Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Изгнанники в плиоцен (№4) - Враг

ModernLib.Net / Героическая фантастика / Мэй Джулиан / Враг - Чтение (стр. 31)
Автор: Мэй Джулиан
Жанр: Героическая фантастика
Серия: Изгнанники в плиоцен

 

 


Аэроплан начал плавно набирать высоту. Толпа внизу дружно зааплодировала, послышались возгласы: «Слитсал!» — потом все впали в столбнячное состояние, когда воздушный корабль с вновь появившимися королевскими знаками отличия занял место ведущего в V-образном строю целой эскадрильи «ропланов», появившихся с южной стороны на высоте в несколько сотен метров. Это был настоящий воздушный флот — аппаратов было около трех десятков. Набирая скорость, широкий клин развернулся и устремился к югу. Затем до слуха жителей Ронии донесся громовой удар — это «ропланы» преодолели звуковой барьер.


Дугал, сидевший в кресле второго пилота, наконец дал волю чувствам.

— Если бы я не видел представление собственными глазами или доверился слухам, я бы решил, что это — беспардонное вранье. Как вы, сир, ухитрились, черт побери, устроить все эти фокусы?

Эйкен засмеялся.

— Сила психотворения, парень. Ловкость рук и немного метапсихического нахальства. Здесь иллюзия, там умелое манипулирование телекинетическими возможностями разума… Главная заслуга принадлежит металлокерамической птичке — она сама по себе чудо. Прибавь сюда бессознательный страх перед любой властью. Если она устраивает праздник, волей-неволей надо бурно радоваться, тем более — волей; ну и в финале обязательно что-нибудь наукообразное, дидактическое — мол, это вам не фуфры-муфры! Этакий прозрачный намек!..

— Все под стать ярмарочному балагану! — вмешался в разговор мистер Бетси. На лице у него застыло брезгливое выражение. Он сидел на месте штурмана, как всегда разряженный словно пугало. Его летная форма — кожаная куртка — была исполосована рубцами застежек-молний. Голову украшал пышный, свекольного цвета завитой парик, на нем красовалась диадема с огромным аметистом.

— Громадный мыльный пузырь, более ничего! — закончил он.

— Попробуй взглянуть на этот спектакль как на демонстрацию силы, — возразил король. Он улыбнулся и через плечо взглянул на своего личного пилота-инструктора.

Бетси горячо заспорил:

— Восемнадцать человек, набранных в качестве пилотов, если что и умеют, так только держаться за ручку управления. Ну разве что выдерживать высоту и курс… Вы что, не знаете об этом?.. Нам бы успеть до Великого Турнира поднатаскать их в пилотировании. О приемах воздушного боя я и не говорю. Что толку от этих демонстрационных полетов?..

— Да, — кивнул Эйкен, — времени маловато, но у нас есть очень хорошие специалисты. Как, например, вы, мистер Бетси. Смотрите, как быстро вы натаскали меня, я теперь чувствую себя за ручкой управления этой рыбиной вполне уверенно. — Он включил радиосвязь и обратился ко всем пилотам: — Спасибо, дамы и господа. Наше воздушное представление имело грандиозный успех. Надеюсь, воздушная мощь короля тану вдохновила друзей и привела в замешательство врагов. Возвращайтесь в Горию. Каждый получит увольнительную на сутки. Отдохните, ребята!

Вопреки мнению мистера Бетси, все сопровождающие королевскую машину аэропланы — в строю! — сбросили скорость и умело совершили сложный разворот.

— Что поделать, — вздохнул король, с удовлетворением наблюдавший за маневрами своей эскадрильи, — если у человека такой характер. Сейчас опять к чему-нибудь прицепится… Слишком мало времени прошло после восхождения, у детишек Бэзила почти не было отдыха.

Мистер Бетси, следивший за аэропланами в окуляры инопланетного сканирующего устройства, неожиданно проворчал:

— Какой неровный строй! Словно коровы на лугу… — Потом он начал критиковать особенности конструкции экзотических летательных аппаратов. — Зачем, скажите на милость, эти обрубки, называемые крыльями? Что за извращенная техническая мысль! Какому чудаку пришла в голову идея вооружить крыльями аппарат, снабженный безынерционным двигателем?..

— Нам ли судить о технических принципах, на которых были созданы эти удивительные аппараты! — возмутился Дугал. — Кстати, на концах плоскостей вполне можно разместить лучевые разрушители.

Мистер Бетси ехидно фыркнул.

— Да будет тебе известно, уважаемый придурок, что оружие бывает полезным тогда, когда им умеют пользоваться. Хочу напомнить, что у нас только Стэна и Тэффи Эванса можно, и то с некоторой натяжкой, назвать настоящими боевыми летчиками, в то время как остальные шестеро Бастардов — в том числе и я — всего лишь желторотые птенцы. Сомневаюсь, сможет ли кто-нибудь из нас забраться на Монт-Доре, а мисс Вонг забьется в истерике, стоит лишь намекнуть ей насчет воздушного боя.

— Если фирвулаги встанут на пути к «вратам времени», — вмешался в разговор король, — она быстро забудет о деликатности и дамских капризах. — Он дожал рычаг газа, и небо за иллюминаторами сменило яркий кобальтовый цвет на глубокую черноту. В ней засветились звезды. — Мы успеем подучить летчиков, тем более что Йош Ватанабе собрал несколько отличных электронных прицелов. Они сами находят цель, сами наводят разрушители… Пока духи не обзавелись Летучей Охотой, аэропланы вполне могут атаковать наземные цели. Проблема в другом…

— Ясно, ясно. Надо вот как поступить, — разгорячился мистер Бетси. — Следует оборудовать «ропланы» генераторами сигма-поля, тогда нам никакие фирвулаги страшны не будут.

— Это не выход, — отозвался король. — Все, чем мы теперь располагаем,

— это малюсенькие приборчики, они никак не подходят для нашей цели. Перед залпом генератор сигма-поля должен убрать защитный экран и моментально включить его снова, но, к сожалению, их конструкция этого не позволяет. Я уже подумывал о включении в состав экипажа сильного психокинетика. Боюсь, если война разразится, каждый оператор будет на вес золота. Иначе о каком метаобъединении может идти речь. Так что во время решительной атаки, вероятно, Летучая Охота окажется более полезной.

— Вейте, ветры! Рушьте смело! — продекламировал Дугал. — Мы в броне идем на дело!..

— Заткнулся бы, дурачок, — посоветовал историку мистер Бетси. Потом он начал удивленно озираться вокруг, словно только теперь до него дошло, что они летят в ионосфере. Внизу мелкомасштабной картой мелькали отроги гор, расположенные на западе Великой Северной равнины, окрашенные в коричневато-оранжевые тона сухие степи, зеленые плоскости лугов, темнеющие русла рек.

— У меня нет ни малейшего желания совершать экскурсии, — заявил он.

— Это не экскурсия, — пробормотал король. — Теперь, когда я наловчился управлять машиной, нам следует внимательно изучить долину реки Сены. Прошло уже четыре дня, как Марк получил наш ответ, переданный через Элизабет, а от него ни слуху ни духу… Так что самое время взглянуть, что там на «Кулликки».

— Господи помилуй, — перекрестился мистер Бетси. — А что, если они влепят нам заряд из разрушителей?

— Мы находимся на таком расстоянии, что из бластера нас не достать. Хаген к тому же сообщил, что теперь, когда рентгеновские лазеры выведены из строя, на борту шхуны нет тяжелого оружия.

— А если Ремилард через подпространство явится к нам в аэроплан?

— Если бы кабы… Он и не подозревает, что мы поблизости. С земли нас не видно, а попусту пользоваться дальновидением, чтобы шарить по окрестностям, он не станет. Все, отставить разговорчики, ребята! Приступаем к работе. Начнем, пожалуй, с устья…

Выругавшись, мистер Бетси припал к окулярам электронного визира.

Король расслабился, откинулся в кресле, печально оглядел дневные звезды, выступившие на угольно-черном небосводе. После короткого молчания он рассудительно, обращаясь к Дугалу, сказал:

— Разведка, конечно, дело важное, но еще важнее предугадать, каким будет ответный ход Ремиларда. Думаю, наше приглашение посетить турнир он проигнорирует. Едва ли после стольких трудов, после многолетней подготовки Марк расстанется со своей мечтой только потому, что его дети отказались сотрудничать с ним. Психологически это невыносимо! Элизабет предупредила, что даже если он и смирится, то не сразу. Ему нужно время… Что значит несразу? Что значит нужновремя? Я вынужден признать, что этот парень на самом деле любит своих детей. Просто так, по-человечески…

— Любовь и нелюбовь! — страстно прошептал Дугал. — Так сплетаются обожание и отвращение… Как ты догадался об этом?

— Мне не по нраву противники, которых можно подвести под какую-либо категорию. Суть и внутренние побуждения которых ясны как дважды два. Например, Шарн, Айфа, Ноданн… Гомнол, наконец, — вот уж у кого были мертвящие глазищи!.. Марк из другой породы. Он, понимаешь ли, чертовски обаятелен… Он необычен, неординарен, непредсказуем, и множество всяких других «не»…

— Любой способен сладко улыбаться и черный умысел хранить в душе.

Король, казалось, не услышал возражения Дугала. Теперь он как бы разговаривал сам с собой, пытаясь что-то доказать. Или уяснить?..

— Ни в коем случае нельзя поддаваться страху. Нельзя допустить, чтобы он сумел застать меня врасплох. Выбора нет — я вынужден тянуть груз королевских обязанностей, даже если это будет грозить мне гибелью. Идиотское положение!.. Всю жизнь гонялись за мной, теперь охотником являюсь я. И как ни странно, эта работа оказалась не такой простой, как можно было предположить. Только бы нам найти его логово! — Он крикнул Бетси: — Ну, что там?

— Ничего, — громко ответил штурман, чья голова была украшена свекольного цвета париком елизаветинской эпохи.

— Воля короля, — заметил присмиревший Дугал, — никогда не может быть только его собственной волей… Он не вправе, как обыкновенный человек, отделить себя от государства, потому что от его решений зависит судьба всей страны. Так что, сир, вам надлежит быть грозным, сильным и непоколебимым!.. Вы должны быть подобием льва в человеческом обличье, вам не следует обращать внимание на тех, кто потерял рассудок от страха. Если конец света действительно близок, надо достойно принять смерть. Без паники и проклятий…

Проговорив это, он положил обе руки на изображение коронованной львиной головы, вышитой на груди его рыцарской одежды. Эйкен внимательно вгляделся в вышитый рисунок.

— Может, мне изменить герб и поместить на золотое поле голову льва, а не указующую длань? — Неожиданно брови Эйкена поползли вверх. — Дуги, — прошептал он, — я видел это раньше. Там, на Далриаде, когда был зачислен в малолетние преступники, которые нарушали покой честных граждан. Что значит эта эмблема?

— Прежде всего — это Аслан, — ответил безумец, специалист по истории средних земных веков. — Древний знак, отмечающий принадлежность к родне короля. Вот и девиз говорит о том же. Он написан по-кельтски: «S Rioghal Mo Dhream'», что значит: «Я — из рода короля». Таков девиз клана Грегора.

Эйкен резко спросил:

— Это твое родовое имя?

— Нет, я родился под фамилией Флетчер — это известный ирландский клан, но моя настоящая фамилия действительно Мак-Грегор. Мой отец должен был носить его, но он вырос без отца. Его усыновили.

Эйкен поерзал на сиденье и неожиданно расхохотался.

— Сначала рождается, потом пускает корни. Замечательно! — Он открыл один из левых карманов на своей куртке, вытащил платок и вытер лицо. — Спасибо, Дугал, все это очень важно для меня.

Историк почтительно склонил голову.

— Сир, примите поздравления от вашего преданного вассала. Ночь так длинна, что веры нет в рассвет.

— Если вы наконец возьмете себя в руки, — с кислой миной прервал их беседу мистер Бетси, — и перестанете таращить друг на друга изумленные глаза, то я позволю себе обратить внимание Вашего Величества вот на что… Я просмотрел все русло от залива Арморики до слияния ее с Нонолом чуть ниже Нионели. Единственный аномальный объект расположен примерно в ста километрах от устья. Вот и все, что я смог разглядеть в этот варварский аппарат.

Король сразу посерьезнел.

— Ну-ка, добавь увеличение… М-м, все равно ничего не видно. Хотя нет… Ты обратил внимание, что он странно движется?.. Туда-сюда… Словно блуждающий огонек… или покачивающаяся отражательная сфера.

— Я же говорю, что мы наблюдаем аномальное явление, — ответил Бетси.

— Возможно, следствие какого-нибудь гравиметрического эффекта или блестка на экране, ведь этой несчастной штуковине, — он щелкнул пальцем по кожуху,

— по меньшей мере тысяча лет. С другой стороны след не теряется.

— Ты бы попробовал послать гремлина обследовать другие части русла, — предложил Дугал.

— Мы, конечно, можем спуститься пониже, но пока рисковать не будем, — решил Эйкен. — Если это «Кулликки», то они вполне могут засечь нас.

— Благоразумие — вот доблести основа, — продекламировал Дугал.

Король кивнул и добавил:

— К тому же через час в Надвратном Замке назначено заседание Высокого Стола. Если Марк решил исполнить роль невидимки, пускай. Пока!..


Кроме тех, кто спешил поглазеть на Великий Турнир, на Многоцветной Земле были и другие путешественники. Об одной из таких групп странников Мэри-Дедра, ведущая хозяйство в домике у Черной Скалы, пришла доложить Элизабет.

— После ленча еще шестеро явились. Пришли без груза — сказали, что следом за ними идут носильщики. Всего собралось двадцать два человека. Девятеро люди, остальные тану.

— Ты объяснила, что мы ничем не можем им помочь? — спросила Элизабет.

— Они заявили, что не уйдут, не поговорив с вами.

— Что поделать, дорогая. Видно, придется выйти. — Она, пытаясь успокоиться, помассировала кончиками пальцев виски. Силы, однако, были на исходе — слишком долго она пыталась с помощью дальновидения обнаружить убежище, в котором спрятался Марк. Все усилия оказались напрасными, и эта неизвестность мучила ее больше всего. Потом обратилась к Мэри-Дедре: — Лучше было бы пригласить их всех сюда — только без детей. Я поговорю с ними.

Дедра кивнула и вышла. Элизабет села в кресло, стоявшее у распахнутого окна. Легкий ветерок коснулся лица. Снова наступили жаркие дни, и сразу зазеленели ели, поблекшие было ближние склоны подернулись прозрачной розовой дымкой. Вот и бабье лето пришло, вздохнула Элизабет. Внизу, на огороде, копошился брат Анатолий, голуби ворковали под стрехой… Было тихо…

Крейн вошел бесшумно и так же осторожно прикрыл за собой дверь. Подчиняясь мысленному призыву, он приблизился к креслу, вытянул обе руки — как бы обнял ими голову женщины. Стихли удары молоточков в висках.

— Спасибо. — Элизабет закрыла глаза. Ладони Крейна коснулись ее волос. Он стоял за спинкой кресла.

— Отыскался? — спросил Крейн.

— Никаких следов. Марк, очевидно, использовал какой-то неизвестный мне вид психокинетического экрана. Ничего похожего на сигма-поле — подобная защитная сфера светила бы в телепатическом эфире как маяк в ночи. Здесь что-то вязкое, поглощающее мой сигнал. Никакого отражения… Я никогда не встречалась с таким экраном в Галактическом Содружестве, так что моя программа дала сбой. Подавляющее большинство прежних собеседников было очень общительно, никто ничего не пытался скрыть от друзей — обмен информацией у нас был правилом. Ведь кто-то сведущ в одной, кто-то в другой области… — Оборвав разговор, она неожиданно замолчала. — По всей видимости, после случившегося Марк собирается выкинуть какой-нибудь фортель. Например, захватить своих соратников и бежать на другую планету.

— Сомневаюсь, чтобы он так легко отказался от идеи, которой посвятил жизнь! Чтобы позволить детям уйти свободно? Он не удовлетворится, пока какой-нибудь новый грандиозный замысел не поманит его. Причем именно грандиозный. Космического масштаба, на меньшее он не согласится… Я ведь хотел ему кое-что рассказать — собирался даже подарить ему митигатор с набором алгоритмов, с помощью которого он мог бы… Однако я оказался полным ослом, Элизабет. Я затеял с ним торговлю!..

Женщина, пораженная до глубины души, сначала никак не могла понять, о чем говорит Крейн. Тогда целитель, как обычно, широко распахнул свое сознание, и она все узрела… Последний их разговор… Условие Крейна… Отказ Марка…

Женщина задумалась.

— Вот, значит, какую точку приложения сил ты приготовил для Марка?

Крейн кивнул.

— Великая Богиня натолкнула меня на эту мысль. Ее милость безгранична… Но я оказался никудышным торговцем. Меня может извинить только отчаяние, в которое меня вверг твой отказ.

— Ты просил Марка, чтобы он использовал программу, излечившую Брендана, и сделал тебя полноценным оперантом?! — недоверчиво переспросила Элизабет. — Но это невозможно! Ты же взрослый человек, Крейн, годами — веками! — отрабатывавший присущий только тебе способ оперантского искусства. Бедный, бедный Крейн, мне очень жаль… Ты надеялся… Послушай, дорогой мой друг, даже если это было бы возможно и ты бы обрел полноценную метапсихическую силу — без всяких ожерелий — это ничего не изменило бы!

— Теперь я это понял. — Он слабо — жалко? — улыбнулся. — Хвала Тане!.. Хотя мне и тяжело смириться с подобным открытием, однако великая и милосердная Богиня подсказала мне, что на весь этот запутанный калейдоскоп можно посмотреть и под другим углом зрения. Правда, тогда я не представлял себе твоей роли во вновь открывшихся обстоятельствах, не мог в полной мере ощутить неизбежную двусмысленность ситуации. Я посчитал, что опять попал под власть эмоций.

Элизабет нахмурилась.

— Ты говоришь загадками, Крейн. Что за вновь открывшиеся обстоятельства?

Он нарисовал ей картину.

— Боже мой! — вскрикнула она. Ужас и отвращение отразились на ее лице еще до того, как она успела овладеть собой и поставить защитный экран. — Ты с ума сошел?! Вижу, что печаль и разочарование задели твой рассудок куда глубже, чем я могла предположить. Надеюсь, ты понимаешь, что твое предложение… за гранью допустимого? Я требую, чтобы ты дал мне слово, что никому и никогда ни намеком, ни обрывком мысли не обмолвишься о своем бредовом замысле. Особенно Марку! Ни под каким видом!.. Будь так любезен, Крейн. Если я тебе дорога, ты должен поклясться.

Он склонил голову.

— Даю слово. Мне достаточно того, что ты знаешь.

— По моему мнению, это совершенно бесполезная трата времени. Учти, Марк не юнец, у него, как говорится, есть путеводная звезда. Что же касается остального… — Она отрицательно покачала головой. — Ты поддался бредовым предсказаниям Супруги Корабля, это не имеет никакого отношения к тану.

— Возможно. Если я причинил тебе боль, забудь обо мне. Но согласись — как решение подобный исход обладает завершенностью. Он красив, значит, неизбежен.

— Ты опять за свое… Бог знает, сколько у меня хлопот и без твоего сумасшедшего предложения.

В дверь постучали, и Дедра ввела в комнату большую делегацию. Элизабет собралась с силами, решительно поднялась и направилась к матерям, которые пришли к Черной Скале со своими детьми, страдающими от болезни, называемой в народе «черным торквесом».

6

Эйкен стремительно вошел в темный прохладный зал, служивший рабочим кабинетом лорда-правителя Ронии. Члены Высокого Стола уже собрались. Из тех, кто еще при Тагдале заседал в Совете, остались только Кугал — Сотрясатель Земли, Блейн Чемпион, Альборан — Пожиратель Умов. Селадейр, который был возведен в сан советника еще на поле ритуальной битвы и затем лишен этого звания во время мятежа Ноданна, теперь должен был быть окончательно утвержден в качестве полноправного члена Высокого Стола. Он стоял рядом с семью другими кандидатами, которым тоже предстояло произнести клятву верности.


Эйкен: Считаю необходимым, чтобы во время празднования открытия Великого Турнира наш королевский двор предстал перед врагом в полной силе. Желаю, чтобы весь цвет рыцарства был представлен в высшем королевском совете.

Все присутствующие (удивленное перешептывание): Но два почетных места пустуют!..

Эйкен: Я сказал, что хочу видеть Высокий Стол в полном составе. Но прежде чем приступить к церемонии приведения к присяге, я призываю почтить память ушедших от нас доблестных соратников — тех, кто уже находится в объятиях Таны: Алутейн — Властелин Ремесел, лорд-творец; Артигон из Амализана, второй лорд-сокрушитель; Армида — Внушающая Ужас из Барделаска.

Все: Тана, прими их с любовью.

Эйкен: Из чувства сострадания и примирения позвольте помянуть имена тех, кто отверг мое благорасположение и впал в грех государственной измены: Туфан из Тарасии, Диармет из Геронии, Морейн из Вар-Меска.

Все: Тана, прими их с любовью.

Эйкен (боль, мучительная, непроходящая): Помянем и нашу последнюю королеву Мерси-Розмар.

Все: Пусть да успокоится ее дух в царстве Таны.

Эйкен: Вспомним и нашего великого благородного соперника Ноданна Стратега.

Все: Прими его, Тана.

(Пауза.) Эйкен: В заключение позвольте напомнить о том, кто лишился милостей великой Таны, чья душа живет надеждой на милость Божию, на мир и покой в ее высоком царстве: Куллукет Дознаватель, лорд-целитель.

Все (ужас): Великая Тана, прости ему его грехи.

(Поминальная песня.) (Пауза.) Эйкен: Теперь пришло время кандидатам на звание действительных советников, полноправных членов Высокого Стола, подтвердить верность королевскому дому тану.

МОРНА-ЙА — СОЗДАТЕЛЬНИЦА КОРОЛЕЙ, СИБЕЛЬ ДЛИННАЯ КОСА, КАНДАТЕЙР СВЕРКАЮЩИЙ, БЛЕЙН ЧЕМПИОН, КУГАЛ — СОТРЯСАТЕЛЬ ЗЕМЛИ, АЛЬБОРАН — ПОЖИРАТЕЛЬ УМОВ, ЛЕДИ ЭДНАР ИЗ РОСИЛАНА, НЕЙЯЛ ИЗ САЗОРАНА, ЛАМНОВЕЛ — СЖИГАТЕЛЬ МОЗГОВ, ЭСТЕЛА СИРОН ИЗ ДАРАСКА: СЛАНШЛ ЭЙКЕНУ ЛУГАННУ, ВЕЛИКОМУ КОРОЛЮ НАШЕЙ МНОГОЦВЕТНОЙ ЗЕМЛИ.

Эйкен: Сланшл и вам, доблестные лорды… Теперь позвольте объявить имена тех, кому оказана высокая честь произнести клятву верности: Селадейр из Афалии, второй лорд-творец.

Селадейр: Клянусь священным торквесом.

Эйкен: Бодуругал из Афалии, лорд-целитель, и леди Крадейла, вторая целительница.

Бодуругал+Крадейла: Клянемся священными торквесами.

Эйкен: Правители городов: Очал Арфист из Барделаска, Партол Скороход из Каламоска, Фурдейт Добрый из Тарасии, Хаймдал Могучие Щеки из Геронии, Донал из Амализана.

Очал+Партол+Фурдейт+Хаймдал+Донал: Клянемся священными торквесами.

Эйкен: Теперь позвольте мне представить вам кандидатов, отобранных мною на оставшиеся два места.

(Общее замешательство, удивление.) Эйкен: Мы живем в смутное, зловещее время. Наши древние враги значительно превосходят нас числом. Нам угрожают пришельцы из-за моря. Мы не можем обойтись без верных и надежных друзей, даже таких, которые пока не могут открыто высказать свои симпатии. Эти властители не раз давали мне полезные советы и вполне достойны находиться в этом зале не как гости, а как полноправные члены нашего совета. Они вполне заслужили эту честь — их любовь к нашей земле не вызывает сомнений. Добрые чувства, которые они испытывают к королю, проверены временем, и эти лорды являются полновластными властителями в собственных краях. В наши суматошные дни желательно, чтобы они тайно заняли свои места в нашем Высоком Столе. Позвольте им предстать перед вами в виде изображений и дать торжественную клятву.

(Картинки появились. Остолбенение.) Катлинель Темноглазая и Суголл: Мы клянемся нашей любовью друг к другу, клянемся благоговением, которое испытываем перед землей, ставшей нам родиной, и людьми, ее заселившими. Клянемся, что будем вечно верны королю Эйкену-Луганну во всех его благородных устремлениях. Даем священную клятву, что теперь мы являемся союзниками в битве, которой не избежать, если Мрак все-таки спустится на нашу землю. Мы отрекаемся от чести быть вассалами трона фирвулагов. Тебя, великая Тэ, призываем в свидетели, что помыслы наши чисты.

Эйкен: Сланшл и слитсал вновь принятым господам и всем присутствующим.

(Буйные радостные выкрики.) Эйкен: Будет ли кто-нибудь из членов Высокого Стола оспаривать мое право одарить этих избранников высокой честью?

(Молчание.) Эйкен: Братья и сестры! Безумное время требует дерзких решений. Суголл и Кати рассказали мне, что король Шарн открыто бахвалится тем, что он уже разработал план превращения нашего турнира в большую резню тану и людей, которую он называет войной с Мраком.

Селадейр: Я знал об этом! Я предупреждал!.. А кое-кто называл меня старомодным поклонником смерти. И еще употребил такие хамские слова!..

Эйкен (не обращая внимания на старика): Шарн уже несколько месяцев тренирует своих солдат, пытаясь организовать из них мощное метаобъединение. И Айфа постоянно сотрясает эфир призывами к тем, кто цепляется за прежние верования, кто упрямо твердит, что нет другого пути, кроме как славная гибель. Теперь «маленький народ» освоил новую, современную тактику боя, оснастил армию оружием из будущего. Мало того, по моим сведениям, они неплохо его освоили и даже обзавелись холодным оружием из железа, невзирая на то, что оно для них, как и для тану, смертельный яд.

Донал из Амализана: Но это же безумие! Шарн и Айфа, должно быть, свихнулись на мысли о предстоящем сражении с Мраком. Ведь они еще довольно молоды, у них есть дети, и все равно они с упорством, достойным лучшего применения, стремятся к гибели…

Селадейр: Это мы так считаем, сынок. На самом деле фирвулаги впали в неслыханную ересь — они вдруг уверили себя, что в предстоящей роковой битве могут выйти победителями. Да разве в этом Армагеддоне возможен победитель! Это даже не ересь… Это дичь какая-то!.. Хотя, с другой стороны, в наших древнейших летописях есть темные места, которые можно трактовать подобным образом, но для этого… Надо совсем из ума выжить.

Кугал: Интерпретациями пусть занимаются фирвулаги. У нас много других забот.

Очал Арфист: Я уверен, что Сиятельный предусмотрел всевозможные варианты прихода Мрака.

Эйкен: Я, черт побери, только об этом и размышляю!.. Нас мало, но мы в состоянии устроить такой концерт, с которым не сможет сравниться ничто на свете. У меня есть программа, которая повысит нашу мощь во много раз. У нас также есть копье великого Луганна и королевский воздушный флот.

(Восхищение.) Суголл: Но все ли машины вооружены так же, как флагманский «роплан»?

Эйкен: Мы работаем над этим. Переоборудовать машины очень непросто — они покрыты каким-то составом, просверлить который нам удается с большим трудом. Однако мы считаем, что к началу турнира большинство аппаратов будут вооружены лучевыми разрушителями.

Морна-Йа: Горе мне! Милосердная Тана!.. Неужели я, первой ступившая на эту землю, должна вновь увидеть возрождение этих кровавых битв, этой звериной жестокости, отринуть которые нас призывала Супруга Корабля.

Селадейр: Жаль, что у нас осталась только Элизабет…

Эйкен: У вас остался я!

Все: Храни тебя Великая Богиня!

Суголл: А также «врата времени»…

(Ужас. Оцепенение.) Селадейр: Не бывать тому, чтобы храбрые рыцари тану показывали спины врагу.

Эйкен: Существует куда более серьезная опасность, чем козни «маленького народа». (Образ.) Катлинель Темноглазая: В моих жилах течет кровь тану и человека, мое сердце отдано также и расе фирвулагов, к которой принадлежит мой муж. Я вспоминаю запавшие мне в душу слова представителя Партии мира Дионкета Целителя, когда он предложил Суголлу и мне служить мостом для сближения всех народов. Мы добровольно готовы взять на себя посредническую миссию уже во время Великого Турнира. Если Тана благословит, нам, быть может, удастся склонить сердца фирвулагов к миру. Мрак может и не прийти.

Суголл: Если же неизбежное произойдет, то наш народ готов дать клятву на верность королю Эйкену-Луганну. Если Мрак опустится на нашу благословенную землю, то ревуны вместе с людьми будут искать спасения в эпохе Галактического Содружества.

Селадейр: Неудержимая Тана — а что случится, если эти чертовы ворота начнут работать еще до начала турнира?

Эйкен: Это исключено. Слишком много надо сделать. Сегодня я лично проверю, что там у них происходит.

Кугал — Сотрясатель Земли: Братья и сестры! Позвольте от вашего имени сердечно поблагодарить леди и лорда Нионели за их готовность послужить делу мира. В то же время нам надо быть готовыми к любому варианту развития событий и, как ни горько об этом говорить, — к самому худшему из них. В связи с этим мы должны ускорить организацию метаобъединения под руководством Его Величества короля Эйкена-Луганна. Мы должны без колебаний последовать за ним. В прошлом у нас был свой путь, теперь времена изменились. Уже в новых условиях нам надо доказать, что мы храбрый и гордый народ, приверженный справедливости. Мы ни перед кем не склоним головы. Теперь перед нами стоит роковой выбор — объединиться или погибнуть. Я по праву рождения обязан напомнить всем благородным тану, что если Мрак наступит, это будет вернейший признак появления Врага, вознамерившегося погубить и тану и фирвулагов. Он и есть настоящий Враг!

(Молчание.) Эйкен: Слово сказано! Благодарю всех! Увидимся в Нионели на играх!


Разбухнув от сильных дождей, поливавших джунгли в верховьях, Нонол стремительно нес свои воды, чуть притопив наземные баки, на которые опирался Радужный мост. Выше по течению поверхность реки была запружена огромным количеством лодок, мелких суденышек, купеческих барж и плоскодонок, на которых представители всех трех народов прибывали на открывающийся Великий Турнир. Только в небольшой гавани, приткнувшейся к правому берегу и отделенной от реки дамбой, было свободно. Два декамолевых, осевших под грузом, связанных фалинем каноэ стояли у причала. Рядом, в тени моста, беседовали два человека.

Ближе к рее располагалась ослепительно красивая женщина, по виду чистокровная тану, только прекрасные карие глаза выдавали ее принадлежность и к человеческому роду. Рядом с ней возвышался типичный североамериканский индеец с хорошо развитой мускулатурой и седой всклокоченной головой. Одет он был в короткие холщовые штаны, мягкие мокасины, на запястье — хитроумный прибор, позволявший везде и всегда определять положение частей света. Что-то вроде миниатюрного кибернетического компаса…

Мужчина и женщина о чем-то весело переговаривались, однако за внешней беззаботностью скрывалось тревожное напряжение.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39