Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездный путь - Душа Сурака

ModernLib.Net / Диллард Дж. / Душа Сурака - Чтение (стр. 7)
Автор: Диллард Дж.
Жанр:
Серия: Звездный путь

 

 


      Т'Пол некоторое время молчала, затем неожиданно спросила напрямик:
      – Энсин, а вы уверены, что это не была галлюцинация?
      – Конечно же, уверена! – нахмурилась Хоши.
      – Ладно, – вмешался Арчер. – Не хочу обрывать вас, Хоши. История оани – печальная история, и я собираюсь сделать всё, чтобы она не повторилась. Дело обстоит следующим образом: поскольку Страннику не по нутру инженерная, я хочу собрать здесь как можно больше людей прежде, чем он опять решит поесть. Проблема в том, что связь не действует. Я не могу ни с кем связаться. Думаю, это Странник сообразил, в чём дело, и блокирует связь.
      – Мне уже лучше, – заявила Хоши, чему никто не поверил. Она с трудом села. – Я могу посмотреть, нельзя ли как-то наладить связь…
      – Ложитесь. – Арчер произнёс это так повелительно, что Хоши немедленно подчинилась. – Т'Пол, если Странник действительно не тронет вас, я хочу, чтобы вы предупредили остальных. – Он помолчал. – Честно говоря, я вот чего боюсь: раз Странник знает, что мызнаем, что это он убивает, ничто не может помешать ему напасть на всех разом.
      – Я не была бы так уверена в этом, – сказала Т'Пол. – Ведь ничто не мешало ему напасть на всех разом, как только он появился у нас на борту, так чтобы мы даже не поняли, что происходит. Однако лейтенант Рид, доктор Флокс и энсин Сато – все заболели в разное время.
      – Но ведь и в медицинских записях указано, что оани не умерли всё сразу, – вставила Хоши. – Может, Странник не способен нападать на нескольких разом.
      В нескольких ярдах от них Трип наконец выпрямился и, оторвавшись от сканера, взглянул на капитана.
      – Я же говорил: может, он тогда наелся до отвала. Возможно, он может съесть лишь столько-то за одну кормёжку.
      – Думаю, ты прав, – сказал Арчер. – И ещё я думаю, что нам с Т'Пол надо идти: кто-то должен предупредить остальных и сказать им, чтобы шли сюда – чем скорее, тем лучше.
      – Всем здесь не поместиться, капитан, – предупредил Такер.
      – Знаю, – кивнул Арчер. – Но так можно защитить половину – может, и больше. – Он обернулся к вулканке. – Идёмте.

Глава 8

      Ровно за пятнадцать минут до начала вахты энсин Тревис Мейвезер шагнул из турболифта на мостик… и обнаружил неприятный сюрприз.
      Мейвезер всегда приходил на мостик на четверть часа раньше, и ни разу не случилось, чтобы капитан Арчер уже не сидел в командном кресле, а субкоммандер Т'Пол не стояла поблизости за своим пультом.
      Сегодня капитанское кресло было незанято, и за научной станцией также никого не было. Более того, на мостике вообще наличествовал лишь минимум персонала: энсин Катерина Боровская за штурвалом и энсин Ахмед аль Саид за пультом связи. Никто не стоял за тактической установкой, заменяя заболевшего лейтенанта Рида.
      – Мейвезер! – воскликнула Боровская, произнося впочти – но не совсем – на русский манер .Выражение тревоги уступило место облегчению – она явно обрадовалась, увидев знакомое лицо. Катерина Боровская олицетворяла собою то, что Мейвезер считал истинно русским типом: каштановые волосы, светло-карие глаза и бледно-розоватая кожа, при которой легко краснеют. Вот и сейчас Катерина залилась румянцем при виде Мейвезера, считавшегося среди менее опытных членов экипажа этаким старым космическим волком.
      – Где капитан? – спросил Мейвезер, кивая на пустое кресло.
      – Его должна была заменить лейтенант Меир, – отозвался аль Саид. Энсин аль Саид был постарше Мейвезера и Боровской, лет тридцати с лишком, приветливый и немного застенчивый смуглый атлет. Он был по уши влюблён в Боровскую – что полагал сокровенной тайной, и о чём знали все на корабле, включая саму Катерину. – Но она так и не появилась.
      – Ахмед пытался связаться с ней, – вставила Катерина, привычно беря инициативу в свои руки. – Канал открыт, но она не ответила. Он попробовал связаться с медотсеком – та же история. Никто не ответил. Тогда он попробовал канал в каюту капитана…
      – Могу догадаться, – сказал Мейвезер.
      – Ничего, – кивнула Боровская. – А теперь вообще треск на всех каналах. – Она помолчала и продолжала, не пытаясь скрыть разочарования. – Мы надеялись узнать у вас, всё ли в порядке с капитаном. Мы уже слышали о Хоши…
      – Хоши? – вскинулся Мейвезер.
      – Она заболела, – огорчённо сказала Боровская. – Извините, я не сообразила. Конечно, вы не могли знать… – Хоши и Боровская были дружны между собой; Хоши всегда поддразнивала Катерину, в совершенстве имитируя её русский акцент. Боровская при этом заливалась смехом и с силой хлопала Хоши по спине, отчего экзолингвист заходилась в притворном кашле. Мейвезер пару раз составил им партию в покер и знал, что не стоит блефовать, когда кто-то из них сидит за карточным столом.
      Тревису уже было известно о болезни Рида – он получил инъекцию одним из последних; но вот теперь Хоши… Неожиданно пустой мостик показался ему зловещим, и он понял, почему Боровская и Саид так жаждут услышать хоть что-то о капитане. Не имея возможности связаться с кем-либо из остальных, нетрудно было вообразить самое худшее.
      Мейвезер уже начинал воображать самое худшее.
      – Идите, – велел он обоим. – Я заступаю на вахту. Кто-нибудь ещё обязательно придёт.
      – Я останусь здесь. – Аль Саид произнёс эти слова обычным мягким, вежливым голосом, но в них слышалась железная твёрдость. – Пока не получу приказа от капитана.
      – Я вполне могу приказать вам уйти, – сказал Мейвезер. – Вам нет смысла понапрасну напрягать свою иммунную систему. А раз связь всё равно не работает…
      – Если связь не работает, я должен сделать всё возможное, чтобы она заработала, – хмуро сказал аль Саид. – Хотя я никогда не сталкивался ни с чем подобным на тренажёрах.
      – Гремлины, – буркнул Мейвезер. – Добро пожаловать в космос.
      – И потом, вы не можете мне приказывать. Мы равны по званию.
      – Но я дольше служу здесь. – Мейвезер подумал, что мог бы настаивать на своей принадлежности к старшей команде, но сейчас это казалось бессмысленным, особенно при том, что связь действительно необходимо наладить.
      – Боюсь, – прежним мягким тоном отвечал аль Саид, – это не имеет значения.
      – Как хотите, – пожав плечами, Мейвезер подошёл к креслу рулевого и сделал знак Боровской уступить ему место за штурвалом. – Идите, энсин. Ваша вахта уж точно закончилась.
      – Тогда я буду за тактической установкой. – Боровская поднялась. – По крайней мере, пока мы не узнаем, что происходит.
      Мейвезер уже открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Он понимал. Во время ночной вахты на мостике всегда было меньше народу, но теперь, утром, мостик казался безлюдным и тихим до жути. Чего-то не хватало; они все чувствовали это, и Мейвезер понял, что будь он на месте Боровской, никто и ничто не заставило бы его уйти. Молча кивнув, он уселся в кресло… и тут же снова вскочил, оглушённый треском статических разрядов.
      – Какого чёрта…
      – Извините, – неловко произнёс Саид. – Всё время приходится уменьшать звук, когда я пробую разные каналы. Треск становится всё громче. – Он вздохнул. – Не пойму, что с оборудованием. Вот если бы Хоши…
      Он не договорил, и Малкольм Рид запретил себе мысленно заканчивать фразу. Вместо этого Тревис сосредоточился на показаниях приборов. Двигатели мерно гудели, неся корабль сквозь пространство на головокружительной скорости варп 4. Курс семь-ноль-четыре-ноль должен привести их на планету Шикеда, где они смогут установить, вызвана ли болезнь, поразившая экипаж, радиацией или вирусом.
      Что, разумеется, привело Мейвезер к мысли, что, возможно, он должен был заболеть вместо Хоши – хотя это казалось бессмысленным. Скорее уж он должен был заболеть вместо капитана; почему капитан, самый нужный человек на корабле, больше других подвергается опасности? Или вместо Рида. Или доктора Флокса – конечно же, им необходим доктор: в конце концов, речь идёт о массовом заболевании. Но всё равно: как ужасно несправедливо…
      Станции Саида опять взорвалась оглушительным треском.
       - Какого чёрта,- снова вырвалось у Мейвезера; но на этот раз восклицание не было вызвано шумом. Он привстал было, ударился о приборную панель, снова плюхнулся в кресло и остался сидеть, непонимающе уставившись на показания приборов.
      На его глазах показания курса начали меняться: от семь-ноль-четыре-ноль к шесть-девять-пять-два, пять-семь-пять-ноль, четыре-восемь-пять-девять…
      Мейвезер лихорадочно принялся нажимать кнопки. Никакого эффекта. Курс продолжал меняться. Пытаясь переключиться на ручное управление, он забегал пальцами по кнопкам ещё быстрее.
      Рядом появилась Боровская и смотрела на показания приборов, не веря своим глазам.
      -Что это?
      – Мы меняем курс, – выдохнул Мейвезер. – Мы поворачиваемся вокруг своей оси. – Он двинул несколько тумблеров, переключился с ручного управления на компьютер, затем опять на ручное. Ничего не помогало. – Штурвал не слушается.
      – Не может быть! – Стоя рядом, Боровская смотрела, как Мейвезер применяет все возможные меры, которым их только учили в Академии, и не могла придумать, что можно сделать. Курс тем временем продолжал меняться: три-два-семь-четыре, два-девять-девять-восемь…
      Аль Саид оставил тщетные попытки наладить связь и, подойдя к ним, тоже стал следить за приборами.
      – Но это невозможно! – воскликнула Боровская. – Как это может быть?
      – Никак, – сказал Мейвезер. – Разве что кто-то изменил курс корабля, сумев отключить штурвальное управление – только зачем кому-то на "Энтерпрайзе" это делать?
      Тут послышался звук открывающихся дверей; три энсина разом обернулись.
      – Капитан Арчер! – одновременно воскликнули все трое. Мейвезер расплылся в улыбке. – Сэр, мы уж думали, что-то…
      – Объяснения потом, – прервал Арчер. – Мы в опасности. Это всё Странник. Единственное безопасное место на корабле – инженерный отсек. Отправляйтесь туда немедленно. – Видя, что они колеблются, капитан добавил. – Это приказ!
      – Сэр. – Не вставая, Мейвезер указал на пульт. – Я бы ушёл, но корабль перестал слушаться штурвала. Мы отклонились от курса почти на… – он бросил взгляд на приборы. – Сто восемьдесят градусов, сэр.
      Не теряя времени, Арчер буквально бросился к консоли и взглянул на приборы как раз в тот момент, когда курс достиг ноль-ноль-ноль-ноль и больше не менялся.
      – К Земле, – чуть слышно сказал Мейвезер. – Мы летим к Земле.
      – Странник. – Арчер произнёс это с непонятной энсину злобой. – Оставьте это, энсин. Отправляйтесь все трое в инженерный отсек и не покидайте его, пока я не разрешу. Живо!
      Ничего не оставалось, как повиноваться. Мейвезер вышел, взглянув напоследок на экран, по которому с головокружительной быстротой проносились звёзды.
      – Лейтенант Меир? – позвал Арчер.
      Капитан переходил от каюты к каюте, направляя их обитателей в инженерный отсек. Т'Пол взяла на себя персонал научного и кухонного отделов. Один из офицеров согласился заскочить по дороге в каюту капитана и прихватить Портоса. Пока что всё шло даже быстрее, чем Арчер рассчитывал – хотя сознание, что Странник теперь управляет кораблём, приводило капитана в ярость.
       Мы не оани,твёрдо сказал себе Арчер. Мы не те гуманоиды, с которыми Странник имел дело до сих пор – мы будем бороться за свою жизнь, и мы отстоим её.
      Свободные от вахты офицеры, находившиеся в своих каютах, откликались на входной сигнал тотчас же, даже те, что обычно в это время спали – из-за Странника каждый был начеку. Но Меир не откликнулась – а упомянутый Мейвезером факт, что она не явилась на вахту, заставил Арчера без малейших колебаний отключить дверной замок.
      Опасения капитана оправдались. Лейтенант Меир лежала на койке, сложив на груди руки. Светлые волосы, обычно стянутые в узел, теперь разметались, придавая ей сходство со спящей принцессой из сказки. Арчер тотчас шагнул к ней, склонился, чтобы взять её на руки. Только бы донести её в инженерную. Там Странник не сможет причинить ей вреда. Может, она даже придёт в себя, как Хоши…
      Он обхватил её одной рукой за плечи, а другую подсунул под колени, стал поднимать, затем остановился и присмотрелся повнимательнее. Голова ей скатилась набок; черты лица застыли. С виду она была просто без сознания, но какой-то первобытный инстинкт подсказал Арчеру, что что-то не так. Он приложил два пальца к её шее, туда, где находится сонная артерия.
      Её кожа была в этом месте чуть – самую малость – прохладной.
      Никакого пульса. Арчер отнял пальцы, снова приложил, к другой точке, и ещё к одной, и ещё…
      Сердце лейтенанта Меир не билось.
      Арчер опустил её на койку и на миг – лишь на миг – позволил себе опуститься на пол. Он скрипнул зубами, из горла вырвался звук, похожий на рычание.
      – Мерзавец! Подонок!
      Он вспомнил про мёртвого оани в больнице – оани с лицом, искажённым яростью.
       Как это могло случиться?До сих пор никто из заболевших на корабле не умирал. Он вспомнил слова Трипа. Может, он тогда наелся до отвала.
      Потом он подумал о пришедшей в сознание Хоши, и тут до него дошло: Странник ведь больше не может тянуть энергию ни из неё, ни из Рида, ни из Флокса.
      – Скотина, – прошептал он, рывком поднялся и выбежал из каюты. Надо было предупредить остальных, сказать, чтобы немедленно шли в инженерную. Но прежде чем уйти, он мысленно дал Меир слово, что вернётся.
      – Состояние стабилизировалось, коммандер. Похоже, он приходит…
      Приглушённый женский голос показался знакомым. Малкольм Рид открыл глаза. Чувствовал он себя, как много лет назад, когда мальчишкой стянул из домашнего бара своих родителей бутылку джина, а потом впервые испытал похмелье.
      Прямо над ним склонилось лицо коммандера Трипа Такера.
      – Так и есть, – простонал Рид и приложил руку ко лбу. – Я умер и угодил в ад.
      – Как же, размечтался, – отозвался Трип со своим тягучим южным акцентом, при звуках которого Риду представились гласные, скользящие по гладкой, покрытой толстым слоем масла наклонной поверхности. Такер широко улыбался, явно донельзя чем-то довольный. Всё ещё чувствующий слабость Рид не сразу сообразил, что Такер доволен тем, что видит его. – Боюсь, тебе придётся ещё некоторое время пребывать в нашем обществе. А твоя земля в Аргентине по-прежнему во владении твоей семьи.
      – Я был… – Рид сел на кровати и энергично потёр лоб, словно пытаясь подхлестнуть память. – Я был в медотсеке. Делал инъекции. Я что, потерял сознание?
      Рядом с Такером стояла улыбающаяся Хоши с Портосом на руках.
      – Именно. Точно так же, как и доктор Флокс – кстати, его состояние улучшается, он скоро придёт в себя. И точно так же, как я. Но теперь с вами всё в порядке.
      Рид наконец-то нашёл в себе силы улыбнуться в ответ.
      – Значит, это… не была лучевая болезнь? Инфекция – и теперь вы нашли лечение?
      – Ни то, ни другое, – отвечал Такер. Он и Хоши обменялись понимающими, мрачными взглядами. – Странник.
      Рид отшатнулся.
      – Так я и знал!
      – Было бы лучше, если бы ты поделился своими знаниями несколько раньше, – заметил Трип. Он хотел добавить ещё что-то, но тут Рид стал замечать окружающее.
      – О Боже, – перебил он. – Как я попал в инженерную? – Он огляделся вокруг. Флокс действительно лежал на соседней койке в нескольких футах от него, всё ещё без сознания, подключённый к переносной системе жизнеобеспечения, которая была прислонена к ближайшей переборке. Что ещё удивительнее, вокруг находились, кто стоя, кто сидя, несколько офицеров из различных подразделений. Они негромко переговаривались. Вид у них был беспокойный, словно они не знали, куда себя деть. Двери то и дело закрывались и открывались по мере того, как входили всё новые люди.
      – Похоже, Страннику не нравится инженерная, – сообщила Хоши.
      Трип кивнул.
      – Как раз об этом я и хочу с тобой поговорить. Пока что единственная наша защита – сидеть здесь… Необходимо выяснить, что именно мешает Страннику войти сюда, и усилить это что-то, нацелить…
      – И разнести эту тварь в клочья, – договорил Рид. – Он потёр лоб. Головная боль не проходила. – С твоего разрешения, я первый доброволец. – Он осторожно спустил ноги на пол.
      – Не так рьяно. – Трип поддержал Рида за локоть, когда тот встал. Рид поморщился; металлический пол оказался неожиданно холодным.
      – Никто не захватил мои ботинки?
      Медсестра, склонившаяся над Флоксом, обернулась.
      – Боюсь, они остались в медотсеке, лейтенант.
      Рид недовольно нахмурился. В этот момент Т'Пол шагнула сзади и встала рядом – так бесшумно и быстро, что он невольно отшатнулся и едва не потерял равновесие.
      – Прошу прощения, лейтенант, – произнесла вулканка обычным бесцветным тоном. – Я не хотела напугать вас. – Она обратилась к Трипу. – Коммандер Такер, как вы сами можете судить по количеству собравшихся, очень скоро мы очутимся перед выбором. Я передала персоналу порученных мне отделов приказ собраться в инженерном отсеке и полагаю, что капитан уже тоже всех известил.
      – Я понимаю, что вы имеете в виду, – сказал Трип. С тех пор, что Рид пришёл в себя, народу в инженерной заметно прибавилось, и двери то и дело открывались, впуская входящих. Очень скоро в инженерной даже стоять будет негде.
      – Когда отсек не сможет больше вмещать людей, нам придётся вызвать добровольцев, готовых оставаться снаружи. Разумеется, я могу находиться снаружи без риска для себя. Однако же, ключевой персонал – вы, мистер Рид, капитан, доктор Флокс – должен оставаться здесь.
      Она устремила взгляд на бигля на руках Хоши.
      – О нет, вы не… сэр, – сказала Хоши. – Я лучше сама выйду, чем выпущу Портоса.
      – Хорошо быть собакой в наш гуманный век, – вздохнул Рид.
      – Могу точно сказать, что случится, если вы обратитесь к экипажу, – заявил Трип вулканке. – Обратитесь к добровольцам – и каждый вызовется.
      Т'Пол умудрилась выразить скептицизм, лишь чуть заметно подняв брови.
      – Будем тянуть жребий, – сказал Трип.
      – Но это же значит положиться на случай, – заметила Т'Пол.
      – Именно, субкоммандер. – Глянув на двери, Трип чуть нахмурился. – Или можем подождать капитана – пусть сам решает. Странно, что его так долго нет.
      Как раз тогда, когда Трип удивился долгому отсутствию капитана, Арчер обнаружил последнего из тех, кого хотел предупредить, молодого энсина, без сознания на полу его каюты. Быстрый осмотр показал замедление пульса и дыхания. Страннику снова захотелось есть – и мысль об этом, в сочетании с яростью, вызванной смертью лейтенанта Меир, заставила капитана забыть об усталости. С неожиданной для самого себя лёгкостью он опустился на одно колено, взвалил энсина себе на спину и выпрямился.
      – Этого ты не получишь, – сказал Арчер, обращаясь к врагу, которого здесь уже не было.
      Он шагнул из каюты. Залитый искусственным дневным светом коридор выглядел ободряюще пустым; команда всерьёз восприняла указание своего капитана. Арчер мог только надеяться, что все они благополучно добрались до инженерного отсека, и что Т'Пол тоже удалось предупредить всех.
      Он подумал, не потому ли потерял сознание несчастный энсин, что кто-то ещё в инженерной – Рид или Флокс – пришёл в себя, и Страннику пришлось искать новый источник пищи.
      Арчер задыхался под тяжестью бесчувственного энсина. Опасаясь, что Странник нападёт в любой момент, капитан хотел бегом броситься к турболифту, но оказалось, что он может двигаться лишь медленной трусцой. После того, как он доставит энсина в инженерную, Арчер собирался вернуться за телом Меир – если только его присутствие в инженерной не понадобиться для чего-то важного, чего-то такого, что сможет уничтожить Странника. Ему казалось несправедливым оставить её вот так в каюте; он хотел, чтобы её тело было помещено с контейнер в медотсеке; чтобы его потом можно было доставить родным или же похоронить в космосе.
      Он был уже у самого турболифта. Ещё немного…
      Но когда капитан вплотную приблизился к дверям турболифта, их цвет из белого стал сине-зелёным, воздух перед ними сгустился и замерцал, перекатываясь, как морские волны…
      – Странник, – произнёс Арчер со жгучей ненавистью. – Убирайся!
      Разумеется, его слова не возымели никакого действия; продолжая мерцать и переливаться, существо всё увеличивалось, пока не загородило собою весь коридор. Путь вперёд был отрезан.
      Но захлестнувшая Арчера ярость не позволила отступить. Опустившись на одно колено, он осторожно положил энсина на пол.
      Пришло время выяснить, правду ли говорил Странник, утверждая, что касаться его опасно для людей. В конце концов, никто до сих пор не пытался к нему прикоснуться, чтобы проверить правдивость его слов. Сам Странник, атакуя новую жертву, избегал непосредственного контакта с ней. Едва появившись на корабле, он немедленно заявил, что касаться его нельзя.
      Может, дело в том, что ему требуется строго ограниченное количество энергии? Что будет, если энергии окажется слишком много?
      Арчер выпрямился, глубоко вдохнул и бросился на Странника.
      Едва он очутился внутри энергетического поля, корабль словно растворился, и всё вокруг стало ослепительно яркого сине-зелёного цвета. Каждый волосок на теле Арчера поднялся вертикально; кожа на руках, ногах и спине покрылась пупырышками. А затем его ослепило – не тьмой, а светом, белым сиянием, взорвавшимся в его мозгу. Он чувствовал, что стремительный поток увлекает его – поток электричества и воды; этот поток нёс и кружил, кружил его – всё быстрее и быстрее, пока чувство окружающего не покинуло его, и он закричал…
      Оглушительный удар грома. Арчера отшвырнуло, и он упал навзничь, ударившись головой об пол с такой силой, что боль была мгновенной яркой, горячей вспышкой.
      Затем наступила тьма.

Глава 9

      Чарльз "Трип" Такер был не из тех, с кем трудно ладить. Он отличался добродушием, не изменявшим ему даже в минуты напряжения и усталости; но при нынешнем положении дел его добродушие подверглось серьёзному испытанию. Народу в инженерную набилось, как сельдей в бочке; от большого скопления тел сделалось душно, и по лицу Трипа градом катился пот. С десяток человек сидели за закрытой дверью в коридоре, в ожидании своей очереди на пребывание в укрытии. Т'Пол, со своей целеустремлённостью (и явным равнодушием к взглядам землян на необходимое жизненное пространство), умудрилась втиснуть в инженерную больше народа, чем Трип считал возможным. Отдавая ей должное, Такер, тем не менее, остро жаждал вытянуться во весь рост. Ему необходимо было спокойно подумать, в то время как окружающая обстановка отнюдь не способствовала ясности мысли.
      Стремясь разогнать напряжение и хоть как-то скрасить томительное ожидание, окружающие болтали без умолку. Обрывки разговоров долетали и с верхней палубы, где люди едва ли не висели на поручнях. Трип привык к тишине, к ровному гудению своих двигателей; и такое скопление народа на столь маленьком пространстве выводило его из себя. Доктор Флокс, уже в сознании и на ногах, беспрерывно рассуждал о природе Странника и его воздействии на денобулан и землян с энтузиазмом, действовавшим Трипу на нервы.
      Стоя – сидеть не было места – за ближайшей компьютерной консолью, Мейвезер обернулся к стоявшей рядом Т'Пол. Оба они находились буквально на расстоянии вытянутой руки от Трипа и Рида, так что Трип просто не мог не прислушаться к их разговору.
      – Корабль просто не реагирует, субкоммандер. Мы продолжаем держать курс на Землю, что бы я ни перепробовал.
      – У меня то же самое, – откликнулась Хоши от ближайшей компанели. – Все частоты связи забиты.
      В отсутствие Арчера обязанности капитана легли на плечи Т'Пол; ей докладывали о состоянии корабля; и она же следила, чтобы находящиеся в инженерной регулярно сменяли тех, кто оставался в коридоре.
      – Продолжайте, – приказала Т'Пол обоим.
      Малкольм Рид хмуро глянул на сканер у себя в руке, затем перевёл взгляд на Такера.
      – Энергетические флуктуации и тончайшая пыль – вот что такое этот Странник. Ума не приложу, почему он должен бояться инженерной. Блокировка у двигателей достаточная, чтобы радиация от них не повредила нам– как же она может повредить тому, кто целиком состоитиз радиации… – Он прищёлкнул языком.
      – Прекрати говорить то, что и так ясно, – оборвал Трип с такой резкостью, что Рид отстранился и в некотором удивлении приподнял брови.
      – Я тут не виноват, коммандер.
      – Знаю, – прорычал Трип. – Но должно быть что-то такое, что наши приборы не в состоянии уловить.
      Услышавшая их разговор Т'Пол – ещё бы не услышать, с её-то ушами, подумал Трип – обернулась.
      – Уверяю вас, я совершенно точно помню все показания наших сканеров в тот момент, когда мы впервые столкнулись со Странником.
      Разумеется, до этой информации – и до самих компьютеров – было теперь не добраться, поскольку Странник достаточно освоился с кораблём, чтобы совершенно отрезать им доступ к управлению и компьютером и оставить их без связи. Счастье ещё, что он не любит варпа, а деваться было бы совсем некуда.
      Т'Пол совершенно точно привела по памяти показания сенсоров о составе Странника: различные виды излучения, в большинстве своём безвредные; а также многочисленные энергетические флуктуации, по большей части электромагнитные импульсы.
      – Не сомневаюсь, что вы правы, субкоммандер, – сказал Трип. – Но у меня есть предложение.
      Т'Пол выжидающе склонила голову.
      – Мы пытаемся сконструировать некое устройство, способное нарушить физическую сущность Странника. Я спрашиваю: зачем изобретать велосипед? Почему бы не взять банальный фазер, поставить на смертельный заряд и пальнуть по нему в упор? – Трип не предложил поставить фазер на оглушение, ибо такой заряд был рассчитан на то, чтобы вызвать потерю сознания у гуманоидов. На существо, целиком состоящее из энергии, он, скорее всего, не окажет никакого воздействия.
      – Нет, – тоном окончательного решения Т'Пол.
      – Почему? – настойчиво спросил Трип.
      – Заряд фазера разрушает живые клетки. Не вижу, как он может воздействовать на излучение.
      – Он может нарушить ритм электромагнитных импульсов. Даже если это не убьёт Странника, то может повредить ему настолько, что он хотя бы ослабеет. Во всяком случае, попробовать стоит.
      – Нет, коммандер. Надеюсь, я выразилась достаточно ясно: ваша с лейтенантом Ридом задача – сконструировать устройство, способное защитить нас от Странника, а не убить его.
      – Послушайте, вам не придётся ничего делать. Грязную работу я беру на себя. Мы оба знаем, что никакой заряд из фазера его, скорее всего, не убьёт. Кроме того – капитан что-то долго не возвращается. Мы оба знаем, что слишком долго. Кто-то должен идти искать его.
      – Длительное отсутствие капитана – вопрос отдельный, – заявила Т'Пол. – И поскольку Странник не станет причинять мне вреда, логично будет, если искать капитана пойду я. И я уверена, что существует более мирное решение проблемы, чем попытка убить Странника из фазера. – Пауза. – Продолжайте работу, вы и лейтенант Рид. Я иду искать капитана.
      И не тратя больше слов, она вышла из отсека. Трип и Рид проводили её взглядами.
      – Храбрая женщина, – произнёс Рид с восхищением.
      – А, – пренебрежительно отозвался Трип, – просто этот монстр питает к ней слабость, потому что она, видите ли, "разумнее" нас. Так что её он не тронет. – Трип мог только надеяться, что вид у него при этом такой же уверенный, как голос. Он раздражённо глянул на сканер в руках Рида. – Ну, что теперь будем выискивать? Двигатели не дают никакой хоть сколько-нибудь заметной радиации, ни вибрации, ни…
      – Прошу прощения, – оживлённо вмешался Флокс – слишком оживлённо, подумал Трип, для сложившейся ситуации, которую денобуланин склонен был рассматривать скорее как увлекательное приключение, нежели как смертельную опасность. – Я тут прикидывал, чем питается этот Странник…
      – Я слышал.
      – И у меня есть гипотеза: электричество.
      – Электричество? – От неожиданности Трип даже моргнул. Электричество казалось таким примитивным… к тому же то незначительное электричество, которое давали его двигатели, не испугало бы и мышь, не говоря уже о том, чтобы представлять опасность для столь сильного существа, как Странник.
      – Видите ли, все живые существа – то есть, большинство живых существ, в особенности гуманоиды – генерируют электромагнитное поле. Очень слабое, конечно… едва уловимое. Но я вспомнил показания приборов при осмотре умерших оани… у всех было незначительное нарушение электролита. Причин тому могло быть много… но это не могло не повлиять на их электрические цепи, если можно так выразиться.
      – Электрические цепи, – повторил Трип. Услышанное было для него неожиданностью; всё его знание зоологии ограничивалось программой первого кода колледжа. Анатомию он и вовсе обошёл стороной, ибо основной дисциплиной избрал инженерное дело. Слова Флокса показались ему нелепыми.
      – Взять хоть сердцебиение, – продолжал Флокс. – Его ритм регулируется химическими процессами в организме, дающими электрический эффект. В своё время земляне даже использовали электричество, чтобы запустить остановившееся сердце или регулировать аритмический пульс.
      – Правда? – живо заинтересовался Рид. – Но люди ведь не дают достаточно электричества…
      – Что верно, то верно, – подтвердил Флокс. – Человеческое электрическое поле очень слабое; чтобы уловить его, наши сенсоры должны быть отрегулированы на максимальную чувствительность. Но оно существует, это поле. И так как Странник, насколько я уловил из вашего с коммандером Такером разговора, частично состоит из электромагнитных импульсов, у меня невольно возникла мысль, нет ли здесь связи.
      – Выходит, Странник подзаряжается от электромагнитного поля, генерируемого человеческим организмом… – задумчиво произнёс Трип.
      – Это всего лишь предположение, – сказал Флокс. – Я могу и ошибаться.
      Не отвечая, Трип потянулся за сканером Рида.
      – Дай-ка. – Он поколдовал над кнопками, засёк показания. – Верно. Сканер показывает электромагнитное поле, очень слабое.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9