Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Когда ты станешь моей

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Хигдон Лиза / Когда ты станешь моей - Чтение (стр. 14)
Автор: Хигдон Лиза
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


– Так, прежде всего прекрати трястись и расскажи, как все было и кто что говорил. Каждое слово!

Бекки шмыгнула носом и начала рассказывать:

– Офицер сказал, что раз у мисс нет свидетелей, где она провела прошлую ночь, да еще и собиралась покинуть пределы Англии, то она и есть первая подозреваемая.

– Ради всего святого, дитя, какое ей предъявили обвинение? Шпионаж?

– Нет, мисс! – Бекки икнула. – Никакой не шпионаж, а убийство! Он сказал, что она-де укокошила леди Локвуд.

– Праведные небеса!

Селия стала прохаживаться взад-вперед по комнате, время от времени останавливаясь у камина и бросая взгляд на огонь. Она хорошо знала, что полиция зачастую пренебрегает поисками истинного виновника преступления и арестовывает первого попавшегося, а после фабрикует против него улики, чтобы быстро и без особых хлопот получить шедрое вознаграждение от магистрата за свой доблестный труд.

– А что же граф? Его известили?

– Он снова уехал в деревню, мисс. Некому ей помочь, бедняжке, кроме вас, мисс Картерет!

Служанка снова заплакала, Селия же опустилась на стул и мрачно задумалась.

Первым делом следует привезти Лауре денег, чтобы она могла оплатить все возможные послабления сурового ньюгейтского режима. А после… А после надо будет связаться с Фаради. Вот кто им поможет.

Она вскочила.

– Слушай меня, Бекки, и запоминай. Сделаешь все, как я скажу. И никому ни слова о мисс Лауре, ясно?

– Ага, мисс. – Бекки снова икнула. – Все сделаю, как вы скажете, только б помочь бедняжке мисс Лауре. Она и мухи не обидит. Почему же на нее хотят это навесить? – Вдруг глаза девушки округлились. – Мисс Картерет, – пугливо прошептала она, – а это не лорд Локвуд?

– Не болтай глупостей, – отмахнулась от нее Селия. – У тебя ведь есть голова на плечах? – Девушка кивнула. – Ну вот и подумай, как он мог, находясь в Шедоухерсте, убить свою жену в Лондоне? Преступник вовсе не он… Впрочем, это не нашего ума дело. Нам следует позаботиться о Лауре.

– Ваша правда, мисс. Но вы ведь так и не сказали, что мне-то делать?

– Собери для нее большую корзинку с вещами и едой.

– Мисс Лаура столько съест?

– Это для тюремщиков, чтобы их подкупить. Если повезет… Давай же, поторапливайся!

Вскоре Селия, держа на коленях тяжелую корзину, уже ехала в тильбюри Белгрейва к особняку виконта Фаради. Только бы он оказался дома! Ведь могло случиться, что Рэндал, несмотря на ранний час, уже умчался в Гайд-парк погарцевать верхом и полюбезничать с дамами.

Однако опасения ее оказались напрасными.

– Его сиятельство еще почивает, – высокомерно заявил привратник.

– Так разбудите! – потребовала она и сбросила накидку на руки подбежавшему лакею. – Немедленно сообщите виконту, что мне необходимо его видеть по срочному делу, касающемуся его брата.

Лакей отправился доложить о гостье камердинеру, потому что лишь ему было дозволено будить молодого господина в случае надобности. Селия кусала губы от досады. Но она хорошо знала, что вышколенные слуги гораздо нетерпимее к нарушениям этикета, чем их господа. Она молча ждала. Ее даже не провели в гостиную, оставили в холле!

Наконец на лестнице раздались быстрые шаги и в холл спустился заспанный Рэндал.

– Мисс Картерет! Какому счастливому случаю обязан я…

– Мы можем поговорить наедине? – прервала его Селия, выразительно взглянув на привратника.

– О, разумеется. Сюда, пожалуйста.

Лишь только за ними затворилась дверь гостиной, Селия без предисловий выпалила:

– Лауру Ланкастер арестовали за убийство леди Локвуд.

Рэндал ничего на это не ответил, пока не налил виски в два хрустальных стакана. Селия с благодарностью кивнула и сделала большой глоток.

– Чертовщина какая-то! Чем я могу помочь мисс Лауре?

– Вытащите ее из Ньюгейта. Поговорите с судьей, с барристером. Убедите их, что она невиновна.

– Боже, и ведь Джулиан как раз в отъезде! – Рэндал покачал головой. – Может, это к лучшему. Мы успеем вызволить мисс Ланкастер прежде, чем он обо всем узнает.

– Благодарю вас от всей души, лорд Фаради. – Селия улыбнулась, а на душе Рэндала стало вдруг тепло и радостно, словно ничего плохого и не произошло. – Я сейчас еду к ней, передам деньги и кое-что из вещей. – Она поднялась и направилась к двери.

Рэндал нагнал ее и взял за руку. Она изумленно обернулась. Его светлые глаза смотрели на нее внимательно и серьезно. В больших черных зрачках отражалось пламя, горевшее в камине.

– Вы уверены в ее невиновности?

– Да, – вспыхнула Селия. – Конечно! Лаура не способна на такое!

Он отпустил ее руку и несколько раз кивнул. Сейчас он показался ей старше своих лет. Они помолчали. Фаради о чем-то напряженно размышлял.

– В таком случае вам лучше не мешкать, мисс Картерет, – ответил он.

Лишь когда Селия очутилась в своей карете, ей пришло на ум, что юный Фаради отреагировал на известие о кончине невестки довольно странно. Не произнес традиционного в таких случаях: «Мир праху ее». И он даже не поинтересовался, как именно она была убита.

Лаура сидела в углу у сырой стены. Лоб ее упирался в колени. Воздух наполняло отвратительное зловоние. Отовсюду раздавался лязг железных дверей, хохот проституток, перекрикивания надсмотрщиков и заключенных. Не имея при себе денег, она очутилась в сырой и тесной общей камере, которую делили с ней две дюжины женщин и детей.

Младенцы надрывались от плача, детишки постарше сидели смирно рядом со своими матерями. На их лицах застыло выражение печали и обреченности.

Временами Лауре казалось, что она сошла с ума или видит дурной сон, но рассудок ее был в полном порядке, а все происходившее с ней стряслось наяву. Она не питала никаких иллюзий относительно своего будущего. Судебные заседания происходили раз в месяц, обвинитель излагал суть дела, а обвиняемый вынужден был добиваться присутствия судьи и защитника. Порой ему в этом отказывали, и он отправлялся на виселицу, не получив ни единого шанса оправдаться. Но если даже большинство воров и грабителей лишали жизни, то на что могла рассчитывать она, обвиненная в убийстве?!

Взгляд ее упал на изящные ботинки на меху, которые выглядывали из-под подола платья. Она чуть было их не лишилась. Нахождение в женской части тюрьмы считалось здесь одной из привилегий, и тюремщик хотел завладеть ее обувью в уплату за то, что она оказалась здесь, а не среди воров, насильников и убийц. Она вынула из волос и отдала ему свои жемчужные заколки… Здесь все имело свою цену…

Мысленно готовясь к худшему, она все же лелеяла надежду на то, что Джулиан найдет способ вызволить ее отсюда. Он узнает, что с ней случилось, и тотчас же поспешит сюда. Дверь отворится, она выйдет ему навстречу и…

– Лаура! Лаура Ланкастер, ты здесь?

Сердце ее забилось быстрее, в душе вспыхнула надежда…

Но никакой прекрасный рыцарь в сверкающих доспехах не появился у ворот. Хрипловатый голос, выкрикнувший ее имя, принадлежал надсмотрщику. Он открыл дверь и бесцеремонно растолкал сгрудившихся у входа женщин.

– Эй вы! Посторонитесь! Дорогу леди!

В переполненную камеру царственным шагом вошла Селия.

Лаура бросилась ей на шею, плача и смеясь от радости:

– Слава Богу, ты пришла! О, Селия, Селия, ты здесь… Я больше не выдержу, дорогая! Что угодно, только не это!

– Знаю, знаю, милая. Пошли, я заплатила за одиночную. Конечно, это еще не свобода, но ты хоть сможешь заснуть спокойно, зная, что никто к тебе не подкрадется, чтобы обокрасть или обидеть. Надо торопиться, пока этот жаднюга не поднял цену. Надеюсь, твоя камера окажется над землей.

Надежды Селии оправдались вполне. Камера, в которую переселилась Лаура, оказалась хотя и небольшой, но довольно светлой. Низкое зарешеченное оконце выходило в тюремный двор.

– Я тебе принесла теплый плащ и накидку. – Селия склонилась над корзиной. – Будет чем укрыться. А еще здесь холодный цыпленок, хлеб и сыр, розовая вода и мыло, хотя сомневаюсь, чтобы тебе дали возможность вымыться.

Лаура заставила себя улыбнуться:

– Спасибо, милая Селия! Что бы я делала без тебя! – Она снова расплакалась.

Селия закусила губу.

– Не раскисай, дорогая! Будем надеяться, что это ужасное недоразумение благополучно разрешится. Лорд Фаради постарается тебя отсюда вызволить. А когда граф Локвуд вернется из деревни, ему наверняка удастся убедить судей в твоей невиновности. Не сомневайся в этом и жди хороших новостей… – Голос Селии звучал уверенно и твердо, хотя она избегала смотреть Лауре в глаза. Обе они знали, что Джулиан и Рэндал не всесильны и у Лауры есть все основания опасаться за свою жизнь.

Селия пробыла в камере всего несколько минут. Суровый тюремщик заявил, что время свидания давно истекло. Оставшись одна, Лаура бросилась на соломенный тюфяк, который Селия прикрыла теплым плащом. Пока подруга была с ней, она надеялась на лучшее, но стоило Селии уйти, как в душу ее снова начали закрадываться тревожные мысли. Лишь теперь, оставшись в полном одиночестве, она вдруг с ужасом подумала, что Джулиан вполне может поверить в ее виновность и отвернуться от нее. И никакие силы на свете не помогут ей оправдаться перед ним.

– О каких соболезнованиях может идти речь? – хмурясь, бросил Джулиан. – Ты ведь прекрасно знаешь, как мы с Элинор друг к другу относились.

– Еще бы мне не знать, милорд, – степенно кивнул Крэнфорд. – Но я выразил соболезнования в связи с другой вашей потерей.

– О чем это ты? – Джулиан осторожно вытер мыльную пену с подбородка и обернулся к дворецкому.

– Я о той рыжеволосой юной леди, которая гостила у нас несколько месяцев назад и вечно была голодна. Насколько мне известно, она вскоре должна покинуть нашу страну.

– Все верно. – Джулиан сунул руки в рукава камзола, который с поклоном подал ему старик. – Я поручил Малькольму этим заняться.

– Выходит, все складывается как нельзя лучше для вас, милорд.

Джулиан подозрительно взглянул на него, но лицо дворецкого было непроницаемо.

– Как же, – важно произнес он. – Вы ведь всегда говорили, что мечтаете не видеть подле себя никого из женщин. Вы считаете, что от них одно беспокойство.

В тоне дворецкого Джулиан уловил ироничные нотки, но прежде чем он успел ответить, Крэнфорд вышел из спальни и закрыл за собой дверь. Джулиан добродушно усмехнулся. Черт бы побрал вездесущего старика, от которого ничего невозможно скрыть. И ведь вдобавок ему всегда удается оставить за собой последнее слово.

Джулиан вздохнул. Он не сомневался, что с минуты на минуту к нему пожалует полиция, чтобы допросить его в связи со смертью Элинор. А он даже не удосужился узнать у Крэнфорда, как она умерла. Это событие произведет много шума. Начнутся сплетни и пересуды. Он тяжело вздохнул. Вот и еще одна причина для Лауры поскорее покинуть Англию. Ее имя ведь наверняка станут трепать на всех углах…

Не прошло и получаса, как задребезжал дверной колокольчик. Лакей провел полицейских в приемную, те вежливо поклонились.

– День добрый, милорд, – сказал один из них. Джулиан предложил им сесть и сам уселся в кресло у стола.

– Для моей покойной жены он выдался не очень добрым. Не могли бы вы мне сказать, что именно с ней случилось?

– Констебли все еще осматривают место происшествия, милорд, а также тело покойной. У миледи сломана шея.

– Она упала с лестницы?

– О нет, милорд. Следы на горле говорят об удушении.

Полицейский взглянул на Джулиана так светло и дружелюбно, что тот сразу почуял неладное. Не иначе как его подозревают в причастности к преступлению.

– Значит, это убийство.

– Боюсь, что так, милорд. Сэр Джон Таунсенд лично просил нас побеседовать с вами, но не на Куин-сквер, а здесь, чтобы не причинять вам лишних неудобств.

– Благодарю его за такую заботу, – ответил Джулиан. Значит, за дело взялся сам Таунсенд, опытнейший полицейский чиновник, талантливый сыщик, прославившийся раскрытием многих громких преступлений… По спине Джулиана пробежал холодок.

Между тем полицейские задавали ему обычные в подобных случаях вопросы: где он был в момент убийства, кто может это подтвердить и известно ли ему, кто убил леди Локвуд.

– Кандидатов должна быть тьма, – пожал плечами Джулиан. – Леди Локвуд умела настраивать людей против себя и никогда не отличалась щепетильностью.

– А какие отношения были между нею и вашим братом, лордом Фаради? – спросил вдруг старший из офицеров.

Джулиан нахмурил брови.

– Никаких. Они редко виделись и не имели общих знакомых.

Полицейские переглянулись, словно что-то знали, но хотели до поры до времени это скрыть. Задав Джулиану еще несколько вопросов, они откланялись. К этому моменту он почти убедился в том, что находится под подозрением.

Едва привратник закрыл за ними дверь, Джулиан приказал заложить карету. Обстоятельства требовали встречи с Лаурой, хотя после памятного прощания в Шедоухерсте он не намерен был больше с ней видеться. Но теперь ситуация переменились. Ему следовало убедить ее покинуть Англию на первом же корабле, который возьмет курс на Америку.

– Да перестань же ты завывать, бестолковая девчонка! Скажи толком, что случилось! – Джулиан с трудом подавил в себе желание схватить Бекки за плечи и хорошенько тряхнуть.

– Они пришли и забрали ее, милорд, – прорыдала она. – Утащили из дома в чем была-а-а…

Господи, неужели он опоздал?

– Кто?!

– Да бобби эти, полицейские то есть. Мисс Лаура в Ньюгейте.

– Когда это было?! Говори! – грозно потребовал он.

– Два дня уж прошло, милорд… – Бекки снова принялась бурно рыдать.

Два дня в Ньюгейте. Боже, Лаура томится там в зловонии и сырости вместе с ворами, разбойниками, проститутками и убийцами…

Глава 20

Обвинитель с торжествующим видом поднял со стола несколько листков:

– У нас есть документальные доказательства, милорд. Эти письма адресованы мадам Флеретте Ланкастер д'Арси, которая является любовницей генерала Лаборто, наполеоновского консула.

Джулиан знал, что у этого коротышки с жабьей физиономией железная хватка и острый ум. С ним следовало держать ухо востро, взвешивать каждое слово, чтобы ненароком не навредить Лауре.

– Но откуда известно, что их написала мисс Ланкастер?

– Они все запечатаны ее печатью, которая была сделана на заказ и стоила весьма дорого. Печать эта была найдена в потайном ящике ее бюро. Ваша покойная супруга перехватила эти послания. За это мисс Ланкастер ее и убила.

– Но моя жена была задушена. Неужто, по-вашему, у мисс Ланкастер хватило бы на это сил?

– Ваша жена была женщиной миниатюрной, а мисс Ланкастер намного выше и сильнее. Вдобавок мисс Ланкастер заказала билет на корабль в Америку сразу же после гибели леди Локвуд. Интересное совпадение, не так ли? – Жабьи глаза обвинителя в упор уставились на Джулиана.

– Но я несколько дней назад приказал моему секретарю оформить для нее проездные документы, – растерянно возразил Джулиан. – Он должен был этим заняться.

– Однако он этого не сделал. – В глазах обвинителя Джулиан прочитал едва скрытую насмешку.

Джулиан нахмурился. Он поручил Малькольму позаботиться о билете для Лауры и помочь ей со сборами, сам же уехал в деревню, чтобы не поддаться искушению задержать ее.

– Мистер Шедуэлл, – голос Джулиана внезапно окреп, – но откуда, по-вашему, у моей жены могли появиться эти Письма? Ведь они с мисс Ланкастер отнюдь не были дружны.

Прокурор важно кивнул, словно ждал этого вопроса, бывший знакомый вашей любовницы и ее матери, некий французский подданный, чье имя я пока не намерен открывать, водил дружбу с вашей покойной супругой. Вероятно, он многое сможет рассказать об этих письмах.

Джулиан развел руками.

– Мистер Шедуэлл, вся эта интрига с письмами затеяна мой покойной супругой и этим господином лишь для того, чтобы бросить тень на мое имя. Скажите, вы тоже подозреваете меня в шпионаже?

Лягушачья физиономия прокурора приняла отечески добродушное выражение. Он покачал головой:

– Мет, милорд, для этого у нас нет оснований. Письма содержат, насколько мы смогли выяснить, устаревшие и не имеющие никакой ценности сведения, явно почерпнутые из ваших деловых бумаг и газет. А к тому же вам вряд ли были известны военные секреты. Мисс Ланкастер не получала лично от вас сведений, которые передавала своей матери. Она их черпала из вашего бюро.

Глаза Джулиана угрожающе сузились. Он с трудом овладел собой.

– Вы считаете меня полным идиотом, мистер Шедуэлл? Обвинение мисс Ланкастер в шпионаже – такая нелепость, что мне смешно вас слушать. Вам просто нужен любой предлог, чтобы арестовать ее за убийство моей жены, которого она не совершала. Ведь куда легче засадить за решетку невиновного, чем искать истинного преступника.

– Шпионаж в пользу вражеской державы не нелепое и нисколько не смешное обвинение, – помолчав, изрек прокурор. – А убийцу вашей супруги искать нам нет нужды. Убийца в Ньюгейте. Против нее готов выступить свидетель. Ему доподлинно известно, что она продавала французам важную информацию.

– И кто же он?

– Обер Фортье.

Единственное, что давало Джулиану силы, слушая лживые разглагольствования Фортье, это была мысль о том, что такое проявление негодования наверняка было бы истолковано прокурором во вред ему и Лауре.

Развязно ухмыляясь, француз поведал, что Лаура была его любовницей, но после небольшой размолвки покинула его и сбежала из Парижа в Англию, где стала актрисой. Здесь он случайно увидел ее на сцене, после чего зашел к ней в уборную. Они помирились. Связь их возобновилась, хотя к тому времени она уже стала любовницей лорда Локвуда и вынашивала планы устранения со своего пути его законной супруги. С этой целью она сохранила несколько писем со шпионскими сведениями из числа тех, которые отправляла матери, надеясь приписать их авторство леди Локвуд. Узнав об этом от самой Лауры, Фортье предупредил леди Локвуд о планах коварной соперницы. Вдвоем с леди Локвуд они и решили вывести ее на чистую воду, сообщив об этом властям. Но мисс Ланкастер каким-то образом об этом узнала и убила бедняжку леди Локвуд.

– Ужасные дела творятся на белом свете, сэр, – так заключил он свой рассказ.

– Ваша правда, мсье, – кивнул прокурор и победоносно взглянул на Джулиана.

Тот, овладев собой, поймал себя на мысли, что почти наверняка знает имя убийцы Элинор. Это мог сделать лишь такой прожженный мерзавец, как Обер Фортье. Элинор наверняка не устояла перед его французским шармом и сделала очередным своим любовником. Во время ссоры он задушил ее и, как оказалось, ухитрился не только выйти сухим из воды, но и поставить под удар Лауру. Однако у прокурора сложилось на этот счет совсем иное мнение. Разубедить его можно было, лишь доказав, что Фортье лжет от первого до последнего слова.

Лаура озадаченно разглядывала сломанные печати:

– Но это не мои письма. Печать другая и почерк чужой. Передвижения войск, позиции Веллингтона… Откуда мне было обо всем этом узнать?

– Обвинитель полагает, что от меня, – сердито проговорил Джулиан и нахмурился. – А твой бывший знакомый Фортье поклялся, что это именно ты сообщала своей матери военные секреты и пыталась подкупить его, чтобы он об этом молчал. Все складывается скверно.

– Что ж, – Лаура силилась улыбнуться, – зато тебя оправдали. Это просто замечательно!

Джулиан пожал плечами. То, что он остался на свободе, казалось ему само собой разумеющимся. Его заботило другое.

– Послушай, не делала ли Элинор чего-нибудь необычного, когда приходила к тебе? Не вела ли себя странно? Вспомни, прошу тебя.

Лаура покачала головой:

– Ничего. Но Бекки показалось, что она, прежде чем я спустилась в гостиную, украла что-то из моего бюро. Я потом проверила, но ничего не пропало, кроме печати для писем.

– Выходит, она забрала твою печать.

– Вполне возможно. – Она слабо улыбнулась. – Только зачем? Вещица дешевая, такую можно купить в любой лавке.

– Лаура, в твоем бюро полиция нашла дорогую печатку с редким рисунком. Именно она была приложена к письмам, которые якобы уличают тебя в измене.

– Значит, она ее мне нарочно подкинула. – Лаура вздохнула. – Знаешь, нехорошо так говорить, но какое же облегчение знать, что этой коварной женщины больше нет на свете!

Джулиан поспешил признаться:

– Я чувствую то же, что и ты. Видит Бог, у меня есть для этого все основания.

– Но как мы сможем доказать, что это она подбросила мне печать?

Джулиан направился к выходу из камеры. У двери он обернулся и словно невзначай спросил:

– А кого ты, если не секрет, посылала для переговоров с ней?

– Я? – опешила Лаура. – Никого. Это какое-то недоразумение.

– По крайней мере одного из твоих парламентеров я знаю лично.

– И кто же это?

– Мой брат.

Рэндал был не один. Когда Джулиан без доклада вошел в гостиную, юноша мило болтал с Селией Картерет.

– У тебя, оказывается, гости. Я не вовремя? Рэндал поспешно вскочил на ноги.

– Напротив. Мы как раз обсуждали, чем можно помочь мисс Ланкастер.

– Чтобы загладить тот вред, который ты ей причинил? – зло сверкнув глазами, спросил Джулиан.

Рэндал перестал улыбаться.

– Вред? О чем ты, черт побери?

– Ты нанес Элинор визит и разозлил ее, а она отправилась к Лауре, чтобы высказать ей свое недовольство. Полиция теперь утверждает, что моя супруга явилась в дом на Фрит-стрит, движимая патриотическими побуждениями, изобличила Лауру в шпионаже. И этим накликала на свою голову беду, потому что шпионка ее задушила.

Откашлявшись, в разговор вступила Селия:

– Милорд, не вините во всем лорда Фаради. Я тоже внесла свою лепту в этот кошмар.

Джулиан покачал головой.

– И вы тоже посетили мою супругу?

– Не я. Один из моих друзей.

– Час от часу не легче! – Джулиан подошел к маленькому столику с напитками и налил себе порцию шерри. – И кто же он, если не секрет?

– Рекс Пентли.

– Карточный шулер? – в один голос произнесли братья.

Селия снисходительно усмехнулась:

– Он разносторонне одарен. Рекс – богатая натура и хороший товарищ. Он однажды уже пытался помочь Лауре. Милорд, вы, полагаю, не в курсе, что Фортье ее шантажировал?

Джулиан нахмурился:

– Продолжайте.

– Однажды после спектакля он явился в нашу уборную и пригрозил Лауре, что сообщит газетчикам ту самую историю о шпионаже, которую мы сейчас обсуждаем. Бедняжка пришла в неописуемый ужас. Она не хотела, чтобы вы знали, кем является ее мать. Вдобавок Лаура отдавала себе отчет, как все это скажется на вашей карьере и репутации. Больших денег она не имела, поэтому Лаура продала то самое жемчужное ожерелье, которое вы ей подарили, чтобы заткнуть рот презренному шантажисту. Я решила ей помочь. Когда все мы вернулись из имения Белгрейва в Лондон, попросила Рекса серьезно побеседовать с Фортье… – Она запнулась, многозначительно взглянув на Джулиана: – Надеюсь, вы понимаете, о чем я?

– Еще бы! – Джулиан отхлебнул шерри и подошел к камину. Встав спиной к огню, он холодно взглянул на Селию. – И что же, разговор этот возымел свое действие?

Селия вздохнула и пожала плечами:

– Отчасти. Фортье перестал донимать Лауру, но не убрался из Лондона. А мы так на это рассчитывали! Он вступил в сговор с леди Локвуд… Остальное вам известно.

– А после вы еще раз прибегли к услугам мистера Пентли, отправив его на разведку во вражеский стан? – Голос Джулиана смягчился, и Селия с улыбкой кивнула.

– Он спрятался возле ее дома, затем дождался, пока от леди Элинор уйдут сперва лорд Фаради, а после Фортье. Рекс проник в гостиную и устроил вашей супруге форменный допрос.

Джулиан и Рэндал переглянулись.

– И много ему удалось от нее узнать? – В глазах Джулиана загорелась надежда.

Селия набрала полную грудь воздуха и быстро сказала:

– Леди Локвуд и Фортье были любовниками. Он ее частенько поколачивал. Она отрицала свое участие в заговоре, но похвасталась, что у нее, дескать, есть свидетельства того, что Лаура переписывается с матерью. После вашей казни она хотела навсегда покинуть Англию, прихватив с собой ваши деньги. Титул и земли, разумеется, перешли бы лорду Фаради, если не были бы конфискованы государством, но с этим ей пришлось бы смириться.

Джулиан растерянно помотал головой.

– Но как бы ей удалось завладеть моими деньгами? Ведь банк может выдать их только по моей письменной просьбе.

– Рекс в точности не знает, какой план был на сей счет у этой парочки, но предполагает, что Фортье научился подделывать ваш почерк.

– Силы небесные! – с чувством произнес Джулиан. – Полагаю, оба они сошли с ума! Но скажите, мисс Картерет, согласится ли ваш приятель Рекс Пентли свидетельствовать в суде в пользу Лауры?

– Еще как согласится, милорд! – улыбнулась Селия. – Еще как!

Лаура опустилась на колени у окна и подняла голову вверх. Лишь так можно было увидеть кусочек неба над тюремными крышами. Она смотрела на облака, которые медленно плыли по голубовато-серому небосводу. Как знать, может, это чья-то душа, освободившись от телесной оболочки, спешит на встречу со Всевышним? Не такой ли путь вскоре предстоит проделать и ей самой… Содрогнувшись, она встала и побрела к тюфяку, который лежал в углу камеры. Лаура провела ладонью по ворсистой ткани плаща. Подруга обо всем позаботилась, все предусмотрела. Селия заплатила за одиночную камеру, принесла теплые вещи, еду и даже туалетные принадлежности. Теперь она горько раскаивалась, что не призналась Джулиану о том, что этот негодяй вновь возник в ее жизни. Скольких ужасов можно было бы избежать! Но она так стыдилась своего прошлого, своей маман! Забавно, ведь совсем недавно она подумывала, что можно было бы написать ей в Париж, но так и не осуществила это намерение. А теперь ее могут казнить по обвинению в этой несуществующей переписке…

Предаваясь этим мрачным размышлениям, Лаура сама не заметила, как впала в тревожное полузабытье. Перед ее глазами пронесся калейдоскоп лиц: Фортье со злорадной ухмылкой, барристер, которого нанял Джулиан для защиты ее интересов в суде, Рэндал, Селия, Белгрейв и… Джулиан. Но стоило его милому лицу явиться ей в ее тревожном сне, как из-за решетчатой двери послышался грубый голос надзирателя:

– Эй, мисс, соблаговолите мне уплатить за камеру! – В замке заскрежетал ключ, дверь со скрипом отворилась. Тюремщик вошел в камеру. – Нынче с вас гинея.

– Что? Гинея? – Лаура в негодовании вскочила с тюфяка. Во сне она так замерзла, что ее била дрожь. – Побойтесь Бога! Вам дали немалую сумму денег всего два дня назад.

– У нас тут свои порядки, мисс, – ухмыльнулся страж.

– Вы уже получили деньги за неделю моего пребывания здесь.

Тюремщик пожал плечами:

– Ну так и не платите, коли решили остаться.

На миг в душе Лауры затеплилась надежда, но она отогнала ее прочь. Разве можно, находясь в таком ужасном положении, воспринимать слова этого бессовестного человека всерьез? Тюремщики Ньюгейта наживаются на людском горе и ничем не брезгуют ради лишней монеты. Он способен переселить ее в общую камеру, если начать с ним спорить, а аппетиты его день ото дня будут только расти.

– Хорошо. Сегодня ко мне должна прийти подруга. Она даст вам вашу гинею.

Тюремщик весело оскалился:

– Так к вам уже пришли, мисс. И никакая не подруга, а дружок. Он явился, чтоб забрать вас отсюда. Так что с вас гинея. У нас так полагается. И не вздумайте со мной спорить!

У Лауры перехватило дыхание. Она изумленно смотрела на тюремщика, не зная, что и подумать. Из оцепенения ее вывел голос Джулиана:

– Лаура, пойдем отсюда. Ты свободна, дорогая. – Отстранив тюремщика, он вошел в камеру. И как раз вовремя, чтобы подхватить на руки Лауру, лишившуюся чувств.

Глава 21

– Что с ней? Она выздоровеет? – Селия с надеждой заглядывала в глаза врача, который только что вышел из комнаты Лауры.

– Лихорадка, – пожал плечами тот. – Для узников Ньюгейта это типично. Хорошо, что она не осталась там на более долгий срок. Тогда мой прогноз был бы не столь оптимистичен. Полноценный отдых, сытная еда и внимание друзей – это то, что ей сейчас нужно. Через несколько дней она снова станет самой собой.

Селия с улыбкой взглянула на Джулиана и Рэндала.

– Я сама буду за ней ухаживать. Не возражаете?

– Разумеется, мы этому очень рады! – немедленно отозвался Рэндал. Джулиан молчал. Ему пришлось дать согласие на то, чтобы Лаура первое время жила в особняке Фаради. После смерти Элинор прошло всего несколько дней. Если бы он привез любовницу в свой дом или в ее жилище на Фрит-стрит, это выглядело бы как вызов всему обществу. О бедняжке и без того судачили на всех углах, и свет был о ней нелестного мнения. Ему стоило огромного труда добиться ее освобождения из Ньюгейта.

Вряд ли это удалось бы, если бы не показания Рекса Пентли, который поклялся, что леди Локвуд и Обер Фортье были любовниками и сообщниками в темных делах. Ему поверили на слово, и Лауру решено было освободить из заключения. Возможно, лишь на время. Фортье исчез, словно в воду канул, но полиция его разыскивала. Рекс Пентли заявил в суде, что именно Фортье убил леди Локвуд.

– Пойду к ней, – сказала Селия. – А то как бы ей снова не стало худо, когда она проснется в незнакомом месте.

В комнате царил полумрак. Свечей не зажигали, поскольку час был еще не поздний. Крупные капли дождя барабанили по оконным стеклам. Селия придвинула стул к постели Лауры. Часы на каминной полке мерно тикали, отсчитывая время, в камине горел огонь. Лицо Лауры было белым, под глазами у нее наметились синие круги.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16