Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Последняя руна (№2) - Цитадель Огня

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Марк / Цитадель Огня - Чтение (стр. 5)
Автор: Энтони Марк
Жанр: Фэнтези
Серия: Последняя руна

 

 


 — Я отправилась в Ирландию в надежде найти там вдохновение, потом немного попутешествовала по Англии, Уэльсу и Шотландии. Около недели играла в пивной в Эдинбурге. Там я и познакомилась с Адрианом. Однажды после моего выступления мы с ним разговорились, и он рассказал мне поразительные вещи о… возможностях. Возможностях, которые интересовали и меня. — Она улыбнулась. — Через неделю он привез меня в Штаб Ищущих в Лондоне.

— Мне повезло, что я тебя нашел, — сказал Фарр. — Ищущим повезло.

Дейдра задумчиво смотрела куда-то в пространство.

— Я всегда знала, что существуют другие миры, что иногда они оказываются совсем рядом с нашим. Эту веру подарили мне родители. — Она снова посмотрела на Тревиса. — Стоило мне познакомиться с Ищущими, я сразу поняла, что я из их числа.

— И ты ищешь другие миры, — подытожил Тревис.

Ему ответил Фарр:

— Как я уже сказал, мистер Уайлдер, нас интересуют самые разные вещи. Но вот уже пять веков Ищущие находят, описывают и изучают свидетельства о существовании других миров.

— Все не так заманчиво, как может показаться, — грустно улыбнувшись, проговорила Дейдра. — Став Ищущей, я обнаружила, что в основном их работа состоит в чтении старых скучных документов и внесении данных в компьютер.

— Однако именно читая скучные документы, ты сумела обнаружить ключ, который помог разобраться в деле, поставившем нас в тупик еще сто лет назад.

Дейдра взяла со стола папку.

— Здесь идет речь о человеке, известном Ищущим как Джеймс Сарсин. Мы не знаем его настоящего имени, поскольку у него их много. Однако когда Ищущие впервые о нем услышали, его звали именно так. В то время он торговал в Лондоне книгами. В начале правления королевы Елизаветы. — Дейдра оторвала глаза от папки. — Кстати, речь идет о королеве Елизавете I и 1564 годе. Но уже тогда было ясно, что человек, называвший себя Сарсин, прожил в Лондоне или его предместьях около двух веков.

Тревис покачал головой:

— Но это же…

Он замолчал на полуслове. Невозможно. Бессмысленное слово. Разве он не убедился на собственном опыте, что возможно и не такое?

Дейдра достала несколько листков бумаги из папки.

— Перед тобой копии документов о передаче права собственности на книжную лавку мистера Сарсина в Лондоне, датированные с 1532 по 1851 год. Если ты посмотришь на них внимательно, то заметишь, что примерно каждые пятьдесят лет хозяин «Книжной полки королевы» умирал, а его владения переходили в другие руки.

Тревис начал перелистывать страницы, с трудом разбирая слова — мешали цветистый стиль и слишком изысканное написание букв. Но опыт работы с рунами помог ему сосредоточиться и разобрать имена: Оливер Сарсин, Жак Гри-Пьер, Луи Гри-Пьер.

— Ну и что тут такого необычного?

— Ничего. Пока не посмотришь вот сюда. — Дейдра вытащила из папки еще один листок. — Все документы написаны во времена чернил и гусиных перьев. Иногда человек, который ставил на документе свою подпись, нечаянно размазывал чернила, оставляя отпечатки пальцев. Вот здесь сравнительный анализ отпечатков, взятых с документов 1592, 1651 и 1799 годов.

Тревис посмотрел на документ. Он не особенно разбирался в данном предмете, но даже ему бросилось в глаза, что на увеличенных участках трех отпечатков пальцев одинаковый рисунок.

— Вы хотите сказать, что какой-то человек жил в Лондоне более трех веков, время от времени делал вид, будто он умер, и оставлял в качестве наследства свою лавку самому себе, чтобы соседи не заподозрили неладное.

Глаза Дейдры сияли.

— У тебя все получается как-то уж слишком просто.

— Ищущие давно заподозрили, что мистер Сарсин имеет отношение к другим мирам, — сказал Фарр. — Поэтому мы за ним наблюдали, надеясь узнать больше.

— А вам не приходило в голову, что его можно спросить?

Фарр поставил чашку с кофе.

— Ищущие предприняли несколько попыток вступить в диалог с мистером Сарсином. Однако он категорически отказался разговаривать. Нам стало ясно, что Сарсин знает о нашем существовании, и ему известно, что именно нас интересует, но он не пожелал нам помочь. Затем, примерно в 1850 году, «Книжная полка королевы» сгорела дотла. Мистер Сарсин исчез, и дело закрыли. А потом Дейдра кое-что нашла.

— На самом деле все получилось по чистой случайности, — пожав плечами, заявила Дейдра. — Я просматривала старые документы и заносила сведения из них в компьютер. В Лондоне. Мне в руки попало письмо — имевшее непосредственное отношение к материалам, собранным Ищущими, когда они занимались делом Сарсина. Должна заметить, что урожай у них получился совсем небогатый. Письмо без обратного адреса было адресовано какому-то знакомому Сарсина, жившему в Лондоне. Узнать, откуда оно послано, не представлялось возможным.

Дейдра поискала в папке, достала пожелтевший листок бумаги и начала тихо читать:


Боюсь, мой друг, я не могу сообщить вам свой нынешний адрес, однако скажу, что нашел это место совершенно случайно и что расположено оно в поразительной по красоте долине. Местные жители называют высокие, изрезанные хребтами горы на западе Хмурыми, но лично мне — и я не сомневаюсь, что вы меня поймете, — они кажутся похожими на величественный замок. Вполне возможно, что в конце концов я решу осесть здесь надолго.


Тревис похолодел.

— Хмурая? Разве не так индейцы юты называют Касл-Пик?

— Так, — подтвердила Дейдра. Наконец Тревис все понял.

— Это Джек. Он был Джеймсом Сарсином. Вот почему вы приехали в Касл-Сити, верно?

— Ты же видел фотографию, — сказала Дейдра. — Джек Грейстоун прожил в Касл-Сити больше века и совсем не постарел. Мне кажется, ты не хуже нас знаешь почему.

— Не хотите ли присесть, мистер Уайлдер? — Фарр показал на стул около стола.

Тревис кивнул и опустился на стул, невольно сжав правую руку в кулак. Он знал, что Джек был волшебником с Зеи, но дано ли ему когда-нибудь до конца понять, кем на самом деле являлся его друг? И что он с ним сотворил?

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Дейдра, легко коснувшись его плеча.

Тревис внутренне усмехнулся. И почему люди постоянно задают ему этот вопрос после того, как их стараниями земля начинает уходить у него из-под ног?

Фарр устроился на краю стола.

— Как только нам стало известно, кто такой Джек Грейстоун, мы подумали, что Грейс Беккетт перед своим исчезновением приехала в Касл-Сити не случайно. Дейдра знала, что вы дружили с Грейстоуном. Предпринятое нами расследование показало, что и вы тоже куда-то пропали в ту же ночь, что и доктор Беккетт. Теперь, надеюсь, вы понимаете, почему мы ужасно хотели с вами поговорить?

Тревис не сводил глаз с папки на столе.

— Вы поразительный человек, мистер Уайлдер, — проговорил Фарр, во взгляде его появилось напряжение. — Думаю, вы и сами это понимаете. Джеймс Сарсин и Грейс Беккетт очень интересовали Ищущих, поскольку оба определенно являются путешественниками из других миров. А вы связаны с обоими. По правде говоря, я пойду дальше и выскажу следующее предположение — вам тоже довелось побывать в другом мире.

— А почему вас так сильно занимают другие миры? — спросил Тревис.

— Что такое жизнь без новых открытий, нового знания и нового опыта? — тихо проговорил Фарр. — Мы ученые, мистер Уайлдер. Разве желание удовлетворить свое любопытство не достаточное объяснение нашему интересу?

Тревис провел рукой по лежащей на столе папке. Незнакомец, что подошел к нему сегодня около салуна, наверняка готов отдать многое, чтобы заполучить информацию, содержащуюся внутри.

— А они? — подняв голову, спросил он. — Те, другие?

— «Дюратек», — произнесла Дейдра так, словно ее тошнило от одного только упоминания этого имени.

— Другие миры ищем не только мы, — ответил Фарр. — Но нами двигают совершенно разные устремления. Я уже сказал, что мы ученые, и нас интересует знание ради самого знания.

— А чего хочет «Дюратек»? — облизнув пересохшие губы, спросил Тревис.

Дейдра невольно сжала руки в кулаки.

— Использовать, поглотить, подвергнуть насилию.

— Я не понимаю.

— Подумайте сами, мистер Уайлдер, — наклонившись к нему, заговорил Фарр. — Целый новый мир ресурсов, которые никто не разрабатывает, местное население, не испорченное благами цивилизации, отставшей от нашей на несколько веков. Речь идет о Третьем Мире. Только там не будет ни законов, ни ограничений, ни международных общественных организаций, к мнению которых следует прислушиваться и которым необходимо подчиняться. Целый мир с его богатством, а достанется оно тому, кто обнаружит его первым.

Тревис несколько мгновений рассматривал Фарра, а потом его взгляд устремился в далекие дали. И он увидел, как гибнут серебристые валсиндары из Зимней Пущи, падая на землю под ударами безжалостных топоров. И израненные горы Голта, окутанные клубами дыма. Он увидел, как девять башен Кейлавера превращаются в пыль, став жертвой бездушных железных чудовищ, которые могут только разрушать. Они спасли доминионы от Бледного Властелина. Неужели же им суждено попасть во власть другого, не менее жестокого господина?

— Нет, — сказал Тревис. — Этого нельзя допустить.

— В таком случае помогите нам, — попросил Фарр.

— Пожалуйста, Тревис, — прикоснувшись к его руке, добавила Дейдра.

Тревис посмотрел на папку, открыл ее, дотронулся до старых бумаг — принадлежавших Джеку. Он никогда не стремился играть значительную роль в жизни других людей. Но ему ее навязали вместе с силой, подаренной Джеком. Впрочем, брат Сай прав. Человеку не дано выбирать, что с ним произойдет в следующее мгновение. Но зато он может решать, как с этим поступить.

— Хорошо, я…

И замолчал, заметив, что из папки торчит уголок листка бумаги. Тревис смог разобрать только несколько слов, но и их хватило, чтобы он поспешно выдернул листок. Стихотворение… нет, песня. Слова записаны неровными строчками, почерком далеким от идеала, однако Тревис их сразу узнал и без труда прочитал начало:

Нам в этом мире суждено

Всю жизнь по кругу мчать…

Он положил листок на стол и поднял глаза. По-видимому, на лице Тревиса появилось такое выражение, что Дейдра и Фарр невольно отступили на шаг назад.

Однако Дейдра быстро оправилась и спросила:

— Что случилось, Тревис?

— Вы хотели меня использовать, — едва слышно сказал он. Фарр удивленно посмотрел на Дейдру, которая пыталась найти подходящие слова. Тревис встал.

— Песня. Ты сказала, что слышала ее от барда в Миннесоте. И обманула меня. — Он захлопнул папку. — Ты нашла ее в бумагах Джека. И спела в салуне, чтобы посмотреть на мою реакцию.

— Извини, Тревис, — смущенно проговорила Дейдра. — Я не собиралась тобой манипулировать. Но я хотела наверняка выяснить, узнаешь ли ты ее. Другого пути я не видела.

Она протянула к Тревису руку, но он отшатнулся. До конца разобраться в чужой душе невозможно…

— Другой путь был, Дейдра, — сказал он. — У человека всегда есть выбор. Ты могла спросить меня.

Она потянулась к нему, но Тревис сделал еще шаг назад.

— Тревис, пожалуйста, не уходи. — В темных глазах появился страх — за себя или за него, Тревис не знал.

Фарр не сдвинулся с места.

— Нам предстоит сделать грандиозное открытие, мистер Уайлдер. И мы его сделаем. Вам не удастся вечно прятать свое знание. Помогите нам, помогите ради добра, которое мы хотим творить. Иначе восторжествует зло.

Неожиданно Тревис разозлился. Да кто они, чтобы просить его о таких вещах? Ведь речь идет не о каком-нибудь необычном артефакте, который они мечтают отыскать. Решается судьба целого мира и живущих там людей. Они собираются засунуть его под увеличительное стекло и разглядывать, точно диковинное насекомое, нечаянно попавшее к ним в руки. Разве это лучше, чем задушить его металлом и пластиком?

— Нет, — проговорил он. — Вам этого не понять. С моей помощью вы туда не попадете. Ни вы — и никто другой.

Прежде чем они смогли ему ответить, Тревис развернулся и, промчавшись по окутанному тенями оперному театру, выскочил в ночь.

ГЛАВА 13

— Нужно его догнать.

Дейдра схватила шлем и вытащила из кармана кожаные перчатки с обрезанными пальцами.

— Значит, ты уверена, что тебе до конца ясна природа явления, которое мы здесь обнаружили, — чуть приподняв одну бровь, спросил Адриан.

Дейдра принялась натягивать перчатки.

— Нет, мы не можем знать этого наверняка, но сейчас важно другое. Тревису угрожает опасность. Неизвестно, на что пойдет «Дюратек», если доберется до него.

Адриан сложил руки на груди, его губы искривила язвительная усмешка.

— Думаю, сейчас Тревис о нас не самого лучшего мнения.

— В таком случае я намерена его переубедить.

Дейдра собралась надеть шлем.

— Хорошо. Я свяжусь с Ищущими и сообщу им, что ты считаешь Третий пункт Установления несущественным. Не сомневаюсь, что они будут только счастливы его вычеркнуть.

Дейдра поморщилась и опустила шлем. Адриан шагнул к ней и проговорил:

— Ищущий наблюдает и никогда не вмешивается. Ты уже нарушила это правило, когда вмешалась в разговор мистера Уайлдера с представителем «Дюратека». Ты собираешься еще больше усложнить положение? В прошлом Философы были склонны прощать тех, кто забывал о существовании Третьего пункта Установления — один раз, — но в дальнейшем демонстрировал раскаяние. Однако я совершенно точно знаю, что они не поощряют злостных нарушителей.

— Отлично. В таком случае я буду присматривать за Тревисом как друг, а не Ищущая, — заявила Дейдра.

— А теперь ты забываешь Клятву, — рассмеявшись, сказал Фарр.

Дейдра разглядывала его несколько коротких мгновений, а потом опустила голову.

— Ищущий прежде всего должен оберегать интересы Ищущих.

— Значит, все-таки помнишь.

Девушка положила шлем, гнев ушел, уступив место холодному ужасу, печали и беспомощности. Сейчас она ненавидела Адриана. Но лишь потому, что он был совершенно прав. Дейдра долго думала, прежде чем дать клятву верности Ищущим три года назад, в подвале огромного особняка шестнадцатого века, в предместье Лондона. Сегодня Ищущие стали ее жизнью. И хотя порой она считала, что они придерживаются слишком строгих законов, ограничивающих свободу членов организации, Клятва и Третий пункт Установления существуют для того, чтобы защитить как самих Ищущих, так и тех, с кем они имеют дело. Просто иногда складываются гораздо более сложные ситуации, чем могли предусмотреть старые правила, впервые записанные в Книге пять веков назад средневековым обществом алхимиков, назвавшихся Философами. Дейдра прислонилась к сцене.

— И что же, просто возьмем и отпустим его?

— Пока отпустим. Установление в данном вопросе не дает нам шансов. Мы не имеем права заставить мистера Уайлдера вступить с нами в диалог. В наших силах только наблюдать. Потому что цель Ищущих — посмотреть, что будет делать человек, связанный с другими мирами — по собственной воле. Наша деятельность не должна влиять на его решения, иначе знание, которое мы от него получим, может оказаться извращенным. И не забывай наш девиз: Наблюдать — Верить — Ждать.

— Чего ждать?

Адриан немного помолчал, потом ответил:

— Когда опасность, о которой ты говоришь, станет настолько реальной, что ее увидят даже Философы.

Дейдра выпрямилась.

Разумеется. Он всегда именно так и поступает. Ведь ему удалось вступить в контакт с Грейс Беккетт и не навлечь на себя гнев Философов.

— Девятый пункт Установления, — сказала она вслух.

— Отлично, — криво ухмыльнувшись, похвалил ее Адриан. — Наконец-то ты решила использовать голову по назначению. — Подойдя к столу, он достал фотографию Грейс Беккетт и провел по ней пальцем. — Девятый пункт Установления. Главная цель Ищущих — не допустить, чтобы другому человеческому существу был причинен вред.

Положив снимок, он повернулся и окинул Дейдру серьезным взглядом.

— Именно Девятый пункт позволяет нам сохранять человеческие качества и лицо. Он помогает нам справиться с самонадеянностью и не допускает бессмысленных игр с судьбой — в случаях, когда кому-нибудь взбредет в голову использовать полученное знание не по назначению. — Адриан показал на электронное оборудование, расставленное на столе. — Мы наблюдаем, систематизируем, изучаем. Все по правилам, прямо как в операционной. Но если жизни другого разумного существа угрожает опасность, все пункты Установления отходят на задний план, остается только Девятый.

Дейдра провела рукой по волосам. Звучит, конечно, неплохо. Но ей казалось, что этого недостаточно. Она хотела действовать — немедленно.

— И сколько же мы будем ждать?

— Если ты не ошиблась, Дейдра, недолго. Совсем недолго.

Дейдра внимательно посмотрела на своего коллегу. С самого начала она понимала, что Адриан Фарр не так прост, как может показаться на первый взгляд, сейчас она убедилась, что не ошиблась. Добиться высокого положения среди Ищущих удается далеко не каждому, для этого должна быть очень уважительная причина. Поговаривали, будто бы Фарр обнаружил портал, ведущий в другой мир — совсем недавно закрывшийся, — в пирамиде майя на Юкатане. В сочетании с тем, что он распознал Аномалию Первой степени, встретившись с Грейс Беккетт, это давало многим повод утверждать, что Фарр готовится подняться до статуса Философа.

Разумеется, Ищущие, с которыми Дейдре довелось встречаться, почти ничего не знали о Философах. А уж о том, работал ли кто-нибудь из них простым агентом Ищущих, прежде чем стать членом тайного круга, направляющего деятельность организации, и подавно. Несмотря на то что все приказы поступали от имени Философов в письменном виде — а в последнее время с использованием электронных средств, — за три года Дейдре ни разу не удалось ни увидеть, ни вступить в контакт с кем-нибудь из них. Впрочем, она вполне могла и не знать, что разговаривает с представителем высшего руководства. Среди рядовых членов Ищущих бытовало мнение, будто Философы находятся среди них, только тщательно скрывают свое истинное положение.

Она подошла к столу. Фарр перелистывал небольшую, переплетенную в кожу книжицу. Ищущие обнаружили ее около века назад среди руин «Книжной полки королевы». Следовательно, когда-то она принадлежала Сарсину. Страницы, не пострадавшие от огня, неплохо сохранились, а символы, написанные на них, внешне походили на руны и не имели отношения ни к одной из систем письма, принятых на Земле.

Фарр провел пальцем по рисунку, изображавшему меч, клинок которого украшали диковинные руны. Кое-что они все-таки утаили от Тревиса — между человеком, известным под именами Джеймс Сарсин и Джек Грейстоун, и Грейс Беккетт существовала связь.

Дейдра взяла в руки фотографию Грейс и коснулась пальцем трапециевидного кусочка металла, висевшего на цепочке у нее на шее. Символов на снимке не было видно, однако Дейдра изучила их в увеличенном виде и знала, что они полностью совпадают с рисунком. Не вызывало сомнений, что кулон доктора Беккетт является частью меча, изображенного в книге. Как Грейс Беккетт получила кулон — причем не вступая в контакт с Джеком Грейстоуном, — оставалось загадкой.

— И что все это значит? — вздохнув, спросила Дейдра. Вопрос был чисто риторическим, и она не ожидала, что Адриан ответит.

— Это значит, что нам не хватает знания, — сказал он, не поднимая головы. — Что, несмотря на тщательные наблюдения и века, потраченные на изучение и анализ проблемы, мы беспомощны перед загадками, которые пытаемся решить.

— Но дети ведь учатся, Адриан. Мы тоже можем учиться. Мы будем наблюдать за Тревисом. — Дейдра сжала руки в кулаки. — И пробьемся к нему раньше «Дюратека».

— Возможно. А как насчет тех, кто доберется до него прежде нас всех?

Дейдра нахмурилась, уронила руки.

— В каком смысле?

Адриан молча захлопнул книгу.

ГЛАВА 14

Небо пылало.

Тревис устроился на полуразрушенной стене — кирпичи почернели и потрескались от дыма и жара — и наблюдал за тем, как осторожно пробирается в долину рассвет. С трудом повернув затекшую от долгого сидения шею, он принялся разглядывать руины вокруг: останки печной трубы, кусок обгоревшей стены, разбросанные тут и там обломки мебели, такие же истерзанные и обугленные, как и все, что когда-то удалось достать из-под пепла в Помпеях.

Почему он пришел на пепелище «Обители Мага»? Лишь когда робкие лучи рассвета принялись перекрашивать небо из чернильно-черного в серое, Тревис понял, куда его принесли ноги после побега из старого оперного театра. Впрочем, наверное, в этом был смысл. Ведь именно здесь все началось. Здесь вспыхнул первый пожар.

Где Джакабар из Грейстоуна?

В ушах Тревиса снова зазвучал шипящий голос незнакомца, словно тот неслышно подкрался к нему и прошептал свой вопрос на ухо. Джакабар из Грейстоуна — Джек Грейстоун. И никто другой. Кого еще мог искать тот страшный человек в черном? Если у Тревиса и были какие-то сомнения, документы, которые ему показали ночью Дейдра и Фарр, полностью их развеяли.

Тревис сжал правую руку в кулак и уставился на развалины лавки древностей. Неожиданно он почувствовал, как его охватывает гнев, обжигающий, точно полуденное солнце.

— Это несправедливо, Джек, — прошептал он. — Ты не имел права так со мной поступить. На меня свалились проблемы, от которых ты ушел, но я же ничего не понимаю. Какие-то люди тебя ищут, а находят меня. Что мне делать? Ты легко отделался, вот что я тебе скажу, Джек!

Из-за Касл-Пика выглянуло солнце. Тревис поднял голову и посмотрел прямо в его раскаленный глаз, отчаянно жалея, что не сгорел тогда вместе с Джеком.

Какая-то тень закрыла солнце, и легкий ветерок коснулся лица Тревиса. Несколько секунд он ничего не видел, словно ослеп, но постепенно глаза привыкли, и Тревис различил перед собой женщину и девочку. Он снял очки и спрыгнул со стены.

Женщина и девочка были в черных, точно уголь, платьях, а их лица казались бледными лунами на дневном небосклоне. Тревис взглянул на черные волосы малышки, и у него возникло ощущение, будто их окутывает ночной мрак, а локоны женщины, озаренные лучами солнца, сияли ослепительным медным блеском. Тревис задохнулся от изумления. Впрочем, и это имело свой смысл. В прошлый раз, когда его жизнь круто изменилась, он тоже с ними встретился.

— Саманта, — прошептал он.

Девочка посмотрела на него своими взрослыми фиолетовыми глазами.

— Мы искали тебя, — сказала она звенящим детским голоском.

Несмотря на необычность происходящего, Тревис улыбнулся и с горечью произнес:

— И не только вы.

Женщина протянула руку и взяла девочку за плечо.

— Значит, это он? Мы его нашли?

— Да, сестра Миррим, — ответила малышка. — Это он.

Тревис поднял голову и только сейчас заметил тонкую полоску ткани, скрывающую глаза незнакомки.

— Что с ней произошло? — спросил он, повернувшись к Саманте.

— Она заглянула в огонь, чтобы увидеть, что прячется внутри.

— И ослепла, — покачав головой, проговорил Тревис. Малышка Саманта посмотрела на него, и розовый бутончик ее губ расцвел мудрой улыбкой понимания.

— Не беспокойся за сестру Миррим. Она обладает другим зрением. Другими глазами.

Тревису казалось, будто он кружится на карусели, мир вокруг отчаянно вращался, и он никак не мог сосредоточиться на происходящем.

— Я не понимаю.

Девчушка протянула руку. На крошечной ладони лежал бумажный черный ворон.

Тревис отшатнулся, прижался к стене. Неужели все начинается снова?

— Я вижу, — прошептала сестра Миррим. — Ночные птицы пали на землю, у них обожжены крылья. Темные силы наступают, и от их шагов земля покрывается пеплом. — Повисшие вдоль тела руки ожили, пальцы скрючились, стали похожи на когти диковинной птицы, голос сестры Миррим звучал, точно монотонное заклинание. — Тот, что умер и был забыт, снова обрел могущество. Он покорил сердце огня и… нет! Этого не может быть! Он держит в руке пламенеющий меч и собирается разорвать небесный покров, чтобы добраться до звезд, и тогда весь мир утонет в крови!

Тревис не сводил глаз с сестры Миррим, его захлестнул холодный влажный ужас. Алые слезы потекли из-под повязки, залили щеки.

— Ты должен идти, — сказала малышка Саманта. Тревис оторвал взгляд от сестры Миррим и посмотрел на девочку. Бумажный ворон исчез — на маленькой ладошке осталась лишь горстка пепла, ветер подхватил его и развеял.

— Куда? — с трудом разлепив губы, прошептал Тревис. — Куда я должен идти?

В исполненных вековой мудрости фиалковых глазах вспыхнули искорки, но голос звучал еле слышно, словно малышка уже была далеко.

— Ты должен умереть, чтобы стать другим.

Тревис протянул к девочке руку:

— Нет, подожди….

Яркая вспышка света ослепила Тревиса, и он отвернулся от обжигающих лучей солнца. Прошло всего несколько мгновений, но когда он снова посмотрел на обожженную землю, где только что стояли малышка Саманта и сестра Миррим, оказалось, что они исчезли.

Тревис отчаянно сражался с диким смехом, который рвался из его груди, понимая, что хохот, который разорвет тишину утра, окончательно лишит его присутствия духа. Хорошо им рассуждать, тем, кто ушел. А что делать ему? Как быть тем, кто остался? Как поступить? Но тут он вспомнил глаза сестры Миррим и понял, что несправедлив. Им — кому? — тоже нелегко.

Тревис отошел от разрушенной стены и замер на месте. Он не знал, куда идти. Наверное, малышка Саманта ответила на его вопрос, только он ничего не понял. Несколько мгновений он раздумывал, не вернуться ли в салун, но там его наверняка поджидает «Дюратек». И Дейдра с ее Ищущими. Он повернулся спиной к Касл-Сити и зашагал по пустому, сожженному безжалостным солнцем полю. Скорее всего не важно, в какую сторону он пойдет, главное, чтобы его не нашли.

Тревис добрался до шоссе из города и продолжал идти вперед. Иногда достаточно просто двигаться, и тогда становится легче. Неожиданно его взгляд наткнулся на газетный автомат, торчащий возле дороги рядом с дюжиной простых почтовых ящиков. Тревис присел на корточки и сквозь поцарапанную пластмассовую дверцу прочитал:


НЕСКОЛЬКО ДЮЖИН ЛЮДЕЙ ПОДВЕРГЛОСЬ ДОБРОВОЛЬНОМУ САМОСОЖЖЕНИЮ

ПРИЧИНА НЕИЗВЕСТНА

Врач дал название необычной эпидемии — «Новая Черная смерть»


Под заголовком была помещена фотография: черное, истерзанное огнем тело. Как две капли воды похожее на тела на снимках, которые показал Тревису Адриан Фарр.

Тревис шумно выдохнул и принялся читать статью.


Ученым еще предстоит выяснить причину, заставляющую людей подвергаться добровольному самосожжению. За последние шесть недель на Среднем западе произошло несколько таких случаев. Кое-кто утверждает, будто у нас разразилась новая эпидемия самоубийств, жертвы которых выбрали для себя единый — неизвестней нам — пример для подражания. Однако ни в одном из случаев не использовано горючее вещество. Свидетели утверждают, что пострадавшие вели себя весьма необычно и демонстрировали все признаки лихорадки перед тем, как…


Продолжение статьи было напечатано на одной из внутренних страниц, а здесь Тревису удалось прочитать лишь небольшую заметку о том, что употребление среди молодежи наркотика под названием «электрия» достигло пугающих масштабов. Тревис порылся в кармане джинсов, но обнаружил там лишь горстку мелких монет. Впрочем, он не особенно огорчился, понимая, что ничего нового газета ему не расскажет. Он знал, куда должен отправиться, причем как можно быстрее. Возможно, это действительно что-то вроде «Черной смерти». Может быть, болезнь, которая передается через прикосновение.

Он засунул монеты обратно в карман и вскочил на ноги, вглядываясь в горизонт.

— Держись, Макс, — прошептал он. — Ты должен выстоять.

Тревис подумал было забрать свой пикап, но тот по-прежнему стоял возле салуна. Он решил, что быстрее дойдет до квартиры Макса пешком. Перебравшись через старое проволочное ограждение, Тревис быстро зашагал по пустому полю на юг от дороги. Через несколько минут он взобрался на вершину холма и увидел впереди железнодорожные пути, ведущие в Касл-Сити. По другую сторону от них шла дорога к дому Макса.

Он сбежал по усыпанному мелкими камешками склону к железнодорожному полотну. Около ста лет назад поезда проезжали через Касл-Сити три раза в неделю, они везли пассажиров, самые разные товары, оборудование и уголь. Но последний поезд побывал здесь лет двадцать назад, и с тех пор железная дорога превратилась в безмолвное, безжизненное место: кладбище, где похоронены мечты о богатстве, и повсюду валяются старые вагоны, словно трупы, которые никто не дал себе труда предать земле.

Тревис осторожно прошел по проржавевшим рельсам, миновал полуразрушенное здание депо и перебрался на другую сторону железнодорожного полотна. Отсюда до дома Макса оставалось около мили.

Неожиданно он наткнулся на высокую железную сетку.

Тревис смотрел на ограждение и ничего не понимал. Впрочем, он почти сразу же вспомнил, что сетку поставили пару лет назад, когда мальчишка забрался в один из вагонов поиграть и закрыл за собой дверь на замок. Его тело нашли лишь спустя несколько недель.

Тревис отошел на шаг назад и окинул взглядом ограждение, которое заканчивалось острой, точно бритва, колючей проволокой. Ее края покрывала ржавчина, издалека похожая на кровь, но Тревис не сомневался, что перелезть не удастся — проволока по-прежнему оставалась острой и очень опасной. Значит, придется вернуться назад и снова обойти депо. Но тогда получается, что выгоднее идти в город и забрать пикап.

Тревис потрогал рукой сетку, просто так, он не собирался на нее лезть. Он уже понял, что повернет назад. Оставалось надеяться, что он успеет к Максу вовремя. Впрочем, вполне возможно, что он ошибся, и его приятель просто получил сильный ожог, когда прикоснулся к человеку в черном. А вдруг Макс сидит у себя дома, лечится и набирается сил, а когда Тревис постучит к нему в дверь, лишь посмеется над его страхами?

Или Тревис снова заглянет к нему в окно, только на сей раз увидит картину, похожую на снимок в газете? Тревис покачал головой, заставил себя не думать о таких страшных вещах и зашагал прочь от ограды.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33