Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Век дракона (№2) - Крадущаяся Тьма

ModernLib.Net / Фэнтези / Флевелинг Линн / Крадущаяся Тьма - Чтение (стр. 6)
Автор: Флевелинг Линн
Жанр: Фэнтези
Серия: Век дракона

 

 


— Добро пожаловать в мой дом в эту холодную темную ночь! — обратился Серегил к собравшимся. — Тем, кто еще не знаком с моим компаньоном, я хотел бы представить благородного Алека-и-Гарета из Айвиуэлла.

Алек отвесил изящный поклон и быстро оглядел зал, надеясь увидеть знакомые лица. Килит и ее спутники уже прибыли, но ни Нисандера, ни семейства Кавишей не было. В дальнем углу Алек заметил группу гвардейцев в бело-зеленых мундирах. Подруга и сослуживица принцессы Клиа, капитан Миррини, приветственно взмахнула своим факелом со светящимся камнем, и Алек помахал ей в ответ, гадая, не пришла ли вместе с ней и Бека.

Только он собрался выяснить это, как Серегил подхватил его под руку и увлек к группе важных аристократов.

— Пора нам сыграть свою роль любезных хозяев. Вместе они обошли весь зал, кланяясь и разговаривая с гостями, обсуждавшими главным образом зловещие предзнаменования на церемонии в храме Сакора.

— По-моему, они перестарались, — фыркнул молодой придворный, которого представили как благородного Мелвита. — Разве есть сомнения, что война вот-вот начнется? К ней готовятся еще с прошлого лета.

Серьезная светловолосая женщина, разговаривавшая с адмиралом Нирейдианом, обернулась к Серегилу и обратилась к нему по-ауренфэйски.

— Исанти марил Элустри, Мелисандра-а-Марана! — тепло ответил ей Серегил. — Позволь представить тебе благородного Алека. Алек, госпожа Мелисандра и ее дядя, благородный Торсин, — посланники Скалы в Ауренене.

— Исанти бек кир, прекрасная госпожа, — произнес Алек с поклоном.

— Исанти марил Элустри, благородный Алек, — ответила женщина. — Благородный Серегил, как я вижу, учит тебя своему родному языку. Теперь так мало людей, владеющих ауренфэйским.

— И еще меньше тех, кто владеет им так хорошо, как ты, прекрасная госпожа, — сказал Серегил.

— Это такой красивый язык, если. конечно, удается им овладеть, — пророкотал Нирейдиан. — В твоем присутствии, благородный Серегил, я не рискну говорить поауренфэйски. Меня уверяют, что у меня совершенно ужасный акцент.

— Еще какой! — воскликнула Мелисандра. — Прости, что мы задерживаем тебя, Серегил, но мы тут поспорили: были ли предзнаменования сегодня в храме настоящими. Не выскажешь ли ты точку зрения ауренфэйе?

Алек с интересом наблюдал, как Серегил старательно изображает задумчивость.

— Ну… Подвергать сомнению неподдельность предзнаменований — не значит ли это бросать тень на само предсказание оракула?

Мелисандра многозначительно посмотрела на адмирала.

— Многие именно так это и понимают. Серегил тактично переменил тему:

— Насколько мне известно, твой дядя, прекрасная госпожа, сопровождал останки Коррута-и-Гламиена в Вирессу?

— Да. И позволь мне выразить самое глубокое сочувствие к твоему горю, — ответила Мелисандра — Для тебя новости о твоем родиче оказались, должно быть, ужасным ударом, в дополнение к твоим собственным неприятностям.

— Благодарю тебя. Рассказы царских гвардейцев, обнаруживших его, заставляют волосы вставать дыбом. Но все же случившееся может принести и пользу. Ты знаешь что-нибудь о реакции Совета Ауренена?

Мелисандра закатила глаза.

— Там полный переполох. Ты же знаешь, старая гвардия все еще считает, что Скала несет ответственность за действия леранцев. Молодые же члены Совета все громче говорят о необходимости покончить с политикой изоляционизма. Адриэль-а-Иллия — одна из самых влиятельных сторонниц примирения.

— Иллия? — переспросил Алек, насторожившись при упоминании знакомого имени.

— Именно, — ответил Серегил, выразительным взглядом предостерегая Алека от дальнейших расспросов. — Кто же еще? Только не путаешь ли ты снова ее с Адриэль-а-Олиен?

— Ох… Да, наверное, так и есть, — пробормотал Алек, гадая, какую промашку он чуть не совершил.

— Майсенские имена гораздо легче запомнить, — улыбаясь, заметил Серегил. — Бедный Алек все еще никак не разберется в наших генеалогиях, со всеми титулами родителей и супругов.

Мелисандра сочувственно кивнула:

— Это, должно быть, ужасно трудно, если ты не знаком с этими обычаями с рождения. О, я вижу благородного Герона! Мне обязательно нужно с ним переговорить. Эрисмаи!

Она бросила на Алека несколько озадаченный взгляд и отошла, сопровождаемая Нирейдианом и другими.

— Я сказал что-то не то, да? — торопливо прошептал Алек, опасаясь, что его услышат другие гости.

— Это моя вина, — ответил Серегил со слабой улыбкой. — Будь я здесь на прошлой неделе, я ввел бы тебя в курс событий. Иллия — имя моей матери, а моя самая старшая сестра, Адриэль-а-Иллия, недавно стала членом Совета Ауренена.

— Сестра?! — Никогда за все время их знакомства Серегил ничего не говорил о своей семье, да и вообще о своей жизни в Ауренене. Алек привык думать, что Серегил, как и он сам, сирота. — Да еще и самая старшая! Сколько же еще их у тебя?

— Четыре. Я — единственный сын, самый младший в семье. — В голосе Серегила зазвучало напряжение.

— Маленький братец Серегил… — Алек подавил смех:

его представление о друге каким-то странным образом изменилось. Однако он тут же ощутил, как между ними возникает барьер, и предусмотрительно переменил тему. — Похоже, скаланцы снова стремятся к союзу с Аурененом, как это было во времена Великой Войны.

— Это так, но неприятности с Коррутом скорее всего помешают делу. Наша недавняя находка может сделать ситуацию хуже, а не лучше, по крайней мере в ближайшее время.

— Но ведь с того времени, как Коррут исчез, прошло почти триста лет!

— Не забывай, о ком мы говорим, Алек. Многие из самых влиятельных членов Совета были его друзьями и ровесниками. Они хорошо помнят, какой прием был оказан Корруту скаланцами, когда он женился на их царице, и при каких подозрительных обстоятельствах он исчез после ее смерти. Если бы не то, что Лере хватило здравого смысла оставить свою сводную сестру Коррутестеру в живых, между двумя странами тогда разгорелась бы война. Что же касается нового союза, все в конце концов будет зависеть от пленимарцев. Если они объединятся с Зенгати…

— О, благородный Серегил! Вот ты где! Шумная компания молодых аристократов с улыбками предвкушения на лицах окружила Серегила.

— Мы уж думали, ты никогда не явишься на собственное празднество, — стала отчитывать его молодая женщина, повиснув у него на руке. — И это после того, как ты пропустил мой осенний прием!

Серегил выразительно прижал свободную руку к сердцу.

— Стоя на палубе корабля под полной яркой луной, я тогда думал только о тебе. Неужели ты не простишь меня?

— Луна тогда была на ущербе, я точно помню. Но так уж и быть, прощу при условии, что ты познакомишь меня со своим новым приятелем, — прощебетала красотка, игриво глядя на Алека, которого оттеснили в угол.

Алек с улыбкой вытерпел бесконечный ритуал взаимных представлений, заметив при этом, что на его любезные приветствия не всегда следует столь же любезный ответ. Несколько молодых людей проявили недвусмысленную холодность.

Серегил тем временем помедлил перед красивым златокудрым щеголем, окруженным стайкой поклонниц.

— Прости меня, господин, но имел ли я удовольствие быть знакомым?..

Красавец отвесил вычурный поклон.

— Я Пелион-и-Эйризин Хейлеус Кирион из Римини, дорогой хозяин.

— Неужели знаменитый актер, недавно сыгравший Эртиса в «Тирари»? — воскликнул Серегил. Молодой человек раздулся от гордости.

— Именно, благородный Серегил. Надеюсь, ты простишь это вторжение — мои спутники так настаивали…

— Напротив, я счастлив видеть тебя! Я рассчитываю, что ты дашь мне знать, когда состоится следующее представление. По всем отзывам, ты — настоящий Крозиус!

— Мне так лестно это слышать, — скромно пробормотал актер.

— Пелион к тому же обзавелся покровителями, — объявил один из стоявших поблизости гостей. — Ты знаешь, Серегил, что эта роль была написана специально для него?

— Мы так и думали, что ты не будешь возражать, — развязно вмешался в разговор прыщавый юнец. — Понимаешь, бедняжка Пелион влюблен, и его пассия может здесь сегодня появиться. Это такая трагичная и невозможная любовь! Да, и у нас для тебя в запасе еще одно удовольствие:

Донеус сочинил сногсшибательную поэму в двадцати трех песнях. Поразительное творение гения!

Серегил повернулся к поэту — надутому верзиле в потертом бархатном кафтане.

— Двадцать три песни! Что за гигантская работа!

— Поэма чудная! — выдохнула одна из поклонниц. — Сюжет — смерть Аршелола и Борестии, но до чего же оригинальная трактовка! Донеусу так не хватает просвещенного покровителя! Ты обязательно должен услышать поэму, благородный Серегил.

— Донеус, немедленно читай! — воскликнул прыщавый юнец. — Никто так не способен оценить новаторский стиль, как Серегил. Я уверен, благородный Алек сможет обойтись без хозяина какое-то время.

Алек хорошо понял завуалированное оскорбление. В толпе раздались смешки, но юноша остался невозмутим.

— Конечно, конечно, — ответил он с улыбкой, глядя прямо в глаза обидчику. — Тонкости поэзии всегда ускользали от меня. Я предпочитаю что— нибудь попроще: старинную балладу, добрую схватку на мечах.

— Прекрасно, пойдемте тогда в библиотеку, — сказал Серегил, подмигнув Алеку, и повел своих гостей к лестнице.

Повернувшись, Алек чуть не столкнулся с Миррини и Бекой, которые вместе с другими гвардейцами подошли поближе.

— Высокомерные недоноски! — пробормотала Бека, бросая вслед поэту и его поклонникам гневный взгляд. — Мне тоже иногда приходится сталкиваться с их хамством.

— Чем я им не угодил? — воскликнул Алек, не зная, смеяться или обижаться.

— Тем, что ты проявил дурной вкус, родившись к северу от Цирны.

— Всегда находятся подобные снобы, — пожала плечами Миррини, ловким движением отбирая у оказавшегося рядом слуги поднос с винными бокалами. — Их легко успокоить — стоит только выбить парочку зубов. Но в твоем случае, пожалуй, с их стороны это просто бессильная ревность. Среди золотой молодежи найдется немало таких, кто хотел бы оказаться на твоем месте.

Миррини окинула Алека пристальным взглядом.

— Ты выглядишь много лучше, чем при нашей последней встрече. Клиа на посту в храме, она просила передать тебе привет. Я тоже скоро должна к ней присоединиться, но долг чести обязывает меня присмотреть за новобранцами, раз уж они попали под мою команду. Бека говорила, что вам с ней случалось скрестить клинки… Э, да вон еще знакомое лицо!

— Валериус из Колата, дризид первого разряда, верховный жрец храма Далны в Римини! — провозгласил Рансер.

Валериус вошел в зал, одетый все еще в церемониальную мантию и корону, хотя драгоценный посох он успел заменить своим обычным деревянным.

— Да благословит Дална этот дом и всех, кто в нем! — пропел дризид, ударяя посохом в пол. Алек поспешил ему навстречу.

— Добро пожаловать, Валериус. Серегил только что поднялся наверх — слушать новую поэму, но он скоро придет.

— Несомненно, этот дурень Донеус, — неэлегантно фыркнул дризид, — со своими двадцатью тремя бурчаниями в животе Все еще ищет себе покровителя. Он читал отрывки из этой дряни у госпожи Арбеллы на прошлой неделе. Я из-за него аппетита лишился Если он загонит Серегила в угол и будет читать ему все до конца, не видать нам хозяина всю ночь.

— Пожалуй, Алеку стоит прийти к нему на помощь, — предложила Бека.

— Да нет, пусть их. Так Серегилу и надо — нечего поощрять эту банду бездельников. Чем вы тут развлекались, ребятки? Как я слышал, ты, Алек, овладеваешь искусством фехтования? — Дризид понизил голос до доверительного рокота. — Это тебе пригодится, раз уж ты попал в такую компанию. — Валериус повернулся к Беке и бросил на нее грозный взгляд. — А ты чем занимаешься! Взяла и сбежала в гвардию, вместо того чтобы выйти замуж, как подобает добропорядочной последовательнице Далны! Этот парень ведь твой ровесник, верно?

— Эй ты, отвяжись от девушки! — воскликнула со смехом Миррини, глядя, как ежится Бека. — Она лучшая наездница среди новобранцев этого года, и я вовсе не хочу, чтобы она променяла меч на. пеленки.

— Валериус! — воскликнул появившийся в зале Серегил:

ему, похоже, удалось отбиться от поэта собственными силами. — Ты благополучно отправил Старца Сакора в плавание?

Валериус ухмыльнулся:

— В гавани сегодня приличные волны. Бедный старый Морантиэль стал зелененьким, как салат, еще до того, как корабль отошел от пристани, хотя, думаю, старик переживет путешествие.

— Мне показалось, что он не слишком твердо выучил свое пророчество, — как бы между прочим заметил Серегил, знаком подзывая слугу с вином.

— После всех этих лет мошенничества, думаю, он пережил потрясение, когда что-то сверхъестественное на самом деле произошло.

— Значит, ты веришь, что это не подделка? Валериус поднял кустистые брови.

— Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Понятия не имею, правда, что собой представляет Пожиратель Смерти, но вороны очень мне не понравились.

Рансер, ожидавший у дверей, снова выступил вперед и объявил:

— Нисандер-и-Азушра Хипириус Мександор Илланди, верховный маг Третьей Орески, госпожа Магиана-а-Риони Мефистабель Тинува Илани, главная волшебница Третьей Орески, и благородный Микам Кавиш из Уотермида с супругой Кари и дочерьми Элсбет и Иллией.

Нисандер и Магиана, в обычных обстоятельствах самые незаметные из обитателей Орески, оказались облачены в богатые одеяния, соответствующие их рангу и торжественности события. Следом за ними в зал вошло семейство Кавишей, не уступающее роскошью нарядов хозяину дома Иллия уцепилась за руку матери, еле сдерживая возбуждение, вызванное и участием в празднестве, и собственным нарядным платьем. Элсбет, серьезная и скромная, по случаю торжеств блистала туалетом из винно-красного бархата.

— Разве ты не пригласил Теро? — лукаво прошептал) Алек на ухо Серегилу.

— Я всегда его приглашаю. Теперь смотри: нас ожидает необычное зрелище.

По знаку Серегила музыканты перестали играть. Гости расступились, и Нисандер вывел Магиану на середину зала. Кивнув хозяину, Нисандер небрежно взмахнул рукой, и стенная роспись ожила.

Фрески на стенах придавали залу вид лесной поляны.

На потолке ветви могучих дубов, оплетенные цветущими лозами, образовывали сплошной шатер, в просветах между стволами виднелись далекие горы и море. Даже галерея, на которой играли музыканты, своей резьбой напоминала увитую цветами беседку.

Нисандер заставил заструиться золотой свет, словно исходящий от скрытого за деревьями солнца. Легкий ветерок, напоенный ароматом цветов, пролетел по залу, всколыхнув листву Танцующие тени заскользили по полу. Нарисованные птицы начали порхать среди ветвей, наполнив зал своим пением.

Гости ахнули от восторга, но волшебство этим не ограничилось. Магиана достала из рукава хрустальную палочку, нарисовала ею в воздухе круг, и на его месте появился переливающийся всеми цветами радуги шар размером с яблоко.

— Иди сюда, господин, — с улыбкой поманила она Серегила. — Эта честь принадлежит тебе как хозяину по праву.

— Я, в свою очередь, хотел бы предоставить ее благородному Алеку — ведь он впервые с нами в Скорбную Ночь.

Раздались аплодисменты, и Алек, приблизившись, в соответствии с указаниями Магианы вытянул палец и ткнул в шар, словно это был мыльный пузырь.

При его прикосновении сфера взорвалась ослепительными искрами. И тут же раздался стук копыт — из чащи нарисованного леса из-под галереи показалось стадо белых оленей. Животные пробежали вокруг зала и принялись щипать травку рядом с дверью в столовую. Из пещер в горах на фреске появились разноцветные крылатые змеи и запели мелодичными голосами. Из-за стволов деревьев робко выглянули дриады и эльфы.

Со смехом и радостными возгласами гости любовались великолепным спектаклем. Иллия вырвалась от Кари и бросилась в объятия Беки, восторженно крича:

— Это же магия, Бека! Самая настоящая волшебная магия! А у тебя такой нарядный мундир! Ты теперь в конной гвардии!

Бека с улыбкой прижала девочку к себе.

— Именно так все и есть.

— Нам нужна настоящая музыка! — воскликнул Нисандер. — Флейтисты, ну— ка сыграйте «Пастушескую идиллию». Музыканты весело заиграли, и пары стали выстраиваться для танца.

— Вот ты где! — воскликнула Кари, пробираясь к старшей дочери и обнимая ее.

— Мама боялась, что до завтра так тебя и не увидит, — пояснил Микам. — Она беспокоилась об этом целый день.

— Ничего подобного, — возразила его жена. — Повернись, Бека, мне хочется получше тебя рассмотреть.

— Теро, по-видимому, занят в другом месте, — заметил Серегил, бросая на Нисандера лукавый взгляд.

— О, приветствую тебя, Валериус, — обратился к дризиду Нисандер, подводя к нему Магиану. — Ты мужественно сражался сегодня в храме. Сказали ли тебе вороны что-нибудь вразумительное?

— Мы как раз сейчас обсуждаем это, — ответил Валериус — Как ни искусны жрецы Сакора в своих «пророчествах», они не имели отношения ни к птицам, ни к гласу Эгиды, насколько я могу судить.

— Это, несомненно, была какая-то разновидность магии, — задумчиво сказала Магиана. — Возможно, сам Сакор явил свою волю, но в любом случае предзнаменование неблагоприятно.

— Во всем этом необходимо разобраться, — согласился Нисандер, — но только сейчас мои ноги не могут стоять спокойно — слишком зажигательно звучит музыка. Как ты думаешь, моя дорогая, осилим мы с тобой танец или два?

— Похоже, тебя придется сковать цепями, чтобы ты смирно лежал в гробу,

— подмигнула ему Магиана.

Валериус с недовольным ворчанием, но ласково посмотрел вслед удаляющейся паре.

— Это ее целомудрие в стиле Орески просто смешно! Они должны были пожениться еще лет двести назад. — Потом внимание дризида что-то отвлекло, и он хитро улыбнулся в бороду. — Надо же, кто тут появился, какая неожиданность! И только посмотрите, с кем вместе!

— Илинестра-а-Мараниал Вистра Илинена Эринд, волшебница Эриндская! — объявил Рансер. — И Теро-и-Процепиос Бинардин Хлинир из— Римини, маг второго ранга из Третьей Орески!

— Ну-ну, — пробормотал Серегил.

Теро выглядел необычно веселым, входя в зал вместе с опирающейся на его руку Илинестрой. Шелковое платье волшебницы переливалось драгоценностями, глубокий вырез в соответствии с последней модой почти открывал розовые соски, обнаженная грудь была прикрыта лишь роскошным ожерельем из жемчуга и черного янтаря. Темные волосы красавицы прикрывала тонкая сетка, украшенная теми же камнями.

Серегил слегка подтолкнул Алека вперед:

— Давай, благородный Алек. Нужно приветствовать наших почтеннейших гостей. Добро пожаловать, прекрасная госпожа, — обратился он к Илинестре, целуя ей руку.

— Спасибо, благородный Серегил, — с холодным кивком ответила волшебница. — А это, должно быть, твой новый компаньон, о котором так много говорят.

— Алек из Айвиуэлла, — представил юношу Серегил, с внезапным беспокойством подумав, не вспомнит ли она мимолетную, но бурную встречу с ним вскоре после их прибытия в Дом Орески Но если женщина и узнала Алека, она не подала виду. Протянув руку, она подарила ему ослепительную улыбку.

— Ах, майсенец! Как замечательно!

Она явно ожидала, что он тоже поцелует ее руку, и Алек благонравно склонился над ней. Слабый аромат коснулся его ноздрей, дразнящий и странно притягательный. Илинестра не сразу отняла теплую мягкую руку, и взгляд Алека скользнул по обнаженной груди и утонул в глубоких фиолетовых глазах. На лице юноши отразилось восхищение и удовольствие; он сам не предположил бы, что способен на такое. Все еще держа его за руку, волшебница заговорила, и ее низкий голос заставил незнакомый трепет пробежать по всему телу Алека.

— Нисандер так хорошо о тебе отзывается. Надеюсь, мы с тобой познакомимся поближе.

— Почту за честь, госпожа, — ответил Алек, не узнавая собственного голоса. Волшебница наконец отняла руку, и мир снова стал нормальным.

— Добрый вечер, — натянуто поздоровался Теро, явно не особенно довольный происходящим.

— Прости Теро его плохое настроение, — промурлыкала Илинестра, снова бросая на Алека ласковый взгляд. — Он пришел сюда только из-за меня, боюсь, и теперь дуется. Ну же, Теро, может быть, нам удастся развеселить тебя!

Теро повел красавицу через зал, и тут с элегантным поклоном вперед выступил Пелион. Теро ответил ему мрачным взглядом и недружелюбным кивком. Пелион остановился, но продолжал следить за Илинестрой влюбленными глазами.

— Ах, так вот кто недосягаемая возлюбленная актера, — заметил Серегил с усмешкой. — Ну, сегодня у него окажется немало соперников Если Теро надуется еще сильнее, он просто лопнет.

— С тобой она была не слишком любезна, как мне показалось, — сказал Алек

— Что ж, я не в ее вкусе. А вот ты — наоборот. Алек отчаянно покраснел. Его пальцы все еще пахли духами Илинестры

— Я же только поздоровался с ней.

Музыканты заиграли зажигательный мотив, и юноша стал смотреть на танцующих Мимо пронеслись Микам с Кари, смеясь и подпрыгивая, за ними следовали Нисандер и Магиана Один из поэтов каким-то образом сумел вытащить в круг Элсбет, и она, краснея и улыбаясь, что-то ему говорила. На другом конце зала Илинестра болтала с актером, а Теро с еле скрываемым нетерпением переминался рядом.

— Что ей нужно от Теро? — вслух удивился Алек.

— Судя по выражению его лица, нечто такое, о чем он не хотел бы сообщать Нисандеру, — заметил Валериус.

— Нисандер знает, — ответил ему Серегил. — Мне кажется, Илинестра ему уже надоела, хотя я все равно считаю, что выбрать Теро следующим — проявление плохих манер с ее стороны.

— Сомневаюсь, что инициатива целиком исходила от нее, — фыркнул Валериус. — Если этот дурень желает совать голову в пасть дракона, пусть его Ты только присмотри, чтобы юный Алек оставался от нее на безопасном расстоянии

— Я же только поздоровался с ней .. — возмутился юноша, но тут их прервали Миррини и Бека.

— Я отправляюсь на свой пост, — сообщила капитан. — Надеюсь увидеть вас всех завтра на церемонии награждений.

Как только Миррини ушла, Бека многозначительно улыбнулась Алеку, — Илинестра очень красива, не правда ли? Алек застонал.

— Что же я, должен был сбить ее с ног, что ли?

— Какое-то мгновение казалось, что именно это ты и собираешься сделать.

— Ну, я уверен, что с моей стороны ей ничего не грозит:

она же может выбирать из всего мужского населения Римини, — возразил Алек — А вот как насчет тебя? Тебе можно танцевать, когда ты в форме?

Бека взглянула на свой плащ и сапоги.

— Ну, думаю, можно попробовать.

Они неплохо справились с джигой, потом еще с несколькими танцами Бека все еще была так счастлива от своего зачисления в гвардию, что, подумал Алек, чуть не взлетала в воздух Они продолжали танцевать до тех пор, пока не появился Микам и не сообщил, что Кари и младшие девочки собираются отправляться на покой

— Я и не догадывалась, что уже так поздно! — воскликнула Бека, с очевидным сожалением выпуская руку Алека. — Я поднимусь наверх и посижу с мамой, пока не придет время отправляться в казарму Мне нужно быть там на рассвете, гвардия участвует в церемонии. — Быстро чмокнув Алека в щеку, она поинтересовалась: — Вы с Серегилом ведь будете там? Нас, правда, в отряде так много, что ты, может, и не разглядишь меня.

— С такими-то волосами? — поддразнил ее Алек, дергая за рыжую косу. — Да ты же заметна, как красный нос пьяницы.

— Я тебе это припомню, когда мы в следующий раз будем фехтовать, — предупредила его Бека с озорной улыбкой. — Ладно, до завтра.

Оставшись один, Алек оглянулся в поисках Серегила; тот оказался на другом конце зала. Не успел юноша пробраться к нему сквозь толпу, как Серегила перехватил какой -то важный придворный, пустившийся в долгие рассуждения о судоходной компании, которой они оба владели. Алек вежливо послушал разговор некоторое время, но в конце концов его внимание отвлеклось.

Окинув взглядом зал, юноша обнаружил, что многие гости куда-то исчезли Не иначе как продолжают «игры в темноте», как говорила Килит. Нисандер и Магиана все еще танцевали:

теперь это был торжественный менуэт. Теро танцевал тоже, но не с Илинестрой.

«Где, интересно, она?» — подумал Алек, оглядывая зал.

«В саду — Тихий ласковый шепот раздался, казалось, у самого уха, так что никто другой не мог его слышать. — Приходи в сад».

Никакого сомнения: это был голос Илинестры Таинственное приглашение прозвучало опять, и Алек ощутил восхитительное тепло, разлившееся по всему телу. Мимо прошла тесно прижавшаяся друг к другу пара, освещая себе дорогу светящимся камнем, и Алек подивился радужному сиянию, исходящему от него Да и весь зал стал выглядеть как-то по-другому. Может, это Нисандер и Магиана продолжают свои магические манипуляции? Пробравшись между танцующими, Алек, никем не замеченный, проскользнул в столовую, а оттуда в темный сад.

«Сюда Иди ко мне».

Голос вел юношу, пока он не оказался в дальнем конце сада, скрытом за деревьями.

Раздался шелест шелка, и из темноты вынырнуло бледное лицо Илинестры. Она схватила руки Алека и положила их себе на бедра. Тело женщины было стройным и манящим, и юноша крепче сжал ее, чтобы насладиться ощущением теплоты под холодным шелком.

— Госпожа, я не понимаю… — прошептал Алек. Какая-то маленькая и слабая часть его сознания била тревогу. Он никогда в жизни не испытывал ничего подобного…

— Что тут нужно понимать, милый мальчик? Здесь, в темноте, она казалась такой хрупкой… Когда она заговорила, ее губы коснулись подбородка Алека, а фиолетовые глаза — озера ночного мрака — оказались совсем близко от его собственных.

— Но Нисандер… Теро… Я думал…

Илинестра тихо рассмеялась, и воркующий звук заглушил все его сомнения; Алек снова ощутил прилив расслабляющего тепла.

— Я делаю что хочу, Алек, и беру то, что мне нравится. А сейчас мне нравишься ты. — Ее руки снова сжали пальцы юноши и потянули их выше. Руки Алека коснулась вышивка, холодная сетка ожерелья у нее на груди… — Ты дрожишь. Неужели мое маленькое колдовство пугает тебя? Или это меня ты боишься?

Алек сделал судорожный вдох.

— Я .. Я не знаю Часть его сознания видела ловушку, но тело его было переполнено желанием, какого он никогда раньше не испытывал. Благоухание ее духов снова коснулось его, когда Илинестра прижала руку Алека к податливой округлости обнаженной груди.

— Тебе достаточно только попросить, Алек. Я тут же освобожу тебя Ты хочешь этого?

Илинестра обвила руками шею юноши, ее ладонь легла ему на затылок — так же, как это часто делала ладонь Серегила. Женщина поцеловала Алека, ее губы раскрылись, язык нежно скользнул между его губ Прижавшись еще теснее, Илинестра принялась целовать шею юноши

— Такой юный, такой свежий, — прошептала она. Ее дыхание зажгло пламя в его крови. — Такой красивый. Ты когда-нибудь был близок с женщиной? Нет? Тем лучше .. — Она слегка изменила позу, так что напрягшийся сосок коснулся его пальцев. — Так скажи мне, должна ли я отпустить тебя теперь?

— Да! Нет! Не знаю… — тихо простонал Алек, крепче обнимая Илинестру. Магия или нет, проснувшаяся страсть захватила его Губы нашли губы, поцелуй ответил на поцелуй.

— Закрой глаза, мой дорогой, — прошептала Илинестра. — Закрой их крепко— крепко, и я покажу тебе еще одно чудо.

Алек послушался и почувствовал, что падает на что-то мягкое. Когда он снова открыл глаза, они лежали на огромной кровати в занавешенном алькове. Свет запрещенных этой ночью свечей просачивался сквозь слои цветного шелка; его было как раз достаточно, чтобы Алек разглядел, пока его глаза были закрыты, его и Илинестры одежда куда-то исчезла.

— Что-нибудь не так, моя дорогая? — спросил Нисандер, заметив, как нахмурилась Магиана.

— Я наблюдала за Теро У него снова кислое лицо, а ведь только что он так веселился. Уж не дразнил ли его опять Серегил?

— Я ничего такого не заметил.

Теро мрачно отошел в дальний угол, не обращая внимания на нимф, танцующих между деревьями на стене, и стал оглядывать зал, словно в поисках кого-то.

— Думаю, Илинестра нашла себе более веселую компанию этим вечером, — предположил Нисандер.

— Ну… Что ж. это по крайней мере менее удивительно, чем видеть их вместе. Чего, собственно, она от него хочет?

— Он не такой уж урод. И к тому же молод.

— Да, но он же твой ученик. — поморщилась Магиана. — Я понимаю, ты не возражаешь, но все равно это бестактно с их стороны, Нисандер усмехнулся:

— Страсть редко принимает во внимание такие тонкости. Как раз в этот момент он заметил Серегила, стоящего около бочки с сидром. Тот рассеянно вертел в пальцах стакан и казался чем-то обеспокоенным.

— Пойдем, дорогая, ты, должно быть, умираешь от жажды, — сказал маг, подводя свою спутницу к Серегилу.

— Вы не видели Алека последние несколько минут? — спросил Серегил, когда они приблизились.

Перчатки он снял, заметил Нисандер, хотя обе руки оставались забинтованы. «Интересно, какое объяснение этому придумал Серегил для своих гостей?» — подумал волшебник

— Нет. Он что. пропал?

— Не знаю. Прошел уже почти час с тех пор, как я видел его в последний раз. Я осмотрел весь дом, его нигде нет. На него это не похоже. Не мог бы ты воспользоваться своим колдовским зрением?

Нисандер закрыл глаза и послал мысль на поиски по дому и ближайшим окрестностям, потом покачал головой.

— Не думаешь ли ты?.. — Магиана слегка кивнула в сторону Теро.

Нисандер неохотно сотворил другое заклинание, намереваясь лишь мельком заглянуть в покои Илинестры и убедиться, что юноши там нет.

К своему ужасу, он обнаружил там Алека, но сила, удерживающая того, была совсем не сексуального характера

— Что случилось? Что-то плохое? — спросил Серегил где-то рядом.

Нисандер предостерегающе поднял руку, не открывая глаз.

— С ним все в порядке. Но мне нужна секунда… Усилив заклинание, он увидел Илинестру, склонившуюся над Алеком, который, казалось, спал со счастливой улыбкой на устах среди смятых простыней. Лицо волшебницы представляло собой резкий контраст: она была напряжена и сосредоточена, вычерчивая в воздухе над юношей незнакомые символы Когда она закончила, мирное выражение исчезло с лица Алека Сначала оно стало пустым, потом сморщилось; юноша бессознательно попытался отвернуться. с губ его слетел невнятный протест. Колдунья наклонилась ближе, увеличила светящийся символ, потом в разочаровании резко ударила Алека по щеке


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35