Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Государство и революции

ModernLib.Net / История / Шамбаров Валерий / Государство и революции - Чтение (стр. 1)
Автор: Шамбаров Валерий
Жанр: История

 

 


Шамбаров Валерий
Государство и революции

      Шамбаров Валерий Евгеньевич
      Государство и революции
      Аннотация издательства: Книга Валерия Шамбарова "Государство и революции" является логическим продолжением его работы "Белогвардейщина". В ней прослеживается история антисоветской борьбы от победы коммунистического режима до его падения, рассматриваются особенности внутреннего и внешнего положения нашей страны в разные периоды ее жизни. На основе богатого фактического материала в книге по новому, порой под неожиданным углом, освещаются некоторые важные страницы истории XX столетия и предлагается обобщенная модель, позволяющая объяснить закономерности становления социалистической системы и ее эволюции. Анализируя соотношение государственных и революционных, национальных и идеологических, духовных и политических ценностей, автор исследует в этом ключе как события советских лет, так и катастрофы 1990-х, выстраивая их в единую взаимосвязанную картину, и приходит к выводу о начинающихся в настоящее время процессах возрождения Российской державы.
      С о д е р ж а н и е
      От автора
      Вместо пролога. Эхо балканских выстрелов
      1. "Пороховая бочка"
      2. Детонатор
      3. Последствия
      Часть первая. Когда рушатся устои
      1. Между Западом и Востоком
      2. Надлом
      3. Обвал
      4. Большевики и их база
      5. Ленинизм в натуральном виде
      6. Вход в преисподнюю
      7. Гражданская и мировая
      8. Закладка фундамента
      9. Пауки в кремлевской банке
      10. Мрак сгущается
      11. Игры большой политики
      12. Система ужаса
      13. Система в действии
      14. Российский исход
      15. Тотальная зачистка
      16. Глубины ада
      Часть вторая. Свистопляска столетия - красные, коричневые, бело-сине-красные
      1. Две России
      2. Борьба продолжается
      3. Москва-Генуя
      4. К мировой революции
      5. За кулисами нэпа
      6. Время стабилизации
      7. Фронт по всему миру
      8. Курс на террор
      9. Вторая гражданская
      10. В бой идут молодые
      11. Заклятые друзья
      12. Разноцветные двойники
      13. Развод по советско-германски
      14. Маневры в мировом масштабе
      15. От вражды к дружбе
      16. От "Совдепии" к Советской державе
      17. На войне как на войне
      18. Политические зигзаги и закоулки
      19. Союзники
      20. Точка выбора
      21. Третья гражданская
      22. "Мрак и туман"
      23. Власов и "власовцы"
      24. Война и Зарубежная Россия
      25. Еще раз о Штирлицах и Мюллерах
      26. Дела закулисные
      27. Триумф победителей
      28. Вторая мировая - некоторые итоги
      29. И снова борьба
      30. "Оттепель"
      31. Бунтари, диссиденты, правозащитники
      32. Диссидентство и Россия
      33. Шестидесятники, семидесятники, восьмидесятники
      34. Непосильные перегрузки
      35. Возвращение триколора
      36. Пробуждение
      37. Август 91-го
      Часть третья. Ростки в будущее
      1. Решения и альтернативы
      2. "Русская болезнь" и "американская модель" 540
      3. И опять о "правах человека"
      4. Выход из "мертвой петли"
      5. Слон, которого не заметили
      Библиография
      От автора
      После выхода в свет в 1996 г. моей книги "Белогвардейщина" об истории Белого Движения многие знакомые и заинтересовавшиеся читатели обращались с вопросами, появится ли и когда ее продолжение,- подразумевая, что это будет исследование о борьбе с коммунизмом в советский период. Признаться, на инерции от предыдущей работы я и сам намеревался заняться таким продолжением и даже прикидывал соответствующее рабочее название что-нибудь вроде "Антисоветчина". Но тема оказалась намного сложнее, чем виделась изначально.
      Во-первых, проявления борьбы с коммунистическим режимом на разных исторических этапах выглядят куда более неоднозначными, чем в гражданскую войну, и "двухцветными" или хотя бы "приблизительно-двухцветными" оценками здесь уже обойтись невозможно. Со временем основные закономерности этого противостояния претерпевали весьма существенные трансформации. Оппозиционные советской власти группировки и течения кардинально отличались в разные периоды не только по формам действий, но и по внутреннему содержанию - целям, задачам, менталитету своих представителей, и выступали носителями совершенно различных исторических и политических тенденций. А в настоящий момент, когда острота противоборства "красные-некрасные" постепенно начинает отходить в прошлое и на первом плане снова начинают появляться общенародные и общегосударственные проблемы, особенно очевидной оказалась несостоятельность крайних оценок десятилетней давности, безоглядно осуждающих все советское и скопом возносящих на щит все антисоветское.
      Во-вторых, антикоммунистическая борьба велась, главным образом, на "тайном фронте". И поэтому здесь мы сталкиваемся со значительными информационными проблемами. Об одних фактах документальных следов не осталось, о других они целенаправленно уничтожались, о третьих искажались. А некоторые данные оказываются пропагандистскими уловками или результатами взаимной дезинформации спецслужб и их противников. И при рассмотрении данного вопроса часто приходится руководствоваться обрывочными и неполными сведениями, вплоть до отдельных упоминаний.
      В-третьих, тенденции советско-антисоветского противостояния не представляется возможным понять и проследить в отрыве от общего фона положения в СССР и коммунистической политики на том или ином этапе. И международной политики тоже. На внешнеполитическое положение нашей страны в период между мировыми войнами наложила мощный отпечаток сложная специфика советско-германских отношений. А на протяжении всего столетия, и особенно после 1945 г. - специфика взаимоотношений взаимоотношений Восток-Запад.
      Но стоит коснуться данных вопросов, как добавляются новые крупные проблемы, потому что история, увы, наука не объективная. Причем касается это не только России, где история перекраивалась и перелицовывалась почти после каждого изменения конъюнктуры в верхах - зарубежные исследователи и публицисты объективностью тоже отнюдь не блещут. И те или иные реальные события слишком часто оказываются подмененными на некие исторические штампы, весьма отличающиеся от действительности, иногда внедрявшиеся преднамеренно, в политических и пропагандистских целях, а иногда возникавшие случайно, под влиянием потоков массовой информации. И в итоге, даже если речь идет о фактах, казалось бы, общеизвестных, пришлось порой делать существенные отступления и освещать их заново. Причем отнюдь не из желания вскрыть очередную "тайну истории", так как на самом деле они в свое время никакой тайны не представляли и были действительно хорошо известны, но спустя несколько десятилетий оказались уже искажены и превратно "заштампованы" в общественном сознании.
      Пришлось в данной работе вернуться несколько назад - ко временам, которые уже рассматривались в книге "Белогвардейщина". Но там главной темой оставалась борьба российских патриотов за спасение своей страны, а происходящее в стане большевиков представляло побочную линию, необходимую лишь для наглядного показа, против чего шла эта борьба. Теперь революционная катастрофа потребовала более детального рассмотрения в качестве исходного пункта, без которого невозможно отследить дальнейший исторический путь России. И, кроме того, только такая общая картина позволяет избежать другой крайности, другой "двухцветной" оценки, которая после отрезвления от "демократического" угара начала сейчас проскальзывать не только у коммунистических авторов - оценки, преуменьшающей и сглаживающей масштабы кошмара и подспудно оправдывающей деяния большевиков созданием могучего государства и, соответственно, однозначно осуждающей саму идею какой бы то ни было "антисоветчины".
      Вот после таких усложнений и дополнений первоначального замысла и родилась эта книга, охватывающая процессы в нашей стране и вокруг нее от становления коммунистической власти до ее крушения, и того, что за ним последовало. Конечно, многим читателям представленная работа может показаться неполной или однобокой. Но напоминаю, что я вовсе не собирался писать полную историю СССР или тем более мировую историю XX столетия - это сделано уже многократно. Я же попытался рассмотреть лишь некоторые явления этой истории - те, которые, на мой взгляд, оказались не отражены или получили недостаточное освещение в других исследованиях.
      Ну а по мере более широкого охвата затрагиваемых вопросов, приобретения работой многоплановости и трансформации ее очертаний, изменилось и название книги - "Государство и революции". С подзаголовком "Россия от падения до возрождения". Причем слово "возрождение" сперва подмывало дополнить осторожным многоточием и вопросительным знаком. Однако потом решил все же поставить точку. Ведь когда речь идет о России, тут и вера нужна.
      Вместо пролога.
      Эхо балканских выстрелов
      1. "Пороховая бочка"
      28 июня 1914 года в Сараево прогремели выстрелы Гаврилы Принципа, оборвавшие жизни наследника австрийского престола эрцгерцога Франца Фердинанда и его жены Софии Хотек. Пожалуй, их последствия известны достаточно широко - 23. 7. 1914 г. Австро-Венгрия предъявила ультиматум Сербии, в частности содержавший требование о проведении расследования на ее территории. А когда Сербия в этом пункте отказала, 29. 7. 1914 начала против нее войну артобстрелом Белграда. В тот же день в защиту Сербии Россия объявила частичную мобилизацию - Киевского, Одесского, Московского и Казанского округов. Германия потребовала остановить ее, угрожая в противном случае начать свою. Франция поддержала Россию, и та 30. 7. 1914 объявила общую мобилизацию. Германия снова, в ультимативной форме, потребовала ее прекращения. И при отказе 1. 8. 1914 г. объявила России войну. 3. 8. 1914 г. она объявила войну Франции, сразу же вторгшись на ее территорию и в нейтральную Бельгию. В ответ на это немцам объявила войну Англия. 6. 8. 1914 г. войну России объявила Австро-Венгрия, а ей, соответственно, Англия и Франция. 15. 8. 1914 г. Япония предъявила претензии на владения Германии в Китае, и, получив отказ, тоже присоединилась к ее противникам. И грянула Первая мировая, унесшая десять миллионов жизней.
      Конечно, хорошо известно и то, что само по себе убийство в Сараево было поводом, а не причиной войны. Но поскольку эти выстрелы оказались настолько символичными и как бы дали старт, после которого "старый добрый мир" прошлого столетия закувыркался в совершенно новое качество, и учитывая, что последствия этого события во многом определили дальнейшую историческую картину XX века, наверное, будет интересно остановиться на нем подробнее. Тем более, что как раз в данном случае мы найдем яркий пример "заштампованности" подлинных фактов искусственными наслоениями. Скажем, обычно остается в тени самое начало цепочки - а почему же, собственно, был предъявлен такой ультиматум Сербии, если Сараево входило в состав самой Австро-Венгрии, а все арестованные исполнители теракта из организации "Млада Босна" - Г. Принцип, Н. Габринович, Т. Грабеч, Д. Илич являлись австрийскими подданными?
      Чтобы понять подоплеку сараевской трагедии, следует иметь в виду, что она имела долгую и сложную предысторию. Сербия, входившая в состав Османской империи, после Русско-турецкой войны 1828-29 гг. получила статус автономного княжества. В 1876 г., в период крупного антитурецкого восстания на Балканах это княжество вместе с Черногорией (фактически независимой с 1796 г.) объявило войну Турции. Они были разбиты, и Сербия вновь признала подчинение Стамбулу. Однако Черногория не покорилась, и когда вскоре началась Русско-турецкая война 1877-78 гг., возобновила боевые действия. После первых поражений османских войск и вторжения русских в Болгарию, к ней присоединилась и Сербия.
      По условиям Сан-Стефанского мира, последовавшего за разгромом турок, признавалась независимость Сербии, Черногории и Румынии, а также автономия Болгарии, Боснии и Герцеговины. Однако под давлением европейских держав, главным образом Австро-Венгрии и Англии, обеспокоенных усилением России на Балканах, условия этого договора были пересмотрены. В Берлине ими был созван конгресс с участием России, Франции, Германии, Италии и Турции, и 13. 7. 1878 г. заключен трактат, закрепивший положение балканских государств. Независимость предоставлялась Сербии, Черногории, Румынии и Северной Болгарии, а Австро-Венгрия получила мандат на временное управление территориями со смешанным населением - Боснией и Герцеговиной, формально оставшимися в составе Турции.
      В Сербии воцарилась княжеская династия Обреновичей, которые правили страной и раньше, под турецким владычеством. Впрочем, они и на независимое государство перенесли худшие черты средневековой деспотии, разве что могли теперь властвовать бесконтрольно, и ни перед кем не отчитываясь. Любые проявления недовольства и протеста подавлялись самым жесточайшим образом, неугодных казнили без суда и следствия, вовсю применялись пытки. А князь Милан Обренович, с 1882 г. носивший титул короля, вытворял все, что душа пожелает, развлекаясь с целым гаремом любовниц, закатывая пиры и праздники, иногда сам инициировал кампании террора - скажем, организуя фиктивные покушения против себя. Следует помнить и то, что однозначными "братьями-славянами" балканские народы были разве что для русских. Друг друга они братьями отнюдь перечитали - вскоре после обретения независимости Сербия начала воину против Болгарии и была разгромлена в битве при Сливнице.
      Распад Балкан на самостоятельные государства сопровождался и примерно такими же явлениями, какие имели место в 1990-х после распада СССР. С одной стороны, рухнул "железный занавес" отгораживающий их, как часть Османской империи, от Запада - в Сербию хлынули достижения европейской цивилизации, европейские моды, европейские новинки. Но и европейские пороки тоже. А с другой стороны, рухнул централизованный контроль, прежде державший в узде местных руководителей. И государственную верхушку Сербии захлестнули повальная коррупция, воровство и казнокрадство, которые возглавлял сам король. В результате страна, поначалу пытавшаяся держать нейтральную позицию, лавируя между Россией, Австрией и Турцией, попадала во все большую зависимость от Вены - из австро-венгерских банков один за другим выпрашивались крупные займы. И тоже разворовывались, утекая на личные нужды короля и приближенных.
      Скандалы следовали один за другим, и Милан вынужден был отречься от престола в пользу сына Александра. Общего положения это не изменило и ситуации не спасло - до государственных кормушек дорвались еще и родственники новой королевы Драги. В марте 1903 г. в Белграде произошли очередные волнения, и жандармы расстреляли демонстрацию. После этого заговор составился в армии, и 28. 5 случился военный переворот. Тоже чрезвычайно жестокий - были убиты и Александр с Драгой, и придворные, а по всему Белграду прокатилась резня сторонников Обреновичей. На престол был возведен Петр Карагеоргиевич. Личность незаурядная, храбрый офицер, прошедший несколько войн, он и раньше пытался бороться с Обреновичами, имея права на трон - и по этой причине вынужден был жить в изгнании. Он был прочно связан с Францией, поскольку окончил там Сен-Сирскую академию и сражался под Седаном по время Франко-прусской войны. Был связан и с Россией - оба его сына получили образование и жили в Петербурге. Во внешней политике он взял курс на сближение с этими державами, а во внутренней провел курс либеральных реформ, установив в стране систему весьма умеренной конституционной монархии.
      Однако реальными вершителями судеб Сербии стал не он, а военная верхушка, приведшая Карагеоргиевичей к власти и на этом основании считавшая себя вправе диктовать государственную стратегию. Это были радикальные националисты, занявшие после переворота ключевые посты в силовых структурах и ставившие своей главной целью ни много ни мало восстановление Великой Сербии в границах XIII - XIV в. в. А покровительство России и игра на панславянских лозунгах рассматривались ими как средство для решения этой задачи. Фактически, нити прежнего заговора так и продолжали существовать вокруг нового короля, оттесняя его на роль чисто представительской фигуры. Прерогативы его личной власти были весьма ограничены им же самим в ходе либеральных реформ - многие полномочия он уступил Скупщине (парламенту). А парламентские традиции в стране были еще слишком слабыми, и опереться на Скупщину король тоже не мог. Был, правда, умный премьер Никола Пашич, старавшийся проводить мудрую и взвешенную политику, однако в обстановке повсеместного хозяйничанья заговорщиков и их контроля над государственным аппаратом он вынужден был действовать с оглядкой, реализуя свои решения хитрыми и осторожными ходами. К тому же, король Петр был уже стар и утратил значительную часть былой энергии. Опору своей власти он попытался было найти в лице сына Георгия, но закулисные силы почувствовали опасность и подвели
      против него интригу (его огульно обвинили в грубом обращении с камердинером и раздули кампанию протеста), в результате чего принц был отстранен от дел и лишен права наследования. А наследником стал младший сын Александр - молодой, неопытный. И сам сочувствующий идеям заговорщиков.
      Большая война могла разразиться гораздо раньше. В 1908 г., воспользовавшись ослаблением России в результате войны с японцами и революции, Австро-Венгрия решила укрепить свои позиции на Балканах. Возник проект окончательно аннексировать Боснию и Герцоговину и через их территорию провести железную дорогу к Эгейскому морю. Россия в данном вопросе потерпела жестокое дипломатическое поражение - на встрече между министрами иностранных дел А. П. Извольским и графом А. Эренталем, состоявшейся в Бухлау, российский министр допустил грубейшую ошибку, подписав согласие на аннексию, взамен чего он удовлетворился лишь неопределенными обещаниями Эренталя "принять участие" в вопросе о свободном пользовании русским флотом проливами Босфор и Дарданеллы (и разумеется, никаких практических результатов за этими обещаниями не последовало).
      А Австро-Венгрия, получив вполне конкретное согласие на свои действия, не преминула этим воспользоваться. И тут же объявила всеобщую мобилизацию Сербия! Хотя уж она-то, в принципе, не имела к этим областям ни малейшего касательства. Ведь номинально они принадлежали не ей, а Турции. А фактически, находились под управлением Австрии уже в течение тридцати лет. И жители Боснии и Герцеговины против окончательного присоединения отнюдь не выступали - они прожили эти тридцать лет уж во всяком случае не хуже, чем сербы под Обреновичами. Но дело в том, что белградские радикалы сами имели виды на Боснию с Герцоговиной, и австрийская аннексия ударила по их планам. Однако в тот момент было ясно, что Россия, недавно разбитая японцами, да еще и столь глупо санкционировавшая приобретение Вены, никак не сможет поддержать сербов - и боевые действия не начались.
      Зато взамен этой войны, явной, активно развернулась другая - тайная. Балканский регион стал полем активной подрывной деятельности сербских спецслужб, всеми силами пытавшихся дестабилизировать обстановку. Эти службы тоже возникли на базе бывших заговорщических организаций, поэтому имели и наработанный опыт конспирации, и профессиональные навыки подпольной борьбы. Пользуясь своим неограниченным влиянием в государстве, они протаскивали субсидии через Скупщину и получали их почти беспрепятственно. На эти средства повсюду возникала густая сеть подконтрольных им организаций "Народна Одбрана", "Уедненье или смрт", "Черная рука", "Белая рука", "Млада Босна" и др. Из Сербии осуществлялось руководство македонскими повстанцами-комитаджами, ее спецслужбы по всем балканским странам создавали легальные издания, культурные и спортивные общества, выступавшие "крышами" для террористических, пропагандистских и агентурных структур. Существовали прочные рабочие контакты с болгарскими и русскими революционерами, в основном, тоже террористического толка - эсерами, анархистами. И пошло... 15. 7. 1910 г. в Сараево сербский студент Б. Жераич стрелял в австрийского губернатора Боснии генерала Верешанина, промахнулся и покончил с собой. Не единожды готовились покушения на болгарского царя Фердинанда. Вовсю расцветали и распространялись различные заговоры.
      В 1911 г. разыгралась война Италии и Турции за африканские владения Османской империи. Турки ее проиграли и вынуждены были заключить Лозаннский договор, уступающий итальянцам Ливию. Но прямо в день заключения этого договора, 9. 10. 1912 г., наглядно убедившись в слабости Турции, против нее начали войну страны Балканского союза - Сербия, Болгария, Греция и Черногория. Кстати, начали вопреки политике России. Нота российского министра иностранных дел Сазонова, переданная в Белград, гласила: "Категорически предупреждаем Сербию, чтобы она отнюдь не рассчитывала увлечь нас за собой...".
      Но горячие головы это ничуть не охладило - они сочли, что и сами справятся. Громя турок, захватили у них. Македонию, Фракию, Эпир, часть Албании. И мир снова оказался на грани большой войны. И Австрия, и Италия, обеспокоенные развитием конфликта, готового перекинуться на зависимые от них территории, уже разворачивали на границах армии, готовые вмешаться. Но по инициативе России в Лондоне удалось созвать международную конференцию для мирного урегулирования кризиса. По ее решениям Турция теряла почти все европейские владения, получала независимость Албания. Однако едва лишь дошло до раздела территориальных приобретений между победителями, как они сами передрались между собой. 29. 6. 1913 г. Сербия, Греция и Черногория набросились на Болгарию, захватившую больше других. К ним тут же присоединилась Румыния и даже недавняя противница Турция. За какой-нибудь месяц Болгария была разгромлена и капитулировала, уступив по Бухарестскому договору румынам - Южную Добруджу, грекам - Южную Македонию и часть Фракии, сербам - Северную Македонию.
      В итоге двух Балканских войн главный территориальный выигрыш достался Сербии. Но это лишь разожгло аппетиты экстремистов, увидевших в победах и прирезанных землях новую благоприятную предпосылку к созданию "Великой Сербии". Их амбиции раздувались всеми средствами пропаганды, возводясь в ранг национальной идеи. Да и международная обстановка постепенно менялась в пользу осуществления этих проектов. С одной стороны, росли и накапливались противоречия между французско-российской и германо-австрийской коалициями. С другой, Франция вкладывала все большие средства в сербскую промышленность, банки и вооружение - стараясь распространить на страну свое влияние, но одновременно и сама привязываясь к ней собственными инвестициями. С третьей - Россия отходила от шока дальневосточных поражений и восстанавливала военный потенциал...
      И вот летом 1914 г. Австро-Венгрия запланировала маневры своих войск в Боснии, инспектировать которые должен был сам главнокомандующий и наследник престола эрцгерцог Франц Фердинанд. Сербия немедленно подняла шум, что под видом маневров готовится агрессия против нее. Что, разумеется, не соответствовало действительности. Это были обычные летние учение частей местных гарнизонов, никакой повышенной концентрации войск там не наблюдалось, поэтому ни одну из великих держав сами по себе маневры ничуть не обеспокоили. Но для взвинчивания настроений внутри собственной страны и мобилизации подведомственной спецслужбам сети тайных организаций подобная версия сгодилась. А 15. 6. 1914 г. в Белграде вдруг произошел еще один переворот - военная клика вынудила умеренного Петра отречься от престола в пользу своего ставленника Александра. И меньше чем через две недели грянул теракт в Сараево...
      2. Детонатор
      Мишень для покушения была выбрана отнюдь не случайно. Ведь Боснию посещали и другие высокопоставленные лица Австро-Венгрии, например в 1910 г. - сам император Франц Иосиф. Однако даже на него столь масштабной и целенаправленной охоты не велось. Почему? Как ни удивительно на первый взгляд, но Франц Фердинанд стал жертвой убийц во многом из-за того, что считался в империи главой... прославянской партии.
      Да, многонациональную Австро-Венгрию называли иногда "тюрьмой народов". (Как, кстати, и многонациональную Россию. И называли, естественно, заведомые недоброжелатели. Ведь никто почему-то не называл "тюрьмами народов" Британскую империю, Францию или США. Хотя надо думать, киргизу или эстонцу в России, чеху или хорвату в Австро-Венгрии, жилось не в пример лучше, чем индусу и бушмену под владычеством Англии, алжирцу и вьетнамцу под владычеством Франции, не говоря уж об американских индейцах). Но как бы то ни было, полными политическими правами в этом государстве пользовались лишь два народа, австрийцы и венгры, имевшие собственные правительства и парламенты под эгидой единого императора, из-за чего прочие нации оказывались в ущемленном положении.
      Франц Фердинанд был умным человеком, хорошо понимал, насколько подобное положение ослабляет империю, насколько внутренние трения и напряжения делают ее уязвимой для внешних ударов. Он вынашивал программу радикальных реформ в национальном вопросе и реорганизации дуалистической монархии в триалистическую "Австро-Венгро-Славию", где получили бы равные гражданские права и славянские народы - хорваты, чехи, поляки и др. Впрочем, наверняка это объяснялось не только холодным политическим расчетом, как почему-то привыкли изображать многие исследователи. Его позиция по славянскому вопросу явно определялась и вполне обычными, искренними человеческими чувствами. Ведь он и женат был на славянке - София Хотек была чешкой по национальности, из-за чего эрцгерцог имел немало жестоких конфликтов с родней. Император Франц Иосиф даже пытался упечь ее в монастырь. Запускались всевозможные слухи и сплетни, плелись придворные интриги, и после всех потуг расстроить этот альянс был разрешен только морганатический брак. Но любовь оказалась сильнее, и преграды, которые пришлось преодолеть, сделали их узы только прочнее. Не в пример царившему в высших кругах разврату, они жили душа в душу, дружной и прочной семьей, имели трех детей.
      Франц Фердинанд и в других отношениях проявлял себя незаурядной личностью. В русских газетах о нем писалось: "Он терпеть не может азартных игр, не любит официальных приемов, презирает банкетные речи, которые ненавидит больше всего".
      Зато был очень любознательным и высококультурным человеком. Он много путешествовал, объехав почти все страны мира, очень любил ходить по музеям и слыл великолепным специалистом в области истории. По внутреннему складу романтический мечтатель, а по службе умел быть заботливым и внимательным начальником, лично вникая в каждую мелочь. Что, кстати, было совершенно не характерно для большинства австро-венгерских офицеров, а уж тем более знати - в их среде господствовало пренебрежительно-барское отношение к своим обязанностям и нуждам подчиненных. Поэтому поведение эрцгерцога вызывало порой и удивление, и пересуды - например, при посещении броненосца он считал своим долгом лично облазить все отсеки вплоть до трюмов и кочегарок, а при посещении воинской части сам проверял, достаточно ли удобны солдатские матрацы и не брезговал пробовать пищу рядового состава.
      Наследником престола он стал в двадцатидевятилетнем возрасте, в 1896 г., когда умер его отец эрцгерцог Карл Людвиг - брат императора, считавшийся наследником до этого. В 1898 г. Франц Иосиф разделил с племянником верховное командование вооруженными силами. И постепенно Франц Фердинанд начал набирать все больший политический вес, подменяя престарелого императора в делах практического управления. И при таких личных качествах эрцгерцога было вполне вероятно, что, заняв престол, он и в самом деле сумеет оживить и укрепить империю, энергичными реформами влить в нее новую жизнь, а в том числе ликвидирует и национальное неравенство путем реализации своей идеи об "Австро-Венгро-Славии". Казалось бы, что еще надо для поборников славянских интересов? Да только вот улучшение и упрочение положения славян в составе Австро-Венгрии совершенно не устраивало белградских радикалов. Ведь по планам этих радикалов, единственной защитницей прав всех южных славян и выразительницей их национальных чаяний предполагалась "Великая Сербия". Но кому будет вообще интересна подобная идея, если надежды на равноправие увяжутся с наследником престола, а все трения уладятся мирным путем? Учитывая и то, что с материальной точки зрения Австро-Венгрия наверняка сможет обеспечить своим подданным более богатое и благополучное существование, чем полувоенизированная Сербия? И судьба эрцгерцога была решена.
      Историческое осмысление событий в Сараево началось тогда, когда Австро-Венгрии уже не существовало, и велось, в основном, ее противниками. Поэтому еще с Мировой войны и с шуточек Гашека привилась нелепая и, с документальной точки зрения, совершенно неоправданная традиция изображать фигуру Франца Фердинанда лишь бездушными и часто карикатурными штампами. На самом деле он этого отнюдь не заслужил. Даже если не учитывать всего изложенного выше, в ходе самих трагических событий он проявил и заслуживающее глубокого уважения гражданское мужество, и личный героизм. Где-то произошла утечка информации о готовящемся покушении, и накануне визита в Боснию он получил несколько предупреждений. Далеко не все политические силы Белграда сочувствовали заговорщикам - например, премьер-министр Пашич. Он известил верного ему сербского посланника в Вене Иовановича, и тот при встрече с австрийским министром Леоном Билинским намеками дал понять, что в Сараево эрцгерцогу может угрожать опасность. Очевидно, подобные сведения дошли и до МИД России от посла в Белграде Н. Г. Гартвига. Во время визита министра иностранных дел Сазонова в Румынию он там вдруг задал вопрос министру Братиану: "Что произойдет, если Франц Фердинанд будет убит?"
      Для сферы высокой дипломатии яснее и быть не может. Открытым текстом. Кстати, из факта огласки видно и то, что Россия стремилась предотвратить инцидент.
      Тем не менее, эрцгерцог не отказался от запланированной поездки и встречи с населением Сараево - ведь кроме инспектирования маневров, мероприятие носило важнейший внутриполитический характер. Франц Фердинанд ехал как раз к тем подданным, права которых отстаивал и с которыми надеялся найти пути сближения. По прибытии в Боснию эрцгерцог с женой остановились в курортном местечке Илидже и сначала посетили Сараево инкогнито, приехав туда 25.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56