Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Последняя руна (№2) - Цитадель Огня

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Марк / Цитадель Огня - Чтение (стр. 16)
Автор: Энтони Марк
Жанр: Фэнтези
Серия: Последняя руна

 

 


Произнеси руну, Тревис.

В поле его зрения возникло еще два виллана, которые не сводили с него ненавидящих глаз.

— Убирайся отсюда, серый человек, — проревел один из них.

Атмосфера накалялась, Тревису казалось, что все краски потеряли свой цвет и подернулись дымом. Он вцепился в край стола, чтобы не упасть.

Быстрее, Тревис! Произнеси руну. Они тебя убьют.

У Тревиса возникло ощущение, будто он пробивается сквозь расплавленный камень, но он заставил себя подчиниться. Открыл рот, вытянул в сторону мужчины руку и собрался произнести одно слово.

Кронд.

Но прежде чем выговорить слово вслух, убрал руку. Что-то здесь не так, что-то мешало ему, какая-то причина мешала ему это сделать.

Тревис!

Поздно. Тревис уже не мог бы подчиниться голосу, звучавшему у него в голове, даже если бы захотел. Сильные руки схватили его за плечи, стащили со скамьи, толкнули к стене. Раздался треск, и его пронзила вспышка боли, хотя Тревис почти не заметил ее — таким ослепительным и почти невыносимым был жар, окутавший его тело. Еще несколько мгновений. Он открыл глаза и увидел кулак, направленный прямо ему в лицо.

Неожиданно раздался грохот.

Сквозь туман, застилавший глаза, он увидел, как распахнулась дверь таверны, и во все стороны полетели щепки.

— Остановитесь! — приказал суровый голос.

Крестьяне замерли на своих местах, страх на их лицах сменился ужасом. Перед Тревисом стояли испуганные жалкие дворняжки, а не разъяренные боевые псы.

— Отпустите его! Немедленно!

Чистый, точно рожок, голос явно принадлежал человеку благородного происхождения, и сердце Тревиса наполнилось ликованием. Он попытался разглядеть своего спасителя, но сквозь пелену, застилавшую глаза, видел лишь высокого мужчину, окруженного волшебным сиянием. Он подошел, и крестьяне испуганно отступили. Прохладная рука коснулась плеча Тревиса.

— Не бойтесь, — мелодичным голосом проговорил сияющий незнакомец. — Я с вами.

Тревис улыбнулся и хотел сказать прекрасному видению, что с ним все в порядке, что скоро его заберет огонь, но прежде, чем он сумел произнести хотя бы слово, ноги у него подкосились, и Тревис повалился на грязный пол.

Я иду к тебе, Макс.

Мир вокруг него перестал существовать. Но его поглотил мрак, а не огонь.

ГЛАВА 38

Было очень поздно. Или рано.

Лежа на своей жалкой постели на земле, Грейс смотрела в темный купол неба, наблюдая за тем, как луна медленно движется к горизонту. Наверное, спутник Земли теперь покажется ей чужим — ведь он такой маленький, холодный и ужасно далекий. Она уже успела привыкнуть к огромной, золотистой луне Зеи.

Грейс занялась мысленными подсчетами — и луна подтвердила ее догадку. Она медленно, неуклонно увеличивалась, и уже была в своей четверти.

Значит, сегодня седьмой день с тех пор, как мы покинули Кейлавер, Грейс. Получается, что до полнолуния осталось всего восемь. А потом…

Неожиданно серебристое покрывало облаков рассеялось, и на небе появилась пульсирующая алая искра, залив луну кроваво-красным сиянием. Грейс вскрикнула.

— Что случилось, миледи?

— Дарж, — произнесла Грейс, словно слово молитвы. Рыцарь присел рядом с ней на корточки. В темноте его лицо казалось таким же изборожденным морщинами, как и лик самой луны, но в глубоко посаженных глазах читалась тревога. Уже в который раз Грейс подивилась его надежности и силе. Несмотря на невысокий рост, у Даржа были широкие плечи и могучие руки и ноги. В свои сорок шесть лет рыцарь считал себя стариком, но Грейс он представлялся скалой, истерзанной ветром, но не склонившейся под ударами стихий. Дарж наклонился к Грейс.

— Миледи?

— Я смотрела на луну.

Дарж кивнул. Ему не нужно было ничего объяснять.

— Вам следует поспать, миледи. До рассвета еще несколько часов.

— Да, — сказала Грейс, но не сдвинулась с места. Дарж тоже не шевелился.

— Мы доберемся сегодня до Ар-Толора? — спросила она через некоторое время.

— Я на это рассчитывал, миледи. Однако мы… задержались в Фаланоре. Теперь хорошо, если до наступления ночи нам удастся перебраться через Темноструйную. И въехать в Толорию. Оттуда до замка королевы всего пять лиг.

Глядя вдаль, Грейс задумалась над его словами. В тусклом свете догорающего костра она видела своих спящих спутников. Двое из них заснули, тесно прижавшись друг к другу: Дейнен и Тира. Лирит и Эйрин устроились рядом с ними. Пятый же лег чуть в стороне. Грейс посмотрела на Даржа.

— Как Меридар?

— Он… отдыхает, миледи. Вино, которое вы ему дали, кажется, немного его успокоило.

Грейс ухмыльнулась в темноте. После обеда она дала Меридару не просто вино, и Дарж это знал. Ей было не по себе от того, что она незаметно положила в кружку рыцаря кое-какие травы. Такие методы, как правило, используют колдуньи вроде Кайрен.

Однако вчера целый день по дороге из Фаланора Меридар казался необычно подавленным. Ни с кем не разговаривал, ехал поодаль от остальных, что-то бормотал, время от времени качал головой. Сначала Грейс решила, что он переживает из-за смерти Каллета. Может быть, Меридар винил себя за то, что не смог защитить своего товарища. Но по мере того как день клонился к вечеру, и тени деревьев становились все длиннее, она начала сомневаться в правильности своего диагноза. Тогда она решилась спросить рыцаря, как он себя чувствует. К ее несказанному удивлению, он расхохотался в ответ.

— Ярость может стать отличной кольчугой, миледи, — сердито заявил он. — А ненависть в силах выковать острый меч трусости.

Грейс не нашлась, что ему ответить, и не стала догонять Меридара, когда тот пришпорил коня и поскакал вперед.

Во время ужина, прошедшего в мрачном молчании, Меридар ничего не ел, а Дарж отьел Грейс в сторону и прошептал:

— Сон станет для него хорошим лекарством, миледи, если он сможет уснуть.

Его слова поразили Грейс. До сих пор Дарж старательно избегал всего, что имело хоть какое-то отношение к колдовству. Она кивнула и отправилась к своей седельной сумке достать мешок с травами.

Грейс почувствовала, что замерзает, и обхватила себя руками. Поразительно, дни стоят такие жаркие, а ночью холодно.

— Вы еще поспите, миледи?

Она кивнула, решив не говорить Даржу, что вряд ли сумеет заснуть.

— А ты?

— Я посторожу. Не беспокойтесь, миледи, я отдохну.

Грейс посмотрела на него и снова восхитилась этому поразительному человеку. Она жалела, что не может найти подходящих слов, чтобы рассказать ему, какой он замечательный. Впрочем, ничто, даже рентгеновский аппарат, будь он у нее здесь, не сумел бы запечатлеть на пленке силу, доброту и глубину его души. Не успев подумать, что делает, Грейс потянулась к Даржу и поцеловала его в щеку, чем привела рыцаря в страшное замешательство.

Она зевнула, вдруг почувствовав, как все тело налилось усталостью, и подумала, что, наверное, все-таки уснет. Она попыталась поудобнее устроиться на своем одеяле и спросила:

— Ты будешь рядом, Дарж?

Она услышала скрип кожи, когда он поднялся.

— Я всегда рядом, миледи.

Грейс тяжело вздохнула. Может быть, ей не суждено полюбить другого человека. Может быть, близость подобного рода ей недоступна. Но возможно, так даже лучше. Разве любовь в силах подарить столь восхитительное ощущение защищенности?

По небу пронеслась звезда, но Грейс не стала загадывать желание. Закрыв глаза, она тут же провалилась в сон.

Когда она проснулась, горизонт на востоке полыхал яркими красками нового дня, и все остальные уже встали. Грейс поднялась и села завтракать — черствый хлеб, коринка и вода: никому не хотелось разводить костер. Они тронулись в путь, когда алый солнечный шар начал свой медленный путь на небо.

Похоже, сон и правда оказал благотворное действие на сэра Меридара. Во время завтрака он, хоть и сдержанно, но все-таки разговаривал со своими спутниками, а как только они выехали на дорогу, признал главенство Даржа и без возражений выполнял его приказы.

Может быть, худшее осталось позади, подумала Грейс. Но в какой-то момент она случайно встретилась с ним взглядом и увидела такую тоску в прежде добрых глазах, что быстро отвернулась. Грейс поняла, что боль, от которой страдает Меридар, не вылечишь несколькими сушеными листьями и парой часов сна.

Дарж и Меридар часто выезжали вперед или, наоборот, отставали, а потом быстро возвращались. Грейс прекрасно понимала, почему они так себя ведут и чего опасаются.

Я буду ждать у себя в доме.

Чего?

Буду ждать, когда они придут, миледи. И когда сгорит весь мир.

Грейс вцепилась в поводья Шандис. Она еще не готова сдаться и прятаться. Она должна помочь Тревису. А кроме того, есть еще надежда найти лекарство от страшной болезни.

Вскоре дорога свернула на юг, в сторону от Димдуорна. Грейс уже знала, что таким образом они срежут угол и выедут к мосту, по которому попадут в Толорию.

Эйрин ехала рядом с Грейс, глядя прямо перед собой своими поразительными васильковыми глазами. Грейс не имела ни малейшего представления о том, какие мысли бродят в голове юной баронессы. После того как они покинули Фаланор, Эйрин вела себя очень сдержанно, но не пыталась уйти в себя, как после смерти Гарфа. Однако почему-то ее невозмутимость беспокоила Грейс сильнее, чем слезы.

Лирит не отставала от них. Она усадила перед собой Дей-нена, мальчишка весело болтал тощими ногами в потрепанных штанах и, подставив солнцу лицо, задавал колдунье вопросы про места, по которым они проезжали. Всякий раз, прежде чем ответить, Лирит наклонялась к нему, словно ее слова предназначались только для его ушей, а мальчик улыбался.

Лирит во многих отношениях продолжала оставаться для Грейс загадкой. Она ни разу не сказала, что думает о происходящем — об их путешествии, огненной чуме, смерти сэра Каллета. Однако Грейс радовалась тому, что Лирит рядом. Что бы ни происходило, черноглазая колдунья обладала поразительной способностью вовремя вспомнить о главном. Ведь именно она высказала вслух то, что показалось всем очевидным: они не могут оставить Дейнена и Тиру в Фаланоре.

Грейс посмотрела на худенькую девочку, сидящую в седле перед ней. Какая она легкая и какая тихая — Грейс иногда даже забывала о ее существовании. Обняв ее, Грейс чувствовала хрупкое тельце под старым поношенным платьем. Только волосы девочки казались наполненными силой и жизнью: густые, вьющиеся, яркие, точно пламя.

Словно почувствовав взгляд Грейс, Тира подняла голову, и мимолетная улыбка коснулась ее губ, но уже в следующее мгновение девочка словно поникла, стараясь прикрыть волосами изуродованное лицо. А потом вдруг осторожно подвинулась в седле и прижалась к животу Грейс. Грейс напряглась, но тут же заставила себя расслабиться и принять эту близость, убеждая себя в том, что ей нечего бояться больного ребенка.

Накануне вечером она осмотрела девочку — ее прежние опасения подтвердились: огромные участки тела Тиры покрывали шрамы от заживших ожогов. Перед тем как покинуть Фаланор, Грейс еще раз попыталась разговорить Тиру. Ее вопросы, казалось, девочку не особенно беспокоили, но в ответ она не произнесла ни звука. Малышка спокойно играла с каким-то предметом, который держала на коленях и который Грейс не могла разглядеть.

Наконец, отчаявшись чего-нибудь от нее добиться, Грейс решила прибегнуть к другой тактике — она спросила, во что Тира играет. Девочка протянула ей маленькую простую куклу, вырезанную из дерева и завернутую в тряпку. Грейс принялась вертеть ее в руках и неожиданно задохнулась от удивления. Половина головы куклы обуглилась, словно ее специально засунули в огонь. Тира мягко взяла у нее из рук игрушку и принялась ласково гладить спутанные волосы из пакли.

А Грейс поняла, что больше не в силах придумать ни одного вопроса. Зато она с самого начала знала, что Лирит права — ни Дейнена, ни Тиру нельзя оставлять в Фаланоре. Жители деревни в страхе попрятались по своим жалким домам, и никто не стал бы заботиться о детях.

Она думала, что Меридар будет возражать, но рыцарь, казалось, вообще их не замечал.

— И что мы будем с ними делать? — спросил Дарж.

— Оставим в Ар-Толоре, — ответила Лирит. — Иволейна о них позаботится.

— Я слышал, что королева очень красивая, — улыбнувшись, сказал Дейнен.

Грейс нахмурилась, глядя в безжизненные глаза мальчика.

Сейчас, радуясь лучам ласкового утреннего солнышка, Грейс чувствовала, как к ней прижимается хрупкое теплое тело, и думала о том, что никогда до сих пор не испытывала ничего подобного. Она подняла руку, собираясь погладить девочку по голове, — и замерла. Тира снова играла со своей деревянной куклой, заставив ее танцевать на шее Шандис и время от времени поглаживая тонкими пальчиками обгоревшее лицо.

Грейс сглотнула и опустила руку.

К вечеру они добрались до границы леса, и дорога побежала между высокими деревьями с серебристыми стволами и сплетенными высоко над головами путников ветвями.

Грейс ужасно захотелось прикоснуться к Духу Природы, чтобы почувствовать кипящую вокруг жизнь, но она не решилась. По правде говоря, она до сих пор не могла понять, как ей удалось сотворить волшебное заклинание на лугу в Фаланоре. Эйрин была восхищена тем, что она сумела притянуть к себе их с Лирит нити жизни, а толорийка долго и настойчиво расспрашивала Грейс о том, что конкретно она делала.

— Я уже видела похожее плетение нитей, — сказала Лирит, и в ее глазах Грейс увидела напряжение. — Но ничего подобного не встречала. Кроме того, ты подчинила себе ветер. Как тебе это удалось, Грейс?

Грейс задумалась над ее вопросом, но потом покачала головой.

— Не знаю. Просто я сплела нити, призвав на помощь Дух Природы, — и все. Я не могла… не смогла прикоснуться к своей нити жизни. Сила шла от вас с Эйрин.

Обе посмотрели на баронессу, но та отвернулась и принялась вглядываться вдаль, словно увидела там что-то очень интересное.

— Поговорим о случившемся в Ар-Толоре, — посмотрев на нее своими черными, словно ночь, глазами, сказала Лирит.

Грейс смущенно кивнула.

Конечно, поговорим.

Дорога превратилась в узкую тропинку, петляющую между деревьями, и путникам пришлось продвигаться вперед гуськом. Дарж на Черногривом возглавлял маленький отряд, сразу за ним оказались Грейс с Тирой. Меридар охранял их с тыла.

Грейс вздохнула. В лесу стало заметно прохладнее, деревья окутывали сумеречные тени, и ее охватило беспокойство. Казалось, что здесь слишком тихо. Почему не поют птицы и не видно мелких животных? Кроме стука копыт по мягкой земле и звона кольчуг рыцарей, она сумела различить лишь тихий скрип деревьев, который чем больше она прислушивалась, тем сильнее напоминал ей шепот далеких и безжизненных, словно сухие листья, голосов.

Когда Грейс уже решила, что больше не в силах выносить этой тишины, дорога вдруг стала шире и вывела их на небольшую поляну. Грейс остановилась рядом с Даржем, почувствовав, как в ноздри ударил едкий запах. Ветер метался по открытому пространству, бросая пригоршни пыли путникам в глаза.

Поляна представляла собой идеальный круг, примерно в сто шагов в диаметре, в котором все — деревья, трава, кусты — было предано огню и превратилось в серый пепел. Земля почернела и потрескалась, точно глиняный горшок, забытый в печи. Эйрин вскрикнула, прижав руку к губам, а Дарж тихонько выругался.

— Что случилось? — спросил Дейнен. Затем, наклонив голову набок, принюхался. — Пахнет так, будто здесь что-то сгорело.

Грейс молча кивнула.

— Там что-то есть, — сказала Лирит, показав на противоположную сторону поляны. — На краю круга. Не могу… разглядеть что.

Грейс искоса посмотрела на колдунью. Она не сомневалась, что Лирит воспользовалась своим внутренним зрением. Ей тоже удалось увидеть какую-то бесформенную темную кучу на обожженной земле.

— Я проверю, — вызвался Меридар.

— Будь осторожен, Меридар, — сказал Дарж.

Но рыцарь уже пришпорил коня и помчался вперед, в воздух взвились клубы серого пепла. Остальные путники наблюдали за тем, как Меридар остановился, соскочил на землю и присел, рассматривая что-то. Затем выпрямился и помахал им рукой.

Когда они подъехали, Меридар уже снова сидел в седле. Шандис тихонько заржала и прижала уши, и Грейс взглянула на тело, лежащее на земле. Только почувствовав страшное облегчение, она сообразила, чего опасалась.

— Думаю, это волк, — проговорил Меридар. Дарж потер подбородок рукой в перчатке.

— Точно. Только я никогда не слышал, чтобы волк терпеливо ждал, когда его поглотит лесной пожар. Почему он не убежал?

— Потому что лесной пожар тут ни при чем, — тихо сказала Эйрин, и все дружно на нее посмотрели.

Неужели она почувствовала что-то, ускользнувшее от Лирит? Впрочем, не нужно обладать даром колдуньи, чтобы понять, кто — точнее, что — стало причиной пожара. Грейс снова посмотрела на обгоревшее тело волка и вспомнила медведя, который выскочил на них из кустов и убил Гарфа. Она снова услышала его безумный рык. И увидела ожоги на шкуре.

Неожиданно она все поняла и уже собралась поделиться своим новым знанием с остальными, но не успела.

Ее слова заглушило пение рожка. Его чистый, звонкий голос проплыл между деревьями, зазвенел на поляне. Прежде чем кто-нибудь из них успел отреагировать, из теней выступил высокий мужчина в длинном коричневом плаще и зеленом капюшоне, который скрывал лицо.

Дарж тихонько выругался, и Грейс, повернув голову, увидела, как по краям поляны, словно из-под земли, возникли люди — человек десять. Все в плащах с капюшонами под цвет деревьев, все вооружены.

Маленькая ручка вцепилась в руку Грейс, и она, увидев испуганные глаза Тиры, крепко обняла и прижала к себе девочку. Лирит и Эйрин обменялись с Грейс изумленными взглядами, а Дейнен молча, напряженно смотрел прямо перед собой. Он тоже почувствовал опасность.

— Мы не желаем вам ничего плохого, — сказал Дарж. — Дайте нам проехать, и никто не пострадает.

Эмбарец сидел, гордо выпрямившись на своем скакуне. Меридар положил руку на рукоять меча, но Грейс знала, что им ничего не поможет. Два, пусть и очень умелых, рыцаря не справятся с дюжиной вооруженных людей, которые их окружили.

Дарж посмотрел на Грейс, и она поняла его без слов.

Когда начнется бой, скачите отсюда изо всех сил.

Затем Дарж кивнул Меридару и потянулся к огромному мечу, висевшему у него за спиной.

Неожиданно напряженную тишину, повисшую над поляной, разорвал новый звук — смех.

— Остановись, сэр Дарж. У нас и без того был трудный день. Что-то не хочется с тобой сражаться.

Дарж замер на месте, когда человек, стоявший ближе всех, поднял руки и откинул на спину капюшон. Грейс несколько мгновений недоверчиво его разглядывала, а потом одним движением отодвинула Тиру и, соскочив на землю, бросилась к высокому крепкому мужчине с редеющими светлыми волосами и улыбкой, которая могла разогнать любой, даже самый непроглядный мрак.

— Как я рад снова вас видеть, леди Грейс, — весело сказал Бельтан и обхватил Грейс своими сильными руками.

ГЛАВА 39

— Осталось уже совсем немного, ваша светлость, — сказал высокий рыжеволосый мужчина, который вел под уздцы Шандис.

Грейс посмотрела на него и вздохнула. Она думала, что оставила свой титул далеко позади, но, очевидно, ошиблась. Этот человек — нет, рыцарь, поправила она себя, поскольку, несмотря на простую одежду, отряд состоял из служителей Ордена Малакора — склонился перед ней в низком поклоне, когда Бельтан произнес ее имя.

Впрочем, она вдруг поняла, что ее беспокоит не титул и благоговение, которое она вызывает у рыцарей. Тогда что же, Грейс?

Тебе кажется, что так и должно быть. Ты считаешь нормальным, что они тебе кланяются. Какая глупость! Ты никто. И не имеешь никакого отношения к тем, в чьих жилах течет кровь королей.

Грейс вцепилась одной рукой в гриву Шандис, а другой прижала к себе Тиру, позволив рыцарю вести лошадь по безмолвному лесу.

Она надеялась, что они скоро доберутся до лагеря рыцарей. Грейс не терпелось рассказать Бельтану об истинной цели своего путешествия, но он, прихватив с собой большинство остальных воинов, ускакал вперед, чтобы встретить их в лагере, как полагается.

— Нам нужно о многом поговорить, Грейс, — сказал ей Бельтан и помрачнел. — Но лучше не делать этого здесь. Мы обсудим наши дела в более безопасном месте после того, как вы отдохнете и подкрепитесь.

И исчез вместе со своими людьми среди деревьев так же быстро и тихо, как они появились.

— Прошу вас, ваша светлость, — сказал рыжеволосый рыцарь, взяв за поводья Шандис. — Нам придется добираться до лагеря более длинной дорогой. По другой лошади не пройдут.

Еще два рыцаря подошли к Эйрин и Лирит. Все трое казались на удивление юными — Грейс не дала бы им больше двадцати пяти лет, — но она вспомнила, что в Орден, как правило, вступают молодые рыцари, не имеющие земельных наделов. Она подумала о Гарфе, но заставила себя прогнать грустные мысли прочь. В лесу и без того было слишком тихо и мрачно.

— Сэр Тарус, — обратился к рыцарю Дарж, который вместе с Меридаром замыкал отряд. — Вам что-нибудь известно о выжженной поляне в лесу?

— Лучше спросите сэра Бельтана, когда мы доберемся до лагеря, милорд, — ответил, оглянувшись, рыжеволосый рыцарь. — Он ее нашел.

— А что тут спрашивать? — едва слышно проговорила Эйрин. — Там все умерло.

Баронесса обхватила себя левой рукой, и Грейс закусила губу. Неужели Эйрин попыталась прикоснуться к Духу Природы на выжженной поляне?

Дарж посмотрел на нее, затем тяжело вздохнул.

— Нам не повезло, что мы столь неожиданно наткнулись на это место.

— Зато мы встретились с лордом Бельтаном, — своим мелодичным голосом напомнила ему Лирит. — И тут нам повезло, верно?

Дарж собрался ей что-то сказать, но не сумел найти подходящих слов. На губах Лирит появилась улыбка, и Грейс поняла, что тоже улыбается. Только Лирит может шутить в таком месте. И снова Грейс порадовалась, что колдунья рядом.

Им повезло, что рыцари указывали дорогу, потому что, даже если бы Грейс проехала совсем рядом с лагерем, она бы его не заметила. Тарус остановился около густых зарослей деревьев с серебристыми стволами, которые показались Грейс ничем не примечательными, затем засунул пальцы в рот и тихонько свистнул.

Из теней выступили два рыцаря и замерли в золотых лучах солнца. Грейс не смогла сдержать изумленного восклицания. Они прятались всего в пяти шагах от тропинки, но она их не видела. Зелено-коричневые плащи сливались с окружающим пейзажем, хотя Грейс все-таки сумела заметить отблески солнечных лучей на оружии. Рыцари отсалютовали Тарусу, прижав сжатую в кулак руку к груди, и тот ответил на их приветствие.

— Вас ждут, — сказал один из рыцарей. Тарус посмотрел на Грейс.

— Ваша светлость, наше путешествие подошло к концу.

Они проехали под сплетенными ветвями деревьев, образующими естественную зеленую арку, и только тогда Грейс заметила достаточно широкую дорогу, ведущую через лес, и услышала плеск воды, бьющей о камень. Неожиданно тишину разорвало звонкое пение рожка, и Грейс вздрогнула, а Тарус весело заулыбался, продемонстрировав кривые, но безупречно белые зубы.

— Добро пожаловать в нашу скромную крепость, миледи.

Грейс передала ему Тиру, затем, спрыгнув на землю, принялась оглядываться по сторонам. Они оказались в небольшой долине, где деревья росли не так густо, а маленький ручей пенистым потоком облизывал плоские камни. На земле стояло несколько палаток, но внимание Грейс привлекли кроны деревьев. Тира высвободилась из сильных рук Таруса, который ее не удерживал, и сделала несколько шагов вперед.

Примерно в двадцати футах над землей между деревьями протянулись построенные из веревок и деревянных досок переходы. К стволам были приколочены лестницы, которые вели к небольшим сооружениям на толстых ветках. Грейс собралась спросить, что это такое, но заметила, что к ним направляется Бельтан.

— Вот вы где, леди Грейс.

Бельтан улыбался, и Грейс в очередной раз поразилась тому, как меняется его лицо, когда он улыбается. В отличие от дяди, короля Бореаса, природа не наградила Бельтана привлекательной внешностью. Он был высоким, но тощим, с длинными, почти белыми волосами, редеющими на макушке. На широком простом лице красовались не слишком густые желтоватые усы и маленькие зеленые глаза. Однако когда Бельтан улыбался, казалось, будто его озаряет внутренний свет, открывая миру его красоту и благородство.

Хорошо, что он улыбается. В Кейлавере было время, когда он постоянно ходил мрачным, и никто не мог вывести его из состояния тоскливой задумчивости.

— Я уже подумал, что сэр Тарус вас потерял.

Бельтан подмигнул рыжеволосому рыцарю.

Тарус развел руки в стороны в деланном извинении.

— Я решил выбрать более живописный маршрут.

Бельтан поднял руку и громко прошептал:

— Сэр Тарус особым умом не блещет и еще не понял, что все деревья на одно лицо. Но он такой симпатичный, что я не в силах с ним расстаться.

Тарус лишь улыбнулся в ответ, словно не слышал ни слова. Грейс с трудом сдержалась, чтобы не расхохотаться.

К ним подошла Лирит, приподняв подол платья, чтобы не мешали листья.

— А ты уверен, что вы тут полезным делом занимаетесь? — Она кивком указала на деревья и заявила: — Лично мне представляется, что вы тут неплохо проводите время.

Тарус почесал рыжую бородку и, глуповато улыбаясь, пояснил:

— Это все сэр Бельтан придумал.

— А кто сказал, что работа не должна быть развлечением? — пожав плечами, поинтересовался Бельтан. — Что-то я не припомню такого закона.

Лирит рассмеялся, но Бельтан неожиданно стал серьезным.

— Кроме того, у нас есть причины не оставаться ночью на земле.

Они шли вслед за ним к пенькам, расставленным вокруг костра. По дороге Грейс успела насчитать пятнадцать рыцарей, а судя по количеству площадок на деревьях, решила, что еще столько же патрулирует окрестности.

Дейнен, не смолкая, что-то говорил, пока Лирит, поддерживая под локоть, вела его за собой — спрашивал, как выглядят рыцари, сколько укреплений на деревьях, задавал множество вопросов, на которые колдунья не могла ответить. К счастью, рядом оказался Тарус и принялся объяснять мальчику, как рыцари построили свою крепость. Когда они подошли к костру, Дейнен отправился со своими вопросами к другому рыцарю, лицо его светилось возбуждением и радостью. Лирит с благодарностью посмотрела на Таруса. Тот молча поклонился в ответ.

— Тебе следует хорошенько подумать, прежде чем в следующий раз решишь продемонстрировать мне свое уважение, воин из Кейлавана, — заявила Лирит.

— И почему же, миледи? — спросил Тарус, выпрямляясь. Лирит провела пальцем по своей покрытой дорожной пылью шеке, словно пыталась подобрать слова.

— Королева Иволейна… моя госпожа.

Тарус чуть приподнял одну бровь, и на лице у него появилось изумление, но всего лишь на мгновение.

— Понятно, — ухмыльнувшись, сказал он. — Значит, вы собираетесь взмахнуть ручкой и превратить меня в симпатичный кустик, миледи?

— А ты этого не боишься, воин?

— Трепещу от ужаса.

Лирит расхохоталась, но потом вздохнула, а когда заговорила снова, ее голос звучал уже совершенно серьезно.

— Надеюсь, этого не случится, служитель Ватриса. Только многие среди твоих собратьев считают, что наступили тяжелые времена, и все средства хороши.

— Среди ваших сестер такие тоже найдутся, миледи.

Лирит кивнула.

Грейс с интересом прислушивалась к их разговору, зная, что последователи культа Ватриса склонны не доверять колдуньям. Но что имела в виду Лирит? Какие времена наступили?

Прежде чем она успела спросить, пришел Бельтан и, предложив ей сесть на один из пеньков, протянул глиняную кружку. Только сейчас Грейс поняла, что уже давно хочет пить, и с удовольствием сделала глоток холодного вина со специями.

Вскоре подошли ее спутники, и Тира молча забралась к ней на колени. Грейс колебалась всего одно мгновение, а потом быстро прижала девочку к себе.

Ты ей нужна, Грейс. Или наоборот?

— Как тебя зовут? — ласково спросил Бельтан, присев на корточки рядом с Грейс и девочкой.

Тира смущенно подняла голову, но тут же склонилась над своей куклой — так, что роскошные огненные волосы прикрыли ее изуродованное лицо. Бельтан вопросительно посмотрел на Грейс.

— Что с ней произошло?

Грейс облизнула внезапно пересохшие губы.

— Огонь.

Бельтан поднялся на ноги и махнул рукой Тарусу. Юный рыцарь кивнул и отошел. Грейс поняла, что они могут говорить спокойно — им никто не помешает.

— Вы ведь здесь именно по этой причине, Бельтан? Из-за пожаров?

Все одновременно посмотрели на Эйрин. К удивлению Грейс, ожидавшей увидеть на ее лице страх, юная баронесса была совершенно спокойна, словно тихая заводь на закате.

Бельтан принялся расхаживать около костра.

— Мы впервые услышали про пожары в нашей крепости в Голте. Два месяца назад. Я как раз собирался возглавить отряд рыцарей, отправлявшихся на разведку — чтобы немного подучить новичков. Затем мы узнали, что сгорело несколько деревень, две в северо-восточном районе Кейлавана, еще несколько в Толории, за Ар-Толором. Сначала мы решили, что варвары, живущие в Фол Эренне, сбились в небольшие группы, сумели перебраться через Димдуорн и занялись разбоем. Я взял тридцать рыцарей, и мы прибыли сюда, чтобы посмотреть, что здесь происходит.

— Но не обнаружили никаких дикарей, верно? — подал голос Меридар, впервые с того момента, как они вошли в лагерь.

Бельтан сжал зубы и неохотно кивнул.

— Ты их видел? — спросила Грейс, удивившись тому, как дрожит ее собственный голос. — Крондримов.

Бельтан потер подбородок.

— Крондрим. Да, я слышал, как один старик произнес это слово, когда рассказывал о них. Но чаще их называют огневиками. — Он покачал головой. — Нет, я их не видел. Только деяния их рук.

— Как давно это началось? — спросил Дарж.

— Когда они впервые покинули Фол Эренн? — пожав плечами, переспросил Бельтан. — Трудно сказать. Два месяца назад. Или три. Может быть, больше. Но мы узнали об их существовании всего несколько недель назад. Когда они…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33