Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Джин Грин - неприкасаемый (карьера агента ЦРУ N 14)

ModernLib.Net / Исторические приключения / Горпожакс Гривадий / Джин Грин - неприкасаемый (карьера агента ЦРУ N 14) - Чтение (стр. 27)
Автор: Горпожакс Гривадий
Жанр: Исторические приключения

 

 


В ту ночь, когда они возвращались в джунгли после минирования дороги и обходили стороной деревню, горсточку бамбуковых домов, стоящих на сваях, они заметили из-за кустов вьетнамскую девушку. Она не видела их и спокойно шла по тропинке с мотыгой на плече, но они в своих инфракрасных очках прекрасно видели ее детское личико и тонкую шею. Тэкс тогда что-то шепнул Бастеру, тот ухмыльнулся и шепнул: - Вперед, ребята! Командир задерживается. Метров через сто Бастер сказал: - Стоп, ребята! Подождем командира. Тэкс приближался к ним, легко неси на плече связанную девушку с кляпом во рту. - Зачем ему девчонка? - спросил Берди. Бастер хмыкнул, Сонни и Мэт промолчали. Да зачем нам эта девушка? - тревожно продолжал спрашивать Берди. - Что от нее можно узнать? - Стиллберд, молчать! - рявкнул Тэкс. На базе он вылакал полфляжки рому, передал оставшееся Бастеру, поднял девушку и вынес ее из палатки. - Куда он ее понес?! - крикнул Берди. Через некоторое время послышался отчаянный гортанный крик. Берди схватил автомат и ринулся к выходу, но Бастер навалился на него, сжал в стальных объятиях и забормотал, дыша в лицо ромом: - Спокойно, детка. Спокойно, птичка. На войне совсем другие законы, чем в "Армии спасения". Через некоторое время Тэкс позвал Бастера. Бастер разжал объятия, но Берди в этот момент харкнул ему прямо в лицо. Бастер страшно ударил его в живот, зверски рыча, схватил за горло, но вдруг разжал пальцы, махнул рукой, пробурчал: - Может, ты и прав, птица. Скорее всего прав. Но Тэкса ты не трогай. Он тоже прав. Вошел Тэкс с девушкой на руках. Исподлобья он осмотрел товарищей, бросил девушку в угол и сел к рации К вечеру у Берди началась резь в животе. Похоже было, что его подкосило какое-то тропическое желудочное заболевание. Все эти дни, несмотря на принятые мощные антибиотики, он терял силы от боли, тошноты. Он почти не мог двигаться и лежал в липком поту, с пересохшими губами, а рядом с ним, прикрытая одеялом, лежала несчастная девушка, а Тэкс, настоящий садист, все чаще выносил ее из палатки. Бастер мрачнел с каждым часом, Сонни был как туча, а Мэт начал нервно хихикать. Похоже было на то, что в палатке может каждую минуту вспыхнуть кровавая драма, когда вдруг прозвучал спокойный голос командира: - Бизон, Бизон, я Пума... - Слава богу, Джин жив, - прошептал Берди. - Ура! - завопил Сонни. Тэкс встал, нервно потянулся и сказал, ни к кому не обращаясь: - Пожалуй, надо от нее избавиться. А то этот "колледж-бой" развезет здесь интеллигентские сопли... Тогда Берди из последних сил, почти теряя сознание, сполз со своего ложа, поднял автомат и поставил его на боевой взвод. - Буду стрелять, - пробормотал он. - Как вам это нравится, ребята? - возмущенно проорал Тэкс, глядя в дуло автомата. - Сядь-ка на свое место, Тэкс! - крикнул Сонни. Мэт и Бастер молчали. Через полчаса из джунглей вышел Джин.
      После того как Тэкс доложил Джину о действиях А-234, они вышли на связь с центром спецвойск в Ня-Транге. Из центра поступили поздравления, приказ пустить в действие мины и обещаний ровно через сутки прислать вертолет с авианосца "Кирсардж", который вот уже несколько дней барражировал по кромке нейтральных вод в Тонкинском заливе. Один за другим два радиоимпульса полетели из лесного логова, один - в хайфонский порт, другой - к полотну железной дороги. После этого Джин подсел к Берди, расстегнул его куртку, поднял майку. Впалый волосатый живот его друга был покрыт яркой крупной сыпью с гноящимися пузырьками. Лицо Берди уже приобрело синюшный оттенок, пульс еле прощупывался. - Наверное, я загнусь, Джин, - прошептал Берди. - Спокойно, дружище, - сказал Джин. - Мы еще с тобой поедем на джазовый фестиваль в Ньюпорт Послушаем Эллу и Сэчмо, похохочем... - И Дэйва Брубека, Джин? - улыбнулся Берди - И Брубека, конечно. Джин вынул маленький стерильный контейнер, надел резиновые перчатки, ввел Берди сильнодействующие сердечные средства и антибиотики. Берди заснул. - Есть что-нибудь выпить, ребята? - спросил Джин и вдруг заметил, что в углу палатки кто-то шевелится. Схватив пистолет, он прыгнул в угол, сорвал одеяло. На него с застывшим ужасом смотрели огромные полудетские глаза. Несколько секунд Джин, не шевелясь, разглядывал связанную девушку. Клочки разорванной одежды почти не прикрывали ее тело. Потом он повернулся к своим солдатам. Ярость горела во всем его теле ровным и беспощадным огнем. - Чьих рук дело? - медленно проговорил Джин. Бастер, Сонни и Мэт смотрели в землю. Один лишь Тэкс напряженно смотрел на него. - Чьих рук дело, подонки, грязные шакалы? Солдаты молчали. - Проклятые уголовники! - прорычал Джин. - Так-то вы проводите в жизнь политику "Американец - друг"? Так-то вы налаживаете дружбу с местным населением? Я передам вас всех военному суду! - Это моя подружка, Джин, - криво усмехнулся Тэкс. - Подумаешь, большое дело... - Встать! - рявкнул Джин. Тэкс вскочил и вытянулся. Видно было, что он умирает от страха. Не помня себя, Джин ударом в челюсть бросил его в угол, пнул несколько раз ногой, плюнул в лицо. - Вы ответите за оскорбление американского военнослужащего, лейтенант Грин! - завизжал Тэкс и закрыл лицо руками. Джин выбежал из палатки и остановился, сжав руки на горле. Через несколько секунд он поймал себя на том, что рычит как зверь. Мир, бессмысленный, жестокий, в миллионах светляков, гнусный, низменный мир лживо шумел листвой, лживо пиликал на идиотских скрипках, лживо смердел парфюмерными запахами. В двух или трех метрах началась какая-то бешеная возня, раздался предсмертный визг. Джин откинул полог палатки и в полосе света увидел двух гигантских бамбуковых крыс, которые рвали на части маленького, величиной с зайца, олененка. Джин выхватил пистолет и стал стрелять в эту бьющуюся похотливой голодной дрожью массу. Стрелял до последнего патрона в обойме. Утром пришел связной Дао. Он откинул полог и встал на пороге, оглядывая сидящих с чашками кофе американцев. - Хай, Дао! - сказал Бастер. - Это наш связной, Джин. Ну что ты стоишь в дверях, парень? Садись к столу. Как там наши игрушки? Сработали? - Твоя был Хайфон, делал взрыв? - спросил Дао Джина. - Да, - проговорил Джин, глядя в каменное бесстрастное лицо вьетнамца. - Твоя взорвал дамба. Вода разрушил тридцать домов. Перевернул двадцать сампан. Моя мать и брат умирать. - Не может быть! - воскликнул Джин. - При чем здесь дамба? - Моя тебя убивать, - спокойно сказал Дао и вдруг прыгнул, как кошка, в сторону, схватил автомат и направил на Джина. Мимо уха Джина просвистел "спринг-найф". Нож попал Дао прямо в грудь. Он упал на колени, потом на бок и, выпустив очередь в потолок палатки, умер. Джин оглянулся. Тэкс, бросивший нож, даже не расплескал кофе из чашки, которую держал в левой руке. Он отхлебнул, вытер рот рукавом, усмехнулся и сказал: - Политика "Американец - друг" в действии. Поздравляю вас, лейтенант Грин.
      Весь день они рубили джунгли для того, чтобы разложить опознавательный знак для вертолета. Ночью он прилетел. Бешено свистя, он повис над купами деревьев. Из брюха его опускались лестницы. Джин стоял, обняв Берди, и смотрел на вертолет, но перед глазами его все еще была грязная бухточка с ржавыми катерами и низкая серая дамба, под защитой которой, как оказалось, жили ни в чем не повинные люди... - Возьмем девушку с собой, - пробормотал Берди. - Я на ней женюсь. - Не глупи, старина, - тихо сказал Джин. - Я уже отпустил ее домой. - Она будет ненавидеть нас всю жизнь, - прохрипел Берди. - Да, это верно, - ответил Джин. Еще через сутки он вошел в свой комфортабельный номер в сайгонском отеле "Де Виль". На столе в серебряном подносе лежала телеграмма из Токио. "В субботу в пять жду тебя в Империале Гинза 17. Поедем на Фудзияму твой командир поставлен в известность. Целую. Ширли". Он открыл холодильник, достал бутылку "Джонни Уокер", налил полный стакан, выпил, тут же налил еще стакан, а остаток допил из горлышка. После этого он, шатаясь, подошел к кровати, отдернул противомоскитную сетку и рухнул ничком.
      Джин и Тран Ле Чин стояли у барьера международной зоны сайгонского аэропорта и смотрели на летное поле. Сайгонский аэропорт представлял в то время странное зрелище: он функционировал одновременно как военный аэродром и как международный гражданский, важнейший промежуточный пункт на великом пути из Европы в Японию. Из огромных пузищ двухэтажных транспортных "глобмастеров" и "стратолифтеров" выезжали "джипы" и выходили толпы солдат, в опустевшие пузища въезжали машины с ранеными, иной раз проносили гроб, накрытый звездно-полосатым флагом, с отдаленной взлетной дорожки стартовали в серое ватное небо истребители - "старфайтеры" и "фантомы", и в то же время здесь совершали посадки мирные интерконтинентальные лайнеры компаний "Эйр Франс", "ВОАС", "Эйр Индиа", "КЛМ", и пестрые космополитические толпы пассажиров спокойно топали хлебать кофе по транзитным талонам. Джин иногда наклонялся и целовал Транни в плечо. Тогда она поворачивала к нему свою головку, окидывала смеющимся взглядом, сдержанно улыбалась. Она, эта вездесущая Тран Ле Чин, разбитная корреспондентка нескольких азиатских и европейских газет, кажется, весьма гордилась своим другом, молодым гигантом в зеленом берете, с погонами первого лейтенанта на плечах. Тран Ле Чин была женой крупного чиновника из администрации Нго Динь Дьема. Поговаривали, что ее муж колоссальным образом обогатился с того времени, как в Южный Вьетнам, словно из рога изобилия, полилась американская военная и финансовая помощь. Он был фигурой внушительной, сумрачной и таинственной, типичный представитель коррумпированной дьемовской бюрократии. Джин лишь один раз издали на каком-то приеме видел его оплывшие щеки. Транни весело называла его "мой тюфяк" и всегда отмахивалась, когда речь заходила о нем. Она была из старинного рода мандаринов и обладала весьма солидным личным состоянием: ей принадлежал отель в курортном городке Виньтуа, земли вдоль шоссе в Бьенхоа, каучуковые плантации. Однако она в отличие от других чопорных сайгонских дам отнюдь не кичилась своим богатством, полотняные джинсики и голубая рубашка были ее излюбленной одеждой. Джин познакомился с ней на второй день после своего приезда в Сайгон в баре "Де Виля", и почти сразу же у них началась самая что ни на есть любовь. Они совершенно не замечали кривых взглядов и ухмылок, не слышали сплетен и все время, пока Джин был в Сайгоне, проводили вместе. Какими-то неведомыми путями Тран Ле Чин добилась неслыханной для сайгонских женщин эмансипации. Вот и сейчас Джин, не раздумывая, взял ее с собой на аэродром, куда он был послан для выполнения пустякового, но не очень-то ему приятного задания. Он должен был встретить прилетающую из Гонолулу команду "зеленых беретов" во главе с капитаном Чаком Битюком. Самолет пришел вовремя, и вскоре Джин увидел идущие поперек бетонированного поля молодцеватые фигуры Чака и его громил с вещмешками на плечах. Джин показал на контроле свое удостоверение, вышел в международную зону и козырнул подходящему Чаку. - Хай, Джин! - заорал, широко улыбаясь, Чак, словно их связывали давние и добрые дружеские узы. - Как я рад тебя видеть здесь, парень! - Здравствуйте, капитан Битюк, - сухо сказал Джин. - Комадование военной миссии США приветствует вас и ваших людей на гостеприимной земле нашего союзника. Едва заметная саркастическая улыбка скользнула по его губам. - Как тут с бабами? - спросил Чак. - Говорят, что здешние женщины просто хрустят в руках белого человека... - Вас ждет автобус. Он доставит вас на базу, - тем же тоном продолжал Джин. Они прошли за барьер, и Транни подошла к ним. Чак зорко глянул на нее. - А ты, Джин, я вижу, уже обзавелся, - осклабился он. - Это представитель прессы, - сухо сказал Джин. - Все ясно, - хмыкнул Чак. - Подруги есть? Тран Ле Чин подняла камеру. Несколько раз вспыхнул блиц. - Она имеет право фотографировать? - нахмурился Чак. - Да, да, имеет. "Зеленые береты", сгрудившиеся вокруг офицеров, с кривыми провинциальными ухмылками поглядывали на космополитический сброд, которым кишела международная зона. Вдруг они все, словно по команде, повернулись в одну сторону и выпучили зенки. Мимо шла группа удивительных созданий невероятно длинноногие, невероятно тонкие, профессионально широкоглазые итальянские манекенщицы в одеждах не нашей планеты. - Во дают! - ахнули "береты". - Во "помидорчики"! Ну, сила! - Кстати, Джин, к нам в Гонконге присоединился один твой дружок, - сказал Чак. - Мощный парень. Выдул в аэропорту бутылку "Бифитера", в самолете пять мартини - и хоть бы в одном глазу. - Кто же это? - насторожился Джин. - Майор Лот. Могучий, цветущий загорелый Лот шествовал по аэродрому походкой хозяина мира. Джин искренне обрадовался, увидев здесь своего друга. За последние годы он привык к этому человеку, в его обществе он чувствовал и себя таким же решительным, сильным, в его обществе он забывал свои сомнения. Они обнялись. - Ты так выглядишь, Лот, словно целый месяц занимался сёрфингом на Гавайях, - сказал Джин. - Я кочевал по Аргентине, малыш, а оттуда махнул в Гонконг. Занимался спортом почище сёрфинга. - Познакомься с Транни, - сказал, улыбаясь, Джин. - Транни, это мой старый друг, майор Лот. Лот зорко глянул на изящную женщину, потом на Джина, сразу все понял и шепнул ему на ухо сакраментальную фразу: - Подруги есть?
      Несколько дней спустя Лот и Джин обедали в изысканном ресторане на Рю де Катина, по давней традиции воздавали дань своим гурманским привычкам. Лот был в отличном настроении, пил много вина, похваливал национальную кухню. Джин заканчивал свой рассказ о вьетнамских делах. - Тут слишком много крови и грязи, Лот, - сказал он. - Порой мне становится не по себе. Здесь впору работать таким громилам, как Чак Битюк, но не нам с тобой. Лот усмехнулся. - Между прочим, Джин, будь особенно осторожен с Чаком. Чак примитивен, как свинья, но и в хитрости не уступает этому животному. У него далеко идущие планы, и он не остановится ни перед какой подлостью. - Дьявол с ним, с Чаком! - воскликнул Джин. - Я говорю тебе о другом. Мне кажется, что мы, то есть Штаты, вляпались здесь в ненужное дело и лезем все дальше и дальше... - Вот здесь ты ошибаешься, старина, - сказал Лот. - Во Вьетнаме идет сложнейшая политическая игра, здесь узел главных мировых противоречий... - Но мне-то какое до этого дело?! - невольно воскликнул Джин. - Мы солдаты, Джин, - жестко сказал Лот. Джин нахмурился. - Да, это верно. Они закончили обед, спросили кофе, коньяку и закурили сигары. - Завтра мы с тобой вылетаем на задание, - сказал Лот. - Как? - вскричал Джин. - Опять? - Я не хотел тебе портить аппетит перед обедом, - улыбнулся Лот, - но это так. Приказ подписан шефом "фирмы" и командующим специальными войсками во Вьетнаме полковником Лэддом еще третьего дня. - Какое задание? Куда мы летим? - "Фирма" совместно с комитетом начальников штабов разработала гениальную, по их мнению, идею. Решено бить врага его же оружием. Мы должны попытаться создать в Северном Вьетнаме свой Вьетконг, свои партизанские отряды и свою инфраструктуру. Однако северные вьетнамцы что-то не очень-то хотят бунтовать против дядюшки Хо, и поэтому мы будем создавать эти отряды здесь, на юге. Ядром этих отрядов будут дикие горные племена таи, мео, лао, которые, к счастью, еще не закончили изучение всех трудов Маркса. Мы им будем хорошо платить, а они будут яростно сражаться за идеалы западной цивилизации. Завтра мы с твоей командой на двух вертолетах вылетаем в Аннамские горы, на плоскогорье Ма, это около ста пятидесяти миль к северо-западу от Сайгона. Там состоится встреча с вождями диких племен, дружеский ужин, местная "огненная вода". "Стэйки" из павианьего мяса. Между прочим, Джин, почетным гостям дикари подкладывают на ночь своих жен, так что, если к тебе приляжет красотка лет шестидесяти, смазанная крокодильим жиром, не вздумай крутить носом, а то вспорют брюхо. Лот захохотал, и Джин, не выдержав, улыбнулся. Он был рад уже тому, что задание мирное: на этот раз не нужно будет стрелять, взрывать, жечь... - Пока что приехали наши дамы, - сказал Лот и кивнул в окно. Возле ресторана стоял распластанный "ситроен". За рулем сидела Транни, из-за ее плеча выглядывало кукольное личико Чоу Ша, сайгонской подруги Лота. - Перед таким серьезным испытанием, старичок, тебе, я думаю, будет особенно приятно провести вечер В обществе очаровательной Транни. Лот встал, повел плечами. - Для начала рванем в казино "Кин Тюп". У меня Там есть знакомый китаец-крупье.
      Тени пальмовых листьев колебались на полу, на стеках и на потолке. Джин гладил усталой рукой голое тело Транни. "Насколько легче Лоту, - думал он. - Любит одну Наташу, а остальное для неге лишь приключения. А я вот, болван несчастный, влюбляюсь в каждую, с кем провел ночь, и все забываю, что было раньше. Где теперь Ширли Пном-Пень, Гавайи, Токио, Сингапур? Где-то витает словно туманная Лилит, а Транни рядом, закрыла для меня весь мир, дышит, вздыхает..." - Завтра я уезжаю, Транни. Женщина вздрогнула, приподнялась на локте. - Что ты говоришь, Джин? Опять? - Это совсем ненадолго, беби. - Я не могу больше. Ты исчезаешь, а я мучаюсь, боюсь за тебя... - На этот раз никакой опасности. - Не верю! Тебя не посылают в безопасные места. Этот проклятый "зеленый берет" - как я его ненавижу! - Правда, Транни. Мы летим в горы, Лот и я, небольшой пикник с дикарями мео. - В горах Вьетконг, Джин. Они убьют тебя. - Там нет. Это плоскогорье Ма. Дружественные племена. Они хотят воевать вместе с нами. Лицо Транни с блестящими печальными глазами склонилось над ним. - Если тебя убьют, Джин, - медленно проговорила она, - я буду плакать по тебе. Знай это, Джин. Трал Ле Чин никогда тебя не забудет... - Да не убьют меня, милая! - воскликнул Джин. - Не бойся! Тран Ле Чин уткнулась лицом в подушку. Плечи ее тряслись.
      В головном вертолете "хьюи" летели Лот, Джин, полковник южновьетнамских "красных беретов" Ты Тук, его адъютант и два "зеленых берета" - Тэкс и Бастер. Во втором вертолете под командой начальника штаба А-234 первого лейтенанта Фрэнка О'Хиггинса было семь суперсолдат, и среди них Сонни и Мэт. Берди все еще валялся в полевом госпитале в Ня-Транге. Он с трудом поправлялся после тропической желтухи. Перед вылетом вертолетчики предложили каждому надеть пуленепробиваемые жилеты и привязать к заду, полуторадюймовые стальные пластины. - Слушайте нас, ребята, если не хотите остаться без наследников, посмеиваясь, говорили вертолетчики. - Вьетконговцы ведут строго зенитную стрельбу, прямо в брюхо машине. Поднимите-ка головы. На потолке вертолета зияло несколько отверстий с рваными краями. - Бронебойные пули прошивают наши консервные банки насквозь, и большинство ранений приходится на область паха. После такого объяснения Бастер под общий хохот попросил себе дополнительную пластину. Вылетели. Внизу потянулись сверкающие под солнцем рисовые поля, иногда проплывали шоссейные дороги, постройки, деревеньки из соломенных хижин и каучуковые плантации, потом пошел сплошной зеленый массив джунглей. Люк вертолета был открыт. Сидящий возле люка пулеметчик, обмотанный пулеметной лентой, зорко вглядывался в джунгли. Бастер и Тэкс, расположившись за спиной пилота, играли в скат. Пилот, иногда оборачиваясь, комментировал игру. Вьетнамские офицеры сидели с каменными лицами. Один раз игру пришлось прервать - бешено затарахтел в короткой очереди пулемет. - В чем дело? - спросил Лот. - На всякий случай, - осклабился пулеметчик. - Что-то там мелькнуло. Может, тигр. - Как там Фрэнк? - спросил Джин. - Летят. Тоже постреляли за компанию. В дальнейшем полет протекал спокойно. Начались горы. Из зеленого моря начали кое-где высовываться базальтовые и гранитные скалы. - Приближаемся, - сказал пилот. - Через десять минут должна быть посадочная площадка. На посадочной площадке красноватыми камнями была выложена литера "L". - Liberty, - сказал Лот, разглядывая посадочную площадку. - Может быть, Love, - предположил Бастер. - Временно прекратите шутки, сержант, - сухо сказал Лот. Он тронул за плечо пилота. - Людей видите, Роберт? - Нет, людей не видно. - Сделаем еще один круг. Когда вертолеты еще раз повисли над посадочной площадкой, из леса выскочили фигурки смуглотелых людей. Они размахивали какими-то яркими тряпками. приплясывали. - Садимся, - скомандовал Лот. Вертолеты опустились на пожухлую траву прогалины. Американцы высыпали из машин, построились. Перед ними в полусотне метров стояли полуголые вожди племен в ярких набедренных повязках. Они не двигались. - Смирно! - сказал Лот и прошел вдоль строя. - Ребята, эта встреча должна проходить торжественно и... Долгий гортанный крик, похожий на клекот орла, пролетел над поляной. Дикари упали в траву, и сразу же шквал автоматного и минометного огня обрушился на американцев и на вертолеты с обвисшими винтами. - Ловушка! - заорал Лот. - Ложись! Огонь! Вертолеты пылали, как два гигантских костра. Джин, Лот, Фрэнк и несколько оставшихся в живых "беретов", спрятавшись за камнями внутри буквы "L", стреляли, не имея перед собой никакой цели, кроме зеленой стены леса. Джунгли со всех сторон изрыгали огонь. Мины ложились все ближе. - Здесь нам всем крышка! - крикнул Фрэнк. - Дымовые шашки! - гаркнул Джин. - Тэкс! Бастер! Живо! - Молодец, Джин! - сказал Лот. Лежа на боку он спокойно вставлял новую кассету в свой Ар-15. Бастер и Тэкс начали расшвыривать вокруг дымовые шашки. Густые белые клубы поднялись в небо. Лот, не прекращая стрелять, встал на колено. Рот его был оскален, как у волка - За мной! - приказал он - Тэкс, если потеряете рацию, расстреляю! - Бастер, возьми Сонни. Он, кажется, еще дышит! - крикнул Джин, взвалив на плечи хрипящего вертолетчика и побежал вслед за Лотом в ревущий молочный смерч.
      Они укрылись от преследования в глубокой пещере на вершине какой-то горы. Их осталось в живых только шестеро: Лот, Джин, Фрэнк, Тэкс, Мэт и Бастер. Сонни умер во время бегства, вертолетчик отдал богу душу уже в пещере. Остальные, включая полковника Ты Тука, остались лежать, истекая кровью, на поляне. Тэкс связался по карманной рации НТ-1 с Ня-Трангом и передал микрофон Лоту. - Полковника Поупа немедленно! - заорал Лот. - Говорит майор Лот. Под суд отдам, идиот! Полковника Поупа, слышишь? Керк? Слава богу! Мы попали в ловушку, Керк. Тринадцать человек убито, вертолеты сожжены. А черт его знает, кто мог выдать! Сейчас не время вести расследование, Керк. Вы должны нас выручить. Мы... - "Черные пижамы", майор! - мрачно проговорил Бастер. К подножию горы из джунглей выбегали с автоматами в руках маленькие фигурки вьетконговцев. - Мы окружены, Керк! - крикнул Лот.
      Это был двухдневный ад. По прямому требованию из Лэнгли с борта авианосца "Индепенденс" одно за другим стартовали звенья истребителей-бомбардировщиков Ф-105. Это была "наступательная воздушная поддержка". Они кружили над горой, создавая вокруг огненный защитный пояс. Под прикрытием самолетов к горе пытались пробраться вертолеты, но каждый раз на виду у осажденных вспыхивали и беспомощно валились в джунгли. И все-таки вновь и вновь появлялись новые машины. Джин отлично понимал, что вовсе не ради него и его товарищей затеяна эта грандиозная спасательная операция. Лот - вот кто причина всей этой свистопляски. Это ради него свалились в джунгли уже три вертолета, и ради него гигантское стальное чудовище "Индепенденс" уже два дня выпускает в небо самолеты. Все шестеро лежали за камнями у входа в пещеру и непрерывно стреляли по прорывающимся сквозь напалмовое кольцо "черным пижамам". Вьетконговцы атаковали с невероятным упорством, как будто тоже знали, какая важная птица попалась к ним в западню. Наконец к исходу второго дня атаки прекратились. Автоматные очереди и взрывы мим слышались теперь в отдалении. Там разыгрывался настоящий бой. Это подошло к ним на выручку аэромобильное соединение. Бой шел всю ночь. К утру все стихло. Еле живые от усталости и жажды осажденные выжидающе смотрели на джунгли. В восемь часов утра из зарослей появилась цепочка джи-ай.
      Полянка, на которой разыгралось начало трагедии, теперь была занята солдатами и военной техникой. Джин, Фрэнк, Бастер и Тэкс, обессиленные, сидели на груде каких-то тюков, прислонившись спинами к бронированной стене вертолета. Неутомимый Лот между тем функционировал, носился по поляне, отдавал приказания, связывался по радио с командованием. - Поди-ка сюда, Джин, - деловито сказал он проходя мимо. Джин с трудом поднялся и пошел за ним. - Сейчас проверю, крепкие ли у тебя нервы, - сказал Лот. - Иди за мной. Видишь пленных? У подножия огромного вечнозеленого дуба стояла лицом к стволу горсточка вьетконговских пленных, связанных по рукам и ногам. Они были маленькие и щуплые, и джи-ай с автоматом, стороживший их, казался дядькой при детях. - Можете идти, - сказал ему Лот. - Мы должны провести допрос. Джи-ай охотно испарился. Лот взял за плечо одного из пленных и резко повернул лицом к Джину. Джин остолбенел. Перед ним была Тран Ле Чин, Транни... Глаза ее вспыхнули, она вся потянулась к нему. Джин не мог двинуть ни рукой. ни ногой. Лот не дал ему опомниться. Он поднял "люгер" к ее виску, раздался выстрел, тело Транни упало к его ногам. - А теперь обернись, - холодно сказал Лот. Джин, как загипнотизированный, обернулся. Одиннадцать автоматов и одиннадцать пар солдатских башмаков стояли в ряд посреди полянки. - Этих можешь записать на свой счет, Джин, - жестко проговорил Лот. Запомни это Как раз в это время капитан Чак Битюк вышел из ворот казармы "Виктория", где временно расположилась его команда. У обочины тротуара его ждала маленькая наемная машина компании "Хертц". За рулем сидел мистер Тео Костецкий-Брудерак. Чак открыл дверцу и шлепнулся на сиденье рядом с ним. - Ну жара! - рявкнул он. - Нашли место, Федор Кузьмич, где биться с краснопузыми. Согласитесь, что в мире масса мест для этого с более подходящим климатом. - Главное, влажность, - сказал Тео. - Влажность, Чак, сводит меня с ума. Некоторое время они ехали молча. Потом дядя Тео остановил машину возле одного из бесчисленных баров на улице Рю Д'Эспань. Они вошли в полутемное помещение, отмахнулись от двух дежурных "такси-гёрлз" и уселись за низким столиком в углу. - Чак, - начал Тео. - Вы, конечно, догадались, что ваша командировка во Вьетнам отчасти связана с планами "Паутины"? Нет, не догадывались? Ай-я-яй, дорогуша, надо быть более сообразительным. Мерчэнт очень сложными путями благодаря нашим новым связям с ЦРУ добился, чтобы сюда была направлена именно ваша команда, а не какая-либо другая. Руководство организации считает, что военные события во Вьетнаме развиваются в пользу коммунистов. Администрация этого выскочки Кеннеди крайне инертна. Мы должны стимулировать боевую активность нации, всех наций свободного мира. Намечена очень сложная операция, в которой... Головы Чака и дяди Тео сблизились. Дядя Тео еле шевелил губами, а Чак едва заметно кивал. - ...Руководство колебалось, на кого возложить выполнение этой операции, на вас, Чак, или на майора Лота, - сказал Тео. - В конце концов выбор пал на вас. "Паутина" вас ценит. - Я очень горд, - сказал Чак Битюк. В этот день ему предстояла весьма ответственная встреча с самим мистером Джорджем Карвером, главным специалистом ЦРУ по Вьетнаму Готовилась особо секретная операция в контакте с "Паутиной" В кабинете Карвера Лот с удивлением увидел мистера Мерчэнта и любезно поклонился представителю "Паутины", пожал милостиво протянутую ему руку. Уже одно присутствие Мерчэнта в кабинете Карвера, да еще со стаканом "бурбона" в руке, свидетельствовало о том, что акции "Паутины" стремительно идут вверх. Карвер, у которого за личиной добродушия таилось недюжинное хитроумие, налил и Лоту на три пальца виски. - Я знаю, джентльмены, что мне не надо представлять вас друг другу, - с широкой улыбкой сказал он, поднимая свой стакан. - Выпьем за нашу первую общую встречу и перейдем к делу. Мистер Мерчэнт желает изложить нам в самом конфиденциальном порядке свой план пресечения дальнейшего развития негритянской революции внутри Штатов и в вооруженных силах. Как вы знаете, Лот, революция эта разрастается - жаркое лето в наших городах, массовые столкновения белых и черных на военных базах за морями, недавнее побоище, начатое черными в Форт-Брагге. В нашей беседе примет участие гость из Штатов, недавно ставший одним из помощников "чифа" ФБР. Карвер взглянул на часы, и в то же мгновение раздался стук в дверь, и в кабинет вошел с деловым видом пожилой джентльмен, которого по внешнему облику можно было бы принять за коммивояжера. - Знакомьтесь, - вставая, сказал Карвер. - Мистер Збарский... Когда все уселись в кресла, Мерчэнт перешел к делу. - Джентльмены! - несколько торжественно проговорил Мерчэнт. - Прежде всего позволю себе заметить, что наш план обладает огромной взрывчатой силой и потому вся наша беседа должна остаться между нами. Нам с вами необходимо обратить особое внимание на решение вопроса в рамках вооруженных сил, в частности во Вьетнаме. В целом план, одобренный высшими инстанциями ЦРУ, ФБР и РУМО - разведывательного управления министерства обороны, - будет представлен на окончательное утверждение в Национальный совет безопасности, с которым у нас имеется уже предварительная обнадеживающая договоренность. Думаю, мне не надо доказывать вам, джентльмены, всю серьезность нависшей над нами угрозы восстания или революции двадцатидвухмиллионного черного народа - негритянского меньшинства в США. ФБР любезно разработало ту часть предложенного вами плана, которая касается разгрома организованной части черных - двенадцати основных негритянских организаций, ликвидацию всех их лидеров и вожаков, занесенных в черные списки... - Мы подготовили досье на каждого из них, - мягко вставил мистер Збарский. - Прекрасно! - кивнул головой Мерчэнт. - И все боевые организации черных находятся под круглосуточным наблюдением ФБР, - добавил Збарский, - Великолепно! - продолжал Мерчэнт. - План будет приведен в действие по сигналу высшей инстанции. Негры - члены конгресса будут немедленно лишены своих постов властью министра юстиции. Для разгрома черных организаций будут привлечены войска. Об опасности, угрожающей стране в случае негритянского восстания, можно судить хотя бы по тому факту, что нью-йоркская полиция насчитывает двадцать пять тысяч полицейских, а черные Нью-Йорка - один миллион человек. Так что без войск нам не обойтись. Со своей стороны мы обязуемся выставить штурмовые отряды белых патриотов в наиболее угрожаемых районах - в центральных районах Юга, на всем восточном побережье страны, в области Великих озер и на западном побережье. Кроме наших отрядов белых добровольцев и войск во главе с "зелеными беретами", разумеется, придется также использовать полицию, всю полицию городов, графств и штатов, всю национальную гвардию. - И тем не менее этих сил не хватит, - резко перебил Мерчэнта Джордж Карвер, сидя за своим столам. - Да, не хватит, - согласился Мерчэнт, - но мы рассчитываем на активное участие в подавлении восстания черных или в превентивных репрессиях от сорока до пятидесяти процентов взрослого белого населения под эгидой нашей патриотической организации, что даст нам пятикратное превосходство в численности сил порядка над мятежниками.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39