Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вампиры (№2) - Опасности любви

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Дрейк Шеннон / Опасности любви - Чтение (стр. 6)
Автор: Дрейк Шеннон
Жанр: Остросюжетные любовные романы
Серия: Вампиры

 

 


Шанну Макгрегор разбудил телефонный звонок. Она застонала и закрыла голову подушкой.

Сработал автоответчик.

«Шанна, дорогая, это Лиз. Извини, что звоню, но я надеялась застать тебя. Ты знаешь, как я не люблю беспокоить вас, девчонок, но…»

Лиз, вторая жена их отца, действительно не беспокоила по пустякам. Сестры Макгрегор достаточно спокойно приняли Лиз в свою семью. Да, они обожали маму, но потеряли ее. И когда отец привел в дом новую женщину, отнеслись к этому по-философски — жизнь продолжается, с этим ничего не поделаешь.

Лиз было сорок два года, она была на восемь лет моложе своего нового мужа. Она не планировала рождение близнецов и была очень смущена, когда сообщала эту новость падчерицам. Но сестры были в восторге. Они обожали малышей.

«…но не страшно, я попробую дозвониться Джейд…» — продолжала Лиз.

Джейд? Нет, только не сегодня! Она сейчас наверняка в постели со своим суперкопом.

Шанна заставила себя подняться с постели и взяла трубку.

— Лиз, я слушаю.

— Шанна?

— Да-да, это Шанна, — повторила она, глядя на аппарат. — «Интересно, кто бы это еще мог быть?»

— Извини, пожалуйста…

— Что случилось, Лиз?

— Я знаю, что надо было предупредить заранее… У Питти какая-то острая инфекция. У него очень высокая температура, и она продолжает подниматься. Его надо отвезти в больницу, а твоего отца с четырех утра нет дома. Он готовит какую-то большую статью для газеты… Я, конечно, могу позвонить ему, но…

— Лиз, ты хочешь сказать, что надо присмотреть за Джейми?

— Только до тех пор, пока я не свяжусь с твоим отцом.

— Не надо, не тревожь его, я тебе помогу.

— Ох, спасибо тебе, Шанна! Не знаю, что бы я делала без вас, девочек.

— Да ладно, хватит, Лиз. Он ведь все-таки мой братик. Я скоро приеду. Только не буди Джейд.

Шанна быстро ополоснулась под душем, натянула тенниску, джинсы и с босоножками в руках выбежала из дома. Она не стала терять время, чтобы вывести из гаража свою машину. Остановила такси, которое доставило ее к родительскому дому в рекордное время.

Лиз, миловидная стройная брюнетка, ожидала падчерицу в дверях. На руках она держала плачущего Питти.

— Не вздумай сама садиться за руль, — предупредила ее Шанна. — Бери такси. Сразу позвони, когда врачи скажут, в чем дело.

Как только Лиз уехала, расплакался Джейми. Чтобы успокоить малыша, Шанна стала читать книжку доктора Сьюза со странным названием «Он обожал зеленые яйца и ветчину». Занятие, однако, вскоре утомило девушку. Не лучше ли испечь блинчики?

Сказано — сделано. Шанна посадила ребенка в высокий кухонный стульчик, замесила тесто. Она болтала с братиком, не закрывая рта. Девушка чувствовала, что Джейми очень не хватало Питти. Малыш все время смотрел на пустой стульчик своего брата-близнеца. Им шел уже третий год, и они никогда не разлучались. Шанна понимала его чувства. Ведь и она тоже не могла представить себе, как бы жила, если б не было сестры. Когда год назад из Шотландии пришло сообщение, что с Джейд случилось ужасное, Шанна пережила самые страшные минуты в жизни.

Поставив на плиту сковородку, Шанна взяла в руки половник, чтобы налить тесто. Интересно, когда Лиз успела обновить столовое серебро? Только теперь Шанна заметила, что кухня приобрела совершенно новый облик. На какой-то миг Шанна остро почувствовала, как ей не хватает матери.

Когда была жива мама, кухня была до предела забита всякой всячиной. На холодильнике висели ее с Джейд рисунки. Сейчас все лишние вещи исчезли. Кухня была напичкана современной бытовой техникой. Лиз во всем любила порядок.

— Ну вот, малыш, блинчики скоро будут готовы, — сказала Шанна, поворачиваясь к Джейми.

— Я не малыш, — ответил он.

— Извини. Это было глупо с моей стороны. Тебе уже почти три года.

Дети в этом возрасте хороши тем, что быстро забывают свои обиды. Джейми уже сиял от радости. Он указал вилкой на окно:

— Там человек, Шанни.

Ее имя он выговаривал неверно.

— Человек? — Она повернулась к окну. — Я никого не вижу.

— Я его видел, — твердо сказал Джейми, — он заглядывал сюда.

— Пойду посмотрю.

Девушка вышла из кухни, прошла через столовую в холл к парадной двери. Внутренняя деревянная дверь оставалась открытой, внешняя была заперта. Она открыла ее, посмот~ рела вокруг.

— Эй, здесь есть кто-нибудь? Если да, покажитесь! В этот момент зазвонил телефон.

— Лиз, — сказала Шанна, вбегая в дом и оставляя открытой наружную дверь.

Она бросилась на кухню проверить, все ли в порядке с Джейми, и чуть не вырвала ИЗ розетки кухонный телефон.

— Алло! Шанна! Я уже начала волноваться.

— Я здесь.

— Мы уже едем домой. Врачи сделали Питти какой-то волшебный укол и ровно час продержали нас в палате интенсивной терапии. Они сказали, что если укол не поможет то оставят Питти в больнице. Но все в порядке, температура упала, ему гораздо лучше.

— Здорово! У нас все в порядке, не волнуйся. Мы вас ждем.

— Отлично. Проверь, чтобы дверь была заперта, ладно? Шанна вдруг почувствовала, как по телу побежали мурашки холода.

— Чего ты боишься, Лиз? Район у вас очень спокойный, здесь никогда ничего не случалось.

— Знаю, но все-таки… В городе происходит что-то нехорошее. Ты же знаешь…

— Да, удалось прочесть в газетах. Мы заперлись и будем осторожны. До встречи.

Шанна повесила трубку, скорчила рожицу Джейми и бросилась назад к входной двери. Она была широко открыта, словно приглашая войти любого, кто проходил мимо.

— Черт! — Девушка быстро закрыла дверь на ключ и вернулась в кухню.

— Мама едет домой вместе с Питти? — спросил Джейми.

— Да, ему уже намного лучше…

Внезапно Шанна почувствовала странный холодок, обдавший ее спину. В доме становилось прохладно. Или это ей кажется?

— Шанни, мне холодно, — услышала она голосок Джейми.

— Холодно? Тогда зажжем камин и будем ждать мамочку…

Рик метался по постели. Его преследовал один и тот же кошмар. Ему снился паренек, врезавшийся на машине в дерево. Он разговаривал с ним.

— Больно, как мне больно… — говорил юноша.

— Я ведь все время стараюсь научить вас держаться подальше от наркотиков, быть осторожными с алкоголем.

Голова паренька отделилась от туловища и парила в воздухе сама по себе.

— Ты не знаешь, ты ничего не знаешь! Я видел, это было страшно. Я не был так пьян, просто очень быстро ехал.

— Зачем?

— Нет, ты не знаешь!

— Уйди, пожалуйста, уйди, я прошу тебя. Ты страшно выглядишь!

— Ты не знаешь, кто я, ты не знаешь, что я видел, ты не знаешь, как я бежал…

Постепенно голова паренька исчезла, и теперь Рик видел другое лицо. Это была красивая темноволосая туристка, которая заблудилась и которую он встретил накануне.

— Привет, Рик. Очень жаль, что тебе так плохо. — Голос ее звучал нежно и ласково. Смотреть на нее было гораздо приятнее, чем на оторванную голову паренька.

— Это простуда. Очень хочется пить, — завороженно ответил он.

— Я не сомневаюсь в этом.

— А вы нашли то место, которое искали? — спросил Рик.

— Я постепенно приближаюсь к нему…

— Рик! — Голова юноши висела над его постелью.

— Парень, прошу тебя, уйди! Мне куда приятнее видеть во сне эту женщину.

— Но ты не знаешь, ты не знаешь, ты можешь еще убежать…

— Рик! — нежно позвала незнакомка. — Здесь так холодно, мне можно войти?

Все это время женщина находилась за окном, и Рик даже не задался вопросом, что поддерживает ее в воздухе, ведь это был второй этаж.

— Конечно, входите.

— Я звонила в дверь, — сказала она, перелезая через подоконник в комнату, — но ты не ответил.

— Извините, мне плохо, очень плохо.

— Бедняжка!

— Ну конечно, вам было холодно, — сказал Рик и изумленно уставился на ночную гостью. Женщина была абсолютно голой. — На вас же ничего нет!

— Одежды? Вот уж действительно!

Рик не мог оторвать глаз от этого потрясающего тела. Упругая грудь заканчивается розовыми напрягшимися сосками, осиная талия, отличные округлые бедра, длинные стройные ноги, черный шелковистый треугольник завитков внизу живота. Она была…

— Вы можете… э-э-э… накинуть мой махровый халат или рубашку, — наконец предложил он.

— Да нет, спасибо. — Незнакомка улыбнулась. — По-моему, мне ничего не нужно. — Она присела на край кровати и правела рукой по его мокрым от пота волосам. — Бедняга, ты совсем замерз.

— Нет-нет, я весь горю, словно на костре. А вы… вы… это просто видение… — Он смотрел на нее, не переставая изумляться. — Обычно мои фантазии так далеко не заходят.

Подождите, я расскажу об этом ребятам на работе. Хотя нет, стоит… — поправился он.

— У тебя, наверное, горячая кровь, офицер. А мне холодно, так холодно… Ты меня согреешь, верно? — Она нажилась и прижалась грудью к Рику. Он попытался вскочить на ноги, но она его удержала.

— Вам холодно? — прошептал он, не зная, как унять возбуждение.

Она наклонилась снова. Рик почувствовал, как ее руки начинают раздевать его.

— А ты горячий. — Она накрыла его собой. — Такой зрячий… Спасибо…

— Спасибо? — не понимая, проговорил Рик. — За что?

Женщина устроилась на его бедрах, и непроизвольным толчком он вошел в нее. Она начала медленно двигаться вверх-вниз.

— За то, что ты пригласил меня. — Она двигалась, осыпая его поцелуями.

Это было сумасшествие! Но… все исчезло.

Перед тем как потерять сознание, Рик успел лишь подумать, что ему снятся потрясающие сны, а горло болит все больше и больше…

Шанна собиралась уйти сразу по возвращении Лиз. Ей не терпелось увидеться с Джейд.

Но мачехе очень хотелось поговорить, и поэтому Шанна заставила себя быть терпеливой.

Когда Лиз уложила близнецов спать и приготовила чай, женщины уединились на кухне.

— Я очень благодарна тебе, очень, — сказала Лиз. Она тщательно вытирала стол. — Знаешь, мне иногда так плохо…

— Почему, Лиз? — спросила Шанна. Она с трудом удерживала себя остаться. Ей вдруг захотелось уйти, уйти немедленно. Больше это не ее дом, уже давно не ее. Шанне вдруг стало очень неуютно здесь.

Очень холодно.

И то, что в камине горел огонь, ничего не меняло.

— Я не знаю… — Лиз медленно подняла глаза и посмотрела на падчерицу. — В прошлом году… Джейд обратилась за помощью к тебе, а не к отцу. Ты поехала в Шотландию. Пока Джейд не вернулась назад, мы не знали о происшествии.

— Лиз, она не хотела никого обидеть. Ведь двойняшки тогда были еще совсем маленькими. Она не хотела, чтобы папа оставлял тебя одну…

— Ты считаешь, что случившееся не было достаточным поводом, чтобы ваш отец оставил нас и поехал к ней? — тихо спросила Лиз.

— Она не хотела обидеть твои чувства, — повторила Шанна. — И я никогда не хотела обижать тебя.

— Тогда… тогда перестаньте делать это! — сказала Лиз. Она с удивительной силой сжала губку над раковиной.

— Не понимаю!

— Перестаньте быть такими вежливыми со мной, постарайтесь вести себя так, будто я действительно член вашей семьи. Не надо все время ходить вокруг меня на цыпочках. Пусть твой отец знает, что он нужен вам. Он же и ваш отец…

Лиз опустилась на стул.

— Хорошо, хорошо. Тогда, пожалуйста, перестань извиняться когда просишь меня посидеть с моими братьями.

— Ну, знаешь, я же не могу рассчитывать…

— Можешь. Ты же член нашей семьи. Мачеха улыбнулась и кивнула:

— Хорошо. Но если бы ты отказалась прийти сегодня утром, я позвонила бы Джейд.

— О нет! — взмолилась Шанна. — Только не сегодня утром, Я думаю, она наконец-то переспала со своим великим копом, с которым встречается уже столько времени.

— Да что ты! — У Лиз вдруг покраснели щеки. — А ты бы сказала об этом своей матери? Шанна задумалась.

— Знаешь, пожалуй, сказала бы. Но, Лиз…

— Что?

— Я бы не сказала об этом отцу. Пусть это останется между нами, ладно?


Лиз согласилась. А еще через минуту Шанна сказала, что ей действительно пора идти. Она умолчала о том, что сильно озябла. В доме было холоднее, чем на улице. Девушка нежно поцеловала двойняшек и тепло обняла мачеху. Никогда раньше она не чувствовала такой близости с этой женщиной…

Лиз предложила отвезти ее до дома, но Шанна сказала, что возьмет такси. Когда она вернулась во Французский квартал, ее все еще бил озноб. Поэтому она попросила водителя высадить ее у кофейни, чтобы хоть немного согреться, выпив чашку-другую кофе. Ну а потом можно будет повидаться с Джейд.


Шанна подошла к бару, заказала кофе. Она не заметила, как рядом с ней оказался мужчина. Внешне интересный парень, одетый во все черное, не похож на мускулистого красавца. Он был высоким, худым и очень бледным. Волосы его отдавали рыжиной, на лице были заметны веснушки. «Хитрая рыжая лиса», — подумала Шанна. Незнакомец улыбнулся очаровательной улыбкой.

— Странно холодно для юга, правда? — сказал он, потирая руки.

Какой приятный, волнующий голос. Шанна почувствовала, что хочет прижаться к этому мужчине только из-за того, что у него такой голос.

— Температура не очень низкая, просто очень влажно.

— Да, возможно, вы правы, — согласился незнакомец. В это время девушке подали кофе. Она обхватила чашку ладоши. — Меня зовут… Дэйв, — представился он.

— Дэйв, привет! А я — Шанна.

— Ты великолепна, — проговорил он.

— Спасибо. — Она улыбнулась. Ей понравился комплимент.

— Я понимаю, что ты меня совсем не знаешь… но мне бы хотелось встретиться с тобой…

— Наверное, с тобой интересно познакомиться.

— О да. Я не такой, как все.

— Не сомневаюсь.

Он улыбнулся, но вдруг закашлялся и отвернулся.

— Извини, мне кажется, я заболеваю.

— Твой внешний вид доказывает это. Ты знаешь, тебе лучше полежать немножко.

— Да, пожалуй.

— Но когда отоспишься и почувствуешь себя лучше… Сегодня вечером я собираюсь посмотреть в кино старый-старый фильм с Мелом Гибсоном…

Стоп! До этого мгновения она не собиралась в кино. Ей просто хотелось увидеть Дэйва еще раз.

— Я постараюсь там быть. Но ты знаешь…

— Моя фамилия Макгрегор, мой телефонный номер есть в справочнике.

— Отлично. Это приглашение?

— Конечно, пожалуйста, звони.

Шанна не хотела, чтобы он почувствовал, что она горит желанием увидеть его снова. Она подняла чашку кофе, осушила ее и быстро вышла из кофейни. Оказавшись на улице, девушка оглянулась и нахмурилась, когда увидела, как ее новый знакомый согнулся пополам.

Она забеспокоилась и решила вернуться. Но неожиданно мимо пробежала толпа смеющихся подростков и буквально на секунду загородила дорогу. Когда Шанна вошла в заведение, мужчины там уже не было. Он как будто растворился в воздухе.

Глава 6

Минула всего лишь неделя, а Люциан уже знал о своей хозяйке больше чем достаточно.

Молодой викинг с пышной светлой бородой и ярко-голубыми глазами, надзирающий за пленным, вскоре стал другом Люциана. От него он узнал, что женщина по имени София жила среди людей уже многие годы. Какой-то из праотцев этого воина наткнулся на нее в одном из набегов на Британские острова бог знает сколько лет назад. Викинги заключили с пленницей мир. В противном случае она бы погубила их всех.

Два других вампира, которые служили при ней, были очень старыми, почти такими же старыми, как сама София. Третьего, по имени Дариан, она не так давно привезла из очередного набега. Он был очень опасен, порочен, хитер и жаден. А еще много знал. Он ведал историю всего мира, все легенды, всех богов и богинь, всех волшебников.

Викинги плавали по морям с Софией и ее помощниками. Воины доставляли им жертвы, а вампиры, в свою очередь, хранили богатства, которые добывались в набегах.

Викинга, прикрепленного к Люциану, звали Вулфгар. Он следил за своими словами, был осторожен, но когда София была достаточно далеко, понижал голос и рассказывал своему подопечному еще что-нибудь новое и страшное. Именно от него Люциан узнал о том, что попал в когорту. И теперь, чтобы жить, ему постоянно будет нужна кровь.

Люциан видел, как София, когда не было человеческой крови, пила кровь животных. Это не доставляло ей удовольствия, и она смотрела на тех, с кем жила, таким взглядом, что им становилось не по себе. Рядом с ней всегда были ее люди — три вампира, причем один из них был наиболее приближен к повелительнице. Звали его Дариан.

До Софии в мире были и другие повелители, она сама рассказывала об этом. Но, став сильнее, она уничтожила их всех.

Один смертельный укус Ламии или вампира мог создать нового вампира, но среди немертвых существовало правило, согласно которому создавать себе подобных можно не чаще двух раз в год. Таков был закон.

— Поэтому они отрезают головы своим жертвам, иначе вампиров стало бы слишком много, — объяснил Люциану Вулфгар. — Вот и ты проснулся.

— Я слышал такие легенды. Говорили, что немертвые ходят только по ночам. А София передвигается и днем…

— Она старая, многому научилась, многое испытала и познала. Солнечный свет ослабляет ее, но не убивает.

— Не сжигает, не превращает в пыль, ты хочешь сказать?

— Да.

— Но я слышал…

— Мало ли что говорят… Со временем ты сам почувствуешь необходимость подкреплять свои силы кровью. В твоем положении есть даже определенное преимущество. — Вулфгар попытался улыбнуться, но Люциану было не до смеха. — Ты сможешь жить вечно.

— Ненавидимый, презираемый? Которого все боятся?

— Великих повелителей всегда ненавидят, презирают и боятся, но все они хотят жить вечно, — напомнил викинг. — У тебя теперь есть власть…

Этой ночью снова был набег, но Люциан остался на корабле. Он слышал крики жертв, призывы Софии — она звала его на берег.

В памяти Люциана всплыли слова Вулфгара, что со временем он станет сильнее не только телом, но и духом. Пришло время доказывать это.

Ему удалось не подчиниться ей.

Впрочем, и София не упорствовала. Она знала, что со временем голод доведет Люциана до безумия. Ему придется войти за ней, куда бы она ни позвала.

И этот день настал.

Голод. Душевная мука. Это была не просто потребность в новой крови, а что-то большее. У него болело все тело. Внутренности скручивались в тугой узел. Превозмогая боль, он подошел к борту судна, посмотрел в воду и увидел дельфина. Голодный спазм пронзил желудок, и Люциан согнулся, едва не ослепнув от боли. Даже на расстоянии он ощущал теплую кровь животного.

Именно тогда Люциан впервые почувствовал свою собственную силу. Он мысленно сосредоточился и ощутил, как напряглись мышцы дельфина. Своей волей он заставил его приблизиться к самому борту судна. Вот он уже мог дотянуться до дельфина… Вытащить его на палубу, но…

«Плыви! — приказал Люциан. — Плыви прочь!»

Дельфин мгновенно исчез в глубине. А Люциан, обессилев, упал на палубу, его трясло. Нет, он не мог питаться кровью.

Новая боль. Он посмотрел на свои руки. Морская соль сожгла их. Неужели морская вода могла убить немертвого? Задавшись этим вопросом, Люциан вернулся на свое ложе и вскоре впал в забытье.

Когда он спал, София пришла к нему. Она заставила его испытать неописуемое наслаждение. Он никогда не знал такой страсти, не испытывал чувств такой силы. А когда все закончилось… Люциан понял, как ненавидит себя…

На следующий день он стоял на носу корабля, облаченный в меховую накидку. Но одежда почему-то не согревала и не спасала от пронизывающего холодного ветра.

Люциан смотрел на бушующее море. В какое-то мгновение он решил броситься в кипящие воды, но вдруг услышал голос Вулфгара:

— Не делай этого.

Почему? Я же мертвый.

— Не разрушай себя.

— Почему?

Викинг пристально посмотрел на Люциана.

— Потому что ты должен остаться, чтобы… уничтожить ее.

— Но ведь когда-нибудь, друг мой, я могу обратить свой взгляд и на тебя, — сказал Люциан. — Потеряю контроль и вопьюсь тебе в горло.

— Да, это возможно, — спокойно ответил Вулфгар. — Но ты этого не сделаешь…

Люциан услышал гул ветра и почувствовал, как холодные потоки вдохнули, в него силу и желание… жить. Жить, чтобы уничтожить Софию. В этом был хоть какой-то смысл его существования. И позднее, ночью, он наконец, испытал облегчение.

Вскоре Люциан научился утолять свой голой, поедая мелких животных и птиц. Он понял, что не может обойтись без крови, ведь только она придавала ему силы. А еще он научился передвигаться при помощи силы мысли. Теперь он ходил, по воде, как делала это София.

Люциан наконец научился, жить этой странной жизнью немертвого.

Лучше всего он почувствовал себя, когда однажды поймал дикого кабана. Это случилось, когда их судно пристало к небольшому необитаемому островку. Люциан сошел на берег, чтобы поохотиться. Он сразу же почувствовал в воздухе запах дичи и бросился на поиски животного, Выследив кабана, Люциан не задумываясь напал на негожи впился в жесткую кожу зубам.

Он выпил кровь жертвы до последней капли, а потом, словно хищник, стал пожирать мясо, пережевывая кости и кожу.

С каждым днем Люциан испытывал желание попробовать человеческую кровь. И даже обещал себе, что при первой возможности использует свой шанс. Ведь когда-то он был вождем, участвовал в битвах и ему приходилось убивать. Он сможет убить снова.

И все же в глубине души Люциан надеялся, что Бог, узнав о его порочных мыслях, даст ему силу и мощь. Ведь если он станет по-настоящему сильным, то сможет удержаться от убийства невинных…

Как ни странно, но Софии теперь не было так весело, как в первые дни, когда она издевалась над пленником. Она поняла, что создала существо, исполненное решимости противостоять ей. Однажды ночью она подошла к Люциану.

— Почему? Почему ты настроен против меня? Ты ведь знаешь, в кого превратился, и уже никогда не сможешь стать прежним. Я предлагаю тебе править вместе со мной, стать моим помощником. Я всемогущая в этом мире. А ты, упрямый глупец, отвергаешь мои дары.

Теперь веселился Люциан.

— Не я глупец, а ты. Ты просто смешна! Считаешь, что мужчина, когда-то бывший человеком, сразу станет твоим? Ты, обделенная состраданием и даже рассудком, не имеешь ни малейшего понятия о том, что значит, когда мужчина и женщина любят друг друга. Ты не будешь править долго. Тебе доставляет удовольствие убивать, но если ты и дальше продолжишь в том же духе и вовремя не остановишься, то навлечешь проклятие на всех нас и на себя тоже!

Люциан отвернулся, заметив, как в глазах Софии загорелись огоньки ярости.

Шло время. На корабле по-прежнему верховодила София. Викинги продолжали наводить ужас на Шотландию, Ирландию, Англию, Уэльс.

Однажды, когда день клонился к вечеру, они, подплыли к какой-то прибрежной деревне. Люциан знал, что вскоре повторится кровавая вакханалия. Он да боли в сердце жаждал стать тем, кем был ранее, — человеком, чтобы противостоять злу и умереть.

«Наступит время, когда правителем стану я. Конечно, я чудовище, охотник, но постараюсь установить другие правила охоты. И им станут подчиняться все…»

Он услышал крики, почувствовал запах крови, испытал чувство голода.

Но он сумел противостоять соблазну, остался на судне. И вдруг услышал, как София зовет его.

Люциан поднялся на мостик. Им овладел ужас. Он понял, что они вернулись на его родину, в его селение, и воины ведут битву с…

София наблюдала за происходящим со стороны. Вдруг она сорвалась с места и нагнала женщин, которые пытались убежать вместе с детьми. Схватила одну из них…

Схватила Игрению.

— София! — Он яростно выкрикнул ее имя.

Прежде чем он успел спуститься на берег, повелительница вернулась на корабль. Ее люди тащили за собой жену Люциана. Игрения дрожала. София швырнула ее на палубу под ноги Люциану.

— Игрения! — ласково прошептал он.

Игрения поднялась. На ее устах появилась многообещающая улыбка. Ее прекрасные глаза цвета моря смотрели на него с верой. О Боже! С верой в его слово, в его мысли.

— Вождь, сегодня она умрет! — сказала София и подняла роскошные золотистые волосы пленницы.

Люциан стремительно бросился вперед, дивясь собственной мощи. Он чувствовал себя сильным, как сама земля, яростным, как гроза. И успел схватить вампиршу прежде, чем ее губы коснулись горла Игрений. Отшвырнул ее как можно дальше от жертвы. София упала, но тут же поднялась, бросилась на противника и ударила его по лицу. Люциан рухнул на палубу как подкошенный. С огромным трудом ему удалось подняться на ноги и схватить Софию за талию. Мощнейший удар в подбородок потряс его. Он услышал, как затрещали кости, но смог устоять на ногах и даже нанести ответный удар Софии, который пришелся в солнечное сплетение. Она согнулась пополам. Второй кулак Люциана врезался ей в челюсть.

София завизжала, посмотрела на противника, затем рванулась в сторону Игрений. Она достаточно легко подхватила на руки девушку и перебросила ее через борт судна.

Игрения упала в воду и мгновенно скрылась в высоких волнах.

Люциан подлетел к Софии, швырнул ее на палубу и хотел было прыгнуть в воду. Его остановили чьи-то сильные руки. Вулфгар смотрел на Люциана выразительными честными глазами.

— Нет! Ты погибнешь…

— Мне все равно.

— Но она умрет тоже.

— Мы не дадим ей уйти. Мы…

Резкая боль пронзила тело Люциана. Он не мог вздохнуть, только попытался повернуться.

Приспешник Софии, ее правая рука, Дариан, улыбаясь, смотрел на поверженного врага.

Это он предательски нанес Люциану страшный удар в шею. Меч буквально отделил голову от тела.

Люциан, погружаясь во тьму, медленно оседал на палубу.

Когда он очнулся, то первым делом увидел склоненного над ним Вулфгара. Викинг приветливо смотрел на Люциана.

— Видишь, ты все-таки выжил. Ты сильный, а ведь они почти отрубили тебе голову.

Люциан сел, потер рукой шею, осмотрелся вокруг, почувствовал запах моря. Снаружи доносились резкие крики чаек. Стены непонятного жилища, обитые грубыми деревянными досками, украшали сети.

Похоже, они находились в какой-то рыбацкой хижине. Люциан поднял глаза на Вулфгара:

— Где мы?

— На небольшом острове недалеко от побережья.

— Как называется этот остров?

— Остров Мертвых.

— Остров Мертвых?

— Погода тут всегда очень суровая, люди не любят бывать здесь, но есть и такие, кому эти места нравятся. Говорят, это место юродивых — карликов, горбунов и прокаженных. А еще здесь живут друиды, ведьмы и духи. Твою власть здесь никто не подвергнет сомнению.

— А София?

— Мы перенесли тебя сюда прежде, чем она пришла в себя от побоев. Она думает, что ты скоро умрешь или уже умер. Никому и в голову не могло прийти, что ты останешься жив после такой страшной раны. София была просто вне себя, ты нанес ей очень тяжелые повреждения. Ей пришлось укрыться саваном и засыпать себя землей.

— А Игрения? Ты что-нибудь знаешь про нее? — хватая Вулфгара за плечо, спросил Люциан. Викинг глубоко вздохнул:

— Ты же видел, она скрылась в пучине.

— Но ведь ты нырял за ней, ты же клялся!

— Да, ты же знаешь, что я это сделал. Я искал, я нырял много-много раз, но не смог ее найти. Прости…

Холодная тьма вновь опустилась на Люциана, схватила своей крепкой хваткой больнее, чем любая душевная мука, которую он испытал до сих пор. Игрения! Он мог бы вынести самые страшные пытки, если бы только знал, что это спасет ей жизнь.

— Не отчаивайся, — проговорил Вулфгар. — Кое-кто из наших людей клянется, что видел, как она шла по берегу. Она приходит утром и исчезает поздно вечером.

— Что? Так она, возможно, жива?

— Я не знаю. Может быть, это она, может быть, это ее… — Вулфгар посмотрел на Люциаиа.

— Ее что, дух?

— Нет.

— Если Игрению видели, значит, это она. Именно она! Я не верю в привидения.

— А почему? Все северяне верят в привидения, в духов. Духи ведут нас по жизни, указывают нам дуть. Мы прислушиваемся к слову провидцев. Есть много сил, которые мы не можем объяснить. Сила леса, сила воды. Местные говорят, что она приходит как…

— Как что? — переспросил Люциан. Вулфгар замялся, повел плечами.

— Знаешь, друг мой, этот остров ирландский. Для них ты мертв, но все же ты здесь. Они верят в силу воды, в силу моря. Легенд здесь очень много. Ты мертв, но ты пожалел дельфина, помнишь? И поэтому духи моря, может быть, приняли Игрению и дали ей новую жизнь.

— Что ты хочешь сказать?

— Ирландцы верят в такие существа. Днем они женщины, а ночью становятся морскими обитателями. Либо рожденные морем, либо спасенные им. Они могут ходить по земле, дотрагиваться до мужчины, но… всегда должны возвращаться в воду.

— Нет, не верю! Она наверняка выжила, я думаю, это она. Она приходила к этому берегу, Игрения страдает… Вулфгар не собирался спорить.

— Как знать, может, ты и прав. Возможно, даже такой воин, как ты, покинет этот мир и все-таки попадет в Вальхаллу. На этом свете есть много разных вещей, о чем мы никогда не узнаем.

— Я не верю…

— Ты не веришь? Не веришь в духов, в привидения? — У Вулфгара был невинный голос. — Не веришь в вампиров?

— Я буду искать Игрению, я буду искать ее вечно, — ответил Люциан.

— Позже, когда-нибудь… может быть.

— Много позже, когда я получу, что мне причитается, что бы это ни было, а сейчас…

— А сейчас ты ничего не сделаешь. Ты должен был умереть, а теперь должен возродить свою силу.

Люциан задумался, он не хотел жить, потому что стал злодеем, но сейчас все изменилось. У него появилась цель — найти Игрению, если она еще жива, и уничтожить Софию.

Шло время, Люциан постепенно начал поправляться, набирать силу. Рана, нанесенная ему Дарианом, почти затянулась.

Ему удалось установить свою власть среди карликов и горбунов, которые жили на острове. Он пил кровь овец, но никак не мог утолить голод. В глубине сознания он понимал: чтобы полностью восстановиться, ему нужна человеческая кровь. Но он не мог просто так убить человека. Впрочем, Люциан все же наказал одного нерадивого семьянина.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18