Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Любовницы-убийцы

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Коллинз Джеки / Любовницы-убийцы - Чтение (стр. 5)
Автор: Коллинз Джеки
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


Бетт осталась у окна, рот ее пересох от предчувствия. Она хорошо знала привычки Фрэнка. Первым делом он отправится в свою гардеробную, где переоденется в пижаму и халат. Потом пройдет в большую старомодную кухню, где приготовит себе кофе и гренки.

Другая машина медленно проехала мимо дома. Свет внутри нее был притушен, в ней находились двое мужчин. Похоже, что Фрэнк держал телохранителей, которые следили за первыми телохранителями.

Она все еще ждала, не двигаясь, ощущая легкую дрожь. Что если она пойдет на кухню и он захочет ее? Что делать потом? Она не знала, как манипулировать людьми, дергать за ниточки. Она была непохожа на Лару или Рио.

Фрэнк Бассалино был крепкий, мощный мужчина. Как можно сломать такого человека?

Она подумала о Маргарет. И об Энцио Бассалино, человеке, который приказал убить Маргарет.

Бетт знала, что должна отомстить за смерть сестры. И она точно знала, что должна сделать.

Фрэнк размышлял. Кругом были одни неприятности. Полицейские нажимали на него, требуя больше денег или услуг. Беспокоила банда Кроуна, что-то нужно было делать с этими сукиными сынами. Кроме того, Энцио, как помешанный, все время командовал им, звонил, выражая недовольство то одним, то другим. У старика, видимо, повсюду были свои шпионы. Предполагалось, что Энцио Бассалино удалился от дел, так какого х… он все время сует нос в бизнес.

Возникали также проблемы с «защитой». Несколько ресторанов и клубов, находившихся под «защитой» Фрэнка Бассалино и его организации, явно собираются искать «защиту» у других. Произошло несколько неприятных инцидентов и владельцы некоторых заведений начали задумываться, зачем они платят Фрэнку Бассалино и полиции, и тем не менее подвергаются нападениям.

Фрэнк подозревал, что за этими неприятностями стоит негритянская группа, возглавляемая королем наркобизнеса Боско Сэмом.

Прошел слух, что Боско Сэм планирует пробиться на территории Бассалино и Кроунов.

Фрэнк передал, что готов встретиться с Боско Сэмом и обсудить проблемы.

Тем временем владельцев клубов и ресторанов убеждали, что в их интересах продолжать платить за «защиту». Фрэнк был уверен, что сумеет справиться с этой проблемой.

А дома его ждала Анна Мария с таким пузом, что трахать ее было просто невозможно, а Фрэнк не любил ходить за этим куда-нибудь далеко. Последний раз это кончилось плохо. Он отправился в бордель Эстер, там была новая девушка. Эстер знала, что он за мужчина, так что он предполагал, что шлюха будет подготовлена. Она оказалась черноглазой девицей с большими грудями и мясистыми ляжками. Он перевернул ее лицом вниз и вонзил ей свою кишку с тыла. Он медленно сосчитал До десяти, потом рванул ее голову и принялся бить ее по лицу, тискать ее сиськи, шлепать по ягодицам.

По мере того, как он ожесточался, шлюха начала сопротивляться и драться. Ему это усиливало наслаждение, пока она не начала визжать. Нос ее кровоточил и вообще начался полный бардак. Шлюха орала, требуя полицейских, и Эстер потребовалось какое-то время, чтобы утихомирить ее.

Фрэнк уехал, злой и мрачный. Удовлетворения он не получил. Это произошло две недели назад, и теперь ему оставалось иметь дело только с Анной Марией.

Когда-то, в самом начале, его жена была такой сладкой. Созревшей, прелестной женщиной. Юной и нетронутой.

Как раз, когда он думал об этом, в кухню вошла Бетт. Она явилась, как сон, ставший явью.

– Извините меня, мистер Бассалино, – тихо сказала она. – Я не думала, что кто-то в доме не спит. Я не могла заснуть и решила выпить теплого молока.

– Теплое молоко хорошо для старых дев, – медленно произнес он.

Святый Боже! Он никогда не представлял себе, какая она нежная и прелестная.

С нервным смешком она взяла из холодильника пакет с молоком.

Он наблюдал, как она наклонилась, чтобы взять с полки кастрюльку и начала наливать в нее молоко. У нее на лице не было никакой косметики. Ему это нравилось. Женщины с накрашенными лицами напоминали ему проституток. Потные, грязные шлюхи в черных лифчиках и поясах с резинками. Тот тип, который любит его отец. Тот тип, с которым отец его познакомил, когда ему исполнилось тринадцать.

– Как вам работается? – спросил он.

– Спасибо, мистер Бассалино, все хорошо.

Она сосредоточилась, помешивая молоко, завеса прекрасных русых волос прикрыла ее лицо.

– Дети к вам хорошо относятся?

– Да, они прелестные дети, – она обернулась, чтобы взглянуть на него, и до Фрэнка долетел запах ее девичьей кожи.

В этот момент Бетт уже знала, что все состоялось. Если только ей удастся пройти через это и скрыть свое отвращение.

– Э-э… вы хорошенькая девушка, – пробормотал он. – Как это вам удается скрываться от мира, ухаживая за чьими-то детьми?

– Я люблю спокойную жизнь, мистер Бассалино.

– Любите спокойную жизнь? – Он задумчиво посмотрел на нее.

Молоко начало закипать. Бетт следила за тем, как в кастрюльке забулькало, пошла пена, пока кипящая жидкость не перелилась через край и не обожгла ей руку.

Она вскрикнула от острой боли.

– Что за е… – начал Фрэнк. Потом он увидел, что произошло и начал смягчать ожог большими шариками масла.

– Извините меня, – она смотрела на него ярко-синими незащищенными глазами. – Я наверное не сосредоточилась на том, что делаю.

Они стояли близко друг от друга, так близко, что запах его тела вызвал у нее желание бежать. Вместо этого она заставила себя придвинуться к нему еще ближе.

Не сказав ни слова, он взял ее на руки, как берут детей, и начал целовать ее – сначала медленно, потом все крепче, сильнее.

Она ничего не сказала, позволив своим губам остаться сухими и сомкнутыми, только слегка поджав их.

– О, Боже! – воскликнул он. – Вы такая легонькая, словно ребенок. Вы даже не умеете целоваться. Сколько вам лет?

– Мне двадцать, – прошептала она.

– Вы когда-нибудь были с мужчиной? Она храбро попыталась освободиться.

– Мистер Бассалино… пожалуйста… вы делаете мне больно. Отпустите меня.

Он резко освободил ее.

– Вы знаете, чего я хочу? – глухо спросил он. – Знаете, сладкая?

Она кивнула, потупив глаза.

Теперь его уже нельзя было остановить.

– Мы поднимемся сейчас в твою комнату, – хрипло сказал он. – Никто не узнает. Вы делали это раньше?

Он надеялся, что она ответит нет. Он не знал девственниц с женитьбы на Анне Марии. В действительности, все женщины, с которыми он спал с тех пор, были проститутками.

– Я не девственница, – сказала она. Заранее сочиненные слова не требовали от нее труда. – Однажды, очень давно, когда я была маленькой… мне было двенадцать… мой отчим пришел в мою комнату. Он был пьян. Я не поняла, что он делает. Потом я родила ребенка. С тех пор я ни с кем не спала.

Фрэнк молча воспринял эту информацию. Ситуация ему нравилась. Один раз с пьяным родственником, вряд ли это можно брать в расчет. И было-то ей всего двенадцать.

Он просунул руку ей под халат.

– Мистер Бассалино, я не могу. – Глаза ее расширились от страха. – Ваша жена, дети, это неправильно…

– Я заплачу тебе, – сказал он, оценив ее практичность. – Сотню долларов, наличными. Как насчет этого?

Она затрясла головой.

– Я вижу, вы не поняли. Я нахожу вас привлекательным, но обстоятельства неправильные. Я служу у вас. Вы доверяете мне и ваша жена доверяет. Если мы… ну, вы понимаете… как я смогу завтра смотреть себе в глаза?

На него произвела впечатление честность этой девушки. Он не так часто сталкивался с совестливыми людьми, такой контраст казался освежающим. Однако, это не решало проблему с ней.

– А что если я уволю тебя? – предложил он.

– Это глупая идея. Кроме того, я нуждаюсь в работе. Его волновали ее мягкие светлые волосы, девственные волосы. Он испытывал потребность накрутить их себе на ноги… и еще кое-что проделать. Он хотел ее сейчас. Никто не может отказать Фрэнку Бассалино.

– Чего ты хочешь? – хрипло спросил он. Опыт подсказывал ему, что всему есть цена.

– Ничего, – прошептала она. – Когда я первый раз увидела вас, я поняла, что не должна наниматься на эту работу. Вы первый мужчина, который, я чувствую, отличается от других. Я знала, что вы поймете. – Она замолчала, играя им, как рыбкой, попавшейся на крючок. – Вы первый мужчина, к которому я испытываю чувство. – Она потупила глаза. – Но вы женаты. Так что это невозможно.

– Нет ничего невозможного, – произнес, вновь сжимая ее кольцом своих рук и покрывая поцелуями, потом его руки начали шарить по ее телу.

Она сопротивлялась – бесполезное занятие, он был сильнее даже тех мужчин, которые насиловали ее.

Она почувствовала изнеможение и одновременно ощущение облегчения. Скоро это произойдет, он этого хочет, и именно это она и задумала.

Она почти не заметила как он поднял и понес ее в комнату. Он все время бормотал:

– Все будет в порядке. Никто ничего не узнает.

Она была рада, что предварительно выкурила сигарету с травкой, это безусловно сглаживало углы, успокаивало ее, насколько это было возможно при таких обстоятельствах.

Он грубо сорвал с нее халатик, запер дверь и начал освобождаться от того, что было на нем.

– Я не сделаю тебе больно, – обещал он, взбираясь на нее. – Это не будет как было у тебя в тот раз. Ты должна верить в это.

Испытывая отвращение от тяжести его тела, она закрыла глаза, когда он раздвинул ее ноги. Потом она почувствовала его, напряжение ушло и она почти улыбнулась.

Фрэнк Бассалино получил такой подарок, какой приносит радость десятилетнему мальчишке.

ГЛАВА 14

Лерой Джезус Боулс остановился в дверях ресторана. Его жесткие светло-карие глаза медленно осматривали посетителей, пока не остановились на мужчине, одиноко сидящем за столиком в углу.

Метрдотель уже шел к Лерою, чтобы объявить ему, что в ресторане нет мест. Это был изысканный ресторан и они не поощряли появление здесь черных, даже если они были хорошо одеты и выглядели богатыми людьми.

Однако прежде чем метрдотель приблизился к нему, Лерой поставил пакет, который нес, на пол и быстро толкнул его в сторону столика в углу, повернулся и вышел.

Метрдотель в растерянности поскреб свою шевелюру и направился к пакету.

Позднее в тот вечер по телевидению показали весь этот инцидент. Бомба разнесла «Маджик Гарден», популярный в Манхэттене ресторан, на части. Четырнадцать человек были убиты, двадцать четыре ранены. Полиция разрабатывала несколько версий.

– Дерьмо, – пробормотал Лерой Джезус Боулс, поднимаясь и выключая телевизор.

– Что ты сказал, милый? – спросила черная девушка поразительной красоты. Ей было лет двадцать пять, ее курчавые волосы отливали бронзой, миндалевидные карие глаза.

– Ничего, – ответил Лерой. – Ничего, что может интересовать тебя.

– Меня интересует все, что касается тебя, – прошептала она, прижимаясь к нему и ероша его волосы.

Он нетерпеливо отодвинул ее. Как хорошо было бы найти девушку, которая не станет трогать его руками.

Лерою исполнилось двадцать два года. Шести футов роста, худощавый, но удивительно сильный. Прямые черты лица, вполне симметричные, унаследованные им от его матери шведки. Смуглая коричневая кожа унаследованна от отца, уроженца Ямайки.

Он всегда одевался безукоризненно. Костюмы, жилеты, шелковые рубашки. Даже носки и трусики он носил из чистого шелка.

Лерой любил черный цвет – одежду, женщин, машины, мебель.

Его мать передала ему вкус к дорогим вещам. Она же на всю жизнь отвратила его от белых людей.

– Не пойти ли нам сегодня в кино? – спросила девушка. – Мы могли бы пойти на последний сеанс. Мне завтра не надо на работу, так что…

– Боюсь, что не получится, Мелани, – отозвался он. – Я должен поздно работать.

– А что ты делаешь? – с любопытством поинтересовалась Мелани.

Она знала его уже три недели, в течении двух недель спала с ним и все еще не знала о нем ничего, кроме того, что у него прекрасная квартира, много денег и что с ним интересно.

– Я уже говорил тебе, чтобы ты не была любопытной, – сказал Лерой ровным голосом. – Я занят… э – э…. делами, которые неинтересны тебе… сделки, всякий бизнес.

– Вот как! – Она помолчала, потом спросила. – Когда ты должен уйти?

– Позднее.

– Я могу остаться, согревать постель. Мне не надо завтра рано вставать, так что я могу остаться на всю ночь. Да?

– Да… Как-нибудь в другой раз.

Рот Мелани сжался в тонкую линию. Она была очень красива и не привыкла, чтобы ей отказывали.

– У тебя есть другая девушка, – обвинила она его. – В этом все дело. Ты с кем-то собираешься встретиться.

Он вздохнул. Все они одинаковы. Все хотят завладеть тобой. Почему он не может найти женщину, которая оставалась бы спокойной? Он всегда выбирает очень тщательно. Никаких проституток, наркоманок, бесцеремонных баб. Он имел дело с негритянками-манекенщицами, актрисами, певичками. Мелани, например, ее фотография недавно была на обложке журнала «Космополитен», а девушка до нее заняла второе место в конкурсе на титул «Мисс Черная Америка».

– Прекрати, – прошипел он, увидев, что она начинает плакать. – Это не сработает. Твои красивые глаза станут красными и опухшими, а я этого не люблю.

– Значит, я могу остаться, – плаксиво сказала она. Лерой покачал головой.

– Я уже сказал тебе. Разве я не сказал тебе? У меня есть дела.

ГЛАВА 15

Всевозможные извращенцы тянулись к Рио, как к сучке о время течки льнут кобели. Они роились вокруг нее маленькими суматошными группками, в экстравагантных одеждах, горячо воспринимающие все, что происходит вокруг, сплетники и развратники.

Рио не отталкивала их. Она умела ладить со всеми, с любым человеком, способным на теплые, благородные отношения. Она старалась в каждом разглядеть доброе начало, и, если ей это не удавалось, она пыталась еще раз.

Затруднения у нее возникали только с людьми добропорядочными. Например, такими, как Ларри Болдинг. Всякий раз, сталкиваясь с ними, она обнаруживала, что они полны смехотворных предрассудков, нечестности и вообще всякого дерьма. Ее это отталкивало. В их обществе она становилась коварной и жестокой.

Рио никогда раньше не бывала в Лондоне, но у нее там были друзья, с нетерпением ожидавшие ее приезда. В первую очередь, Пичес, прославленная сногсшибательная блондинка манекенщица, которая раньше была мужчиной. А также Перри Эрнандо, блестящий мексиканский певец, часто приезжавший в Лондон в поисках новых талантов. Рио была знакома с ним еще в те времена, когда жила с Билли Экспресом.

Они заявились в квартиру, которую она сняла, в компании других гостей. Они принесли с собой шампанское и курили какую-то невероятную травку, поставляемую американской дамой средних лет в черном платье с глубоким вырезом. Потом все погрузились в собственные машины и такси и с триумфом повезли Рио в «Трамп», единственное по мнению Пичес и Эрнандо стоящее место в Лондоне.

Как раз там и хотела побывать Рио. Она узнала, что «Трамп» это именно тот клуб, где каждую ночь появляется Анжело Бассалино со своей очередной дамой на неделю.

В результате серьезных изысканий она знала в основном его маршруты и привычки. В настоящее время он трахал одну актрису, кроме нее еще замужнюю женщину, имеющую четырех детей и богатого мужа, и еще негритянку, работавшую в одном из казино, которые он контролировал.

Анжело любил женщин. Любых форм, любых размеров и цвета кожи. Он не был разборчив.

Рио не разработала определенного плана действий. Она испытывала уверенность в том, что все, что она захочет, все осуществится. Она знала людей и знала, что способна проникнуть в их мысли, если захочет. Будет нетрудно решить, что следует сделать, чтобы уничтожить Анжело.

Ей хотелось бы иметь дело со всеми тремя сыновьями Энцио Бассалино – Фрэнком, Ником и Анжело. Весь план мести принадлежал ей. Она должна была никому о нем не рассказывать, должна была все проделать сама, одна, без чьей либо помощи. Что знают Лара и Бетт о там, как нанести психологический удар, превратить человека в нравственного калеку, найти в нем трещину и давить, давить, пока она не станет зияющей дырой.

Эти бабы знают только как затащить мужика в постель, и ничего больше. Не то, что Маргарет, вот она могла бы осуществить этот план. Маргарет была способна на все.

Рио вспомнила их первую встречу. Была зима и стояли такие холода, что, как она помнит, ее первым желанием было поджечь весь дом, где она жила. Мысль безумная, но в тот момент она готова была покончить с собой любым способом.

Вот это был бы ход! Грандиозная блистательная вспышка. Но потом она подумала о других людях, живущих в этом доме, и кроме того, какой толк будет от прощальной записки Ларри Болдингу, если эта записка исчезнет в пламени пожара? Она хотела заставить его страдать. Ее план заключался в том, чтобы сокрушить его и всю его вонючую политическую карьеру.

Она очень тщательно наложила грим на лицо, экстравагантный макияж экзотической раскраски. Потом надела длинное красное платье от Хадсона. В конце концов она суперзвезда, и уж конечно она не собиралась уходить из жизни незаметно.

Она испытывала необыкновенный подъем. Приняла немножко наркотика, чтобы облегчить себе последний путь. К трем часам ночи она была готова. Сначала она включила стереопроигрыватель на полную мощность, потом нашла бритву, которую Ларри держал в ее квартире. Он не любил электрические бритвы.

Рио вытащила свежее лезвие и сделала глубокий надрез на внутренней стороне запястья правой руки, потом левой.

Она не испытала боли, брызнувшие два фонтана выглядели великолепно, кровь вполне подходила к цвету ее платья.

Она смеялась. Это лучшее, что испытала за последние месяцы. Не осталось никаких обязательств, никаких неприятностей, вообще ничего.

Она все еще смеялась, когда потеряла сознание. Кровь, пульсируя, выливалась из ее запястий на белоснежный ковер.

Дальнейшее виделось как в тумане. Лицо Маргарет, очень близко, очень сосредоточенное. Ощущение движения, ее куда-то несли. Голоса – приглушенные, как будто доносящиеся из далека.

Потом она пришла в себя – через сколько дней? Два дня? Три? Маргарет Лоуренс Броун сидит за письменным столом, что-то пишет, ее длинные волосы убраны с лица и закреплены темными очками.

Рио не могла двинуться. Она лежала в чужой постели, в чужой комнате, руки ее забинтованы до локтей.

– Эй, – обратилась она к Маргарет, та подняла голову и Рио встретила ее прямой взгляд. На лице этой женщины не было никакой косметики и оно отнюдь не было прекрасным, даже хорошеньким. Но это лицо излучало такую теплоту и привлекательность, что Рио тут же потянулась к ней душой. Она испытывала странное чувство, ибо, какого дьявола, она ведь не хотела более оставаться в этом мире.

Маргарет слегка улыбнулась и встала. Высокая, с подтянутым животом, в свободной рубашке-тенниске, в джинсах фирма «Леви».

– Я думаю, что вы справитесь, – сказала она очень серьезно. – Сейчас в это трудно поверить, но у меня такое чувство, что вы выздоровеете. Меня зовут Маргарет, я живу в соседней с вами квартире, меня разбудила ваша музыка. Поскольку у вас всегда тихо, я пошла посмотреть, что происходит. Для газет вы представляли бы умопомрачительную картину – красное платье, кровь и белый ковер. Казалось почти безнравственным спасать вас. Подумайте только – вы не можете вылить такое дерьмо на мужика! – Маргарет, не веря, покачала головой. – Ларри Болдинг просто дурак. Бэби, я никогда не была с ним знакома, но и здесь, чтобы сказать вам, что он просто писулька. А мы не убиваем себя – я повторяю, не убиваем себя из-за писулек.

Маргарет никогда не требовалось много времени, чтобы расставить все по местам.

Рио оставалась с Маргарет в ее квартире две недели, прежде чем вернулась к себе. За эти две недели она узнала больше, чем за всю свою жизнь.

Маргарет была редчайшим исключением, совершенно бескорыстной личностью. Она ничего не хотела от жизни, кроме блага для других. Она отдавала свое время, энергию, деньги на любое дело, которое казалось ей заслуживающим того. В ней жила яростная ненависть к тому обстоятельству, что к женщинам относятся как к гражданам второго сорта. Она хотела изменить это, и она не сидела и не болтала на эту тему, как поступает большинство людей, она шла и делала то, что могла.

В полутьме «Трампа» Рио опознала Анжело, когда он вошел. Она внимательно и пристально рассматривала его. Он появился в обществе худенькой маленькой блондинки.

Рио не собиралась тратить время на разработку стратегических планов. Она направилась прямо к его столику и села.

– Эй, Анжело, – сказала она насмешливо, – что это за чепуха, которую я слышу, что ты якобы лучший в этом городе мужик в постели?

ГЛАВА 16

Энцио Бассалино заказал три телефонных разговора. По степени важности первым состоялся разговор с Нью-Йорком, с Фрэнком.

– Я собираюсь приехать к вам, – сообщил он. – Как климат?

Фрэнк понимал, что отец имел в виду совсем не погоду.

– Все так же, – ответил он сдержанно.

Он знал, что Федеральное бюро расследований прослушивает его телефон.

– Я все равно приеду, – прорычал Энцио. – Отель тот же, меры безопасности те же, позаботься обо всем.

– Сейчас неподходящее время, – Фрэнк старался убрать из своего голоса раздражение. Почему его чертов отец всегда должен во все вмешиваться?

– Я хочу видеть внуков, – Энцио был упрям. – Одновременно мы сможем решить ряд других проблем. Ты знаешь, что я имею ввиду?

– Да, я знаю, что ты имеешь ввиду.

Фрэнк действительно знал, какими делами хочет заняться отец. Речь пойдет о панике, распространившейся после взрыва бомбы в ресторане «Маджик Гарден».

Фрэнк считал, что держит все под контролем. Он созывал совещания и выяснил все, что произошло. Он не нуждался в помощи.

Поначалу он подумал, что ответственность за взрыв лежит на Боско Сэме или, быть может, на Кроунах. Но информация, собранная им, на них не указывала.

Томассио Виторелли, советник Фрэнка, должен был встретиться со своим информатором в «Маджик Гарден» в тот вечер, когда взорвалась бомба. Не повезло бедному Томассио.

– О'кей, значит, обеспечь все. Я буду завтра, – нетерпеливо закончил разговор Энцио. – Международный аэропорт, в три часа. Скажи Анне Марии, чтобы начинала готовить.

Он повесил трубку, понимая, что Фрэнк недоволен. Энцио знал, что старший сын считает, что сам может управиться со всеми делами. А что плохого в том, что отец немножко подстрахует его? Какая беда в том, что Энцио Бассалино покажется в Нью-Йорке?

Энцио выяснил, что банда Кроуна пытается проникнуть на кое – какие территории семьи Бассалино. Успеха они не добились, но это породило некоторые проблемы. И с этим, и с рэкетом, в общем он знал, что пришло время ему ехать в Нью-Йорк. Он был уверен, что его присутствие В городе поможет ослабить напряжение. Может быть, личная встреча с Риццо Кроуном поможет установить мир. Много лет назад они работали вместе, так почему бы и мне Помириться?

3акончив разговор с Фрэнком, он позвонил Нику в Лос Анжелес.

– Что происходит? – задал он свой обычный вопрос. Ник изложил ему в общих чертах свои дела.

– Отлично, отлично, – Энцио закашлялся и сплюнул в пепельницу, стоящую на столе, привычка, которая не внушала любовь его сотрудников. – Я завтра лечу в Нью-Йорк. Было бы неплохо, если бы и ты прилетел туда на пару деньков. Мы бы устроили семейное совещание.

– Зачем? – Ник не любил покидать Побережье. Ему было жаль каждый день, когда он не загорал бы на солнце.

– Это может оказаться целесообразным, – сказал Энцио. – Я дам тебе знать.

– О, Боже! – пробормотал Ник.

– Что с тобой происходит? – загремел голос Энцио. – Ты что, не можешь на два дня оставить свою старую шлюху? Она что, держит тебя за яйца?

– Если это необходимо, я буду там, – сказал Ник, сдаваясь без борьбы. Может, поездка в Нью-Йорк не такая уж плохая идея. Она может оказаться прекрасной возможностью встретиться там с Ларой, так, чтобы Эйприл ничего не узнала.

– О'кей, я дам тебе знать, – сказал Энцио, вешая трубку.

Ник глупый мальчик. Только глупый мужчина позволяет женщине держать его за яйца. Энцио всегда гордился тем, какой он исключительно умный в отношении женского пола. Дырочка остается дырочкой, а их вокруг полно. «Употребляй их прежде, чем они употребят тебя» – таков был его девиз. Как только они становились прилипчивыми и требовательными, самое время освобождаться от них.

Мэри Энн Огест проскользнула в его кабинет. На ней были ее обычные бикини, светлые волосы задорно причесаны, она молча стояла полируя свои наманикюренные ногти, пока он не спросил резко:

– Ну? Что там?

– Элио здесь, – пропела она. – Около бассейна. Он хочет сандвич, а кухарка ушла. Что мне делать?

– Приготовь ему сандвичи, – нетерпеливо сказал Энцио, откладывая телефонный разговор с Анжело.

– Какие? – туповато спросила она.

– Какого дьявола? Откуда я знаю? Спроси у него. Мэри Энн начинала действовать ему на мочевой пузырь. Иногда больших сисек оказывается недостаточно.

– Я думаю, может быть, с сыром, – нерешительно сказала она. – Или с огурчиками. Как ты думаешь, он любит огурчики?

– По-твоему, я кто? Шеф-повар? – взорвался Энцио. – Убирайся отсюда, глупая шлюха. Мне нужно звонить по телефону.

Мэри Энн быстренько удалилась. Она знала, когда лучше убраться.

А ведь как было хорошо, подумал Энцио, если бы Роза не сошла с ума и не заперлась бы навсегда. Никто не может заменить старомодную жену. Женщину, которая знает твое положение в обществе и поддерживает тебя. Было бы гораздо удобнее упрятать своих любовниц по разным квартирам, посещать их только когда необходимо, и слушать их глупую болтовню только когда ты к этому расположен.

Но жить одному было слишком одиноко. Он нуждался В том, чтобы кто-то делил с ним постель. Иногда у него бывали кошмары, сны, после которых он просыпался, весь дрожа и чувствуя холодный комок около сердца. В таких ситуациях он нуждался в человеческом тепле, ему для ощущения безопасности было необходимо ощущать рядом другое тело.

Энцио волновало собственное здоровье. Что если у него остановится сердце и никто не окажется рядом? Три года назад у него случился такой приступ. Доктора заверяли его, что сейчас он в полном порядке, что состояние его даже лучше, чем раньше.

И все-таки… Что знают доктора? Он не доверял ни одному из них.

А ведь это неплохая мысль, решил он, будучи в Нью-Йорке, заменить Мэри Энн. Ее время на исходе.

Позвонив в Лондон, он раздражился, не застав Анжело. Его сына не было ни в казино, ни дома. Опять парень кого-то трахает, подумал Энцио, фыркнув. Он улыбнулся, горделивый отец. В таком возрасте, как Анжело, он был таким же.

Да, когда ему столько лет, сколько сейчас Анжело, он держал весь мир за яйца. Времена «сухого закона», Чикаго, Пора безумных волнений и ужасов. Времена, когда имя Бассалино стояло наравне с такими именами, как Эл Каноне, Бриллиантовая Нога, О'Баньон. Энцио сладостно вздохнул, вспоминая былые времена, когда Элио всегда был рядом с ним. Теперь все изменилось, все делается под завесой законности. Стало скучно совершать преступления.

Энцио хихикнул и, все еще посмеиваясь, направился к бассейну. Интересно, думал он, вспоминает ли Элио то время, когда они пытались подкупить шеф-повара излюбленного ими итальянского ресторана. Они хотели, чтобы он положил мышьяк в суп их главного конкурента. Шеф-повар отказался и исчез из города, Энцио до сих пор не напал на след этого труса.

ГЛАВА 17

Они встретились в самолете как заговорщики. Ник внимательно оглядел салон первого класса, чтобы проверить нет ли там кого из его друзей или друзей Эйприл. И только после того, как он убедился, что все чисто, решился присоединиться к Ларе.

Она была одета во все белое и выглядела потрясающе. Он решил, что ради такой женщины стоит рискнуть, даже несмотря на то, что она упорно отказывалась встретиться с ним в Лос Анжелесе, предъявляя ему ультиматум – или она, или Эйприл.

У него не было выбора. Он должен был жениться на Эйприл. Лара подвернулась ему неподходящее время. Конечно, он очень хотел затащить Лару в постель, но он вовсе не был готов рисковать своим будущим, а его будущее было прочно связано с Эйприл Кроуфорд.

Энцио предложил Нику поездку в Нью-Йорк как раз в подходящий момент. Ник сообщил Ларе, что должен поехать и намекнул, что она могла поехать тоже. К его удивлению, она согласилась.

– Эйприл ничего не должна знать, – предупредил он, и она на этот раз не спорила.

– Мы сделаем все так, как ты хочешь, – спокойно сказала она.

Уже в течении нескольких недель они получали удовольствие от флирта – сталкиваясь на вечеринках, в ресторанах, в ночных клубах. Чем больше он ее видел, тем больше хотел обладать ею. Теперь он собирался осуществить свое желание.

Он обеспечил всей своей затее надежное прикрытие. В аэропорт они приехали порознь, по отдельности поднялись на борт самолета и выходить будут как незнакомые люди. Кто может заподозрить, что они едут вместе?

У Лары в Нью-Йорке была собственная квартира. Ник собирался остановиться в том же отеле, что и Энцио. Он рассчитывал на то, что Нью-Йорк большой город и в нем легко затеряться. Это тебе не полный любопытных глаз маленький город вроде Лос Анжелеса, где ты не можешь пописать, чтобы об этом не знали все.

Все, чего он хотел, это возможности побыть с Ларой, не опасаясь, что Эйприл застукает их. Одного или двух дней будет достаточно для того, чтобы вывести Лару из его орбиты. Да, конечно, она блестящая женщина с хорошими связями, но она не Эйприл. Эйприл Кроуфорд – звезда. Он не собирался забывать об этом.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11