Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Человек с кольтом (№2) - Серебряная леди

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Поттер Патриция / Серебряная леди - Чтение (стр. 2)
Автор: Поттер Патриция
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Человек с кольтом

 

 


Салун выглядел гостеприимно, даже дружелюбно. Такое чувство впервые возникло у Марша в заведении подобного толка. Недалеко от входной двери находился уставленный кушаньями стол. По свободному пространству зала были разбросаны столы и стулья для гостей. Немногочисленные мужчины — некоторые в компании хорошеньких девушек из заведения — потягивали через соломку охлажденные напитки, редкое нововведение в сапунах Запада, и Марш предположил, что стоимость льда измеряется астрономическим числом.

Стоило Маршу приблизиться к стойке и присесть, как перед ним, словно из-под земли, появился улыбающийся бармен:

— Что прикажете, мистер?

— Виски, — бросил Марш.

Мужчина понимающе кивнул и налил солидную порцию виски в кристально чистый бокал. Марш был потрясен. В салунах Запада чистота была редкостью. Марш сделал глоток и вынужден был отдать должное отменному вкусу напитка, крепкого, неразбавленного.

— Вы недавно в нашем городе? — поинтересовался бармен.

Марш кивнул. Бармен, неплохо вышколенный и обученный, когда следует поддерживать беседу, а когда лучше от нее воздержаться, ограничился вопросом:

— Еще стаканчик?

Марш снова кивнул. Ему было полезно принять внутрь, чтобы сравнение «Серебряной леди» со «Славной дырой» не было чересчур болезненным.

К Кантону нерешительно приблизилась молодая светловолосая женщина.

— Вы не будете возражать, если я присоединюсь к вам?

Марш пристально разглядывал девушку. Она, как и виски, была «супер», выше всяких похвал. Ей было лет восемнадцать или около того. Ему нравились женщины постарше, но она была нежна и прелестна, и от нее исходило трепетное чувство незащищенности. У этого создания были выразительные глаза кофейного цвета, а в ее улыбке беспомощная искренность и отсутствие опыта девушки из заведения. Если бы Марш хотел разделить с девушкой компанию, он бы выудил кое-какие сведения из нее об этом заведении и его хозяйке, но он был в дурном расположении духа. Вид разрушенного салуна всколыхнул запретные воспоминания, а сознание того, что его надул жалкий, проигравшийся картежник, подпитывало нарождающийся гнев.

Марш посмотрел в лицо девушки. Их глаза встретились, и в ее взгляде он прочитал знакомое ему смятение. Философы говорят, что глаза — это зеркало души, а про свою душу он точно знал, что она черна, как сам грех. Не много людей могли выдержать его взгляд. Адвокат Скотт был одним из немногих, но и он чувствовал себя не в своей тарелке, когда им пришлось скреститься взглядами.

Молодая женщина отошла немного назад, хотя продолжала вопросительно поглядывать на Кантона.

«Почему бы и нет?» — неожиданно подумал Марш и изменил первоначальные намерения. Девушка была очень необычной. Непохожей на других. Но не может же она быть такой застенчивой, какой кажется, если работает в салуне. Может, ему повезет, и он разузнает что-нибудь новенькое о Ледяной Королеве, которой, очевидно, в эти утренние часы в заведении не было.

Марш кивком подозвал девушку, жестом — бармена и, не спуская с нее глаз, спросил:

— Чего бы вам хотелось?

— Шампанского, — ответила она слегка дрожащим голосом. «По цене это не дороже чая», — подумал Марш и заказал бармену бокал шампанского для женщины и еще пару стаканов виски для себя. Это будет его сегодняшней дозой. Как всегда. Стакан еще не дрожал в его руке, но человеку с его профессией не следует распускаться. Слишком часто лишь доли секунды отделяют жизнь от смерти.

Когда спиртное было готово, Марш взял стаканы и бокал и последовал за девушкой к столику. Она присела и дрожащими пальчиками приняла бокал.

— Меня зовут Молли, — представилась девушка, ожидая, что клиент назовет свое имя.

— Кантон, — отрывисто бросил Марш, надеясь, что его не опознают. Сомнительно, чтобы кто-нибудь заинтересовался им — он никогда не работал в Калифорнии, но здесь кто-то пустил о нем душераздирающую байку. В основном — выдумка, но кое-что соответствовало действительности.

— Это первое или последнее имя?

— Просто Кантон — и все, — хмыкнул Марш.

Девушка совсем разнервничалась.

— Вы здесь впервые?

Он слегка улыбнулся в ответ и кивнул.

Молли нервничала, прятала глаза, совершенно сбитая с толку тем, что читала в его глазах и улыбке. Девушка прикусила губку, потом сделала крохотный глоток. Марш с интересом наблюдал за ней. Она ничем не походила на обычных девушек из заведения, которых он встречал раньше. Слишком уж неуверенно она себя чувствовала. Интересно, есть ли наверху потайные комнаты для интимных встреч, торгует ли Ледяная Королева девушками, как она торгует спиртными и азартными играми. Для него это был предмет интереса, а не желания. Марш был заинтригован. Застенчивая, пугливая девушка из салуна встретилась ему впервые.

Марш ждал следующего вопроса, не пытаясь облегчить участь девушки, и не отводил тяжелый, испытующий взгляд. Это было не в его правилах — облегчать людям жизнь. Девушка, казалось, лишилась дара речи, может потому, что была несообразительной, может потому, что он ее запугал. Одна ее рука лежала на столе, второй она сжимала пустой бокал.

Марш постарался улыбнуться как можно искренней. Он предполагал, что это успокоит ее, но эффект оказался прямо противоположным: бокал разлетелся вдребезги, поранив ей руку. Девушка вскрикнула от неожиданности, и возле нее мгновенно оказался бармен. Он не спускал с Марша пристального свирепого взгляда, пока перевязывал Молли руку.

— Ах, Молли, — с искренним сожалением проговорил верзила, — я схожу за Каталиной.

Марш уселся за стол, с любопытством наблюдая за происходящим. Скромная девушка из заведения. Бармен — опекун. Странно. Марш осмотрелся. Взгляды посетителей салуна были устремлены на него.

Он услышал какой-то шум наверху и бросил взгляд на лестницу, по которой торопливо спускалась женщина.

Ни одна представительница слабого пола не смогла внушить ему благоговейного страха. Бог свидетель, он повидал на своем веку немало женщин, многих без труда уложил в постель, но, не кривя душой, он мог утверждать, что женщина, которая спускалась по лестнице, была уникальной, единственной в своем роде, но почему — этого он не мог понять.

А вот почему ее называли Ледяной Королевой, он понял сразу. Совсем не из-за цвета волос. Он предполагал, что хозяйка салуна голубоглазая блондинка. В действительности ее волосы оказались не светлее его собственных, а глаза сверкали зелеными изумрудами. И тем не менее не красота была причиной прозвища. Ледяная Королева спустилась в зал, и вместе с ней спустилось некое холодное сияние, свечение, окружающее ее и отделяющее от всего мира.

Мысль была столь быстрой и точной, что Марш поразился. Женщина заинтриговала его. Очаровала его. Очень мало приятных событий было у Марша за последние дни, и внезапно возникший интерес удивил даже его. Женщина приблизилась, и он встал.

Все внимание ее было сосредоточено на Молли и на окровавленной салфетке.

— С тобой все в порядке?

Молли кивнула, пристыженно и слегка испуганно глядя на Каталину.

— Да. Это просто небольшой порез… Извините.

Кэт осторожно сняла повязку и внимательно осмотрела рану. Затем она перевела взгляд на Марша, как будто только что заметила его. В ее зеленых глазах бушевал гнев.

— Это случилось по вашей вине?

За свою долгую изломанную жизнь Марш был повинен во многих неприятностях, но причинить боль женщине… Он весь подобрался и насторожился.

Но тут вмешалась Молли.

— Нет, нет, мисс Каталина… Этот человек не сделал ничего плохого… Я нервничала… и сама разбила бокал…

Марш отдал должное честности и мужеству девушки.

— Он тебе ничего плохого не сказал? — не унималась Каталина.

Молли отрицательно покачала головой.

Тогда женщина повернулась к бармену:

— Помоги ей подняться и пошли Вильгельмину за доктором.

Наконец, она остановила свое внимание на Марше, рассматривая его так пристально, как рассматривают насекомое под микроскопом.

Обычно Марш и сам так же медленно и внимательно изучал людей. Он не был уверен, что смена ролей пришлась ему по душе.

— Мистер?..

— Кантон, — быстро ответил он. — А вы, должно быть, Каталина Хилльярд?

На этот раз насторожилась она. Было ясно, что она привыкла управлять ситуацией, и так же ясно, что сейчас штурвал управления переходил из рук в руки.

— Я не позволю грубо обращаться с девушками, которые здесь работают, — холодно отчеканила Каталина.

Марш удивленно изогнул бровь и изрек:

— Это нечасто встречается в заведениях такого рода. Так или иначе, я надеюсь, что любой из посетителей подтвердит, что не я являюсь причиной неприятности. — Голос Марша приобрел твердость. — И мне нет дела до того, что показалось вам.

Их взгляды встретились, скрестились, и война началась. В этой молчаливой схватке они испытывали и прощупывали друг друга. Две сильные воли приноравливались одна к другой, испытывали одна другую. Марш чуть не утонул в ее бездонных глазах, которые тем не менее не выдали ни единого чувства, ни единого движения души.

Зато Марш успел хорошо рассмотреть ее прекрасно вылепленное лицо. Он попытался определить возраст собеседницы, но обнаружил, что не может этого сделать. Она принадлежала к немногочисленной группе женщин без возраста, черты лица которых скрывали количество прожитых лет. Ее настороженные глаза были глазами опытной женщины, и несколько морщинок, которые Каталина и не думала скрывать, разбегались из уголков зеленых изумрудов. То, что эти морщинки не были следами постоянного смеха, было ясно даже недалекому уму.

Марш знал, что Каталина так же холодно, методично анализирует его внешность и поведение, как он ее, и знал, что в ней достанет опыта и чувства, чтобы определить в нем убийцу. Странным было только то, что это не испугало ее, когда догадка о его занятиях достигла ее сознания и отразилась в глазах. Марш предполагал, что участвует в процессе взаимного узнавания, просвечивания друг друга, который позволит им в дальнейшем опасаться, но не бояться друг друга.

Неожиданно Каталина расслабилась.

— Вы, наверное, ненадолго приехали в Сан-Франциско, мистер Кантон?

Марш пожал плечами.

— Я подумываю об открытии собственного дела здесь.

— Того же дела, которым вы занимались раньше?

Он улыбнулся.

— Не совсем.

Вдруг они оба ощутили тепло. Необычное тепло. Опасное тепло. Такое же он чувствовал на Среднем Западе незадолго до землетрясения.

Каталина чувствовала то же самое. Он мог с определенностью судить об этом по выражению ее лица.

— Мне нужно пойти взглянуть на Молли, — женщина направилась было к лестнице, но неожиданно повернулась и взглянула на Марша. — Она здесь недавно, — добавила она тоном разъяснения, но отнюдь не извинения. — Выпивка за счет заведения.

Марш низко поклонился, как делал это в Джорджии много лет назад. Жизнь назад. Он был выходцем из семьи плантаторов, учащимся юридической школы в Вирджинии. У него были изысканные манеры и бесчисленное количество талантов: он отлично скакал на лошади, метко стрелял и в то же время прекрасно играл на пианино и был усерден в изучении юриспруденции.

У него были великолепные задатки, которые надо было развивать.

Но разразилась война и оставила в нем только те способности, которые были направлены на самовыживание и уничтожение противника.

Каталина поспешила наверх. Шелковое темно-зеленое платье плавно колыхалось и подчеркивало безупречную изящную фигуру.

Марш был так поглощен наблюдением за ее лицом, что почти не обратил внимания на все остальное. Воротничок платья был достаточно широк, а рукава скрывали руки. Подобная одежда была весьма скромна для содержательницы салуна, но, почувствовав пульсирующую тяжесть в паху, Марш неожиданно понял, что скромная одежда может быть более возбуждающей и вызывающей, чем бесстыдная нагота.

Марш сел и вытянул под столом длинные ноги. Каталина очаровала его, как, судя по словам адвоката, она очаровала многих в Сан-Франциско. Иначе у нее не было бы той власти, которой она обладала.

Она являла собой сложное переплетение взаимоисключающих черт: искреннее сострадание к Молли и настоящую ненависть к нему к моменту их знакомства. Но в ее глазах была такая холодность, какую ему едва ли доводилось встречать в женщинах.

Каталина Хилльярд была интересной. Невероятно интересной. Марш почувствовал намек на возбуждение, впервые за долгое время. А он уже было подумал, что все человеческие чувства умерли в нем. Но нужны ли они ему? Может ли он их себе позволить?

Может, и нет. Но чувствовать хоть что-нибудь лучше, чем ощущать абсолютную пустоту, в какую превратилась его жизнь несколько лет назад. Ощущение душевного вакуума не отпускало его, не давало покоя, пожирало его изнутри с тех пор, когда, убив человека, он обнаружил, что не способен чувствовать. Он не испытывал ни сожаления, ни боли, ни даже облегчения от того, что это не он, а другой человек лежит мертвым на улице, или в горячей пустыне, или на одинокой скале. Это безразличие погубило бы его скоро. Очень скоро.

Бог свидетель, он может потратить деньги, которые у него есть.

Если он прогорит с салуном, то в Колорадо он может запросить любую, самую баснословную цену за свою работу.

Его воображение рисовало красочные картины изобилия и довольства. Интересно только — пронеслось у него в голове, — действительно ли он хочет начать новую жизнь или желает проверить, сможет ли заставить растаять Ледяную Королеву.

* * *

Кэт вместе с Молли ждала доктора, однако мысли ее оставались в салуне… с незнакомцем.

Она никогда не сможет забыть его лица, слишком красивого для мужчины, но абсолютно бездушного. Она никогда не забудет его стройной, упругой, подтянутой фигуры, облаченной в черное, его потертого ремня для винтовки или револьвера — в общем, опасности, витающей над ним. Большинству мужчин Каталина не находила в жизни подходящего применения, считая их бесполезными существами, а уж смазливым мужчинам — тем более.

Какое дело может он открыть в Сан-Франциско? Не имеющее ничего общего с респектабельностью, в этом она была уверена. Ну, она сама-то была не очень респектабельной дамой, и у нее, конечно, не было никакого права судить других. Но почему ей никак не выбросить незнакомца из головы? В нем было нечто, что ставило ее в тупик, сбивало с толку. Должно быть, это следствие внезапно возникшего желания. Такого с ней никогда не случалось, несмотря на то, что…

Нет, это не может быть желанием, внушала Каталина сама себе. Не может быть.

Собрав всю свою волю, она на время изгнала посетителя из своих мыслей. И вздохнула. Что же делать с Молли?

Девушка, сжавшись в комок, сидела на стуле, комкая окровавленную салфетку. Ее глаза молили о пощаде, как глаза подстреленной лани.

У Кэт была идея использовать Молли как девушку, развлекающую клиентов. К сожалению, одним из первых клиентов Молли оказался человек, который мог бы испугать или смутить даже опытную женщину.

Боже! Ну зачем она снова думает о незнакомце?!

Каталина вновь попыталась сосредоточиться на мыслях о Молли. Кэт в своих собственных глазах была человеком бессердечным, чужое горе ее не трогало, но Молли задела какую-то потаенную струнку в ее сердце. Может быть, Молли напомнила Каталине себя, какой она была много лет назад. Запуганная, застенчивая. Бездомная.

Кэт не знала историю Молли, но во время их первой встречи в глазах девушки Ледяная Королева прочитала страх, рожденный плохим обращением, унижением, угрозами, и у нее появилось желание защитить это несчастное создание. Каталина знала, что Молли, отчаявшаяся найти работу и кров, будет за это благодарна.

Молли была непохожа на других женщин из «Серебряной леди». Работавшие здесь девушки прошли придирчивый отбор Кэт. Все они были привлекательными, разговорчивыми, живыми и опытными. Кэт платила им вполне достаточно для того, чтобы у них не появилось желания приторговывать собственным телом, и многие из них в конце концов выходили замуж за постоянных клиентов «Серебряной леди».

— Мне очень неудобно, — несмело произнесла Молли. — Он старался быть любезным, мне кажется, но…

Кэт поняла. Она ведь уже успела заглянуть в глаза незнакомцу. Но, в отличие от Молли, Каталина не испытывала страха. Она знала, что ей бросили вызов. Но когда их взгляды встретились, скрестились, она опустила глаза первой… Просто тело перестало ей подчиняться.

Интересно, придет ли он снова.

Она надеялась, что нет. Ей не нравились безрассудные чувства, которые незнакомец пробудил в ней.

Кантон. Он сказал, его зовут Кантон.

Где же она слышала это имя?

* * *

Марш вернулся в офис адвоката. Ему пришлось подождать в приемной, но это время он потратил на то, чтобы мысленно сделать ремонт и улучшить планировку «Славной дыры».

Освободившись и проводив клиента, адвокат кивком головы пригласил Марша в кабинет.

— Оформляйте документы, — приказал Кантон.

— Вы все-таки решили вступить во владения салуном?

Марш кивнул.

— Вы исправно выполнили долг, предупредив меня обо всем. И я согласен, что помещение в ужасающем состоянии. Но я уже связан обещанием.

— Обещанием? — изумился Скотт.

— Да… в некотором смысле, — на лице Кантона появилась улыбочка, способная охладить пекло ада. После нее у адвоката не должно было больше возникнуть вопросов.

Тем не менее Дэйвид Скотт отважился еще на один:

— Вы были в «Серебряной леди»?

В глазах клиента появился стальной блеск. Он кивнул.

— И вы не изменили своих намерений?

— Мне кажется, — задумчиво произнес Марш, — в этой части города достаточно места для самых разных питейных и развлекательных заведений.

Дэйвид Скотт пожал плечами. Его совесть была чиста. Он обо всем предупредил Кантона.

— Я оформлю документы на ваше имя сегодня же. Какое имя вы хотите указать в бумагах?

— Просто Кантон.

Скотт запротестовал. Марш замялся в нерешительности. Может, ему представляется случай проверить честность и надежность адвоката.

— Видите ли… моя репутация такова… что мне бы хотелось избежать огласки и лишней рекламы…

— У вас есть второе имя?

— Тэйлор.

— Тогда я укажу его.

— Хорошо. Ну, а теперь скажите мне, где можно нанять хороших плотников?

* * *

Кэт вновь проснулась от стука. Она уже успела привыкнуть к громыханию сорвавшейся вывески, но сегодня шум был совсем другой. Не так редко. Ритмично. Как будто его производила человеческая рука, а не слепая природа.

У Каталины Хилльярд появилось очень дурное предчувствие.

Она соскочила с постели. Раннее утро. Очень раннее. А у нее была утомительная бессонная ночь. Каталина подошла к окну.

Бригада плотников трудилась в «Славной дыре».

Вывеска была на месте, буквы на ней сияли новой краской.

Кэт молча выругалась.

И приготовилась к очередному сражению.

Глава третья

Марш с удовольствием наблюдал за работой по обновлению салуна.

Несмотря на то, что Дэйвид Скотт относился к делу Марша с изрядной долей скептицизма, он помог найти хороших рабочих. Сразу после того, как Скотт оформил все документы, Марш встретился с мастером, и на рассвете следующего дня работа закипела.

Марш расстался со своим черным одеянием, как он надеялся расстаться со своим прошлым. В плотной рабочей одежде он чувствовал себя вполне комфортно, хотя с ружейным ремнем он все еще не решался расстаться. Винтовка была довольно громоздкой и виднелась из-под одежды. Слишком долго Марш ходил по краю пропасти, чтобы в одночасье расстаться с оружием.

Да и враги у него еще оставались.

Над головой нежно-голубое небо. Солнце нерешительно проглядывало сквозь колеблющийся туман. Ветер нес с моря утреннюю свежесть. После зноя равнин Колорадо, Техаса и Аризоны Марш наслаждался прохладным воздухом. Иногда, правда, океан обрушивал на город холодные порывы ветра.

Маршу нравился напряженный ритм жизни Сан-Франциско, внутренний подъем, который он здесь испытывал, и он ценил терпимость горожан.

Собака, которую обнаружил Марш во время первого посещения, оказалась здесь и в этот раз. Она щурилась на хозяина из-под сваленных у стены досок. Но Марш чувствовал, что пес имеет не меньше прав на это помещение, чем он, а может быть, и больше.

Марш прошел в глубь салуна. Плотники чинили двери, ставни, подоконники. В Кантоне проснулось давно забытое чувство собственника. Со времен войны и до настоящего времени у него во владении были лишь лошади, седло и винтовка.

Марш прикидывал, что нужно еще сделать. Стены можно пока оставить как есть. Что ему нужно, так это мебель: столы и стулья. Новое пианино. Стаканы. И конечно, спиртное. Дэйвид снабдил его списком возможных поставщиков.

Еще ему нужны люди.

Он сказал Дэйвиду, что хотел бы открыть сапун через пару недель.

В течение последних пятнадцати лет он почти не общался с людьми. У наемных убийц не бывает друзей: может так случиться, что в один прекрасный день вам придется пристрелить лучшего друга.

Так случилось у него с Лобо. Несколько раз судьба чуть было не столкнула их в поединке. И тем не менее, когда Лобо отошел от дел, он нашел Марша, чтобы тот охранял его, чтобы Лобо не убили и не выследили. После того, как Лобо пристрелили и изуродовали, он не без помощи парней из Колорадо сфальсифицировал свою собственную смерть. Он завещал Маршу все свое имущество и принял имя Джесс Мартин. Марш взял себе часть денег, а остальное отослал прежнему владельцу на новое имя.

Вспомнив мистическое превращение беспринципного отщепенца в респектабельного гражданина, Марш усмехнулся. Марш думал, что сам он не смог бы так резко, раз и навсегда, изменить свою жизнь. В конечном счете он был старше Лобо и значительно опытнее. Его часто занимал вопрос, у кого из них реакция лучше. Теперь он этого никогда не узнает. А он не испытывал сожаления. Марш уважал Лобо за профессионализм, за холодный ум. Оба они числились среди еще немногих «профи», и когда Лобо удалился на покой, Марш почувствовал, что пришло время и ему подумать о старости.

Через только что вставленное оконное стекло Марш бросил взгляд на дом напротив. В оконном проеме соседнего дома с распущенными волосами в пеньюаре стояла Каталина Хилльярд. Высокая, стройная, она казалась сотканной из небесного эфира. Подумав так, Марш криво ухмыльнулся. На призрак она не похожа.

* * *

— Интересно, кто осмелился возрождать «Славную дыру», — ломала голову Каталина.

Она потянулась и подумала, что следовало бы послать Тедди разузнать, что там происходит. Тедди был единственным человеком кроме Бэна Эбботта, которому она доверяла, Бэн умер много лет назад.

Подумав о Тедди, Каталина вспомнила и о Молли. Тедди старался скрывать свои чувства, но каждому было ясно, что он влюблен в девушку. Огромный, неуклюжий Тедди, в чьи обязанности входило следить за порядком в салуне, в действительности был нежен и мягок, как котенок. Но внешность имел угрожающую.

Бросив последний взгляд на новых захватчиков салуна, Каталина быстро переоделась в строгую белую блузку и зеленую юбку и спустилась вниз. «Серебряная леди» уже сверкала чистотой, только стулья еще нелепо громоздились на столах. Полы были только что протерты влажной тряпкой, и запах мыла вытеснил тяжелый дух ночного веселья.

Тедди вышел из задней комнаты, где стояли ящики с пивом и виски. Он был удивлен столь ранним появлением хозяйки.

— Очень шумно, — объяснила Каталина.

На лицо Тедди легла тень озабоченности. Он тоже видел, что салун через дорогу ожил, и ничего хорошего от этого не ждал. Будут неприятности. И перемены. Перемены его не очень беспокоили.

— Вы хотите, чтобы я разузнал, что там происходит?

Он мог и не задавать вопросов. Он был с Каталиной Хилльярд со дня открытия салуна, знал ее, очевидно, лучше других и был уверен, что Кэт хочет быть в курсе каждого, даже незначительного события, связанного со «Славной дырой».

Женщина кивком подтвердила его догадку. Теодор Браун застегнул куртку, нахлобучил на вьющийся затылок шляпу и направился к двери. Его шаги с грохотом отдавались во всем доме, но он был быстрее ветра, когда требовалось утихомирить разбушевавшегося посетителя и восстановить порядок.

Кэт прошла в кухню. Тедди — друзья звали его Тедди, что намного больше подходило ему, чем Теодор, — успел затопить печь и поставить на огонь кофейник. Кофе будет таким же черным, как глаза незнакомца, подумала Каталина, удивляясь, почему ей никак не удается выбросить из головы мужчину, чертовски привлекательного, но со взглядом, вызывающим озноб. Конечно, она и раньше встречала привлекательных мужчин — ее последний муж был обезоруживающе красив, — но они по большей части вызывали неприязнь у Каталины. Она поежилась, вспомнив ночь, когда она раскусила мужа; человек, в ком она хотела видеть своего защитника, отдал ее в счет долга картежнику, которому спустил все свое состояние. Это предательство ошеломило ее, и с тех пор она доверяла только двум мужчинам — и то после долгих лет бдительной настороженности.

Незнакомец, наверное, никогда не придет в «Серебряную леди». Он только недавно появился в городе, Каталина была уверена в этом. Только приезжий мог так самоуверенно, не скрывая, носить оружие. Он был из тех, чье присутствие не остается незамеченным, и слухи о нем, несомненно, дойдут и до «Серебряной леди».

Было и еще над чем поразмыслить. Почему ей ничего не было известно о готовящемся возрождении «Славной дыры»? Раньше, бывало, ее поставщики, или городские власти, или полиция сообщали ей о претендентах на салун задолго до его открытия.

Два салуна по соседству… Такая близость не будет способствовать процветанию, и цели своей Каталина достичь не сможет. Нет, «Серебряная леди» не будет соперничать с заведением, где разбавляют виски водой, а девушки выходят к клиентам совсем не для поддержания дружеского разговора. Именно так пытались поддержать свой бизнес бывшие владельцы «Славной дыры». Слава этого салуна привлекала в их часть города грубых простолюдинов, умаляла репутацию «Серебряной леди», завоеванную тяжелым, каждодневным трудом, и, конечно, снижала доходы.

Каталина сама налила себе чашечку крепкого кофе. Скоро появится повар, чтобы приготовить закуски. «Серебряная леди» откроется через два часа. В разные дни доход был разный. Вслед уходящему дню наступит вечер, когда надо быть вежливой и обворожительной с клиентами. Каталина брезгливо поморщилась, подумав о бесконечной пытке быть любезной с мужчинами, когда из их глаз сочится вожделение. Хотя это было значительно менее обременительно, чем входить с ними в другие отношения.

Каталина подошла к двери, выглянула и остолбенела от того, что увидела. Возле «Славной дыры» разговаривали двое мужчин. Один в одежде плотника, на другом были брюки в обтяжку и рубаха, которая едва не трещала по швам, не в силах удержать мускулистое тело. В специальном чехле, притороченном к ремню, покоилась винтовка. Незнакомец, кажется, был совершенно безразличен к тому, что оружие совсем не к месту в таком видавшем виды городе, как Сан-Франциско.

Ветер перебирал темные волосы мужчины. Его невозможно было не узнать. Даже издали. Каталина заметила гибкую, элегантную фигуру. То, что именно он находится рядом со «Славной дырой», сразило Каталину наповал.

Незнакомец!

Неужели именно он стал новым владельцем салуна?!

Кэт даже вообразить не могла более неподходящую кандидатуру.

Женщина прямо глаз не могла оторвать от того, что происходило на улице. Она вышла из дома, ее влекло любопытство и желание взглянуть на незнакомца. Чтобы остаться честной перед самой собой, Каталина вынуждена была признаться себе в своем любопытстве. Она старалась не лгать себе. Половину своей жизни Ледяная Королева потратила на то, чтобы не видеть правды, избегать ее, а потом долго и тяжело училась смотреть правде в глаза.

Каталине совсем не нравился собственный необычный интерес к незнакомцу, но наличие его было фактом, и было легче удовлетворить любопытство, проанализировав причины его появления, чем позволить измучить себя.

Кэт знала, что Кантон почувствовал ее приближение, хотя стоял спиной к ней. Как-то неуловимо изменился весь его облик: он не то что напружинился, но весь как-то настороженно подобрался. Похоже, у него глаза на спине, подумала Каталина. Она провела полубессонную ночь в раздумьях о незнакомце и о тех флюидах, которыми они обменялись при встрече. Ледяная Королева пыталась определить тип мужчин, к которому принадлежал Кантон. Она сама их разработала, анализируя поведение посетителей салуна. Незнакомец не вписывался ни в одну из приготовленных ему ячеек. И вдруг Каталина припомнила одного наемного убийцу, с ним ей пришлось столкнуться в одном из многочисленных шахтерских городишек, через которые лежал ее путь в Сан-Франциско.

Какое-то неуловимое сходство объединяло этих двух разных мужчин: настороженность в глазах, ощущение, даже привкус смертельной опасности, которая возникает при их приближении.

Но зачем он приехал в Сан-Франциско?

А самое главное — что он делал в «Славной дыре»?

Незнакомец обернулся, смерил женщину двусмысленным взглядом, и в его глазах вспыхнуло неподдельное восхищение. Но от этого улыбка не перестала быть зловещей.

Он поклонился ей с насмешливой галантностью. Было похоже, что он продолжает ее проверять, прощупывать.

— Мисс Хилльярд, не так ли? — протянул незнакомец, и Каталина по произношению попыталась определить штат, откуда он прибыл. Ей показалось, что он говорил с южным акцентом, но полной уверенности у нее не было. С такой же вероятностью это мог быть и Техас, и какой-нибудь другой приграничный с ним штат.

— Мистер?.. — забывчивость была просто маленькой военной хитростью. Каталина прекрасно помнила, как его зовут.

— Кантон, — подсказал он, и усмешка на губах свидетельствовала о том, что для него не составило труда разгадать ее хитрости.

— Так рано, а вы уже на ногах… — неискренне улыбаясь, пропела Каталина.

— Как и вы, — парировал Кантон.

— Ах, — ворковала женщина, осматривая работу, проделанную всего лишь за одно утро, — но я подозреваю, что вы встали… намного раньше.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21