Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Диктаторы - Гнев дракона.

ModernLib.Net / Локхард Джордж / Гнев дракона. - Чтение (стр. 10)
Автор: Локхард Джордж
Жанр:
Серия: Диктаторы

 

 


      –Это ещё что значит?.. Приборчик показывал полное истощение энергии. Драконесса недоверчиво пощёлкала кнопкой включения.
      –Неужели обогреватель исчерпал все ресурсы батарей?… Или… Тайга обернулась. «Это ж сколько времени я падала, что вся энергия ушла на сервомоторы парашюта?!» – ошарашено подумала драконесса.
      Истощение аккумуляторов означало в первую очередь конец тепла; молодая разведчица бессильно опустилась на камни.
      –Вот теперь Драко точно оторвёт мне хвост. Минут двадцать, пока скафандр хранил тепло, Тайга неподвижно лежала на камнях, укрывшись от ветра за большой скалой. Она восстанавливала силы, полностью расслабившись по методу «шаокан-риу». Наконец, основательно продрогнув, драконесса поднялась на ноги.
      Теперь не имело никакого смысла ходить в шлеме; Тайга открыла зажимы… и яростно зарычала сама на себя. К внутренней прокладке шлема крепился белый пакет с надписью «Аварийный комплект медикаментов».
      –Дура рогатая! В рот разом отправились шесть таблеток против головной боли, четыре универсальных антибиотика и стимулятор. Через несколько минут Тайга вновь ощутила себя драконом, а не разбитой фарфоровой куклой.
      –Так-то лучше! – она энергично запрыгнула на скалу и оглядела местность. Горы начинались почти от самого побережья и терялись в белом тумане низких туч; снег покрывал всё, бывшее хоть на сто метров выше уровня моря. Вдали драконесса с радостью углядела первые признаки заснеженной тайги. На планете имелась растительность дракианского типа!
      –Ха! – Тайга соскочила с камня и быстрым шагом направилась в сторону деревьев. По пути она осмотрела себя, желая узнать, какое оборудование пережило катастрофу. Остановилась. «Нет, ну это же надо!» – с пояса был отстёгнут единственный уцелевший прибор. Тайга не выдержала и расхохоталась. «Нарочно не придумаешь!» Драконесса держала в руках единственный аппарат, в полной бесполезности которого были уверены все космонавты. Тем не менее, правила заставляли иметь в каждом корабле хоть один универсальный бластер. Тайга с трудом подавила желание зашвырнуть бесполезный прибор куда подальше. «Н-да… И говори потом, что законов Джера не существует. Нет чтобы хоть один анализатор сохранился – так вот вам, бластер!» Немного подумав, драконесса всё же вернула оружие обратно на пояс.
      Пригодится, когда она решит зажечь костёр. «Что произошло с реактором?… Почему он взорвался, там ведь была система безопасности… Реактор должен был расплавиться, испариться – но не взорваться!» Присев на камень, Тайга отвинтила внутренние зажимы в шлеме и вытащила прозрачный пластиковый экран, который использовался для индикации режимов на забрале. Пять минут кропотливой работы, и разъем экрана был подключён к диагностическому выходу ЭВМ скафандра.
      –Посмотрим… – драконесса быстро пробежалась по меню и коснулась надписи «чёрный ящик». Экран замерцал. Когда запись окончилась, поражённая Тайга ещё долго смотрела в пустой экран, пытаясь собраться с мыслями. Она рухнула на только что открытую планету, ураган утащил парашют в неизвестном направлении, все коммуникационные устройства вышли из строя! Что делать?! Несколько минут драконесса старалась успокоиться. Наконец, опомнившись, она вновь вставила экран в шлем и поднялась.
      –Что ж… – синие глаза осмотрели местность. – Придётся немного задержаться. Повесив шлем на пояс, Тайга тяжело вздохнула и двинулась к горам.
      Свистел ветер, ледяной воздух обжигал ей лёгкие. Через полчаса, обогнув большую скалу, Тайга замерла как вкопанная:
      прямо перед ней, на холодных камнях, лежало окровавленное тело неизвестного живого существа. Рефлексы сработали безукоризненно. Драконесса схватила раненного и подбежала к скале, укрывшись от ветра. Выхватила бинт из аварийного пакета. На всякий случай Тайга понюхала перевязочный материал – не дай космос, бинт окажется смочен в каком-нибудь анестетике, ведь это почти гарантировано смерть для инопланетянина – и стремительно принялась за весьма привычное ей дело; спасение жизни. Одновременно драконесса изучала первого представителя инопланетной цивилизации. С первого взгляда становилось ясно, что перед ней разумное существо.
      Лохмотья одежды и пояс, как правило, не носят животные. Абориген был совсем маленьким – не больше семилетнего дракончика; крыльев не имел совершенно, хвост ящера и строение тела подсказывали, что перед Тайгой представитель прямоходящего вида с четырьмя конечностями и тонкой, очень мелкой зелёной чешуёй. Однако неизвестный был теплокровным. Вернее, теплокровной – если, конечно, признаки пола на этой планете аналогичны дракийским. Завершив перевязывать многочисленные мелкие порезы, драконесса сбросила скафандр и завернула в него раненную аборигенку.
      –Посиди тут, я сейчас принесу топлива! Крылья рванули Тайгу навстречу хмурому небу. В три взмаха домчавшись до первых деревьев, драконесса прямо с лёта срезала бластером небольшое деревце и помчалась обратно. Спасённая аборигенка пока не пришла в себя; она хрипло и натужно дышала, дёргая пальцами рук. Тайга быстро раскромсала дерево на щепки. Через пять минут в небольшой каменистой нише, под скалой, весело пылал костёр. Продрогнув без скафандра, молодая инопланетянка грелась наравне с раненной. Та скоро очнулась. Первые минуты она с необычайным ужасом смотрела на драконессу, однако миролюбивые жесты Тайги и тепло сделали своё дело. Через час гостья уже знала имя спасённой «оркши»:
      Уймас.
      –Аыыы! Ыыыы! – жесты аборигенки наводили на неприятную мысль, что она дикарка. Тайга внимательно слушала грубый, завывающий язык, пытаясь выделить слова. «Так… они – „оорк“, были… непонятно где. Она была… гром, ну и бред!… летала? Нет, зажигала костёр и… А, поняла! Она сжигала на костре что-то, дававшее большой дым…» – драконесса решительно потрясла головой.
      –Тайга! – сказала она, указав на себя пальцем. С момента спасения драконесса специально не выпускала когти, боясь испугать маленькую аборигенку.
      –А?
      –Тай-га. – повторила драконесса. Уймас смешно покачала головой.
      –Урч дракхан. «Что за урч дракхан?!»
      –Тайга, Тай-га.
      –Урч гвелешап дракхана Тай-гоа? «Ага, я уже получила титул. Наверно, „великая“ или „страшная“…»
      –Да, дракхана Тайга.
      –Урч дракхан м'принда Тангмари'дан? «Ой…» За уроками языка быстро подоспел вечер. Когда солнце коснулось края гор, Тайга полетела искать пристанище на ночь. Им оказалась небольшая пещера на заснеженном склоне. Скрепя сердце драконессе пришлось срезать ещё несколько деревьев, иначе до утра они с Уймас просто превратились бы в ледяные статуи. У входа Тайга разожгла большой костёр и подтащила несколько плоских обломков скал, использовав их вместо рефлектора для направления тепла в пещеру. Уймас дрожала, кутаясь в скафандр.
      –Не бойся, я только с виду страшная… – вздохнула драконесса.
      Притянув аборигенку крылом, Тайга свернулась на каменном полу и закрыла глаза. Только сейчас она в полной мере осознала, в какую переделку попала. Понемногу надвигался сон. Первую ночь на Ринне молодая драконесса провела в ледяной пещере, у угасающего костра, согревая своим телом спасенную аборигенку. Тайге просто не пришло в голову, что Уймас может убить её во сне, или что могут появиться те таинственные «алефы», по вине которых оркша едва не погибла. Драконесса не почувствовала, как Уймас бесшумно выскользнула из под её крыла и стремительно скрылась в ночи. Костёр почти угас; перед тем как покинуть свою спасительницу, оркша подбросила в него дров.

***

      Проснулась Тайга от запаха жаренного мяса. Приподняв голову, драконесса изумлённо оглядела пятерых сородичей Уймас, образовавших вокруг гостьи безмолвный караул.
      –Кто вы?… Вперёд вышла Уймас. Но как они изменилась! Теперь перед Тайгой стояла не дрожащая дикарка, а полная достоинства дочь неизвестного племени. Уймас была одета в облегающую одежду из подозрительно знакомой чешуи.
      –Дракхана Тайгоа, – торжественно сказала оркша. – Cиквдил ооркос мовид, урч дракхана сицоцх моитан. Подбежал молодой самец, почтительно поднеся гостье большой кусок жаренного мяса. Запах был настолько аппетитный, что голодная Тайга невольно облизнулась.
      –Но я не могу… – попыталась она объяснить. – Я с другой планеты… Уймас истолковала это по своему. Усевшись на хвост против драконессы, оркша демонстративно надкусила мясо и протянула тот же кусок Тайге. Намёк был более чем понятен. «Была не была. В конце концов, есть-то мне надо…» Тайга осторожно откусила кусочек ароматного угощения. Вкус был изумительный; привыкшая к искусственным белкам, молодая драконесса никогда не ела настоящего мяса. И хотя полезность белков была на порядок выше, миллионы лет эволюции хищных драконов не могли пропасть даром. Тайга сама не заметила, как мясо исчезло в её животе.
      –Вкусно… – протянула она, мечтательно зажмурившись. Уймас широко улыбнулась.
      –Натанг, схва моита! Второй кусок последовал за первым. Затем Тайга благоразумно проглотила таблетку антибиотика и поднялась на ноги.
      –Дзалан гемрил, – вежливо сказала она. Уймас рассмеялась, продемонстрировав слегка кривые клыки и конические зубы типичного ящера.
      –Тайгоа, Тайгоа! – радостные крики приветствовали драконессу на выходе из пещеры. Тайга радостно оглядывалась.
      –Говорила я Скаю, врагов не бывает… – счастливо прошептала молодая инопланетянка. Целое племя встречало драконессу почётным караулом. Как очень скоро поняла Тайга, Уймас была женой или одной из жён вождя, а может и не только – часто повторялось слово «шаман»; так или иначе, её спаситель стал другом рода. Вождь, самый крупный и сильный абориген в племени, носил гордое имя Чичкадар; через полчаса энергичных объяснений драконесса узнала, что это означает «бегающий быстрее всех». Скоро стало ясно, что племя «оорков» – кочевое. Оно как раз двигалось на новое стойбище после окончания зимы. Тайге было трудно поверить, что начинается весна (при таком-то морозе), но жесты были совершенно однозначны – холодное время осталось позади, (снег бросают через плечо), впереди – лето! (танцы вокруг костра). Разумеется, драконессу почтительно пригласили идти вместе с племенем. Тайга с радостью согласилась; перспектива одиночества в этой мрачной стране её здорово страшила. Согласие гостьи вызвало бурное ликование орков. Весь день Тайга провела в окружении самок и детей – как она заметила, самцов в племени было очень мало. Уймас весьма однозначно дала понять, что самцы ушли «далеко-далеко, быстро-быстро, когда вернутся – будет много еды!». Вопросов у Тайги не возникло. К вечеру драконесса уже выучила пять десятков слов. Вдобавок она успела подружиться со всеми детьми в племени; Тайга обожала детёнышей всех видов, а как известно, дети способны ощутить любовь независимо от оболочки, в которую она спрятана. На закате, у большого костра, молодая драконесса сидела в кругу маленьких орков и весело болтала с ними на универсальном языке детства. Как ни трудно было Тайге поверить, однако все орки хором утверждали, что уже видели «дракхан, как Тайгоа». По их словам выходило, что на Ринне есть некая раса разумных существ, как две капли воды похожих на драконов. Уймас даже показывала два одинаковых камня и говорила «камень-камень, дракхан Тайгоа– другой дракхан».
      Молодая исследовательница решила как можно скорее узнать об этих «дракханах» подробнее. Ночь прошла спокойно, и на заре племя двинулось в путь. Десяток малышей ехали на спине Тайги, обильно пополняя её словарный запас.
      Неслышно появившаяся Уймас шла рядом.
      –Тайгоа – хороший, добрый дракхан. – тепло сказала оркша. – Не видеть такого до.
      –Я драконесса, не дракхан. Драко-несса, самка.
      –Самка, – кивнула Уймас. – Самка другое. Уймас – самка, оорк. Тайгоа – самка, дракхан. Тайга смутилась; «дикарка» совершенно правильно разграничила понятия.
      –Мы говорим – драконесса, самка. Уймас упрямо покачала головой.
      –Оорк говорит – урч дракхан. Алеф говорит – рамалюк, хуманс говорит
      – дракон. Тайга вздрогнула.
      –Дракон? Уймас знает слово дракон?
      –Уймас много знает, – гордо сказала оркша. – Уймас шаман. Шаман, оорк, Чичкадар-самка – Уймас! Драконесса улыбнулась.
      –Хорошие, добрые оорки. Уймас внезапно опечалилась.
      –Оорки… – она мрачно отвернулась. – Хуманс, алеф, манадир оорк. Тайга нахмурилась.
      –Манадир? Не понимаю… Уймас молча сняла с пояса костяной нож и выразительно чиркнула им поперёк горла.
      –Алеф, – оркша указала на свои подживающие раны, перевязанные Тайгой. – Хуманс, – кивнула она на одноногого старого орка, ехавшего на волоките. Драконесса вздрогнула.
      –Звери? Это сделал зверь? Уймас угрюмо отвернулась.
      –Не зверь. Алеф, хуманс. Оорк – манадир зверь. Алеф – манадир зверь, манадир оорк, мангас-манадир дракхан. «Мангас означает „смерть“, это я помню…» – Тайга тревожно огляделась. Мангас-манадир дракхан? «Но что же такое манадир?»
      –Уймас, слово манадир – не понимаю… Оркша помолчала. Тайга вдруг заметила, что дети тоже притихли. Все молча смотрели на драконессу.
      –Дзац, моита шшамдаг цховл тк'хаос… – тихо сказала Уймас. Один из молодых орков побежал в конец колонны и скоро вернулся, нагруженный шкурами странных волосатых зверей. Оркша сделала племени знак остановиться. Поманив Тайгу в сторону, она разложила шкуры на камнях и указала на первую.
      –Оорк – манадир ирем, оорк убивать ирем. Показала на вторую.
      –Оорк – манадир ондакет, оорк убивать ондакет. Уймас помолчала. Затем она внезапно скинула свою одежду из непонятно знакомой чешуи, и разложила её на камне рядом с другими шкурами. У Тайги перехватило дыхание.
      –Это… это…
      –Алеф манадир дракхан; алеф убил дракхан. Драконесса пошатнулась. Только сейчас она поняла, что же напоминала ей одежда оркши…
      –Уймас видеть убитый дракхан – плохо! Жалко. Дракхан – жалко, оставить – жалко… Вот, взял. Тайга закрыла глаза. Мозг отказывался понять; сердце работало с перебоями. Аборигенка планеты Ринн носила грубо сшитое одеяние из чешуи зелёного дракона.

***

      В гостеприимном племени орков Тайга провела четыре дня. Всё это время она посвятила подробному изучению обычаев и фольклора своих новых друзей; невозможность снимать фильм бесила драконессу, однако видеокамера исчезла вместе с остальным оборудованием. Волей-неволей Тайге пришлось довольствоваться записями и зарисовками в небольшом блокноте из запасного кармана скафандра. Тут очень кстати пришлось давнее увлечение драконессы живописью; Тайга хорошо рисовала. На пятое утро гостья с иной планеты готовилась покинуть орков и отправиться на поиски таинственных «дракханов».
      –Останься с нами. – Уймас неподвижно стояла напротив Тайги.
      –Уймас, я вернусь. – ласково ответила драконесса. – Как только найду друзей, я сразу же вернусь. Ваши песни, рассказы… Я никогда не слышала ничего столь интересного! Оркша не шелохнулась.
      –Ты не вернешься, Тайгоа. Драконесса вздрогнула.
      –Что?…
      –Уймас – шаман. Тайгоа знает, что такое шаман? Тайга опустилась на камни.
      –Шаман – значит самка вождя, разве нет?
      –Шаман – значит оорк, кто знает что будет. Уймас внезапно шагнула вперёд и коснулась золотого рога драконессы.
      –Я знаю твои мысли. Могу читать их. Как звёзды. Тайга вздрогнула.
      –Ты читаешь мои мысли?!
      –Да, – кивнула оркша. – Тогда, на берегу, Уймас было плохо. Тайгоа спасла Уймас, согрела. Я боялась – дракхан, может съесть… Потом тронула тебя здесь. Она показала на лоб драконессы.
      –Тронула, и не поверила. Думала – Уймас старая стала, не понимает мысли дракхана. Страх пропал. Ждать решила. Ночи. С каждым словом глаза Тайги раскрывались всё шире.
      –Ночью Тайгоа заснула. Я второй раз тронула здесь. И прочла мысли. Уймас внезапно поникла, словно подрубленное дерево.
      –Я… плакать хотела. Никогда в жизни не плакала! Шаман плакать не должен! Но тогда – хотела. После мыслей Тайгоа, я – грязная стала. Была
      – думала, что была – чистая. Теперь знаю – нет. Она ласково погладила поражённую Тайгу по голове.
      –Только дети бывают такими чистыми. – тихо сказала оркша. – Я сказала себе – Уймас, умри, но не дай Тайгоа стать грязной, как ты.
      Потому ушла. Замёрзла почти, пока племя нашла. Привела воинов.
      Защитить тебя, Тай-га. Чтобы никогда, никогда не стала ты похожа на нас. Резко отвернувшись, Уймас отошла на несколько шагов и замерла спиной к драконессе.
      –Пока ты с нами – мы видим, что такое чистота. Мы хотим хранить тебя, Тай-га. Как… Как богиню. Ты – наша богиня, Тай-га. Научи нас быть чистыми. Уймас с огромным трудом заставила себя поднять взгляд на драконессу.
      –По-жа-луй-ста… – сказала она совсем тихо. На языке Дракии.
      Поражённая Тайга подошла к оркше и накрыла её крылом.
      –Уймас… Я… Я вернусь, клянусь тебе!
      –Нет, – едва слышно ответила рептилия. – Тай-га никогда не вернётся.
      Вернётся дракхан. Она осторожно сняла с плеча крыло драконессы и повернула к ней глаза, полные слёз.
      –Ты… знала один шаман. У себя дома. Чёрный дракхан, Наака. Он сказал – «Не лети в тот мир, Тай-га»… Внезапно оркша судорожно стиснула в ладонях сверкающее крыло.
      –Он правду сказал, Тай-га! Правду! Ты погибнешь в нашем мире! Здесь живут дракханы, Тай-га! Здесь нет места детям! Закрыв лицо руками, Уймас убежала. Потрясённая драконесса несколько минут приходила в себя.
      – Кажется, я начинаю верить в магию… – прошептала Тайга. – Гром, но что же ждёт меня впереди?… О чём они все говорят?!… Встряхнувшись, драконесса стремительно прошла к временному стойбищу племени и огляделась в поисках Уймас. Оркша угрюмо готовила еду у входа в вигвам вождя.
      –Уймас… Она резко обернулась.
      –Тай-га?…
      –Я вернусь, Уймас. – твёрдо сказала драконесса. – Тай-га вернётся. И пусть я дракхан; дракханы тоже бывают разные. Шаманша грустно улыбнулась.
      –Иди сюда. Тайга подошла.
      –Наклони голову. Уймас одела на шею драконессе нитку с двумя овальными бусинами из янтаря. Тайга улыбнулась.
      –Спасибо…
      –Тай-га, – оркша коснулась одной из бусин. – Уймас… – показала на вторую. Подняла глаза.
      –Вспоминай о нас, богиня. Тайга ничего не ответила. Только на миг прижала к себе маленькую рептилию, и – рванулась в воздух, распахнув сверкающие фиолетовые крылья. Её провожали сотни глаз. Во многих мерцали слёзы.

Глава 2

      До места он долетел за шесть часов. Масштабы северного континента только сейчас стали ощутимы; пришлось преодолеть более двенадцати тысяч километров, прежде чем на горизонте показались горы, знакомые по космической съемке места падения. За время перелёта космонавт не раз замечал обработанные поля и небольшие поселения аборигенов, дважды видел вдали нечто вроде маленьких, приземистых городов.
      Никаких следов технической цивилизации. Тем не менее, пришелец старался не показывать своё присутствие раньше времени. Он вёл электроплан над облаками, то и дело сворачивая с прямой, чтобы укрыться за ближайшим фронтом туч. Место падения спасательного модуля было хорошо заметно по огромному кругу выжженного леса. Большой кратер в центре уже успел остыть; космонавт с болью подумал, что для его товарища нет худшего наказания, чем лесной пожар. Детекторы биомассы показывали многочисленных мелких зверюшек.
      Ни одного существа подходящего размера не было в пределах видимости.
      Космонавт на всякий случай дал круг над горами, включив сирену и вращая прожекторами во все стороны. Никого не было видно, радио– и гравитоэфир молчали. Электроплан мягко опустился на обугленные камни. Молча натянув тяжёлый защитный скафандр, пришелец разблокировал шлюз и покинул машину. От спасательного модуля осталось немного. Искорёженные, оплавленные обломки металла, чёрные куски застывшей термопены, остатки верного спасательного кресла. Всё было усыпано мелким пеплом, обугленные остовы деревьев придавали и без того мрачному пейзажу вид ночного кошмара. Космонавт медленно шёл по пеплу, напряжённо размышляя над проблемой поиска своего пропавшего товарища. Через полчаса анализатор биосферы завершил исследования и сообщил, что скафандр можно без опасений снимать. Однако пришелец не спешил; он не имел права рисковать. Побродив по пожарищу, космонавт забрался в электроплан и вытащил большой серебристый цилиндр мощного маяка. Лазерный бур быстро выжег скважину, в которую пришелец вставил маяк и залил моментальным молекулярным клеем. Через пару минут посреди оплавленного кратера стоял двухметровый ситановый столб. Космонавт отцепил с пояса лазерный резак. Выставив тонкий луч, он выжег на сверкающей поверхности маяка сообщение для своего товарища: «Тая, шесть раз поверни гермокольцо и набери код 3214. Я прилечу даже с другого конца Галактики. Люблю тебя, Драко.» Постоял, молча глядя в пустоту. На душе было очень тяжело.
      –Ты рейнджер, Тая. Ты справишься… – пришелец опустил голову. – Я в тебя верю. Вздохнул. Открыв забрало шлема, гость впервые наполнил лёгкие воздухом планеты Ринн и принюхался к его ароматам. Пахло гарью. «Парашют должно быть подхватило ураганом… Надо лететь по ветру, возможно я найду её!» Пришелец стремительно вернулся в электроплан и вытащил небольшой крылатый метеозонд. Установив его на камне, космонавт отошёл на пару метров и нажал кнопку запуска. Зажужжал маленький мотор. Аппарат перебрал крыльями, совсем как живая птица, и прянул в небо. Космонавт молча проводил его взглядом. Через десять минут метеозонд достиг высоты семисот метров; именно там раскрылся крылатый парашют падавшего модуля. Остановив крылья, аппаратик сложил их в специальные ниши корпуса и с тихим хлопком расправил трёхметровый надувной баллон. Несколько минут пришелец следил, как сильный ветер тащит зонд на север. Оставалось только надеяться, что за двадцать часов, пока готовилась спасательная экспедиция, ветер не успел сменить направление. Космонавт тяжело вздохнул.
      –Вперёд, – сказал он невесело. Забрался в электроплан, закрыл люки.
      Могучая машина бесшумно поднялась в воздух и полетела за оранжевым шариком зонда. К вечеру, посреди бесконечной, угрюмой северной степи, на огромной скале, гость обнаружил зловещий чёрный город. В инфракрасном диапазоне он сверкал тысячами блёсток живых существ; визуально пришелец наблюдать не мог – его электроплан парил над низкими тучами, включив все детекторы разом. За шесть часов полёта ветер ничуть не утих; трижды биодетекторы показывали крупное скопление биомассы, трижды гость с замиранием сердца бросал машину к земле… И все три раза находил стада животных. Космонавт нервничал всё сильнее. Когда на радаре показался город, стояла уже глубокая ночь. Пилот уменьшил высоту до бреющего полёта, обшаривая землю ультрафиолетовыми прожекторами. Несколько раз на экране появлялись маленькие двуногие существа в некой искусственной одежде; космонавт понял, что видит аборигенов планеты. Ему было не до контактов. К утру стало ясно, что если ветер унёс парашют на север, нигде кроме города его быть не может. Пришелец глубоко задумался. Он не мог открыто посадить электроплан на площади – как воспримут огромного, зубастого, чешуйчатого хищника маленькие и примитивные дикари, нетрудно было догадаться. Требовалось знание языка. Космонавт посадил машину в небольшой роще, километрах в двадцати от города. Из контейнера был извлечён специально предназначенный для подобного случая аппарат: совсем маленький летающий зонд, размером не больше когтя. Пришелец вылез на крышу электроплана.
      –Не подведи, – почти бесшумно маленькая машинка взмыла в чёрное небо и скрылась по направлению к городу. Космонавт вернулся в электроплан. Главный экран теперь показывал вид из микрокамеры, встроенной в зонд. Картинка была монохромной и не очень качественной, зато темноты для компьютера не существовало. Пришелец уверенно вёл микромашинку над землёй. Вблизи город оказался даже примитивнее, чем ожидал гость.
      Окружённый массивной каменной стеной, он напоминал рисунки древнейших защитных бастионов родной планеты пришельца. Только соплеменники космонавта строили крепости для обороны своих детей от страшных хищников, которыми в ту эпоху был переполнен их мир; от кого же оборонялись местные жители? Пришелец на всякий случай подключил к камерам электроплана сигнальную систему биодетекторов.
      Теперь ни одно крупное существо не сможет приблизиться, не включив сигнал тревоги. Помимо непонятно с какой целью построенных стен, в глаза бросалась удивительная плоскость архитектуры города. Все дороги располагались на одном уровне, не существовало даже внешних переходов между зданиями. Да и сами здания были в большинстве двух– или даже одноэтажными. Через полчаса на экраны попался абориген, бродивший по стене, и космонавт впервые смог подробно разглядеть брата по разуму.
      Маленький, не больше десятилетнего ребёнка, прямоходящий двуногий абориген был начисто лишен крыльев, рогов и хвоста. Вдобавок, судя по распределению тепла в инфракрасном диапазоне камеры и отсутствию чешуи, местные жители относились к редкому классу млекопитающих, или близкому виду. В первую очередь гость обратил внимание на одежду аборигена. Она представляла собой некое подобие защитного скафандра из металла, а самое интересное – космонавт мгновенно узнал небольшой прямой меч не боку инопланетянина. Итак, оружие. «Вооружённый абориген в защитном скафандре, по ночам обходит стены города…» – пришелец встревожился. Видимо, на этой планете есть ночные хищники, опасные даже для городов. Тщетно стараясь погасить тревогу за пропавшего товарища, космонавт поднял микрозонд со стены и повёл его к центру города. Там, посреди большой площади, располагался огромный квадратный дворец весьма мрачного вида. После непродолжительного раздумья гость решил не исследовать замок, а замаскировать микрозонд возле площади. Что-то ему подсказывало, утром наибольшая активность населения сосредоточится как раз там. Выбрав крупное двухэтажное здание, пришелец посадил аппаратик на землю возле лестниц и с помощью коротких прыжков загнал микрозонд в щель стены. Теперь оставалось только включить мощный логический анализатор и ждать, пока компьютер наберёт достаточно слов для создания гипнообучающей программы. Это не должно было занять много времени. Нервы и усталость сделали своё дело. Через час, включив все сигнальные устройства, космонавт уже спал, так и не покинув кресла пилота. Ему снились тревожные сны.

***

      –Ты что, спал?! – глаза продавца горели возбуждением. – Королева замуж выходит!
      –Брешешь… – недоверчиво протянул дородный, русобородый мужик в хорошем кожаном кафтане. Он стоял в тени двухэтажной таверны Роджера Оуэна, у стола, где продавались деревянные игрушки. Продавец энергично затряс головой.
      –Ей-ей! Час назад, на площади, глашатай кричал!
      –Кому ж такое счастье привалило? – изумленный купец почесал в затылке.
      –Ведомо кому, его сиятельству лорду Кангару. Продавец, видимо, был хорошо осведомлён о всех событиях при дворе.
      –Намедни от его сиятельства гонец прибыл, и видать добрые вести привёз – эвон, как зашевелились! Говаривают, лорд все дела на юге закончил и на днях вернётся, тут-то его и под венец – королева наша не промах, лорд Кангар даром что не король, а по силе, пожалуй, ей и не уступит… Этим утром тема женитьбы Аракити была главной не только на рынке, но и во всём Танталасе. Наиболее известные горожане спешили во дворец, выразить королеве поздравления, менее важные особы устраивали совещания, обсуждая новый расклад сил в стране. А простой люд расхаживал по улицам, наслаждаясь суматохой и дуновением новизны в их монотонной жизни. Во дворце полным ходом шла подготовка к свадьбе. Слуги и распорядители, придворные всех мастей и даже стражники, все носились с места на место, отдавая и принимая приказы, споря и растаскивая спорщиков… Не было лишь виновницы суматохи – вчера днём Аракити покинула замок на спине своего дракона, в сопровождении только верного Такары, и с тех пор не возвращалась. Впрочем, к подобным выходкам королевы все давно привыкли и даже научились не обращать на них внимания. «Как замуж выскочит, живо облагоразумится», – с усмешкой замечали придворные знатоки. Если бы кто-то заглянул в рощу неподалёку от городских стен, он мог бы заметить там тускло блестящие чёрные крылья, принадлежавшие королевскому дракону Тангмара. Дарк мирно спал, свернувшись на солнышке; Аракити и Такара отдыхали после бессонной ночи, облокотившись на тёплого дракона.
      –Я ненавижу этого человека, – негромко сказала Аракити и затянулась сигарой. Телохранитель молча смотрел на город вдали.
      –Представь, как к нему отношусь я, – ответил Такара. Королева покосилась на воина.
      –Сейчас, конечно, ненавидишь. После свадьбы ты отдашь за него жизнь, как и за меня. Телохранитель помолчал.
      –Верно.
      –А если я прикажу тебе убить короля? – с внезапным интересом спросила Аракити. Такара повернул к женщине узкие серые глаза.
      –Я твой вассал, королева. Твоё слово – мой клинок.
      –Вот какой муж мне нужен, – с сожалением заметила Аракити.
      –Брак с Кангаром необходим. Ты сама всегда говорила, что лишь единство…
      –Знаю, знаю, уволь! – королева с омерзением раздавила погасшую сигару о лапу Дарка и потянулась за следующей. – Ненавижу свою работу… Дракон, приподнявший было голову, вновь погрузился в сон. Аракити усмехнулась.
      –Твои воины тьмы, Такара, да мои драконы – вот и всё, что нужно.
      –Неужели?
      –Ещё бы, – королева рассмеялась. – Это – всё, что мне нужно для захвата мира. Телохранитель отвернулся.
      –Не всё, – сказал он глухо. Улыбка пропала с лица Аракити.
      –Да, не всё… – она стиснула кулаки. – но и на Рэйдена можно найти управу.
      –Он опасен.
      –Я тоже. Такара впервые посмотрел в глаза женщине.
      –Он опаснее, Аракити. Королева промолчала. Докурив сигару, она резко встала и подняла с травы кольчужную куртку, которую носила даже под придворным платьем. Такара помог застегнуть доспех.
      –Как раньше всё было просто… – Аракити отошла на опушку рощи и встала там, скрестив руки на груди. Сзади беззвучно подошёл Такара. – …отец правил, я сражалась, путь был прям и ясен. А сейчас мне приходится лезть в постель к подонку, только чтобы прибрать к рукам несколько замков и лесов…
      –Нет, моя королева, – внезапно ответил Такара. – Сейчас ты учишься быть властительницей. Преодолеть себя – первый шаг на пути к могуществу, а твоя судьба – править миром. Я чувствую это.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42