Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Неукротимое томление

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Уильямсон Пенелопа / Неукротимое томление - Чтение (стр. 3)
Автор: Уильямсон Пенелопа
Жанр: Современные любовные романы

 

 


— Когда ты ела в последний раз?

Делия пожала плечами.

— Наверно, вчера. Я съела кусочек холодной свинины с ломтиком хлеба.

Он подвинул к ней поднос с едой.

— Доедай это. Может, хочешь что-нибудь еще? — мягко спросил Тайлер.

Делия отодвинула поднос.

— Спасибо, я сыта.

Сердце Тайлера дрогнуло от того, как она произнесла эти слова: казалось, девушка много раз репетировала эту фразу перед зеркалом. Ее гордость рассмешила и тронула его до глубины души. Несмотря на свой нищенский вид и чудовищные манеры, она, несомненно, обладала гордостью и чувством собственного достоинства. Вот поэтому Тайлер Сэвич и выбрал именно ее из множества проституток и впавших в отчаяние женщин, которые приходили по объявлению. Следы жестоких побоев на теле девушки убедили его в том, что он сделал правильный выбор. Тайлер насупился при одном лишь воспоминании о ее синяках и ссадинах.

«Во всяком случае, я спасу ее от побоев отца», — подумал он.

Голос Делии вывел его из задумчивости.

— Прости?

— Я спросила тебя о вечере у губернатора. Расскажи, как все это было? Наверно, играла музыка, все танцевали, играли в карты и все такое...

Делия вздохнула, мечтательно закрыв глаза.

Только теперь Тайлер заметил эти глаза — огромные, золотистые, с зелеными крапинками и лучистые.

— Я бы все отдала, чтобы побывать там.

Представив себе Делию на балу у губернатора, Тайлер улыбнулся.

Глаза Делии внезапно потухли и стали грустными и серьезными. Тайлер почувствовал, что не в силах отвести от них взгляд.

— Знаешь, — через мгновение сказала она, — у тебя замечательная улыбка.

Это очень польстило его самолюбию.

— Спасибо, — любезно отозвался он.

— И у тебя чертовски привлекательный зад, — вдруг выпалила она.

— Делия!

Тайлер вспыхнул, это привело его в бешенство.

— Что ты мелешь? Я, конечно, понимаю, что ты далеко не леди, но это не дает тебе права нести все, что приходит в голову. Так вот, впредь прошу тебя воздерживаться от высказываний, которые под стать только пьяному матросу. Это оскорбляет мой слух, поскольку я привык к хорошему обществу.

Делия покраснела от стыда. Тайлер, заметив, как вызывающе она вскинула голову, приготовился к худшему.

Однако ее подбородок задрожал, и она опустила голову, уставившись на свои руки.

— Прости меня, Тайлер. Иногда я действительно болтаю без умолку и несу всякий вздор, а из-за этого вечно влипаю в какие-то неприятности, — виновато сказала она. — Ты не раздумал взять меня с собой?

— Что за чушь! — в сердцах воскликнул Тайлер, чувствуя себя последней скотиной.

Он резко отодвинул скамейку и поднялся из-за стола.

— Вставай, детка, мы уходим. — Тайлер направился к двери, даже не оглянувшись.

Делия едва не опрокинула стол, бросившись вслед за ним. Она схватила мешок и быстро натянула шляпу.

— Надутый осел, — услышал Тайлер. — Черт бы побрал тебя и твой хороший вкус.

Он еле удержался от смеха.

Делия была очень взволнована предстоящей поездкой. Ей лишь однажды случилось переправляться на пароме через реку, когда они с отцом поехали на ярмарку в Чарльз-Таун. Тогда это показалось ей настоящим приключением. Как-то еще они с Томом Муллинзом ездили на двуколке в Милл Понд на воскресный пикник. Но никогда еще она не путешествовала в настоящем экипаже.

На дверях черного экипажа красовался герб с изображением вороных коней. Высокий негр-слуга по имени Джеки, заехавший за Тайлером в гостиницу, примостился на запятках, другой, одетый в черно-серебристую ливрею, такую же, как у Джеки, пристроился на козлах. Делия вошла в экипаж вслед за Тайлером и чинно уселась рядом с ним на мягкое кожаное сиденье.

Счастливо вздохнув, она откинулась, оправила юбку и приняла чинный вид. Она постоянно помнила о том, что должна делать все, как настоящая леди. Вот и теперь она фантазировала, что едет по Бостону в прекрасном экипаже в гости к отцу своего жениха.

Некоторое время назад, когда Тайлер Сэвич уже собирался выходить, дверь вдруг отворилась, и на пороге появился негр в нелепом желтом парике. С черного уха свисала серьга, сделанная из пряжки, она покачивалась при каждом его движении. Смышленые карие глаза явно кого-то выискивали.

Тайлер так резко остановился, что Делия налетела на него сзади.

— Джеки какого черта ты тут делаешь? — пробормотал Сэвич.

Увидев Тайлера, негр расплылся в радостной улыбке. Тут на пороге появился высокий человек в ливрее. На его шее был серебряный обруч, означающий, что он раб.

— Вот вы где, масса Тайлер Ваш дед послал за вами экипаж. Сэр Патрик хочет видеть вас и так разгневан, что даже грызет ногти, — сообщил негр.

— Черт побери! — рявкнул Сэвич.

Девушка хотела было заметить, что джентльмену с такими хорошими манерами не пристало выражаться подобным образом, но удержалась, поскольку уже поняла, что за его спокойной внешностью скрывается поистине дикий нрав.

И вот теперь Делия сидела в экипаже рядом с Тайлером, то и дело поглаживая гладкую поверхность сиденья и наслаждаясь приятным запахом кожи.

Тайлер угрюмо смотрел в окно, пока экипаж медленно пробирался среди двуколок и повозок.

Делии все еще не верилось, что он взял ее с собой. Она знала, что Тайлер не сразу решился на зто. Прежде чем сесть в экипаж, он подробно объяснял ей, как следует себя вести, чтобы не попасть впросак. Внимательно слушая его, Делия заметила в его глазах уже знакомый ей озорной огонек.

— Знаешь, пожалуй, хорошо, что я взял тебя с собой, — проговорил он, лукаво улыбаясь.

Сидя в экипаже, Делия размышляла о предстоящем путешествии. Она была рада тому, что едет с Тайлером в Мерри-митинг, хотя знала, что ей придется вставать чуть свет и работать не покладая рук. Радовало ее и то, что прошлой ночью она не позволила себе забыться настолько, чтобы потом горько жалеть об этом. Вообще-то она заметила, что, умывшись и причесавшись, произвела на него впечатление.

«Однако он все же обвинил меня в том, что я совершенно не умею вести себя за столом и обозвал свиньей», — с горечью подумала она.

Это было так обидно, что Делия вновь залилась краской, вспомнив, с каким отвращением он смотрел на нее. «Я понимаю, что ты далеко не леди», — сказал он тогда.

«Господи, я все отдала бы, чтобы он думал обо мне иначе».

Она незаметно взглянула на Тайлера. Прошлой ночью он показался ей привлекательным, но теперь, разглядывая его при ярком солнечном свете, Делия поняла, что он — воплощение мужской силы и красоты. Никогда прежде она не видела такого красивого лица. Доктор Сэвич совсем не походил на врача. Обычно люди его профессии носили аккуратно завитый парик, строгий черный сюртук и держали в руке трость с набалдашником. На Тайлере были шерстяные бриджи табачного цвета с серебряными застежками, темно-синий сюртук и льняная рубашка с высоким кружевным воротником, на фоне которого его лицо казалось особенно загорелым.

Несмотря на столь недавнее знакомство с ним, Делия решила, что Тайлера трудно понять.

«Взять хотя бы его манеру говорить... То он говорит так, как и подобает воспитанным, образованным людям, то вдруг срывается на грубую брань. А морщинки вокруг глаз... Они обычно появляются у людей веселых, а на его угрюмом лице выглядят довольно странно. Иногда он ведет себя слишком свободно и даже вызывающе, то вдруг становится деликатным и мягким».

Понимая, что не может рассчитывать на уважение Тайлера, Делия втайне надеялась заслужить его.

Повернув на Квин-стрит, экипаж резко остановился, и Делия чуть не упала на пол. Вцепившись в ногу Тайлера, она почувствовала, как напряглись его мышцы. Делия подняла голову и увидела обращенный на нее выразительный взгляд темно-синих глаз. Покраснев, она отдернула руку.

На улице раздались громкие крики, и девушка выглянула в окно. Ее глазам представилась печальная картина. Посреди площади стояла обнаженная по пояс женщина; ее секли кнутом. Мужчина, совершавший экзекуцию, не слишком усердствовал, но на нежной коже оставались кровавые полосы. На плече несчастной было выжжено клеймо. Это заставило Делию вспомнить о Присцилле.

— По-моему, эта развратница получила по заслугам, — сказала Делия, рассчитывая, что ее услышит Тайлер. — Клеймо означает, что она грешница перед мужем и людьми.

Тайлер удивленно обернулся, услышав эту обличительную тираду.

— Я понял твой намек, но ты ошибаешься. Женщина, которую ты имеешь в виду...

— Присцилла, — уточнила девушка.

— Да, Присцилла, — кивнул Тайлер, — вдова и к тому же порядочная женщина. Я знал мало людей лучше нее. И почему бы ей не завести любовника, если хочется?

Делия возмущенно фыркнула.

— Далеко не все в Бостоне согласились бы с тобой. А вообще тебе следовало бы жениться на ней, Тайлер Сэвич, раз уж ты занимался с ней... тем, чем занимался.

— Она не согласится выйти за меня замуж, поскольку дорожит своей свободой, так же, как и я.

Он пристально посмотрел на девушку.

— Какого черта я должен оправдываться перед тобой? Это вообще не твое дело!

Делия молчала, хотя ее возмутило его неслыханное лицемерие. Присциллу, богатую леди, общество не осуждало за распутство, а стоило бедной девушке поступить на работу в таверну, как ее тут же объявляли развратницей.

Тайлер отвернулся и, помолчав, сказал:

— Знаешь, если эта женщина, — он указал на площадь, — согрешила, как ты говоришь, где ее сообщник? Почему он не привязан к повозке рядом с ней?

Делия озадаченно посмотрела на него, не зная, что ответить.

***

Девушка все еще размышляла о странностях Тайлера Сэ-вича, когда экипаж свернул на Бекон-стрит и остановился перед роскошным особняком, рядом с которым стояло еще четыре дома. Ветер трепал флаги на сторожевых башнях и доносил приторный запах патоки с винокуренных заводов.

Слуга Тайлера открыл дверь и помог Делии выйти из экипажа. Она с интересом оглядела огромный дом из гранита, отделанный коричневым песчаником. Особняк был трехэтажным, с мансардой и огромными окнами. По обе стороны парадной двери высились колонны, а наверху шел фриз. Делию привел в восторг дверной молоток в виде медной головы льва.

— Я никогда не видела такого красивого дома! — воскликнула Делия, глядя на Тайлера блестящими от восхищения глазами. — Можно мне войти с тобой? — умоляюще спросила она. — Я постараюсь вести себя как настоящая леди.

Тайлер улыбнулся и предложил ей руку. Девушка просияла, преисполнившись гордостью: впервые в жизни с ней обращались как с дамой.

Однако Тайлер тут же омрачил ее радость.

— Пожалуйста, Делия, не изображай леди, тебе это все равно не удастся. Будь сама собой.

Очень задетая, Делия все же сдержалась и промолчала.

Не успел Тайлер постучать, как дверь отворилась и на пороге появилась высокая чернокожая женщина в шуршащем накрахмаленном фартуке и с серебряным обручем на шее. Ее добродушное лицо так располагало к себе, что Делия широко улыбнулась.

— Доброе утро, госпожа, — сказала она Делии, которая во все глаза разглядывала длинный, отделанный дубом холл и широкую лестницу с резными поручнями.

— Доброе утро, масса Тайлер, — негритянка поклонилась гостю и, не выразив ни малейшего удивления, взяла у Делии накидку и холщовый мешок.

— Сэр Патрик в спальне, масса Тайлер.

«Его дед, должно быть, лорд, уж никак не меньше», — подумала Делия.

Ей вдруг очень захотелось подождать Тайлера на улице.

— Спасибо, Фрейлти, — сказал спутник Делии, направляясь к лестнице.

Делия ухватила его за рукав.

— Твой дед лорд? — испуганно спросила она.

Взгляд Тайлера остановился на портрете, висящем над ореховым комодом. Делия догадалась, что это и есть сэр Патрик. Она никогда не видела более величественной внешности.

— Сэр Патрик Грэхем собственной персоной, — проговорил Тайлер, но он вовсе не лорд. Дед родился в семье шотландского фермера и много лет назад получил титул лорда от королевы Анны, после того как нашел затонувший испанский галеон с сокровищами, вывезенными с Багамских островов. А вообще-то он напыщенный осел, но я надеюсь, что ты собьешь с него спесь, — сказал Тайлер с многозначительной улыбкой.

Фрейлти покачала головой и погрозила ему пальцем.

— Масса Тайлер, вам стыдно говорить такое. Не позволяйте ему этого, — сказала она Делии.

Девушка снова взглянула на портрет величественного старика с крючковатым носом и плотно сжатыми губами. Он был явно не из тех, кто одобрил бы появление в своем доме девчонки из таверны, к тому же собирающейся сбить с него спесь.

Делия схватила Тайлера за рукав.

— А чем теперь занимается твой дед? Ну, кроме того, что он лорд.

— Он работорговец.

Делия пошла по лестнице вслед за Тайлером. Оглянувшись, она посмотрела на Фрейлти. Та ласково улыбалась, словно подбадривая ее.

«Ну и дела, — думала Делия, — дед Тайлера — работорговец!»

Выросшая в трущобах недалеко от бостонской гавани, девушка прекрасно знала о пользующейся дурной славой работорговле, на которой многие сколотили огромное состояние. В Африку отправляли ром в обмен на рабов, а тех обменивали в Вест-Индии на мелиссу и сахар, которые доставляли в Бостон для производства рома. Однако не все рабы попадали в Вест-Индию. Некоторых привозили в Новую Англию, и многие богатые семьи покупали одного или двух чернокожих слуг.

Поднявшись по лестнице, Делия пошла за Тайлером по длинному широкому коридору, стены которого были увешаны портретами, потемневшими от времени.

— Боже милостивый! Это, должно быть, твои знаменитые предки, — с благоговением в голосе прошептала она.

Тайлер молча усмехнулся.

Постучав в дверь в конце коридора, он открыл ее. Девушка вошла вслед за ним, прячась за его широкой спиной и с любопытством озираясь.

Апартаменты Тайлера в «Красном драконе» показались Делии прекраснее всего, что она когда-либо видела. Но они не шли ни в какое сравнение с великолепным убранством этой комнаты. Ее стены были обиты штофом, пол устлан пушистым ковром, а камин сделан из мрамора. Посреди комнаты стояла огромная кровать с резными колоннами, пологом из зеленого дамаска и москитной сеткой из тончайшего газа.

Возле кровати сидел сам сэр Патрик в блестящем халате из красного шелка и восточных туфлях с загнутыми вверх острыми носами.

Он склонил голову, между тем как слуга усердно пудрил его парик.

— Это ты, Тайлер? — послышался недовольный голос старика. — Так ты хотел улизнуть не попрощавшись? — Довольно, ступай, — сказал он слуге.

Тот бесшумно выскользнул из комнаты, а дед и внук вперились друг в друга глазами.

— Ну, — строго начал старик, — что скажешь?

Делия заметила, как на скулах Тайлера заходили желваки.

— Ты выгнал меня из дома три дня назад, велев здесь больше не появляться.

— Да, но я надеялся, что у тебя есть хоть капля здравого смысла.

Он подошел к ореховому столику и стал разглядывать себя в зеркале.

— Ты так же упрям, как и твой отец, — молвил он. — Эта черта не свойственна Грэхемам.

Старик повернулся и сердито посмотрел на внука.

— Я жду, мой мальчик, когда ты наконец преодолеешь упрямство и согласишься взять управление делами «Грэхем Шипинг» в свои руки.

— Ну так тебе придется ждать целую вечность. Я врач и хочу лечить людей, а не торговать ими.

Старик возмущенно затряс головой, и белая пудра как снег посыпалась на его плечи. Этот высокий свирепый старик в ярко-красном халате напомнил Делии изображение на вывеске гостиницы «Красный дракон».

— Что ты застыл на пороге как болван, — грубо крикнул сэр Патрик. — Проходи, я собираюсь сказать тебе кое-что еще, и хоть раз ты должен это выслушать.

Старик прошелся по комнате, остановился возле камина, заложил руки за спину и повернулся. И тут он увидел Делию.

— Господи, а это еще кто?

— Я повезу эту девушку в Мерримитинг, — ответил Тайлер, загадочно улыбаясь и подталкивая упирающуюся Делию в комнату.

— Какой ужас! — воскликнул сэр Патрик. Делия скромно потупила глаза и присела в неуклюжем реверансе.

— Здравствуйте, ваша светлость, — учтиво произнесла она.

— Что? О... как приятно, леди. Какая честь!

Сэр Патрик с изумлением уставился на Делию, переведя взгляд с ее потрепанной одежды на босые ноги. Его брови поползли вверх и почти исчезли под париком.

— А она прехорошенькая, Тай. Весьма мила, — сказал он улыбаясь.

Делия выпрямилась и бросила победоносный взгляд на Тайлера, но тот насупился, недовольный неожиданным поворотом событий.

Сэр Патрик положил слегка дрожащую руку с набухшими венами на спинку стула.

— Присаживайтесь, леди. Где твоя учтивость, Тай? На столике горячий глинтвейн. Налей немного бедной малютке. Разве ты не видишь, что она озябла?

Бросив на Делию сердитый взгляд, Тайлер пошел к чайному столику и налил ей горячего вина. Между тем старик лукаво подмигнул Делии, и она прикрыла рот ладошкой, чтобы не рассмеяться.

«Тайлер недоволен потому, что надеялся, приведя меня сюда, позлить деда, а из этого ничего не вышло», — решила Делия.

Старик словно угадал ее мысли.

— Ты всегда дразнишь меня. Думаешь, я этого не понимаю? Ошибаешься! Я послал тебя в Эдинбургский университет изучать право, а ты вернулся со степенью доктора медицины. И вообще ты делаешь все, чтобы досадить мне.

Тайлер засмеялся.

— Ты глубоко заблуждаешься, полагая, что я построил свою жизнь именно так назло тебе.

— Разве сейчас ты явился сюда не для того, чтобы позлить меня?

— Вы приказали мне сделать это, — проговорил Тайлер, шутливо кланяясь.

— Замолчи! Зачем ты вообще приехал в Бостон, если не собирался остаться даже на неделю? Конечно же, для того чтобы досадить мне и разрушить все мои планы, связанные с тобой.

Тайлер протянул Делии кружку с глинтвейном.

— Спасибо, доктор Сэвич, — любезно сказала она и улыбнулась самой обворожительной улыбкой.

Тайлер тихо спросил:

— А где твой острый язычок, детка?

Делия, изобразив смущение, сделала очень маленький глоток, как самая настоящая леди. Она решила доказать Тайлеру, что умеет вести себя прилично.

— Я приехал в Бостон, чтобы найти жену для Нэта Паркеса, — сообщил Тайлер деду, покосившись на Делию.

Сэр Патрик молча и удивленно посмотрел на девушку.

— Кроме того, мне надо было подыскать священника для нашего прихода и узнать о новых прививках против оспы, разработанных Коттоном Мезерсом, — миролюбиво продолжал Тайлер. — Я хотел сам увидеть результаты его экспериментов.

Сэр Патрик фыркнул от возмущения.

— Не доверяю я этим новшествам. Нельзя противиться воле Божьей. Если человеку суждено заразиться оспой, значит, так тому и быть.

— Думаю ты изменишь мнение, если это коснется тебя. Эпидемия еще не достигла Мерримитинга, и я надеюсь уберечь от оспы поселенцев и других...

— Мерримитинг! — От возмущения старик топнул ногой. — В жизни не встречал более дурацкого названия. Кстати замечу, что никому не нужная медицина — не единственное, чему ты научился в Эдинбурге. Именно там у тебя появился вкус к дорогим вещам и не менее дорогим женщинам. Не могу и представить себе, как ты сидишь в зимнюю стужу в одной из жалких лачуг, в объятиях какой-нибудь скво...

Сэр Патрик вдруг умолк, случайно взглянув на улыбавшуюся ему Делию. От неожиданности старик заморгал глазами.

Тайлер ничего не заметил. Он устало опустился на стул напротив Делии, словно был не в силах поддерживать беседу.

— Ты забываешь, что я провел в Мерримитинге два счастливых года, — заметил он. — И раз уж тебя так беспокоит мое пристрастие к дорогим вещам, напомню, что я единственный врач во всей округе — от Уэльса до Порт-Рояль — и зарабатываю очень прилично.

— Прилично зарабатываешь? Ха! — Старик хлопнул рукой по спинке стула. — Неужели ты так же роскошно живешь в этом забытом Богом поселении, а? — спросил он, обводя комнату руками. — Ну-ка, ответь!

Тайлер вскочил.

— А я и не хочу жить так. Особенно если цена этой роскоши рабство и человеческие страдания.

Сэр Патрик внимательно следил за внуком, который нервно ходил по комнате. Делия заметила отчаяние в глазах старика.

— Послушай меня, Тай. Я позволил тебе насладиться прелестями вольной жизни в глуши. Но я уже стар, и тебе пора оставить дурачества и взять на себя управление компанией. Ты мне очень нужен, ведь, кроме тебя, у меня никого нет. И кстати, ты должен мне, мой мальчик.

Лицо Тайлера исказилось от гнева.

— Я ничего тебе не должен! Господи, неужели ты еще не понял, что я и близко не подойду к «Грэхем Шипинг»? — заорал он. — Знай же, мне отвратительно все, что ты делаешь!

Старик вскинул голову, и в его глазах зажегся недобрый свет.

— Как ты смеешь осуждать меня?! Вспомни, каким ты был дикарем, когда я нашел тебя десять лет назад!

Он повернулся и простер руки к Делии, словно ища у нее поддержки.

— Ты прекрасно знаешь, что это ложь, — процедил Тайлер. — Ты заставил меня вернуться в этот мир, хотя тебе было известно, что я привык к другой жизни...

— Скажите пожалуйста! Какая образцовая семья! — перебил его сэр Патрик.

В каждом его слове звучала издевка. Он обращался только к Делии, словно стараясь убедить ее в своей правоте.

— Ему было шестнадцать лет, когда я отыскал его у индейцев. К тому времени он уже научился снимать скальп. Дикари захватили их в плен, когда Тайлеру исполнилось всего шесть лет, и сделали его таким же кровожадным убийцей, как они сами.

На глаза старика навернулись слезы. Он посмотрел на портрет молодой женщины, изображенной в полный рост. Необычайно изящная, она опиралась на спинку стула так, словно боялась оторваться от земли. Она казалась неземным созданием. У нее были светлые, с серебристым отливом волосы и темно-синие, как у Тайлера, глаза.

Тайлер тоже посмотрел на портрет, и взгляд его потеплел.

— Я тысячу раз говорил тебе, что они не убивали ее. Она умерла при родах.

— После того как ее изнасиловал один из твоих дикарей, и она забеременела от него!

— Он был ее мужем.

— Ее мужа убили!

Сэр Патрик подошел к Тайлеру и встал перед ним. Годы явно согнули старика. Он вперился в лицо внука своим цепким взглядом. Но Тайлер твердо смотрел деду в глаза.

— Как же ты можешь жить там, где все это произошло?

Делия заметила, как тень набежала на лицо Тайлера.

— Сагадохок — мой дом, — отрезал он. — И я возвращаюсь туда.

Старик моргнул, и слеза медленно скатилась по его щеке.

— Мне казалось, что я сделал из тебя настоящего англичанина, дав тебе отличное
образование, научив одеваться и правильно говорить. Но мне не удалось изменить твою душу. Ты остался абенакийским дикарем.

— Я и сам не знаю, кто я, — с горечью проговорил Тайлер.

Делия увидела страдание в его глазах.

Но дед был слишком оскорблен и рассержен, чтобы заметить это.

— Вон из моего дома, — хрипло сказал он. — Возвращайся в свой дикий мир. Я больше не хочу тебя видеть.

Делию терзало любопытство, когда они возвращались в экипаже в гостиницу. Она хотела узнать о дикарях, снятых скальпах, о том, как соседствуют свирепые индейцы с поселением Мерримитинг. Но видя, как мрачен Тайлер, она не решилась ни о чем спросить.

Возле гостиницы доктор выскочил из экипажа и молча исчез, оставив девушку наедине с ее мыслями. Озадаченная, она решила подождать его на улице, остановившись у галантерейной лавки, неподалеку от «Красного дракона». Через несколько минут Делия заметила, как кучер ушел и вернулся, ведя за собой оседланного резвого иноходца и крепкую вьючную лошадь. Девушка поняла, что Тайлер собирается уезжать. Она поежилась и поплотнее закуталась в свою поношенную накидку, хотя ей не было холодно.

Наконец парадная дверь распахнулась, пропуская слугу с тремя тяжелыми саквояжами, которые он приторочил к седлу вьючной лошади. Через несколько минут появился и сам Тайлер Сэвич.

Делия едва узнала его. Он сменил свой дорогой костюм на потертые бриджи из оленьей кожи и темно-коричневую замшевую охотничью рубаху с длинной бахромой на плечах и вдоль рукавов. В руке он держал кремневое ружье, а на расшитом бисером ремне, перекинутом через плечо, висели пороховница, кисет и индейский томагавк. Только дорогие ботинки напоминали о его прежней элегантности.

Напряженное лицо и жесткий взгляд выдавали в нем человека, привыкшего к трудной, но свободной жизни. Если бы сэр Патрик увидел Тайлера в эту минуту, он навсегда расстался бы со своими надеждами.

Тайлер сунул ружье в притороченный к седлу чехол, взял за повод вьючную лошадь и, вскочив на иноходца, пришпорил его.

Делия, до сих пор молча наблюдавшая за приготовлениями, вдруг поняла, что он уезжает без нее. Схватив холщовый мешок, стоявший у ее ног, она бросилась вслед за Тайлером по улице, крича на ходу:

— Тайлер, подожди меня!

Тот резко остановил лошадь, и девушка сразу поняла, что он просто забыл о ней.

— Делия... — Его лицо смягчилось. — Возьмем тебе лошадь попозже. Влезай на мою, поедем вместе.

Девушка не двинулась с места. Она стояла посреди улицы, обиженно глядя на Тайлера.

«Как он мог забыть обо мне? Хотя, кто я ему? Только товар, который он доставит на место и забудет о нем навсегда», — думала девушка.

— Ну, скорей же, Делия, — нетерпеливо проговорил Сэвич. — Священник с женой уже час ждут нас в Коммоне.

Девушка с опаской подошла к лошади.

— Я не умею ездить верхом.

— У меня нет времени учить тебя! — оборвал Тайлер. — Дай мне руку, поставь правую ногу на мою, оттолкнись и перекинь левую.

Он привязал мешок Делии к седлу, потянул ее за руку и, не успела она оглянуться, как оказалась на лошади позади него. Юбка задралась, обнажив колени, но она успела оправить ее. Тайлер пришпорил коня и пустил его галопом. Делия покачнулась, вскрикнула и крепко ухватилась за Тайлера, прижавшись к его плечу.

До Коммона они добирались недолго. Делии было приятно сидеть так близко к Тайлеру, ощущать его тепло и даже биение сердца. Свернув с Коммон-стрит, они остановились перед широким полем, где паслось стадо коров. На краю поля их ждала повозка, запряженная волами и нагруженная домашней утварью и мебелью. В ней сидела женщина, а какой-то мужчина нетерпеливо расхаживал взад и вперед, заложив руки за спину. Тайлер поднял руку в знак приветствия. Он спешился и помог Делии спрыгнуть с лошади.

— Простите за опоздание, преподобный Хукер, — улыбнулся Тайлер, протянув руку молодому человеку.

Калебу Хукеру было не больше двадцати лет. Он был в просторном темном костюме из тонкого сукна и широкополой шляпе с низкой тульей.

Молодой человек улыбнулся Тайлеру и посмотрел на Делию серьезными карими глазами. Когда он заметил ее убогую одежду, улыбка исчезла с его лица.

— Меня зовут Делия, — представилась девушка, не заметив его замешательства, — наверно, мы вместе с вами отправимся в Мерримитинг.

— Э... м... а меня Калеб, — растерянно проговорил он. Он повернулся к Тайлеру и заговорил низким и мелодичным голосом священника.

— Искренне рад видеть вас, доктор Сэвич, мы уж было начали волноваться. — Он взглянул на женщину, сидевшую в повозке. — Позвольте представить вам мою жену Элизабет.

Делия с нескрываемым любопытством уставилась на новую знакомую с длинной лебединой шеей и матовой нежной кожей. У нее были мелкие черты лица и маленький рот, с приподнятыми уголками. На ней тоже было все черное, кроме белоснежного передника, надетого поверх корсажа. Из-под ее шляпки выбивались светлые волосы. В руке она держала Библию, переплетенную тисненой кожей н украшенную позолоченной застежкой.

— Лизи, это тот самый доктор, о котором я тебе рассказывал, — сказал преподобный Калеб Хукер.

Судя по тону Калеба, он нежно любил жену.

— Доктор будет сопровождать нас в Мерримитинг. А это... Делия.

Элизабет подняла строгие серые глаза, но тут же снова опустила их.

— Приятно познакомиться, доктор Сэвич, — тихо сказала она.

Молчание Тайлера заставило Делию взглянуть на него. В ту же секунду она почувствовала, как земля плывет у нее под ногами, а сердце сжимается от тоски. Тайлер не отрываясь смотрел на Элизабет, и в его глазах сияло немое восхищение.

Глава 4

Путники погрузились на паром, переправлявшийся через реку Чарльз, зажатые с двух сторон бочками с ромом и блеющими от страха козами. Элизабет Хукер, напуганная переправой, вцепилась в повозку и закрыла глаза. Тайлер Сэвич не скрывал своего участия к ней.

Для Делии было пыткой видеть их вместе.

«Как же ненасытно сердце человека», — с горечью думала она.

Прошлой ночью ей было достаточно находиться рядом с ним. Но теперь, когда она видела, какие восхищенные взгляды он бросает на Элизабет, ей хотелось большего.

Делия поняла, что лучше уж ей не смотреть на них. Она пошла на корму и стала наблюдать, как исчезают в туманной дымке знакомые очертания города, высокие шпили бостонских церквей, мачты кораблей в гавани и маяк на острове Бекон. Девушка убеждала себя, что глаза у нее слезятся от яркого солнца...

— Отец...

Делия подумала, что он наверняка напился, не застав ее дома прошлой ночью. Она даже не попрощалась с ним, но это, конечно же, к лучшему. Пьяный, он набросился бы на нее с кулаками.

Безусловно, протрезвев, он будет скучать о ней и никогда не вспомнит о том, что она ударила его. Потом начнет искать ее и обшарит все побережье.

«Позже он поймет: все, что ни делается, — к лучшему. Ведь он вовсе не дурак. И тогда он горько пожалеет о своей потерянной жизни и безутешно заплачет».

Чувство вины терзало Делию. Она поклялась себе, что, добравшись до Мерримитинга, непременно найдет кого-нибудь, кто поможет ей написать письмо. Тогда она сообщит отцу, что с ней все в порядке, и он хотя бы перестанет волноваться. . «Бедный папа... Кто теперь позаботится о тебе?»

Закрыв глаза, Делия попыталась представить себе отца, но совсем не таким, каким видела его в последний раз, со сверкающими от гнева глазами и извергающим проклятия. Она вспомнила, как в детстве отец казался ей богом, высоким и сильным. Однажды они стояли в самом конце Лонг Воф, и отец показывал ей корабли в гавани. Тогда ее впервые поразила мысль о том, как велик мир. Но при этом она ощущала, что надежно защищена от любых бед — ведь ее охранял заботливый отец. Тогда он улыбнулся и сказал: «Я люблю тебя, детка».


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25