной обстановке, когда все закончится, — идет?

— Да, сэр, — послушно кивнула Брук, мгновенно утонув в его бездонных серо-зеленых глазах.

Она послала к черту упрямый внутренний голос, бубнивший банальные фразы об осторожности и о том, чего стоят обещания, данные в такие минуты богатым мужчиной, который к тому же хорош собой.

Но с другой стороны… Почему, собственно, она не должна ему верить?

Как и следовало ожидать, Кайл не стал тратить время понапрасну.

Два часа спустя, когда Брук вернулась в город и подъехала к своему дому, ее уже ждали на крыльце шериф Снайдер и Дункан Грегори. Ей не пришлось изображать испуг. Да и как тут было не испугаться? У нее в гостиной по-прежнему громоздились горы ворованных презервативов. Она-то знала, что ни в чем не виновна, но откуда об этом могли знать ее незваные гости? Весь план Алекса основывался на том, что копы и в самом деле поверят, будто именно Брук и есть причина всех фабричных бед.

Мужчины молчали и с мрачным видом следили за тем, как она выходит из машины и поднимается на крыльцо.

— Здравствуйте, шериф Снайдер, и ты, Дункан! — Брук кивнула, сунула руки в карманы джинсов и покосилась на входную дверь. — Сдается мне, что вы явились сюда не с приглашением на дружескую вечеринку!

Шериф подозрительно прищурился.

— С чего ты взяла?

— Ну, у вас у обоих такой вид, будто вы только что нашли в городском парке чей-то труп. — И Брук старательно изобразила внезапное волнение: — О Боже! Это… это ведь не из-за Ди, правда? Ради Бога…

— Нет, нет, деточка, Ди здесь совершенно ни при чем! — Снайдер долго прочищал горло и оглядывался, прежде чем снова рискнул посмотреть Брук в глаза. — У меня ордер на обыск твоего дома.

Вот чего Брук боялась больше всего — роковой минуты, когда придется убеждать шерифа, что она якобы стала воровкой. Горячо умоляя Бога ниспослать ей поддержку, она одновременно не менее горячо клялась дать Алексу здоровенного пинка, если старина Снайдер не простит ей обман. Итак, она с независимым видом задрала нос.

— Будьте любезны, предъявите свой ордер, сэр! Шериф протянул ей бумагу, которую она не спеша прочла от начала и до конца. Вернув полицейскому ордер она протянула:

— Ну, насколько я понимаю, вас все равно не остановишь?

— Ты права. — И шериф Снайдер махнул рукой своему подручному, все еще не верившему собственным глазам. — Проснись, Дункан. Давай лучше глянем, что там внутри!

Они подошли к двери и посторонились, чтобы Брук сама могла отпереть замок.

— Да будет тебе известно, — начал было шериф, толкая дверь, — что я не поверил ни единому слову Лотеса, когда он сообщил мне… — Бедняга лишился дара речи при виде представившегося ему зрелища.

Брук почувствовала, что краснеет. Ей хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Жаль, что Алекса сейчас нет рядом с ней, — она немедленно отколотила бы его. Внезапно, и как всегда в таких случаях слишком поздно, ее вдруг осенило с полдюжины гениальных идей. Оказывается, у них с Алексом имелась масса способов поймать Кайла с поличным и при этом не обманывать шерифа. Но, увы, было слишком поздно.

Брук с превеликим трудом выдавила из себя эти проклятые слова:

— Мне… мне очень жаль…

— Если тебе не хватало денег, ты могла бы обратиться ко мне!

Она молчала.

— Надеюсь, тебе известно, что я должен тебя арестовать?

Снайдер был зол на нее, очень зол — и Брук не могла его в этом винить. Она потупилась и прошептала, нисколько не притворяясь:

— Да, известно! — За спиной у нее звякнули наручники, но шериф разъяренно рявкнул:

— Ты что, придурок, ничего не придумал умнее, чем сковать ей руки? Сажай ее в патрульную машину и зачитай ее права! А я останусь здесь и произведу опись этих… похищенных ценностей. Мы должны проверить, соответствует ли она сведениям Лотеса.

Брук нехотя поплелась к машине, то и дело оглядываясь на шерифа. Она вся съежилась при виде его покрасневшего от гнева лица и буркнула себе под нос, обращаясь к Алексу:

— Ну, погоди, дай только до тебя добраться! Но Дункан понял ее слова на свой лад:

— Да ладно тебе, Брук, ты только навредишь себе, если будешь угрожать Кайлу Лотесу. Я и сам терпеть его не могу, но ведь он всего лишь выполнял свой долг. Воровство есть воровство — и не важно, кто этим занимается!

Брук машинально пригнулась, когда перед ней распахнули заднюю дверцу патрульной машины. В детстве шериф частенько катал ее на своем автомобиле по городу. В прошлом году она ездила с ним как внештатный сотрудник городского совета — собирала материал о множестве непредвиденных и даже опасных ситуаций, с которыми все чаще приходится сталкиваться офицерам полиции в наши дни. Но ни разу в жизни ее не возили в патрульной машине на заднем сиденье! Конечно, ведь ее никогда не задерживали и не доставляли в участок.

— Ты и за это заплатишь, Брэдшоу!

— Ты что-то сказала? — озабоченно оглянулся Дункан.

— Я просто рассуждала о том, что с заднего сиденья полицейской машины мир выглядит совершенно иначе, — пробормотала Брук, задумчиво качая головой и старательно избегая смотреть в глаза своему школьному приятелю.

— Хочешь пересесть ко мне?

— Нет уж, спасибо! — Эта фраза прозвучала совсем невнятно, потому что Брук едва успела подавить приступ истерического хохота.

Пока они выруливали на главную магистраль, Брук краем глаза уловила свет тормозных огней еще одного автомобиля и сердито нахмурилась, всмотревшись внимательнее. Она успела узнать и шикарный вишневый «корветт», и человека, сидевшего за рулем.

Конечно, это был не кто иной, как Кайл Лотес собственной персоной. Мерзавец не отказал себе в удовольствии затаиться возле ее дома, чтобы собственными глазами увидеть, как за его преступления потащат в участок ни в чем не повинного человека. Наверное, он сейчас так и лопается от гордости, что он такой умный, и нахваливает себя за то, что умудрился выйти сухим из воды.

Брук разъяренно фыркнула втихомолку, борясь с детским порывом ткнуть в него пальцем и закричать: «Держи вора!» Всему свое время. Ей пришлось снова и снова повторять эти слова, как молитву. Всему свое время!

Ее время наступит очень скоро, как только Алекс найдет проклятую папку с бумагами от фирмы «Ландко». Если же этого не случится, Бог знает, на что им придется пойти, дабы убедить шерифа Снайдера в ее невиновности.

Но через минуту патрульная машина миновала еще один автомобиль, припаркованный неподалеку, и Брук сообразила, что свидетелем ее унижения стал не только Кайл Лотес.

За арестом наблюдал и частный детектив, работавший по заданию «Брэдшоу корпорейшн».

Глава 27

Немного дальше в том же переулке Элайя и Алекс сидели в старом пикапе и ждали, пока управляющий уберется восвояси. В последний момент Алекс не выдержал и решил отправиться в город сам. Чтобы его не узнали, он нахлобучил вылинявшую бейсболку с длинным козырьком и надел давно вышедшие из моды огромные солнечные очки в проволочной оправе. Эти предметы Элайя раздобыл где-то в недрах своего гардероба. Правда, оправа норовила все время свалиться с носа, а сквозь исцарапанные линзы почти ничего нельзя было разглядеть, но Алекс был доволен, считая, что замаскировался очень удачно.

— Он уезжает, — заметил Элайя и ткнул пальцем в красный «корветт», выруливавший из переулка.

Алекс долго щурился, пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь мутные линзы и покрытое паутиной трещин лобовое стекло. В конце концов он решил, что у его спутника просто орлиное зрение.

— Нам тоже пора трогаться, пока Лутер не сел ей на хвост!

— Будет сделано, Бэтмен!

— Я предпочитаю Джеймса, — ответил Алекс, подражая знаменитому акценту Шона Коннери — Джеймса Бонда.

Мотор долго чихал и не желал заводиться, зато потом машина рванула с места так неожиданно, что Алекс чуть не врезался лбом в переднее стекло. Когда они поравнялись с седаном частного детектива, Алекс схватился за ручку, чтобы опустить боковое стекло и помахать Лутеру. Ручка так и осталась у него в руке. Невнятно выругавшись, Брэдшоу с досадой отшвырнул ее и взялся за рычаг дверного замка.

Ему пришлось сделать не меньше трех отчаянных рывков, прежде чем дверь отворилась. Пропади все пропадом! Неужели в этом городишке нет ни одной нормальной машины? Стараясь не замечать хихиканья Элайи, он выскочил на тротуар и постучал в окошко детектива.

Тот громко вскрикнул от испуга и отшатнулся.

— Лутер! Это я, Алекс Брэдшоу!

Стекло моментально опустилось, и из окна высунулась длинная тощая физиономия Лутера, затененная огромными полями стетсона. Глаза у бедолаги буквально вылезли на лоб.

— Алекс? Это правда вы?

— Да, это я, собственной персоной. — Алекс на секунду приподнял очки и весело подмигнул растерянному детективу. — А теперь отопри дверь и впусти меня в машину!

Он повернулся и махнул Элайе, чтобы тот ехал следом за Кайлом, а сам рысцой обежал машину и уселся справа от Лутера.

Судя по всему, парень все еще не оправился от шока.

— Глория жаловалась мне, что вы вообразили себя Джеймсом Бондом, но я ей не поверил! Черт побери, так вы и правда затеяли игру в шпионов?

— У меня нет времени обсуждать свою секретаршу и ее больное воображение, — сухо перебил его Алекс. — Считай, что с этой минуты ты работаешь не на нее, а на меня!

— Но она сказала…

— Меня не волнует, что она тебе наговорила. Теперь тебе наконец придется заняться делом. У нас совсем нет времени. Элайя сделает все, что может, чтобы заморочить Лотесу голову, но поскольку племянничек никогда не испытывал к дяде особой любви…

У Лутера снова отвисла челюсть.

— Так тот старикан в раздолбанной таратайке — дядя Кайла Лотеса?!

— Ты и это прошляпил, верно? — Алекс ехидно ухмыльнулся. — Да, Лотес — родной племянник Элайи. Но Элайя не сильно гордится этим родством и предпочитает о нем помалкивать. Заводи машину. Мы едем на квартиру к управляющему — только не говори, что не знаешь, где она находится!

— Конечно, знаю. Но зачем мы туда едем? — недоумевав Лутер, выезжая на улицу.

— Чтобы ее обыскать.

— Произвести незаконный обыск?

— А что еще тебе остается делать, если ты не коп? — сердито воскликнул Алекс. Его злила столь неуместная щепетильность частного детектива.

— По-моему, вы рискуете угодить пальцем в небо, — покровительственно сообщил Лутер, крутя баранку. — Лучше занялись бы Брук Уэлш.

— Вот как?

— Точно! — И Лутер убежденно кивнул головой. — Нынче утром к ней на дом доставили совершенно загадочный груз!

— Хм-м… — задумчиво промычал Алекс, поддаваясь искушению поиграть с этим простаком в кошки-мышки. — Хотел бы я знать, что же это за груз?

— Презервативы! — торжествующе выпалил Лутер. — Презервативы с вашей фабрики!

— И как же тебе удалось разнюхать, что там были именно они?

Детектив сообразил, что ляпнул лишнее. Он демонстративно поджал губы и сделал вид, что слишком занят вождением, хотя в этот ранний час улицы были совершенно пусты. Но Алекс не собирался давать спуску проштрафившемуся сыщику.

— Лутер! Надеюсь, ты не нарушил закон и не вторгся без спросу в чужую квартиру?

Они миновали целых два квартала, когда тот наконец не выдержал:

— Ну ладно, ваша взяла. Я действительно сунул нос в этот домишко, но буквально на секунду! Уж очень хотелось знать, что в тех коробках. Их привезли целый грузовик.

— А ты успел разглядеть, кто вел этот грузовик? — вдруг насторожился Алекс.

— Пожалуй, я вполне смогу его опознать, если будет нужно.

— Очень хорошо! Если мы больше ничего не сумеем раздобыть, тебе действительно придется опознать его.

— Раздобыть… — растерянно повторил Лутер. — Вы мне скажете наконец, что все это значит?

— Ну, поскольку незаконный обыск предстоит сделать именно тебе, было бы несправедливо и дальше держать тебя в неведении.

Лутер громко сглотнул.

— Надеюсь, вы не забыли свою чековую книжку, потому как это влетит вам в изрядную сумму! Если меня поймают, то не просто отберут лицензию!

— Ну что ж, это значит, что тебе следует проявить дьявольскую осторожность, чтобы тебя не поймали. Иначе как же ты будешь тратить те деньги, которые я собираюсь тебе заплатить?

Но детектива почему-то не убедил даже этот безотказный довод. Он с мрачным видом загнал машину на стоянку возле дома Лотеса и выключил зажигание.

— Где вы будете находиться, пока я буду рисковать своей шкурой?

— Здесь, в машине. Да ты не бойся, я сразу дам гудок, если увижу Лотеса.

— Вот уж спасибо! — со стоном воскликнул Лутер. — Прямо с души камень свалился, когда узнал, что «на шухере» будет стоять мой босс!

— Чрезвычайно польщен. А теперь позволь тебе объяснить, что именно мы ищем…

— Нет, ты скажи точно: тебе больше ничего не нужно? — в десятый раз спросил офицер Джеральд. — А то ведь шериф Снайдер ясно сказал: не вздумайте обращаться с ней как с преступницей!

Усмехнувшись в кулак, Брук покосилась на то, что исполняло обязанности тюремной койки. Трудами заботливых стражей порядка она превратилась в роскошное ложе с несколькими тюфяками, дюжиной одеял и горой пуховых подушек. Пожалуй, с этим сооружением не могла сравниться даже ее собственная кровать, на которой она спала дома.

— Честное слово, мне больше ничего не нужно, — заверила Брук, вежливо улыбнувшись Джеральду.

— А как насчет еды? Твой стейк не слишком жесткий? Смотри, мне ничего не стоит отправить его назад. Трева подрумянит его еще немного, и тогда…

— Джеральд! — нетерпеливо перебила его Брук.

— Да, мэм?

— Тебе правда больше нечего делать? — И она выразительно глянула на унитаз, гордо сверкавший в углу ее камеры.

— Ох, оно и верно! — Джеральд даже побагровел от смущения. — Погоди, я сейчас прилажу занавеску и оставлю тебя одну… Ну, для дела…

Когда впопыхах натянутая простыня отгородила ее зарешеченную камеру от общего коридора, Брук плюхнулась на койку и уставилась на поднос с едой, доставленной из кафе Тревы.

Чтобы не обижать своего заботливого тюремщика, она съела почти половину салата, но так и не смогла притронуться ни к толстому сочному стейку, ни к жареной картошке с румяной корочкой, ни к пирожным. Джеральд позаботился даже о знаменитом персиковом кобблере на десерт. Как жаль, что она совершенно потеряла аппетит!

* * *

Ее взгляд скользнул по подносу со всей этой роскошью и задержался на камере. Вот тебе и «ходить по нужде под конвоем и питаться черт знает чем!». Одна «тюремная койка» чего стоит! Видел бы ее сейчас Алекс. У Брук на губах заиграла слабая улыбка.

Переставив поднос на телевизор (Джеральд не забыл и о телевизоре), она удобно устроилась на кровати, заложив руки за голову. Больше всего ей хотелось бы знать, чем сейчас занят Алекс и все ли идет по плану. Интересно, так ли сильно он скучает без нее, как скучает она?

По мере того как Брук восстанавливала в памяти мельчайшие подробности их удивительной близости, ее улыбка делалась все шире и шире. Алекс не просто освободил ее — он разбудил в ней чувственность! Просто удивительно, с какой упрямой жестокостью она измывалась над собой, подавляя все это время малейшие проявления нормальных человеческих чувств. А ведь вместо дурацкой борьбы они могли бы проводить чудесные ночи, полные любви! Черт побери, а кто ей мешает взять отпуск и проводить с ним все дни напролет? Что с того, что он ее босс? Секретарши вон только и делают, что выходят замуж за своих начальников… Брук закусила губу и выпрямилась. Она напрасно дала волю воображению. Она зашла слишком далеко. В их отношениях не могло и речи идти о любви, а тем более о браке. И все же упрямый голос продолжал нашептывать, что именно Алекс говорил ей, что они занимались любовью. Но… но он так и не сказал, что любит ее! Слава Богу, ей хватило ума не выставлять себя круглой дурой и не признаться в том, что она к нему неравнодушна. Уж не влюбилась ли она?

Брук задумчиво нахмурилась и откинулась обратно на подушки. Это был очень важный вопрос. Следовало найти на него ответ до того, как Алекс покинет город, чтобы успеть подготовиться к неизбежной разлуке.

Впрочем, ей не понадобилось слишком много времени, чтобы решить совершенно определенно: она любит Алекса Брэдшоу. Она любит его так сильно, что при одной мысли о нем у Брук начинает сладко щемить сердце. Наверное, это и есть настоящая любовь. Иначе с чего бы ей было так тосковать при одной мысли о том, что им придется расстаться?

Тосковать так, как сейчас.

Проклятие! Брук сердито прикусила губу и тряхнула головой. Она все-таки не выдержала и втюрилась в собственного босса. Что за глупость!

— Брук! У тебя все в порядке? Это был шериф Снайдер.

Брук уселась на койке и приняла достаточно виноватый вид, прежде чем ответить:

— Да. Все в порядке…

Шериф по-хозяйски отдернул простыню, распахнул дверь и вошел в камеру, моментально заполнив своей внушительной фигурой и без того ничтожное пространство. Лицо его продолжало хранить выражение сдержанной обиды и недоумения.

— Я пришел к тебе сообщить, что позвонил в офис к молодому Брэдшоу и обо всем доложил. Его секретарша сказала, что он намерен лично во всем разобраться.

Сердце у Брук тревожно екнуло. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на шерифа Снайдера.

— Погодите, он что, нашелся? — Хотя их планом это оговорено не было, Алекс запросто мог решиться на какой-то неожиданный шаг…

— Полагаю, что не будет большой беды, если я тебе расскажу… — Тут шериф умолк и поскреб подбородок. Досадуя на свою неловкость и эту идиотскую ситуацию, он продолжал, с трудом сдерживая гнев: — Да, он нашелся. Коли на то пошло, он и не терялся никогда! Через день после его исчезновения нам позвонила его секретарша и сказала, что поиски можно прекратить. Дескать, он где-то в городе и скрывается нарочно, чтобы разобраться в том, что творится на фабрике. А нам было велено об этом помалкивать.

Через день после…

Пожалуй, то, что испытала Брук после сообщения шерифа, называется шоком. Алекс ей врал! Он врал от начала и до конца, он с расчетливой жестокостью грозил ей судом и тюрьмой за свое похищение — лишь бы удержать ее возле себя и заставить шпионить на фабрике! Он использовал ее во всех смыслах, не постеснялся даже завлечь в постель… чтобы просто развеять скуку? Или лишний раз доказать свою неотразимость?

Теперь, когда ей открылась грубая правда, Брук меньше всего могла поверить в его искренность. Ведь он сто раз уже мог поведать ей обо всем и снять тяжесть с ее сердца, но и не подумал этого сделать. Вместо этого он стал копаться в ее душе, растравил старые раны, заставил ее с новой силой пережить смерть родителей!

И она поверила ему, как последняя дура… Но Алекс Брэдшоу был явно не из тех людей, которые ценят взаимность.

— Брук! Что с тобой? Почему ты так побледнела?

— Со мной… со мной ничего. — Она с огромным трудом подавила желание прокусить губу до крови. — Я чувствую себя просто прекрасно. Только слегка устала. Если… если вы не против, я бы немного вздремнула.

— Спи на здоровье, только если этот Брэдшоу действительно явится сюда, он непременно захочет с тобой потолковать.

— Да. Да, конечно. Я тоже не прочь с ним потолковать. — Потолковать… обругать… послать к черту… Брук собиралась делать все это до тех пор, пока не охрипнет и не лишится чувств.

Ее горящий, яростный взор задержался на подносе с едой. Рыча от возмущения, Брук резко отвернулась. Проклятые картонки! Дубина Джеральд притащил ей обед на никчемных картонных тарелках! Она отдала бы сейчас что угодно за кусок добротного фарфора, который можно расколошматить о стенку! А еще лучше — о дубовую башку Апекса Брэдшоу!

Глава 28

Алекс не очень удивился, когда детектив вернулся к нему с пустыми руками. Тощий техасец выразительно помотал головой и опустился на водительское место. Первым делом он снял свой шикарный стетсон и вытер мокрый лоб.

— Ни в одной из его папок нет ни слова о компании «Ландко». Не говоря уже о том, что запасного ключа там, где вы говорили, не было и в помине. — На бледной физиономии изобразилось возмущение. — Но я не только открыл дверь, но и нашел ключ от картотеки. На этот раз его прикрепили скотчем под крышкой стола.

— Черт побери, я бы в жизни не додумался туда заглянуть, — удивленно проговорил Алекс. Ему подумалось, что Лутер и Глория — два сапога пара: оба совершенно помешаны на детективных сериалах. Правда, до сих пор Глории удавалось не путать свое хобби с реальной жизнью и службой в «Брэдшоу корпорейшн».

Лутер тем временем завел машину и вопросительно глянул на Алекса:

— Куда теперь… босс?

— Домой к Брэнди Клевенджер.

— Это та аппетитная цыпа, что проверяет на прочность их продукцию? А что, если она окажется там?

— Тогда придется ее связать, засунуть в рот кляп и запереть в ванной, пока мы будем заниматься обыском.

Частный детектив уставился на Брэдшоу, не веря своим ушам… пока не сообразил, что тот шутит.

— Не сомневаюсь, что она сейчас на фабрике. — Он объяснил детективу, где живет Брэнди Клевенджер, и добавил, что нужно торопиться. Алекс горел желанием как можно скорее вызволить Брук из тюрьмы.

Ему не терпелось увезти ее обратно в рыбачий домик, чтобы немедленно раздеть и заниматься с ней любовью до полного изнеможения. А потом, когда они утолят первый голод и немного успокоятся, можно будет обстоятельно поговорить о свадьбе, медовом месяце и будущих детях. Теперь, как никогда, Алекс был уверен, что Брук Уэлш и есть та самая, единственная, созданная только для него.

Размышления обо всех этих приятных вещах кое о чем напомнили ему. Он торопливо набрал номер на своем сотовом.

— Глория, это Алекс.

— Надо же! А я как раз собиралась вам позвонить!

— Вы уже нашли колпаки на машину, которые я заказал?

— Нет. — Она не упустила возможности выдержать паузу, мучая его неизвестностью, и добавила: — Но Деррик нашел.

— Они непременно должны быть настоящими, — нетерпеливо напомнил Алекс.

— Они настоящие. Алекс, у вас все в порядке? Лутер куда-то пропал и не звонит уже целую вечность.

— Он сейчас со мной и занимается делом, вместо того чтобы висеть на хвосте у Брук Уэлш! — Алекс умолк, предоставив Глории возможность осмыслить скрытый в его словах упрек и извиниться.

Но не тут-то было!

— Алекс, мне ужасно не хочется вас расстраивать, но мисс Уэлш уже посадили в тюрьму. Шериф Снайдер сообщил нам по телефону, что у нее в доме обнаружен целый склад ворованной продукции. Видимо, все это время она потихоньку выносила с фабрики презервативы, чтобы потом кому-то сбыть.

Алекс на миг прервал разговор, чтобы вспомнить данные ему Брук наставления и уточнить дорогу:

— Поверни у светофора направо, а потом налево по Тернбью-стрит. Четвертый дом по правую руку.

Его внимание привлек пронзительный голос Глории, доносившийся из трубки.

— Алекс! Алекс, вы что, оглохли? Я повторяю: все это время воровка орудовала у вас под самым носом!

Слова его секретарши подействовали самым неожиданным образом: перед его мысленным взором предстала обнаженная Брук, так замечательно орудовавшая… И лучше всего в этом видении было то, что оно являлось не плодом его фантазии, а воспоминанием.

— Послушайте, — теперь Глория сочла возможным придать голосу покровительственную окраску и перейти к утешениям, — вы не должны казнить себя за вашу ошибку, слышите? Вы не первый и не последний молодой человек, соблазненный смазливой мордашкой и угодивший из-за этого в ловушку. Возьмите, к примеру, того же Джеймса Бонда! Почти все красотки, к которым он был неравнодушен, в итоге оказывались шпионками и работали против него. Ха, даже у Мэтта Диллона бывали моменты слабости, хотя он всегда оставался верен своей Китти!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16