Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дамеон - Лезвие вечности

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Быстров Андрей / Лезвие вечности - Чтение (стр. 16)
Автор: Быстров Андрей
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Дамеон

 

 


– «Скорпион» был у нее в «Террариуме», – вмешался Курбатов.

– Спасибо, подполковник, – кивнул Никитин. – Подождите в приемной.

Свиридов щелкнул каблуками и вышел. Курбатов выжидательно посмотрел на генерал-лейтенанта.

– «Скорпион», – повторил Василий Тимофеевич. – Кому, кроме Пантеры, было выгодно спасти Иллерецкую?

– Вы хотите сказать, что Пантера каким-то образом разыскала Иллерецкую и…

– Да, – произнес Никитин. – Вам дается шанс реабилитироваться, Алексей Дмитриевич. Мы не знаем, где скрывается Иллерецкая, что рассказала ей Пантера и как эта бомба замедленного действия может сработать в дальней­шем. Не исключаю даже, что Пантера передала Иллерецкой информацию по «Коршуну», скопированную в «Террариуме».

– Едва ли, – возразил Курбатов. – Целью Пантеры было уничтожить проект, а не способствовать распространению информации.

– А стилет? Фотографии внутреннего лезвия?

– Блеф.

– Но внешнее лезвие не найдено. И оно, и фотографии могут быть у Иллерецкой.

– Нет никаких фотографий, Василий Тимофеевич. А лезвие валяется где-нибудь на дне речки.

– Я предпочитаю достоверные факты, Алексей Дмит­риевич. Ваша задача – как можно скорее найти Иллерецкую и доставить в этот кабинет для допроса.

– Да, Василий Тимофеевич. А как быть с Джеком Слейдом?

– Сами решайте. Я вас не смещал, вы остаетесь руководителем проекта «Коршун» до тех пор, пока проект не закрыт мной лично. Надеюсь, вы заинтересованы в том, чтобы он и не был закрыт.

– Я сделаю все, что смогу, и даже больше. Но я не верю, что…

– Верить или не верить можно в Бога, ибо его существование недоказуемо. Мне нужны факты.

25

Градов резко отстранил Ольгу в глубь комнаты, в его руке появился пистолет. Девушка молча протянула Борису «скорпион», но он оттолкнул автомат, взглядом дав понять, что это оружие пригодится ей самой.

Входная дверь разверзлась, подобно вратам ада, и в прихожей возник Геннадий, за ним маячили Котов и Саша. Как всегда в предвкушении убийства, Геннадий хищно ухмылялся. Едва завидев через приоткрытую дверь комнаты фигуру Бориса, он выстрелил, но за долю секунды до того Градов успел отшатнуться. Буквально следуя инструкциям Котова, Геннадий метнул гранату и укрылся от осколков за стеной.

Градов пнул дверь ботинком, вложив в удар всю силу. Граната отлетела от захлопнувшегося дверного полотна, завертелась на полу гостиной. Если бы она взорвалась здесь, от боевиков и Котова осталось бы мокрое место, отступить на лестницу они уже не успевали. Котов моментально принял решение. Он шагнул вперед, подставил Геннадию подножку и толкнул его прямо на гранату. Под животом упавшего убийцы ухнул взрыв, превративший комнату в подобие анатомического театра. Во всей квартире вылетели стекла, осколок рассек физиономию Саши, торчавшую за кухонным окном. С оглушительным хлопком лопнул кинескоп телевизора, Котов и Константин попали в нокдаун. Выйти из него им помогла лишь воля к жизни. Взрывная волна распахнула дверь в комнату. Борис тут же снова закрыл ее.

Ольга из-за двери дала длинную автоматную очередь наугад, опустошив магазин до последнего патрона. Две пули, попав почти в одну и ту же точку, снесли Константину полчерепа. Боевик рухнул навзничь.

План Котова исполнялся даже слишком хорошо, да не с той стороны. Котов оказался наедине с двумя вооруженными противниками – Саша не мог поддержать шефа огнем из окна кухни. Но и его, Сашу, Котову надо было ликвидировать. Тщательно прицелившись, Котов всадил пулю в глаз единственного выжившего боевика. Голова Саши исчезла, снизу раздался звук тупого удара, как от падения мешка с песком.

Ошалевший от страха Котов посылал пулю за пулей в дверь комнаты, пока не кончились патроны и «ЗИГ-Зауэр» не лязгнул впустую. Он добился только того, что изрешетил компьютер Мезенцева.

Котов отшвырнул пистолет и потянулся за оружием Геннадия. К этому времени дверь комнаты стала напоминать решето, и Борис видел действия Котова сквозь многочисленные пулевые отверстия. Он не был уверен, что того не страхует кто-то еще, но уже почти не сомневался, что Котов остался один – и, если не воспользоваться шансом сейчас, можно опоздать навсегда. Едва Котов наклонился, чтобы поднять окровавленный пистолет, Борис рывком открыл дверь и направил на него «ТТ».

– Не стреляйте, – пробормотал Котов, очень медленно выпрямляясь.

– «Я сделаю все, что вы хотите, только не стреляйте»? – передразнил Борис. – У вас на редкость однообразный ре­пертуар. Пора бы выучить новую песню. Где ваша машина?

– Там, на улице…

– Сколько еще ваших людей поблизости?

– Клянусь, никого. Я убил двоих, я хотел спасти вас…

– Прямо ангел-хранитель, – усмехнулся Борис. – Оля, идем скорее!

Иллерецкая отбросила бесполезный «скорпион». Увидев труп Константина с расколотым черепом и то, что осталось от Геннадия, она испытала сильнейший приступ тошноты. Лишь напряжением воли она заставила себя следовать за Борисом, вытолкнувшим Котова на лестницу.

Внизу они усадили Котова за руль автомобиля, но у того так тряслись руки, что он не попадал ключом зажигания в скважину. Раздосадованный Градов оттолкнул Котова на соседнее сиденье, передав пистолет Ольге, устроившейся сзади, и сел за руль сам. Водителем он был скверным, а тут еще незнакомая марка… Под его управлением автомобиль сорвался с места так лихо, что поездка едва не закончилась под стеной дома.

– Вызывайте Бека, – приказал Борис, чудом избежав столкновения.

Котов обреченно покосился на Градова и взялся за сотовый телефон.

– Держите телефон у моего лица, чтобы я мог говорить, – распорядился Борис. – Оля, если он вздумает помешать управлению машиной, стреляй.

– В него? – с трепетом спросила девушка.

– Нет, в прохожих! – рассердился Борис, выворачивая руль на очередном перекрестке. – Эй, эй, поосторожнее! – Он боднул головой телефон, излишне услужливо подсунутый Котовым. – Не запихивайте эту штуку мне в рот!

Котов послушно отодвинул телефон.

– Генрих Рудольфович? – прорыдал он. – Это снова Котов.

– Алло, Генрих Рудольфович! – позвал Борис. – Здравствуйте, говорит Градов.

– Градов? – переспросил Бек. – Почему вам дали те­лефон? У вас что-то срочное?

– Да мне никто и не давал, – спокойно сказал Борис. – Давать некому. Ваши люди как-то сами собой поумирали, остался один вот этот Котов, и, если его вправду так зовут, фамилия очень удачная. Мне он совершенно ни к чему, а вам?

– Доннерветтер! – взревел Бек.

– Спросите Котова, он подтвердит.

– Борис, но зачем вы открыли стрельбу? Я ведь собирался пригласить вас для мирных переговоров, предложить выгодные условия…

– Не валите с больной головы на здоровую! – возмутился Градов. – Если это так, то я сбитый американский летчик. Ваши ребята мне и слова не сказали. Вскрыли дверь и начали стрелять, да еще гранату бросили. Совсем невежливо.

– Бросили гранату? – Бек немного помолчал. – Вот как… Ну что же, кажется, я понимаю. Приношу вам искренние извинения за своих людей. Такого приказа я им не отдавал.

– Вот и я удивился, – хмыкнул Борис.

– Послушайте, Градов, если хотите, можете пристрелить скотину Котова. Давайте договоримся…

– Знаю я вашу манеру договариваться.

– Даю слово, что…

– Генрих Рудольфович, оставьте меня в покое раз и навсегда, иначе вскоре вы лишитесь всего персонала. Котов, выключайте телефон.

Послушный Котов убрал трубку от лица Градова, и Борис обратился к нему:

– Ваш босс посоветовал мне вас убить. А что посоветуете вы?

– Господин Градов, клянусь здоровьем…

– О! Не нужно. Здоровье – слишком ценная штука. – Борис затормозил на углу. – Вон из машины! Да, и если надумаете скрываться, советую переменить фамилию на Зайцев или Кроликов. Вам пойдет, хотя и эта недурна.

Котова как ветром сдуло. Он даже не посмотрел вслед отъезжающему от тротуара автомобилю. Нырнув в метро, он доехал до своего дома, забрал наличные деньги – всего чуть больше сорока тысяч долларов, основной капитал был вложен в дело – и помчался на вокзал. С первым же поездом он отбыл в Санкт-Петербург, оттуда куда-то еще…

Генрих Рудольфович отнесся к исчезновению Котова равнодушно. Он не стал организовывать поиски, его не интересовало, жив Котов или мертв. На всякий случай, правда, он приказал своим «чистильщикам» прикончить Котова, если тот появится в поле зрения. Беку было не до предателя. Генриху Рудольфовичу мерещилось могущество, спрятанное в дискете Градова…

26

Погода ухудшилась, начинался дождь. Борис и Ольга оставили машину недалеко от места, где был высажен Ко­тов. Они медленно шли по улице, даже не думая искать укрытия от крупных холодных капель.

– Вот и наступил тот момент, который предвидел мудрый мистер Слейд, – сказал Борис. – Ситуация испортилась окончательно.

– Думаешь, Бек не прекратит охоту?

– Насколько я его знаю, вряд ли. Скорее распалится еще больше. Хотя инстинктивно я чувствую, что какой-то способ остановить Бека есть. Но не могу сосредоточиться. Меня тревожит не только Бек, но и «коршуны». Кто знает, чего от них можно ожидать?

– Тогда сдаемся англичанам?

– Конечно. Но сперва надо продумать, как вести себя со Слейдом… с Долтоном – что говорить ему, а о чем и умолчать. И еще: сколько у тебя денег?

– На телефон?

– На телефон у меня есть, но надо же знать наши ресурсы.

Иллерецкая обшарила карманы джинсов и куртки, вытащила смятые бумажки.

– Вот… Мелочь.

– Не так плохо. Давай-ка зайдем вон в тот магазин.

– Зачем?

– Увидишь.

Часть третья

АНГЛИЙСКОЕ ТАНГО

1

Прелесть подобных ситуаций, как считал Джек Слейд, заключается в том, что в них совершенно ничего нельзя понять, а если в чем-то и разберешься, воспользоваться этим пониманием невозможно. Кодированная депеша из Лондона свидетельствовала, что мнение Слейда разделяет и руководство «Сумеречного Странника».

Депеша за подписью Марстенса представляла собой растерянный отклик на отчет Слейда о последних событиях. В своем отчете британский специалист упоминал и о телефонном звонке с предложением купить стилет, и о грубоватой уличной слежке. Марстенс соглашался с тем, что утечка информации о нелегальном прибытии Слейда в Россию, скорее всего, исходит из Лондона, и сообщал о начале негласной проверки причастных к операции лиц. Но никаких указаний Слейд снова не получил, если не считать таковыми заботливые призывы соблюдать осторожность. Это было похоже на спасение утопающего, когда вместо спасательного круга с берега летят советы измерить температуру воды и активнее махать руками.

Слейд сидел за столом и передвигал по полированной крышке высыпанные из пачки сигареты. Он решал журнальную головоломку. Требовалось разложить шесть сигарет так, чтобы каждая соприкасалась с пятью другими. Это оказалось чертовски нелегкой задачей. В конце концов Слейда осенило, что сигареты следует разместить не на плоскости, а в пространстве. Воплотить теорию в практику он не успел, так как затрещал телефон. Слейд снял трубку.

– Долтон слушает.

– Здравствуйте, мистер Долтон, – сказал мужской голос по-русски.

– Добрый день.

– Вам звонит тот, кого вы просили позвонить.

– О… Я очень рад.

– А я нет, потому что вы были правы. Дела идут хуже некуда.

– Где мы встретимся с вами?

– Гм… Ваш телефон прослушивается?

– Нет.

Слейд сказал это с чистым сердцем. Предоставленная ему мистером Блейком из посольства техника надежно защищала его телефон, и не было никаких подслушивающих устройств ни в квартире Слейда, ни в его машине. Это он знал. Он не знал другого: в доме напротив с некоторых пор сняли квартиру обходительные молодые люди, заплатив хозяину огромные деньги и обеспечив того временным жильем в центре Москвы.

Сейчас один из тех молодых людей располагался за портативным пультом в глубине комнаты. Перед ним на треноге возвышался прибор, напоминающий телескоп. Невидимый сверхчувствительный луч лазера был направлен на оконное стекло квартиры Слейда. Каждое слово, произнесенное англичанином не слишком тихо, вызывало незаметное дрожание стекла Цифровые значения частоты и амплитуды этих колебаний передавались в компьютерный анализатор, превращающий их в человеческую речь. К сожалению для молодого человека, поданные по телефону реплики лазерный микрофон уловить не мог, так что записывалась только половина беседы.

– Тогда вот что, – произнес Градов. – Подберите нас на углу Николоямской и Земляного Вала.

– Вы не один?

– Нет. Вы все увидите, но не медлите, ради бога.

– Ситуация так серьезна?

– Пока нет, но нам некуда деться. Если мы будем гулять по городу…

– Значит, вам нужно убежище?

– Да.

– Хорошо, я выезжаю. Моя машина…

– Не надо, я узнаю вас в лицо. За вами следят?

– Полагаю, да.

– Оторветесь?

– Нет смысла. Я смогу привезти вас только в свою квартиру, а она им известна.

– Тогда что же делать?

– Ничего. Ждите и положитесь на меня.

Слейд закончил разговор. Молодой человек в квартире напротив нажал несколько клавиш на пульте, поднес трубку к уху.

– Говорит «Карат-2». У Британца назначена встреча.

– Где, когда, с кем? – прозвучал в ответ голос Свиридова.

– Сейчас, но где и с кем – установить не удалось. Ему звонили по телефону. Тембр определенно мужской, но амплитудно-частотные характеристики смазаны. Как насчет наружного наблюдения?

Подполковник сморщился, как от скрежета бормашины в больном зубе. Слейд – профессионал и, если он обнаружит хвост, может отменить встречу.

– Из реплик Британца вытекает, – добавил «Карат-2», – что он доставит контакт в свою квартиру.

– Ах вот как, – облегченно вздохнул Свиридов. – Тогда не надо наблюдения. Ждите его.

– Есть. Конец связи.

Слейд вышел на улицу и сел в машину. Угол Николоямской и Земляного Вала – совсем недалеко, но англичанин двинулся в протяженный объезд через Красноказарменную и набережную Академика Туполева. Да, ему придется привезти тех, кто его ждет, к себе, но это вовсе не означало, что он может расслабиться и не контролировать обстановку. Слежки он не заметил, и это встревожило его. Сомнительно, чтобы они вот так запросто отстали, скорее перешли к более утонченным методам, а это плохо. Впрочем, предыдущая слежка могла иметь демонстративно-предупредительный характер, такое тоже бывает.

Если последнее предположение правильно, рассуждал Слейд, это означает, что информационная брешь не могла образоваться в Лондоне, ибо никакая спецслужба не станет так подставлять своего агента.

Слейд ошибался. Хвост был настоящим, то есть имел целью сбор сведений о маршрутах англичанина. Преследователи прокололись по двум причинам, о которых Слейд, конечно, догадываться не мог. Первая: вечная головная боль генерала Курбатова – беда с контингентом, нехватка высококвалифицированного персонала в сфере действия проекта «Коршун». И вторая, пересекшаяся с первой и умножившая ее разрушительный заряд, – бегство Тани из «Террариума». Все занимались поисками и спешными мероприятиями, перебрасывать людей было нельзя, как нельзя было и оставлять Слейд а без присмотра. В результате, пока группа «Карат» изыскивала точку для установки лазерной аппаратуры прослушивания, другая группа вела англичанина на одной машине, что само по себе являлось грубейшим нарушением всех правил игры. Нет, оперативники не были клиническими ротозеями, но обстоятельства помогли Слейду переиграть их в тот момент.

Узнав о провале хвоста, генерал Курбатов успокоил себя следующим соображением. Слейд, по мысли Курбатова, должен был принять слежку за демонстративную акцию, а значит, отбросить идею о вероятном лондонском источнике. В такой интерпретации неудача выглядела элегантным замыслом, маневром прикрытия.

Подъезжая к условленному месту, Слейд издали увидел Градова, озиравшегося по сторонам. Иллерецкая держалась за его руку, как маленькая девочка за руку отца.

Затормозив возле них, Слейд распахнул дверцу.

– Садитесь. И давайте знакомиться.

– Я Борис Градов, – сказал Борис, усаживаясь сзади и помогая устроиться Ольге. – Это Ольга Иллерецкая, а это… Взгляните.

Он вынул из кармана куртки стилет и протянул англичанину. Слейд сразу узнал египетский экспонат по фотографии, которой снабдил его в Каире начальник полиции. Повернув рукоятку на девяносто градусов, Слейд отделил ее от лезвия.

– А содержимое? – осведомился он.

– Утрачено, – произнес Борис. – Боюсь, навсегда, но это не важно. Информация записана на дискете, она у меня с собой. И поехали поскорее, сэр. Отдавая себя под покровительство британской короны, мы руководствуемся самыми низменными побуждениями. Крыша над головой, простая и здоровая английская пища, отдых… Боже, главное – отдых! Мы устали как собаки.

Не ответив, Слейд улыбнулся и нажал на газ. Спустя несколько минут они входили в подъезд дома на шоссе Энтузиастов.

«Карат-2» вновь вызвал Свиридова:

– Они прибыли втроем, с ним юноша и девушка. Я их не разглядел, но сейчас они появятся в квартире. Ага, вот они. Оперативник поднес к глазам бинокль. – Вижу молодого человека. Девушку вижу плохо. Теперь яснее… Это Иллерецкая.

– О черт!… Я еду к вам.

Но, прежде чем выехать, Свиридов связался с генералом Курбатовым, а тот в свою очередь с Никитиным.

2

– Располагайтесь, – сказал Слейд.

Вконец измученные Борис и Ольга повалились в кресла.

– Сейчас я принесу чего-нибудь поесть, – продолжал англичанин, удаляясь в кухню, – а вы пока рассказывайте.

– О чем? – спросил Борис.

– Обо всем понемногу, – донесся из кухни голос Слейда под аккомпанемент звяканья посуды.

– А может быть, вы зададите конкретные вопросы? Мои мозги будто взбили миксером.

– Пожалуйста. – Слейд показался в гостиной с подносом, заваленным разнообразными холодными закусками. Иллерецкая принялась помогать ему.

– Давайте начнем с дискеты, – предложил англичанин.

– Это самое простое, – промычал Борис с набитым ртом. – Информацию поместил туда профессор Калужский, а стилет попал к нему от Левандовского. Это вы, наверное, знаете.

– Да. А вам известно, о чем идет речь в дискете?

– Известно. Создание так называемых дэйнов – искусственных людей, генетически копирующих свои прототипы. Такие работы, мистер Долгой, давно проводились в России.

Заявление Бориса оказалось для Слейда столь ошеломляющей новостью, что сначала он даже не полностью осознал его важность.

– Проводились? – переспросил он. – А теперь?

– Надеюсь, что нет. Девушка… Она была нашим дру­гом… Она не вернулась. Мы считаем, что она погибла при попытке похоронить этот проект, «Коршун». Но насколько успешной была ее попытка… Вы видели теленовости? Об аварии, взрыве в лабораторном комплексе под Москвой?

– Видел.

– Профессор Колесников, о смерти которого там сообщалось, – мозг проекта. Это он или кто-то из соучастников придумал словечко «дэйн». Они нашли древнеегипетский кубок с иероглифами, там описывались способы создания дэйнов. Так все и началось. В тех лабораториях свихнувшиеся на идее власти маньяки намеревались выращивать генетические копии, чтобы наводнить ими мир, постепенно заменяя прототипы. Всем заправляют негодяи из Аналитического центра национальной безопасности – АЦНБ, гнилого отростка всесильного ГРУ, империи шпионажа…

– Дьявол, – пробормотал Слейд. – Все много серьезнее, чем я полагал.

Он взялся за телефонную трубку.

– Куда вы звоните? – заволновался Борис.

– В английское посольство.

– Зачем?

– Подождите. – Затем он заговорил по-английски: – Пригласите к телефону мистера Блейка… Долтон. Да, срочно. Блейк? Это Долтон. Немедленно приезжайте ко мне и обеспечьте прикрытие по схеме «Хорнет».

* * *

В квартиру, снимаемую напротив дома Слейда группой «Карат», торопливым шагом вошел подполковник Свири­дов.

– Ну что? – обронил он с порога.

– Скверно, – ответил «Карат-2». – Молодой человек излагает Британцу суть проекта «Коршун». По-видимому, у них есть какая-то дискета с информацией. Только что Британец звонил в посольство и вызвал помощь, но подробности неясны.

Свиридов опустился на диван. Настал момент, когда нужно было принимать мгновенное решение и тут же осуществлять его, взяв на себя всю полноту ответственности. Но Свиридову всегда не хватало инициативы и воображения. Сейчас он мог спасти проект – ворваться вместе с «Каратом-2» в квартиру Слейда, застрелить англичанина, под дулами пистолетов увезти юношу и девушку вместе с их дискетой. Потом все можно выдать за обычное нападение грабителей. Последовала бы возмущенная нота со стороны англичан, извинения Министерства иностранных дел России за трагический случай с гражданином Великобритании – и все, инцидент исчерпан.

Но Свиридов медлил. Вместо энергичных действий он углубился в раздумья, затем набрал код прямой связи с Курбатовым и стал докладывать обстановку. Даже при его лаконичности это заняло не менее минуты плюс еще минута, пока Курбатов трагически молчал.

– Ситуация меняется, – вдруг сказал Свиридов, прервав молчание. – У подъезда Британца появилась машина с дипломатическим флажком. Ее сопровождает фургон английской телекомпании «Скай Нетуорк». Они выгружают аппаратуру.

Курбатов, срывая досаду, долго ругался.

– Ладно, – заключил он. – Ждите меня, посмотрим там на месте.

В квартиру Слейда поднялся взъерошенный Блейк.

– Что случилось, Долтон? – Впопыхах он даже забыл об обращении «мистер», что с ним происходило нечасто.

– «Хорнет», – ответил Слейд. – Вот эти молодые люди сделали заявление особой важности, и у меня есть основания считать, что им угрожает опасность.

Он коротко объяснил почему.

Одна группа телевизионщиков расставляла камеры и осветительные приборы на лестничной клетке у дверей Слейда, вторая колдовала на улице возле фургона, направляя объективы на окна квартиры британского специалиста, натягивая тенты для защиты от дождя.

Слейд повернулся к Борису и Ольге.

– Познакомьтесь, это мистер Блейк, дипломат, советник посольства. Будет лучше, если вы отдадите дискету ему.

– Черта с два! – почти выкрикнул Борис.

– Что такое? – Слейд приподнял левую бровь. – Мне казалось, что вы пришли сюда за покровительством и защитой.

– Мы привезли вам ценную информацию, и у нас есть определенные условия… Что там за суета за окном?

– Английское телевидение, – пояснил Слейд.

– Будет пресс-конференция?

– Нет, это меры безопасности. Никто не может запретить телевизионщикам снимать здесь, и никто не решится напасть на нас перед камерами. Я британский гражданин, мистер Блейк к тому же обладает дипломатическим стату­сом. Журналисты имеют право снимать о нас фильм, и они останутся здесь столько, сколько потребуется. А теперь вернемся к вашим условиям, но прежде покажите нам файл Мы должны убедиться…

– Вы разбираетесь в генетике, генной инженерии? – напористо поинтересовался Борис.

– Нет.

– А мистер Блейк?

– Тоже нет.

– Как же вы убедитесь?

– Вот компьютер, включайте. Разбираться – не наша с мистером Блейком задача. Мы хотим лишь взглянуть. Знаете, в одном шпионском романе на микропленке оказались картинки с Микки-Маусом.

– Я не доверяю вашему компьютеру. Слейд вздохнул.

– Послушайте, Борис… неужели вы не понимаете, что в вашем положении капризничать неразумно? Если бы я хотел отобрать у вас дискету или скопировать ее, то сделал бы это уже давно, и к чему тут хитрости? Не вижу, как вы смогли бы мне помешать. Может быть, в вашем представлении и не существует разницы между нами и той же мафией, но, уверяю вас, на самом деле разница есть.

– Я вовсе не хотел… – начал Борис, но под взглядом Слейда сдался и махнул рукой – ему стало ясно, что по-другому не получится. Он подошел к компьютеру и вставил дискету. – Первая часть пароля известна мне, – проговорил он, – а вторая Ольге. И я был бы вам очень признателен, если бы на время запуска дискеты вы и мистер Блейк покинули комнату.

Англичане переглянулись.

– Мы уходим, – сказал Слейд.

Оставшись вдвоем, Борис и Ольга ввели каждый свою часть пароля. Вернувшиеся англичане склонились над эк­раном.

– Джентльмены, не разглядывайте файл слишком долго, – произнес Градов. – Он чересчур сложен для запоминания. Могут возникнуть затруднения.

Блейк покосился на Бориса, в интонации которого звучало предостаточно иронии.

– Похоже, вы нас не обманываете. – Обычно невозмутимый Слейд от волнения перешел на английский.

– Конечно нет, – подтвердил по-русски Борис. – И если этого довольно, я закрываю. Он убрал дискету в карман.

– Господа, – начал он. – Мы с Ольгой попали в непростой переплет. Вышло так, что о дискете Калужского пронюхала мафиозная группировка. Даже если бы мы отдали им дискету, то после этого не прожили бы и часа. Допускаю, что вам, гражданам цивилизованной страны, где полицейские даже не носят оружия, нелегко понять наш первобытный страх перед преступниками…

– Отчего же, – вставил Слейд, знакомый с теневыми сторонами российской действительности.

– А кроме мафии, еще эти «Коршуны», ополоумевшие шизофреники. Они уже покушались на жизнь Оли. И если они узнают о дискете, то полезут напролом… Как видите, господа, мы меж двух огней. Дискета – и наша надежда, и наша ахиллесова пята. Мы готовы отдать ее вам вместе с паролем, если вы переправите нас в Англию.

Иллерецкая посмотрела на Бориса округлившимися глазами. Финал его речи оказался для нее полной неожиданностью.

– В сущности, – добавил Борис, – это не требование, а элементарное желание уцелеть.

– Подождите, – сказал Слейд, – пока мы посоветуемся с мистером Блейком.

Англичане вышли в соседнюю комнату. Иллерецкая напустилась на Бориса:

– Что это за фокусы? Мы так не договаривались! Я не хочу уезжать из России! Я фактически порвала с родителями, только чтобы остаться здесь, а ты…

– Хорошо, – спокойно согласился Борис. – Я изменю условия. Попрошу мистера Долтона пожизненно выделить нам роту охраны. Нет, две роты – тебе и мне. И пусть за нами постоянно ездит телевидение.

– О боже! – Иллерецкая закрыла лицо руками. – Неужели нет выхода?

– Есть, и он предложен мной. – Борис придвинулся к девушке, обнял ее за плечи. – Оля, это все, на что мы можем пока рассчитывать. Не спеши отчаиваться. Помнишь, как говорил Ремарк? «Не все так плохо и не все так хорошо, как это кажется, и нет ничего окончательного».

3

В квартире, занимаемой группой «Карат», генерал Кур­батов одновременно и прослушивал аудиозаписи, и следил за происходящим у Джека Слейда. Записанные на пленку голоса журчали в наушнике, прижатом к правому уху генерала, в руке Курбатов держал бинокль, направленный на окно гостиной Слейда, а динамик акустического преобразователя позволял ему слышать и происходивший там разговор. Когда англичане, покинув своих гостей, ушли в какую-то из внутренних комнат, куда не доставал лазерный микрофон, Курбатов опустил бинокль.

– Это крах, – сказал Свиридов.

Генерал поднялся, но сразу же сел снова – в раненой руке вспыхнула боль.

– Едва ли, – задумчиво ответил он, – едва ли… По-моему, мы сумеем справиться…

– Но как?! – воскликнул подполковник. Генерал принялся рассуждать вслух.

– Мы видели, что друг Иллерецкой не спешит дарить дискету англичанам. И если они не отберут ее силой – что сомнительно, в общем-то, – не отдаст до тех пор, пока Иллерецкая и он не пересекут границу России. А они не пересекут ее, ибо у англичан нет законных оснований вывезти их. Каким бы способом Слейд и его приятели-дипломаты ни попытались выполнить эту просьбу, с точки зрения закона это будет обыкновенным похищением. Англичане не пойдут на скандал. Слейд проник на нашу территорию под чужим именем. Мы можем разоблачить его.

– Они не знают, что мы это знаем, – заметил Свири­дов. – То есть они могут, конечно, учитывать такое в своих раскладах, но откуда им знать наверняка?

– Не важно. Мы им деликатно намекнем.

Генерал вспомнил о том, как Слейд ушел от хвоста. Уже одно то, что хвост был замечен, могло поставить в затруднительное положение Леди Джейн, как бы ни успокаивал себя Курбатов. А уж «деликатный намек»… Да наплевать. Сейчас – все или ничего.

– Хорошо, им не вывезти наших друзей, – не сдавался упрямый подполковник, – а нам как действовать на глазах у телевизионщиков, в присутствии британского дипломата?

– Не сидеть же им вечно в осаде, – буркнул генерал. – Рано или поздно им придется куда-то двинуться, вот тут-то и появимся мы. Улицы Москвы еще наши, надеюсь?

– Меня беспокоит, – сказал Свиридов, – что они запускали дискету. Как знать, вдруг сейчас информация уже в компьютере англичан, если не в посольстве по линии? Их компьютер, если он оснащен нужной программой, мог и порядок ввода символов пароля запомнить, и просто скопировать информацию, пока файл был открыт.

– Если так, ничего не поделаешь… Даже изымать компь­ютер бессмысленно, раз он на связи с посольством. Но я не думаю, что это так.

– Почему?

– Потому что для Слейда все случилось слишком быстро. Когда бы ему возиться со спецпрограммами?

– Это не гарантия.

– Нет, разумеется. Но для нас это ничего не меняет. Тут можно только молиться о том, чтобы такого не случилось, но действовать-то все равно придется. Хороши мы будем, если упустим дискету, а потом окажется, что никаких копий у англичан не было.

– Но смысл и цель проекта «Коршун» англичанам уже известны, – напомнил Свиридов.

– Ну и что? Кто поверит этой ненаучной фантастике без доказательств? Сумасшедшие уфологи из газетенок вроде «За гранью» или «Вестник непознанного»? Дискета – вот единственная реальная опасность…

– И стилет.

– Чепуха. Я уверен, что Пантера блефовала и фотографий нет, а внутреннее лезвие – то есть главное – испарилось вместе с ней. Но дискета… Черт, дело не только в том, чтобы отнять ее у англичан! У нас самих, кроме нее, ничего не осталось. Сделаем так. Нужно вызвать сюда побольше наших людей – характерной внешности, в одинаковой одежде, без документов. Пусть они оцепят телеви­зионщиков. Как бы просто любопытствующие прохожие, но англичане поймут предупреждение. А для доходчивости я позвоню Слейду…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23