Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Словарь Брокгауза и Ефрона (№14) - Энциклопедический словарь (Х-Я)

ModernLib.Net / Энциклопедии / Брокгауз Ф. А. / Энциклопедический словарь (Х-Я) - Чтение (стр. 57)
Автор: Брокгауз Ф. А.
Жанр: Энциклопедии
Серия: Словарь Брокгауза и Ефрона

 

 


В числе других членов Пор-Рояля были моралист Николь, проф. Лансело, проповедник Сеяглэн и величайший из всех — Блэз Паскаль, вступивший в Пор-Рояль в 1655 г. Кроме того существовала еще женская янсенистская община, во главе которой стояла Анжелика Арно и одним из самых ревностных членов которой была сестра Блэза, Жаклина Паскаль. Община имела многих друзей в парижском обществе, как в буржуазных кругах, так и в аристократических. В школу при Пор-Рояле охотно отдавали детей; исповедальни общины всегда были полные, на проповеди Сенглэна собирался весь Париж. Иезуиты, у которых коммерческие соображения всегда играли очень большую роль, опасались, как бы янсенисты не отбили у них педагогической и исповедальной практики; к тому же они были раздражены нападками на их учение со стороны Ант. Арно. Они немедленно стали приводить в движение тайные пружины, и хлопоты их увенчались успехом. Злополучный «Августин» Янсения был еще раз привлечен к ответу. Иезуиты извлекли из книги несколько тезисов, которые были представлены на суд Сорбонны. Богословы парижского университета выделили из них пять, касающихся главным образом учения о благодати, и они были представлены уже на суд курии. Несмотря на защиту со стороны янсенистов, тезисы были признаны еретическими и осуждены буллою Иннокентия Х «Cum occasione» (1653). Против буллы янсенисты не решались спорить, но они стали доказывать, что осужденные пять положений либо вовсе не находятся в «Августине» Янсения, либо не имеют того смысла, который навлек на них осуждение; исходя из этого, они находили, что доктрина Янсения не осуждена. Доказательство вел главным образом Николь, с помощью тонких аргументов, вроде различия вопросов права и факта по отношению к церковным решениям. Папа Александр VII подтвердил постановление Иннокения X, и очень определенно указал на то, что осужденные положения находятся у Янсения и имеют у него именно тот смысл, который им приписан буллою 1653 г. (булла «Ad sacram», 1656). В промежутке между обеими буллами между Иезуитами и янсенистами спор шел и по другим вопросам. Особенно много шуму наделал инцидент с герцогом Лианкуром. Герцог был одним из самых близких янсенистам людей, хотя и поддерживал связь с господствующей церковью. Влиятельный вельможа, он всячески оказывал покровительство янсенистам, укрывал у себя преследуемых, помогал нуждающимся; он даже отдал в пор-рояльскую женскую школу одну из своих внучек. Иезуиты ждали только случая, чтобы отомстить Лианкуру. Случай представился, когда герцог явился в аббатство св. Сульпиция на исповедь. Исповедывавший его иезуит в конце исповеди упрекнул его в том, что он не указал самого главного своего греха — своих близких связей с янсенистами, и потребовал, чтобы он покаялся в том, и притом всенародно. Герцог рассердился и ушел из церкви; Арно подверг резкой критике учение о всенародном покаянии; открылась памфлетная полемика. Иезуиты, чувствуя, что янсенисты их одолевают, снова перенесли дело на суд Сорбонны. Два месяца (дек. 1655 и янв. 1656) тянулись в Сорбонне бурные диспуты. За иезуитов стояли все расчетливые богословы; на стороне янсенистов было сильное меньшинство. В конце концов иезуиты взяли верх: Арно, в качестве доктора Сорбонны лично защищавший свои тезисы, был лишен своей ученой степени и изгнан из университета. Этот случай послужил непосредственным поводом для первого из «Провинциальных писем» Паскаля, самого убийственного памфлета против Иезуитской догмы и Иезуитской морали, который когда-либо печатался (1-е письмо в январе 1656, последнее в марте 1657). Иезуиты пришли в ярость, начались обыски, но Паскаль остался невредим. Книга его, повергнутая на суд четырех епископов и девяти докторов Сорбонны, была осуждена. Коммиссия нашла, что «Письма» наполнены ересью Янсения и оскорбляют не только докторов богословия и некоторые монашеские ордена, но и папу, и епископов. Постановление комиссии было сообщено государственному совету, который приговорил книгу к сожжению рукою палача (1660). Страсти несколько улеглись, но спустя семь лет (1667) Иезуиты вновь подняли дело. Папа Александр VII по их просьбе разослал по всей Франции «формуляр веры», который должен был быть подписан всеми правоверными чинами духовенства. По просьбе архиепископа парижского, Боссюэт повез его к отшельницам Пор-Рояля, которые отказались его подписать. Четыре епископа нашли рассылку формуляра незаконной и также отказались его подписать. Их готовы были сместить, но Александр умер, а его преемник Климент IX потушил дело (1668). Это называется перемирием Климента IX. Оно было перемирием лишь отчасти, Иезуиты не переставали пускать в ход все возможные средства, чтобы искоренить янсенизм. Янсенистов теснили, преследовали; их становилось меньше. Паскаль умер в 1662 г.; Арно и Николь в семидесятых годах бежали в Нидерланды. В 1694 г. Арно умер в Брюсселе и во главе общины стал ораторианец Пасхазий Кенель, автор книги: «Новый Завет с моральными размышлениями». Книга за год до смерти Арно вышла уже третьим изданием, которое получило одобрение шалонского епископа Ноайля. Даже после того, как Кенель стал открыто главою янсенистов, Ноайль не отказал в одобрении четвертому изданию (1697) книги, а только потребовал некоторых исправлений. В 1702 г., умирая, один священник признался, что подписал «формуляр веры», не будучи убежден в непогрешимости церкви в этих делах, а только чтобы не противиться папе. Духовник его спрашивал, можно ли отпустить священнику такой грех. Сорок сорбонских богословов немедленно отвечали положительно; против них ополчились правоверные, и спор разгорелся вновь. Теперь в него вмешался лично Людовик XIV, который к этому времени уже одряхлел и окончательно попал под влияние г-жи Ментенон и ее руководителей — иезуитов. По просьбе короля папа Климент XI издал в 1705 г. буллу «Vineam Domini», которая подтверждала буллу «Ad sacram». Однако, и булла не успокоила полемики. Один из епископов стал полемизировать против ее; монахини Пор-Рояля отказались ее принять без ограничений. За это их в 1709 году раскассировали, по приказанию короля, по разным монастырям, а в следующем году разрушили и самый Пор-Рояль. Еще раньше Иезуиты обратили внимание на «Новый Завет» Кенеля и усмотрели в комментариях автора янсенистскую ересь. Они сейчас же принесли жалобу в курию. Климент XI назначил комиссию для рассмотрения книги, состоявшую не из Иезуитов, а из якобы более беспристрастных доминиканцев. Книга была осуждена, но так как сделавшийся кардиналом и парижским архиепископом Ноайль, связанный своим прежним решением, колебался признать ее еретической, то папа велел пересмотреть решение комиссии. Новым решением подтверждалось старое. Из книги было выбрано и осуждено 101 положение. Это решение и было опубликовано в виде знаменитой буллы «Unigenitus», в 1713 г. Ноайль должен был запретить книгу в своей епархии, но снова вступил в спор с папою по поводу некоторых из осужденных положений книги. Под влиянием клики г-жи Ментенон король велел парламентам зарегистрировать буллу и собирался созвать национальный собор для обсуждения мер против ереси, но именно в это время (1715) умер. В правление беспутного и беззаботного насчет религии герцога Орлеанского дело Я., почти проигранное, снова, казалось, было близко к торжеству. Три богословских факультета — парижский, реймский и нантский, — которые раньше, под давлением свыше, призвали буллу «Unigenitus», теперь взяли свое решение назад; четыре епископа апеллировали против буллы к будущему вселенскому собору (1717); кардинал Ноайль и сто докторов Сорбонны присоединились к ним; новая булла Климента XI «Pastoralis officii», осуждавшая всех несогласных с буллой «Unigenitus», не оказала никакого влияния. Регент, которому надоели поповские споры, попробовал было заставить замолчать обе стороны, но без успеха. Латеранский собор 1725 г., приказавший верующим принять буллу, также потерпел фиаско. Я. перестал быть чисто религиозным движением и принял резко выраженную общественную окраску; таков был результат вмешательства политической власти в религиозные дела. После смерти Людовика ХIV оппозиция против абсолютизма свивала себе гнездо всюду, где была либо корпорация, способная дружно протестовать, либо идея, во имя которой можно было действовать. Парламенты отказывались регистрировать буллу и поддерживали Я. Им, собственно говоря, было решительно все равно, как понимать благодать — по-янсенистски или по-иезуитски, но они выбирали то мнение, которое могло поддерживать спор. К янсенистской точке зрения примкнули все недовольные правительством, папской курией, Иезуитами. В числе янсенистов были представители низшего духовенства и буржуазии, также много женщин, которые совершенно не знали, о чем идет спор, а присоединением к Я. просто выражали свое недовольство. Регент, увидев, что движение стало принимать политический характер, стал относиться к нему серьезнее и пытался его подавить, но без успеха. Среди янсенистов явились экзальтированные, стали фабриковаться чудеса, что заставило серьезных людей отвернуться от Я. Внизу последователи его выродились в секту, державшуюся на целом ряде суеверий. Парламенты и вообще оппозиция, группировавшаяся около парламентов, пользовались религиозными затруднениями как поводом для демонстраций. Путем компромиссов курия постепенно сняла с очереди все вопросы, связанные с янсенистским спором. Тогда общественная оппозиция, которой было решительно все равно, что будет поводом для борьбы с правительством, нашла другие поводы, и Я., доживший до пятидесятых годов XVIII века, т. е. просуществовавший около ста лет, умер во Франции естественной смертью. В Нидерландах Я. завершился образованием самостоятельной церкви. Реформация уничтожила здесь большинство епископств; главою местных католиков был так называемый апостолический викарий в Утрехте, он же утрехтский архиепископ. В 1702 г. архиепископ этот высказался за Я., и Утрехт сделался, благодаря этому, центром Я. Климент XI сместил архиепископа, но местный капитул не признал ни одного из тех кандидатов, которых папа присылал взамен смещенного. Более двадцати лет Утрехт не имел архиепископа. Чтобы положить этому конец, капитул избрал своего кандидата; папа отказался его утвердить, и капитул обошелся без утверждения папы. Вместо папы нового архиепископа утвердил в 1724 г. епископ Вавилонский. С тех пор существует особая Утрехтская церковь. Архиепископа ее теперь выбирают епископы гарлемский и девентерский. Церковь считает себя католической, признает примат папы (который тем не менее систематически отказывает в своем утверждении всякому новоизбранному архиепископу), даже осуждает Я., но упорно отказывается принять буллу «Unigenitus». В 1872 г., когда был провозглашен догмат о папской непогрешимости, утрехтская церковь соединилась со старокатоликами. Последователей у нее теперь около 8000 — 9000. Cм.Eberl, «Jansenisten und Jesniten» (1847); Rapin, «Histoire du jansenisme» (1865); Reachlin, «Gresch. von PortRoyal» (1839 — 41); Sainte Beuve, «Port Royal» (1840 — 42); A. Schill, «Die Konstitution Unigenitus» (1876); Mozzi, «Storia delle revoluzione della chiesa d'Utrecht» (1787); Jansonins Bennink, «Geschiedenis derondroomischkatholieke Kerk in Nederland» (1870); Fuset, «Les jansenistes du XVII siecle». А. Дж.

Янтарь

Янтарь (Succin, Bernstein, Amber) — Из Я. изготовляют разного рода украшения: бусы, разнообразные галантерейные вещи: брошки, булавки, крестики и проч., а также мундштуки для трубок и папирос. В последнее время Я. стали употреблять как отличный изолятор в электрометрах. Для таких изделий более ценится Я. полупрозрачный, так как он менее хрупок, чем вполне прозрачный сорт. При температуре выше 100°, Я. можно немного сгибать, но он не поддается ни плавлению, ни сварке, даже склеивать прочно его не удается; можно лишь обрабатывать режущими инструментами и шлифованием. Его можно пилить как дерево, мелкозубчатой, малоразведенной пилою, обрабатывать напилком, сверлить и обтачивать на токарном станке, причем стараются подогревать обрабатываемый предмет, чтобы уменьшить хрупкость материала. Инструмент должен лишь скоблить Я.; при попытке снять стружку потолще, материал скалывается и получается неровная поверхность с раковистыми ямками. Я. легко полируется: сначала сглаживают «шкуркою» или пемзою, затем полируют мелом или трепелом с водою или маслом на шерстяной тряпке; последний блеск наводят сухим трепелом прямо трением о кожу руки. Гранильщики полируют фацетки на бусах на колесе, с помощью крокуса; работа идет так быстро, что достаточно держать бусу прямо пальцами. Твердые сорта копала служат иногда суррогатом Я., но менее красивы и прочны; подделки Я. изготовляют теперь из целлулоида.

Янус

Янус (Janus) — один из древнейших римских богов-индигетов, занимавший, вместе с богиней очага Вестой, выдающееся место в римском ритуале. О сущности религиозного представления, которое воплощалось в Я., уже в древности высказывались различные мнения. Так, Цицерон ставил имя бога в связь с глаголом inire и видел в Я. божество входа и выхода. Другие полагали, что Я. олицетворяет собою хаос (Janus =Hianus), или воздух, или небесный свод; Нигидий Фигул отожествлял Я. с богом солнца. Последнее мнение нашло защитников и в новейшей литературе; другие считают Я. символом неба. Все вышеприведенные объяснения в новейших исследованиях по римской религии и мифологии уступили место новому и простому толкованию, по которому имя Я, отождествляется с латинским словом ianus (дверь, дверной проход) и Я. характеризуется как бог двери, свода, арки, прохода. Позднее, вероятно под влиянием греческого религиозного искусства, Я. стали изображать двуликим (geminus) — образ, естественно вытекающий из представления двери, как двустороннего предмета. Итак, Я. первоначально был божественным привратником, которого призывали в гимне Салиев под именем Clusius или Clusivius (Замыкающий) и Patulcius (отворяющий); атрибутами его служили ключ и необходимое оружие привратника, отгоняющего непрошеных гостей — палка. Как в противоположность очагам частных домов существовал на римском форуме государственный очаг — Vesta populi Romani Quirinus, так же точно у римлян была входная дверь, ведшая в атриум государства — на римский форум, так называемый Janus Quirinus. Это было древнейшее местопребывание (может быть святилище) Я., в северной части форума, состоявшее из двух сводов, которые были соединены стенными перегородками, так что образовали врытый проход. В центре арки возвышалось изображение двуликого Я. Арка двуликого Я. была сооружена, по преданию, Нумою Помпилием и должна была служить, согласно завещанию царя, показательницей мира и войны (index pacis bellique): в мирное время арка запиралась, в военное время двери ее оставались открытыми. Сомнительно, чтобы этот обряд был древний; но в последние годы республики он соблюдался, и Август хвалился тем, что при нем арка была закрыта трижды (в первый раз после битвы при Акции, в 30 г. до Р. Xр.; во второй раз — по окончании войны с кантабрами в 25 г. до Р. Хр.; в третий раз — по окончании войны с германцами, в 1-м году до Р. Хр.). Так как с понятием пространства смежно понятие времени (ср. mitium — вход и начало), то Я., будучи богом входа, вместе с тем считался покровителем всякого начала, первой ступени или момента в каждом акте и явлении (слова Варрона: в руках Я. — начало, в руках Юпитера — все). Его призывали в начале какого бы то ни было молитвословия; первый праздник римского религиозного года был установлен в честь Я.; в периоде дня Янусу был посвящен утренний час (отсюда эпитет бога — Matutinus), в периоде месяца — календы (первое число), в периоде 12-месячного года — первый месяц, названный по имени Я. январем (Januarius). Близкое отношение бога к понятиям времясчисления привело к представлению об Я. как о божестве, управляющем движением года и вообще времени; некоторые статуи его выражали эту идею в расположении ручных пальцев, при чем пальцы правой руки изображали число ССС (т. е. 300), а пальцы левой руки — число LХV (=65), т. е. пальцы обеих рук, в таком их положении, показывали число 365 дней года. — Вместе с тем Я. охраняет каждого человека в первые моменты его утробной жизни, с акта зачатия (Janus Conservus), и стоит во главе богов, под покровительством которых находится человек с момента зачатия до рождения. Вообще, как бог всякого начала, он древнейший и первый из римских богов, но первый не в космогоническом смысле, а как божество начала в отвлеченном значении этого слова. Специальным жрецом Я. был Rex sacrorum, занимавший в Иерархии римского жречества первое место. По свидетельству Варрона, Я. было посвящено двенадцать алтарей, по числу месяцев года. В разных частях города возвышалось несколько янусов (ворот); ими заканчивалась большая часть улиц, выходивших на римский форум. В древнейшее время собственных святилищ Я. не было, если не считать арки Двуликого Я. на римском форуме. Первый храм о котором имеются сведения, был построен во исполнение обета, данного Гаем Дуилием в битве при Милах (260 г. до Р. Хр.). Император Август предпринял восстановление храма, причем древняя статуя бога была заменена привезенным из Египта изображением двуликого Гермеса, работы Скопаса. При Домициане было сооружено святилище так назыв. Четырехлицевого Я., изображение которого было привезено в Рим из Фалерии еще в 240 г., по взятии этого города римлянами. Древнейшее изображение Я. сохранилось на ассах первой римской чеканки: это — бородатая двуликая голова, рисунок которой был создан, по мнению Виссовы, специально для первых медных монет, представлявших притом же единицу ценности. Фантазия поэтов и ученых создала немало этиологических сказаний, связанных с именем Я.; сложились, напр., сказания о том, что Я. был доисторическим царем Лация и Яникула. Ему, как и Сатурну, приписывались различные изобретения (кораблестроение, чеканка монет) и вообще доброе влияние на развитие культуры (напр., плодоводства, земледелия). В близком отношении к Я. стояли божества Mater Matuta и Portunus, из которых первая была богинею утреннего света и, подобно Юноне Люцине, призывалась женщинами при родах, а второй был двойником Я., как это явствует из сопоставления имен; portus в первоначальном смысле означает то же, что porta или janua (ianus). Со временем слово portus (ворота) стало употребляться в смысле гавани (т. е. ворота реки или моря), и Портун сделался богом гаваней. Имя Я. носил холм Яникул. О существовании культа Я. вне Рима не имеется никаких сведений. См. Roscher, «AusfuhrIiches Lexixon der Griechischeu und Romischen Mythologie» (II, стр. 15 и ел.); Speyer, «Le dieu romain Janus» (в «Revue de l'histoire de religion», XXVI, 1892, стр. I — 47); Wissowa, «Religion und Kultus der Romer» (Мюнхен, 1902 = Jw. Muller, «Handbuch der Klassischen Altertnmswissenschaft», т. V, отд. IV); Anst, «Die Religion der Romer» (Мюнстер в Вестфалии, 1899); Steading, «Griechische nnd RSmische Mythologie» (Лпц., 1897).

H. О.

Янычары

Янычары (турецк. ени чери, новые войска) — особая часть турецкой армии. Сперва это была регулярная турецкая пехота; в 1330 г. она была султаном Урханом преобразована в своеобразную армию из воспитанных для войска христианских детей. Покоренные христианские народы облагались данью детьми; взятые таким образом дети раздавались туркам на воспитание в догматах ислама и на обучение военному делу, и затем составляли отдельную армию. Помимо военной добычи, они получали хорошее жалованье, которое заставляло как турок, так и христиан добиваться чести попасть в их ряды; однако, специально воспитанные для армии христианские дети составляли значительное большинство Я., и элементы пришлые тонули в их рядах. В первые столетия своего существования янычары, отличавшиеся необузданным мужеством, оказывали неисчислимые услуги делу турецких султанов; но их своеволие, недисциплинированность, необузданность уже с XV в. заставляли султанов бояться их возрастающего могущества. В XV в. султан Солиман ограничил их число 40000; позднее оно было увеличено до 100000. Вся армия Я. делилась на 196 отрядов (орта), составлявших своеобразные не только военные, но и гражданские общины. Из этих орта первые 62 составляли булук и были распределены по границам и в Константинополе. Различные орта пользовались различными правами и привилегиями, отличались в форме и вооружении; жалованье с XVI в. получали только некоторые из них остальные жили узаконенным грабежом. После Карловицкого мира (1699) янычарам было разрешено жениться и жить семейным образом; с тех пор их ряды пополнялись преимущественно их потомством. Это создало их них особую касту и, в связи с изменившимися условиями военного искусства, совершенно лишило их прежних военных достоинств. Я. в ХVIII и в XIX вв. были вольницей, чрезвычайно опасной для правительства, постоянно устраивавшей бунты, низвергавшей и возводившей на престол султанов, а на войне скорее вредной, чем полезной. Поэтому султаны, даже возведенные на престол Я., думали об их уничтожении, но приступил к этому только Махмуд II воспользовавшийся, как удобным предлогом, их восстанием в Константинополе. При помощи регулярных войск Махмуд подавил восстание, причем число погибших Я. (убитых в уличном сражении, избитых в собственных жилищах и казненных) определяется в 10000 чел.; около 30000 были сосланы, армия Я. раскассирована и уничтожена. Все это Махмуд совершил во время тяжелой войны с Грецией, когда, казалось бы нужно было дорожить всякой вооруженной силой. cм. Caussin de Perceval, «Precis historique de la destruction des Janissaires» (П., 1833). В. В — в.

Ярослав Мудрый

Ярослав I Владимирович Мудрый (род. 978, ум. 1054), сын св. Владимира и Рогнеды — один из наиболее знаменитых древнерусских князей. Еще при своей жизни произведя первый раздел земель между сыновьями, Владимир посадил Я. в Ростове, а потом, по смерти старшего сына Вышеслава, перевел его в Новгород, помимо старшего — Святополка Туровского, который, по свидетельству Дитмара, был тогда под гневом отца и даже в заключении. Будучи князем новгородским, Я. хотел порвать всякую зависимость от Киева и стать совершенно независимым государем обширной Новгородской области. Он отказался (1014 г.) платить отцу ежегодную дань в 2000 гривен, как делали все посадники новгородские; его желание совпадало и со стремлением новгородцев, которые всегда тяготились зависимостью от южной Руси и налагаемой на них данью. Я. был недоволен еще тем, что отец оказывал предпочтение младшему его брату, Борису. Разгневавшись на Я., Владимир готовился лично идти против него и велел уже исправлять дороги и строить мосты, но вскоре заболел и умер. Великокняжеским столом завладел старший в роде Святополк, который, опасаясь любимого киевлянами Бориса и желая сделаться единодержавным правителем всей Руси, умертвил трех братьев (Бориса, Глеба и Святослава); такая же опасность грозила и Я. Между тем Я. поссорился с новгородцами: причиной ссоры было явное предпочтение, которое Я. и его жена, шведская принцесса Ингигерда (дочь шведского короля Олава Свёткокунга), оказывали наемной варяжской дружине. Варяги, пользуясь своим влиянием, возбуждали против себя население жестокостью и насилиями; дело доходило до кровавого возмездия со стороны новгородцев, а Я. в таких случаях обыкновенно принимал сторону наемников и однажды казнил многих граждан, заманив их к себе хитростью. Считая борьбу со Святополком неминуемой, Я. искал примирения с новгородцами; последние легко согласились идти с ним против брата; отказать Я. в помощи и вынудить своего князя к бегству — значило бы возобновить зависимые отношения к Киеву и принять оттуда посадника; кроме того Я. мог вернуться из-за моря с варягами и отомстить Новгороду. Собрав тысяч 40 новгородцев и несколько тысяч варяжских наемников, которых нанял раньше для войны с отцом, Я. двинулся против Святополка, призвавшего себе на помощь печенегов, в злой сече одолел его под г. Любечем, вступил в Киев и занял великокняжеский стол (1016 г.), после чего щедро наградил новгородцев и отпустил их домой. Бежавший Святополк возвратился с полками своего тестя, польского короля Болеслава Храброго, который рад был случаю вызвать смуту на Руси и ослабить ее; вместе с поляками пришли еще дружины немцев, венгров и печенегов. Сам польский король шел во главе войск. Я. был разбит на берегах Буга и бежал в Новгород; Болеслав отдал Киев Святополку (1017), но сам вскоре ушел из Киева, узнав о новых приготовлениях Я. и потеряв много поляков, убитых киевлянами за насилия. Я., получив опять помощь от новгородцев, с новым большим войском разбил наголову Святополка и его союзников печенегов, на р. Альте (1019), на том месте, где был убит Борис. Святополк бежал в Польшу и по дороге умер. Я. в том же году стал великим князем киевским. Только теперь, по смерти Святополка, Я. прочно утвердился в Киеве и, по выражению летописца, «утер пота со своею дружиной». В 1021 г. племянник Я., кн. Брячислав Изяславич полоцкий, объявил притязания на часть новгородских областей; получив отказ, он напал на Новгород, взял и разграбил его. Услышав о приближении Я., Брячислав ушел из Новгорода со множеством пленников и заложников. Я. нагнал его в Псковской обл., на р. Судоме, разбил его и освободил пленных новгородцев. После этой победы Я. заключил с Брячиславом мир, уступив ему Витебскую волость. Едва окончив эту войну, Я. должен был начать более трудную борьбу со своим младшим братом Мстиславом тмутараканским, прославившимся победами над касогами. Этот воинственный князь требовал от Я. раздела русских земель поровну и подошел с войском к Киеву (1024). Я. в то время был в Новгороде и на севере, в Суздальской земле, где был голод и сильный мятеж, вызванный волхвами. В Новгороде Я. собрал против Мстислава большое войско и призвал наемных варягов, под начальством знатного витязя Якуна Слепого. Войско Я. встретилось с ратью Мстислава у местечка Листвена (близ Чернигова) и в жестокой сече было разбито. Я. снова удалился в свой верный Новгород. Мстислав послал ему сказать, что признает его старшинство и не добивается Киева. Я. не доверял брату и воротился лишь собрав на севере сильную рать; тогда он заключил с братом мир у Городца (вероятно, близ Киева), по которому земля русская разделена на две части по Днепр: области по восточную сторону Днепра отошли к Мстиславу, а по западную — к Я. (1025). В 1035 г. Мстислав умер и Я. стад единовластно править русской землей («был самовластцем», по выражению летописца). В том же году Я. посадил в «поруб»— (темницу) брата своего, кн. Судислава псковского, оклеветанного, по словам летописей, перед старшим братом. Причина гнева Я. на брата неизвестна; вероятно, последний изъявлял притязания на раздел выморочных волостей, переходивших целиком к Я. В руках Я. были соединены теперь все русские области, за исключением полоцкого княжества. Кроме указанных войн, связанных с княжескими междоусобицами, Я. пришлось еще совершать много походов против внешних врагов; почти все его княжение наполнено войнами. В 1017 г. Я. успешно отразил нападение печенегов на Киев и затем боролся с ними, как с союзниками Святополка Окаянного. В 1036 г. летописи отмечают осаду Киева печенегами, в отсутствие Я., отлучившегося в Новгород. Получив об этом известие, Я. поспешил на помощь и наголову разбил печенегов под самыми стенами Киева. После этого поражения нападения печенегов на Русь прекращаются. Известны походы Я. на север, против финнов. В 1030 г. Я. ходил на Чудь и утвердил свою власть на берегах Чудского озера; он построил здесь город и назвал его Юрьевым, в честь своего ангела (христианское имя Я. — Георгий или Юрий). В 1042 г. Я. отправил сына Владимира в поход на Ям; поход был удачен, но дружина Владимира вернулась почти без коней, вследствие падежа. Есть известие о походе русских при Я. к Уральскому хребту, под предводительством какого-то Улеба (1032). На западных границах Я. вел войны с Литвой и ятвягами, по-видимому — для прекращения их набегов, и с Польшей. В 1022 г. Я. ходил осаждать Брест, успешно или нет — неизвестно; в 1030 г. он взял Бельз (в сев.вост. Галиции); в следующем году с братом Мстиславом взял червенские города и привел много польских пленников, которых расселил по р. Роси в городках для защиты земель от степных кочевников. Несколько раз Я. ходил в Польшу на помощь королю Казимиру для усмирения восставшей Мазовии; последний поход был в 1047 г. Княжение Я. ознаменовалось последним враждебным столкновением Руси с греками. Один из русских купцов был убит в ссоре с греческими. Не получая удовлетворения за обиду, Я. послал к Византии большой флот (1043), под начальством старшего сына — Владимира Новгородского и воеводы Вышаты. Буря рассеяла русские корабли; Владимир истребил посланный для его преследования греческий флот, но Вышата был окружен и взят в плен при г. Варне. В 1046 г. был заключен мир; пленные с обеих сторон возвращены, и дружественные отношения скреплены браком любимого сына Я., Всеволода, с греческой царевной. Как видно из летописей, Я. не оставил по себе такой завидной памяти, как его отец. По отзыву летописи, «он был хромоног, но ум у него был добрый и на рати был храбр»; при этом прибавлено еще, что он сам книги читал — замечание, свидетельствующее об его удивительной для того времени учености. Княжение Я. важно как эпоха высшего процветания Киевской Руси, после которого она быстро стала клониться к упадку. Значение Я. в русской истории основывается главным образом не на удачных войнах и внешних династических связях с Западом, а на его трудах по внутреннему устройству земли русской. Он много содействовал распространению христианства на Руси, развитию необходимого для этой цели просвещения и подготовке священнослужителей из русских. Я. основал в Киеве, на месте своей победы над печенегами, храм св. Софии, великолепно украсив его фресками и мозаикой; построил там же монастырь св. Георгия и м-рь св. Ирины (в честь ангела своей супруги). Киевский храм св. Софии построен в подражание цареградскому. Я. не щадил средств на церковное благолепие, приглашая для этого греческих мастеров. Вообще он украсил Киев многими постройками, обвел его новыми каменными стенами, устроив в них знаменитые Золотые ворота (в подражание таким же цареградским), а над ними — црк. в честь Благовещения. Я. прилагал немало усилий и для внутреннего благоустройства православной церкви и успешного развития христианской веры. Когда в конце его княжения надо было поставить нового митрополита, Я. велел собору русских епископов поставить митрополитом священника с. Берестова Илариона, родом из русских, желая устранить зависимость русской духовной Иерархии от Византии.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59