Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Любовные хроники Маккензи (№7) - Гордость и соблазн

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Ли Эйна / Гордость и соблазн - Чтение (стр. 8)
Автор: Ли Эйна
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Любовные хроники Маккензи

 

 


Они пересекли железнодорожные пути, и Эмили указала на стоящее поодаль здание.

— Вот сюда.

— Паровозное депо? — спросил недоуменно Джош.

Роза пожала плечами, когда он вопросительно посмотрел на нее.

— Золотце мое, чем нам может помочь сейчас паровозное депо?

— Здесь можно купить билеты! Я пойду помогу вам, Эмили, — догадался Джош.

— Я. Не. Собираюсь. Никуда. Ехать, — сквозь зубы с расстановкой процедила девушка.

— Тогда зачем вы привели нас сюда? — Маккензи был явно озадачен. — Эмили, я и вправду думаю, что вам надо вернуться сейчас в вашу комнату и немного отдохнуть. Все эти переживания слишком обременительны для девушек.

Эмили собрала все силы, стараясь не расплакаться от разочарования. Роза, напротив, едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

— Терьер! — зло пробормотала Эмили, и Роза сразу поняла, что та имела в виду. Ее громкий смех разнесся по пустынной станции.

На этот звук из небольшого здания рядом с платформой, где днем продавались билеты, вышел какой-то человек.

— Вы желаете купить билеты?

— Нет, нам нужно вот это.

Эмили указала пальцем на два брошенных товарных вагона, стоящих рядом со зданием железнодорожного депо.

— Зачем?

— Ресторану Гарви требуется место, где можно разместиться, пока не построят новое здание.

Продавец билетов посмотрел на них скептически.

— Я не знаю…

— Вы их для чего-то используете?

— Их никак не используют. У них что-то не в порядке с колесами.

— Тогда почему нам нельзя их временно занять? Ведь мы не будем их портить. Вы в любое время сможете поменять колеса, а потом прицепить вагоны к составу или делать с ними, что вам надо.

Железнодорожник продолжал колебаться и выглядел весьма смущенным.

— Давайте подойдем с другой стороны, — снова начала Эмили. — Неужели вы хотите говорить каждому приезжающему на станцию пассажиру, который предъявит зам талон на получение обеда, что ничем не можете им помочь, потому что ресторан Гарви сгорел? Новость быстро разлетится по всей Западной железнодорожной ветке, и сюда вообще перестанут приезжать. Или вам будет лучше указать на эти вагоны и сказать, что из-за пожара ресторан временно переехал сюда?

Железнодорожник побледнел и махнул рукой в сторону брошенных вагонов:

— Они в вашем распоряжении, мадам.

С этими словами он исчез в своем маленьком домике.

— Что ты такое задумала? — в недоумении спросила Роза.

Эмили слегка ударила ее по губам и в задумчивости уставилась на вагоны. Ее мозг лихорадочно прорабатывал нахлынувшие идеи. Хотя это совсем не то, что «Гарви-Хаус», зато гораздо лучше, чем возвращаться домой. И она сделает все возможное, чтобы остаться здесь.

— В одном вагоне мы устроим кухню, а в другом — обеденный зал.

— А что ты собираешься приспособить под столы и стулья. А еда, посуда? Мне дальше перечислять? — спросила Роза.

— Мы можем нанять нескольких мужчин, чтобы они начали делать столы прямо сейчас. Бриджес пошлет срочную телеграмму, чтобы нам прислали посуду и приборы, они могут быть здесь уже утром. К этому времени мы вычистим и покрасим эти вагоны, и они станут как новенькие. Если все дружно возьмутся за дело и помогут нам, то к сегодняшнему вечеру, Роза Дюбуа, мы уже сможем накрыть столы и принять первых клиентов.

— Ты думаешь, у нас получится?

Эмили взглянула на Джоша, который смотрел на нее с каким-то странным выражением. Она тряхнула головой.

— Я уверена, что получится.

С этими словами она повернулась и направилась к тлеющим углям на развалинах «Гарви-Хауса».

Джош стоял на платформе и смотрел, как Эмили решительным шагом, даже не оглянувшись, уходит прочь. Рассмеявшись, Роза пошла вслед за ней. Маккензи никак не мог понять, почему Роза считает, что все это так смешно. Теперь он начинал догадываться, что Роза решительно во всем умеет находить забавное. Ему тоже хотелось увидеть что-нибудь смешное в этом опустошительном пожаре, но это было не так-то легко. Он не мог выбросить из головы картину этой ночи.

Перед его мысленным взором возникла Эмили, которая взяла все в свои руки перед лицом страшного несчастья. Трезвая голова, рассудительная речь, соблазнительное тело, едва прикрытое белой рубашкой…

Когда он только прибежал тогда на привокзальную площадь и в первый раз разглядел Эмили, ее халат был слегка распахнут, а ветер приподнимал ночную рубашку, обнажая лодыжки. Сзади материя была прижата к телу из-за порыва ветра, так что все ее прекрасные формы четко обозначились под тонкой тканью. Он даже прикусил язык, чтобы заставить себя удержаться, проходя у нее за спиной, не прикоснуться к ней. Джош нарочно встал впереди цепочки, заливавшей огонь. Только так он мог бороться с пламенем, которое бушевало перед его глазами, и не обращать внимания на то, которое пылало у него внутри.

И теперь, после того как они всю ночь сражались с пожаром, работали не покладая рук, Эмили не пала духом, не хныкала, не валилась с ног. Ему было почти жалко, что она этого не делает, он даже хотел, чтобы она плакала и валилась с ног. Но нет, она решительно шагала по главной улице города в своей испачканной сажей ночной рубашке и искала место, где можно было бы устроить новый ресторан.

Он встряхнулся. Если бы он не знал наверняка, то готов был поклясться, что это женщина из рода Маккензи.

Его мать должна полюбить ее… Эта непрошеная мысль привела его в замешательство. О чем это он говорит? Что происходит с его чувствами?

Эмили очень сильно отличалась от тех женщин, которые обычно привлекали его внимание. Она не ждала, пока мужчина поможет ей, а сама бралась за дело. Она не нуждалась в нем, в большинстве случаев она даже не хотела, чтобы он был рядом. И, хотя осознавать это было не очень лестно, так оно и было. Всю свою жизнь восхищаясь женщинами, которые работали заодно со своими мужьями, а не строили против них козни, Джош создал в своем воображении образ женщины, которую мог бы полюбить на всю жизнь. И этот образ все больше и больше приобретал черты Эмили.

Впервые за долгое время Маккензи позволил себе вспомнить другую женщину. Когда-то он верил, что она всю жизнь проживет рядом с ним. Прекрасное лицо Дианы Хантингтон скрывало под собой гнилую сердцевину; ее совершенное тело таило в себе черное сердце. Все ее деньги и прекрасные, изысканные манеры не могли возместить изнеженности, капризности и эгоизма.

Когда Джош встретил Диану Хантингтон, он был моложе, чем сейчас, и гораздо наивнее. К тому времени среди его знакомых женщин были только родственницы. Это были достойные подруги своих мужей, на их лицах отражалось каждое движение души. Ему никогда не приходило в голову, что Диана просто играет с ним, увлеченная его юностью, его привлекательным лицом и стройной юношеской фигурой. Она просто от нечего делать развлекалась с ним. Потом, когда он ей наскучит, она собиралась заполучить себе богатого мужа более благородных кровей. Тогда он показал себя круглым идиотом, но хорошо запомнил этот урок. Женщины, подобные Диане, не годятся в жены парням из рода Маккензи, это не их поля ягоды. Когда-нибудь он приедет домой, чтобы больше никуда не уезжать. Чего он ждал, когда предлагал Диане вернуться вместе с ним в Техас? Какой ответ он ожидал услышать? Что она будет счастлива вскочить на лошадь и скакать с ним на Запад? Жить на ранчо и нянчить его детишек в этом пыльном Техасе? Джош поежился, вспоминая ее слова.

Может быть, по контрасту с красотой Дианы его и привлекла к себе простенькая Эмили Лэйн? Правда, теперь, после того как он узнал ее ближе, она не казалась ему такой уж простой.

Во всяком случае, она не ослепительна, как та Эмили Лоуренс, которую ему надо выследить и вернуть домой. Джош вспомнил лицо на потерянной фотографии — его воображение сохранило образ утонченной молодой женщины с выразительными миндалевидными глазами. Эти глаза с самого первого раза запали ему в душу. Но теперь он думал совсем о других глазах — тех, которые смотрели на него сквозь толстые очки.

Пришла пора посмотреть правде в глаза. Та Эмили, за которой он пытался ухаживать, не имеет ничего общего с той Эмили, за которой он приехал. Эмили Лэйн — это самостоятельная женщина, имеющая быстрый ум и твердо стоящая на ногах. Такие женщины хорошо приживаются на Западе. А Эмили Лоуренс — полный ее антипод. По крайней мере так можно заключить из рассказов ее отца.

Эти женщины не имеют между собой ничего общего, поэтому нет никакого смысла оставаться дольше в Лас-Вегасе. Здесь не может быть места для его личных симпатий и антипатий. У него есть работа, которую надо выполнить любой ценой. Пришло время вспомнить об ответственности.

Как только товарные вагоны будут подготовлены, чтобы начать обслуживание пассажиров, Маккензи отправится обратно в Чикаго. Пора начинать искать какой-нибудь другой след, который приведет наконец к цели. Если же удача опять отвернется от него, ему придется сообщить на Лонг-Айленд, что Эмили Лоуренс уехала слишком далеко. Тогда он снова вернется сюда, в Лас-Вегас. Ему необходимо понять, насколько серьезны чувства, которые он испытывает к Эмили Лэйн, и надо ли о них писать домой.

К тому времени как Эмили и Роза добрались до того, что осталось от «Гарви-Хауса», солнце уже взошло. Вымотавшиеся за ночь девушки сидели во дворе. Эмили тоже устала, но не сдавалась. У них нет времени на сон. Есть работа, которую необходимо сделать как можно быстрее.

— Я нашла место, где мы устроим ресторан, — объявила она своим подругам. Девушки тяжело вздохнули, некоторые закрыли лицо руками.

Бриджес как раз разговаривал с человеком, похожим на шерифа: у того на бедре болтался револьвер, а к рубахе была приколота звезда. Измученный метрдотель, не прерывая разговора, бросил на Эмили сердитый взгляд.

— Девушки, пожалуйста, послушайте меня. Если мы не соберемся с силами прежде, чем мистер Гарви вернется обратно, приехав, он разъединит нас и пошлет всех в разные места. И то если найдутся для нас места. Если нет, то все мы лишимся работы, — обратилась к «Гарви герлз» Эмили.

Громко хлопнув в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание, Роза объявила:

— Эмили верно говорит, мадам. Теперь многие из вас находятся в таком же положении, что и я. Вы знаете, какая работа грозит женщине, у которой нет защитника.

Такого намека было вполне достаточно. Девушки тут же распрямили спины, вытерли запачканные лица и стали подниматься на ноги.

— Вот это хорошо! А теперь марш на склад, берите ведра и мыло. Нам предстоит большая уборка.

Не тратя больше слов понапрасну, усталые и грязные официантки зашагали по улице.

— О какой это работе ты толковала? — спросила Эмили, когда последняя из девушек скрылась из виду.

— Золотце мое, иной раз, несмотря на все свое остроумие, ты бываешь такой глупей.

Эмили в изумлении подняла брови, но не рискнула спорить. Роза всегда была права.

— Я хотела сказать, что у одинокой женщины небольшой выбор. Найти подходящего мужчину и выйти замуж.

— Должны быть и другие пути.

— Ну, например, стать учительницей, если у нее есть образование и она может справляться с детьми.

— А как насчет магазинов и отелей?

— Ну, как правило, это семейный бизнес. Иногда они нанимают женщин со стороны, но обычно это дорого стоит.

— Что значит — дорого?

Роза выразительно посмотрела на нее.

— Как ты думаешь, что это будет за плата, Эмили? Наконец Эмили уразумела, на что намекала Роза. Ничего удивительного, если подруга думает, будто она тупая.

— Но должен же быть и другой выбор!

— Никто из нас не собирается терять работу без борьбы. Мы должны к вечеру приготовить все. И мы это сделаем, я уверена.

— Мисс Лэйн, мисс Дюбуа! — Бриджес таким тоном произнес их имена, будто застал их валяющимися в грязной луже вместе со свиньями. — Что вы такое сделали с моими официантками?

— Ничего особенного мы не сделали. Мы просто спасаем вашу задницу, Бриджес, — с вызовом заявила Роза.

Эмили успокаивающим жестом положила руку на плечо подруги, и Роза замолкла. С первых же дней работы в ресторане Роза и Бриджес были на ножах.

— Мистер Бриджес, я договорилась со служащим на железнодорожной станции. Там есть два пустых товарных вагона, которые мы можем временно приспособить, пока не построят новое здание ресторана.

— Приспособить под что? — не понял метрдотель.

— Под ресторан Фреда Гарви, мистер Бриджес.

Глаза Бриджеса почти исчезли под нахмуренными бровями, пока тот переваривал слова Эмили.

— Гм-м, я думаю, это сработает. Хотя там нельзя будет обеспечить такое высокое качество обслуживания.

— Все же лучше, чем обедать в гостинице, — заметила Эмили, вспомнив, как ее накормили, когда она была там с Джошем. — Свежие фрукты, рыба и другие продукты, как обычно, прибудут сегодня на грузовом поезде. Если нам немного помогут горожане, то мы сможем успеть все приготовить к обеденному времени.

— Достаточно правдоподобно. — Бриджес кратко кивнул и пошел, бормоча: — Я должен телеграфировать в Найми и… Да, и относительно припасов…

И он стал загибать пальцы, перечисляя то, что им будет необходимо:

— Скатерти, блюда, стаканы, столовые приборы…

С выражением отвращения на лице Роза приложила пальцы к губам.

— Ну и как тебе это нравится?

— Что?

— Этот Спадающие Бриджи даже не поблагодарил тебя!

— Мне все равно, коль скоро он согласился. Я поняла, что теперь он подожмет хвост и сбежит, как только у него появится такая возможность.

— Я удивлюсь, если он этого не сделает. Потому что в огне сгорели пальмы, за которыми он так любил прятаться.

В этот момент к ним большими шагами подошел шериф, с которым недавно разговаривал Бриджес.

— Прошу простить меня, леди.

Роза недовольно нахмурилась. Эмили незаметно взяла ее руку и, переплетя пальцы, крепко сжала ладонь. Роза в ответ тоже сжала ее ладонь. Когда-нибудь она обязательно узнает, почему Роза так недолюбливает всех представителей закона. Девушка догадывалась, что это история, которую стоит послушать.

— Да, шериф? — Эмили остановилась, вопросительно подняв брови.

Шериф приложил большой палец к своей шляпе.

— Трэвис, мэм. Бен Трэвис.

Это был мужчина приятной наружности, высокий и широкоплечий. Его теплые карие глаза смотрели проницательно, а когда он улыбался, во рту сверкали здоровые белые зубы. Он был молод, примерно одних лет с Маккензи. Если он еще не женат, то наверняка скоро женится. Какая-нибудь из «Гарви герлз» обязательно подцепит шерифа Трэвиса на крючок и никогда больше не отпустит. Как жаль, что Роза испытывает отвращение к закону… и такое влечение к деньгам. А то бы Эмили оставила их наедине и стала дожидаться дальнейшего развития событий.

Трэвис прервал матримониальные фантазии Эмили:

— Не возражаете, если я задам молодым леди несколько вопросов?

Рука Розы дернулась, и Эмили пришлось положить руку ей на талию.

— Пожалуйста, я могу ответить за нас обеих. Моя подруга никак не может прийти в себя из-за всех этих волнений.

Эмили тихонько пнула Розу ногой, и та приложила руку ко лбу, вздохнула и пробормотала несчастным голосом:

— О да…

Шериф посмотрел на Розу как на пустое место, и Эмили усмехнулась. Шериф еще больше ей понравился, потому что не отреагировал на представление, разыгранное Розой.

— Бриджес сказал мне, мисс Лэйн, что вы и мисс Дюбуа живете в одной комнате.

— Да, это так.

— И ваша комната самая ближайшая к «Гарви-Хаусу».

— Была, — поправила Эмили. — К тому, что от него осталось.

Шериф понимающе кивнул.

— Что вы можете рассказать мне о пожаре?

— Совсем мало, шериф. Мы спали, когда он начался.

— Что вас разбудило?

— Меня разбудила Роза. Мы быстро оделись и выбежали на улицу. Нам удалось организовать цепочку с ведрами и начать заливать огонь еще до приезда пожарной команды.

— Так это были вы? — Трэвис посмотрел на нее с интересом, Эмили не могла понять почему.

— Да, это были мы. А что, какие-то проблемы, шериф?

— Нет-нет, все в порядке. Скорее всего по какой-то причине в кухне оставили гореть плиту, а рядом лежало что-то легко воспламеняющееся. Так все время бывает, а с деревянными постройками… — Он пожал плечами. — Мы могли распрощаться с большей частью этого города, но благодаря вашей сообразительности, мэм, больше ничего не пострадало.

Трэвис еще раз улыбнулся, и Эмили вдруг поняла, что он улыбается именно ей. И смотрит на нее с таким сияющим видом, будто она была единственной женщиной в городе.

Он шагнул ближе:

— Может быть, вы позволите мне как-нибудь пригласить вас на ужин, мисс Лэйн?

Эмили попыталась изобразить на лице улыбку, с какой она обычно обращалась к своим клиентам. Как видно, ему это понравилось, поскольку его белозубая улыбка стала еще шире. Эмили, оказавшись в затруднительном положении, посерьезнела. Неужели этот парень положил на нее глаз, когда рядом стоит Роза? И слепой мог бы разобраться, что к чему. Эмили была в полном недоумении.

— В течение нескольких ближайших недель, — произнесла она, — я буду очень занята. Нам придется устраивать на станции новое помещение для ресторана Гарви.

Улыбка шерифа потускнела.

— Понятно. Тогда, может быть, когда все утрясется? Хотя молодой человек был довольно симпатичным, мысль о том, что он хочет поухаживать за ней, была безразлична Эмили. Это было совершенно не похоже на те чувства, которые пробуждал в ней Маккензи. Звук его голоса заставлял ее сердце биться как сумасшедшее. Однако женщине в ее положении не стоит наживать себе врага в лице шерифа. Лучше сделать его своим другом.

— Да, — произнесла девушка. — Пожалуй, это будет чудесно.

Удовлетворенный Трэвис отступил на шаг и, приподняв шляпу, раскланялся. Затем круто повернулся и пошел прочь, насвистывая какой-то мотивчик.

Роза наконец вздохнула с облегчением:

— Я думала, он никогда не уберется.

— Но он же не по твою душу! Неожиданная мысль неприятно кольнула Эмили:

— А может быть, по твою?

— Конечно, нет! — Тем не менее Роза избегала смотреть ей в глаза. — Шериф пришел вовсе не за мной. Он просто хотел задать несколько вопросов насчет пожара.

— Весьма глупых вопросов.

Роза выпрямилась и принялась отряхивать свою юбку. Правда, это мало помогло: маленькие дырочки, прожженные летящими искрами, складывались на подоле в замысловатый узор, а сажу вряд ли когда-нибудь удастся отстирать.

— И к тому же ты не права. Сейчас шериф приходил за тобой.

Эмили закатила глаза.

— Что это такое стряслось со всеми мужчинами?! Ведь рядом со мной стоишь ты! Он что, слепой?

— Золотце мое, разве ты не узнала мотивчик, который он насвистывал? — сухо спросила Роза.

— Что это была за песня? Она звучала так мрачно.

— Это песня, которую ковбои поют своим коровам на ночь, чтобы их успокоить. Что-то о том, что никогда не надо брать себе в жены хорошенькую девушку, если хочешь прожить счастливую жизнь. Короче говоря, что скромница и простушка гораздо больше подходит для венца.

— Мне это очень льстит.

Эмили не могла сердиться на шерифа. Трэвис дал понять, что ему наплевать на внешний вид — совсем как Маккензи. Потом она сообразила, что в истории Розы было что-то необычное.

— Подожди-ка! Зачем они поют это своим коровам?

— Это же скотина, золотце мое. От этой песенки они делаются миролюбивыми, я же тебе говорила. Бой быков, особенно если у них большие рога, не очень-то приятное зрелище. Люди погибают, и быки тоже. Поэтому ковбойские песни такие печальные.

Значит, шериф Трэвис тоже ковбой. Пожав плечами, Эмили тут же выбросила его из головы.

— Нам давно пора идти на станцию и приниматься задело.

— Да, а то Спадающие Бриджи ухитрится все испортить. Когда они пошли рядом, Эмили задала вопрос, который уже давно не давал ей покоя:

— Роза, почему ты так не любишь представителей закона?

— Просто не люблю.

— Но Маккензи ты симпатизируешь.

— Он не настоящий законник. Его просто наняли для розыскной работы, а не для того, чтобы следить за соблюдением закона.

— А что, ты скрываешься от чего-то?

Роза вздохнула, и это был самый печальный вздох, который Эмили когда-либо слышала от своей подруги.

— Мы все от чего-нибудь скрываемся. Разве не так, золотце мое?

Глава 10

«Гарви герлз» работали весь день. Им помогали многие горожане. Все вместе они превращали товарные вагоны в кухню и обеденный зал. Владельцы магазинов знали, что если ресторан Гарви прекратит свою работу, то, пока в Лас-Вегасе не будет построено новое здание, их торговля понесет невообразимые убытки. Город может вообще лишиться железнодорожной станции. Поезда изменят свое расписание и в течение длительного периода будут проходить мимо без остановки. Поэтому все жители города были заинтересованы, чтобы работа была сделана как можно быстрее.

Ко времени обеда девушки в полной боевой готовности стояли возле своих столиков и прислушивались к свистку паровоза, возвещавшему, что первый «отряд» их клиентов подъезжает к станции.

Эмили нервным движением руки разгладила фартук. Это все было ее идеей, и если затея провалится, то ей не миновать расплаты. Если кто-нибудь спросит, что тут произошло, длинный костлявый палец Бриджеса тут же укажет прямо на нее. Она также не сомневалась, что если все сойдет хорошо, тот же самый палец с гордостью укажет на самого Бриджеса. Но ей было на это наплевать, если она не потеряет работу.

Маккензи снял пиджак и трудился вовсю. Но сказать, что он был причиной того, что работа шла не слишком быстро — значит, ничего не сказать. Как можно спокойно работать, когда этот красавец, играя обтянутыми рубашкой мускулами, поднимает огромные доски, носит их мимо девушек — в общем, все время попадается на глаза! Несколько раз она начинала сердиться: ей приходилось приводить в чувство девушек, которые глазели на Джоша вместо того, чтобы заниматься своим делом. Но каждый раз Эмили говорила себе, что это не ревность — просто ее раздражало, что такие остановки мешают работе.

— А вот и они, — произнесла Роза, срываясь с места со скрещенными на удачу пальцами. — Очень скоро все будет ясно, мое золотце.

Только что прибывшие пассажиры входили внутрь, в изумлении разглядывая необычный обеденный зал в товарном вагоне.

«Надо отдать должное, — подумала Эмили, — мы проделали грандиозную работу, и в такое короткое время!» Пока несколько мастеров из городских жителей сколачивали столы и стулья, другие выкрасили стены обоих вагонов.

Кур, яйца, говядину для отбивных привезли с ближайших ранчо, где уже прослышали о затруднительном положении, в которое попал ресторан. Картофель и лук привезли фермеры.

Одни хозяйки прислали скатерти, салфетки, даже вазы, чтобы поставить на столы свежесрезанные цветы, другие испекли хлеб и булочки, пирожки и печенье.

Бриджес послал телеграмму в ресторан Гарви, находящийся в Лайми. Через несколько часов подошел грузовой состав, и они получили в свое распоряжение блюда, стаканы, столовое серебро, кастрюли и горшки, кухонную утварь, а также весь ассортимент специй и приправ.

Но Ян Чену было необходимо еще немало вещей, чтобы оборудовать настоящую, в его понимании, кухню. Все недостающее было позаимствовано в гостиничном ресторане. Ян Чен так был захвачен переездом, что умудрился даже не поругаться с теми, кто перевозил оборудование в его новые владения. Однако как только все было установлено на свои места, Ян Чен выпроводил всех из своей новой резиденции и совсем как раньше со словами «пойдите вон!» захлопнул дверь.

Первых посетителей нового ресторана он встретил во всем великолепии: на нем был новый фартук без единого пятнышка, голову увенчивал поварской колпак, из-под которого свисала его длинная косичка. Ян Чен торжественно начал разливать в миски дымящийся куриный бульон с пореем.

Хотя переоборудованный товарный вагон не был так элегантен, как настоящий ресторан Гарви, но вес же там было чисто и уютно. Вдоль стен выстроились столики, покрытые ослепительно белыми скатертями, на каждом — вазы со свежими цветами.

Девушки привычно сновали, выполняя свою работу. Бриджес разрезал говядину. Все гости ели с явным удовольствием. У них был такой вид, будто в окружающей обстановке нет ничего необычного.

Однако когда в вагон вошел Фред Гарви, все замерли. Все — и официантки, и Бриджес — знали, что рано или поздно он объявится. Но когда он неожиданно появился в дверях, придирчиво разглядывая результаты их тяжелой работы, с которой они управились в такое короткое время, у многих перехватило дыхание. Роза подошла к Эмили и встала рядом с ней, и они разом обратили взгляд на Бриджеса.

Тот побелел как полотно, чуть не выронив большое блюдо с остатками говядины. Эмили охнула, увидев, как накренилось новое фарфоровое блюдо, но метрдотель как-то ухитрился его удержать.

— Пожалуйста, продолжайте выполнять свои обязанности, юные леди, — вежливо обратился Гарви к официанткам. — Вы проделали грандиозную работу в таких ужасных обстоятельствах. Вы спасли репутацию Гарви и добавили ей блеска. Я горжусь вами!

Посетители возгласами одобрения и аплодисментами присоединились к похвалам хозяина.

Девушки переглянулись, улыбаясь друг другу. Конечно, они и раньше чувствовали удовлетворение от хорошо и дружно выполненной работы. Но, без сомнения, самой большой похвалой для них было признание клиентов.

Гарви прошелся вдоль помещения, проверяя чистоту окон и не забывая между делом бормотать приветствия посетителям.

Эмили заставила себя глубоко вдохнуть и выдохнуть, иначе она потеряла бы сознание от удушья. Все самое ужасное позади. Вот если бы Гарви сказал, что все никуда не годится, это было бы действительно несчастье, — ведь тогда ей пришлось бы отправляться бог знает куда!

Обед подходил к концу, паровоз дал гудок, и гости потянулись к выходу. Официантки начали собирать со столов грязную посуду. Эмили с тревогой посмотрела на мистера Гарви. Что он скажет? Как оценит их труд?

Тем временем Фред Гарви решительными шагами направился к Бриджесу и стал что-то вполголоса быстро говорить ему. Может быть, незаметно подойти и послушать, о чем они говорят? Роза опередила Эмили, словно прочитав ее мысли.

Не успела девушка ей помешать, как Роза уже прокашлялась, уперла руки в бока и громким голосом заявила:

— Все было совсем не так, Бриджес! — Она величественно подняла руку и указала пальцем на Эмили. — Это она все придумала. Это она сказала вам, что надо делать. И это она всеми управляла, пока мы работали!

Бриджес зашипел от негодования, но Гарви уже сделал шаг к Эмили. Роза ухмыльнулась в лицо разгневанному метрдотелю и развела руки в стороны, как бы говоря: «Поздно, голубчик!»

— Мисс Лэйн, неужели это правда? Это вас я должен благодарить за столь блестящее устройство ресторана?

— Ну, не думаю, что оно такое уж великолепное. Я просто хотела сохранить себе рабочее место. На востоке, говорят, есть даже поезда с вагонами-ресторанами. И мне показалось, что вагон, у которого сломаны колеса, можно для этого приспособить.

— Да, великолепно, изумительно, восхитительно! Должен сказать, что я просто потрясен, мисс Лэйн. Мне необходимо немедленно заняться внедрением вашей идеи на других станциях этой железнодорожной ветки! В период строительства постоянных зданий мы станем временно использовать товарные вагоны. Это даст нам возможность начать нашу деятельность на месяц раньше, а не сидеть сложа руки.

— Как вы замечательно придумали, сэр.

— Это мне надо благодарить вас.

— Не стоит благодарности. Я, как уже говорила, стремилась сохранить свое рабочее место.

Гарви с восторгом посмотрел на Эмили:

— Вот самые желанные слова, которые мечтает услышать любой наниматель! Если вам когда-нибудь понадобится помощь, мисс Лэйн, любая помощь, вам достаточно сказать мне одно-единственное слово. Я всегда буду рад помочь вам. — Затем, нахмурившись, он обернулся к Бриджесу: — А теперь нам надо кое о чем поговорить в вашей конторе.

— Я… у меня нет больше конторы, сэр.

— Тогда давайте просто выйдем наружу.

— Вы были так любезны, мистер Гарви. Огонь заставил нас потерять все деньги, которые я сэкономил. Теперь нам надо начинать с самого начала. — Окинув тоскливым взглядом вагон, Бриджес дернул головой и выбежал, бормоча что-то себе под нос со скоростью тысячу слов в минуту.

Как только эти двое покинули вагон, Роза разразилась громким смехом.

— Ничтожный хорек! Он наконец нашел средство, которое поможет ему выкрутиться. Не могу поверить: он хочет взять кредит под твою идею.

— Мне все равно. Тебе не стоит вмешиваться, Роза. Я не хочу, чтобы его уволили.

— Я совсем не хотела вмешиваться, но когда услышала, как он превозносит свои заслуги, не смогла сдержаться. Видела бы ты, как удивился Гарви, когда этот коротышка начал расписывать «свою» великолепную идею. Разве можно было после этого молчать?! Все-таки он такой педант.

— Но зато он наш педант.

— Конечно.

Девушки рассмеялись с облегчением после только что пережитого напряжения. К ним постепенно присоединились и другие официантки.

«Гарви-Хаус» в Лас-Вегасе снова работал!

Джош услышал ее смех еще снаружи, как только приблизился к вагону. Эмили смеялась так счастливо, что он задумчиво улыбнулся. Кивнув Гарви и Бриджесу, которые стояли поодаль на платформе, склонив головы друг к другу, и о чем-то оживленно разговаривали, Джош вошел внутрь.

Он пришел прощаться.

Детектив увидел ее сразу, как только переступил порог. Эмили была занята своей обычной работой. Сколько энергии в этой женщине! Она сновала по вагону, поспевая везде — выполняла свою работу и помогала другим. Он и представить себе не мог, как бы на месте Эмили вела себя та женщина, которую он разыскивал. Неужели она могла бы так приветливо обслуживать клиентов или так бескорыстно помогать окружающим, как это делала Эмили?

Проработав с ней бок о бок всю вчерашнюю ночь и большую часть утра, он вынужден был признать, что вот уже несколько дней идет по неверному следу. И если едва различимый внутренний голос все еще нашептывал ему, что это все-таки Эмили Лоуренс, наверняка он ничего не мог доказать. Пора было сматывать удочки и отправляться восвояси. Но — о Боже! — как же он хотел остаться!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21