Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Крыши

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Фаулер Кристофер / Крыши - Чтение (стр. 17)
Автор: Фаулер Кристофер
Жанр: Ужасы и мистика

 

 


— Я только хотел... чтобы ты всегда была со мной... здесь.

Сара посмотрела ему в лицо, и он улыбнулся, крепче прижав ее к себе и легко касаясь губами лба девушки. Ее взгляд сказал ему все. Сара ласково поцеловала его в ответ.

Что-то надавило ей на ребра. Сара удивленно посмотрела вниз и увидела, что из груди Залиана торчит обломок железной стрелы. Когда она опять посмотрела ему в глаза, доктор уже ушел из жизни.

— Кто-нибудь даст мне руку? — взмолилась Роза, сидя на букве “Т”. Туфли Роберта, к счастью, застряли в металлических подпорках, и Роза изо всех сил держала его за уши, сумев схватиться за них, когда Роберт кувыркнулся с башни. Каждые три секунды Роберт испускал дикий крик. Когда к Розе подошли Ли и Спайс, она наклонилась к нему и насмешливо проговорила:

— Теперь я знаю, зачем Бог наградил нас этим атрибутом. Хорошо, что твоя мать не пришпиливала их, когда ты был маленьким.

— Теперь они вообще будут, как у слона, — чуть не заплакал Роберт. — Хорош же я буду!

В конце концов Ли, Спайс и Розе удалось втащить Роберта на платформу.

— Роза! Смотри! — Симон пальцем показывал на то место, где только что был Чаймз. — Он исчез!

Стальная рука императора все еще цеплялась за провод, а самого его словно вовсе никогда не было. Высоко в небе огромный золотой орел махал крыльями и летал кругами, собираясь навсегда исчезнуть в бледном свете зари.

Роберт тер распухшие уши, когда появился констебль Баттерворт и строго оглядел всех одного за другим. Потом он достал блокнот.

— Вы арестованы, — заявил он. — Все, что вы скажете, может быть...

Больше ему ничего не дали сказать, просто схватили и уложили на пол.

Двадцать четвертое декабря

Среда

Глава 49

Отчет Баттерворта

За окном кабинета Харгрива снег лежал, поблескивая, уже три дня, и Харгрив мерз не меньше, чем бедняги под мостом, хотя центральное отопление работало исправно.

— Подожди-ка, подожди-ка минутку. Позволь мне освежить тебе память. В результате таинственных действий, предпринятых неизвестным двадцатого ночью, мы получили утром в воскресенье семь... считай, Баттерворт, семь трупов только у самой башни и еще четыре немного поодаль, один разбитый одноместный самолет и, сейчас уточню, шестьдесят простреленных, Бог знает зачем, стрелами окон. Нас завалили заявлениями о взрывающихся бомбах, о пожарах, о непонятных ночных криках и НЛО. Одна юная девица клянется, что утром в воскресенье, когда она бежала на работу, на нее налетел золотой орел. Так мало этого! Кто-то еще вывел из строя светящуюся надпись на башне! И ты хочешь отделаться вот этой ерундой вместо отчета?

Харгрив бросил в ящик стола тонкую стопку бумаги, сумев расплескать при этом чай, и Баттерворт, подавив улыбку, подал шефу бумажный платок.

— Этим воду не удержишь, как и проклятым университетским дипломом тоже, и ты это знаешь. — Харгрив выпрямился, вновь взял в руки отчет и задумчиво прищурился. — Что-то ты, парень, скрываешь. Я ведь не дурак. И не вчера родился. Кто посадил тебе синяк под глазом?

— Сэр, я уже докладывал вам. Это — результат падения на констебля. Бимсли.

Баттерворт осторожно прикоснулся к больному месту и улыбнулся.

— Бимсли... Чепуха все это! — фыркнул Харгрив, перевернул закапанную чаем бумагу и облокотился на нее. — Давай сначала. Плевать на отчет, излагай по-человечески. — Он провел ладонью по лицу знакомым усталым жестом. — Знаю, это трудно, но представь, что перед тобой не я, а твой приятель. Давай, парень, только честно.

Баттерворт откашлялся.

— Сэр, насколько я понял, был некий мистер Чаймз, одно время пациент психиатрической лечебницы, чье досье наверняка уже у вас. Мой источник сообщил мне, что этот мистер Чаймз имел склонность к появлению на крышах домов и у него была привычка похищать людей с улиц и убивать их в своих любимых местах наверху.

Баттерворт отступил на шаг, довольный своей речью.

— Твой источник? — устало переспросил Харгрив. — Надеюсь, ты его не потерял?

— Он исчез вскоре после того, как передал мне информацию, сэр... Как я указал...

— ...в отчете. Знаю. — Харгрив бросил промокшую бумагу в корзину. — И ты веришь этому источнику? Или это я должен поверить твоей дурацкой истории? Значит, не было никаких гангстерских разборок, никаких ритуальных убийств? Просто был один маньяк, который тихо-спокойно, совершенно один и без всякой посторонней помощи, отлавливал людей, числящихся у нас в пропавших, и вообще бродил по всему городу в поисках жертв? — Он тяжело вздохнул и поерзал в кресле. — Если принять во внимание время смерти всех жертв, ему не хватило бы даже удвоенной скорости “Конкорда”.

Харгрив закрыл лежавшее перед ним досье. Он еще никогда не был так угнетен неудачей, и Баттерворту даже стало его почти жалко. Почти.

— Ты хоть понимаешь, как близко я подошел... как близко мы подошли... к решению этой тайны века? — спросил он. — Ты понимаешь, что это значило для нашего управления? Или хотя бы для меня лично? Я бы наконец смыл грязь со своего имени после неудачи с проклятым делом вампира в прошлом году. Ладно, Баттерворт, если ты когда-нибудь решишь очистить душу, надеюсь, я все узнаю первым.

— Сэр, еще один вопрос. — Баттерворт решил высказаться до конца. — Сегодня утром я подал прошение об отставке. Мне кажется, я не подхожу для этой работы.

Харгрив еще больше сощурился.

— Ничего, — сказал Харгрив. — Еще поработаешь со мной. Не думай, что сможешь вот так взять и удрать со всем, что тебе известно. Намечается официальное расследование по этому делу. — Весь багровый, он встал из-за стола. — В сущности, знай я тебя похуже, сказал бы, что ты струсил. Мы получили сотню заявлений о странных событиях в ночь на двадцатое. Представляешь, сколько людей готово поклясться во всякой чертовщине — от пляшущих домовых до окровавленного супермена в небесах! Он немного подумал и опять уселся в кресло.

— К несчастью, — спокойно произнес он, — я не могу заняться этими загадочными заявлениями, потому что отстранен от работы на время расследования. — Он с отвращением уставился на разлитый на столе чай. — Наверное, тебе будет интересно узнать, что это твои отец счел необходимым освободить меня от дела. — Харгрив скривился, как от боли. — Он вроде бы думает, что я несправедливо послал тебя выполнять черную работу. Кто-то ему, — продолжал он подозрительно, — донес.

Баттерворт мысленно подпрыгнул от радости.

— Уходи, — простонал Харгрив. — Убирайся отсюда.

— Ну как? — спросила девушка, обнимая его.

— Не здесь, — прошептал Баттерворт, не открывая рта. — Подожди, пока мы будем на улице. — Девушка неохотно убрала руки. По дороге к машине она зазывно улыбнулась ему. — И долго мне ждать, пока ты уйдешь отсюда?

Баттерворт немного подумал.

— Наверное, они заставят меня отработать положенное время, потом Харгрив непременно захочет, чтобы я ответил на вопросы комиссии, кроме того, мне надо будет продать квартиру и найти кого-нибудь для моих рыбок. Да, еще продать стереосистему. В общем, если все пойдет, как надо, месяца мне хватит.

Девушка поднялась на цыпочки и поцеловала его.

— Я не дам тебе покоя, пока ты внизу. Ты знаешь, где меня найти.

Она ткнула указательным пальцем правой руки в небо и пошла прочь, зазывно покачивая бедрами.

— Чем скорее ты здесь закончишь, тем раньше мы сможем начать с того места, где остановились! — крикнула она ему напоследок.

Поискав в карманах, она вытащила ключ от наручников, которые сняла с него в их последнюю встречу. Баттерворт все еще слышал ее смех, хотя она уже скрылась из глаз, завернув за угол полицейского участка.

На веснушчатом лице Баттерворта сияла счастливая улыбка. Он был доволен, что наконец-то решил, как ему распорядиться своей жизнью. Харгрив никогда не узнает правду о том, что случилось наверху. Ну и что? Не удалось же ему, в самом деле, раскрыть дело вампира с Лестер-сквер?

Харгрив сидел за компьютерным столом и, куря сигарету, в последний раз просматривал материалы “Икара”. Теперь он знал все факты. Он даже знал все ответы, кроме одного. Перед ним была последняя страница дела.

ИМЯ ПОДОЗРЕВАЕМОГО — В. В. ЧАЙМЗ

ФИЗИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ:

6 ФУТОВ 2 ДЮЙМА, КАВКАЗСКОГО ТИПА,

ЧЕРНЫЕ ВОЛОСЫ,

СЕРЫЕ ГЛАЗА, НЕТ ЛЕВОЙ РУКИ. ПРИЧИНА

НЕИЗВЕСТНА ЛОНДОНСКОЕ ДОСЬЕ

26, ЛИЛЛИ-ГАРДЕНС, УЭСТ-ХЭМПСТЕД

ТЕПЕРЕШНЕЕ МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО ВЫЗЫВАЛСЯ НА ДОПРОСЫ В СВЯЗИ СО СЛЕДУЮЩИМИ ОБВИНЕНИЯМИ:

МОШЕННИЧЕСТВО 6.2.83

ПОДЖОГ 9.5.84

НАПАДЕНИЕ С ОТЯГЧАЮЩИМИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ 26.3.86

УБИЙСТВО 11.9.89 ИЗВЕСТЕН ПОД ИМЕНАМИ:

ДЖ. БАХМ, 35, ПРИТЧАРД-АВЕНЮ, ЭДИНБУРГ

Р. БАХМАН, 14, НЕТТЛФИЛД-ТЕРРАС, АЙЛИНГТОН, ЛОНДОН

Г. ГЕРБЕРТ, ДЕЛАСОРТ-СКВЕР, НОРВИЧ,

С.ПАРТРИДЖ, 35, УЭСТЕРДЕЙЛ-РОУД, ГРИНВИЧ, ЛОНДОН (и так далее)

Не выпуская изо рта сигарету, Харгрив всматривался в экран. На вопросы “кто?”, “где?”, “когда?” и “как?” он мог дать вполне удовлетворительные ответы. Но ему не давал покоя вопрос “почему?”. Он со всех сторон проверил своего алхимика, и компьютер засвидетельствовал все адреса и выдал имена людей, которые жили по этим адресам. Он даже вывел их всех в один список и нашел между ними много общего. Всем им было за тридцать, все сделали карьеру, и все были зарегистрированы членами одних и тех же обществ. Еще он подозревал, что все они были масонами. Однако вызвать их на допрос было совершенно невозможно по той простой причине, что все они умерли в начале двадцатого века. Он еще раз все проверил, надеясь, что имя Чаймза так или иначе объявится.

Безрезультатно. По его подсчетам, Чаймзу сейчас должно было быть приблизительно сто двадцать лет. Ну и что со всем этим делать? Никто же не поверит в сверхъестественное существо, которое то и дело появляется в качестве носителя возмездия!

Харгрив умел по достоинству оценить хорошую легенду, и, естественно, у него были собственные догадки. Он решил, что все еще существует общество, которое насчитывает не одну сотню лет, и его вожди перенимают друг у друга имя самого первого алхимика, известного как Чаймз. Ну и что дальше? Может быть, еще немного поковыряться в этом деле? Попробовать последний указанный на компьютере адрес... Но тут ему в голову пришла другая мысль. Если пресса о чем-нибудь пронюхает, его опять вымажут в грязи с головы до ног, так что он уже никогда не отмоется. Харгрив медлил.

Нет, слишком большой риск.

С неохотой он нажал желтым от табака пальцем на клавишу “СТЕРЕТЬ” и смотрел, как исчезает с экрана и из памяти компьютера все, что ему удалось наскрести, и, наверное, навсегда. Тотчас на него обрушилась депрессия. Он ощутил ужасающую внутреннюю пустоту, из которой, насколько ему было известно, имелся только один выход. Он решил завершить нечто, начатое уже довольно давно. Отключив компьютер, он встал и отправился на поиски Джэнис.

Когда, он почти бесшумно закрыл за собой дверь, бесплотные тайны, мерцавшие на экране компьютера, исчезли в таинственных лабиринтах микросхемотехники.

Сержант Лонгбрайт принадлежала к тому типу женщин, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не забывают о своем долге. Тем не менее, несмотря на свой вид любительницы холодного душа и строгих правил, она была так сексапильна, что сама Маргарет Тэтчер могла бы ей позавидовать. И эта женщина за несколько часов до наступления Нового года находилась в морге и спорила с Финчем о каких-то неточностях в отчете. Харгриву это понравилось.

— Привет! — крикнул он и весело помахал им, отделенным от него несколькими рядами вскрытых трупов. — Я подумал, что неплохо бы угостить тебя чем-нибудь.

— Как это трогательно с твоей стороны, — ответил Финч, тщательно протирая какой-то инструмент. — Мне пинту горького.

— Да не тебя, чертов потрошитель, а Джэнис. — Он огляделся. — Не очень-то здесь празднично, а? Может быть, стоит поставить один труп в угол, покрасить ему в красный цвет нос и обвесить его мишурой? '

Сержант оторвалась от своих бумаг и одарила Харгрива широкой белозубой улыбкой. Даже вид ее зубов возбуждал в нем желание.

— Мы повесили вон там ветку омелы, — заметил Финч, — но не думаю, что они от этого повеселеют. Почти ни у кого из них внутри ничего не осталось. Как бы то ни было, — загрустил он, — тебе там хорошо с твоими компьютерами, пока я здесь по локти в чужих кишках.

— Иэн, самое меньшее, что ты можешь сделать, это угостить его чем-нибудь, — вмешалась Джэнис. — Вспомни, сколько он тебе помогал.

“Никто во всем мире не спасет меня от жертвоприношения, когда начнет работать комиссия”, — подумал Иэн и поглядел на долговязого медицинского эксперта, от которого, как всегда, несло так, словно он вылил на себя галлон дешевого одеколона.

— Ну хорошо, — неохотно согласился он. — Ты тоже можешь пойти с нами. Только сначала вымой руки.

Пока Финч приводил себя в порядок, Харгрив подошел и легонько коснулся губами щеки Джэнис.

— Интересно, — сказал он, — что ты скажешь, если я попрошу тебя исполнить старомодный обряд и обручиться со мной?

— Я соглашусь, — ответила очаровательная сержант, — если ты мне кое-что пообещаешь.

— Говори.

— Пожалуйста, сделай мне предложение где-нибудь в другом месте.

— Прекрасно.

Он усмехнулся и неловко обнял Джэнис, словно боясь, как бы все, кто был в этой комнате, не вскочили и не принялись аплодировать. В конце концов, Новый год будет не так уж плох.

Глава 50

Обратно на землю

Вся группа собралась на крыше Большой лондонской биржи, в тесном, но закрытом со всех сторон помещении, из которого была видна укрытая туманом Темза. Здесь успели побывать люди Чаймза, но по крайней мере стены защищали от пронизывающего ветра. Раненые находились в другом месте, более приспособленном под жилье.

— Хоть Натаниэл теперь успокоился, — сказала Сара. — Мы с Ли похоронили его в самом тихом уголке Хайгейтского кладбища. — Она подошла к двери и стала смотреть, как маленький полицейский катер поднимается вверх по серой спокойной воде. — Похоже, опять будет снег. На Новый год тоже.

— Вернемся на биржу, — предложила Спайс, поднимаясь на ноги. — Там теплее. Есть чертовски хочется. Чуть помедлив, Ли подошел к Саре.

— Что бы мы там ни видели... или подумали, что видим... ну, на башне, — сказал он, — факт остается фактом, что тело Чаймза исчезло с наступлением рассвета.

— Может, его унесли его люди? — предположил Симон.

— Нет. У меня такое чувство, что в этой войне было много такого, о чем мы даже не догадываемся. Теперь мы не можем себе позволить снять стражу... никогда. — Он улыбнулся. — Стражи города Лондона. Грязная работенка, но кто-то же должен ее делать. Правильно?

Он сунул руку в чудом оставшуюся целой коробку и вытащил бутылку вина. Оттуда же появились пластиковые стаканчики.

— Роберт, Роза мне сказала, что ты сегодня возвращаешься вниз?

— Ага, — смущенно подтвердил Роберт. — У меня там работа. Сара любезно передала мне права на книжку ее матери. — Он поглядел на Розу. — Насколько я понял, наш юный детектив собирается удрать наверх.

— Я знала, что мы убедим его это сделать, как только увидала его во второй раз, — сказала Роза.

— То есть как? Ты же видела его, только когда он спас мне жизнь на башне.

— Нет, я видела его раньше. Это тот самый констебль, который приходил после смерти Шарлотты.

Роберт от изумления открыл рот.

— Роза сразу его узнала, — пояснила Спайс. — К счастью, его не пришлось долго уговаривать. Мы лишь на несколько минут оставили его одного на Сентрпойнте, и он быстренько принял решение.

— Он сам добрался поверху от Сентрпойнта? — не веря своим ушам, спросил Роберт.

— Нет, он где-то угнал мотороллер, но идея уже засела у него в голове.

— Через месяц он будет здесь, — подтвердил Ли. — Так что связь между Шарлоттой Эндсли и верхним миром будет сохранена в тайне. К тому же он раздобудет для нас планы полицейских операций в городе, что тоже небесполезно. Верхний мир должен стать таким, каким он был раньше. Газетки пусть поищут что-нибудь другое, чем позабавить своих читателей. Мы хотим спрятаться. — Он разлил вино и поднял свой стаканчик. — Выпьем за новый проект.

— Какой новый проект? — спросил Роберт.

— Проложить дорогу над рекой, — ответила Спайс. — Мы уходим в Южный Лондон. Может быть, отправимся дальше, в другие города. Ли и я очень хотим повидать Нью-Йорк. Мы могли бы наладить сообщение между башнями Всемирного торгового центра.

— Конечно, это дело долгое. Разработка, материалы. Еще надо учесть погоду, ветер... А почему бы нам не позаимствовать кое-что у Макдоналдса на оборудование...

Они сдвинули пластиковые стаканчики, и тут пошел снег, укрывший тяжелым ковром улицы Лондона.

— Как только я сюда пришла, я сразу подумала, что хорошо бы тут остаться, — сказала Роза.

Теплый синий комбинезон застегнут до подбородка. Крутые кольца рыжих волос лежат на поднятом воротнике. Роза и Роберт стояли совсем близко друг к другу, и Роза засунула руки к Роберту в карманы. Они находились на крыше Национальной галереи возле пожарной лестницы. Дыхание их смешивалось. Площадь готовилась к вечерним песнопениям. Отовсюду доносилось шарканье ног. Скоро должна была начаться служба.

— Залиан соблазнил тебя, правда? — спросил Роберт. — О, я не в смысле секса. Это он внушил тебе мысль о том, как хорошо жить наверху. Я же с самого начала знал, что это не про меня. Слишком я люблю комфорт и цивилизацию. Может быть, ты тоже рано или поздно придешь к этому.

— Не думаю.

— Тебе придется здорово себя переделать.

— Ли, Сара и другие помогут мне. Я дам тебе знать, как все устроится.

— Я бы тоже мог прийти в гости. — Роберт отступил к пожарной лестнице, застегивая на ходу куртку. — Хотя я не уверен, что высота мне на пользу.

— Ты неплохо справлялся. — Роза наклонилась к нему, когда он начал спускаться. — Обещай, что никуда не денешься. Я хочу знать, что будет с твоим сценарием. Ты сейчас куда?

— Домой. Через Лестер-сквер. У меня еще вот это. — Роберт вытащил из кармана разорванные банкноты. — Надо отдать их тому парню. Он сдержал слово. Теперь моя очередь.

Ни Роберт, ни Роза не знали, что случилось с юным осведомителем.

Роза положила локти на верхнюю ступеньку пожарной лестницы и рассмеялась.

— Не только у тебя проблемы! — воскликнула она. — У меня появился талисман. Ужасно глупый пес. Ему лет сто на вид, и его почти все время приходится таскать на руках. Но у него убили хозяина.

— Теперь буду искать на крыше девушку с собакой. Как его зовут?

— Просто Пес.

— Здорово. Постарайся поосторожнее. Слишком ты красива, чтобы позволить ветру сдуть себя с крыши. — Роберт всматривался в ее лицо, оказавшееся совсем рядом, когда лестница круто развернулась. — Знаешь, если бы мы с тобой встретились при других обстоятельствах...

— Иди! — сказала Роза. — Я тебе не подхожу. И никогда не подходила.

Он стал быстро спускаться по лестнице, стуча каблуками по железным ступенькам, а Роза смотрела вниз, пока он не скрылся из виду.

Страшный сон больше не тревожил Роберта по ночам, словно реальное противостояние с Чаймзом навсегда вытеснило его из подсознания, так же как воспоминание о тьме и кошмаре, которое иногда, выплывая из далеких времен, мутит чистую гладь другого времени. Роберт хорошо спал. Ему нечего было бояться. Теперь, когда раннее утреннее солнце заглядывало в его рабочий кабинет, он поворачивался к окну и думал о девушке с зелеными глазами, работавшей в библиотеке. Он виделся с ней несколько раз, и с каждым свиданием ему все труднее было забывать о ней хотя бы на несколько часов.

Случайно бросив взгляд на дом напротив, Роберт с удивлением обнаружил на шее одной из горгулий красное бумажное сердечко. На настольном календаре стояла дата — четырнадцатое февраля. Роберт хмыкнул. Только один-единственный человек мог вспомнить об этом. Весь оставшийся день Роберт напрасно всматривался в крыши. Черные и отчужденные, возвышались они на фоне зимнего неба.

С тех пор он частенько посматривал наверх, и в летние вечера поднимался на крышу своего дома, чтобы сверху взглянуть на машины, которые напоминали ему мельтешение белых и красных кровяных шариков в артериях города.

В начале мая он представил первый вариант сценария Полю Эшкрофту. Агент встретил его лучше некуда и с восторгом принял рукопись.

— Я так рад, что вы нашли Сару! — воскликнул он. — Это была бы невосполнимая потеря, если бы книгу нельзя было использовать.

— Скажите, пожалуйста, могу я вас кое о чем попросить? — Роберт взял в руку высоченный стакан с виски и уселся напротив старика. — Вам что-нибудь было известно о Сариных причудах?

— Ну... — У старика сверкнули глаза. — После всего, что вы сделали, давайте начистоту. Понимаете, я, в общем-то, предполагал, где она, но, увы, я слишком стар, чтобы пускаться в авантюры... теперь.

И он понимающе улыбнулся Роберту, прежде чем проглотить свое виски.

“Попал прямо в точку, — размышлял Роберт, шагая домой по темным улицам. — С самого начала угодил в стариковскую сеть”. Он покачал головой, представив, сколько тайных обществ опутало город невидимой паутиной взаимных любезностей, обид и отмщении, связывающих респектабельного бизнесмена с отверженным преступником. Две стороны одной монеты. Тьма и свет. Переходя дорогу возле Кингс-Кросс, он обратил внимание на неподвижную фигуру женщины, смотревшей на него с высокого гранитного выступа.

Он сразу узнал ее.

И на него накатила такая тоска, что ему немедленно захотелось бежать к ней, бросив все, что его удерживало внизу. А удерживало его теперь многое, потому что у него появились друзья и были обязательства, которые невозможно нарушить. Но он все равно позавидовал ее свободе, тому, что она может приходить и уходить, когда ей самой этого хочется, и ей плевать на все условности, которыми ограничена его жизнь. Всего одно мгновение — и вот уже ее нет на фоне малинового заката.

“Ничего, мы еще встретимся на равных, — подумал он, — и тогда посмотрим”. Он поднял голову, но увидел только экзотические башенки из нагретого солнцем камня, вознесшиеся над городом, словно сумасбродные часовые.

Примечания

1

Павана — старинный бальный танец.

2

Босуэлл Джеймс (1740 — 1795) — английский писатель.

3

Piste — лыжная трасса (англ.).

4

Мартингал — часть лошадиной упряжи.

5

Alter ego — второе “я” (лат.).

6

Вполголоса (ит.).


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17