Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Галактическое Содружество (№3) - Алмазная маска

ModernLib.Net / Фэнтези / Мэй Джулиан / Алмазная маска - Чтение (стр. 24)
Автор: Мэй Джулиан
Жанр: Фэнтези
Серия: Галактическое Содружество

 

 


— Будем надеяться, что это случится пораньше, — громко прошептал Клинтон. — Мы на Оканагоне теперь стали такие суеверные.

Наступила тишина. Все присутствующие знали о неутихающих слухах, что прежний глава Оканагона умер не своей смертью, однако ни Магистрат, ни особая комиссия Консилиума, присланная лилмиком, не смогли найти доказательств существования заговора.

Да, подумала про себя Маша, надо будет повнимательней присмотреться к этому молодчику.

— Грем — замечательный человек, — сказала Катриона, — и многие годы он был на своем месте. Если бы вы знали, какой он работяга!.. Золото!.. Но, к сожалению, сейчас заметно сдал. Законодательное собрание уже направило петицию Первому Магнату с просьбой испросить у Верховного лилмика разрешение заменить Грема. Ответа не последовало. Нам остается только ждать.

В разговор вступила Маша:

— Вот еще какой вопрос меня просили поставить на обсуждение. Сын Поля Ремиларда, шестнадцатилетний Джек, на следующей сессии будет принят в состав магнатов. Ему будет присвоено звание Великого Магистра, как и его брату Марку. Но у Марка только три метаспособности достигли наивысшего развития, а у молодого Джека все пять.

— М-да! — покачал головой Калем. — Вначале Марк. Теперь еще и Джек… Если бы нам удалось перетянуть их на нашу сторону, мы бы победили в любом случае!

— Есть непроверенные сведения, — очень осторожно начал Хироши, — что Марк страдает сильнейшим — и крайне необычным! — психическим расстройством. Утверждают также, что на почве внутреннего разлада, при известных условиях — все это, конечно, только предположение — в его сознании мог родиться этакий ментальный дьявол. Маньяк-убийца…

— Как? — недоверчиво спросил Калем Сорли. — Вы шутите?

— Вы имеете в виду дело Гидры-Фурии, не так ли, Хироши? Самый «надежно хранимый» секрет семьи Ремилардов? — спросила Катриона.

— Ну-у, для нас это давным-давно не было тайной, — подхватил Вассерман. — Но мы считали, что убийцы и их неизвестный кукловод канули в небытие. Четырнадцать лет от них не было ни слуху ни духу.

— Гидра вернулась, — сказал Хироши Кадама. — И вновь совершено убийство. Следы, оставленные на месте преступления, те же, что и раньше. Раз появилась Гидра, следовательно, где-то рядом прячется и Фурия.

— Что это за зверинец? — нетерпеливо спросил Калем.

— Адриен Ремилард поделился со мной сведениями о недавних покушениях. Сожалею, что не могу передать вам разговор со всеми подробностями. — Хироши глянул на Машу, как бы спрашивая разрешение, и, не получив ответа, продолжил: — Откровенность Адриена объясняется тем… ну, одним словом, некто неосторожно советовал отложить это дело до той поры, пока не выяснится окончательно, кто является Фурией. Существует твердое мнение, подтвержденное вескими доказательствами, что ею может быть кто-то из Ремилардов. Как раз имя Марка в этой связи употребляется чаще других. Если Марк на самом деле Фурия, то он очень быстро погубит наше движение. Мы никогда не узнаем, что за дьявольская сила контролирует его сознание. И Адриен и Северен твердят одно и то же — мы обязаны воспользоваться изобретением Марка, но его самого нельзя привлекать к нашей борьбе.

— Какого черта мы тратим столько времени на бесцельный разговор?! — взорвался Калем. — Что нам, больше обсуждать нечего?

— Помолчи, — приказала ему Катриона. — Я позже объясню тебе, что к чему. — Потом она повернулась к Маше: — Что насчет Джека? Он сочувствует нам в вопросе об отношении к Галактическому Разуму?

— Нет, — ответила профессор. — Моя мать говорит, что он очень уклончив в ответах. Затаил свои мысли под защитным экраном и изображает из себя святую невинность. Учится как одержимый, получает одну степень за другой, много времени проводит, занимаясь медитацией. До Анны дошли слухи, что в случае с Джеком мы имеем дело с неизвестной ранее физической аномалией, что его внешний облик только видимость. Она впрямую спросила Адриена и Северена, те замялись, но отрицать не стали. Такое впечатление, что он способен вести бестелесное существование. Его сознание живет как бы само по себе…

— Интересно, как на следующей сессии поведет себя этот таинственный вундеркинд — особенно когда сотни сильных в метапсихическом смысле умов сфокусируются на нем, — засмеялась Катриона.

— А не может ли маленький засранец оказаться одной из частей Гидры? — спросил Якоб.

— Адриен особо подчеркивал, что никто из Ремилардов не верит, что Джек имеет отношение к убийствам.

— Тогда, может, — прошептал Вассерман, — кто-нибудь из наших яйцеголовых умников, сведущий в психологических тонкостях, сумеет «просветить» ублюдка?

Калем хищно усмехнулся.

— Вот и займись им, Як?

Для Кайла Макдональда разговор утратил всякий интерес. Какой Джек! Какие Ремиларды, когда рядом сидит обожаемая женщина, чувство к которой так и не истаяло за эти годы. Маша даже некоторую неловкость испытывала под его задумчивым нежным взглядом.

— Джек уже выбрал профессию? — бесцеремонно перебил разговаривающих Клинтон Альварес. — Он уже решил, чем займется?

— Пока нет, — ответил Хироши, затем отхлебнул чай из чашки и спросил Машу: — Кайл рассказал нам о причине, заставившей вас совершить путешествие на Каледонию, профессор. Вы, должно быть, испытываете чувство огромной радости и гордости — ведь двое ваших внучат обнаружили недюжинные метаспособности?

— Ох, и не говорите, — махнула рукой Маша. — Я в полной растерянности. Местный метапсихический институт вряд ли сможет обеспечить полноценное воспитание оперантов такой высокой пробы, поэтому я вынуждена увезти детей на Землю. Мы отправляемся через два дня. Я даже представить не могу, как моя внучка перенесет разлуку с отцом. Она его так любит — он вдовствует, и расстаться с ним… А ей уже одиннадцать лет. — Маша вздохнула. — Далее невозможно оттягивать обучение…

— Каков их потенциал? — поинтересовалась Катриона. Маша помолчала, потом ответила:

— Согласно предварительным испытаниям, проведенным здесь, на Каледонии, Кеннет выказал особые успехи в дальновидении и сокрушающей силе — уровень что-то около полноценного магистра. Дороти сильна во всех пяти областях… Предел нащупать не смогли…

— Вы имеете в виду, что верхней границы не обнаружено? — Альварес стремительно подался вперед. — Что, возможно, еще один Великий Магистр?

Маша не ответила на этот вопрос, только сказала:

— Оба — и брат и сестра — должны пройти обследование в клинике Катрин Ремилард в Нью-Гемпшире, на Земле. Тогда можно будет утверждать что-то более определенное. Пока у меня нет ответа…

— Еще один Великий Магистр! — воскликнул Калем. — И не какой-то там чертов янки Ремилард, а наша чистокровная шотландская девчонка!..

— Матерь Божья! — выкатила глаза Катриона.

— Нью-Гемпшир… — Альварес принял задумчивый вид. — Цитадель Династии Ремилардов. Там вы можете добыть ценнейшую информацию, необходимую для всего нашего движения.

Маша поводила пальцем по скатерти.

— Постараюсь сделать что смогу.

— Постарайтесь сблизиться с Катрин, насколько это возможно, — энергично подхватил Якоб Вассерман. — Правда, она является горячей сторонницей галактического метаобъединения.

Маша кивнула.

Наступила тишина. В ней особенно ясно разлилось отчаяние, охватившее Кайла Макдональда. Неужели она прилетела только на два дня? Все остальные накрепко заперли свои мысли под защитными экранами. К столу подошел официант, принес счет… На первом этаже вдруг так громыхнуло, что посетители в зале вздрогнули, завертели головами. Пол под ногами заходил ходуном, дикие звуки нейтронного рока потрясли здание.

Хироши повысил голос и спросил у Маши:

— У вас есть еще что-нибудь, профессор?

Она отрицательно покачала головой.

— Я еще достаточно молодой член организации и провожу совещания с нашими приверженцами что-то около полугода, ведь только прошлой зимой я сдала «вступительный экзамен». — Она поежилась. — Этот детектор лжи, созданный в Кембридже, — дьявольская штука. После тотальной проверки я неделю не могла прийти в себя.

— Что ничуть не отразилось на твоей красоте. — Голос у Кайла дрогнул.

Маша почувствовала, как злость на саму себя поднялась в ее душе. Подумать только — от его слов она позволила себе покраснеть.

Чертов Кайл по-прежнему с обожанием смотрел на жену. Это было так неуместно. Лучшего момента не мог выбрать, чтобы удариться в сантименты!.. Если бы можно было забыть о прошлом — о всем плохом, что было между ними. Или о хорошем?.. Ее сердце дрогнуло. Это было удивительно — она, опытная женщина, много натерпевшаяся с этим мужчиной, уже бабушка, не могла совладать с собой, с тем извечным зовом, который она испытала совсем юной девчонкой. Легко иронизировать, пресекать все попытки к сближению, которые пять лет назад предпринимал этот старый алкоголик с сизым носом — да еще в прожилках! — набрякшими веками, морщинистыми руками, а как быть, когда перед тобой прежний Кайл — он даже галстук в клетку надел, тот же самый, что был на нем в день их первой встречи. Конечно, не тот же самый, но очень похожий — в золотисто-голубую клетку, которая всегда была ему к лицу.

Кайл, словно почувствовав, что жена припомнила былое и против воли уже отдалась ему, сразу повеселел, взорлил… Маша невольно усмехнулась — ну, неисправимый бабник; умеет он с нашей сестрой обращаться. Вот он, ее первая любовь, отец ее детей, спившийся, изолгавшийся писака… Все-таки она не совсем права; во-первых, в своих книгах он никогда не лгал; во-вторых, писакой его тоже назвать нельзя… Вот он, Кайл Макдональд, — ее боль и радость, ее мужчина…

Хироши Кадама поднялся с места и проверил счет.

— Пожалуйста, позвольте мне расплатиться. Не пора ли покинуть это чудненькое местечко. Все здесь хорошо, только слишком громко. Не перейти ли нам на телепатический код?

Все молча стали подниматься. Хироши расплатился, Кайл помог жене надеть плащ. Все направились к лестнице. Рок громыхал по-прежнему. На улице заметно похолодало, тротуар покрылся ледяной коркой и стал скользким, как каток. Якоб Вассерман развернул над головами товарищей метапсихический зонтик. Каждый из собравшихся тут же увеличил силу сцепления подошв с осклизлой поверхностью.

— Очень рад был повидаться с вами, профессор Макгрегор-Гаврыс, — сказал Вассерман и взял ее под руку. — Не теряйте присутствия духа, позаботьтесь о ваших с Кайлом внуках. Они должны получить самое лучшее воспитание.

— Придет срок, и я постараюсь обратить Дороти и Кеннета в нашу веру. И любого другого человека, который встретится на моем пути.

Кадама церемонно поклонился ей.

— Это будет большой радостью для нас обрести таких товарищей по борьбе. До встречи на сессии Консилиума, дорогая Маша. Я буду рад познакомить вас со своей женой и детьми.

Кайл не мог дождаться, когда же они наконец распрощаются.

— Этак вы опоздаете на последний челнок в космопорт, — подал он голос.

— Не беспокойтесь, Кайл, — ответил Хироши. — Я заказал рокрафты-такси, а ты, будь любезен, проводи нашу дорогую гостью в отель.

Чудеса!

Тут же в ночной сырости возникли два металлических яйца, и скоро писатель и его жена остались одни на обледенелом тротуаре. Как в старое, доброе время…

— Прошу в мой экипаж, — дрогнувшим голосом произнес Макдональд.

Его яйцо фирмы Порше, находившееся рядом на стоянке, уже покрыла ледяная корка почти в сантиметр толщиной, так что и дверь не удавалось открыть.

— Позволь мне, — сказала Маша.

Она вперила взгляд в борт машины, сфокусировала сокрушительную силу в тонкий тепловой луч. Облачко пара окутало дверной замок. Через минуту металл не только освободился ото льда, но и подсох и даже согрелся. Они устроились в салоне — Кайл с размаху захлопнул дверцу. Ледяная корка посыпалась со стекол.

— Куда? — спросил он. — К тебе или ко мне?

— Я совсем потеряла голову, — вздохнув, ответила она. — Ах ты, старый греховодник. Олух ты царя небесного. Я даже не подозревала…

Он поцеловал ее.

— Ради Бога, только не здесь, — простонала она.

Кайл принялся расстегивать пуговицы на ее плаще, потом на блузке. Дышал неровно, часто, потом, будто опомнившись, убрал руку, еще раз поцеловал Машу и провозгласил:

— Вперед! В ночное небо. Нас ждет буря, ветер!..

— Господи, — сказала Маша. — Совсем рехнулся. — Тут она вспомнила, что утром в пять часов ее будет ждать заказанный для полета на ферму Туат рокрафт.

— Какие пустяки, — беспечно заметил Кайл, — я сам отвезу тебя. Ты пока постели на заднем сиденье. Оно раскладывается.

— Но мои вещи… — запротестовала она.

— Подождут в отеле. Видишь плед, который подсунут в изголовье, любимая. Постели его… Помнишь, откуда он?

— Да, — тихо ответила Маша.

— С фермы Макгрегор, куда мы с тобой давным-давно сбежали. Золотые были денечки…

— Какой же ты все-таки глупый, Кайл.

16


Сектор 12: звезда 12-337-010 (Гриан)

Планета 4 (Каледония)

36 миос меадонах а'гемрадх

29 августа 2068 года


Доди, Доди, это я. Я! Моя девочка…

Мама? Мамочка!.. Но ты же… умерла?!

Смерть всего лишь оборотная сторона жизни. Теперь я пребываю на небесах. Все существует во всем. Теперь мой дом за пределами видимого мира, но также и в кругу его. Я такое же реальное существо, как ты. Мне о многом надо рассказать тебе, объяснить, предостеречь, ведь ты теперь стала оперантом.

Ты есть сон, не так ли?

В каком-то смысле я действительно пришла из твоего воображаемого мира. То есть я как бы выдумана тобою — только в этом различие между нами. На самом деле я воочию беседую с тобой. Мой образ соткался из твоих воспоминаний, потому что у меня нет физического тела, но мое «эго» — реально.

Тогда почему мой ангел тебя не любит?

Твой (пауза) что?

Мой ангел. (Изображение.) Он запрограммированный ментальный ответ. Ангел служит моим советчиком и наставляет меня в метапсихических операциях. Но его в действительности нет. Но создан он кем-то реальным.

Кем, Доди?

Я не знаю.

Для меня, очень важно знать, кто его создатель?

Мамочка, пожалуйста, не настаивай. Ты не должна заставлять меня, я уже не ребенок.

Конечно нет. (Раскаяние + душевное волнение.) Прости, Доди. Ты теперь взрослая девочка и выдающийся оперант… или станешь им, когда закончишь обучение. Меня это так удивило. Я догадывалась, что у тебя сильные скрытые способности, но и мечтать не могла, что ты когда-нибудь станешь Великим Магистром.

Что из того?

Тебе все объяснят… когда ты прилетишь на Землю. Великий Магистр — это значит, что мощь твоего сознания не имеет верхнего предела. По крайней мере, его не могут измерить. Я так горжусь тобой. Это такая радость для всех нас!..

…Поэтому ты и пришла?

Я теперь буду часто приходить к тебе. Или, скажем так, — являться. Буду помогать, давать советы, стану твоим другом. Я же очень люблю тебя. Куда сильнее, чем твой папа. Он не в состоянии понять, что значит обладание метапсихическими способностями. Когда я была жива, он боялся меня. Сейчас его будешь пугать ты, он разлюбит тебя.

…Но у него и в помине нет таких мыслей! Я… вылечу его страхи. Он просто не умеет выказывать любовь, уж такой он человек. Но он любит меня, а я его.

Да, конечно. Но нормальный человек никогда не сможет до конца понять мысли, чувства и поступки истинных людей. Ведь мы способны творить такие чудеса, которые им недоступны. Ты еще столкнешься с этим, Доди. Ты даже представить не можешь, что жизнь твоя совершенно изменилась…

Я очень хочу остаться здесь, на Каледонии. Я скрывала от людей свои способности. Но теперь это случилось, и я перестала быть хозяйкой своей судьбы. Мое мнение больше не спрашивают, мне предписывают решение, которое я должна беспрекословно выполнять. Что в этом хорошего?

Какая ты глупенькая, Доди. Неужели ты мечтаешь всю жизнь провести на ферме вместе с батраками, с нерожденными ублюдками, которые ненавидят тебя. Они больше ни на что не способны, как только собирать урожай воздушной травы, ухаживать за скотом, пить, жрать… Ты же знаешь, что Гевин Бойд спит и видит, как бы сотворить тебе какую-нибудь пакость. Раньше он был папиным любимчиком, а теперь ты. И он отчаянно завидует тебе. Джанет Финлей ты тоже не по нраву. Она изводит твоего отца требованиями, чтобы тот женился на ней, и ей кажется, что это ты отговариваешь его.

Я никогда не поступала подобным образом!

Да, я знаю. Но если ты останешься, она с каждым годом будет относиться к тебе все более и более нетерпимо, а от Гевина всегда можно ждать беды… Нет, ты должна покинуть ферму. Пройдет немного времени, и ты поймешь, что я была права. Посмотри, как обрадовался Кени, когда узнал, что его забирают отсюда.

Папа мечтает, чтобы Кени… был похож на Гевина. Стал таким же сильным, немногословным. Но папа никогда не пытался сломать его, принудить… Он никогда не обижал его. Он его тоже любит.

Кеннет рвется на Землю, там ему будет куда лучше. Тебе тоже. И мне… Работать на ферме — это может любой нормальный человек, но вы способны на большее! Разве ты не слышишь зов, разве не чувствуешь, что принадлежишь к числу избранных?

Да, но призвание, как я понимаю его, есть нечто, обязывающее помогать людям.

Правильно. Ох, Доди, ты всегда была такая рассудительная, такая правильная… Я так рада, что у тебя открылись способности. Теперь я буду рядом с тобой, можешь положиться на меня, посоветоваться в трудных вопросах.

Мамочка, это было бы замечательно! Но… пока не надо. У меня и так все перепуталось в голове.

Понимаю. Моя бедная девочка… Вот почему тебе потребуется моя помощь. Кто еще, кроме самого близкого человека, сможет оказать ее…

Я должна обдумать все это. (Упорство.) Иначе… толку не будет.

Но я же люблю тебя! Хочу быть рядом с тобой! Быть твоим другом.

Теперь, когда я стала оперантом?

Да, дорогая.

И Кени тоже? Ты и к нему придешь?

Ну-у, конечно, и к нему тоже… Все будет зависеть от того, захочет ли сам Кени. Мы вместе явимся к нему. Как-нибудь… Но сейчас лучше всего, если ты будешь держать нашу встречу в секрете. Свидания с тобой — это такая привилегия — дар, что ли, — которой наградили меня высшие силы. Ведь наша встреча так необычна, кое-кто может неправильно истолковать ее. Даже Кени. Никогда не упоминай о наших встречах.

Мамочка, я хочу спросить… Ты не рассердишься?

Конечно нет, дорогая.

Это Джек послал тебя?

Джек?!

Это тот человек, который все время пытался связаться со мной. Его голос был настолько силен, что я испугалась и отказалась отвечать. Он утверждает, что он — мальчик, живущий на Земле. Ты с ним знакома? Не он ли сообщил тебе, что я стала оперантом, и послал твой голос на Каледонию?

Я… знаю Джека, но он ничего не знает обо мне. Он не имеет никакого отношения к моему появлению. Джек очень опасный человек, радость моя. Хорошо, что ты не ответила на его призыв. И в дальнейшем поступай так же.

Слава Богу, теперь я спокойна.

Выслушай меня, Доди. Джек хочет установить контроль над сильными сознаниями оперантов, поработить их. Он заявляет, что его намерения самые дружеские, что он стремится помочь, но он лжет. Никогда не позволяй ему входить в твое сознание. Ни при каких обстоятельствах! Хорошо, что я успела предупредить тебя, (Забота + страх.)

Не беспокойся, мамочка.

Теперь мне надо уйти… Тебе пора вставать, у тебя еще столько дел на ферме. Надо все успеть прежде, чем ты уедешь из Глен Туат. До свидания, моя девочка, я скоро вновь приду. У меня есть для тебя потрясающее известие. Обязательно поделюсь с тобой. В следующий раз. До свидания.

До свидания… мама.


Сон?

Ди открыла глаза. В комнате еще темно, за обледенелым окном падали снежинки. Уже шесть часов. Пора вставать, столько дел предстоит переделать — накормить скот и лошадок в нижних загонах. Как же не попрощаться с Пиджином и Кутах!

Вот это сон! Сплошное беспокойство. Почему?

…Должно быть, на Земле ей в первое время придется нелегко, ведь сутки на Каледонии на два часа длиннее. И месяцы другие. Наш спутник Ре Нуад — вон он посверкивает серпастым ободком в ясном, холодном, звездном небе — вращается куда неспешней. Год, правда, примерно такой же продолжительности… Как там все обернется, в Древнем мире?

Никогда не упоминай о наших встречах — так, кажется, было сказано во сне.

На деревьях там зеленые листья — это стало непривычно. И трава зеленая — такая скука… А вот небо голубое — это здорово! Самая большая диковинка в галактике — пронзительно-голубое небо!.. Почва там не сотрясается под ногами.

…Ну-ка, ну-ка.

Неожиданная мысль всплыла в сознании — что-то не так в этом сне. Что-то там было такое… Что-то очень важное, надо вспомнить.

Ди медленно выпростала ноги из-под одеяла, спустила их на пол, покрытый стареньким истертым ковром, — пошарила большими пальцами, поискала тапки. Прежде чем мысленно приказать лампочке вспыхнуть, приблизилась к окну, выглянула на улицу.

Шел снег, первый снег в этом году. Недели две назад заморозок едва покрыл проселки, лес, долину реки, теперь же за окном падали большие белые хлопья. Склоны каменистого холма, на котором возвышалась усадьба, в ясных утренних сумерках напоминали взбитую подушку. Редкая линия огней сияла в полумраке — снег искрился и посверкивал. Яйца-рокрафты, стоявшие у ангара, принарядились — прикрылись белыми кепками. За покрывшимися пухом деревьями сияли окна дома, где жила семья Мензисов. Только один коттедж и остался жилым — все остальные работники на зиму отправились в Грампиан Таун или Макл Скери. Там будут жить до весны, до нового сезона…

Сон!

Ладно, сон дурацкий, но почему она так забеспокоилась? Что не дает покоя сознанию?

Ангел, помоги!

Тут она вспомнила. Восстановила в памяти увиденный ею во сне образ матери. Она была одета по-походному, как и в день смерти. Мама улыбалась и что-то говорила ей… Что?

Ангел, ангел, это правда была моя мама?

Нет.

Я так и думала. Ее аура была переполнена злобой. Кто она, что ей было нужно?

Существо, которое разговаривало с тобой, называют Фурией. Это не женщина и не мужчина, а только некая духовная сущность. Чистое сознание… Сознание, взрастившее в себе ненависть ко всей Вселенной, к ее творцу. В некотором смысле Фурия обладает определенной силой. Кроме проникновения в чужие мысли, она способна с помощью дальновидения преодолевать межзвездные просторы.

Подобно этому ужасному Джеку?

Фурия не Джек. Она ненавидит его и боится, впрочем, как теперь эта тварь начинает опасаться тебя. Фурия представляет из себя ту силу, которая направляет Гидру. Она породила ее, воспитала и использует как орудие осуществления своих планов.

Это чудище, которое убило мою маму?

Фурия как раз то существо, которое несет ответственность за смерть твоей мамы, дяди Роби и тети Ровен. Она приказала Гидре погубить их. Без Гидры Фурия практически бессильна. В этом ее слабость. Каждый раз ей приходится действовать чужими руками — в том случае руками Гидры. Напрямую она способна бороться только с подобным ей сознанием.

Эта Гидра… их четверо! Я их знаю. Я их видела, когда они убивали маму, дядю Роби и тетю Ровен.

Да. Все огромные потенциальные возможности Фурии реализуются через четырех составляющих Гидры, которые в нужный момент объединяются в страшный метаконцерт. Главной целью Фурии является разрушение Галактического Содружества, для этого она вербует помощников Гидре.

Но зачем разрушать Содружество?

Теперь, когда ты имеешь начальные сведения в области метапсихики и знакома с ментальным автографом Фурии, с ее метапсихической эманацией, у тебя есть возможность поставить надежную защиту от ее проникновения. Но ведь ты храбрая и разумная девочка, ты способна сама найти правильный ответ.

Как? (Подозрение + отстранение.)

Она прекратила разговор, отошла от окна, мысленно нажала на выключатель в комнате. Девочка начала одеваться. Ангел помалкивал, потом неожиданно сам подал голос:

Ты можешь по-прежнему встречаться с Фурией.

—  Позволить этому страшилищу, прикидывающемуся мамой, пробраться в мое сознание? Ангел, ты сошел с ума? — вслух спросила Доротея.

Да, в какой-то мере подобный образ действия может представлять опасность. Но ты оказалась в уникальном положении, ты одна можешь спасти Содружество. Пока Фурия не готова навредить тебе. Она попытается обратить тебя в свою веру. Помни, Фурия сама практически не способна нанести ущерб человеку. Гидра на короткое время может сконцентрировать огромную мощь, но этого мало, чтобы принудить тебя стать последовательницей Фурии. Ты слишком сильна как оперант. Ты в состоянии вести себя с Фурией на равных. Как и с Гидрой тоже…

Понятно… Это должен быть мой свободный выбор?

Правильно. Если ты поведешь себя умно, воспользуешься моментом и попытаешься проникнуть в ее планы — заставишь хоть чуть-чуть открыться, — ты окажешь большую услугу Содружеству. Мы сможем предпринять контрмеры.

Я смогу погубить убийцу мамы? За то, чтобы восторжествовала справедливость, я готова жизнь положить. Только хватит ли у меня сил? Разве возможно погубить бестелесное сознание? — спросила Доротея. — А тебя, ангел, можно уничтожить?

Ты не совсем ясно представляешь ситуацию. Фурия как бы опухоль, патологическое извращение здорового сознания здорового человека. Его второе, дьявольское, «я». Сам он даже может не осознавать, что носит в себе монстра. Я не знаю, кто этот человек. Даже лилмик не знает… Если обнаружить носителя, то монстра можно разрушить.

Это лилмик?

Нет. Кто-то из Ремилардов. Действуя вместе, слившись в метаконцерт, Ремиларды способны уничтожить Фурию. Они взяли на себя обязательство поступить с этой тварью так, как она того заслуживает.

Ди помедлила — в руках она держала меховой сапожок с термопрокладкой.

Я уже слышала об этом. Первый Магнат — ведь он из Ремилардов?.. И папа просил Гран Машу забрать нас с Кеном и поместить в самое лучшее учебное заведение, а ведь Дартмутский колледж как раз и принадлежит Ремилардам. Там еще есть какой-то институт, им руководит женщина по имени Катрин… Если мне удастся узнать что-то важное о Фурии, может, не стоит говорить об этом Ремилардам?

Нет! Ни при каких обстоятельствах!.. Ты скажешь мне, я сам извещу Ремилардов.

Ди нахмурилась, подумала немного, надела сапоги, поднялась и принялась расчесывать волосы.

Я так думаю… если Фурия начнет давить слишком сильно, я всегда смогу защитить свои мысли?

Да. Позже, когда вы как бы сблизитесь, Фурия, возможно, что-нибудь заподозрит и решит, что ты представляешь реальную угрозу. Тогда следует быть особо бдительной. Но это в том случае, если ты согласишься помочь изловить чудовище. Я верю, что все будет хорошо, но опасность велика.

Опасность, подумала Ди, это не самое страшное. Хватит ли выдержки? Фурия будет годами изводить ее, прежде чем ей удастся узнать что-нибудь стоящее… С другой стороны…

Ангел, я сделаю то, о чем ты просишь. Я буду очень осторожна.

Хорошо. Позови меня, когда тебе потребуется совет.

Девочка-подросток невольно кивнула, и ангел растворился во мраке подвала, где хранились ящички с чудесными силами.

Ди достала коробочку, где лежали ее украшения. Все вещи уже были собраны — осталось только то, что она наденет в дорогу. Вот золотая цепочка с четырьмя персикового цвета жемчужинами — подарок дедушки, вот заветная заколка в виде маски. Сегодня заколка, усыпанная мелкими сверкающими камешками, сияла как-то особенно весело, задорно… Ди улыбнулась и приколола алмазную маску к блузке.


Завтрак на ферме Глен Туат в этот день прошел на удивление тихо. Гевин Бойд не мог скрыть своей радости — с отъездом Ди он опять получал лучший флитер. Хью Мер-док и Элен Ган с унылыми лицами жевали жареную картошку — каждому еще достался кусочек жареного гуся и чашка горячего компота. Мысли их были невеселы — теперь с отъездом Ди и Кена на них свалятся дополнительные обязанности. Ян Макдональд сидел с непроницаемым суровым лицом. Джанет пыталась заговорить с ним, но он не обращал на нее внимания. Хозяйка была в прекрасном настроении — наконец-то она избавится от этих противных ублюдков, которые отравляли ей существование на протяжении долгих шести лет.

Когда все поели и Ян отправился в свой офис при фабрике, Джанет начала раздавать задания на день. Дети молча выслушали ее, потом уже в прихожей, одеваясь, Кен спросил сестру:

— Ты собралась?

— Да, — ответила Доротея. — Перед отъездом я бы хотела немного погулять.

— О-о. — Гевин сделал печальное лицо. — Малышка Додо желает в последний раз побродить по окрестностям, чтобы запечатлеть в памяти здешние пейзажи.

Ди по-доброму посмотрела на него.

— Да, Гевин. — Она улыбнулась. — Хочу запечатлеть… И учти вот что: я еще вернусь на Каледонию. — С этими словами она вышла на крыльцо и осторожно притворила за собой дверь.

Снега нападало до середины голени — пушистого, мягкого. Брести по нему совсем нетрудно. Был ранний рассвет. Еще горел фонарь у веранды, однако на востоке, над горами, уже сочно тлел край серо-жемчужного небосвода. Ди спустилась до середины склона, остановилась, окинула взглядом местность, тускло посвечивающую сквозь стылую чистую даль. Воздух был настолько прозрачен и ясен, что, казалось, обладал весом — драгоценная, обволакивающая жидкость. У Ди перехватило дыхание — вот дом, который нарисовала мама, а построил отец. Они с Кеном здесь родились. На этом месте глотнули в первый раз чудесной, целительной жидкости. Дом красив и добротен — он стойко противостоял ураганам, погуливающим по просторам Бейн Биораха, землетрясениям, чуть ли не еженедельно сотрясающим почву. Она навсегда полюбила эти места, этот дом, реку, позванивавшую подо льдом, горы, даже вулкан, попыхивающий вдали дымком. Ди как бы воплотилась во все это, слилась со снежинками, камнями, небом — душа запела, вздрогнула… Она прошептала:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35