Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Виннету (№1) - Виннету

ModernLib.Net / Приключения: Индейцы / Май Карл / Виннету - Чтение (стр. 23)
Автор: Май Карл
Жанр: Приключения: Индейцы
Серия: Виннету

 

 


Грести против течения было очень тяжело, и только спустя час я свернул из Ред-Ривер в Солт-Форк. Недалеко от стойбища я пристал к берегу и привязал лодку к дереву.

Как и вчера, в селении кайова горели костры, около них сидели мужчины, хлопотали женщины. Я ожидал, что деревня будет строго охраняться, но ошибся. Найдя следы Виннету, кайова выслали погоню и успокоились.

Тангуа точно так же сидел перед вигвамом, на сей раз, правда, с двумя сыновьями. Низко опустив голову, он хмуро смотрел на огонь. Я осторожно подкрался как можно ближе, благо никто меня не заметил. Распластавшись на земле, я подполз совсем близко к вигваму и услышал тихую, монотонную песнь печали: вождь оплакивал по индейским обычаям потерю любимого сына.

— Почему Тангуа поет песнь печали? — спросил я, поднимаясь с земли прямо перед ним. — Настоящий воин слез не проливает, это удел скво.

Трудно описать, какое впечатление на Тангуа произвело мое неожиданное появление и моя речь. Не в силах выдавить из себя ни слова, вождь вскочил было на ноги, забыв о раздробленных коленях, и тут же рухнул как подкошенный. Вперив в меня безумный взгляд, он, заикаясь, забормотал:

— Ссэ-ки-Ла-ла-та! Уфф! Уфф! Уфф! Откуда… ты… взялся? Как… ты… где… Так… значит… вы… здесь? Никуда… не… ушли?

— Как видишь. Я пришел поговорить с тобой.

— Сэки-Лата! — заорал он, выговорив наконец мое имя.

Сыновья в испуге отпрянули назад.

— Сэки-Лата! — повторил Тангуа, и ярость исказила его лицо. Он прокричал что-то в сторону вигвамов. Я ничего не понял, кроме собственного имени.

Спустя минуту в деревне поднялся оглушительный вой. Отовсюду повысыпали воины с поднятым оружием. Я вытащил нож и приставил его к уху Тангуа.

— Ты хочешь, чтобы Пида умер? Это он прислал меня.

Услышав сквозь жуткий вой мои слова, вождь поднял руку. Крики прекратились. В полном молчании кайова окружили нас. По их кровожадным взглядам я понял, что мне так просто отсюда не уйти. Однако я спокойно уселся рядом с Тангуа и, невозмутимо глядя ему прямо в глаза, начал:

— Мы с тобой смертельные враги. Не моя в том вина, но и против я ничего не имею. И я не боюсь тебя, иначе разве я пришел бы, чтобы поговорить с тобой? Пиду поймал я, и его повесят, если я не вернусь к назначенному часу.

Застывшие словно статуи краснокожие ни единым словом, ни единым жестом не отреагировали на мое сообщение. Только глаза вождя налились кровью от бессильной ярости. Скрежеща зубами, он наконец выдавил:

— Как… как… ты поймал его?

— Вчера, когда Пида беседовал с Сэмом, я был на острове, сбил его с ног и взял его в плен.

— Уфф! Злой Дух покровительствует тебе! Где мой сын?

— В безопасном месте, но я не скажу где. Потом Пида сам расскажет. Ты теперь понимаешь, что я не собираюсь убивать твоего любимого сына. У нас есть еще один твой воин, которого я схватил в зарослях ежевики, когда тот нас подслушивал. Мы отпустим его вместе с твоим сыном, а ты отдашь Сэма Хокенса!

— Уфф! Ты получишь его, но сперва приведи мне Пиду и воина!

— Привести? Нет! Я знаю, что Тангуа нельзя доверять. За одного я отдаю двух — и поступаю очень справедливо. И вполне благородно по отношению к вам. Но за это я вправе потребовать от вас честного выполнения договора.

— А где доказательства, что Пида действительно у вас?

— Доказательства? Тебе нужны доказательства? Если я говорю, значит, так и есть. Сэки-Лата не Тангуа. Покажи мне сначала Сэма Хокенса. Вы забрали его с острова, потому что боитесь, как бы он не сбежал. Мне надо с ним поговорить.

— О чем ты хочешь с ним говорить?

— Хочу услышать, как с ним обращались. От этого многое зависит.

— Я должен посоветоваться с воинами. Отойди от вигвама и жди.

— Хорошо. Но торопитесь. Если я не вернусь вовремя, Пиду повесят.

Смерть через повешение, как я уже говорил, считается у индейцев самой позорной. Можете себе представить, как встревожился Тангуа! Он немедленно созвал совет старейшин. Я отошел к ближайшему вигваму и сел на землю. Воины Тангуа тут же окружили меня, испепеляя гневными взглядами, готовые растерзать меня по первому знаку. Только благодаря Пиде я остался в живых. Впрочем, я заметил, что и моя отвага произвела на кайова должное впечатление. Спустя некоторое время вождь послал воина за Сэмом. Как только появился Хокенс, я вскочил на ноги и подбежал к нему. Увидев меня, Сэм возликовал:

— Наша взяла! Олд Шеттерхэнд! Ну, что я говорил? Вы пришли, сэр! Небось соскучились там без старика Сэма, а? — И он протянул для приветствия связанные руки.

— Все очень соскучились, — отвечал я. — И как вы только умудрились попасть в плен к кайова? Сколько ни вдалбливай, куда надо бежать, вы обязательно помчитесь в противоположную сторону.

— Упреки, дорогой сэр, оставьте на десерт, я сейчас весь сгораю от любопытства, что там у вас и как моя Мэри?

— Она с нами.

— А моя Лидди?

— Ваша пушка? С ней тоже все в порядке.

— В таком случае, превосходно, чтоб мне лопнуть! Ну что ж, не пора ли нам уходить отсюда? Честно говоря, мне надоело здешнее общество.

— Потерпите еще немного, любезный Сэм. Вам кажется, что можно так просто взять и уйти? Увы, есть еще маленькая загвоздка.

— А в чем дело? Разве для вас существуют загвоздки? Попади я хоть на Луну, вы бы и оттуда меня вытащили, хи-хи-хи!

— Смейтесь, смейтесь, похоже, вам здесь было неплохо, а?

— Неплохо? Что вы такое говорите? Мне было превосходно! Замечательно! Все индейцы любили меня как собственного сына, уж так меня холили и лелеяли, что дальше некуда. А если мне хотелось прилечь отдохнуть, так этого даже не надо было делать, я и так целый день лежал.

— А что с карманами? Обчистили?

— Еще бы! И дочиста!

Тем временем совет подошел к концу. Я заявил вождю, что ждать больше у меня нет времени и если он хочет увидеть сына живым и здоровым, пускай поторопится. Наши переговоры вскоре вступили в завершающую стадию. Тревога за сына сделала вождя более покладистым, я же ни на йоту не уступил индейцам. Мы договорились, что со мной и Сэмом поплывут на двух лодках четыре воина. Мы передадим им Пиду и пленного кайова. Я еще раз предупредил Тангуа, что Пида погибнет, если вождь попытается проследить за нами.

Этого было достаточно, они поверили моим словам и, кстати, с тех пор всегда верили Крепкой Руке. Куда мы плывем, я, разумеется, им не объяснил. Сэму развязали руки, и он, радостно размахивая ими, воскликнул:

— Свободен! Снова свободен! Сэр, я никогда не забуду, что вы для меня сделали! И больше ни за что не помчусь вверх и налево, если вы побежите вниз и направо!

Мы собирались в дорогу под недовольный ропот индейцев, кипевших от злобы при мысли, что Сэм и я ускользаем от них, а Тангуа прямо-таки шипел:

— Пока мой сын не вернется — ты в безопасности, но потом берегись! Все племя пустится по твоим следам! Ты от нас не уйдешь! Мы достанем тебя хоть из-под земли!

Я пропустил мимо ушей зловещие угрозы вождя. Мы спустились к реке, где по двое — разумеется, я вместе с Сэмом — расселись по лодкам. В тот миг, когда лодки отчалили, нам вслед полетел душераздирающий протяжный вой.

Пока мы плыли, я успел рассказать Сэму обо всем, что произошло с той минуты, когда его угораздило попасть в плен. Узнав, что Виннету вынужден был нас покинуть, он искренне огорчился, однако не слишком сильно, ибо больше всего опасался вполне понятного недовольства вождя апачей.

Несмотря на полную темноту, мы благополучно высадились на острове, радостно встреченные Диком Стоуном и Биллом Паркером, которые признались, что лишь после моего ухода полностью осознали риск моего отчаянного поступка.

Мы передали кайова обоих пленников, и они, не простившись, сели в лодки и поплыли прочь. Подождав, пока стихнут удары весел, мы оседлали коней и переправились на левый берег реки. Нас ждала дальняя и полная опасностей дорога. Однако Сэм, как выяснилось, прекрасно знал эти места, так что мы могли не волноваться.

Привстав в стременах, Сэм Хокенс погрозил кулаком вслед уплывающим индейцам:

— Сколько угодно ломайте свои тупые головы, глупые кайова, вам нас не поймать! Не выйдет! Ищи ветра в поле! Теперь-то я не полезу сам в яму, чтобы всякий гринхорн меня из нее вытаскивал! Не видать вам Сэма Хокенса, чтоб мне лопнуть

Примечания

1

Флинт — здесь: род карабина для охоты на крупного зверя

2

Вестмен (буквально «человек Запада») — человек, хорошо знающий условия Дикого Запада, чаще всего охотник-промысловик, здесь — предприимчивый американец с западной границы, которая в XIX веке отодвигалась все дальше в глубь не завоеванных еще территорий индейских племен. — Прим. автора

3

Индейскими территориями официально назывались земли, отведенные в 40 — 60 — е годы XIX века федеральным правительством для проживания индейцев, позднее в 1907 году, из них был образован штат Оклахома

4

Шеттерхэнд — Разящая Рука (англ.), в дальнейшем к этому прозвищу присоединили словечко «олд» (старина), так что героя книги стали называть Олд Шеттерхэнд

5

Файерхэнд (англ.) — Огненная (Стреляющая) Рука

6

Мафусаил — библейский старец, проживший 969 лет; его имя стало синонимом долголетия

7

Баяр (Пьер де Террайль) — известный своей отвагой рыцарь эпохи средневековья, прозванный «рыцарем без страха и упрека»; Роланд — легендарный герой, один из двенадцати рыцарей короля франков и императора Карла Великого, прославившийся в битве при переходе через Пиренеи. — Прим. автора

8

На английском языке «хок» значит «ястреб».

9

Вивисекция (или живосечение) — операция на живом животном, проводимая либо ради изучения функций организма, либо для выяснения причин заболеваний, либо в целях выявления воздействия на организм различных веществ


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23