Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Спецотдел Ноя Бишопа (№5) - Шепот дьявола

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Хупер Кей / Шепот дьявола - Чтение (стр. 14)
Автор: Хупер Кей
Жанр: Остросюжетные любовные романы
Серия: Спецотдел Ноя Бишопа

 

 


– Ты видела человека, несущего тело женщины. Вот почему ты не беспокоилась, что может произойти убийство. Ты уже знала, что это случилось.

– Я была практически в этом уверена. Но в том видении тело несли к этому дому, шел сильный дождь, и я знала, что она… она была убита здесь. Мне кажется, что он собирался зарыть тело где-то в лесу, но не смог из-за грозы. Поэтому принес ее назад.

Итан посмотрел на обгоревшую дверь погреба.

– Ты хочешь сказать, что тело там, внизу?

– Я была здесь утром. О погребе я забыла. Когда я была маленькая, он был не виден из-за старого сарая с садовыми инструментами, им никто не пользовался. Но после того как я немного поискала в доме, я вспомнила и нашла его. Дверь была заперта, но я сняла замок.

Макс и Итан обменялись взглядами и дружно нажали на дверь, за которой оказались ведущие вниз, в темноту, каменные ступени. Сразу же запахло сыростью и затхлостью.

– Я там оставила пару фонарей, – сообщила Нелл и стала спускаться по ступенькам. Мужчины последовали за ней. Внизу она взяла небольшие фонари с шаткой полки, зажгла их и пошла дальше. Через несколько шагов в свете фонарей стала видна продолговатая яма примерно восемь футов длиной и не более шести футов глубиной.

Итан немного опередил Макса и спросил:

– И где же?.. – он не закончил вопрос.

Прямо у ног Нелл была открытая могила. По бокам – насыпь из свежевыкопанной земли. В могиле лежал скелет, частично присыпанный землей.

Нелл поставила один из фонарей в ногах могилы, обошла холмик земли и поставила другой фонарь в головах, над тускло блестевшим черепом.

– Боже милостивый, – пробормотал Итан. – И кто же это?

– Моя мать. – Нелл опустилась на колени и показала на потемневший серебряный медальон с цепочкой, лежащий между костей в грязи. – В этом медальоне наша с Хейли фотография. Она его никогда не снимала.

Макс втянул воздух и с шумом выдохнул:

– Значит, она никуда не уезжала.

– Она никуда не уезжала. Лежала здесь все эти годы, куда ближе, чем я могла представить… – Нелл покачала головой. В свете фонаря ее лицо казалось прозрачным. – Она не бросала мужа. И не оставляла детей. Она лежала здесь. Все это время она была здесь.

– Кто ее убил? – спросил Итан.

– Ее убила любовь, – пробормотала Нелл. – Ее убил отец.


Обед подходил к концу, а Шелби и Джастин так и не догадались, что же могло так заинтересовать Джорджа Колдуэлла в старых свидетельствах о рождении. Однако расставаться они не собирались. Похоже, им просто нравилось общество друг друга.

Джастин боялся признаться себе, что дела обстоят именно так.

Когда они закончили, обедающих в кафе практически не осталось. Джастин все же беспокоился по поводу того, что несколько освободившихся с работы полицейских и несколько любопытных граждан в очередной раз проявили явный интерес к нему и его спутнице. Похоже, завтра об этом будет знать весь город.

Одно не ясно: представляет ли это опасность для Шелби.

– Думаю, ты напрасно так переживаешь, – сказала она, когда они садились в машину. – Так или иначе, но ты нуждаешься в моей помощи.

Он сунул ключ в зажигание и помолчал, глядя на нее.

– Разве?

– Точно. Две головы лучше, чем одна.

– Ну, если это единственная причина…

– Да будет тебе, кому еще ты можешь доверять? Разве в конторе шерифа есть хоть один человек, кому ты безоговорочно веришь?

– Нет, но, Шелби, если мы правы, то Джордж Колдуэлл был убит, потому что знал что-то, представляющее угрозу для убийцы. Никакой другой причины нет. Никаких высоких мотивов вроде поисков правды, справедливости, беспорочности. Он умер, потому что знал что-то, чего ему знать не полагалось. Он стал мешать убийце. Верно?

– Верно.

– Так неужели он станет колебаться, если почувствует в ком-то еще такую же потенциальную угрозу? Даже если это любопытная рыжеволосая красотка, которая пару раз направила объектив своей камеры не туда, куда нужно?

– Если бы я представляла для него угрозу, он бы давно от меня избавился.

– Он не сразу сообразил. А теперь он, возможно, увидел тебя со мной и заметил, что ты показываешь мне пачку фотографий.

– Я делаю это постоянно. Даже если у него и возникли подозрения, он должен знать, что я веду себя так всегда, так что нечего и беспокоиться.

– Насколько нам известно, Джордж Колдуэлл всего-навсего порылся в старых бумагах.

Шелби нахмурилась.

– А знаешь, это мысль. Откуда убийце знать, что Джордж для него опасен? Даже если он торчал в библиотеке и видел, как Джордж копается в бумагах, что в этом подозрительного? Джордж часто это делал. Так где же угроза?

Джастин задумался.

– Я об этом думал. Что бы он там ни нашел… он обязательно должен был об этом кому-то сказать. Может быть, даже самому убийце.

– Потому что не видел в этом ничего особенного?

– Возможно. Для Джорджа это могла быть просто любопытная информация. Но для убийцы…

– …она представляла реальную опасность. – Шелби покачала головой. – Свидетельства о рождении. Ты же не думаешь, что кто-то из лучших и порядочных людей в городе оказался незаконнорожденным или что-нибудь в этом роде? Полагаю, в наше время это не имеет никакого значения. И уж точно не может служить поводом для убийства.

Джастин минуту размышлял, рассеянно повернув ключ в зажигании.

– Если это не юридический вопрос. Какое-то наследство, получение которого зависит от того, законнорожденный наследник или нет.

– И опять же – в наше-то время?

– Существует еще много очень старых законов, некоторые совсем допотопные. Речь может идти не столько о рождении вне брака, сколько о чем-то другом, скажем, семейном бизнесе и так далее. Во всяком случае, такое возможно. Или все может быть еще проще – о какой-то семейной тайне. Убийце не хотелось, чтобы о ней узнали другие.

– Еще одна загадка, – вздохнула Шелби. – Полагаю, у нас нет никакой надежды узнать, с кем он мог поделиться своим открытием по поводу свидетельств о рождении.

– Этот парень был банкиром. Он с людьми общался целый день напролет. И, насколько я могу судить, он был весьма общительным и за стенами банка.

– Значит, надо начинать со всего города, а потом сужать поиски?

Пришла очередь Джастину вздыхать.

– Теперь ты видишь, почему мы никак не можем раскрыть эти убийства.

Они вздрогнули, услышав стук в стекло. Взглянули в окно машины и увидели несколько ухмыляющихся полицейских. Джастин опустил стекло.

– Парковка на Главной улице запрещена, – сказал Стив Критчер строгим голосом.

– Да нет, разрешена, – возразила Шелби весело, наклоняясь, чтобы увидеть Стива, из-за слины Джастина.

– Я имею в виду особую парковку, – заметил полицейский. – Причем при ярком дневном свете.

Джастин пропустил шутку мимо ушей и сказал:

– Ребята, что у вас, дел нет поважнее, чем приставать к коллегам, которые не на дежурстве?

– Вроде нет, – улыбнулась Лорен Шампейн.

– Во всяком случае, в данный момент, – поддержал ее напарник Кайл Венебл. – В основном субботнее затишье. И мы только что пообедали.

– Вот Мы тут гуляли, то есть патрулировали главные улицы, чтобы не дать воли злу. – Стив внезапно стал серьезным. – Прошел слух, что шериф хочет попросить о помощи федеральных агентов. Вообще-то у него нет выбора.

– У шерифа Коула всегда есть выбор, – сухо возразил Джастин.

– Может быть, до последнего времени и был, но сейчас городской совет проявляет шумное недовольство. Сам знаешь, вчера они провели экстренное заседание.

– Нет, – ответил Джастин, – я не знал. Выходит, они настаивают, чтобы Коул пригласил людей извне?

– Похоже на то, – улыбнулся Стив. – Хотя сам я думаю, что он ищет помощи поближе к дому. Помощи экстрасенсов. – Он промурлыкал первые ноты мелодии из фильма «Сумеречная зона».

– Откуда ты можешь это знать, Стив? – мягко возразила Лорен.

– Нет, знать мне неоткуда. Но я не могу придумать другой причины для поездки шерифа вместе с Нелл Галлахер к дому Линча. Кстати, Терри Линч дома не было.

– Уж не думаешь ли ты, что шериф верит в эту ерунду? – удивилась Лорен.

– Скорее всего, нет. Но, с другой стороны, куда не бросишься от отчаянья.

– Может быть, – предположил Джастин, – он просто хочет использовать все имеющиеся возможности? Ведь говорят, что она очень одаренная дама, так?

– Говорят, – лаконично подтвердил Кайл.

– Все это мура, – настаивал Стив. – Уж если опытные полицейские не могут обнаружить, кто виновен во всех этих убийствах, никакой самый сильный экстрасенс не справится. Я считаю, шериф все-таки позовет федеральных агентов, и чем раньше он это сделает, тем лучше.

– Тут есть о чем поспорить, – заметил Кайл, – относительно того, что через неделю мы будем по уши в снисходительных федеральных агентах.

– Вот радость-то, – пробормотала Лорен.

Стив театрально пожал плечами.

– Черт, а может, следует признать, что мы не способны сами справиться с этим делом, и раскатить красную дорожку? Во всяком случае, они возьмут на себя часть жалобщиков.

– А уже есть жалобщики? – поинтересовалась Шелби.

Он поморщился.

– Давай скажем так: меня уже не раз спрашивали, как вышло, что мы позволяем убивать почтенных граждан этого города.

– Почтенных граждан с садомазохистскими наклонностями и педофилов? – сухо спросила Шелби.

– Об этом, когда удобно, начисто забывают, равно как и про азартные игры, воровство и страсть к коллекционированию порнографической продукции.

– Почему бы тебе не сказать это немного громче, Стив, – предложил Кайл, – чтобы вся Главная улица могла слышать? Может, там и найдутся один-два человека, кому еще не все факты известны?

Стив не обиделся и ответил:

– Если ты думаешь, что во всем этом приходе есть хоть один человек старше четырнадцати, кому не известны абсолютно все факты, то ты полный дурак.

– Я думаю, что шериф нас всех посадит в кутузку, если узнает, что мы болтаем об этом так, будто это меню нашего обеда. Пошевели мозгами, Стив.

Стиву не удалось достойно ответить, потому что одновременно заверещали все рации, прикрепленные к поясам полицейских, плюс та, что находилась у Джастина в машине.


Макс хмуро взглянул на Нелл, но ничего не сказал.

Итан наклонился и мрачно уставился на скелет.

– Ее убил Адам? Ты уверена?

– А кто еще? Ведь это он утверждал, что она уехала, сбежала. Он имел доступ к ее вещам, мог упаковать часть из них и где-то спрятать, чтобы создалось впечатление, что она забрала эти вещи с собой. Никто другой не мог этого сделать. И он так гневался по поводу ее бегства, что никто даже не заподозрил, что дело обстоит иначе.

Итан вздохнул, все еще глядя на останки Грейс Галлахер.

– Наверное, трудно будет определить, как она была убита, столько лет прошло.

– Я мысленно видела и помню, что это были колотые раны. Много ран. Но не думаю, что они были смертельными. Может, он выронил нож во время борьбы, не знаю. Я знаю, что она сопротивлялась, все в комнате было перевернуто. – Нелл говорила ровно и спокойно. – Но я уверена, что у нее сломана шея. Патологоанатом сможет это подтвердить.

Итан удивленно поднял брови.

– Почему ты так думаешь?

– Тело долгое время лежало неприкрытым, потом его закопали в неглубокую могилу. Ты же видишь, от одежды остались одни клочки, она скорее разорвана, чем сгнила. На костях есть следы зубов. Наверное, крысы поработали. – Нелл продолжала говорить спокойно, даже по-деловому. – Полагаю, у него не было времени сразу закопать ее, вот он и оставил ее здесь, прикрыв старым брезентом или еще чем-то. Крысы быстро добрались до нее, может, и другие животные. Когда он смог ее похоронить, от нее уже мало что осталось.

– Ты так думаешь?

– Да, я так думаю.

Итан нахмурился и заметил:

– Почему-то мне кажется, что ты знаешь, о чем говоришь.

Нелл сунула руку в карман, достала кожаный футляр с удостоверением и протянула его Итану.

– Потому что я действительно знаю.

Итан открыл футляр и даже присел на корточки, уставившись на бляху ФБР и удостоверение.

– Вот это да!

Нелл слегка улыбнулась, видя его недоумение.

– Никогда не знаешь, что из людей получится, верно?

– Ты хочешь сказать, что работаешь в полиции? Что ты – федеральный полицейский?

– Именно.

Итан взглянул на Макса.

– Ты об этом знал?

– Узнал пару дней назад.

Итан медленно поднялся на ноги, все еще хмуро разглядывая удостоверение Нелл. Потом закрыл его и протянул ей.

– Теперь скажи мне, что это совпадение, что ты заявилась устраивать свои наследственные дела как раз тогда, когда мы по уши погрязли в расследовании убийств.

– Боюсь, что нет.

Он сжал зубы.

– Значит, ты здесь с заданием. А со мной не посоветовались и даже не сообщили об этом. Не скажешь ли, почему?

Нелл осторожно подбирала слова.

– Поступил запрос по официальным каналам. Требовалось дать примерную характеристику убийцы, действующего в Безмолвии. Выяснилось, что имеется большая вероятность, что этот убийца полицейский.

Итан круто повернулся и вышел из погреба.

– Думаешь, он расстроился? – пробормотала Нелл.

– А ты в этом сомневалась?

Нелл вздохнула и встала на ноги.

– Нет. Только надеялась, что не полетят предохранители.

– Мы оба научились несколько сдерживать свой норов за эти годы.

– Я заметила.

Макс улыбнулся и сказал:

– Нелл… Мне очень жаль. Но теперь ты хотя бы знаешь, что мать не бросила тебя на произвол судьбы.

– Да. Странно так говорить, но насколько мне было бы легче, если бы я знала об этом раньше. – Она явно не хотела больше говорить на эту тему, только добавила: – Оставим фонари здесь. Надеюсь, Итан не станет возражать, чтобы останки отправили в ФБР на анализ.

– А если станет?

– Не думаю Как бы он ни относился к предположению, что кто-то из его людей убийца, он не станет направо и налево рассказывать о том, что мы обнаружили. Это сейчас не в его интересах. Городу совсем не следует знать еще об одном убийстве, даже если оно произошло двадцать лет назад. Особенно если оно произошло двадцать лет назад.

– А как же ты?

– Что я?

– Как тебе с этим примириться?

– Я уже примирилась – Нелл обошла могилу, даже не взглянув на нее, поднялась по ступенькам и выбралась из погреба.

Насупившийся Макс последовал за ней.

Они увидели Итана, снова осматривавшего остатки сгоревшего дома. Лицо его было мрачнее тучи. Когда они подошли к нему, он прямо спросил:

– Насколько вы уверены, что это полицейский?

– На девяносто девять и девять десятых процента. Во всяком случае, были уверены, когда я сюда направлялась.

Итан резко повернул голову и взглянул на нее.

– А сейчас?

– И сейчас уверены. Но у меня были некоторые сомнения. – Нелл пожала плечами – Я не занимаюсь составлением таких характеристик, хотя и знакома с поведенческой наукой. Но я легко могу ошибиться.

– Но?

– Но.. еще есть Хейли.

– Ты же не можешь всерьез думать, что Хейли хладнокровно убила четверых мужчин?

– Я только знаю, что пока мы не нашли никакой другой связи между ними. У всех были тайны, довольно безобразные, но общей их тайной оказалось то, что все они в какой-то период имели сексуальные отношения с Хейли.

– Я уже говорил, я не верю, что Джордж Колдуэлл был как-то связан с Хейли.

– Тогда возможно, – вмешался Макс, – его убили по другой причине Например, он что-то знал, что-то обнаружил. Стал представлять угрозу. Может, твои люди не нашли у него никаких секретов просто потому, что их у него и не было.

– Хочешь верь, хочешь нет, но и мне это приходило в голову, – огрызнулся Итан. – Я свою работу знаю, Макс.

– Я никогда не утверждал обратного.

– Странно, но именно это я слышал.

– У тебя богатое воображение.

Нелл сразу почувствовала, как растет напряжение между мужчинами. Макс расстроился, потому что она совершенно спокойно восприняла правду о смерти своей матери, а Итан бесился, потому что агенты ФБР действовали прямо под его носом без его согласия. Он даже не знал об этом. Оба хотели выпустить пар.

У Нелл так болела голова, что она боялась, если они переругаются, она их пристрелит.

– Дело в том, – вмешалась она, прежде чем спор разгорелся, – что в трех случаях из четырех мы можем связать жертвы с Хейли. Каждый из них имел с ней тайную сексуальную связь. И каждый из них был убит в наказание за свои грехи. Убиты потому, что убийца не мог с ними поквитаться легальными способами.

– Ты хочешь сказать, что Хейли могла убить их за то, что они причинили ей боль? – спросил Итан.

– Я говорю, что это возможно.

– Да? Тогда объясни мне, почему Паттерсона убили почти через двадцать лет после того, как он занимался своими садистскими играми с Хейли в подвале? Если, конечно, ты права насчет того, когда это происходило.

– Может быть, потому, что он был первым, кто причинил ей боль, и она тогда была очень молодой. – Нелл вспомнила видение, в котором она видела, как Хейли ребенком наблюдала за изнасилованием собственной матери собственным отцом, и добавила: – Ее обиды могли накапливаться. Ей причиняли боль не один раз, а снова и снова. Шли годы, обид становилось все больше, и в конечном итоге чаша переполнилась.

– Она уехала, – напомнил Итан. – Может, она действительно не могла больше, но ее реакцией было бегство из Безмолвия. Ты же не думаешь, что она прячется где-то поблизости последние восемь месяцев, постепенно убивая мужчин, которые обращались с ней как с дерьмом? И никто ее не видел, даже мельком?

Нелл не ответила на этот вопрос, но сказала:

– Есть еще одно обстоятельство, которое заставляет меня думать, что Хейли тут замешана.

– И какое же?

– Первым, кто умер, был наш отец.

– Подожди. Ты считаешь, что Адам был тоже убит?

– Да, я думаю…

«Нелл».

Нелл на несколько секунд замерла, потом подняла руку и осторожно потерла висок. Это все головная боль, ничего больше. Лишь странная, тупая боль. Никакого шепота в воздухе.

Никого нет.

– Все в порядке? – забеспокоился Макс.

– Да-да. Итан, я знаю, что считается, будто он умер от сердечного приступа. Но я думаю, вполне вероятно, что… «Ты ошибаешься. Ты во всем ошибаешься».

– Нелл?

Она мгновение смотрела на Итана, затем тряхнула головой.

– Прости, я… извини. Мне что-то трудно сосредоточиться.

– Тебе нужно отдохнуть, – весьма решительно заявил Макс. – Если ты ждешь обморока…

– Да нет. По крайней мере, я так не думаю. Просто жутко болит голова. – Нелл вздохнула. – Но отдохнуть мне все же стоит. Итан, если ты не возражаешь, я могу договориться, чтобы останки забрали в лабораторию ФБР. Так будет быстрее, и никто в городе ничего не узнает до той поры, пока ты не сочтешь нужным сообщить всем.

Итан вполголоса выругался, потом сказал:

– Если тут виновата Хейли, а не какой-то вымышленный полицейский, нет смысла держать все в секрете. Но на всякий случай, если ваши предположения верны, мне думается, не следует пока делать это достоянием общественности.

– Тогда я договорюсь.

Он кивнул.

– Насколько мне известно, агенты ФБР редко работают в одиночку. У тебя ведь есть здесь напарник?

Нелл ответила быстро:

– Как ты сказал, мы редко работаем по одному. Но иногда нам приходится действовать очень тихо, не высовываясь даже под прикрытием.

– Догадываюсь, что мне не следует спрашивать, правильно?

– Я буду очень признательна, если ты не станешь спрашивать, – улыбнулась Нелл. – Пожалуйста, Итан, не считай нас шпионами. Мы делаем свою работу, как и ты делаешь свою. Пытаемся поступать правильно, как и ты. Хотим поймать убийцу. Ты ведь тоже хочешь того же.

– Ладно, я все понял. – Итан пожал плечами с видом человека, неохотно смирившегося с тем, что ему не нравится, но против чего он не может бороться. – Ты все еще хочешь сегодня побывать в квартире Джорджа Колдуэлла?

Нелл не стала ждать возражений Макса.

– Может быть, немного позже, если я буду в норме.

– Я бы хотел узнать все о смерти Адама, – заявил Итан. – И чем скорее, тем лучше.

– Я понимаю.

– Но сейчас мне надо вернуться в город, а тебе, как уже было сказано, следует отдохнуть. – Итан повернулся к Максу. – Догадываюсь, ты собираешься остаться?

– Ты правильно догадываешься.

– Нам следует запереть двери погреба, – сказала Нелл, – чтобы туда какой-нибудь ребенок случайно не залез. Кстати, здесь кто-то должен быть, чтобы можно было примерно через час забрать останки. Если повезет, результаты будут готовы уже завтра, пусть и предварительные.

– Быстро работаете, – хмыкнул Итан.

Он пошел закрывать дверь, затем вернулся, и они отправились через лес к дому Галлахеров. Итан оставил своего помощника в городе, так что ждала его пустая машина.

– Дай мне знать, когда будешь в состоянии поехать на квартиру Джорджа Колдуэлла, – сказал Итан, обращаясь к Нелл. И добавил: – Надеюсь, теперь я буду в курсе деятельности и выводов агентов ФБР.

– Обязательно.

Рация Итана заворчала тихо, но настойчиво. Он усилил звук и ответил. Они все услышали срочное сообщение диспетчера.

– Шериф, у нас еще одно. Еще одно убийство.

17

– Тебе не обязательно оставаться, – заметила Нелл. Макс решил, что спорить нет смысла, и проигнорировал замечание. Вместо этого спросил:

– Перевозкой останков займется твой напарник?

– В известной степени. Он проконтролирует.

– Он не сможет охранять тебя оттуда. Тоже мне телохранитель.

Нелл слабо улыбнулась:

– Он знает, что ты здесь.

Она пила кофе, уставившись, не мигая, на темный камин. Она эту гостиную не любила, потому что, даже если раздвинуть плотные шторы, здесь не становилось намного светлее, но зато здесь стоял удобный диван, а это ее устраивало больше, чем укладывание в постель, на чем Макс наверняка бы настаивал.

– Тебя это последнее убийство не удивило, – заметил он.

– Нет, меня… предупредили, что, возможно, будет еще одно убийство. А то, что оно произошло так скоро после последнего, очень плохой знак. Крайне плохой. У нас остается очень мало времени.

Макс сидел в кресле у камина.

– Ты можешь сделать только то, что можешь, – сказал он. – Никто не вправе ожидать большего.

– Ну да, я знаю.

– Голова прошла?

– Немного еще побаливает, – призналась она. – Но уже не так сильно, как было. И, по крайней мере..

– Что по крайней мере?

– Она не предвещает обморок.

Макс нахмурился.

– Ты хотела сказать другое.

– Ты уже научился читать мысли?

Макс наклонился, поставил чашку на столик и спокойно признался:

– Твои иногда могу. Но ты же об этом знала.

Нелл смотрела на него без всякого выражения.

– Ты об этом знала, – упрямо повторил он, как будто она возражала. – Ты делала все от тебя зависящее, чтобы отгородиться от меня, с того момента, как вернулась домой. И ты наверняка знала, что тебе это не всегда удавалось.

– Эта дверь закрыта.

– Да. Ты ее закрыла. И все эти годы отказывалась открыть ее снова, разве только в те моменты, когда теряла контроль, уставала, была расстроена или когда мечтала. Тогда появлялась узкая щель, и я мог мельком увидеть твою жизнь, ощутить твои переживания.

– Я никогда не собиралась…

– Отгораживаться от меня? Или впустить меня? – Он помолчал, но она не ответила, и тогда он продолжил: – Ты вообще представляешь себе, насколько ужасно знать, что дверца существует, и быть не в состоянии открыть ее самостоятельно?

Нелл тяжело вздохнула, но не отвела взгляда. Казалось, она ждала этого удара.

– Да, я представляю. Прости меня.

– Ты же могла меня отпустить.

Она вздрогнула.

– Я не хотела… я пыталась. Не смогла.

– А сейчас?

Было заметно, как ей хотелось уйти от этого вопроса. Взглянув на часы, она сказала:

– Итан уже почти час как ушел. Хотелось бы знать…

– Не пытайся сменить тему, Нелл.

– Слушай, ты не считаешь, что еще одно убийство важнее…

– Нет, не считаю. На этот раз нет. Итан ясно дал понять, что не пустит тебя на место преступления, прежде чем его люди не сделают свою работу. Не хочет настораживать убийцу, если это и в самом деле коп. Да и надеется держать тебя под прикрытием как можно дольше. Так что придется ждать несколько часов, прежде чем тебе сообщат какие-то новые сведения.

– И тем не менее…

– И тем не менее ты готова говорить о чем угодно, только не о нас.

– Никаких «нас» не существует. – Нелл поставила чашку на кофейный столик, встала и подошла к камину. – Двенадцать лет прошло, Макс. Мы изменились. Ты сам сказал, что избавился от меня.

– И ты мне поверила? – Он безрадостно рассмеялся и тоже поднялся на ноги. – Неужели ты считаешь, что я соглашусь на кого-то другого… обыкновенного? Кто не сможет дать мне и половины того, что было между нами? Неужели ты могла этому поверить?

– Ты знаешь, что нет.

– И ты знаешь.

Нелл повертела в руках позолоченную шкатулку, стоящую на каминной доске, поставила ровнее давнюю семейную фотографию.

– Все равно двенадцать лет – очень много…

– Я знаю, что много. Господи, мне ли не знать. Не стану врать, что я не пытался забыть тебя. Я пытался. Я не хотел сознаться даже самому себе, что никто не может занять твое место, значить для меня столько же, сколько ты. Но в конце концов я вынужден был это признать. Никто не мог.

– Может быть, ты не очень старался.

Она смотрела на фотографию, пытаясь не слышать его настойчивый голос. И желая, чтобы голова перестала наконец болеть.

– Двенадцать лет стараний. Двенадцать лет я уверял себя, что ты не вернешься. Что тебе на меня наплевать. Ты даже рождественской открытки ни разу не послала, не дала мне понять, что хоть иногда вспоминаешь про меня. Двенадцать лет я клял себя за идиотизм. А потом я вышел на Главную улицу и увидел тебя.

– Ты прости. – Нелл смотрела на старую фотографию, и что-то ее смутно тревожило. Но голова так болела. Почти так же, как в доме Линча.

– Нелл, я теперь понимаю, почему ты сбежала. – Голос Макса звучал ближе, прямо за ее спиной. – После того видения в вечер бала ты была до смерти перепуганной. Ты поверила, что твой отец убил мать, что он никогда добровольно вас не отпустит…

– Я пыталась рассказать Хейли, – пробормотала она, моргая, потому что зрение затуманивалось. – Но она не верила. Она сказала, что никогда он не сделает ничего подобного, никогда не причинит нам боль. Она была… У меня не нашлось слов, чтобы убедить ее. Мы вообще не очень ладили, а к тому времени вообще стали почти чужими. Вот я и сбежала.

– Прочь от любви. Когда ты так сказала, я подумал… Но ведь ты бежала от его любви, верно? Любви собственнической, полной ревности настолько, что он предпочел убить, нежели отпустить.

– Я знала, что он способен сделать это снова. Убить одну из нас, если мы попробуем вырваться. Или того, с кем мы… Я знала, он на это способен. И хотя Хейли утверждала, что не верит мне, глубоко в душе она наверняка это тоже знала, поэтому так тщательно и скрывала все свои интрижки и романы. Даже отношения с Итаном…

– Нелл…

– Наверное, Глен Сабелла был первым, кто затронул ее сердце. Поэтому она с ним и сбежала. – Нелл протянула руку, чтобы коснуться фотографии. Удивление росло. – Кто тут?..

Голову пронзила резкая, горячая боль, как будто кто-то ткнул ее копьем, и, прежде чем Нелл смогла закричать, все исчезло.


Тело Нейта Маккарри лежало на постели, а из груди торчал кухонный нож для разделки мяса. На нем были только трусы, но, если судить по скомканному постельному белью и тому, что он лежал поверх одеяла, можно было предположить, что в то утро он до убийства уже вставал, но не успел одеться.

– Приятный утренний визит, – пробормотал Итан.

– Да, – согласился Джастин. Он стоял рядом с Коу-лом, наблюдая за двумя экспертами, имеющимися в распоряжении шерифа. Каждый занимался своим делом. Один делал многочисленные снимки тела, другой осторожно посыпал порошком поверхности в поисках отпечатков пальцев.

– Кстати, ему звонили ночью?

Джастин кивнул:

– Из одного из платных автоматов в городе.

– Но мы не нашли никаких следов тайной жизни. Пока.

– Пока, – согласился Джастин. – Никаких тайных комнат, двойных полов в стенных шкафах, спрятанного сейфа. Все бумаги вполне обычные: личные счета и отчеты. Если Келли нашла бы что-то подозрительное в его офисе, она бы позвонила. Он совершенно обычный страховой агент.

– На этот раз, – заметил Итан, – убийца подобрался совсем близко. Ближе некуда – ведь он пырнул его ножом в грудь. Разве что он планирует задушить следующую жертву.

– Ты думаешь, будет следующая жертва?

– А ты считаешь иначе?

Джастин вздохнул и ответил:

– Что он все больше наглеет, черт возьми, так в этом нет никаких сомнений. И это убийство последовало так быстро за предыдущим…

– Это дурной знак, я понимаю. Или его спугнули и заставили действовать быстрее, или по неизвестной нам причине он умышленно торопится. Если и были какие-то сдерживающие факторы раньше, то сейчас они исчезли. И мы понятия не имеем, в чем дело.

Джастин задумчиво посмотрел на шерифа.

– Послушай, я почти уверен, что Джордж Колдуэлл не имел никакого грязного секрета, который бы ему приходилось скрывать. Я так понимаю, что и остальные того же мнения?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20