Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Всадники Перна (№2) - Странствия дракона

ModernLib.Net / Эпическая фантастика / Маккефри Энн / Странствия дракона - Чтение (стр. 1)
Автор: Маккефри Энн
Жанр: Эпическая фантастика
Серия: Всадники Перна

 

 


Энн Маккефри

Странствия дракона

ПРОЛОГ

Ракбет, в созвездии Стрельца, был золотистой звездой класса G. В его систему входили два пояса астероидов, пять планет – и еще одна, блуждающая, притянутая и связанная узами тяготения в последние тысячелетия. Когда люди впервые обосновались на третьей планете системы Ракбета, получившей название Перн, они не обратили особенного внимания на странную планету-пришелицу, что вращалась вокруг центрального светила по очень вытянутой и неустойчивой эллиптической орбите. В течение нескольких поколений люди не слишком много думали об этой Алой Звезде – пока однажды она не подошла в перигелии близко к Перну.

Когда влияние остальных тел системы Ракбета не мешало сближению планет, чуждая жизнь, безжалостная и хищная, стремилась преодолеть узкий пространственный разрыв и перебраться в более гостеприимный мир. Кто знает, сколько тысячелетий Алая Звезда с неотвратимой цикличностью наносила эти смертоносные удары; но теперь на Перне были люди.

Потери, понесенные вначале колонистами, были устрашающими. Началась длительная борьба за выживание, отчаянное сражение с бедствием, что дождем серебряных нитей неслось сквозь небеса Перна. И как раз в эти горестные трудные годы связь с материнской планетой была окончательно утрачена.

В свое время периниты разобрали транспортные корабли и отказались от многих технологических достижений – все это казалось ненужным и неуместным на девственной, благодатной планете. Теперь же, чтобы защититься от вторжения Нитей, у наиболее изобретательных колонистов зародился план, рассчитанный на века. Его первая стадия заключалась в совершенствовании одного из уникальных биологических видов усыновившей их планеты. Мужчин и женщин, способных к глубокому сопереживанию, обладающих врожденным даром телепатии, обучали использовать и сохранять этих необычных животных. «Драконы», названные так в память о сказочных созданиях из земных легенд, обладали двумя чрезвычайно полезными свойствами: они почти мгновенно перемещались из одного места в другое, и после того, как заглатывали некий местный минерал, содержащий фосфин, умели выдыхать пламя. Таким образом, поднявшись под облака, драконы могли сжигать Нити в воздухе и не допускать их падения на почву. Чтобы реализовать первый этап плана, потребовалось несколько поколений. Одновременно осуществлялась и вторая стадия, но ее окончательное завершение требовало значительно большего времени. Зато она гарантировала надежную защиту от вторжения смертоносных спор. Ибо Нити являлись всего лишь микозоидными спорами, способными преодолевать космическое пространство и, достигнув обитаемого мира, с бессмысленной прожорливостью поглощать любую органическую материю. Попадая на плодородную поверхность Перна, они зарывались в мягкую почву и начинали стремительно размножаться.

Инициаторы программы защиты надеялись, что вторая часть плана даст быстрые результаты – хотя бы в психологическом отношении. Периниты видели, как клубки Нитей пылают в воздухе и серым пеплом падают вниз; это успокаивало их и вселяло веру в собственные силы. Но низменный Южный материк, где вначале была осуществлена вторая часть плана, оказался неприспособленным для обороны; все колонисты были переселены на Северный континент, где могучие горные хребты, изобилующие естественными пещерами, могли служить защитой в годину бедствий. Новые поселения на севере создавались тяжким трудом, и вскоре о благодатном Южном материке было забыто. Как, впрочем, и о далекой родине колонистов – Земле. С каждым новым поколением воспоминания о материнской планете все больше окутывались туманом, превращаясь в легенды, пока не исчезли из дальнейшей истории Перна, окончательно канув в забвение.

Форт, первоначальное поселение, вырубленное в восточном склоне Великого Западного хребта, вскоре стал слишком тесным для колонистов. Второй город был заложен дальше к северу, около большого озера, где в скалах обнаружилось множество пещер. Однако через несколько поколений холд Руат тоже оказался переполненным. Так как Алая Звезда всходила на восточном небосклоне, было решено направить экспедиции в восточные горы, чтобы разведать места, удобные для создания наблюдательных пунктов и убежищ. Единственным подходящим местом были пещеры, так как только камень и металл (которым, к сожалению, Перн оказался не очень богат) могли защитить от обжигающих ударов Нитей.

К тому времени в процессе селекции крылатые, длиннохвостые, огнедышащие драконы достигли таких размеров, что содержать их в тесноте пещерных городов-холдов стало невозможно. Тогда периниты обратили внимание на кратеры древних потухших вулканов, внутренние склоны которых были источены огромными пещерами. Одна такая вершина находилась вблизи Форта; другую обнаружили в горах Бендена на восточной оконечности материка. Их приспособили для обитания драконов и их всадников, но на этот проект ушли последние запасы горючего для гигантских горнопроходческих машин, и все остальные холды и Вейры высекались в скалах вручную.

Задачи у всадников и у людей, обитавших в холдах, были различны; различны были и их жизненные уклады, которые постепенно освящались обычаями – пока не превратились в традицию, нерушимую, как закон. Затем наступил период, равный двумстам Оборотам Перна вокруг светила, когда Алая Звезда, одинокая замерзшая странница, находилась в дальнем конце своей эллиптической орбиты. На почву Перна больше не падали Нити. Люди успокоились, они обрели наконец ту жизнь, о которой мечтали, когда впервые высадились на гостеприимной, плодородной планете. Они стерли следы опустошения, разбили фруктовые сады, вспахали поля и намеревались восстановить на склонах гор уничтоженные Нитями леса. Они даже сумели позабыть о том, что совсем недавно находились на грани вымирания. В течение мирного периода род драконов множился и процветал; согласно разработанному ранее плану защиты были основаны четыре новых лагеря в кратерах вулканов. Правда, за это время люди полностью забыли о второй части плана. Но Нити вернулись. Началось новое Прохождение, пятьдесят Оборотов ужаса, которым грозили небеса. И периниты благословляли предков, чья мудрая предусмотрительность спасла их много поколений спустя. Огненным дыханием драконы уничтожали в воздухе падающие Нити, защищая поселения людей.

К моменту, когда Алая Звезда в третий раз сблизилась с Перном, на планете уже сложилась прочная политико-экономическая структура, позволяющая успешно бороться с регулярными бедствиями. Шесть Вейров – так стали называть лагеря всадников в кратерах потухших вулканов – взяли под защиту весь Северный материк, разделив его на шесть областей. Остальное население должно было оказывать поддержку Вейрам, так как обитавшие в них бойцы не могли тратить силы и время на поиски пропитания – тем более, что вблизи вулканических пиков не нашлось пригодной для обработки земли. В мирные периоды всадники растили драконов и обучали молодежь; во время Прохождений они сражались с Нитями.

В районах, изобиловавших естественными пещерами, в плодородных долинах рек росли города-холды. Некоторые из них, расположенные в стратегических точках, развивались с особой стремительностью. Чтобы управлять ими, бороться с ужасом и отчаянием, которые охватывали население во время атак Нитей, требовались сильные люди. Нужны были мудрые администраторы, чтобы организовать сбор и хранение запасов продовольствия на весь период, когда не представлялось возможным вырастить урожай. Людей, обладавших способностями к работе с металлом, умевших разводить животных, ловить рыбу, ткать, добывать руду (там, где она была), объединили в цеха. Каждый цех включал несколько мастерских, расположенных, как правило, в самых больших холдах. Одна из мастерских считалась главной – там ремесленники совершенствовали свое искусство, там обучали молодежь, передавая из поколения в поколение секреты мастерства. Чтобы лорды, правители холдов, на землях которых находились мастерские, не могли прибрать к рукам их продукцию, ремесленникам было предоставлено самоуправление. Они подчинялись только Главному мастеру своего цеха, которого выбирали из числа наиболее опытных и уважаемых людей. Главный мастер полностью отвечал за продукцию цеха, ее качество и распределение; его мастерские работали для всего Перна.

Со временем, конечно, права и привилегии властителей холдов и Главных мастеров увеличились; то же самое относилось и к всадникам, под защитой которых находились все поселения на планете.

Итак, Алая Звезда с неумолимым постоянством раз за разом сближалась с Перном и затем удалялась от него, будто предоставляя истерзанной планете передышку. Порой случалось так, что под влиянием остальных пяти спутников Ракбета она проходила слишком далеко от Перна, чтобы суметь сбросить на него смертоносные споры. Иногда же гравитационные силы планет системы словно подталкивали Алую Звезду к несчастному миру, и тогда Нити безжалостным дождем сыпались на его почву. Страх порождает фанатичную веру, и периниты не были исключением. Лишь всадники могли защитить Перн, и их положение в планетарном сообществе с каждым Оборотом становилось прочнее. Но человечеству свойственно забывать неприятное, нежелательное. Кажется, если игнорировать опасность, то и сама причина древнего ужаса исчезнет, пропадет, канет в небытие…

Однажды Алая Звезда прошла настолько далеко от Перна, что небо его осталось чистым. Наступила эпоха процветания; люди занимали все новые и новые богатые земли, врубались в твердые скалы, служившие надежным укрытием для городов-холдов, покрывали долины рек садами и пашнями. Периниты были так заняты, так увлечены, что не замечали, как уменьшалось число драконов, как приходил в упадок последний Вейр – единственный Вейр, оставшийся на всем Перне. Долгое, долгое время Алая Звезда, ужас прошлого, не восходила на рассветном небосклоне. И если даже ей неизбежно суждено было когда-нибудь появиться, кто бы стал думать о столь отдаленном будущем?

Итак, сменилось пять поколений, и потомки отважных всадников впали в немилость. Забылись легенды об их храбрости, героические баллады древних лет стали считаться пустой похвальбой, и лишь пять таинственно опустевших Вейров напоминали о былом величии Племени Дракона.

Но путь, которым следовала Алая Звезда, с безжалостной неотвратимостью должен был снова привести ее к Перну. Пришло время, и зловещий алый глаз вновь вспыхнул на рассветном небе обреченной планеты – однако его мерцающий свет лишь пробуждал у людей смутное беспокойство. Только один из немногих оставшихся бронзовых всадников – Ф'лар, всадник Мнемента – верил, что в древних сказаниях сокрыта истина. Он поделился этими мыслями с Ф'нором, всадником Канта, своим сводным братом, и тот согласился с ним. Вера в высокое предназначение всадников зажгла их сердца; каким бы страшным ни было грядущее, оно казалось им лучше бесцельного прозябания в единственном Вейре Перна. Когда на площадку рождений Вейра Бенден легло последнее золотое яйцо умирающей королевы драконов, Ф'лар и Ф'нор решили воспользоваться случаем для захвата власти над Вейром. По древнему обычаю всадники вылетели в Поиск, чтобы найти девушку, способную пройти обряд Запечатления вместе с молодой королевой в момент ее появления из яйца. В холде Руат братья обнаружили юную девушку, одаренную необычайной телепатической мощью и силой духа. Лесса была единственным потомком гордых лордов Руата; вся ее семья погибла много Оборотов назад во время междоусобной стычки.

Лесса прошла Запечатление с молодой Рамотой, новой королевой, и стала Госпожой Вейра Бенден. Когда молодая королева поднялась в свой первый брачный полет, Мнемент, бронзовый дракон Ф'лара, догнал ее. По освященной тысячелетиями традиции Ф'лар стал Предводителем Вейра, возглавив всех всадников Перна. Втроем – Лесса, Ф'лар и Ф'нор – сумели убедить властителей холдов и мастеров в том, что на Перн надвигается страшная опасность. Они начали готовить почти беззащитную планету к обороне. Однако было ясно, что две сотни драконов Бендена не смогут прикрыть разросшиеся поселения перинитов. В старые времена для этого требовалось шесть полных Вейров, а обитаемые области были намного меньше.

Во время одного из тренировочных полетов Лесса случайно обнаружила, что драконы могут не только почти мгновенно перемещаться в пространстве, но и путешествовать во времени. Тогда, рискнув своей жизнью и жизнью единственной на планете королевы – продолжательницы рода драконов, Лесса отправилась в прошлое, на четыреста Оборотов назад, в ту эпоху, когда заканчивалось последнее Прохождение Алой Звезды, когда все Вейры Перна, и Бенден, и пять других, были заполнены всадниками и драконами. Вожди пяти Вейров, предчувствуя, что после долгих лет героических битв их ожидает период застоя и упадка, согласились помочь своим потомкам и отправились вместе с Лессой в ее время.

Семь Оборотов прошло с тех пор, как завершилось это великое переселение. Первоначальный восторг и благодарность, которые испытывали холды и цеха к своим спасителям, успели остыть. Да и Древним всадникам, выходцам из прошлого, не нравился новый Перн и та эпоха, в которой они очутились. Слишком много изменений произошло за четыреста Оборотов – изменений, которые неизбежно вели к конфликту между прошлым и настоящим.

Глава 1

Форт холд, мастерская Робинтона, утро; Вейр Бенден, послеполуденное время; позднее утро (по времени Телгара), Главная мастерская цеха кузнецов, холд Телгар

«Как начать?» – размышлял Робинтон, Главный мастер арфистов Перна.

Он хмурился в раздумье, склонившись над влажной поверхностью песка, заполнявшем неглубокий прямоугольный лоток на рабочем столе. Его длинное, вытянутое лицо пересекли глубокие морщины; голубые глаза, обычно смотревшие на мир с нескрываемым острым интересом, потемнели, подернулись дымкой, выдававшей внутреннее напряжение.

На миг он представил, как песок в такт его невнятному бормотанью покрывается словами и нотами… Словно он, первейший на всем Перне сочинитель баллад, саг и песен, научился творить мыслью. Робинтон усмехнулся. Все-таки ему нужно придумать эту новую балладу, которую предстоит впервые исполнить на предстоящем вскоре бракосочетании лорда Асгенара, правителя Лемоса, и сестры лорда Ларада Телгарского. Он получил уже немало сообщений о воцарившемся повсюду смятении и недовольстве – и от бродячих музыкантов своего цеха, и по барабанной связи. Робинтон хотел воспользоваться подходящим случаем, чтобы напомнить гостям – каждому лорду и каждому мастеру, приглашенным на торжество, – об их долге перед всадниками Перна.

Итак, – решил Робинтон, – он выберет темой своей баллады то фантастическое путешествие сквозь время, которое совершила Лесса, Госпожа Вейра Бенден, вместе со своей золотой королевой Рамотой. Он хорошо помнил, какую радость и облегчение испытали лорды и мастера, когда пять Древних Вейров, завершив путь в четыре сотни Оборотов, прибыли на защиту Перна.

Да, но как воссоздать в мелодии очарование тех неистовых дней? Какие ритмы способны оживить былой восторг? Даже самые волнующие аккорды не смогут передать толчок крови в виске, затаенный вздох, трепет ужаса и воскрешенную робкую надежду… Все, что случилось в то утро, после падения Нитей на Нерат, когда Ф'лар собрал в Бендене перепуганных лордов и мастеров… Когда он сумел вдохнуть мужество в их сердца. Нельзя, однако, сказать, что властители холдов внезапно осознали свой долг перед Вейром. Слишком реальна была опасность… и перед глазами лордов, несомненно, стояли их цветущие поля, опаленные ударами Нитей, которые уже считались выдумкой, мифом; они ясно представляли тысячи нор, заполненных молниеносно размножающимися паразитами, и предчувствовали, что вся их дальнейшая жизнь пройдет в каменных мешках холдов, за железными дверьми и ставнями. В тот день они были готовы продать Ф'лару свои тела и души, лишь бы он только смог защитить их от Нитей. И Лесса – да, Лесса, сумела спасти их, едва не расставшись при этом с жизнью.

Робинтон посмотрел на ровную поверхность песка в лотке; яркие картины, всплывшие перед его глазами, внезапно потускнели.

– Песок памяти высыхает быстро, – вполголоса пробормотал он, окинув взглядом густонаселенную долину, лежавшую за окном. Она тянулась к скалистому обрыву, над которым располагался Форт, старейший из великих холдов Перна. На гребне горы стоял часовой. Обычно там было не меньше шести стражей, наблюдавших за небом; однако уже наступило время посева, и лорд Грох послал на поля всех, кто мог держаться на ногах – даже детей, очищавших от буйной весенней травы камни защитной полосы и стены холда. Ближе к лету он, пожалуй, не рискнет отрывать детей от их дела, как бы ему ни хотелось обработать побольше земли…

Сам Грох, несомненно, сейчас был в поле, гарцевал от участка к участку на одном из этих длинноногих животных, выведенных Согрейни, мастером скотоводов. Властитель Форта казался неутомимым; его выпуклые голубые глаза никогда не пропускали плохо обрезанное дерево или невскопанную полосу земли. Он был дородным мужчиной с седоватыми волосами, аккуратно схваченными кожаной лентой, и слишком легко впадал в гнев. Однако, несмотря на свой высокомерный вид и раздражительность, он не требовал от обитателей своего холда, от детей и воспитанников ничего такого, что не смог бы сделать сам. Правда, лорд отличался довольно консервативным образом мыслей, но он сознавал границы своих возможностей, и это знание придавало ему уверенности.

Робинтон поджал нижнюю губу; удивительно, как человек, подобный лорду Гроху, смог пренебречь одной из своих традиционных обязанностей – уничтожением зелени вблизи мест обитания людей! Или же это было его ответом на сетования Вейра по поводу необъятности лесных угодий Форт холда, которые они должны защищать? Вождь Форт Вейра Т'тон и Мардра, его подруга, уже не так тщательно следили за тем, чтобы ни одна нора Нитей в буйных субтропических лесах не осталась без внимания их всадников. Однако сам Грох проявлял прежнее усердие; когда Нити падали в его леса, туда немедленно отправлялись наземные команды с огнеметами. У Гроха было несколько отрядов наблюдателей и скороходов, которые действовали на земле не менее эффективно, чем всадники – в воздухе; любая Нить, которой удавалось избежать огненного дыхания драконов, разыскивалась и уничтожалась.

Но в последнее время до Робинтона стали доходить очень неприятные слухи – причем не только из Форт холда. Рано или поздно арфист оказывался в курсе любой сплетни, произнесенной самым тихим шепотом, а уж он-то умел отличить истину от наговора и клевету от небрежного высказывания. Хотя Робинтон не отличался склонностью к панике – что неоднократно подтверждалось на протяжении многих лет – сейчас в его сердце начинал закрадываться холодок тревоги.

Мастер арфистов откинулся в кресле, разглядывая яркое голубое небо за окном, свежую зелень полей, плодовые деревья в золотистом цветении, сверкающие чистые камни небольших холдов, что выстроились вдоль дороги, которая вела ж главному поселению, мастерские цехов, сгрудившиеся у подножия широкой защитной полосы, обегавшей стены большого внешнего двора Форта. Если его подозрения не беспочвенны, то что он мог сделать? Заклеймить нерадивых в очередной балладе? Написать сатиру? Робинтон фыркнул. Лорд Грох был слишком прямолинеен для того, чтобы отнести сатирические выпады на свой счет. К тому же – Робинтон раздраженно нахмурился – если Грох и проявил небрежность, то только в ответ на гораздо большую небрежность Вейра. Он невольно содрогнулся, представив, что могут сделать несколько пропущенных Нитей с огромными лесными массивами на юге.

Да, он может написать балладу и спеть ее Мардре и Т'тону, вождям Вейра – но это выльется в пустой звук. С недавних пор Мардра стала очень раздражительной. Ходят разные слухи… И если они верны, то ей нужно действовать весьма дипломатично, чтобы освободить кресло Предводителя. Пусть другие мужчины ищут ее благосклонности, раз Т'тон получил отставку. Странное дело. Стоит послушать болтовню женщин в холде, и каждому станет ясно, что Предводитель Форта по-прежнему крепок и силен… Даже слишком силен – кое в чем ему приходится сдерживать себя. Лорду Гроху не очень нравится, что чуть ли не половина его подданных носит семя Племени Дракона…

«Еще один тупик, – подумал Робинтон с угрюмой улыбкой. – Обычаи холда отличаются от морали Вейра… Может быть, стоит послать слово Ф'лару Бенденскому? Впрочем, бесполезно. Он ничем не сумеет помочь… Вейры автономны, и любой совет Ф'лара может быть воспринят, как оскорбление… Причем не только одним Т'тоном». Хотя арфист знал, что в подобной ситуации вождь Бендена встанет на сторону людей холда.

Не в первый раз за последние месяцы Робинтон горько пожалел, что молодой вождь Бендена семь Оборотов назад, когда Лесса привела из прошлого Вейры Древних, столь поспешно распростился с властью. До этого Ф'лар сумел за несколько недель объединить весь Перн и поднять его на борьбу с надвигающейся угрозой. Все соединились в едином порыве – каждый лорд, каждый мастер, житель холда, ремесленник… Этот союз распался, когда Предводители Древних восстановили свой традиционный протекторат над холдами, и благодарный Перн подтвердил все их привилегии. Однако за прошедшие четыре сотни Оборотов многое изменилось, и Древним предстояло столкнуться с переменами…

Вероятно, наступило время напомнить лордам о тех днях, когда их спасение зависело лишь от хрупких крыльев драконов да отваги двух сотен всадников, верных своему долгу.

«Ну, у арфиста тоже есть долг, – подумал Робинтон, разглаживая мокрый песок. – И обязательства, которые нужно выполнять».

Через двенадцать дней Ларад, лорд Телгарский, вручит свою сестру, Фамиру, владетелю Лемоса, лорду Асгенару. И мастер арфистов просто обязан появиться на празднике с новыми, подобающими случаю песнями. Там будут и Ф'лар с Лессой – холд Лемос находится под защитой Вейра Бенден. Там соберется вся знать – вожди Вейров, лорды и мастера, – чтобы почтить своим присутствием торжество.

«Гости послушают веселые песни арфиста, а в промежутках меж ними сам арфист хорошенько закусит», – Робинтон усмехнулся в предвкушении пира и занес над песком стило.

Ради Лессы стоит постараться… Ее тема должна звучать нежно, призывно… но ни в коем случае не упрощенно. Она уже стала легендой… Арфист невольно улыбнулся, представив хрупкую, невысокую Госпожу Бендена, с ее белой кожей, облаком пышных темных волос, искрящимися серыми глазами и острым язычком. Не было человека на Перне, который отказал бы ей в уважении… или отважился бы рассердить – кроме Ф'лара, конечно.

Теперь надо подобрать мелодический ряд для Предводителя Бендена… Жесткие глаза цвета янтаря, сухой, резкий профиль воина, врожденное, почти неосознанное чувство превосходства… Тут надо что-то боевое, грозное, как набат. Стоит ли включать эпизод о том бескровном сражении на склонах Бендена? В конце концов, это всего лишь небольшие трения между лордами и вождем Вейра. Сейчас ясно, что без всадников плодородная земля Перна стала бы пустыней после первой же атаки Нитей – даже если каждого мужчину, женщину и ребенка вооружить огнеметом. Одна Нить, хорошо укоренившись, способна дать потомство, пожирающее поля, луга и леса Перна со скоростью летящего дракона, уничтожающее все живое – кроме твердой скалы, воды и металла… Робинтон покачал головой, устрашенный собственной фантазией.

Так… Теперь Фандарел, мастер кузнецов… Огромный, с громоподобным голосом, бесконечно любознательный, всегда в делах… Руки большие, но искусные, чуткие… Главную тему поведет барабан… Только подумать, как обманчива внешность кузнеца! Любой решит, что такой гигант с медленными, осторожными движениями – тугодум…

Печальные, тихие аккорды… Это Лайтол, который был всадником Бендена и потерял своего дракона, Ларта, во время Весенних Игр. Несчастный случай… Сколько же прошло с тех пор? Четырнадцать, пятнадцать Оборотов? Лайтол покинул Вейр – жизнь там каждое мгновение напоминала бы о его страшной потере – и стал ткачом. Он возглавлял мастерскую цеха швейников в холде Плоскогорья, когда Ф'лар отправился на Поиск и встретил Лессу. Потом Лесса отказалась от прав на Руат в пользу младенца Джексома… Да, и Ф'лар поставил Лайтола управляющим холдом. Он и сейчас там, со своим воспитанником… Мальчику скоро будет восемь Оборотов. А как ему выразить тот трепет, то почтительное уважение, которое люди Перна испытывают перед драконами? Не существует мелодии столь величественной, чтобы по достоинству воспеть этих огромных крылатых зверей, с которыми человек проходил обряд Запечатления в тот миг, когда они появлялись из яйца… Люди любили их, холили и преклонялись перед ними… Вместе они бились с Нитями, уничтожая их огненным дыханием… Дракон и всадник – защитники Перна… На всю жизнь их объединяла нерасторжимая телепатическая связь, неизмеримо превосходившая обычную речь… «Как это можно выразить?» – подумал Робинтон, вспомнив мечту своей юности – стать всадником.

Неким таинственным образом драконы Перна могли попадать в Промежуток, в ледяной безбрежный мрак, лежащий за пределами видимого мира. Прыжок сквозь Промежуток позволял им в мгновение ока переноситься с одного места в другое… даже путешествовать во времени!

Арфист вздохнул. Это потрясало воображение! И вот рука его потянулась ж песку, стило выдавило первую ноту, начертило первое слово… детские надежды Робинтона дали песне жизнь.

Он едва успел вывести начальную строфу на мягкой глине, чтобы сохранить текст, как первый удар барабана прервал его труды. Робинтон быстро вышел в маленький внутренний дворик и, склонив голову, прислушался: все верно, серия частых ударов, код его цеха… Он настолько сосредоточил слух, что даже не заметил, как над строениями мастерской вновь повисла тишина.

«Нити?» В горле у него внезапно пересохло. Ему не надо было заглядывать в таблицы с расписанием атак, чтобы понять: Нити на побережье холда Тиллек начали падать слишком рано.

На противоположном конце долины, на стене Форт холда, безучастный к чужому бедствию, размеренно вышагивал часовой.

* * *

Воздух в огромной чаше Вейра Бенден уже был напоен теплом весеннего полдня, когда Ф'нор вслед за своим большим коричневым Кантом выбрался на карниз. Всадник зевнул и потянулся – так, что хрустнуло в спине. Прошлый день он провел на западном побережье в поисках подходящих для обряда Запечатления подростков. Он приглядывался и к девушкам, потому что на площадке рождений Вейра Бенден зрело новое золотое яйцо. «В Бендене, несомненно, рождается больше драконов и больше королев, чем во всех Вейрах Древних», – подумал Ф'нор.

– Хочешь есть? – спросил он своего коричневого, бросив взгляд вниз, на дно скалистой чаши Вейра. Возле загона для скота кормящихся драконов не было видно; животные, расставив передние ноги и свесив головы к костистым коленям, дремали на теплом солнце.

«Хочу спать», – ответил Кант, хотя спал он так же долго и столь же глубоко, как его всадник. Коричневый дракон выбрал место поудобнее, вздохнул и улегся на нагретом солнцем карнизе.

– Лентяй несчастный, – нежно улыбнувшись своему зверю, сказал Ф'нор. Солнце освещало противоположную сторону жерла потухшего вулкана, гигантской котловины, служившей жилищем всадникам на восточном побережье – Северного материка Перна. В скалистых стенах темнели отверстия, которые вели в вейры-логова драконов; блики, вспыхивавшие на прожилках слюды, слепили глаза. Сверкала гладь озера, переполненного весенними водами, – там купалась пара зеленых, пока их всадники болтали, развалившись на травянистом откосе. По другую сторону, там, где находились помещения молодняка, подростки выстроились полукругом около своего наставника.

Улыбка Ф'нора стала еще шире. Он опять лениво потянулся, вспоминая утомительные часы занятий в таком же полукруге двадцать Оборотов назад. Да, для нынешнего поколения эти уроки приобрели гораздо больше смысла. К его времени серебряные Нити, о которых говорилось в учебных балладах, не падали с Алой Звезды добрых четыреста Оборотов… Нити; пожиравшие плоть людей и животных, травы, злаки и леса Перна… Тогда лишь Ф'лар, его сводный брат, всадник бронзового Мнемента, верил, что в этих легендах скрыта правда… Единственный из всех всадников последнего Вейра на планете. Теперь существование Нитей являлось очевидным фактом; они падали с небес Перна с удручающей неотвратимостью. И борьба с ними опять наполнила смыслом жизнь всадников. Приемы, которые постигали сейчас эти парни, могли спасти их собственные жизни и, что было гораздо важней, их зверей.

«Они стараются», – сообщил Кант, складывая крылья вдоль спины и подвернув хвост под брюхо. Он опустил огромную голову на передние лапы; фасеточные глаза дракона мягко сияли рядом с плечом Ф'нора.

Всадник протянул руку и начал почесывать его надбровье – пока в горле Канта не родился низкий довольный рокот.

– Ах ты, ленивец!

«Когда я работаю – я работаю, – возразил Кант. – Как бы ты узнал без моей помощи, который из парней, рожденных в холдах, сумеет стать добрым всадником? И разве не я нашел девушку для королевы?»

Ф'нор снисходительно рассмеялся, но это было правдой; всадники Вейра Бенден высоко ценили способность Канта обнаруживать подходящих кандидатов для боевых драконов и новых королев. Затем Ф'нор нахмурился, вспомнив странную враждебность обитателей холдов и ремесленников, с которой он столкнулся на землях Южном Болла. Да, люди вели себя явно враждебно, пока… пока не узнавали, что он из Бендена. Что ж, у Древних свой путь… Южный Болл находился под защитой Форт Вейра. Традиционно – Ф'нор сухо усмехнулся, так как Предводитель Форта Т'тон мнил себя великим хранителем традиций и обычаев, – традиционно Вейр, который защищает земли холда, имеет право первоочередного выбора будущих всадников. Но пять Древних Вейров редко искали кандидатов за пределами своих Нижних Пещер. «Конечно, – думал Ф'нор, – королевы Древних не способны приносить столько яиц, сколько приносят королевы Бендена и южного… и в их кладках совсем мало золотых. Собственно говоря, после того, как семь Оборотов назад Лесса привела Древних, в их Вейрах появились только три молодые королевы.» Что ж, пусть Древние следуют своими путями, если это им нравится; сам Ф'нор был согласен с Ф'ларом. Во имя общих интересов, новорожденным драконам надо предоставить самый широкий выбор. И хотя женщины в Нижних Пещерах Бендена ничего не имели против такого поддержания традиций, они не могли равняться плодовитостью с королевами крылатого племени.

«Предположим, – размышлял коричневый всадник, – кто-нибудь из Древних – Г'нериш из Айгена или Р'март Телгарский – объявит открытым брачный полет своей молодой королевы. Тогда бронзовые Бендена получат право участвовать в нем, и Древние заметят, что кладки стали обильнее, а размеры драконов увеличились… Разве можно улучшить породу без притока свежей крови?»


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24