Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Черепашки-ниндзя - Черепашки-ниндзя против Зловещего Духа Мертвецов

ModernLib.Net / Детская фантастика / без автора / Черепашки-ниндзя против Зловещего Духа Мертвецов - Чтение (стр. 7)
Автор: без автора
Жанр: Детская фантастика
Серия: Черепашки-ниндзя

 

 


– Я ходил по нашему городу, он был абсолютно пуст. И тишина. Мёртвая, глухая тишина, – рассказал Донателло.

– Правда! – отозвался Микеланджело, – но я там был один. Самое страшное, что вас не было рядом со мной.

– И я был один.

– И я.

– И я.

– Что всё это значит? Мы все видели один и тот же сон.

– Вы видели будущее, мёртвое будущее. Гиндальф пристально смотрел на черепашек.

– Оно ожидает человечество, если мы сейчас проиграем силам зла.

– Ты хочешь сказать, что можно заглянуть в будущее? – недоверчиво спросил Рафаэль.

– Да, я вижу будущее также, как и вас. Вы, пришельцы из грядущих поколений, уверены, что мы, люди из прошлого, тупые и глупые создания. Но, смею заверить вас, это не так. Мы имеем богатый опыт и знания, которые утратят грядущие поколения.

– А ты можешь заглянуть ещё дальше? В те времена, которые настанут после нас, – спросил Донателло.

– Могу.

– И что же ты там видишь?

– Многое. Например, когда над землёй наступит покой, гармония, закончатся войны. Но эта счастливая эпоха землян наступит не скоро. Очень не скоро.

– А эти разговоры о конце света? Сказки? – спросил Леонардо.

– Нет, это не сказки. Но вы можете не волноваться. Конец света наступит тысячи лет спустя.

– А чем закончится наш двадцатый век? Войнами, голодом, кровью?…

– Это зависит от вас самих. Никто не может ничего изменить в вашем времени.

– А мы? Как мы можем изменить что-либо в вашем времени, имеем ли мы на это право?

– Вы посланы провидением. О вас написано в священных книгах. Правда, способ вашего перемещения во времени должен был быть несколько иной, но вмешались силы зла. И поскольку отменить волю провидения никому не дано, они и перебросили вас своим способом, решив любой ценой нарушить ход истории. Вот почему я не узнал вас сразу. Сожалею, что вынужден был подвергнуть вас такому страшному испытанию.

– Я знаю, что ты сейчас ожидаешь нашего ответа, – сказал Микеланджело. – Я думаю, что друзья согласятся со мной, если отвечу, что мы согласны.

– Да, мы согласны сделать все, от нас зависящее, чтобы предотвратить гибель человечества!

– Спасибо. Я рад слышать эти слова!

Гиндальф с благодарностью посмотрел на друзей.

– Но, признаюсь, иного ответа я от вас, бесстрашных героев, и не ожидал.

– Куда же нам предстоит держать путь? В какую сторону? – спросил Донателло.

– Ваш путь лежит в тот самый покинутый замок в горах.

– Это место мы хорошо знаем! – воскликнул Лео. – И где книга лежит – тоже. Мы принесём её. Не волнуйся!

– Погодите. Это не все, – прервал его Гиндальф.

– Что ещё?! – воскликнул Донателло.

– Вы должны найти лабораторию злосчастного колдуна.

– А, это там – на чердаке, – отозвался Рафаэль.

– Но самая тяжёлая задача – это обнаружить в ней тот сосуд, в который колдун опускал изначальные вещества, и из которых потом родился ужасный монстр. Только имея в руках эти две вещи, книгу «Призыв мёртвых» и сосуд, я смогу, прочитав заклинание, вернуть зловещий Дух мертвецов в тот мир, откуда он пришёл к нам, спрятать его назад в стеклянную колбу. После этого сосуд следует закопать глубоко в земле. Похоронить монстра, не дать ему возможности бередить души и тела усопших.

– Когда нам надо выступать? – поинтересовался Микеланджело.

– Не сегодня, – молвил Гиндальф. – Нужно дождаться полнолуния. Осталось ещё три дня…

Для черепашек потянулись томительные часы ожидания.

Но вот настал последний вечер. Они решили провести его одни. Тихо сидели в доме, развалясь на мягких подушках. Даже разговаривать друг с другом не было охоты. Каждый думал о том, что если они останутся живы, то когда-нибудь снова окажутся у себя дома, и все это превратится в сон, сказку, приснившуюся однажды.

За окнами лаяли собаки. Огромная луна заглядывала в комнату. Горела лишь одна свеча и мягкие тени скользили вдоль стен.

На улице пьяная компания распевала песни.

– Трубадуры, – усмехнулся Леонардо. Неожиданно дверь скрипнула. В комнату вошла девушка.

– Эйприл! – воскликнул Леонардо.

– Меня зовут Мария, – промолвила она. Она молча подошла к черепашкам, держа в руках какой-то свёрток.

– Зачем ты пришла сюда? – Донателло недовольно посмотрел на девушку. – Ведь совсем недавно ты так жаждала нашей смерти!

Мария стояла, опустив глаза.

– Наш мудрейший сказал, что вы те… о ком сказано в пророчествах. Там говорится, что пришельцы отправятся в поход за Книгой, чтобы спасти наш народ. Они возглавят нашу борьбу против Зла.

– Да, да, мы пойдём за этой Книгой! – оборвал её Донателло. – Но только для того, чтобы вернуться к себе домой.

– Вы отправляетесь завтра утром, – голос девушки звучал так тихо, что с трудом можно было разобрать слова.

– А тебе-то что до этого? – огрызнулся Донателло.

– Так. Я только хотела сказать, что возлагаю на вас все мои надежды. Я буду молиться за вас. И ещё, – девушка развернула свёрток. – Прошу вас, возьмите вот это, – и она протянула каждому из героев цепочку с небольшим медальоном.

На блестящем гербовом щите было изображено восходящее солнце, которое подминало под себя обессилевший, перевёрнутый рогами вниз месяц.

– Это – талисманы – продолжала девушка. – Я очень хочу надеяться, что они помогут вам в борьбе со Злом. Прошу вас, примите их от меня.

Она надела на шею каждому из черепашек по талисману. Скромно поклонилась и вышла.

Друзья растерянно молчали.

– И всё-таки она здорово похожа на Эйприл, – пробормотал Леонардо.

После короткой летней ночи наступил рассвет. Лучи солнца скользнули по географической карте, изображённой на полу в комнате.

Черепашки заткнули за свои ремни с блестящими именными пряжками боевые мечи и повязали на глаза, локти и колени разноцветные повязки.

– Вперёд!

Провожатые уже ждали возле дома. Лошади нетерпеливо перебирали копытами. Черепашки с лёгкостью вскочили в сёдла.

– Вперёд!…

И небольшой отряд всадников полетел, позабыв обо всём на свете. Они проскакали безлюдными утренними улицами, выскочили за крепостные ворота и помчались мощёной дорогой. Лошади быстро рванули вперёд. Пейзажи менялись один за другим: то мрачный еловый лес подступал к дороге, то бескрайние широкие поля простирались вокруг.

Через несколько часов безостановочной скачки показались горы. Внезапно лошади встали на дыбы.

– В чём дело? – закричал Микеланджело, разгорячённый скачкой.

– Дальше лошади не пойдут, – ответил Гиндальф. – Здесь начинается ваша тропа. Надеюсь, что вы не заблудитесь.

– О да, эта дорога мне хорошо знакома! – воскликнул Леонардо. – Мы совсем недавно ехали здесь на «бьюике». Тут не хватает только асфальта, дорожных знаков и указателей.

– Ну что ж! – воскликнул Микеланджело. – Идти пешком нам как-то привычней, чем ехать в седле, – и он соскочил на землю.

Черепашки последовали его примеру.

– До встречи! – махнул рукой Микеланджело.

– Мы будем молиться за вас, – ответил Гиндальф и перекрестил героев-ниндзя, благословляя на дальнюю дорогу.

Когда черепашки отошли достаточно далеко, Гиндальф крикнул им вослед:

– Не забудьте, вы должны принести Книгу и стеклянный сосуд!

ГЛАВА 8. НЕЛЁГКИЙ ПУТЬ

– Запомнили, все запомнили, – негромко пробормотал Донателло. – Но после того, как мы найдём эту чёртову книгу и чёртову колбу, вы отправите нас назад и мы больше никогда не встретимся. А ты, – он повернулся в сторону Леонардо, – ты у меня получишь!

– Ребята, не заводитесь прежде времени, – оборвал его Микеланджело.

– Да я и не завожусь, – ответил Донателло, – пока…

– А почему кони отказались идти дальше? – озабоченно проговорил Рафаэль. – Мы же идём, и ничего.

– Просто они на расстоянии почувствовали Зло и испугались. Им же не докажешь, что это нужно, – ответил Леонардо.

Черепашки шли по заросшей травой мощёной дороге. Было видно, что по ней уже давно никто не ходил и не ездил. Начался едва заметный, но долгий, утомительный подъем. С востока подступали крутые, безлесые холмы. Правый, самый высокий и каменистый, вздымался поодаль от прочих: круча с плоской вершиной. Древняя дорога тянулась у подножия горы.

С каждым шагом они всё больше и больше узнавали пейзаж.

– Подумать только, за шестьсот лет почти ничего не изменилось! – удивился Донателло.

– Да. Дикие, безлюдные места, – согласился Микеланджело. В глубоком ущелье шумела горная река. В мутном небе над ними нависали мрачные безлесые взгорья. Горы надвинулись угрюмо и тяжело, то вздымаясь на тысячу с лишним футов, то сходя на нет и ложбинами пропуская путников на восток. Всюду виднелись поросшие травой, лишайником и мхом мощные скалы.

Горы обступали их все теснее. Путники миновали длинную долину, почти ущелье, – тёмное и сухое. Над каменными взлобьями нависали деревья, обнажая узловатые, цепкие корни. Выше по склонам темнел сосняк.

Черепашки вконец выбились из сил. Шаг за шагом пробирались они по нехоженой низине, загромождённой рухнувшими деревьями и обломками скал. Они шли и шли почти без отдыха целый день. Ранний, холодный вечер окутал их сыростью. Под ногами, правда, стало немного чище. Позади сгущался туман.

Стонали и всхлипывали незримые птицы, провожая красный диск солнца. На закате черепашки подошли к завалу. Для того чтобы его обойти пришлось бы лезть на скалы. В воздухе была мёртвая тишь. Глухая, непроглядная тьма опускалась над горами. Тогда они, наконец, остановились и устроились на ночлег в небольшой пещерке, скорее – выемке скалы.

Холодная выдалась ночёвка на высоком уступе, хотя они и развели небольшой костёр под скрюченными корнями громадной сосны. Черепашки ёжились и прижимались друг к другу. Свистел ледяной ветер, слышны были стоны и вздохи деревьев. Друзья настолько выбились из сил, что их одолел полусон. Мерещилось, будто над ними машут чёрные крылья, а на крыльях мертвецы, отыскивающие, где это они укрылись.

Наконец забрезжило ясное, прозрачное утро. Воздух посвежел и промытые дождём бледные небеса источали неяркий свет. Черепашки наспех позавтракали и сразу тронулись в путь.

Они все утро карабкались вверх по осыпи. Нашли ущелье, которое вывело их в долину, пролегавшую в подходящем направлении. Но внезапно путь им преградил зубчатый, точно пила, хребет. Друзья попытались одолеть его с ходу, но не тут-то было. Тогда они пошли вдоль хребта, пытаясь найти лощину и чуть не заблудились. Они настолько запутались, что уже не знали, куда идти: направо, налево, вперёд или назад. Но вдруг Рафаэль, который шёл впереди остальных, обернулся и крикнул:

– Эй! Здесь тропа!

Черепашки обрадовались. Это действительно была тропа. Она вилась, выползала из нижних перелесков и терялась на пути к вершине. Местами она совсем заросла, кое-где её загромоздили валуны и упавшие стволы, но было видно, что когда-то по ней очень часто ходили. Вокруг старые деревья были срублены или сломаны, и огромные скалы расколоты или отодвинуты в сторону.

Они пошли по тропе, но шли очень осторожно, особенно когда забрели в тенистый лес, а тропа стала шире и отчётливее. Вынырнув из густого ельника, они устремились вниз по склону. Тропа исчезла за могучей скалой. Черепашки все шли и увидели, что дорога ведёт на тяжёлое взлобье, обросшее деревьями. Преодолев его, они спустились по крутому склону и снова оказались на краю ущелья, по дну которого текла река.

Вечерело. Тени удлинялись. Сколько хватало глаз, дорога была по-прежнему пуста. Они сошли с насыпи, свернули направо и продолжили путь. Сбоку надвигался длинный отрог, скрывая закатное солнце, и навстречу им с гор повеяло стужей.

Черепашки уже стали высматривать по сторонам место для ночёвки, но не успели они пройти и нескольких сот метров, как невесть откуда взявшийся дым начал пощипывать им глаза. Вскоре почти ничего не стало видно. Ив этой глухой молочной пелене сзади раздался какой-то стук.

– Как будто молотком по железу! – воскликнул Леонардо.

Неожиданно для всех дым стал исчезать и по обе стороны дороги со свистом закрутился грозный вихрь.

– Э, кажется, это наш старый знакомый! – Донателло оглядывался по сторонам.

Черепашки припустили вперёд, стараясь не думать о том, что их окружало. Деревья стояли мёртвые, сучья их, покрытые белой коркой, хрустели и трещали, когда друзья пробегали мимо.

И тут сзади донёсся отчётливый, звонкий перестук копыт. Черепашки резко оглянулись, но – о, ужас! – сзади никого не было. Копыта стучали всё ближе и ближе, их стук надвигался, и скоро черепашки почувствовали, как на них наваливается какая-то тяжесть. Они снова оглянулись – опять никого.

– Спокойно, спокойно, ребята, – приговаривал себе под нос Микеланджело.

Они бежали вперёд, уже ничего не ощущая, ничего, кроме надвигающейся опасности. Зло – вот что преследовало их! Вперёд! Вперёд!… Но что-то невидимое и непонятное догнало их, сильно толкнуло в спину. Черепашки полетели кубарем. Однако, не оглядываясь, вскочили и снова бросились бежать. Небо затянуло тёмным покрывалом, они спотыкались, падали и получали удары по бокам из пустого пространства. Кто-то невидимый избивал их, а черепашки даже не знали, как ему ответить.

Мост! Он вырос перед друзьями внезапно, и они сразу же узнали это место. Да, это был действительно тот самый деревянный мост, через который с большим трудом перебрался их «бьюик». Но сейчас он выглядел добротно и был явно в хорошем состоянии.

– Ну, теперь уже недалеко! – воскликнул Леонардо, и черепашки ступили на деревянный настил. Он казался одной из тех вещей, которые существуют вечно: нельзя было представить себе, что он когда-то обрушится.

Пинки и толчки сзади и сбоку сразу же прекратились. Их оставили в покое. Осторожно оглядываясь по сторонам, друзья неуверенно шагали над бездонной пропастью. Вокруг стало тихо, туман рассеялся и в красных лучах заходящего солнца на горизонте на самой вершине горы перед ними вырос силуэт знакомого замка.

– Да уж, мы почти у цели, – мрачно объявил Донателло.

Но по мере того, как черепашки приближались к середине моста, тот под их ногами начинал всё сильнее дрожать. Скрипели сухие доски, визжали кованые гвозди. Мост затрясся в бешеной пляске. Он шатался и прогибался, как будто пытался сбросить с себя бесстрашных героев в бездонную пропасть, по дну которой, шумя и бурля среди камней, текла быстрая река.

– Держитесь! – крикнул Микеланджело.

Они ухватились за перила моста, но те постоянно вырывались из рук. Тогда черепашки упали на доски, и ползком стали подбираться к спасительному краю ущелья. По мосту прошли жуткие волны, он весь колотился, стонал. Но друзья, всё же, обливаясь потом, вконец измученные, выползли на спасительный край. Совершенно обессилевшие они долго лежали без движений.

– История повторяется, – мрачно заметил Донателло. – Как видно, нам не остаётся пути к отступлению, придётся идти вперёд!

Вдруг на черепашек накатилось ощущение, будто за ними кто-то пристально наблюдает. Друзья поднялись на ноги, затяну ли потуже пояса и решительно направились в сторону осиновой аллеи. Но сколько они ни пытались вглядеться в густую темноту, туда, где – они это прекрасно помнили – стоит покинутый замок, они так ничего и не увидели. Ощущение, что за ними кто-то наблюдает, все не покидало их.

Черепашки ниндзя подошли к аллее. Снова клубился туман. Он рваными клочьями полз между стволов деревьев. Ноги ступили на пожухлые, облетевшие листья и, шелестя ими, черепашки двинулись дальше, продолжая вглядываться в темноту.

Друзья насторожённо прислушивались. Ночь полнилась шорохами и скрипом деревьев.

Вдруг, где-то совсем недалеко, с грохотом и треском рухнуло старое дерево.

Черепашки вздрогнули, их ноги как будто приросли к земле. Странные нечеловеческие звуки и крики заполнили все вокруг.

Друзья затравленно озирались. Они вдруг поняли, что не знают, в какой стороне замок, не знают, куда нужно идти. Звуки – хрипы и стоны – слышались со всех сторон. Они наплывали вместе с туманом. Скрипели деревья, сыпалась листва, снова закружился вокруг них знакомый вихрь.

Лес ожил. Стали падать деревья, хрустели ветки, выворачивались пни. Сама земля заходила ходуном под ногами.

Черепашки совершенно потеряли дорогу, и никак не могли понять, в какую сторону им броситься – туман спрятал от них последние проблески заходящего солнца.

Листья начали разлетаться в разные стороны. Дёрн приподнялся, вздыбился. Из-под него стали со скрипом выскакивать длинные извивающиеся корни. Они, как руки, потянулись к черепашкам и стали опутывать их тела. Они цеплялись за ноги, извивались как змеи, ползли к лицу, опутывали руки, туловища, захлёстывали шеи, стягивались всё туже и туже.

Черепашки готовы были закричать от ужаса, и только гигантская сила воли удерживала их от этого. Они судорожно дёргались, пытаясь освободиться, но не могли двинуться с места, прикованные гибкими корнями к земле. Корни острыми шипами рвали на них кожу, впивались в тело. Глаза друзей были полны ужаса и страдания. Необъятный страх охватывал и переполнял их.

Вокруг всё пришло в движение: теперь шевелились ветви и стволы деревьев. Даже маленькие травинки, тонкие стебли тянулись к ним, опутывая и связывая.

– Только не сдаваться! – из последних сил закричал Микеланджело своим друзьям. – Только не сдаваться!…

Черепашки собрали всю свою волю, всю свою силу и с натужным криком одновременно рванулись. Корни, как гнилые верёвки, начали трещать. Неожиданная маленькая победа воодушевила черепашек. Они стали освобождать ноги, руки, по которым стекала кровь. Они ещё раз, собрав все силы, рванулись и почувствовали, что освободились. Друзья бросились бежать напролом, не зная куда. У них было только одно инстинктивное желание – спастись любой ценой, выжить, убежать, достигнуть цели, выполнить просьбу Гиндальфа. Они бежали, не разбирая дороги. Ветви хлестали их по лицу. Черепашки задыхались, падали, вставали на ноги и снова продолжали бежать. Они не понимали сами, каким образом, каким чувством смогли найти дорогу к замку. Что-то неведомое, невидимое и непонятное гналось за ними. Шелестели листья. Они закручивались вихрем, взлетали высоко в небо, сыпались дождём.

То, что гналось за ними, казалось, вот-вот настигнет их, схватит, убьёт. Когда друзья решили, что им осталось жить совсем недолго, они, наконец, вырвались из-под тени зловещей аллеи, перебежали большую открытую площадку и пересекли ров по подвесному мосту. Их быстрые шаги гулким эхом отозвались под сводами башни ворот. Черепашки с ходу ворвались в каминный зал замка.

Здесь всё было почти как и прежде, – когда они впервые пересекли порог этой огромной комнаты. Не хватало только больших часов с боем. На том месте, где стояли они, зияла огромная дыра в стене – вход в подземелье. Было и ещё одно отличие, которое сразу же бросилось в глаза. На столе, покрытом всё той же белоснежной скатертью, вместо роскошных блюд и дорогих приборов стоял чёрный гроб.

Черепашки замерли на пороге, тяжело дыша и вытирая пот со своих лиц. Они затравленно озирались, пытаясь предугадать, что же уготовила им судьба на этот раз.

Внезапно крышка гроба со страшным скрипом приподнялась и отлетела в сторону. В гробу лежала женщина. Друзья стояли как будто окаменевшие и смотрели на неё. Наконец Леонардо сделал неуверенный шаг, чтобы взглянуть на умершую. Трепет пробежал по его жилам – перед ним лежала такая красавица, каких он не видывал в жизни. Казалось, никогда ещё черты лица не были образованы в такой очевидной и тонкой гармонии. Она лежала, как живая. Лоб был белым, как снег, и, казалось, под ним жила мысль. Брови тонкие, ровные горделиво приподнимались над закрытыми глазами. Ресницы, упавшие стрелками на щёки, казалось, сомкнулись лишь мгновение назад. Губы, плотно сжатые, будто готовы были усмехнуться. Но всё же в чертах её лица виделось что-то недоброе.

Леонардо почувствовал, что душа его болезненно заныла, и вдруг что-то очень знакомое показалось ему в лице женщины.

– Ведьма! – воскликнул он не своим голосом и отскочил в сторону.

Друзья быстро последовали за ним. Действительно, броская красота усопшей казалась страшной. Может быть, женщина не поразила бы их, если бы была не так красива и свежа. Но в чертах её не было ничего мёртвого. Лицо было живым. Черепашкам показалось даже, будто она глядит на них закрытыми глазами. Только тишина в замке была мёртвая. Гроб стоял неподвижно.

Внезапно женщина поднялась и резко села. Усопшая стала меняться прямо на глазах, пока не превратилась в синий труп. Она стала страшна. Щёлкнула зубами и открыла мёртвые свои глаза.

– Да! Это я! – прошамкали чёрные губы. Глухо стала она ворочать языком, выговаривая страшные слова. Они напоминали по звучанию клокотание кипящей смолы. Что значили они, черепашки не знали, но что-то страшное в них явно заключалось. И тут Микеланджело понял, что она произнесла заклинание.

ГЛАВА 9. ПЫТКА

– Вам не достать «Призыв мёртвых» – прорычала старуха, – вы умрёте!

Черепашки не успели вымолвить и слова, как стали рушиться стены, взрываться полы. Из всех щелей, дыр, проломов стали вылазить десятки, сотни трупов, которые навалились на них, подмяли под себя, скрутили, связали толстыми верёвками и поволокли в глубокое подземелье.

– Вам не достать «Книги мёртвых», – слышали друзья вопли старухи. – Вы умрёте!…

Избитых и скрученных черепашек проволокли жуткими коридорами знакомого уже подземелья, где из камер раздавались стоны измученных жертв, впихнули в камеру пыток.

За столом на высоких готических стульях восседали три мертвеца, облачённые в чёрные мантии. Квадратные чёрные шапочки красовались на их безобразных головах, кисточки того же цвета болтались у них перед лицом. Четвёртый мертвец стоял возле стола. На нём до самого пояса был накинут красный балахон с капюшоном, на котором оставались только прорези для глаз. Пустые глазницы виднелись за ними. Это был палач. Но самым страшным было то, что они увидели девушку со связанными за спиной руками, которая на коленях стояла перед столом.

– Эйприл! – воскликнул Леонардо. Но это была не Эйприл, а Мария. Черепашек подтолкнули и швырнули на деревянный пол рядом с нею. Судья спросил у Марии, не она ли прочитала страшное заклинание из книги «Призыв мёртвых», чем вызвала пробуждение усопших от сна, внесла беспокойство в их безмятежное существование, разбередила их души. Та ответила, что ничего этого она сделать не могла, потому что никогда не видела названную книгу.

– А, вы? – спросил судья у черепашек.

– Мы тоже не могли прочитать заклинание, – ответил за друзей Микеланджело, – мы сюда попали по чистой случайности. Нашего друга Леонардо уговорил поехать на уик-энд в этот замок пьяница Мики. А книгу прочитал профессор Кронк, который жил в замке незадолго до нашего приезда. Он записал заклинание на магнитофон. Мы же всего только по чистой случайности включили запись.

Судья спросил, настаивают ли они на том, что не виновны. Черепашки и Мария утвердительно кивнули. Тогда судья сказал печально:

– Улики против вас важные, обвинение представляется основательным. Если вы не сознаётесь, вам придётся претерпеть пытку.

– Не трогайте Марию, не трогайте девушку! – вскричал Донателло.

– Молчи, – прошептала ему Мария, – вы не сможете вынести тех мук, которые может претерпеть женщина! – и, увидев, что друзья побледнели, боясь за неё, добавила. – У меня есть сила и ненависть.

– Не трогайте девушку, – сказал Леонардо.

– Возьмите меня вместо них! – крикнула Мария.

Судья, не обращая внимания на их спор, спросил у палача, принёс ли он все орудия пытки, чтобы узнать истину.

– Всё готово, – ответил палач. Судьи посоветовались и решили, что для раскрытия правды, надо начать с Марии.

– Ибо, – сказал один из них, – благородные герои, которых корчат из себя эти черепахи, не смогут смотреть на страдания девушки и сознаются в преступлении ради её избавления.

– Посади девушку, – сказал судья палачу, – и вложи руки и ноги её в тиски.

Палач повиновался.

– Не надо, не надо, – взмолился Рафаэль. – Возьмите меня вместо неё. Раздробите мне кости рук и ног, но отпустите девушку!

– Успокойся, – снова произнесла Мария. – Меня не покинули сила и ненависть.

Черепашки побледнели и смолкли, дрожа от возмущения. Тиски состояли из маленьких деревянных палочек, которые вкладывались между пальцев, и были так хитроумно соединены верёвочками, что палач мог по требованию судей сдавить разом все пальцы, сорвать мясо с косточек и раздробить их или же причинить жертве лишь слабую боль. Он вложил руки и ноги Марии в тиски.

– Дави! – сказал судья.

Он сдавил очень сильно. Тогда, обратившись к Марии, судья сказал:

– Признаешься ли ты, что прочитала заклинание?

– Нет, – застонала она.

– Дави сильней! – приказал судья. Черепашки, желая прийти девушке на помощь, старались разорвать верёвки, освободить свои руки и ноги. – Не надо, не давите, господа судьи, – просил Микеланджело. – Это косточки женщины, нежные и хрупкие. Птица может сломать их своим клювом. Не давите! Господин палач, я говорю не с вами, потому что вы ведь обязаны выполнять приказы судей. Но сжальтесь, не давите!

– Нет, я не читала, – проговорила Мария. Черепашки умолкли, но увидев, что палач всё сильней и сильней закручивает тиски, они снова не выдержали.

– Сжальтесь, сжальтесь, господа судьи! Вы раздавите ей пальцы. Она не сможет ходить! Помилуйте, господа судьи!

– Признаешься? – спросил судья у Марии.

– Нет! – вскричала она.

Кости её трещали, и кровь капала с ног на землю. На всё это смотрели черепашки, дрожа от муки и гнева. Говорили:

– Женские кости, господа судьи! Не ломайте их!

– Нет, – стонала Мария, и голос её был тих, словно голос призрака.

А черепашки дрожали и кричали:

– Что же это, господа судьи, ведь кровь льётся из рук и ног! Переломали кости молодой девушке!

– Признайтесь за неё, – обратился судья к черепашкам.

Те потупили глаза и молчали. Никто из них не мог признаться в том, чего они не совершали.

– Да, эта женщина одарена твёрдостью мужчины, – сказал судья. – Надо испытать этих господ. Они как братья, насколько я знаю, и каждому будет невыносимо смотреть на мучения одного из них.

Мария ничего не слышала, ибо от невероятной боли потеряла сознание. При помощи уксуса её привели в себя.

– Этого! – палач ткнул пальцем в Леонардо. По приказанию судьи к рукам Лео привязали верёвки, перекинутые через блок, ввинченный в потолок. Палач начал вздёргивать, встряхивать, подбрасывать вверх и кидать вниз обвиняемого. Девять раз проделал он это между тем, как к обеим ногам Леонардо было привязано по гире в двадцать пять фунтов каждая. При девятой встряске ниндзя понял, что скоро ему не хватит силы мышц и кости начнут выходить из суставов.

– Сознайся, – сказал судья.

– Нет, – ответил Леонардо.

Палач ещё раз поднял и сбросил Лео. Кости ног стали вытягиваться из суставов, но он не закричал.

– Отпустите его, отпустите! Возьмите нас вместо него! – кричали черепашки.

– Вы смеётесь над судьями? – спросил один из старшин.

– До смеха ли нам, – отвечали черепашки, – это вам показалось, честное слово.

Затем они увидели, как палач, по приказу судьи, раздул в жаровне уголь, а его подручный принёс две свечи.

– Уберите уголья, господа судьи, пожалейте нашего друга, уберите уголья! – молили черепашки.

– Нет! – отчаянно крикнул Леонардо, увидев, что начинает ослабевать.

Леонардо в отчаянии посмотрел на талисман, который подарила ему девушка.

– Вот видишь, – повернулся он в её сторону, – и твой подарок не помогает.

И тут он успел заметить искру непонимания в глазах девушки. «Стоп! – подумал он, – а Мария ли это?»– И снова вгляделся в её глаза. В самой глубине их он увидел что-то прозрачное и холодное, как лёд. Что-то знакомое навеял ему этот взгляд. «Ведьма», – обожгла его страшная догадка.

– Ведьма! – во весь голос закричал он, обращаясь к своим друзьям, – это всё жуткий театр. Над нами смеются, над нами издеваются!

Мария закрыла лицо руками. И вдруг страшно закричала, одёрнув их от лица. Это было страшное зрелище. Черепашки увидели лицо Марии, но оно было другим, таким, будто девушка месяц пролежала в гробу и успела изрядно разложиться. Её голова самопроизвольно моталась на шее, пальцы рук с длинными ногтями вздрагивали и судорожно сжимались. Кожа была мертвенно-синей.

– Ты прав, мой дорогой, ты прав! – дико визжала мёртвая тварь.

И тут черепашки увидели, что это совсем не Мария, а старуха-ведьма.

ГЛАВА 10. ТРАГИЧЕСКАЯ ОПЛОШНОСТЬ

Микеланджело с большим трудом встал на колени и, превозмогая отвращение, нанёс отчаянный удар в живот ведьмы. Старуха отлетела к подиуму и ударилась о стол. Толчок был такой сильный, что стол опрокинулся, подмяв под себя судью и его помощников. Палач отпустил верёвку и бросился на помощь своим начальникам.

Измученный Леонардо грохнулся на пол возле пылающей жаровни. Вихрь поднялся посреди камеры пыток. Попадали на землю дьявольские приспособления. Двери сорвались с петель и несметная толпа мертвецов влетела в комнату.

Страшный шум от стука костей, царапанья ногтей наполнил помещение. Вокруг все летало, носилось, толкало и ударяло черепашек. Видно проклятая ведьма наделала несметное количество грехов, что все тёмные силы встали на её защиту.

Мертвецы метались вокруг связанных черепашек, избивая и царапая их.

Никто не обращал внимания на измученного Леонардо, который лежал поодаль. Спину его сильно жгло от горячих углей, и ниндзя решился на почти безумный поступок.

Леонардо подполз ещё ближе к пылающей жаровне и опустил внутрь её свои связанные руки. Стиснув зубы от невыносимой боли, он дождался того момента, когда начали гореть верёвки. И тогда герой из последних сил рванул их и освободился.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13