Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Боевые роботы - BattleTech (№16) - Рукопашный бой

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Милан Виктор / Рукопашный бой - Чтение (стр. 6)
Автор: Милан Виктор
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Боевые роботы - BattleTech

 

 


— Эй, не беспокойся, Абтакха.

— Давайте начистоту. Что это взбрело в ваши тупые головы? Если бы Мачо убил этого голорепортера-гринго, репутации полковника пришел бы конец.

Хотя Кэсси продолжала держать его за волосы, Ковбой попытался встать. Но не слишком удачно, потому что никак не мог вытащить ноги из-под табурета. У

него болело лицо.

— HDLC, Кэсси, — заскулил он, — неужели ты хочешь настучать на нас? Ты мне уже сломала нос.

— Пока еще нет. — Коротким свирепым толчком она снова шмякнула его лицом о стойку. Раздался треск.

— Вот теперь на самом деле сломала.

— У-у-у! — завыл Ковбой и застыл, закрыв лицо руками. Кровь стекала у него между пальцами.

Кэсси свирепо взглянула на Бука Эванса, но тот покачал головой и отступил назад. Она послала взгляд Ребу, который сидел с другой стороны Пейсона. Он просто сидел, уткнувшись носом в свое пиво. Кинжал исчез.

— Пошли, — сказала Кэсси Арчи, — пока я не вырубила еще кого-нибудь из наших. — Она наполнила свою кружку и направилась прочь.

— Эта девчонка хочет меня! — завыл Ковбой за ее спиной. — И она доказала это. У-у-у! Она обернулась и грубо усмехнулась:

— Размечтался, Пейсон! Да если бы твоя правая рука знала, как от тебя отделаться, она сама прикончила бы тебя!

Зрители успокоенно зааплодировали. Измазанное кровью лицо Ковбоя превратилось в маску ужаса.

— Ты хочешь сказать, что я... грязный койот? — произнес он с трагической интонацией.

— Ты сам сказал это, Красный Всадник. Ковбой схватился за сердце окровавленными руками и рухнул на табурет, облокотившись спиной на стойку.

— Прямо в сердце! — воскликнул он.

Кэсси пошла прочь. Пейсон повернулся на вращающемся табурете к стойке, закрыл сломанный нос рукой и застонал.

Арчи шел следом за Кэсси к столу, бросая неуверенные взгляды назад, через плечо.

— Этот человек, которому вы сломали нос, все еще следит за вами, лейтенант Садорн.

— Он просто рассматривает мою задницу, — сказала Кэсси не оглядываясь. — Забудь об этом. И не называй меня «лейтенант». Это напоминает мне о жестянщиках.

— Жестянщиках?

— О водителях роботов.

Он занял место слева от нее.

— Надеюсь, вы не подумаете, что я пристаю к вам, если сажусь так близко, — извинился он. — Но я предпочитаю видеть все помещение.

Она пожала плечами и отхлебнула глоток виски.

— Я очень признателен вам за помощь. Но... не перегнули ли вы палку? Я хочу сказать, что у этих людей весьма грубый и примитивный подход к жизни. А вы на самом деле сломали одному нос, а другого порезали своим необычным кинжалом.

— Ты говоришь о «Кровопийце»? Гуру Джоханн вручил его мне на двенадцатый день рожденья. — Тень промелькнула по лицу Кэсси, словно летние облачка промчались по ясному небу. — Моему ножу двенадцать столетий. Гуру сказал, что мало на свете лезвий имеют женскую душу, но у «Кровопийцы» она на самом деле женская.

Кэсси легко тряхнула головой, словно лошадка, отгоняющая москитов.

— Не беспокойся об этих юнцах. Все уже забыто. Они хорошие приятели, и для них это всего лишь забава — например, подставить тебя под нож Мачо. Они знали, что он не убьет тебя, просто вырежет несколько иероглифов на твоем аккуратном профиле.

Арчи посмотрел на девушку. Он не смог понять выражения ее точеного лица цвета красного дерева. Это беспокоило молодого человека. Раньше он считал, что разбирается в женщинах, особенно в таких красавицах, как его спасительница.

Она вздохнула и откинулась на спинку стула.

— Правда состоит в том, что «Кабальерос» будут стараться отделаться от человека и даже убьют его, если решат, что он нанес им оскорбление. Ну, например, они могут решиться высмеять вас, понимая, что вы имеете право ответить им тем же, и таким образом заставят вас показать, чего вы стоите как человек. Это похоже на ливень в солнечную погоду. Быстро начинается и внезапно кончается. Мы не держим зла друг на друга.

Она отхлебнула еще виски, сделав паузу.

— До тех пор, пока нас на это не вызывают, — добавила она. — Это верно, как то, что между нами и Дымчатыми Ягуарами кровная вражда. Если элементал пройдет через стену в полном вооружении и броне, то все эти мужчины и женщины расползутся по полу, словно блевотина.

— А вы?

Короткая усмешка искривила губы Кэсси:

— Поищу то, что горит, а главное — прилипает. Может быть, удастся приготовить фирменное угощение Серильо — кипящий сахар со щелочью, его еще называют кухонным напалмом. Если плеснуть им в грязноголового, то он моментально испечется, словно картошка в кожуре.

Арчи не смог сохранить спокойное выражение лица и едва заметно вздрогнул. Неприятно, когда столь милая женщина с невинной улыбкой говорит о подобных неаппетитных вещах. Да еще так, словно знакома с такими ужасными фактами на собственном опыте.

— Грязноголовые? — не поняв, переспросил он.

— Так их называют индейцы. Пуэбло, индио — все. Грязноголовые — это сверхъестественные создания, гораздо более злые, чем все, с кем кто-либо сталкивался. Они появились в результате кровосмесительной связи между богами. По мнению индейцев, и сами кланы появились таким же образом. Но ни в коем случае не пишите об этом как о доказанном факте, это всего лишь точка зрения, не более.

Репортер покачал головой:

— Не напишу, поверьте мне. Но поверьте и тому, что я сейчас в полном недоумении. Оно вызвано терминологией и... ну как бы это сказать... этнической мешаниной внутри нашего полка.

Девушка расхохоталась:

— Вы подобрали хорошее определение. Один маленький совет: никогда, ни за что не произносите ни одного словечка, сто раз твердо не удостоверившись, что оно означает. Какого черта вы сказали подобные слова Мачо?

Молодой человек закусил нижнюю губу.

— Лейтенант Пейсон, — у него получилось «левтенант», — сказал мне, что это дружеское обращение и что оно поможет мне стать своим среди «Кабальерос».

Она погладила его руку. От нежного прикосновения, похожего на дуновение ветерка, к нежным коротким волосам цвета имбиря, росшим на тыльной стороне руки, ему стало щекотно.

— Малыш, — сказала она, — они и не собирались принимать тебя за своего. Я служу в этой части девять лет, я стала сестрой по крови с половиной его бойцов и сотни раз спасала задницы каждому из них. И я все еще гринго. И так будет до моей смерти.

Девушка откинулась назад, и возле ее красивого рта залегла крохотная горестная морщинка.

— Только тогда я стану одной из них. Не раньше.

— Но на первый взгляд кажется, что они приняли вас.

— Я стала членом семьи. Но только приемышем. Они называют меня Абтакха.

— Но разве вы родом не с одной из юго-западных планет?

— Нет.

Он ждал, что девушка продолжит. Но она молчала, и он сказал:

— Должен признаться, я просто растерялся, пытаясь разобраться в различных группах и их взаимосвязях друг с другом.

— Тебя это интересует? Ковбои, нортеньо и индейцы. Большинство из них родом из кабальерос — землевладельцев и слуг с больших ранчо и гасиенд, а то и свободно кочующих индейских племен. Они смотрят сверху вниз на горожан, городских ковбоев, почти так же презрительно, как на гринго.

— Однако я всегда считал, что слово «гринго» относится... извините, к людям с белой кожей. Она тряхнула головой:

— Только не в этой компании. Для них гринго — это любой чужак, даже если его зовут Гутиерес и он родом из Мексики на древней Земле.

— Понятно, — кивнул не вполне убежденный Арчи. — А что вы можете сказать о людях, которых лейтенант Пейсон назвал евреями?

— Ну, разумеется, это еврейские ковбои. Они ведут свой род от консервативных беженцев из Израиля, которые не захотели последовать примеру остальных евреев, перешедших в католичество в знак протеста против некоторых действий, предпринятых государством Израиль на древней Земле. Они не хотели иметь ничего общего с евреями-ортодоксами, чьи действия привели к распаду Израил, и потому решили уехать как можно дальше. И таким образом оказались в мире трех планет юго-запада. — Девушка отхлебнула немного виски. — Можете безбоязненно называть их этим словом, они и сами так себя называют.

— Кажется, очень сложно разобраться, что можно и что нельзя сказать без риска для жизни.

— Ты все правильно оценил. Всегда помни об этом, и все будет хорошо.

— А что вы можете рассказать об индейцах?

— Насколько мне известно, большинство индейцев на трех планетах — настоящие пуэбло, но они не покидают своих селений и не выходят в космос. Наши «Кабальерос» — в основном апачо и навахо, что почти то же самое, но не пробуй сказать об этом в их присутствии. Есть несколько выходцев из южных прерий — например. Десять Медведей, то есть наша знахарка. Она с Серильос, наполовину киова, наполовину команча.

— И все они уживаются бок о бок?

— Все зависит от того, что ты имеешь в виду. На родине они имеют привычку постоянно сражаться — кровная месть, набеги и прочие подобные мероприятия.

— Во время которых убивают людей?

— Постоянно. Пойми, теперь ковбои ненавидят ковбоев, как никого другого, а нортеньо враждуют с нортеньо. Вот такое положение вещей. Они поднимают много шума насчет того, что терпеть не могут друг друга, членов других групп, но на самом деле не возражают даже против браков между собой. Усади их рядом за стол и угости выпивкой — и не найдешь ни грана различия между ними.

— А в другой ситуации? Кэсси пожала плечами:

— Мы выходим в бой плечом к плечу. В увольнении, как сегодня, некоторые из них могут набить друг другу морду, и никто не обратит на это внимания. Бой поднимает нас. Заставляет гореть. — Она обвела руками вокруг. — Это трудно объяснить.

Репортер кивнул:

— Не думаю, что мне удастся когда-нибудь испытать это чувство.

— И не старайся, — сказала Кэсси. — Чужакам этого не понять.

Девушка взглянула поверх головы собеседника и улыбнулась.

— Привет, Сума. Со всем разобрался?

К ним направлялся похожий на монгола мужчина, держа в руках бутылку с бледно-желтым соком какого-то местного фрукта. Следом шагал содержатель бара, сжимая щепку. Он приподнял крышку музыкального ящика, засунул туда щепку и повернулся к Суме с испуганной усмешкой.

— Работает! — сказал он и вернулся за стойку бара. Из ящика послышались грохочущие звуки «Кандальников», популярного ансамбля Дома Дэвиона. Парочка ковбоев издала пронзительные крики солдатов-южан, а несколько индейцев впали в транс.

Кэсси рассмеялась:

— Не понимаю, как это тебе удалось, Сума?

Сума пробовал в это время прочистить ухо мизинцем. Хотя даже на этом расстоянии он заметно благоухал мылом, на его руках остались заметные следы машинной смазки, которые не удалось отчистить ни одной щеткой.

— Ты отлично знаешь, как надо разговаривать с этими пижонами, — откликнулся он. — Ну и ну. Индейцы могут балдеть от этой музыки, но я ее с трудом переношу. Звучит так, словно кто-то посадил пару кошек в ящик с вилками и решил хорошенько его потрясти. Правда, похоже?

Арчи улыбнулся.

— Это лучшее описание «Кандальников», которое я когда-либо слышал.

Сума рукой показал на стену слева от Кэсси. Там имелось несколько ниш, а в них были установлены маленькие картинки и статуэтки, перед которыми горели свечи.

— Я залюбовался местными святыми. Но не могу узнать ни одного.

— Здесь поклоняются японским святым — ками, — пояснила Кэсси. — Духам.

— Я думал, что Империя Драконис официально преследует поклонение другим святыням, кроме Дракона, — заметил Арчи.

— Обычный подход к делу, — сказала Кэсси равнодушно, сделав еще один глоток из бутылки. — Рабочим предписывается синтаизм. Обычный анимизм — они почитают души своих предков, живущих здесь, в этих нишах, пока не замостят ими всю эту часть планеты, да вдобавок еще китайских богов, кто их знает каких!

Арчи внимательно изучал фигурки в маленьких укрытиях.

— Хорошо, а кто тот парень в голубом? Если это не Кришна, то я Иоанн Креститель.

Сума расплылся в широкой улыбке.

— А ты будешь забавно смотреться с головой на тарелке.

— Да, это Кришна, ты не ошибся. Ребби Маккаби — он же командир Бар-Кохба — рассказывал, что население здесь в основном родом из Западной Индии, вперемешку с японцами. СНБ позволила им почитать индуистских богов. Смотри, их всех снабдили атрибутами Дракона.

Повисшая в воздухе аббревиатура СНБ понизила температуру веселья на несколько градусов. Служба национальной безопасности Дома Куриты была, возможно, наиболее устрашающей секретной полицией из всех подобных организаций, известных в космосе. Маскировка Дома Ляо могла считаться даже садистской, но СНБ действовала более ловко и сурово. Арчи быстро огляделся вокруг, словно ожидая увидеть кого-то, затаившегося позади музыкального ящика. У него имелись собственные причины не желать лишнего упоминания о существовании СНБ.

Сначала он заметил, что Кэсси смотрит мимо них на входную дверь бара. Юноша проследил за ее взглядом и обернулся, удивившись, что ему удалось не свалиться при этом на татами.

Сначала Арчи не понял, куда Кэсси так пристально смотрела. Затем догадался, что она следит взглядом за высокой блондинкой из ковбоев, одетой в светло-голубые джинсы и голубую шелковую блузку, завязанную узлом на плоском животе. Он отметил также, что новоприбывшая уже плохо держалась на ногах.

Женщина купила бутылку того же напитка, что пил Сума, задержалась, чтобы похлопать по плечу кучку приятелей у стойки бара, перекинулась кое с кем парой слов, а затем, словно случайно, подошла к ним.

— Добрый вечер, — произнесла она хриплым альтом. — Не против, если я составлю вам компанию? Сума расплылся в широкой довольной улыбке:

— Леди Кали! Рад встретиться с вами. Усмехнувшись, она кивнула Суме, но при этом настырно смотрела на Кэсси.

— Вы можете сесть там, где пожелаете, капитан, — сказала разведчица неприязненно.

С первого взгляда Арчи заметил у подошедшей к ним женщины лазерный пистолет, висевший в кобуре на правом бедре, и большую синюю татуировку овальной формы, наколотую на пупке. Все вместе делало ее неотразимой, решил юноша.

Она развернула стул и села, положив руки на спинку.

— Ты не собираешься представить меня своему симпатичному приятелю, Кэсси?

— Я не знаю его имени, капитан Макдугал. Блондинка повернулась к Арчи и протянула руку:

— Меня зовут Кали Макдугал. Я зарабатываю себе на жизнь тем, что управляю «Атласом».

Арчи взял ее руку. Пожатие женщины оказалось крепким.

— Польщен, — откликнулся репортер и поднес ее ладонь к губам. — Я Арчи Вестин, репортер службы новостей Федеративного Содружества.

Приятно удивленная, женщина высоко подняла брови:

— Вы джентльмен, как я вижу.

— Надеюсь на это, капитан.

— Просто Кали.

— Она командует ротой «Бронко», — предупредил Сума. — Не позволяй ей пудрить тебе мозги, амиго, только потому, что Кали блондинка и офицер. — Он постучал пальцем по виску. — Хитрющая.

Сума допил бутылку и поставил ее на стол:

— Ладно, лучше я пойду и проверю, не укачало ли наших парней и девушек в роботах при въезде в город. Расслабься, Кэсси. Рад был встретиться с вами, мистер Вестин.

Кали похлопала Суму по руке. Они дружески улыбнулись друг другу, и Сума вышел в ночь.

Капитан пристально рассматривала Кэсси, съежившуюся под ее взглядом.

— Я немного удивлена, обнаружив тебя здесь, Кэсси, — сказала она дружелюбно. — Обычно ты не из тех, кто любит на досуге подраться с ковбоями.

Кэсси подняла бутылку и обвела ею помещение бара «Законный отдых».

— Это место стало частью нашей территории. Я служу в разведке. И проводила рекогносцировку. Макдугал скорчила насмешливую мину:

— Так вот почему ты не вернулась на заводскую территорию. Ты проводила разведку местности. — Она кивнула. — Научись просто отдыхать, девочка, позаботься о себе.

— Капитан, вы не обязаны тратить время на меня. — Кэсси встала. — Я лучше вернусь.

Она направилась к выходу, оставив на столе свою почти полную бутылку. Арчи привстал, собираясь последовать за девушкой.

— Оставьте ее, мистер Вестин, — сказала Кали. — Она не любит, когда рядом с ней кто-то находится.

Арчи медленно сел. Он посмотрел на Макдугал, и какой-то импульс заставил его спросить:

— А теперь объясните, зачем вы это сделали? Лицо Кали медленно расплылось в широчайшей улыбке, открывшей превосходные белоснежные зубы.

— У меня есть на то свои причины, — сказала она. — А теперь почему бы вам не объяснить, с какой стати такая шишка, как голожурналист Федеративного Содружества, тратит время на компанию наемников?

Кэсси спускалась к бульвару Тайшо Балтона, засунув руки в карманы мешковатых штанов цвета хаки и понурив голову. Тротуары были ярко освещены; над головами поднимались массивные офисные небоскребы, загораживающие звездное небо. На улицах толпились пешеходы, катились велосипеды рикш с тренькающими колокольчиками, сигналили автомобили. В отличие от большинства других планет Ларши, например, где выросла Кэсси, на Хашимане полиция не пыталась устанавливать комендантский час, а делала это только во времена бунтов и волнений. Как ХКЭ, так и превышавший ее размерами компьютерный завод Танади, расположившиеся на окраинах города, работали по скользящему графику двадцать четыре часа в сутки. Поэтому рабочие и служащие могли тратить деньги в любое время дня и ночи.

Двое полицейских, стоявших на перекрестке, проводили ее холодными взглядами, поигрывая пальцами на затворах казенных ружей. Кэсси не обратила на них внимания. Дело в том, что появление гайчин на улицах, в самом сердце Империи Драконис, не было обычным делом; полицейские узнали в ней наемника. И если бы новый наниматель полка, пузатый, словно сам Будда, Курита не оказался настолько проницательным, чтобы платить местной полиции хорошие взятки.... Она отбросила эту мысль. Курита или другой, но если Чандрасехар не был бы проницателен и умен, тот никогда не додумался бы взять под свое покровительство полк роботов. Даже такой разболтанный и недисциплинированный, как «Кабальерос».

Почему она позволила этой шлюхе подобраться к себе так близко? Как такое могло произойти? Макдугал уже воевала в полку, когда Кэсси «завербовали» и увезли с Ларши. Она приняла командование над ротой «Бронко», когда предыдущий командир решил уйти в отставку после Новых Горизонтов. Раньше Кэсси редко имела дело с Кали, хотя следует признаться, что та была настоящей профессионалкой. Но светловолосая начальница буквально с первых дней начала притеснять разведчицу. Это выражалось в том, что Макдугал пыталась обломать своенравие Кэсси.

Разумеется, ее можно было моментально поставить на место. Обычно Кэсси не проводила различий между мужчинами и женщинами. Хотя женщин иногда считали гражданами второго сорта в основных культурах мира трех планет, на практике это означало лишь то, что женщины, дослужившиеся до водителя робота, становились по меньшей мере такими же самоуверенными, как и их товарищи-мужчины, и обычно более стервозными.

Но было что-то в этой высокой блондинке-капитане, что удерживало Кэсси от схватки с ней.

А чего я беспокоюсь, собственно говоря? Я могу одолеть ее.

Но это было не самое главное.

Толпа подвыпивших клерков в расстегнутых пиджаках собралась у ступеней, спускавшихся в подвал стриптиз-бара. Они уставились на Кэсси с пьяным восхищением, словно стадо баранов.

— Идиоты! — заорала она. — Пошли прочь с дороги! — Поток японских ругательств заставил их броситься врассыпную, очистив ей проход. Почувствовав облегчение, девушка зашагала дальше с высоко поднятой головой.

"Ну, ладно, мисс Зазнайка, водитель робота, — думала Кэсси. — Я все-таки проберусь по парапетам. Заряжу свой автоматический пистолет и посмотрю, что за охрану эти Змеи[5] выставили по периметру".

Направляясь к маленькой незаметной боковой дверке рядом с огромными бронзовыми воротами, Кэсси от всей души улыбалась.

X

Масамори, Хашиман

Район Галедона, Империя Драконис

2 сентября 3056 г.


Волна жаркого и влажного воздуха, словно мячик отскочив от мостовой четырьмя этажами ниже, ударила в лицо Кэсси, вставшей одной ногой на защитный барьер открытой ниши. Горючее транспорта Империи Драконис состояло из смеси этиловых спиртов, поэтому в продуктах сгорания содержался формальдегид, от которого у девушки защипало глаза.

— Послушай, Кэсси, — послышался из-за ее спины гнусавый голос рядового разведывательного взвода Авессалома Слоата. — Зачем мы шатаемся около парковки? У тебя ведь никогда не было машины.

Проигнорировав его замечание, девушка сдвинула на лоб темные защитные очки и почесала там, где от пота начала зудеть кожа. На Масамори пора бы наступить осени, однако здесь, недалеко от реки, было жарко и влажно.

— Все так, как я и думала, — сказала она. — Сам видишь, эти фабричные территории — просто целый материк.

Из огромной грудной клетки разведчика Барни послышалось глухое покашливание.

— Если бы у меня имелся «Зевс» крупного калибра, хотя бы двенадцать на семь, — заявил он, — я из всего этого просто картинку сделал бы!

Кэсси разлепила пересохшие губы и выдохнула сквозь сжатые зубы:

— Хорошо бы.

Эти квадратные, похожие на спичечные коробки машины, принадлежавшие чиновникам и высшему классу, рассматривали вместе с подразделением Кэсси еще с полдюжины бойцов разведывательного взвода.

Взвод лишь формально значился боевым объединением, обычно разведчики действовали одинокими волками или попарно, очень редко — более крупными группами. В отличие от других военных соединений Внутренней Сферы, «Кабальерос» не поощряли своих разведчиков к размышлениям. В конце концов, в их задачу входило всего лишь обнаружение врага, и если, как обычно и случалось, потревоженные разведчиком враги поднимали тревогу, то этим они только выдавали свое месторасположение. Серьезную огневую поддержку редко оказывали разведчикам Семнадцатого полка, так же как считалось большой помехой делу использование многочисленных отрядов, которые, дыша друг другу в затылок, лишь путались под ногами.

В большинстве военных соединений не поощрялись индивидуальные действия личного состава и там не позволяли вести разведку поодиночке, но воины — обитатели мира трех планет — были индивидуалистами по натуре, и черт возьми того, кто попытался бы их изменить; секрет, позволяющий командовать ими, заключался в том, что следовало объединить гордецов и заставить пойти за собой.

В разведывательный взвод назначали бойцов, которые, даже по меркам «Кабальерос», считались чересчур неуживчивыми индивидуалистами. Однако воины, обладающие подобным складом характера, были уверены в себе и действовали самостоятельно; оба этих качества в сочетании с ловкостью и умом позволяли им проводить дни и недели в полной изоляции в неприятельской стране, оставаясь наедине как с врагами, так и, если можно так выразиться, с собственным характером.

Бэдлэндс Пауэлл, взявший себе позывной по названию вулканической области на Серильос, где он родился, чересчур много для командира разведывательного взвода нянчился со своими подопечными. Он знал это и смирился с этим, аккуратно выполняя свои несложные формальные обязанности. Настоящим главарем этой шайки — до той степени, до какой это вообще было возможно, — считалась, разумеется, Кэсси Садорн.

Пауэлл знал, что Кэсси согласилась на присвоение ей офицерского чина после взлета с Джеронимо только потому, что об этом распорядился сам дон Карлос. Кэсси сделала бы для него все, что угодно, особенно после смерти Пэтси, оставившей в душе командира глубокую, незаживающую рану. Девушка была главным человеком в разведывательном взводе, и Бэдлэндс это отлично понимал.

Кэсси и ее товарищи пришли сюда не из-за одного только праздного любопытства или простой скуки. Они не возлагали больших надежд на то, что обнаружат что-то важное здесь, в самом сердце столицы, и бросали тоскливые взгляды в сторону спортивного комплекса за пределами города, где разбили бивак два других батальона. Там они смогут наконец вытянуть усталые ноги или сходить поохотиться. Они не разделяли озабоченности Кэсси, которая решила произвести разведку окрестностей, ее навязчивой дотошности.

Она это отлично понимала. До сих пор никто из тех, с кем она сталкивалась, не сравнился с ней в целеустремленности и преданности делу. Однако именно эта черта дала Кэсси преимущество над множеством врагов и явилась главной причиной того, что она уцелела, а ее противники — нет.

Кэсси бросила короткий взгляд на местность, чтобы проверить, не проскользнул ли кто-либо из ее приятелей ужом в окно припаркованного и запертого автомобиля. Никого... Она пообещала пристрелить каждого, кого поймает за воровством у гражданского населения во время вылазки. Даже самый ярый женоненавистник во взводе — а возможно, и во всем полку — знал, что она способна в полной мере осуществить свою угрозу. И все держали себя в руках.

Девушка обернулась к маленькому смуглому человечку в больших круглых очках и гавайской рубашке, который терпеливо маячил в ожидании распоряжений около локтя Кэсси.

— Ну, Притам?

Притам Масакава, карлик, приставленный правлением ХТЭ к ней в качестве гида, почтительно кивнул и откликнулся:

— Что угодно?

— Тут действительно надо что-то делать. Знаешь, кто владеет этими зданиями?

— Конечно, — гордо отозвался тот. — Дядюшка Чэнди.

— Кто-кто?

— Шри Чандрасехар Курита. Наш глава.

Эти слова заставили ее на миг прищуриться: «шри» было общепринятым почтительным обращением и на Ларше.

Наступал рассвет, и первые лучи солнца растекались по Содегарами, — району, расположенному восточ-нее, за рекой Ямато.

— А кто владеет зданиями по другую сторону? — спросила Кэсси.

— Дядюшка Чэнди. Ему принадлежит все, что примыкает к фабричным территориям.

Разведчик Варне присвистнул. Этот снайпер, наполовину ковбой, наполовину киова, был несколько более искушен в житейских делах, чем большинство товарищей Кэсси по разведывательному взводу, потому что вырос и прожил некоторое время в городах.

— Подобная недвижимость стоит громадных денег, — заметил он. — Я уверен, здесь каждое здание стоит столько, сколько хороший робот.

— Сколько целый батальон, — усмехнулся Притам.

— Господи Боже! — воскликнул Вилли Хаккэби. Они совершили большое путешествие по окрестностям, разведывая местность вместе с Притамом, который временами отлучался на минуту, чтобы переброситься парой слов с охраной здания. Кэсси решила, что соседей-землевладельцев дядюшка Чэнди либо выжег напалмом, либо сделал им предложение, от которого они не смогли отказаться, ведь в конце концов он был Куритой. И благодаря взяткам и уговорам Чэнди завладел этими землями.

— Ладно, — сказала Кэсси, повернувшись к Прита-му, который едва доставал ей до пояса. — А теперь ты отведешь меня к дядюшке Чэнди.

Это заявление ошарашило маленького человечка.

— Вы не сможете встретиться с дядюшкой Чэнди! Зачем вы хотите его видеть?

— Попросить прибавку к жалованью.

Как бы высоко она себя ни ценила, но лейтенант наемников Абтакха не могла рассчитывать на то, что увидится с дядюшкой Чэнди по первой просьбе, но Кэсси действовала, руководствуясь непреложным принципом: никогда не знаешь, чего сможешь добиться по первой просьбе, и часто удивляла окружающих неожиданными удачами.

На этот раз ей удалось попасть на прием к мирзе Питеру Абдулсаттаху. Собеседником Кэсси был, конечно, не сам хозяин, но все-таки его ближайший помощник.

Мирза поднял узкую голову и поглядел на Кэсси, одновременно отослав Притама одним движением паучьих пальцев. Обычный жест, но поклон, в котором согнулся Притам, заставил Кэсси задуматься, действительно ли этого проводника можно считать простым шутом, за которого они все его принимали. Ведь Абдулсаттах являлся подлинным мастером шпионажа, и его напоминающие паучьи лапки пальцы ловко управляли марионетками, заставляя их плясать под его дудку, — или все инстинкты Кэсси ее обманывали.

Если интуиция ее подвела, то она погибла. Мирза сверлил Кэсси взглядом. Карлик Притам тоже, разумеется, вел за ней слежку.

Абдулсаттах встал из-за стола, поднявшись во весь свой двухметровый рост. Он походил на гигантский скелет, оливковая кожа туго обтягивала кости, и казалось, что она вот-вот лопнет на аскетическом лице, которое украшала аккуратная, начинающая седеть борода. Голову мирзы покрывала тюбетейка.

— Вы та самая молодая женщина, которая исполнила на велосипеде караколь[6].

— Да, это я, — подтвердила Кэсси, которая была не из тех, кого можно было легко запугать высоким положением или ростом.

— Притам предупредил, что вы хотите обсудить со мной вопросы безопасности.

— Я удивлена, что вы согласились со мной встретиться, — сказала она. — Мнение женщины невысоко ценится в Империи Драконис.

— Ваш полковник хорошо отзывался о вас, — пояснил мирза. — Если хотите, садитесь.

Девушка села. Это позволило начальнику службы безопасности ХТЭ снова опуститься в кресло и запихнуть непомерно длинные ноги под обитую кожей столешницу его массивного стола из твердой древесины.

— Вы хорошо знакомы с культурой Империи Драконис, — заметил он. — Полагаю, что за время вашего короткого пребывания здесь вы не успели много узнать. Полагаю, ваше образование пополнилось за счет общения с изгнанниками на Ларше?

— Питер-сама, при всем моем уважении к вам я уверена, вы не предполагаете, а знаете.

Веки опустились на черные глаза Абдулсаттаха, словно кожаные чехлы. Он бросил на Кэсси короткий взгляд, а его пальцы в это время бегали по поверхности стола, словно паук, сплетающий паутину.

Девушка выдержала его взгляд, не отведя глаз.

— Вы потрясающая женщина, если учесть вашу молодость, — протяжно произнес Абдулсаттах. — Ваша смелость отражена в послужном списке. Но позвольте предостеречь как бесстрашную разведчицу, так и ваших товарищей: сейчас вы находитесь очень далеко от родных мест.

— Это угроза? — поинтересовалась Кэсси. Мирза отрицательно покачал головой.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27