Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Эпоха Регентства (№3) - Месть и любовь

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Коултер Кэтрин / Месть и любовь - Чтение (стр. 4)
Автор: Коултер Кэтрин
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Эпоха Регентства

 

 


Хэтти заметила, что при этих словах в симпатичных голубых глазках Гарри появился какой-то масленый блеск, отчего лицо его сразу приняло блудливое выражение. Он вдруг стал похож на тех джентльменов, которых в обществе принято считать сластолюбцами. Она чувствовала, что ладони у нее становятся влажными.

— О каком плане вы говорите, Гарри? — спросила она, сделав усилие над собой.

— Я предлагаю поехать на Милсом-стрит и навестить леди Бакстел в ее прекрасном доме. Я не был там черт знает сколько. Мне кажется, самое время заглянуть к ней.

Ладони у нее по-прежнему оставались влажными, но язык не поворачивался задавать вопросы. Однако она понимала, что должна делать это.

— Леди Бакстел? Кто это, Гарри? Это ваша приятельница?

Скадди хихикнул и больно шлепнул ее по и без того ноющей руке. Она едва удержалась, чтобы не вскрикнуть, сознавая, что мужчине непозволительно обнаруживать подобную слабость.

— Как бы не так, — сказал мистер Скаддимор, — с какой печали ему заводить таких приятельниц? Никакая она ему не приятельница и тем более не леди. Гарри интересуют ее птички, а не она сама, мерзкая карга.

Теперь Хэтти предстояло пройти более тяжелое испытание. Джентльмены завели длинную и откровенную беседу о наличии определенных женских достоинств или, наоборот, отсутствии таковых у знакомых молодых девиц. Надо было отдать им должное: большей частью дело не доходило до откровенных подробностей, непосредственных описаний и детальных сравнений, когда разговор касался добропорядочных светских леди. Но уж если речь заходила о прелестях девушек из низших сословий, то они не скупились ни на скабрезные выражения, ни на крепкие словечки.

Хэтти считала, что здесь она неплохо выдерживает свою роль. Она даже попыталась перенять их пошловатые манеры и пару раз позволила себе вставить несколько не очень пристойных, позаимствованных у них выражений.

Теперь она думала о том, как ей вести себя дальше, с учетом их дьявольского плана. Для начала она пожала плечами и постаралась принять скучающий вид.

— Вы это серьезно, Гарри? Вы в самом деле предлагаете отправиться в бордель? Лично я предпочел бы пользоваться тем, что не бывает в столь частом употреблении.

— Нет, вы только послушайте его! Ну и запросы у вас, лорд Гарри! Однако я хочу вам сказать, что этот дом не такой, как все. Это заведение для избранных. Не бойтесь, там вы не подхватите заразы. — Сэр Гарри повернулся к мистеру Скаддимору, желая услышать от него подтверждение: — Скажите, что я прав, Скадди. Что вы молчите как воды в рот набрали? Не хотите идти? Я точно знаю, что у вас не было ни одной девушки с тех пор, как вы стали жить отдельно от отца и перестали якшаться со служанкой. Помните, вы хвалились, что она показала вам высший класс? Самое подходящее время пополнить свои знания.

От неожиданности Скадди поперхнулся и выплеснул портвейн из рюмки.

— А вам нужно трезвонить об этом на весь мир, Гарри. Если хотите знать правду, то дело вовсе не в этом — у меня не слишком густо в кошельке. А сейчас только середина месяца. Отец устроит мне любезный прием, если я опять раньше времени появлюсь на пороге с протянутой рукой.

— Какого черта вы прибедняетесь, Скадди? Можно подумать, что из-за одного визита в бордель вам придется бежать к папаше на Ривер-Тик. Что до вас, лорд Гарри, то я подозреваю, что вы вообще никогда не были в доме свиданий. Интересно, как в ваших северных краях юноши выходят из положения?

— Полагаю, что в наших северных краях юноши делают примерно то же, что и вы, — сказала Хэтти, все еще ломая голову над тем, как на самом деле ей выпутываться из ловушки. — Вообще-то в наших краях мужчины склонны жениться раньше, чем у вас. Обычно они делают это, не дожидаясь, пока превратятся в стариков. А брак, как известно, избавляет от многих трудностей.

Скадди с недоверием посмотрел на нее и сказал:

— Что за глупости! Мой отец постоянно говорит мне, что женитьба и удовольствие не имеют между собой ничего общего. Мудрая истина! Что вы скажете на это?

— Лорд Гарри, согласитесь, что Скадди прав, — сказал сэр Гарри. — Во всяком случае, в том, что мужчина должен получать удовольствие. Независимо от женитьбы: и до нее, и после. Ну хорошо, а все-таки как насчет моего предложения? Лично я немедленно отправляюсь к леди Бакстел. Ну, у кого еще в жилах течет настоящая кровь? Идете вы наконец или будете дальше морочить мне голову своими отговорками?

Скадди принялся усердно подсчитывать свои финансы, прикидывая, хватит ли ему их до первых чисел следующего месяца. Вскоре его сосредоточенное лицо просветлело.

— Я иду с вами, Гарри, — сказал он и, допив портвейн, осовелыми глазами уставился на Хэтти.

Было ясно, что отказываться нельзя, иначе она даст им повод для подозрений. Чего доброго, они еще подумают, что интерес к подобным делам у лорда Гарри чисто напускной — не более чем бравада неопытного юнца. Поэтому ей надлежало вести себя по-мужски, а это значило: не ссылаться на тянущие мышцы и безоговорочно отправляться с ними в бордель. По примеру Скадди она лихо разделалась со своим вином и, стукнув пустой рюмкой об стол, с развязным видом поднялась из-за стола:

— Ну, друзья, чего же мы ждем? Уже скоро ночь. Вперед, Гарри. Что до меня, то я давно созрел. Посмотрим, что за товар у вашей леди Бакстел.

Хэтти повернулась спиной к услужливому лакею, подскочившему помочь ей надеть сюртук.

Сэр Гарри насупился: «Хорошенькое дело!» Ему первому пришла в голову эта идея, а теперь лорд Гарри хочет перехватить у него инициативу. Однако он решил не вдаваться в подробности и, обхватив Скадди за плечо и утешая себя мыслью о том, что очень скоро какая-нибудь красотка доставит ему большое удовольствие, сказал насмешливо:

— Коль так, ведите нас, лорд Гарри. Мы готовы следовать за вами.

Они проходили одну улицу за другой, постепенно приближаясь к Милсом-стрит. Глядя на мелькавшие под сапогами булыжники, Хэтти буквально выворачивала мозги наизнанку, но так и не могла придумать ничего путного. В конце концов, она решила, что не бывает худа без добра и нужно положиться на случай, который может повлечь за собой неожиданную развязку этой нелепой и в то же время забавной истории.

Представшее перед ними мрачного вида заведение леди Бакстел поначалу неприятно поразило ее. Это огромное трехэтажное кирпичное сооружение, стоящее на пересечении нескольких улиц, возвышалось над всеми другими домами в округе. У парадного входа здания располагалось несколько предельно скромных, на грани аскетизма, георгианских колонн. Из плотно зашторенных окон по фасаду сквозь закрытые ставни пробивались едва заметные полоски света. Поэтому в первую секунду Хэтти даже обрадовалась, подумав, что Гарри по ошибке привел их в какое-то другое место. Или, предположила она, заведение уже закрылось в связи с поздним временем. Однако вскоре она поняла, что оба предположения не оправдались.

Сэр Гарри легко взбежал по ступенькам и забарабанил по тяжелому медному кольцу на входной двери. Звонкое эхо в вестибюле сменилось глухой тишиной, и снова Хэтти попыталась утешить себя надеждой на то, что леди Бакстел не принимает джентльменов в этот вечер. Но спустя пару минут до нее донесся слабый скрипучий звук, и ей показалось, что изнутри кто-то разглядывает их. Прошло еще несколько минут, после чего тяжелая дубовая дверь плавно отворилась. Перед ними стоял, высокий, угрюмого вида человек в строгом черном одеянии. Он молча посмотрел на трех джентльменов. Когда его глаза ненадолго остановились на Хэтти, она почувствовала, как бешено заколотилось ее сердце. Ею овладело жуткое чувство, что этот человек каким-то образом может раскрыть ее обман, но он отступил на несколько шагов назад и, небрежно поклонившись, жестом предложил им войти. «Как странно, — подумала Хэтти, — я испытываю облегчение оттого, что мне позволили войти в бордель». Тем временем к ним подошел другой человек, также одетый во все черное, и взял у них трости и плащи. Хэтти видела, как его слезящиеся старческие глазки хитро и злобно смотрели на них, когда он молча указал им на длинный узкий коридор, ведущий в глубь дома.

— Слишком много предосторожностей, — сказала Хэтти сэру Гарри, пытаясь придать своему голосу оттенок осуждения. «Интересно, — подумала она, — будет ли здесь сегодня маркиз де Оберлон?» Секундой позже она поняла, насколько глупой была эта мысль. Ведь его светлость обзавелся персональной любовницей. Она не сомневалась, что маркиз не отказывал себе в подобных удовольствиях даже в период своего кратковременного брака с Элизабет Спрингвилл.

Она быстро оставила мысли о маркизе, после того как сэр Гарри уверенно ввел их в просторную гостиную.

— Ну, что скажете, лорд Гарри? А? — воскликнул он, лукаво глядя ей в глаза. — Лучше, чем вы могли предположить?

Действительно, ей было нечего возразить ему. Внешне все здесь выглядело прекрасно. Длинная прямоугольная комната была украшена тяжелыми бархатными портьерами темно-красного цвета. На их фоне ярким контрастом выделялись расставленные группами изящные стулья и диваны с обивкой из золотой парчи — в стиле эпохи Людовика XIV. По меньшей мере дюжина лакеев в черной униформе бесшумно скользили по комнате с большими серебряными подносами, ненавязчиво предлагая гостям разнообразные вина. При более внимательном взгляде на гостиную Хэтти показалось, что находившиеся в ней люди разительно отличались от привычных посетителей Олмэка. Прежде всего, здесь было больше леди, чем джентльменов. Хотя первые были облачены в элегантные туалеты, под стать убранству гостиной, Хэтти отметила, что грудь у них была обнажена до крайнего неприличия. Можно было только диву даваться, как при таких низких вырезах платьев они ухитрялись прикрывать свои пупки. Она оторопело смотрела на эту непривычную компанию.

На фоне непринужденной беседы и громкого хихиканья дамы и их кавалеры не упускали случая погладить или потрепать подвернувшиеся под руку не прикрытые одеждой части тела. Чем больше она наблюдала это дикое зрелище, тем больше ею овладевал страх, пока не охватил ее до самых кончиков пальцев.

— Простите, вы что-то сказали, Гарри? — в растерянности произнесла она. — О, да, все очень элегантно. Вы правы. Более изысканного борделя я еще не встречал.

— Бог мой, вы только взгляните на нее! Какая красавица! — с благоговейным трепетом прошептал мистер Скаддимор, уставившись на эфирного вида создание чуть поодаль от себя. У девушки были блестящие длинные волосы, струившиеся по гибкой спине, густые и темные, как полированное черное дерево. Карие, миндалевидные, с изящным вырезом глаза придавали ее лицу пикантный оттенок.

— О, я вижу, вы заинтересовались нашей Лили, юноша. Эта девочка у нас совсем недавно. Прибыла из далекой страны, которая называется Китаем. Она очаровательна, не правда ли?

Мистер Скаддимор вздрогнул и, густо покраснев, отвел широко раскрытые глаза от девушки, так как не подозревал, что его слова могут быть подслушаны. Он обернулся на женский голос, одновременно с сэром Гарри и лордом Гарри, и в замешательстве посмотрел на стоявшую рядом с ними высокую зеленоглазую женщину со стройным и гибким станом. Она отличалась от всех остальных женщин в гостиной. Она единственная была одета в синий бархат. Вырез ее платья так же, как и у них, позволял видеть изрядную долю ее груди. На ее подкрашенных алых губах блуждала снисходительно-насмешливая улыбка. Хэтти поняла, что это и есть мадам — та самая сводница, которая заставляет этих девушек торговать телом.

Забыв о своем рискованном положении, Хэтти измерила даму взглядом с головы до ног с таким надменным видом, на какой только была способна, и развязным тоном человека, привыкшего держаться со всеми на равных, сказала:

— Вот как? Интересно. Неужели это правда? В поисках леди для вашего заведения нужно ехать на другой конец света? Разве их так трудно добыть? Должно быть, это очень дорого обходится вам.

Глава 6

Сэр Гарри бросил на лорда Гарри удивленно-сконфуженный взгляд. Хэтти, в свою очередь, заставила себя молча проглотить раздражение. Она пожала плечами и, отвернувшись от мадам Бакстел, принялась рассматривать гостиную.

— Вы не узнаете меня, леди Бакстел? — залебезил сэр Гарри. — Я Гарри Брэндон. Вы, наверное, помните, я был у вас примерно месяц назад.

Леди Анжелика Бакстел, настоящее имя которой было Мартина Дюбуа, тотчас подавила в себе гнев и сделала любезную мину, притворяясь, что вспомнила его. На ее не в меру накрашенном лице появилось притворное радушие. Она видела, что молодой человек обескуражен неотесанностью своего приятеля и явно хочет принести ей косвенные извинения за его грубость и хоть чем-то расположить к себе. Поэтому она понимающе кивнула, тряхнув натуральными каштановыми, лишь слегка намазанными бриллиантином локонами, и протянула ему руку:

— Конечно же, я помню, сэр Гарри. Прекрасно помню. Я вижу, вы сегодня пришли с друзьями. Не угодно ли шампанского? Может быть, желаете перекинуться в покер? Или вы для начала предпочитаете приятную беседу с моими очаровательными девушками?

Мистер Скаддимор, мобилизовав всю свою сообразительность, поспешил откликнуться на это предложение со свойственной ему прямотой и непосредственностью:

— Сюда приходят не для игры в карты, мэм. Мы и так потратили много времени. И все из-за бестактности лорда Гарри.

«Вон оно что, — не преминула заметить леди Бакстел, — оказывается, этот высокомерный щенок — лорд». Она тут же решила простить лорду его дерзость и сменить гнев на милость. В конце концов, от лордов зависело ее процветание, и поэтому не следовало сердить представителей этого благородного сословия.

— Как пожелаете, джентльмены, — сказала она с лучезарной улыбкой, сосредоточив теперь все свое внимание на Хэтти. — В таком случае — шампанское и беседа.

— Да нет же. Беседа тоже излишество. Мы пришли сюда совсем не ради слов, — упорствовал Скадди. — Что в них интересного, в этих разговорах? Нужно тратить время с пользой.

— Да, конечно, — согласилась леди Бакстел и повела их в дальний конец гостиной к буфету, буквально ломившемуся от обилия бутылок с вином и закусок. Она налила всем по бокалу искрящегося шампанского. — За ваш приятный вечер, господа, — сказала она с хорошо отрепетированной веселостью и направилась к девушке, которую, как она уже сообщила, звали Лили.

Сэр Гарри наклонился к Хэтти и шепнул ей на ухо:

— Вот видите, я же не зря говорил вам, что этот дом только для фешенебельной публики. Посмотрите вон туда. Это лорд Элвани — тот, что у камина, а чуть подальше — сэр Джон Уолтертон.

— Да, да, вижу, — перебила она его. — А вон тот джентльмен, который уже изрядно навеселе, если не ошибаюсь, лорд Дарси Пендлтон. Черт побери, кого я вижу?! Это же сэр Уильям Файли. Сочувствую несчастной девушке. Не повезло ей — невелико удовольствие выполнять его прихоти.

Хэтти презирала и ненавидела сэра Уильяма Файли за его пошлые повадки, коварство и жестокость. К этим чувствам примешивалась еще и большая доля страха, и она понимала, откуда появился этот страх. Несколько месяцев назад в «Уайтсе» сей джентльмен насмешливо заметил, что у молодого лорда необычно гладкие щеки. После его гадкой реплики ей пришлось призвать на помощь всю свою смекалку, чтобы должным образом обставить свой уход из клуба, не вызвав ни у кого сомнений в том, что лорд Гарри отправляется вместе с сэром Гарри и Скадди в одно место для «сугубо мужских» развлечений. После этого случая она старалась любой ценой избегать общества сэра Уильяма Файли, опасаясь, что он может разгадать ее тайну. Когда же по дороге в «Друри-Лейн» Скадди рассказал ей и Гарри знаменитую историю с пари, в котором участвовал и этот человек, она окончательно и бесповоротно возненавидела его.

— Лорд Гарри, ради Бога, перестаньте пялить глаза на сэра Уильяма, — одернул ее сэр Гарри. — Не вздумайте трогать его. Только последнему идиоту это может прийти в голову. Он очень опасный человек.

— Вы правы, Гарри. Я и не думаю трогать его. Это он меня трогает.

Хэтти снова вспомнила о своем щекотливом положении. Она отдавала себе отчет в том, что не может вести себя так, как лицо мужского пола. У всех джентльменов, посещавших это заведение, была одна и та же цель. Они приходили сюда только для того, чтобы дать выход примитивному инстинкту — удовлетворить свое чисто плотское желание. С девочками леди Бакстел это можно было сделать легко и просто.

Она видела, как изнывала от скуки миниатюрная Лили, оказавшаяся в обществе потерявшего дар речи Скадди. Потом ее глаза снова наткнулись на сэра Уильяма Файли, сидевшего возле какой-то девушки с волосами цвета воронова крыла. Рука джентльмена покоилась на ее полной груди. Словно почувствовав, что за ним наблюдают, он вдруг резко повернулся и увидел Хэтти. Его глаза смотрели на нее поверх ободка рюмки. Под этим пристальным взглядом она ощущала себя так, словно ее раздели догола и выставили на всеобщее обозрение. Сэр Уильям лениво приподнял рюмку в насмешливом приветствии. Хэтти, чувствуя, что бледнеет, поспешно кивнула ему и тут же оглянулась на сэра Гарри. Увидев, что сэр Гарри больше не обращает на нее ни малейшего внимания, она испытала одновременно и страх и облегчение.

— Я должен покинуть вас, старина, — бросил сэр Гарри через плечо, направляясь к высокой блондинке, чертами лица удивительно похожей на него самого.

Когда она очутилась одна, ноги у нее будто приросли к полу. Она понимала, что не должна оставаться в стороне, что по обстоятельствам должна вести себя активно — по крайней мере проявить интерес к одной из девушек. Она посмотрела на сэра Джона Уолтертона, который через всю гостиную вел свою раскрасневшуюся хихикающую девицу к широкой витой лестнице, начинавшейся прямо возле двери. Хэтти окончательно растерялась — сам дьявол сломал бы голову в ее положении.

В конце концов она заставила себя присмотреться к девушкам, пока еще не получившим приглашений от джентльменов. Пробежав глазами по этим одиноким обитательницам гостиной, она не сразу приметила рыжеволосую девушку, наполовину спрятавшуюся за красной бархатной шторой. Даже с другого конца комнаты можно было видеть, что внутри этого хрупкого создания скрывались неуверенность и страх. «Может быть, она новенькая?» — подумала Хэтти.

Она не спеша направилась к девушке, задержавшись на миг возле лакея с подносом, чтобы взять с собой два бокала с шампанским. Приближаясь к ней, она поняла, что девушка заметила ее: было видно, как она вздрогнула и виновато поежилась. «Боже мой, — возмутилась в душе Хэтти, вплотную подойдя к ней, — она еще моложе, чем я». Девушке на вид было не больше шестнадцати.

— Добрый вечер. Меня зовут лорд Монтейт, — услышала Хэтти собственный спокойный и уверенный голос. — Не желаете ли выпить вместе со мной бокал шампанского?

— С удовольствием, — поспешно ответила девушка. Даже чересчур поспешно, как отметила Хэтти, протягивая ей бокал.

Тут она увидела, что глаза девушки смотрят куда-то мимо. Она слегка повернула голову и обнаружила леди Бакстел, не спускавшую с них своих зорких и узких, как две щелочки, глаз. Хэтти чуть подалась в сторону, чтобы загородить собой девушку.

— Как вас зовут?

— Маврин, милорд.

— Мне кажется, что вы слишком молоды для такого заведения, Маврин.

— Что вы, милорд! Это только так кажется. Надеюсь, вы не хотите таким образом отказаться от меня? Милорд, я исполню любое ваше желание.

На мгновение Хэтти оторопела, не зная, что сказать. Она увидела, как у Маврин слегка дрожала рука, отчего шампанское грозило выплеснуться из бокала.

И тут в голове у нее мелькнула догадка — тонкий лучик надежды на спасение. Внимательно оглядев бледное личико девушки, она догадалась, что та еще довольно неопытна в своем ремесле. Хэтти была почти уверена в этом. Во всяком случае, она молила Бога, чтобы так оно и было, ибо от правильности этого предположения зависело исполнение всех ее планов.

Маврин невольно вздрогнула, почувствовав прикосновение его светлости к своей обнаженной руке.

— Пожалуйста, простите меня, милорд. Может, вам лучше присесть?

Когда Хэтти расположилась рядом с Маврин, она вдруг мысленно представила себя в ее роли. Она с горечью думала о положении, в котором оказалась бедная девушка, вынужденная зарабатывать на жизнь, услаждая богатых бездельников. Перед глазами у нее поплыли отвратительные картины. Однако сейчас останавливаться на мыслях о подобной несправедливости было бы непозволительной роскошью. Поэтому Хэтти резко повернулась к ней и с напускной строгостью в голосе сказала:

— Не лгите, Маврин. Я уверен, что вам не больше шестнадцати. Лучше скажите мне правду.

Девушка подскочила на месте. Это было для нее полной неожиданностью. Обычно джентльменов меньше всего интересовал ее возраст. Вопросы молодого человека застали ее врасплох. Она пыталась разгадать его тайные мысли и намерения, но отсутствие опыта мешало ей найти в его словах хоть какую-то зацепку. Сознавая безвыходность своего положения, она нерешительно сказала:

— Милорд, я говорю вам правду. Мне недавно исполнилось шестнадцать лет. Три месяца назад. — Видя, как сжались челюсти молодого лорда, она изо всех сил старалась не оттолкнуть его от себя. — Хоть я и молода, милорд, вы не должны ни в чем сомневаться. Я смогу выполнить все, чего бы вы ни пожелали.

К своему удивлению, она увидела выражение печали, появившееся на лице джентльмена. Это встревожило и смутило ее одновременно.

— Давно ли вы в этом заведении, Маврин?

— Две недели, милорд. Но я сделаю все, что вы захотите. Стоит вам только сказать. Я очень старательная. Это правда.

В этом Хэтти нисколько не сомневалась.

Где-то совсем близко раздался смех сэра Гарри. Он проплыл мимо них, вслед за Скадди, к той же самой лестнице. Все происходящее с трудом укладывалось в голове у Хэтти. Сейчас ее друзья отправятся наверх. Там они разойдутся по разным номерам, снимут с себя одежду и лягут в постель с женщинами, которых они не любят и даже не знают. Потом они заплатят этим женщинам за услуги. Это было выше ее понимания. Тем не менее сама она была уже на полпути к тому же самому.

— Я чем-то рассердила вас, милорд? — робко спросила Маврин.

Хэтти перевела глаза на нее и увидела, что она смотрит на леди Бакстел, разговаривающую с только что появившимся джентльменом.

— Нет, Маврин. Вы ничем не рассердили меня, — успокоила ее Хэтти, похлопав по руке. — Расскажите мне, как вы оказались здесь.

— Это случилось после смерти дяди Боба. Он был в корпусе Веллингтона и погиб под Ватерлоо, — скороговоркой сказала Маврин и тут же спохватилась: — О Боже, что я говорю! Я не должна ничего рассказывать о себе. Ой, что скажет достойная леди Бакстел, если узнает об этом? Представляю, как она будет разгневана.

— Маврин, я полагаю, что лорд Гарри получит от тебя все, чего он желает.

Хэтти резко повернулась на голос леди Бакстел, незаметно появившейся сбоку. Дама вежливо наклонилась к ней, явно рассчитывая услышать подтверждение своим словам. Хэтти посмотрела ей прямо в глаза и сказала невозмутимым, с оттенком высокомерия голосом:

— Я только что говорил Маврин, что здесь душно. И мне не нравится весь этот шум, так же как и запах дешевых духов. С вашего позволения, мэм, мы покинем вас. Я хочу подняться наверх с Маврин.

Хэтти быстро встала и, демонстративно повернувшись спиной к леди Бакстел, помогла подняться Маврин.

Леди Бакстел с удовольствием влепила бы пощечину наглому щенку, но была вынуждена сдержаться. В интересах заведения она не могла позволить себе оскорбить знатного гостя. Провожая глазами парочку, медленно поднимающуюся по лестнице, она пыталась подавить в себе новую вспышку злости. Будучи неглупой женщиной, она хотела уяснить причины, побуждавшие юного лорда с нескрываемым отвращением относиться к ее знаменитому заведению.

Она посмотрела на часы и не без раздражения отметила, что было уже около часа ночи. Многие из джентльменов, пришедших сюда в поисках услады, все еще тянули время. Вероятно, им вполне хватало того, что они могли получить от ее девочек здесь, в гостиной, где они могли к тому же ведрами лить в глотку ее шампанское.

— Вы чем-то расстроены? Что с вами, дорогая Анжелика? При виде сэра Уильяма Файли леди Бакстел моментально изобразила угодливую улыбку. Этот джентльмен, хотя и обращался к ней в свойственной ему несколько фамильярной манере, был всегда любезен. Но несмотря на это, она боялась его, зная, что внутри его прячется страшная жестокость. Правда, его жестокость до сих пор никогда не была направлена на нее.

— Все замечательно, милорд. Просто складывается впечатление, что сегодня джентльменов больше устраивает выпивка, нежели удовольствия, которые им могут доставить мои девочки.

Леди Бакстел не стала вдаваться в подробности.

Сэр Уильям мягко рассмеялся. Звуки его голоса вызвали у нее дрожь.

— Не стоит волноваться, Анжелика. Сейчас я займусь этими джентльменами. Я их быстро разведу по номерам.

Он отвесил ей насмешливый поклон и направился к засидевшимся джентльменам. Потом уже на ходу решил выразить ей благодарность за прошлые услуги:

— А за француженку вам большое спасибо. Эта Мари просто прелесть. Лакомый кусочек, ничего не скажешь. Угодили вы мне, милочка. Такая молоденькая и совсем неискушенная. Была, разумеется. Сейчас уже нет, после моих уроков. О, это было неземное наслаждение. Поздравляю вас, Анжелика. Вы умеете добывать именно то, что нужно джентльмену.

Стоило сэру Уильяму отвернуться, как леди Бакстел воздела глаза к небу: какое счастье, что недалекая и вечно ноющая Мари хорошо усвоила его уроки. Конечно, часть ее успеха она приписала себе, вспомнив, как не жалела времени на то, чтобы бранить и запугивать девушку, когда та начинала протестовать против его требований. Но игра стоила свеч. Чего-чего, а денег он не жалел, если девушке удавалось угодить ему. Она задумчиво смотрела вслед удаляющемуся джентльмену.

На вид сэру Уильяму было не больше сорока. Если бы не глумливая усмешка, явно портившая полные плотоядные губы, его можно было бы назвать даже красивым. Он выгодно отличался от многих джентльменов своей подтянутостью и неплохо выглядел в облегающих панталонах из плотного трикотажа. И фрак сидел на нем ладно; по-видимому, портному не нужно было использовать вату и рогожку.

О его семейной жизни ходило много слухов. Говорили, что лет в тридцать пять он уже похоронил двух жен. Вспомнив об этом, леди Бакстел с сочувствием подумала о тех несчастных леди, которых, однако, никогда не видела в глаза. Вероятно, им просто повезло, что они так рано отправились в мир иной. Судя по тому, что рассказывали о нем ее девушки, провести с ним ночь в постели отнюдь не было удовольствием. Поэтому она без труда представила, как в свое время те две невинные и, должно быть, щепетильные и жеманные молодые леди встретили его домогательства. Впрочем, подумала она, какое ей дело до его прошлого? Но что ее все-таки занимало, так это последняя новость о том, что сэр Уильям подумывает об очередной женитьбе, по всей видимости, очень выгодной.

Леди Бакстел пожала плечами и взяла бокал с шампанским у проходившего мимо лакея.

Тем временем Хэтти буквально по пятам следовала за Маврин, стараясь как можно правдоподобнее изображать мужское нетерпение. Наконец они миновали длинный, устланный толстой ковровой дорожкой коридор. Маврин подвела ее к одной из закрытых дверей и встала у порога. Хэтти толкнула кольцо и ввела девушку в небольшую комнату с мебелью, обитой синим плюшем, с аляповатыми картинами на стенах. На картинах были изображены исключительно сцены совокупления. Глядя на обилие голых тел и невообразимые позы, малоискушенный человек мог впасть в глубокое замешательство. Особенно непристойно и карикатурно выглядели мужчины. Они были похожи на пещерных людей — с волосатыми телами, неестественно вздутыми мышцами и устрашающе торчащими гениталиями.

Хэтти посмотрела на стоявшую в центре кровать с пологом на четырех столбиках, и у нее ёкнуло сердце. Неожиданно Маврин положила ей руки на плечи и прильнула к ней всем телом. Хэтти отпрянула. Это было сделано невольно. Она испугалась такого начала, так как не надеялась, что даже под очень туго стянутой женской рубашкой ее грудь станет совершенно плоской. Оцепеневшее лицо девушки выражало испуг. Хэтти решила, что ей следует срочно что-то предпринять, чтобы Маврин не подумала о том, что лорд Монтейт не ценит ее женского обаяния. Поэтому она взяла руки девушки в свои и поднесла их к губам. Она принялась медленно, один за другим, целовать ее тонкие белые пальцы.

— Вы очаровательны, Маврин, — сказала она и заставила себя посмотреть сначала на слегка покатые плечи, а затем на полную грудь девушки. Она обратила внимание на ее красивую узкую талию. «Несомненное достоинство», — мимоходом отметила она.

— О, благодарю вас, милорд, — сказала жалким полушепотом трепещущая от страха Маврин. Она с облегчением вздохнула, не решаясь думать о том, что было бы с ней, не угоди она лорду Монтейту. — Вы хотите, чтобы я теперь сняла платье?

Хэтти сделала вид, что обдумывает ее вопрос. Меньше всего на свете ей хотелось в тот момент иметь перед глазами раздетую донага девушку, и она попыталась представить себе, что при таких обстоятельствах мог сказать и сделать мужчина. Поскольку в отношении поведения сильного пола у нее не возникло ни малейших сомнений, пришлось срочно выкручиваться.

— Нет, не сейчас, Маврин, — сказала она нарочито небрежным тоном. — Я думаю, с этим можно немного повременить. Сейчас мне хотелось бы немного больше узнать о вас. Скажите, почему вы так боитесь леди Бакстел?

В голове у Маврин мелькнула догадка, от которой ее обуял дикий страх. «Лорд Монтейт не клиент леди Бакстел, — подумала она. — Должно быть, он ее осведомитель».

— Что вы, милорд! Я совсем не боюсь ее. Она очень добрая хозяйка. И так благородно поступила со мной. Если бы не она, я бы умерла с голоду на улице.

— Сомневаюсь. Она просто запугала вас. Но вам не следует бояться меня. Доверьтесь мне.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, милорд, — уверяла девушка. Заметив, как сузились и засверкали гневом синие глаза лорда Монтейта, она поспешила переменить разговор: — Простите мне мою недогадливость, милорд. Позвольте мне снять с вас одежду. Теперь я знаю, что вы хотите. Вы, должно быть, предпочитаете, чтобы не вы сами, а я… то есть чтобы вас… ласкали? Скажите, вам так больше нравится? Или, если хотите, я могу…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24