Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Враг мой (сборник)

ModernLib.Net / Лонгиер Барри / Враг мой (сборник) - Чтение (стр. 10)
Автор: Лонгиер Барри
Жанр:

 

 


      - Дэвидж? Лейтенант Дэвидж?
      Открыв глаза, я увидел перед собой зрелище, которого был лишен в течение четырех лет по земному счету: человеческое лицо.
      - Кто вы такой?
      На лице - юном, удлиненном, увенчанном ежиком светлых волос расплылась улыбка.
      - Капитан медицинской службы Стирмен. Как вы себя чувствуете?
      Обдумав вопрос, я в свою очередь улыбнулся.
      - А так, словно загрузился сильнодействующим наркотиком.
      - И это чистая правда. Когда вас подобрали картографы, вы были в довольно-таки тяжелом состоянии.
      - Картографы?
      - Ах да, вы же ничего не знаете. Правительства Земли и Драко создали объединенную комиссию, которая будет руководить колонизацией новых планет. Война кончилась.
      - Кончилась?
      - Да.
      У меня гора с плеч свалилась.
      - Где же Заммис?
      - Кто-кто?
      - Джерриба Заммис, тот драконианин, с которым я вместе шел.
      Медик пожал плечами.
      - Об этом я ничего не знаю, но, надо полагать, о нем позаботятся его дракошки.
      Дракошки. Было время, я и сам употреблял это уничижительное словечко. Теперь же, в устах Стирмена, оно показалось мне чужим и мерзким.
      - Заммис никакой не дракошка. Он драконианин.
      Медик сдвинул было брови, но спорить не стал.
      - Конечно. Как скажете. Главное - отдыхайте хорошенько, я вас еще проведаю через несколько часов.
      - Можно мне повидаться с Заммисом?
      - Ну что вы! - улыбнулся медик. - Вы находитесь на борту звездолета на пути к Дельфам, где размещена база землян. А ваш... драконианин скорее всего летит на Драко.
      С этими словами он кивнул мне, повернулся на каблуках и ушел. До чего же мне стало одиноко! Я огляделся и понял, что лежу в палате судового лазарета. Койки по обе стороны от меня были заняты. Тот, кто лежал справа, покачал головой и вновь погрузился в чтение какого-то журнала. Тот, что слева, со злостью буркнул:
      - Ох уж эти мне дракоманы!
      И повернулся на левый бок, спиной ко мне.
      Вновь среди людей - и более одинок, чем когда-либо. Миснуурам ва сиддеф, как высказался Мистаан в Талмане, из хладнокровной глуби восьми веков. Одиночество - это мысль, его причиняет не кто-то кому-то, а причиняет некто сам себе.
      В mom раз Джерри покачал головой и, подыскивая слова, поднял кверху желтый палец. "Дэвидж... для меня одиночество - неудобство, мелочь, которой по возможности надо избегать, но не следует бояться. А вот в твоем представлении, как я понял, лучше принять смерть, чем очутиться наедине с самим собой".
      Миснуурам йаа ва нос миснуурам ван дунос. О вы, те, кто одиноки наедине с собой: вовеки пребудете вы одинокими средь себе подобных. Тоже Мистаан. На первый взгляд суждение само себе противоречит, однако испытание в условиях реальной действительности доказывает его истинность. Я был чужаком среди своих, оттого что не разделял их ненависти, а моя любовь казалась им странной, немыслимой, извращенной. "Ладит с чужими мыслями лишь тот разум, что мирно уживается сам с собой". Все тот же Мистаан.
      По пути к базе на Дельфах, включая срок пребывания на больничной койке, а затем в волоките увольнения с действительной службы я бессчетное число раз порывался залезть к себе за пазуху и извлечь оттуда Талман, но он давно уж не висел там на цепочке. Что сталось с Заммисом? Экспедиционным войскам не было до этого дела, а драконианские власти на мой запрос не ответили: меня, мол, это не касается.
      Бывшие космолетчики обивали пороги на биржах труда, на частных же предприятиях вакансии отсутствовали, особенно для летчика, который не летал четыре года, прихрамывает, да к тому же дракоман. "Дракоман" как уничижительное слово впитало в себя несколько исторических терминов: квислинг, еретик, негролюб - все слилось в трех слогах.
      Денежного содержания за все эти годы у меня скопилось сорок восемь тысяч кредитов, так что деньги не были проблемой. Проблема заключалась в том, куда деваться. Послонявшись по дельфийской базе, я первым же кораблем вернулся на Землю и для начала несколько месяцев проработал в мелком издательстве, переводя рукописи на драконианский язык. Судя по всему, дракониан сильно тянуло на вестерны:
      " - Руки вверх, наагузаат!
      - Ну гепх, крючкотвор.
      Бах, бах! Вспышки выстрелов, и кизлодда шаддсаат свалил фессу".
      Я уволился.
      Наконец-то я позвонил родителям.
      - Почему ты так долго не звонил, Уилли? Мы ужасно переволновались...
      - Мне тут надо было кое-что уладить, папа... Да нет, вообще-то...
      - Ну что ж, мы понимаем, сынок... ты столько пережил...
      - Папа, мне бы хотелось побыть дома...
      Еще прежде, чем выложить кругленькую сумму наличными за подержанный электромобиль фирмы "Дирмен", я понял, что, отправляясь к родителям, совершаю ошибку. Мне до чертиков нужен был дом, тепло и уют домашнего очага, однако дом родителей, который я покинул восемнадцатилетним юношей, не даст мне ни того, ни другого. И все-таки я туда поехал, поскольку больше деваться было некуда.
      Один-одинешенек мчался я в темноте, предпочитая старые шоссе; тишину нарушал только гул дирменовского мотора. Ясная декабрьская полночь, сквозь прозрачный откидной верх машины виднелись звезды. В памяти всплыла планета Файрин IV, ее нескончаемые ветры и бушующий океан. Я съехал на обочину и погасил фары. За несколько минут глаза привыкли к темноте, я вышел из машины и захлопнул дверцу. Небо над Канзасом бездонное, но звезды казались до того близкими, что впору было их рукой коснуться. Под ногами похрустывал снежок, когда я поднял глаза кверху, пытаясь отыскать Файрин среди тысяч видимых нами звезд.
      Файрин находится в созвездии Пегаса, однако глаза у меня не наловчились выделять крылатого конька в россыпи звезд. Я зябко поежился и решил вернуться в машину. Уже дотронувшись до дверной ручки, я заметил на севере, у самого горизонта, знакомое созвездие - Дракон. Обвив хвостом Малую Медведицу, повис он в небе головой вниз. Эльтанин, нос дракона, родная звезда дракониан. Вторая ее планета, Драко, - родина Джерри и обиталище Заммиса.
      Меня ослепили фары приближающейся машины; она притормозила, и я обернулся. Водитель опустил окошко и спросил из тьмы:
      - Помощь нужна?
      - Нет, спасибо. - Я покачал головой и поднял руку к небу. - Просто смотрю на звезды.
      - Прекрасная ночь, правда?
      - Совершенно верно.
      - Вы уверены, что обойдетесь без помощи?
      Я качнул головой.
      - Спасибо... Хотя постойте. Где здесь ближайший гражданский космопорт?
      - В Салине, отсюда примерно час езды.
      - Еще раз спасибо.
      Водитель помахал мне, и другая машина отъехала. Еще раз поглядев на Эльтанин, я сел за руль.
      Через полгода я стоял у старинных каменных ворот и удивлялся, кой черт занес меня в такую даль. По пути к Драко, не видя на последнем перегоне никого, кроме дракониан, я убедился в справедливости слов Намваака: зачастую мир есть просто-напросто необъявленная война. Формально официальные договоренности гарантировали мне право посещения планеты; на деле же все оказалось не так просто: задолго до того, как человечество вступило в космическую эру, драконианские бюрократы и их приспешники довели канитель и волокиту до виртуозности. Пришлось угрожать и выслушивать угрозы, совать взятки, целыми днями заполнять бланки, снова и снова проходить медицинский и таможенный контроль, объяснять причины поездки, опять заполнять бланки, исправлять и переписывать уже заполненные, вновь совать взятки и ждать, ждать, ждать...
      На звездолете я старался отсиживаться в каюте, но, поскольку стюарды-дракониане наотрез отказались меня обслуживать, к столу я волей-неволей выходил в кают-компанию. Сидел там в полнейшем одиночестве и выслушивал реплики по своему адресу. Я избрал линию наименьшего сопротивления - счел за благо прикинуться, будто ни слова не понимаю. Ведь среди джерриных соотечественников широко распространен предрассудок, будто людям не дано овладеть драконианским языком.
      - Почему нас заставляют питаться в одном помещении с иркмаанской мразью?
      - До чего же безобразны пятна на бледной коже... да еще поверх всего зловонная грива. Фу! Ну и несет же от него!
      Я скрипнул зубами, но продолжал сидеть, не поднимая глаз от тарелки.
      - Издевательство над Талманом, да и только; кувырком пошли законы Вселенной, если на свет родилось такое чудище.
      Тут я в упор посмотрел на трех дракониан, сидевших за столиком по другую сторону прохода, и ответил по-дракониански:
      - В деревне у вас нерегулярно скармливают киззам противозачаточные таблетки, иначе ты бы вовсе не появился на свет, - и вновь занялся своей порцией, а тем временем двое дракониан с трудом удерживали нарывавшегося на драку третьего.
      Разыскать на планете Драко поместье рода Джерриба не составляло труда. Проблема заключалась в том, как туда проникнуть. Участок был обнесен высоченной каменной стеной, сквозь ворота виднелся внушительный каменный особняк, который столько раз описывал мне Джерри. Привратнику я заявил, что хотел бы повидаться с Джеррибой Заммисом. Он вытаращил глаза, потом юркнул в нишу рядышком с воротами. Немного погодя из особняка вышел другой драконианин и быстро зашагал к воротам напрямик через широкий газон. Драконианин на ходу кивнул привратнику, затем остановился передо мною. Ну прямо вылитый Джерри.
      - Это вы тот иркмаан, что желал видеть Джеррибу Заммиса?
      Я кивнул.
      - Заммис вам обо мне, наверное, все уши прожужжал. Я Уиллис Дэвидж.
      Драконианин смотрел на меня испытующе.
      - Я Эстон Нев, единоутробный брат Джеррибы Шигена. Вас хочет видеть мой родитель, Джерриба Гоциг.
      Драконианин круто повернулся и зашагал назад, к особняку. Я двинулся следом, ног под собой не чуя при мысли о том, что с минуты на минуту опять увижу Заммиса. На окружающую обстановку я почти не обращал внимания, но вот меня провели в просторный зал со сводчатым каменным потолком. Джерри уверял, будто этому дому четыре тысячи лет. Сейчас я ему поверил. При моем появлении встал и устремился мне навстречу еще один драконианин. Этот был стар, но я-то знал, кто он такой.
      - Вы Гоциг, родитель Шигена.
      В меня пристально вглядывались желтые глаза.
      - Кто ты такой, иркмаан? - Он вытянул морщинистую трехпалую руку. Что тебе известно о Джеррибе Заммисе? И почему ты изъясняешься на языке дракониан в стиле и манере моего дитяти Шигена? Зачем ты явился?
      - Я говорю в такой манере оттого, что так учил меня говорить Джерриба Шиген.
      Старый драконианин склонил голову набок и прищурил желтые глаза.
      - Ты знал мое дитя? Откуда?
      - Разве картографы ничего вам не сообщили?
      - Меня уведомили, что мой первенец Шиген погиб в бою над Файрином IV. Случилось это более шести лет назад по нашему летосчислению. Что ты лукавишь, иркмаан?
      Я перевел взгляд с Гоцига на Нева. Молодой драконианин разглядывал меня все так же подозрительно. Я снова повернулся к Гоцигу.
      - Шиген не погиб в бою. Мы с ним оба совершили вынужденную посадку на Файрине IV и прожили там целый год. Шиген умер родами, производя на свет Джеррибу Заммиса. Еще через год нас подобрала совместная картографическая комиссия и...
      - Довольно! Хватит с меня, иркмаан! Чего ты домогаешься? Денег? Или чтоб я пустил в ход свое влияние, добился для тебя торговых концессий? Чего именно?
      Я нахмурился.
      - Где Заммис?
      На глазах старого драконианина выступили злые слезы.
      - Никаких Заммисов не существует в природе, иркмаан! Со смертью Шигена прервался род Джерриба!
      У меня прямо глаза на лоб полезли, я мотнул головой.
      - Неправда. Я-то знаю. Я сам пестовал Заммиса... да неужто комиссия ни словечком не обмолвилась?
      - Приступай к сути своего дела, иркмаан. Я не намерен терять с тобой целый день.
      Я внимательно посмотрел на Гоцига. Старый драконианин ничегошеньки не услышал от комиссии. Заммис попал к драконианским властям... и как в воду канул. Гоцигу ничего не сообщили. Почему?
      - Я жил вместе с Шигеном, Гоциг. Тогда-то и выучил ваш язык. Когда Шиген умер, рождая Заммиса, я...
      - Иркмаан, если ты не намерен переходить к делу, то я прикажу Неву вышвырнуть тебя вон. Шиген погиб в бою за Файрин IV. Наш астрофлот уведомил меня спустя всего несколько дней после его гибели.
      Я кивнул.
      - Тогда, Гоциг, объясни-ка: откуда я знаю наизусть родословную Джерриба? Хочешь, я тебе ее перескажу?
      - Ты утверждаешь, будто выучил родословную Джерриба? - фыркнул Гоциг.
      - Да.
      - Так перескажи. - Гоциг сделал приглашающий жест.
      Я набрал побольше воздуху и начал. К тому времени как я дошел до сто семьдесят третьего поколения, на каменный пол рядом с коленопреклоненным Невом опустился и его отец Гоциг. Дракониане простояли на коленях все три часа, покуда длился рассказ. Когда я закончил, Гоциг склонил голову и прослезился.
      - Да, иркмаан, да. Я верю, ты знал Шигена. Да. - Старый драконианин заглянул мне в лицо, глаза его засветились надеждой. - И ты утверждаешь, что Шиген продолжил род - что Заммис появился на свет?
      Я кивнул.
      - Непонятно, с какой стати комиссия решила скрыть это от вас.
      Гоциг поднялся на ноги и нахмурился.
      - Мы выясним, иркмаан... Как тебя зовут?
      - Дэвидж. Уиллис Дэвидж.
      - Мы все выясним, Дэвидж.
      Гоциг поселил меня в своем доме, что пришлось как нельзя более кстати, поскольку деньги у меня были уже на исходе - оставалась тысяча с небольшим кредитов. Наведя огромное количество справок, Гоциг отправил нас с Невом в Центральную Палату, в столицу Драко - Синдиеву. Оказывается, род Джерриба пользовался немалым влиянием, и волокита для нас была сведена к минимуму. В конце концов мы попали к представителю совместной комиссии - драконианину, некоему Джоздну Фрулу. Прочитав письмо, которое передал со мной Гоциг, драконианин помрачнел.
      - Откуда у тебя это письмо, иркмаан?
      - По-моему, там есть подпись.
      Драконианин посмотрел на письмо, потом опять на меня.
      - На планете Драко род Джерриба один из наиболее почитаемых. Ты утверждаешь, будто получил это письмо от Джеррибы Гоцига?
      Я почти уверен, что произнес все это - по крайней мере губами и языком я шевелил...
      Тут вмешался Нев:
      - Вы располагаете сведениями и документами картографов, побывавших на Файрине IV. Нам бы хотелось выяснить судьбу Джеррибы Заммиса.
      Джоздн Фрул еще раз сердито глянул в письмо.
      - Эстон Нев, вы являетесь основателем рода, если мне не изменяет память?
      - Совершенно верно.
      - Что же вы, хотите опозорить свой род? Почему я вижу вас в обществе иркмаана?
      Нев вздернул верхнюю губу и скрестил руки на груди.
      - Джоздн Фрул, если вы желаете в обозримом будущем свободно разгуливать по планете, то ради своего же блага прекратите болтать языком и немедленно приступайте к розыску Джеррибы Заммиса.
      Джоздн Фрул опустил голову, осмотрел собственные ногти, затем поднял глаза на Нева.
      - Хорошо, Эстон Нев. Ты грозишь мне неприятностями, требуя выложить всю правду. Думаю, правда покажется тебе куда большей неприятностью. Нацарапав что-то на листочке бумаги, драконианин подал его Неву. - По этому адресу ты найдешь Джеррибу Заммиса и проклянешь тот день, когда узнал его адрес.
      В колонию для умственно отсталых мы вошли с тяжелым чувством. Повсюду вокруг дракониане; кто таращится перед собой пустыми глазами, кто орет во всю глотку, кто пускает пену изо рта - словом, все ведут себя как низкоорганизованные существа. Уже после нашего приезда сюда к нам присоединился Гоциг. Директор колонии при виде меня сдвинул брови, а Гоцига удостоил покачиванием головы.
      - Поверни назад, покуда есть еще возможность, Джерриба Гоциг. За стенами этого зала нет ничего, кроме боли и горя.
      Гоциг сгреб директора за лацканы халата.
      - Слушай меня, ты, червь: если в этих стенах находится Джерриба Заммис, подать сюда моего внука! Иначе на твою якобы высокоученую голову обрушится все могущество рода Джерриба!
      Директор вскинул голову, пошевелил губами, потом все же кивнул.
      - Хорошо. Хорошо же, напыщенный ты каззмидф. Мы пытались уберечь репутацию рода Джерриба. Пытались! Теперь пеняй на себя. - Директор поджал губы. - Да, мешок ты денежный, картинка из журнала мод, теперь пеняй на себя. - Нацарапав что-то на клочке бумаги, директор вручил клочок Неву. Этой запиской я собственноручно подписал себе позорное увольнение, но берите! Да-да, берите! Полюбуйтесь на существо, именуемое Джеррибой Заммисом! Глядите и рыдайте!
      В окружении деревьев и травы на каменной скамье, уткнув взгляд в землю, сидел Джерриба Заммис. Глаза его ни разу не моргнули, руки ни разу не шевельнулись. Гоциг хмуро покосился на меня, но сейчас я не мог щадить Шигенова родителя. Я подошел к Заммису.
      - Заммис, ты меня узнаешь?
      Драконианин вернулся мыслями из каких-то запутанных лабиринтов и устремил на меня желтые глаза. Никаких признаков интереса.
      - А кто ты такой?
      Я примостился рядом, взял его за плечи и встряхнул.
      - Да ну тебя, Заммис, неужто ты меня забыл? Я ведь твой дядя. Помнишь? Дядя Дэвидж.
      Покачиваясь на скамье, Драконианин мотнул головой. Поднял руку и махнул санитару.
      - Я хочу к себе. Отведи меня, пожалуйста, в палату.
      Я встал и ухватил Заммиса за отворот больничного халата.
      - Заммис, ведь это же я!
      На меня уставились желтые глаза, тупые и безжизненные. Санитар положил руку мне на плечо.
      - Отпусти, иркмаан.
      - Заммис! - Я повернулся к Неву и Гоцигу. - Да скажите же хоть что-нибудь!
      Драконианин-санитар вытащил из кармана какую-то жратву и многообещающе подкинул на ладони.
      - Отпусти его, иркмаан.
      - Объясните, что это означает, - потребовал Гоциг. Санитар обвел взглядом всех поочередно: Гоцига, Нева, меня и Заммиса.
      - Этот... это существо... проповедовало любовь - представляете, любовь - к людям! Это вам не пустячная странность, Джерриба Гоциг, а вопиющее извращение. Правительство всячески ограждает вас от скандала. Неужели вам хочется вовлечь род Джерриба в такую неприглядную историю?
      Я посмотрел на Заммиса.
      - Что здесь вытворяют с Заммисом, кизлодда, сукин ты сын?! Чем его оглушили? Шокотерапией? Нейролептиками? Пытаетесь сгноить ему рассудок?
      С насмешливой улыбкой санитар покачал головой.
      - Тебе, иркмаан, не понять. Не видать ему счастья, пока он иркмаан вул - человеколюб. Мы делаем все возможное, чтобы этот наш больной мог нормально функционировать в обществе планеты Драко. По-твоему, это дурно?
      Я взглянул на Заммиса и покачал головой. Слишком ярко помнилось мне, как обходились со мной собратья-люди.
      - Нет. Я не считаю, что это дурно... Я просто не знаю.
      Санитар обратился к Гоцигу:
      - Прошу вас, поймите, Джерриба Гоциг. Не могли мы подвергать такому позору род Джерриба. Ваш внук почти здоров и вскоре начнет проходить курс реабилитации. Годика через два вы получите внука, достойного продолжить род Джерриба. Разве это дурно?
      Гоциг только головой покачал. Я присел на корточки перед Заммисом и обеими руками сжал его руку.
      - Заммис!
      Заммис глянул вниз, шевельнул другой рукой, схватил мою ладонь и растопырил на ней пальцы. Перебрав их по одному, Заммис посмотрел мне в глаза и вновь оглядел мою ладонь.
      - Да... - Заммис вновь пересчитал пальцы. - Один, два, три, четыре, пять! - Заммис заглянул мне в глаза. - Четыре, пять!
      - Да. Да, - кивнул я.
      Заммис подтянул к себе мою ладонь и прижался к ней щекой.
      - Дядя... Дядя. Я же говорил, что никогда тебя не забуду.
      * * *
      Я не считал, сколько лет с тех пор минуло. У меня вновь отросла борода; одетый в змеиные шкуры, я стоял на коленях у могилы моего друга Джеррибы Шигена. Рядом находилась четырехлетней давности могила Гоцига. Я поправил камень-другой, прибавил к ним несколько новых. Поплотнее запахнув змеиные кожи, чтобы защититься от ветра, я сел возле могилы и стал смотреть в море. Под иссиня-черным покровом туч по-прежнему накатывали буруны. Скоро все затянется льдом. Я покивал головой, оглядел свои испещренные шрамами морщинистые руки, перевел взгляд на могилу.
      Не усидел я с ними в поселке, Джерри. Пойми меня правильно: там хорошо. Лучше некуда. Но я все выглядывал в окошко, видел океан и невольно вспоминал нашу пещеру. В каком-то смысле я здесь один. Но это к лучшему. Я знаю, что я такое и кто я такой, Джерри, а ведь это главное, верно?
      Послышался шорох. Я нагнулся, уперся руками в одряхлевшие колени и кое-как поднялся на ноги. Со стороны поселка приближался драконианин с младенцем на руках.
      Я почесал бороду.
      - Ага, Тай, значит, это твой первенец?
      Драконианин кивнул.
      - Мне будет приятно, дядя, если ты его обучишь всему, что надо знать: родословной, Талману, а главное - жизни на Файрине IV, на нашей планете, которая теперь зовется - Дружба.
      Я принял драгоценный сверток из рук в руки. Пухленькие трехпалые лапки, помахав в воздухе, вцепились мне в одежду.
      - Да, Тай, этот бесспорно Джерриба. - Я встретился взглядом с Таем. А как поживает твой родитель Заммис?
      - Хорошо, насколько это мыслимо в его возрасте. - Тай пожал плечами. Мой родитель шлет тебе наилучшие пожелания.
      Я кивнул.
      - Я ему тоже, Тай. Заммису не мешало бы выбраться из этой капсулы с кондиционированием воздуха и вернуться на жительство в пещеру. Здешний воздух пойдет ему на пользу.
      Тай с усмешкой кивнул.
      - Я ему передам, дядя.
      - Посмотри-ка на меня! - Я ткнул себя пальцем в грудь. - Ты когда-нибудь видел меня больным?
      - Нет, дядя.
      - Скажи Заммису, пусть гонит врача в тычки и возвращается в пещеру, понял?
      - Да, дядя. - Тай улыбнулся. - Не нужно ли тебе чего-нибудь?
      Почесав в затылке, я кивнул.
      - Туалетной бумаги. Парочку рулонов. Ну, может быть, бутылку-другую виски... нет, обойдусь без виски. Пусть сперва Гаэзни исполнится год от роду. Только туалетную бумагу.
      Тай поклонился.
      - Слушаюсь, дядя, и пусть многие утра увидят тебя здоровым.
      Я нетерпеливо отмахнулся.
      - Увидят, увидят. Не забудь, главное, про туалетную бумагу.
      Тай опять поклонился.
      - Не забуду, дядя.
      Круто повернувшись, Тай двинулся лесом обратно в колонию. В свое время Гоциг, вложив в это дело немалые средства, переселил весь свой род, да и близкие роды, на Файрин IV. Примерно годик я прожил с ними со всеми, но после опять уединился в пещере. Собирал дровишки, коптил змеятину и выдержал зиму. На пещерное воспитание Заммис отдал мне маленького Тая, а теперь поручил мне Гаэзни. Я подмигнул младенцу.
      - Твое дитя назовут Гоцигом, а там уж... - Запрокинув голову к небу, я почувствовал, как на лице сохнут слезы... - А там уж дитя Гоцига назовут Шигеном.
      Кивнув, я направился к расселине, которая ведет к входу в пещеру.
      ГРЯДУЩИЙ ЗАВЕТ
      Звезды - вершины чудесных треугольников! Сколь дальние и сколь непохожие существа из разных вселенских обителей созерцают в одно и то же мгновение одну и ту же звезду! Возможно ли большее чудо, чем мимолетно заглянуть друг другу в глаза ?
      Генри Дейвид Торо, "Уолден"
      Если Ааква есть великий огонь, кружащий по Вселенной, а дети Ааквы иные огни, полыхающие вдали, то разве нельзя предположить, что они кружат по иным вселенным? И нет ли в тех, иных, вселенных собственных обитателей? Ради ответов на эти вопросы я готов много страдать. Ради встречи с этими обитателями, ради того, чтобы увидеть их и прочесть их мысли, я отдал бы жизнь.
      Предание о Шизумаате, Кода Нувида, Талман
      Докосмическая литература всех известных нам рас исходила из факта существования иных миров и была полна ожиданий, возлагавшихся на первые встречи с представителями иных рас. Совершенство индивидуума и общества, каковое всякий способен вообразить, но какового никто не в силах достичь, надлежало искать у других.
      Потом встречи состоялись, и каждая раса нашла в другой не многим более, нежели искаженный образ самой себя. Ум и глупость, агрессивность и страдание, проницательность и слепая преданность - неизменные постулаты жизни и реальности - цинично приходили на смену надеждам, пока каждая раса боролась за свое торжество, создавая правила, придумывая тактические ходы, выстраивая общественные институты - и все ради того, чтобы не дать восторжествовать тем, кто воспринимался как угроза.
      Сталкиваясь с превосходящими силами, отстававшие в технологическом и военном отношении расы создавали коалиции, многократно умножая свои силы. Внутри коалиций плелись интриги и заговоры. Снаружи воевали между собой и расширялись великие военные и экономические державы.
      Коалиции быстро приняли форму теперешней системы федераций Объединенных Секторов. В области Галактики, относящейся к Федерации Девятого Сектора, к ней не примкнули лишь считанные крупные державы. Среди них выделялись численностью населения, богатством и военной силой Соединенные Штаты Земли и Палата драков. Этим двум державам подчинялись три сотни миров.
      В конце двадцать первого века ни драки, ни люди не отвлекались на абстрактные рассуждения о чужих цивилизациях. Они были заняты войной.
      1
      Постигающий игру многое внесет в нее. Однако истинные правила, не подлежащие изменению, прозвучат из уст опытных игроков.
      Игроки видели и осязали металл; постигающим он известен только в теории.
      Предание о Зинеру, Кода Синувида, Талман
      Джоанн Никол сидела в грязи посреди планеты Кетвишну и наблюдала сквозь дымку за отдаленной точкой, превращавшейся у нее на глазах в черную птицу - боевой летательный аппарат драков. Он медленно летел над голым пространством, держась совсем низко, прижимаясь к поверхности, как стервятник, выбирающий себе поживу среди бесчисленных трупов.
      Она оглянулась на горстку людей, оставшихся у нее в подчинении. Солдаты привычно сидели в окопах и жались к камням, наплевав на холодный влажный ветер и низкие серые облака. Снова взглянув на приближающийся летательный аппарат, она едва удержалась от улыбки.
      Драки обойдутся одной машиной. Сорок с небольшим увязших в грязи и деморализованных представителей человеческой расы, набившись в брюхо корабля драков, заполнят его в лучшем случае на четверть. Сорок с небольшим военнопленных - вот и все, что осталось от двадцатитысячного гарнизона.
      Возможно, смерть нашли не только эти тысячи, но и миллионы гражданских, хотя об этом можно было только догадываться. В сообщениях, которые удалось получить обороняющимся, говорилось, что города на всех шести континентах Кетвишну превратились в дымящиеся руины.
      Рядом раздалось чавканье. Появилась какая-то фигура.
      - Майор Никол! Они приближаются.
      - Что?
      - Они приближаются. - Палец указал на небо.
      - Вижу.
      Фигура опустилась на корточки, и Джоанн Никол разглядела, кто перед ней: сержант Зина Лоттнер, шифровальщица.
      - Мы все перерыли. Из того, что осталось, дракам ничего не пригодится. - Она извлекла из кармана серебристую открытку. На ее пальцах запеклась кровь.
      - Вот что я нашла в вашем кабинете.
      Джоанн взяла у сержанта приглашение. Блеск карточки казался абсолютно неуместным среди грязи, нечистот и крови. Женщина прочла затейливую вязь:
      Офицерский и сержантский состав штабной роты 181-й дивизии JJJ корпуса гарнизона планеты Кетвишну вооруженных сил Соединенных Штатов Земли имеет честь пригласить МАЙОРА ДЖОАНН НИКОЛ на шестнадцатое ежегодное празднование Нораанка Дима, которое состоится в 19. 30 21 февраля 2072 года
      (2651 час 9/9 местного времени) в Главной аудитории "Сторм Маунтейн"
      Она закрыла приглашение.
      - Зачем вы мне это принесли, Лоттнер?
      - Не знаю. Думала, вас заинтересует. - Сержант Лоттнер, поднявшись, уставилась на приближающийся аппарат драков. - Я видела, во что превратилось ваше вечернее платье. Наверное, оно было красивым...
      Джоанн бросила открытку в грязь и наступила на нее каблуком сапога... Лоттнер, немного постояв молча, развернулась и стала медленно спускаться по осклизлому склону.
      Платье действительно было красивым: сплошь серебро и белоснежные кружева - одним словом, глупость...
      - Давно ли солдаты торчат в грязи?
      Джоанн обернулась на грубый голос и увидела мужчину, скрестившего ноги посреди красно-бурой лужи. Это был лейтенант Морио Тайзейдо, бывший шифровальщик, ныне - солдат, по уши сидящий в грязи, верный кандидат в военнопленные. Рядом с ним бездействовал сержант-пехотинец Эмос Бенбо, устремивший загадочный взгляд на приближающийся вражеский корабль.
      Почти не шевеля губами, сержант ответил вопросом на вопрос:
      - Давно ли существуют солдаты?
      Сейчас эта старая, как мир, шутка пехотинцев оказалась как нельзя более кстати. Джоанн посмотрела на свои колени и попробовала оттереть с них грязь. Потом внимательно осмотрела ладонь.
      Грязь. Цвета крови, перемешанной с испражнениями.
      Грязь. С запахом крови и испражнений.
      Грязь. Международное косметическое средство военных.
      Подняв голову, она обнаружила, что корабль драков успел увеличиться в размерах. Сидит ли в грязи пехота драков, тзиен денведах? Истекают ли драки кровью, хватаются ли за животы, делают ли вообще что-нибудь из того, что полагается делать нормальным солдатам? Начальник разведки полковник Нкрума в этом сильно сомневался.
      Нкрума... Она зажмурилась, вспоминая события, происходившие в недрах горы у нее за спиной всего несколько часов назад.
      ... Круглое, обычно ничего не выражающее лицо Нкрумы было перекошено, как от физического страдания. Его облик передавал его состояние. Обливаясь потом, чернокожий полковник отдавал дрожащим голосом приказание, звучавшее для слуха любого офицера разведки громом с небес.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40