Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Медведь и Дракон

ModernLib.Net / Детективы / Клэнси Том / Медведь и Дракон - Чтение (стр. 75)
Автор: Клэнси Том
Жанр: Детективы

 

 


      К своему несчастью, через двадцать пять секунд они узнали об этом. Ещё одно пятно появилось на дисплее сонара.
       Ну что ж,— подумал капитан, — две на две. Это было очень просто.Он вошёл в центр боевых операций и поднял микрофон.
      — Слушайте все. Говорит капитан. Мы только что выпустили две рыбы в две подводные лодки китайских коммунистов. Больше мы не увидим их. Хорошая работа, парни. Это все. — Затем он посмотрел на офицера-связиста: — Подготовьте донесение главнокомандующему Тихоокеанским театром. «Четыре-ноль-шесть уничтожена в… двадцать два пятьдесят шесть по Гринвичу вместе с сопровождающей её ударной субмариной. Приступаем к уничтожению фрегата».
      Пошлите это, когда мы подвсплывем на глубину антенны.
      — Слушаюсь, сэр.
      — Группа слежения, у нас фрегат на пеленге два-один-шесть. Приготовимся к запуску «Гарпуна» ему в зад.
      — Слушаюсь, сэр, — ответил лейтенант, руководящий группой слежения.

* * *

      В Вашингтоне было около шести вечера. Там все смотрели телевидение, но не коммерческие передачи. Изображения от «Тёмных звёзд» поступали по кодированному спутниковому каналу и затем распространялись по Вашингтону по закрытым военным оптиковолоконным кабелям. Один из них, разумеется, вёл в ситуационный центр Белого дома.
      — Святой боже, — сказал Райан. — Это походит на какую-то гребаную компьютерную игру. У нас такая возможность уже давно?
      — Она совсем новая, Джек, — ответил вице-президент. — Я согласен с тобой — это выглядит непристойно, — но ведь это то, что видят операторы. Я хочу сказать, когда я сбивал самолёты противника, падающие в море, я был вынужден видеть это, только я был в антиперегрузочном костюме с «Томкэтом», пристёгнутым к моей спине. Каким-то образом это выглядит похабнее, приятель. Подобно тому, как подсматривать за парнем и девушкой, занимающимися любовью, причём не в учебном фильме.
      — Что ты имеешь в виду?
      — Так называют порнографические фильмы на кораблях, Джек, «учебные фильмы». Но это походит на то, как ты смотришь в окно на первую ночь парня с его новой женой, и он не знает об этом… кажется чем-то грязным.
      — Но людям это понравится, — предсказал Арни ван Дамм. — Средним американцам, особенно молодёжи, это будет казаться чем-то вроде кинофильма.
      — Может быть, Арни, но это фильм о действительном убийстве. Реальные жизни исчезают на экране, причём в большом количестве. Этот штаб дивизии, который уничтожил Диггз своими многоствольными ракетными установками, — господи. Это походит на жертвоприношение разъярённому языческому богу, или на уничтожение динозавров раскалённым метеоритом, или на действия убийцы, приканчивающего ребёнка на школьном дворе, — сказал Робби, пытаясь найти сравнение с тем, каким отвратительным это кажется ему. Но это война, в этом нет ничего личного, пусть это будет небольшим утешением семьям погибших.

* * *

      — Слышны радиопередачи, — сказал Толкунов генералу Бондаренко. Начальник разведки разместил полдюжины групп электронной разведки, прослушивающих передачи на частотах, которыми пользуется НОА. Они обычно говорили кодированными фразами, которые трудно понять, особенно если учесть, что слова менялись ежедневно, вместе с именами офицеров и названиями частей.
      Однако о мерах безопасности склонны забывать, когда происходит что-то катастрофическое, и старшие офицеры хотят получить информацию как можно быстрее. В данном случае Бондаренко смотрел передачу с «Грейс Келли» и не испытывал особой жалости к жертвам, желая только, чтобы это был он, наносящий потери противнику, потому что это была его страна, в которую вторглись чинки.
      — Американская артиллерийская доктрина производит впечатление, не правда ли? — заметил полковник Толкунов.
      — У них всегда была хорошая артиллерия. Но и у нас тоже, как через несколько часов узнает генерал Пенг, — ответил главнокомандующий Дальневосточным театром.
      — Как ты думаешь, что он сделает?
      — Это зависит того, что он узнает, — ответил начальник разведки. — Получаемая им информация будет скорее всего весьма запутанной, и это обеспокоит его, но не повлияет на ведущуюся операцию.
      Геннадий Иосифович был вынужден согласиться, что это имеет смысл. Генералы склонны думать о порученных им операциях, оставляя операции, порученные другим, их командующим, надеясь, что они должным образом выполнят поставленные задачи. Вообще-то армия могла функционировать только таким образом. В противном случае вы будете так беспокоиться о том, что происходит вокруг вас, что не сможете выполнить собственную работу, и все быстро остановится с визжащим скрипом. Это называлось действиями в шорах, когда не удавалось добиться успеха, и хорошей совместной работой, когда удавалось.
      — А как относительно глубоких ударов, нанесённых американцами?
      — Их самолёты «Стелс» просто поразительны. Китайская железнодорожная система полностью разрушена. У незваных гостей скоро кончится горючее.
      — Жаль, — заметил Бондаренко. Американцы были хорошими воинами, и их доктрина глубоких ударов, которую русское военное сообщество почти не рассматривало, может быть чертовски эффективной, если осуществляется успешно и если ваш противник не сумеет приспособиться к ней. Сумеют ли китайцы приспособиться к новым условиям, предстоит увидеть. — Но у них все ещё остаются шестнадцать механизированных дивизий, с которыми нам придётся иметь дело.
      — Это верно, товарищ генерал, — согласился Толкунов.

* * *

      — «Сокол Три» «Ведущему Соколу», вижу гусеничную установку «земля-воздух». Это «Холидей», — доложил пилот. — На вершине холма в двух милях от «Клеверного Листа» — одну минуту, подождите, там расположился и «Дак».
      — Что-нибудь ещё? — спросил «Ведущий Сокол». Это был капитан, командующий группой «Апачей», задачей которых было уничтожение зенитных ракетных установок.
      — Несколько лёгких зенитных орудий, главным образом 23-мм, расположены вокруг установок «земля-воздух». Прошу разрешения открыть огонь, конец связи.
      — Приготовьтесь открыть огонь, — ответил «Ведущий Сокол». — «Ведущий Орёл», это «Ведущий Сокол», приём.
      — «Ведущий Орёл» на приёме, «Сокол», — ответил Бойл из своего «Чёрного ястреба».
      — Мы видим гусеничные установки «земля-воздух». Просим разрешения атаковать.
      Бойл задумался. Его «Апачи» видели теперь танковый лагерь и окружили его с трех сторон. О'кей, «Сокол» приближался к холму над лагерем, носящим название «Клеверный Лист». Ну что ж, пожалуй, пора.
      — Даю разрешение. «Сокол Три», это «Ведущий Орёл». Уничтожьте их.
      — Стреляй, Билли, — сказал пилот своему наводчику.
      — «Хеллфайр» , вперёд! — Наводчик на переднем сиденье нажал на спусковое устройство своей первой ракеты. Ракета калибром в семь дюймов сорвалась с направляющих рельсов, волоча за собой хвост жёлтого огня, и тут же захватила цель. Через свой прибор термального наблюдения он увидел, как спустившийся на землю солдат посмотрел в его сторону и сразу указал на вертолёт.
      Он кричал, чтобы привлечь чьё-то внимание, и началось соревнование между приближающейся ракетой и временем человеческой реакции. Ракета должна выиграть.
      Солдат привлёк чьё-то внимание — может быть, своего сержанта или лейтенанта, который посмотрел затем в ту сторону, куда указывал солдат. Было видно по тому, как он наклонил голову, что сначала он ничего не заметил, в то время как солдат размахивал рукой, словно удочкой. Наконец, второй тоже увидел вертолёт, но к этому времени он не мог ничего сделать, кроме как броситься на землю, но даже это было напрасной тратой времени. «Хеллфайр» ударил в основание пусковой установки и взорвался, уничтожив все в радиусе десять метров.
      — Тебе не повезло, Джо. — Затем наводчик переключился на другую установку ракет «земля-воздух», поименованную «Дак». Команда установки услышала звук взрыва, и он увидел, что они бегут к своей установке, чтобы навести это оружие. Они едва успели разместиться на своих местах, как пусковая установка «Дак» взорвалась. Теперь пришла очередь зенитных орудий. Здесь стояли шесть орудийных установок, по 3 сдвоенных орудия 27 мм и 33 мм. Эти орудия могли быть очень опасными. Наводчик выбрал свою автоматическую 20-мм пушку и обстрелял ею всю батарею. Вспышки взрывов походили на вспышки лампочек. Орудия попадали набок, причём у некоторых взорвались ящики со снарядами.
      — «Ведущий Орёл», докладывает «Сокол Три». Вершина холма очищена. Мы описываем круги, чтобы убедиться. «Клеверный Лист» теперь без прикрытия. Он широко открыт.
      — Понял, «Сокол Три». — И Бойл послал свои «Апачи» в атаку.
      То, что последовало дальше, было так же похоже на честную схватку, как бой профессионального боксёра с шестилетним мальчиком. «Апачи» летали вокруг танкового лагеря, подобно тому, как скачут индейцы вокруг повозок переселенцев, поставленных кругом. Отличием было то, что эти переселенцы не могли отстреливаться. Экипажи китайских танков спали главным образом снаружи, рядом со своими машинами. Некоторые танкисты спали внутри машин, словно охраняя танки, другие ходили между ними, держа в руках винтовки 68-го типа. Они были встревожены взрывами на вершине холма, возвышающегося над лагерем. Некоторые младшие офицеры кричали своим солдатам, призывая их залезать в танки, не зная источника опасности, но вполне естественно полагая, что безопаснее находиться за броней, откуда они смогут стрелять, чтобы защитить себя. Трудно было принять более ошибочное решение.
      «Апачи» танцевали вокруг лагеря, увёртываясь от ручных зенитных ракет. Три танка НОА использовали свои тепловизоры и действительно увидели с их помощью вертолёты. Они даже пытались стрелять в них, однако дальность поражения танкового орудия составляет всего половину от дальности поражения «Хеллфайра», и все танковые снаряды упали, не долетев до вертолётов, так же как и шесть ручных ракет HN-6 «земля-воздух», выпущенных почти наугад в ночную мглу. Ракеты вертолётов «Хеллфайр», однако, точно поразили цель — мимо пролетели только две. Башни взлетали в воздух на столбах пламени, затем падали обратно, как правило перевернувшись в воздухе, на машины, которым они первоначально принадлежали. В лагере было восемьдесят шесть танков, и каждый получил по три ракеты, причём несколько удачливых наводчиков успели выпустить и четвёртую. В общей сложности на уничтожение этой бригады потребовалось меньше трех минут, оставив полковника, командовавшего бригадой, стоять на своём командном пункте с открытым от ужаса ртом — он видел смерть трех сотен солдат, которых учил больше года и которые исчезли в одно мгновение. Он уцелел даже после того, как последний улетавший «Апач» выпустил по командному пункту пулемётную очередь и исчез так быстро, что полковник не успел выхватить из кобуры свой служебный пистолет.
      — «Ведущий Орёл», это «Ведущий Сокол». «Клеверный Лист» превратился в жареный тост, мы возвращаемся на базу, приём.
      Бойл смог только покачать головой.
      — Понял тебя, «Сокол». Отличная работа, капитан.
      — Понял, спасибо, сэр. Конец. — «Апачи» перестроились и направились на северо-запад, на свою базу, чтобы заправиться и получить новый боезапас для следующей миссии. Внизу Бойл видел Первую бригаду, прорвавшуюся через брешь в китайской обороне и ползущую теперь на юго-восток, в китайский район снабжения.

* * *

      Тактическая группа 77 расположилась к востоку от Формозского пролива, ожидая приказа направиться на запад. Различные боссы ВВС слышали, что одна из американских субмарин потопила китайский ракетоносец и ударную подводную лодку. Это понравилось им и, вероятно, вызвало восторг у командующего тактической группой. Теперь их задача заключалась в том, чтобы преследовать военно-морской флот НОА. Это название было чертовски забавным для группы вооружённых морских судов, дружно признали все моряки. Первым самолётом, поднявшимся в воздух вслед за истребителями F-14D, составлявшими летающий барьерный боевой воздушный патруль, или ЛББВП, для тактической группы, был радиолокационный самолёт Е-2С «Хоукай», двухмоторный мини-АВАКС военно-морских сил. Перед этими самолётами была поставлена задача найти цели для морских истребителей-бомбардировщиков, главным образом F/A-18 «Хорнет».
      Предстояла сложная операция. Тактической группе были приданы три субмарины, которым поручили «санировать» район от подводных лодок китайских коммунистов. Командующий Тактической группой казался особенно озабоченным возможностью появления китайской дизельной субмарины, которая может пустить ко дну один из его кораблей, но лётчиков беспокоило другое — вдруг им не удастся найти китайскую подводную лодку, пришвартованную где-то у пирса.
      Действительно серьёзной проблемой был вопрос опознания цели. В этом районе действовало оживлённое коммерческое судоходство, а у них был приказ не атаковать такие суда, даже те, которые несут флаг КНР. Любой корабль с радиолокационной станцией для пусковой установки ракет «корабль-воздух» будет атакован за пределами видимости. Во всех других случаях пилот должен внимательно осмотреть цель, перед тем как атаковать её. У самолётов морской авиации было много видов оружия, а корабли являлись хрупкими целями для ракет и тысячефунтовых бомб. Главной целью Тактической группы был китайский флот Южного моря, базирующийся в Гуанчжоу (больше известном на Западе как Кантон). Морская база в Гуанчжоу была удобно расположена для атак американской морской авиации, хотя её защищали батареи ракет «земля-воздух» и несколько зенитных батарей.
      Передовые истребители F-14 направлялись к воздушным целям самолётами радиолокационного наблюдения «Хоукай». И в данном случае здесь был оживлённый коммерческий воздушный трафик, так что пилотам истребителей приходилось приблизиться чуть ли не вплотную, чтобы точно опознать свои цели. Это было опасно, но другого выхода у пилотов не было.
      Пилоты американской морской авиации не знали, что китайцам известна электронная характеристика радиолокатора APD-138, установленного на самолётах Е-2С, и потому противник понял, что приближается опасность. Целая сотня китайских истребителей взлетела в воздух и установила собственный воздушный боевой патруль над своим восточным побережьем. «Хоукаи» заметили это и передали предупреждение приближающимся истребителям, создав таким образом условия для массированного воздушного боя в темноте, предшествующей восходу.
      Ход такого боя не мог быть элегантным. Во главе ударной группы летели две эскадрильи «Томкэтов», в общей сложности двадцать четыре истребителя. Каждый из них нёс под крыльями четыре ракеты «Феникс» AIM-54C, а также по четыре AIM-9X «Сайдуайндер». «Фениксы» давно устарели, некоторым из них было почти пятнадцать лет. Иногда у ракетных двигателей «Фениксов», работающих на твёрдом топливе, появлялись трещины, которые скоро станут заметными. Зато их теоретическая дальность поражения превышала сто миль, и это делало их полезным оружием для подвески на корпусе истребителя.
      Экипажам «Хоукаев» был отдан приказ тщательно отделить уток от гусей, но они быстро пришли к выводу, что два или больше самолётов, летящих в плотном строю, не являются аэробусами, полными гражданских пассажиров. «Томкэтам» разрешили атаковать китайские самолёты на расстоянии целых ста миль от китайской континентальной территории. Первый залп, выпущенный американскими истребителями, состоял из сорока восьми ракет. Из этого числа шесть взорвались в пятистах ярдах от запустивших их самолётов, к недовольному удивлению пилотов.
      Оставшиеся сорок две ракеты взвились вверх по баллистической траектории на высоту больше ста тысяч футов, перед там как начать снижение на скорости пять Махов, включив свои наводящие радары, работающие на миллиметровых волнах. К концу полёта их моторы сгорели, и ракеты перестали оставлять за собой дымный след, который стараются заметить пилоты. Таким образом, хотя китайские пилоты знали, что их освещают радиолокаторами, они не подозревали о приближающейся опасности и потому не видели ничего, от чего им следовало уклониться. Сорок два «Феникса» ворвались в их группу, и только те машины, которые ушли в сторону при виде взрывов первых американских ракет, уцелели. Итак, сорок восемь первоначально запущенных американских «Фениксов» сбили тридцать два китайских истребителя. Уцелевшие китайские пилоты были потрясены случившимся, но в то же самое время пришли в ярость. Все как один они повернули на восток и включили свои поисковые радиолокаторы, разыскивая цели для своих собственных ракет «воздух-воздух». Они тут же обнаружили цели, но американские истребители находились за пределами досягаемости их ракет. Старший офицер, уцелевший при первоначальной атаке, приказал китайским пилотам перейти на форсаж и устремиться на восток. На расстоянии шестидесяти миль они выпустили свои ракеты RL-10 «воздух-воздух», наводимые радиолокаторами. Эти ракеты были скопированы с итальянских «Аспидов», которые, в свою очередь, были копиями старых американских AIM-7E «Спэрроу». Чтобы попасть в цель, требовалось, чтобы выпустившие их истребители все время держали свои самолёты и радиолокаторы направленными на цель. В данном случае американцы тоже летели им навстречу со своими включёнными радиолокаторами. В результате снова разгорелся воздушный бой, причём пилоты истребителей обеих сторон не хотели сворачивать и уклоняться в сторону. К тому же все они считали, что такой поступок просто гарантирует их смерть. Таким образом продолжалось соревнование между истребителями и ракетами, но китайские PL-10 летели со скоростью четыре Маха по сравнению с пятью Махами американских «Фениксов».
      На борту «Хоукаев» члены экипажа следили за ходом боя. Как истребители, так и мчащиеся с огромной скоростью ракеты были видны на экранах радиолокаторов, и все наблюдающие затаили дыхание.
      Первыми попали в цель «Фениксы», сбив ещё тридцать один китайский истребитель. И тут же они внезапно выключили свои радиолокаторы. Из-за этого часть «Фениксов» прошла мимо цели, но не все, и шесть китайских истребителей, которые уцелели после второго залпа американцев, продолжали освещать свои цели для тридцати девяти PL-10, которые устремились на четыре «Томкэта».
      Американские пилоты увидели мчащиеся на них ракеты, и это чувство не было приятным. Каждый из четырех «Томкэтов» перешёл на форсаж и резко спикировал вниз, выбрасывая по пути все алюминиевые обрезки и выпуская ракеты-обманки, находящиеся в их защитных подвесках. Кроме того, они включили на полную мощность установки глушения. Одному «Томкэту» удалось уйти от китайских ракет.
      Другой сумел заманить большинство ракет в облако алюминиевых обрезков, где они взорвались подобно фейерверкам, но на одного F-14 было направлено девятнадцать китайских ракет, и уклониться от всех было невозможно. Третья ракета подлетела достаточно близко, чтобы произошла детонация её боеголовки, затем взорвались ещё девять, и «Томкэт» сам превратился в облако обломков вместе с экипажем из двух пилотов. В результате остался только один истребитель морской авиации, чей офицер по радиолокационному перехвату сумел безопасно катапультироваться, хотя пилот не успел последовать его примеру.
      Оставшиеся «Томкэты» продолжали атаку. Теперь у них больше не было «Фениксов», и они продолжали воздушный бой «Сайдуайндерами». Потеря товарищей привела их в ярость, на этот раз китайские истребители повернули и бросились спасаться к своему берегу, преследуемые облаком ракет с инфракрасными головками наведения.
      В результате этого боя был открыт путь для штурмовиков. База китайского военно-морского флота имела двенадцать пирсов, у которых стояли пришвартованные корабли, и американские самолёты морской авиации устремились прежде всего к тем кораблям, которые походили на американские. Как это обычно происходит, они исходили из принципа, что на войне люди прежде всего убивают тех, кто больше всего походит на них самих, и только потом преследуют остальных.
      Первыми, кто привлёк к себе гнев «Хорнетов», были подводные лодки, большей частью старые дизельные субмарины класса «Ромео», давно пережившие то время, когда они представляли собой грозную силу. Почти все подлодки стояли парами, и «Хорнеты» атаковали их «Шкиперами» и СЛЭМами. Первые представляли собой бомбы весом в тысячу фунтов, с примитивными приборами наведения и моторами, снятыми с устаревших ракет. Но они справились с такой несложной работой. Пилоты старались направлять эти бомбы между субмаринами, стоящими парами, чтобы одной бомбой уничтожить сразу две цели. Это удалось им в трех случаях из пяти попыток. СЛЭМ представлял собой вариант противокорабельной ракеты «Гарпун», предназначенной для атаки наземных целей. Оставшиеся от нападения на подводные лодки СЛЭМы были сброшены на портовые установки и механические мастерские, без которых военно-морская база представляет собой всего лишь берег, загромождённый металлоломом. Повреждения, нанесённые базе, выглядели впечатляюще на видеолентах. Другие штурмовики выполняли операцию, носившую название «Железная Рука». Они искали китайские ракетные и зенитные батареи и уничтожали их с безопасного расстояния антирадиолокационными ракетами «Харм», которые с высокой степенью надёжности находили и разрушали поисковые и наводящие радиолокационные станции.
      Короче говоря, первая после Вьетнама атака военно-морских сил США на континентальную часть Восточной Азии прошла успешно. Было потоплено двенадцать кораблей китайского флота и полностью разрушена одна из основных военно-морских баз КНР.

* * *

      Другие базы подверглись нападению крылатыми ракетами «Томагавк», выпущенными в основном с надводных кораблей. Каждая военно-морская база КНР на берегу, протянувшемуся на пятьсот миль, подвергалась атаке в той или иной форме, и количество потопленных кораблей увеличилось до шестнадцати. Продолжительность нападения чуть превышала час. Американские тактические истребители вернулись на свои авианосцы, пустив кровь врагам, хотя и не без потерь со своей стороны.

Глава 58
Политические последствия

      Это была трудная ночь для маршала Луо Конга, министра обороны Китайской Народной Республики. Он лёг спать примерно в одиннадцать часов предыдущим вечером, обеспокоенный ходом военных операций своих Вооружённых сил, но довольный тем, что они, похоже, развиваются успешно. И затем, едва он закрыл глаза, зазвонил телефон.
      Его служебный автомобиль немедленно подъехал, чтобы отвезти его в министерство. Но он не поехал туда. Вместо этого маршал поехал в центр связи Министерства обороны, где он увидел множество старших и среднего уровня офицеров, обсуждавших отрывочную информацию и пытавших понять на её основании, что же произошло. Появление министра Луо нисколько не помогло им, только добавило стресс к уже существующему хаосу.
      Ничто не казалось определённым, если не считать того, что они могли найти пустые места в своей информации. Создалось впечатление, что 65-я армия словно провалилась сквозь землю. Командующий ею генерал навещал одну из дивизий вместе со своим штабом, и примерно с 02.00 ночи о нем ничего не было слышно.
      Пропал и генерал, командовавший дивизией. По сути дела, не было известно ничего, что там происходило. Чтобы исправить ситуацию, маршал Луо приказал отправить туда вертолёт с базы в Санву. Затем поступили сообщения о воздушных налётах, которые повредили железные дороги из Харбина и Бейана. Полковник инженерных войск был отправлен туда, чтобы разобраться с происшедшим на месте.
      Но в тот момент, когда маршал думал, что ему удалось взять в руки ситуацию в Сибири, поступили доклады о налёте на базу военно-морского флота в Гуанчжоу и затем о налётах на базы в Хайкуо, Шантоу и Хичуандао. В каждом случае штабы баз были, по-видимому, уничтожены, потому что командующие базами не отвечали. Наиболее тревожным было сообщение о колоссальных потерях среди истребительных полков в этом районе. Поступили доклады о том, что атаки производились с американских боевых кораблей. Наконец, что было хуже всего, пришла пара автоматических сигналов от всплывших буев единственного в Китае атомного ракетоносца и ударной подводной лодки, которая должна была охранять его. Буи передавали автоматические сигналы о катастрофе, постигшей обе атомные подводные лодки. Маршала потрясло до полной невероятности то, что все эти катастрофы могли произойти одновременно. Но на этом сообщения не кончались.
      Радиолокационные станции, расположенные на границе, внезапно замолчали и не отвечали ни по радио, ни по телефону. Затем поступил ещё один доклад из Сибири, переданный по телефону. Одна из дивизий на левом фланге прорыва — та самая, которую навещал командующий 65-й армии группы «Б» несколько часов назад, — доложила… вернее, доложил младший офицер связи одного из подразделений дивизии, что неизвестная бронированная сила прорвала её западную оборону, двинулась на восток и… исчезла.
      — Как, черт побери, может враг провести успешную атаку, прорвать оборону и исчезнуть? — потребовал маршал голосом, от которого молодой капитан задрожал. — Кто доложил об этом?
      — Об этом доложил офицер, назвавшийся майором 3-го батальона 745-го гвардейского пехотного полка, товарищ маршал, — донёсся дрожащий голос. — Радиоканал был ненадёжным, по крайней мере, так нам сообщили.
      — Кто именно?
      — Полковник Дзао, старший офицер связи в отделе разведки группы «С» 71-й армии к северу от Бейана. Они должны были обеспечивать безопасность границы в районе прорыва, — объяснил капитан.
      — Я и сам это знаю! — завопил министр, срывая злость на ближайшем подчинённом.
      — Товарищ маршал, — раздался новый голос. Это был генерал-майор Вей Дао-Минг, один из старших адъютантов маршала Луо. В его голосе звучало напряжение, но он попытался успокоить маршала, несмотря на гнев начальника. — Позвольте мне и моему штабу собрать всю информацию и представить её вам таким образом, чтобы вы смогли детально разобраться в ней.
      — Да, Вей, я полагаю, что мы так и поступим. — Луо знал, что это хороший совет, а Вей был профессиональным офицером разведки, привыкшим готовить информацию для своего начальства. — Постарайтесь сделать это побыстрее.
      — Разумеется, товарищ министр, — сказал Вей, чтобы напомнить ему, что Луо является политическим деятелем, а не военным офицером, которым был раньше.
      Луо прошёл в комнату для генеральского состава, где стояли чашечки с зелёным чаем. Затем он сунул руку в боковой карман своего мундира и достал пачку крепких сигарет без фильтра, которые обычно помогали ему прийти в себя. Он кашлял от этих сигарет, но это не пугало его. Когда Луо пил третью чашку чая, в комнату вошёл генерал Вей с пачкой бумаг, исписанных заметками.
      — Итак, что происходит?
      — Ситуация запутанная, но я скажу вам то, что мне известно и о чём я думаю, — начал Вей. — Мы знаем, что генерал Куи, командующий 65-й армией, исчез вместе со своим штабом. Они навещали 191-ю пехотную дивизию, к северу и западу от нашего первоначального прорыва. 191-я дивизия тоже полностью исчезла из эфира и не отвечает на наши вызовы. То же самое относится к 615-й отдельной танковой бригаде, являющейся частью 65-й армии. Есть отрывочные сведения о том, что был совершён налёт на танковую бригаду, но ничего конкретного нам не известно. 735-й гвардейский пехотный полк 191-й дивизии тоже исчез из эфира, причина этого нам неизвестна. Вы приказали послать вертолёт из Санву, выяснить ситуацию и доложить. Вертолёт вылетит на рассвете.
      Далее из этого сектора поступили дополнительные сведения, но они не проясняют положение и не помогают создать полную картину. Я приказал разведывательному отделу 71-й армии послать группу офицеров через Амур, выяснить, что там происходит, и доложить результаты. На это потребуется три часа.
      Но есть хорошие новости. Генерал Пенг Хи-Вонг, командующий 34-й ударной армией, успешно продвигается вперёд и займёт золотую шахту завтра до полудня. Наша бронетанковая армия вторглась глубоко во вражескую территорию. Я полагаю, что солдаты и офицеры этой армии сейчас встают и через час продолжат наступление.
      Новости о военно-морском флоте запутанные, но это не имеет большого значения. Я поручил командующему флотом Южного моря лично заняться расследованием ситуации и доложить. На это потребуется три часа.
      Таким образом, товарищ министр, скоро мы получим надёжную информацию и затем сможем принять соответствующие меры. До этого времени генерал Пенг продолжит наступление, и к вечеру мы будем намного богаче, — сказал в заключение Вей. Он знал, как привести своего министра в хорошее настроение. В ответ генерал услышал одобрительное ворчание и кивок. — А теперь, — продолжил генерал Вей, — почему бы вам не поспать несколько часов, пока мы останемся настороже и будем следить за развитием событий?
      — Хорошая мысль, Вей. — Луо подошёл к дивану и улёгся на него. Вей открыл дверь, выключил свет в комнате и закрыл дверь за собой. Центр связи находился рядом.
      — А теперь, — спросил генерал, взяв сигарету у майора, стоящего рядом, — что за чертовщина там происходит?
      — Если вас интересует моё мнение, — ответил полковник из разведывательного управления, — американцы размяли мускулы, и русские сделают то же самое через несколько часов.
      — Что? Почему вы так считаете? И почему русские?
      — Где до сих пор были их военно-воздушные силы? Где скрывались их штурмовые вертолёты? Мы ведь не знаем этого, правда? А почему нам это неизвестно? Да потому, что американцы сбивали наши самолёты с неба, подобно мухам, вот почему.
      Мы внушили себе, что русские не хотят воевать, не правда ли? Человек по имени Гитлер когда-то думал то же самое. Книги по истории говорят, что он погиб через несколько лет после этого. Мы также обманывали себя, полагая, что американцы не будут наносить нам тяжёлых ударов по политическим причинам. Вей, некоторые из наших политических лидеров гоняются за драконами! — Этот афоризм относился к курению опиума, популярному, хотя и незаконному времяпрепровождению в Южном Китае несколько веков назад. — Не существует никаких политических соображений. Они просто накапливали силы, на что требуется время. А русские не воевали с нами, потому что хотели, чтобы мы удлинили наши каналы снабжения, и затем гребаные американцы перерезали эти каналы в Харбине и в Бейане! Танки генерала Пенга углубились в Россию на триста километров, причём в баках его танков осталось горючего всего на двести, и больше горючего он не получит. Мы послали туда больше двух тысяч танков и превратили их экипажи в плохо подготовленную лёгкую пехоту! Вот что произошло, товарищ Вей, — закончил полковник.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84