Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Рассвет судьбы

ModernLib.Net / Битнер Розанна / Рассвет судьбы - Чтение (стр. 15)
Автор: Битнер Розанна
Жанр:

 

 


      Хуанита пристально смотрела на него. – Пожалуйста, не сердись на меня в нашу первую брачную ночь, – тихо сказала она.
      Том закрыл глаза и вздохнул. Он наклонился и поцеловал ее руки.
      – Ложись спать, Хуанита. Одевай ночную рубашку и ложись. – Он встал. – Я выйду, пока ты будешь переодеваться. Но я буду спать около тебя, и ты не должна меня бояться.
      – Когда мы отправимся в наш новый дом? – спросила она, когда муж направился к двери.
      – Думаю послезавтра мы будем готовы. – Том открыл дверь. – Скажи Луизе, чтобы собиралась. Она поедет с нами. Она будет тебе нужна.
      – Нет.
      Он повернулся, удивленный ее реакцией.
      – Луиза мне как мать, и мне жаль расставаться с ней. Но лучше мы будем одни. Мне нужен только ты, Том. Я должна привыкнуть к этому.
      Том улыбнулся.
      – Ты права.
      – И я думаю… – волнуясь, она поднялась со стула. – Я думаю, что пока мы не построим дом, мы будем жить в фургоне.
      Он понял, что она пыталась сказать ему.
      – Да, это так.
      – Поэтому… поэтому раз мы муж и жена, – она опустила глаза в пол, – будет лучше, если мы… прежде чем уехать… пока мы здесь, где тихо и уютно.
      Он подошел к ней.
      – Хуанита, ты меня смущаешь.
      – Я знаю. Извини. Если… если ты сегодня сдержишь свое обещание, то, возможно, завтра ночью…
      Он приложил палец к ее губам.
      – Нет, Хуанита. Это нельзя делать по плану. И ты не будешь ложиться со мной из чувства долга. Я узнаю, когда ты действительно захочешь меня. Я не хочу, чтобы ты просто лежала и отдавалась мне. Все будет не так, как было у тебя с теми негодяями, поверь мне. Ты возжелаешь меня, как никогда никого не хотела. И не важно, когда и где это произойдет. А теперь ложись. Я скоро приду.
      Она подняла на него глаза.
      – Спасибо, – прошептала девушка.
      Он наклонился, поцеловал ее в щеку и вышел, чувствуя боль от того, что не может обладать такой красивой молодой женой в свою первую брачную ночь. Его терпение и сила воли подвергаются тяжелому испытанию. Но отец всегда говорил, что только люди с индейской кровью могут обладать такой силой воли. И эта мысль заставила Тома улыбнуться.
      – Могу поспорить, что тебе никогда не приходилось быть таким сильным, отец, – пробормотал он. – Думаю, на этот раз я тебя обошел.

ГЛАВА 21

      Прячась за огромной скалой, Том наблюдал за белым жеребцом, к которому присматривался уже несколько дней. Он выбирал время и место, чтобы было удобнее всего заарканить его.
      Гордый жеребец очень напоминал Храбреца. Том часто думал о том коне, вспоминая дни, когда он так старался обуздать его, чтобы привлечь внимание Хуаниты. Да, те дни безвозвратно ушли. Калифорния очень изменилась. Невозможно себе представить, что весной сюда хлынут новые потоки людей.
      Отец Хуарес оказался прав. Том очень быстро нашел себе помощников. Он нанял людей, даже не выезжая из Сан-Франциско, потому что многие из тех, кто работал раньше на ранчо, теперь стали безработными. Некоторые отправились в горы на поиски золота, но большинство предпочитало заниматься тем, что они уже умели, и возможность помочь управлять ранчо показалась четверым мужчинам заманчивой, хотя Том и предложил им весьма скромное жалование.
      У этих четверых имелись свои лошади и ружья, но работать им было негде, разве что подметать лавки американских торговцев или убирать на пыльных улицах конский навоз. Они сразу же ухватились за возможность уехать из города и заняться любимым делом; кроме того, им было бы лестно охранять такую красавицу, как жена Тома Сакса, сеньора Хуанита.
      А по дороге к своему новому дому Том нашел еще троих. Он безошибочно разбирался в людях и мог точно сказать, что среди его помощников нет предателей.
      Вне стен миссии Том поначалу испытывал некое беспокойство. Что, если кто-нибудь узнает Хуаниту и вычислит того, кто мстил за нее, и следы приведут к нему, Тому Саксу, таинственно исчезнувшему индейскому вожаку «плохих». Разукрашенный индеец прославил себя на долгие годы. Хотя набеги на поселенцев прекратились, разговоры о банде продолжались. Том сам слышал, как несколько людей говорили о том, кто возглавлял банду «плохих» прямо в его присутствии.
      Казалось, людей даже радовало то, что индеец не найден. Это давало пищу для разговоров. Конечно, многое было сильно преувеличено, иногда вожака представляли неким призраком, который неприкаянно скачет на коне по холмам Калифорнии, говорили даже, что он полузверь-получеловек и живет среди животных высоко в горах.
      Продолжая наблюдать за жеребцом, Том усмехнулся, думая о том, что он заработал совсем не такую репутацию, которую отец имел среди кроу. Те до сих пор боялись его. Какая ирония все же заложена в том, что Том приобрел дурную славу из-за любви к женщине.
      Эта любовь порой причиняла ему невыносимые страдания. Он был женат уже три месяца, но они с Хуанитой так и не были близки. Пару раз они находились на грани этого, но каждый раз Хуанита словно впадала в оцепенение, и он знал, что она просто пытается исполнить супружеский долг. Том не знал, как долго еще сможет продержаться, хватит ли у него сил не поддаться искушению овладеть ею на правах мужа? Но он знал, что никогда не сделает этого.
      Он делал все, что мог. Построил небольшой домик – их временное жилье. Как раз вчера съездил в Соному и купил ей тканей на занавески. Казалось, Хуанита довольна своей жизнью. Она оказалась прекрасной хозяйкой и готовила отлично – идеальная жена во всех отношениях, кроме одного.
      Чтобы не искушать себя, Том старался загружать себя работой и часто уезжал из дома. Проверял границы своих владений, строил изгороди, хозяйственные постройки, ловил мустангов и понемногу создавал свой собственный табун. Обычно он так уставал, что сразу же засыпал, едва его голова касалась подушки, и это было для него спасением. Кто знает, на сколько еще хватит его выдержки.
      Том вышел из укрытия и стал спускаться в долину, ведя за собой своего коня.
      – Пойдем, дружок, – тихо сказал он животному. – Настало время изловить этого белого жеребца. Думаю, наш друг находится сейчас в очень удобном месте.
      Том осторожно подбирался ближе, стараясь держаться под прикрытием скал и кустарников, чтобы не спугнуть свободолюбивого жеребца с дикими глазами.

* * *

      Хуанита смотрела из окна, как работники ранчо радостно приветствуют Тома, который привел с собой белого жеребца. Она спустилась с крыльца, чувствуя, как ее всю распирает от гордости за мужа. Это ощущение напомнило ей тот день, когда Том приручил черного жеребца и с гордостью привел его к ее отцу. Неожиданно она почувствовала теплую волну страсти, которая разлилась по телу при виде мускулистой фигуры мужа.
      Теперь Хуанита отчетливо вспомнила, что однажды уже испытала нечто подобное. Она вдруг поняла, что ведет себя по отношению к Тому очень жестоко, отказывая ему в том, чего он так страстно желает. Она не сомневалась, что близость с ней поможет ему исцелить сердце от остатков ненависти. Если его жена будет всецело принадлежать ему, он выиграет последнюю битву.
      Том подъехал к ней, улыбаясь.
      – Разве он не красавец?
      Белый жеребец встал на дыбы и натянул веревку. Хуанита засмеялась.
      – Да, он замечательный!
      – Я отведу его в загон и приду ужинать. – Том развернул коня и поскакал, ведя за собой жеребца. Хуанита смотрела на его широкие плечи, на гордую посадку в седле. Было совершенно очевидно, что поймав жеребца, Том одержал победу не только над ним, но и над своим увечьем.
      «Хватит, – пробормотала она, – я больше не буду тебе отказывать, любовь моя». Ее сердце отчаянно забилось от сознания того, что она желает его. Ей хотелось смеяться от радости. Она словно очнулась от кошмарного сна и увидела, что жизнь прекрасна.
      Хуанита быстро повернулась и вошла в дом. Она сделает ему сюрприз. Девушка поспешила в спальню и стала раздеваться.
      Прошло почти полчаса, прежде чем до ее слуха донеслись звуки его шагов.
      Том остановился на крыльце, послышался плеск воды, через некоторое время он вошел в дом. Девушка глубже спряталась под одеяло.
      – Хуанита?
      – Я здесь. – Она чувствовала себя одновременно и глупенькой, и взволнованной, и ужасно влюбленной.
      Он отдернул занавеску и нахмурился.
      – Что ты делаешь в кровати? Мы еще даже не ужинали. Ты больна?
      Хуанита закрыла глаза, собираясь с духом.
      – Нет, мой муж, я не больна. – Она посмотрела на него. – Просто я влюблена. – С этими словами девушка вытащила из-под одеяла руку, и он увидел обнаженное плечо. – Запри дверь и иди сюда, Том, пока я не растеряла свою храбрость.
      Его сердце забилось. Некоторое время он испытующе смотрел на жену, чувствуя, как горячая волна разливается по телу.
      – Хуанита, я не… думаю, что смогу остановиться на этот раз.
      Она улыбнулась, и он явственно увидел желание в ее глазах. Наконец-то!
      – Тебе не придется останавливаться.
      Он пошел к двери и запер ее. Затем вернулся к кровати и, не отрывая взгляда от лица Хуаниты, стал раздеваться. Она и раньше видела, как раздевается ее муж, но никогда не смотрела на него так, как сейчас. Он снял с себя все и сел на край кровати, затем наклонился и провел рукой по ее длинным волосам.
      – Что произошло?
      Ее глаза стали наполняться слезами.
      – Я… Я даже не знаю. Я весь день думала о тебе. А когда я увидела, как ты возвращаешься, ведя за собой жеребца, – такой гордый и красивый – я подумала о том, как быстро ты построил дом и как много ты работаешь.
      – Хуанита, это не может быть платой…
      – Нет. Я об этом даже не думаю. На этот раз все по-другому. Я… я почувствовала то же, что и тогда… когда ты приехал с Храбрецом. Я желала тебя тогда, хотя была совсем юной. Сейчас мне восемнадцать, Том. Я хочу быть настоящей женщиной. А больше всего я хочу ребенка. Тебе нужен сын, Том Сакс.
      Через мгновение все его тело словно охватило огнем. Он осторожно стянул с жены одеяло до самой талии, открывая полные упругие груди. Он видел их однажды, когда она была без сознания. Но сейчас ее темные соски заострились под его взглядом. Том нежно дотронулся до них.
      – Я люблю тебя, – прошептал он.
      И в ответ Хуанита притянула к себе его голову.
      – Я тоже люблю тебя, – прошептала она в ответ.
      Том весь дрожал, наслаждаясь ее красотой и нежностью ее кожи. Он стал исступленно ласкать губами и языком ее груди, чувствуя, как тело наполняется силой и энергией. Ее дыхание участилось, из полуоткрытых губ вырвались слабые стоны. Том лег под одеяло, и его руки стали жадно ласкать стройное тело Хуаниты. Ей не хотелось, чтобы он останавливался. Прошлое осталось позади, а впереди ждали удивительные вещи, которые готовы произойти между ними. Она отбросила все страхи и полностью доверилась любимому человеку. Сейчас все казалось ей таким естественным и прекрасным.
      От его ласк и поцелуев у нее сладко закружилась голова, с губ слетали нежные слова любви, произнесенные по-испански.
      Его смуглые мускулистые плечи нависли над ней, и неожиданно он оказался между ее ног. На какой-то миг Хуанита испугалась, но муж продолжал целовать ее, нашептывая слова любви, и она полностью отдалась во власть его рук и губ.
      Том охватил ладонями ее упругие ягодицы, немного приподнял ее. Наконец, это произошло – он, ее мужчина, ее муж вошел в нее. Это оказалось совсем не похоже на тот ужас, который она пережила с насильниками. Сейчас ей казалось, что она качается на волнах восторга, погружается в океан наслаждения. Волшебство любви заглушило все прежние страхи, победило жуткие воспоминания и боль. Хуанита почувствовала, что отвечает ритмичным движениям Тома, выгибаясь ему навстречу.
      Никогда еще Том Сакс не испытывал такого дивного наслаждения. С первой женой у него все было прекрасно, но Бесс не пережила того, что пережила Хуанита, и сейчас его задача заключалась в том, чтобы до конца разбудить в ней женское естество, вызвать у нее восторг и дать ей наивысшее наслаждение, его переполняла радость от того, что у Хуаниты пробудилось желание, возникла страсть.
      Он прилагал огромные усилия, чтобы не излить в нее свою живительную влагу до срока и дать жене возможность до конца насладиться мгновениями любви.
      Тело Хуаниты содрогалось, с каждым выдохом из ее груди вырывалось его имя. Она закрыла глаза и изо всех сил вцепилась в него, преисполненная дикого восторга от того, что все оказалось так восхитительно, как он и обещал.
      Хуанита вскрикивала, словно от боли, но он знал, что это крики наслаждения.
      – О боже, любимая, это так прекрасно! – простонал Том, продолжая своими движениями доставлять ей сладкие муки. Ему не хотелось прерывать это восхитительное состояние, но неожиданный оргазм потряс его тело.
      Тяжело дыша, он с обожанием посмотрел на ее стройное тело, невольно удивляясь тому, как он вообще поместился внутри ее.
      Наконец это свершилось! Она полностью принадлежала Тому Саксу. Никто и никогда больше не прикоснется к ней, кроме него. Те, кто когда-то сделали это, уже заплатили за все своей жизнью.
      Она открыла глаза и встретилась с ним взглядом.
      – Спасибо, любимая, – прошептал он. Хуанита улыбнулась.
      – Тебе понравилось?
      В ответ Том засмеялся и крепко обнял жену.
      – Я ничего подобного не испытывал за всю свою жизнь. Я люблю тебя, Хуанита. Я так люблю тебя! – Он поцеловал ее. – Теперь все будет хорошо. Это был лучший день в моей жизни. – Он приподнялся на локте и заглянул ей в глаза. – Как ты? Тебе было хорошо со мной?
      Она провела кончиками пальцев по его губам.
      – А ты разве не знаешь? Он улыбнулся.
      – Знаю. Просто хотел еще раз убедиться в этом.
      У Хуаниты на глазах выступили слезы.
      – Это было так чудесно. Я жалею о том, что так долго ждала этого. – Она немного помолчала, а потом добавила: – Возможно, мы сумеем наверстать упущенное.
      Это смелое замечание заставило ее покраснеть, а в его глазах опять загорелось желание.
      – Думаю, что сумеем. – Он прильнул к ее губам.

* * *

       – Дорогие родители,– читала Сара. – Я доехал до Сент-Луиса и решил остаться прямо здесь.
 
      Она взглянула на Калеба, чувствуя боль от воспоминаний. Именно там, в Сент-Луисе, они нашли любовь и пережили трагедию разлуки. И вот теперь их сын живет в том самом городе. Прошло столько лет, другое стало время, другими стали Калеб и Сара.
      – Ну, продолжай, бабушка, – нетерпеливо протянул Джон. – С дядей Джеймсом все в порядке?
      Сара смахнула слезу и вернулась к письму. Она попросила Джесса и Линду присоединиться к ним за ужином, чтобы всем вместе прочитать письмо. Стояла середина февраля 1849 года, и эту зиму Сара перенесла благополучно. Все были здоровы и готовились весной отправиться в Калифорнию. Нет смысла ждать еще один год. Одному богу известно, что он может принести.
 
       Я сразу же начал искать работу и в течение двух дней устроился на большой склад товаров. На часть денег я нанял учителя, чтобы получить степень выпускника колледжа. Моего босса зовут Гилберт Хейден, и он говорит, что со временем пошлет меня в более крупные города еще дальше на восток, чтобы присмотреть новые товары и быть в курсе последней моды. Мама, ты бы очень удивилась, увидев, как изменился Сент-Луис. Он совсем не такой, как ты мне его описывала. Скоро здесь закончится строительство железной дороги, чтобы соединить нас со многими городами и с Чикаго.
 
      На Сару вновь нахлынули воспоминания. Они с Калебом выросли как брат и сестра в теперешнем Чикаго, только тогда это был маленький деревянный форт. Она опять встретилась взглядом с Калебом, и он понял, что необходимо разрядить обстановку, иначе его жена разрыдается.
      – Жаль, что не было паровоза в те годы, когда я разыскивал тебя. Я бы сэкономил уйму времени. – Он запыхтел трубкой, озорно поблескивая глазами.
      Она печально улыбнулась.
      – Мы даже никогда не видели паровозов. Интересно, какие они?
      Калеб пожал плечами.
      – Как мне говорили, они – огромные. Большие, шумные и грязные, но быстрые. В отличие от лошади они могут ездить вечно, нужно только вовремя «подкармливать» их дровами.
      – Звучит так, словно они чудовища, – вставил свое слово Джон. – Они наверняка испугают любого зверя.
      Калеб кивнул, размышляя над тем, что станет с мирными равнинами, индейцами и стадами бизонов, если здесь проложат железную дорогу. Нельзя недооценивать белых. Прогресс возьмет свое. Скоро здесь появится еще больше людей, и они проложат и здесь дороги для своих стальных коней.
      – Ты собираешься дочитывать письмо до конца или я должен забрать его у тебя и прочитать сам? – спросил Калеб.
      Сара улыбнулась, вздохнула и продолжила:
 
       У меня все хорошо. Проблем никаких нет. Сейчас я чаще всего занят тем, что раскладываю товары по полкам и составляю их опись. Мистер Хейден учит меня, как вести учетные книги. Я живу в небольшой комнате прямо над магазином. Вы можете писать мне по адресу: Торговый дом Хейдена, Сент-Луис. Думаю, что я пробуду здесь долго и успею получить от вас письмо.
       Полагаю, вы уже слышали о том, что в Калифорнии нашли золото. Из-за золотой лихорадки дела у мистера Хейдена пошли в гору, и он уже открыл второй магазин. Сент-Луис переполнен людьми, которые готовы отправиться на запад. Их так много, что вокруг города вырос палаточный городок. Вам это будет как раз кстати, потому что в Калифорнию пойдет много обозов, и ваша поездка окажется гораздо безопаснее.
       Я в восторге оттого, что вокруг так много народа. Никогда не думал, что может быть так много людей в одном месте. Здесь есть школы, театры, игорные дома, таверны, парикмахерские, много врачей и есть фабрики, где делают различные вещи. До сих пор не могу поверить, что между Востоком и дикими равнинами такая огромная разница.
       Трудно представить, что Запад тоже когда-нибудь станет таким, но люди говорят, что так и будет.
       Многие думают, что Запад – очень опасное и дикое место, и те, кто собирается туда ехать впервые, расспрашивают меня обо всем. Я чувствую себя здесь важной персоной.
       Мама, я очень хочу, чтобы ты опять смогла побывать в Сент-Луисе. Я знаю, ты интересуешься последней модой и поэтому кое-что нарисовал тебе.
 
      Сара перестала читать, заглянула в конверт и вытащила оттуда еще один сложенный вчетверо листок бумаги. Она развернула его и, улыбаясь, протянула Линде.
      – Линда, взгляни! Мы совсем отстали от моды. Надо срочно брать в руки иголки и приводить нашу одежду в порядок.
      Обе рассмеялись, понимая, как глупо переживать из-за моды, живя в глуши среди индейцев. Сара опять вернулась к письму:
 
       Вы с Линдой будете смеяться над моими набросками, мама. Я бы послал и материал, но не слишком хорошо в этом разбираюсь. Лучше ты купишь сама.
       Уже поздно, мне надо ложиться спать, а утром я отправлю письмо. Я заканчиваю, мама, напиши мне, когда вы собираетесь ехать в Калифорнию. Я бы тоже поехал, но у меня здесь отличная работа и мне здесь очень нравится. Работа очень надежная, а попытка найти золото может обернуться неудачей. Кроме того, я только недавно обосновался в городе, и меня совсем не привлекает «Дикий Запад», как здесь его все называют.
       С любовью ко всем вам.
       Искренне ваш, Джеймс.
 
      Сара положила письмо на стол.
      – Ну, что, кажется, у него все хорошо. – Она старалась говорить бодро и радостно, но где-то в глубине души у нее зародилось предчувствие, что она больше никогда не увидит сына.
      Калеб кивнул и встал из-за стола.
      – Да, кажется, так. Пойду проверю кобылу. А вы с Линдой можете поразмыслить над этими рисунками. – Он посмотрел на Джесса. – Пойдешь со мной?
      – Конечно. – Джесс вышел вместе с Калебом. Сара знала, чем огорчен Калеб. В своем письме Джеймс ни разу не упомянул о том, как в Сент-Луисе относятся к индейцам. И вряд ли он сказал своим друзьям, что его отец – индеец.

* * *

      Хуанита закончила украшать торт. Сегодня вечером Том узнает, что она – беременна. Теперь у нее не осталось никаких сомнений. Весна растопила снега в горах, и весной зародилась жизнь в чреве Хуаниты Сакс. Она подсчитала, что беременна уже почти четыре месяца, значит, ребенок появится где-то в октябре. Том пошлет еще одно письмо родителям и сообщит им приятную новость. Сейчас почти май, возможно, к июлю они получат его.
      Хуанита пошла в спальню и придирчиво осмотрела себя в зеркало. Интересно, заметил ли Том, как располнела ее талия? Боже, сколько раз она благодарила судьбу за то, что ни один из насильников не сделал ее беременной. Господь сохранил ее для единственного мужчины, которого она действительно любила.
      Она услышала стук копыт, затем быстрые шаги по крыльцу. В дом ворвался Том. Сердце Хуаниты бешено забилось в ожидании плохих вестей. Но тут раздался его ликующий крик и счастливый смех. Хуанита ждала, когда он поделится с ней своей радостью, и не стала говорить ему о ребенке.
      – Хуанита! Сейчас я тебе кое-что покажу! – закричал Том, размахивая небольшим кожаным мешочком. Он развязал его и высыпал оттуда несколько золотых самородков.
      Хуанита взяла один из них и внимательно рассмотрела.
      – Похоже на золото!
      – Это и есть золото! Золото из нашего ручья, который бежит по нашей земле и спускается с нашей горы! Золото лежит на дне ручья, Хуанита, и это значит, что на горе его еще больше!
      Она в недоумении уставилась на него.
      – Золото?
      Он схватил ее за руки.
      – Золото! И оно наше! Мы богаты, Хуанита, очень богаты!
      В ее глазах заблестели слезы радости.
      – О, Том, ты уверен в этом?
      – Уверен, как и в том, что люблю тебя. Она улыбнулась, обнимая его.
      – О, Том, если это правда…
      – Если это правда, я смогу построить тебе великолепный дом. Ты будешь жить еще лучше, чем когда-то. У тебя будут слуги и…
      – Все, что мне нужно, это ты. Ты и наш ребенок! Он улыбнулся.
      – Я знаю, но жизнь станет для нас намного лучше, Хуанита. Мы заслужили это… – он осекся и посмотрел на нее. – Ты сказала «ребенок», как будто…
      Она улыбнулась и кивнула.
      – Где-то в октябре, я думаю. Том погладил ее по щеке.
      – Твоя новость намного лучше, чем моя, – мягко произнес он и заключил ее в свои объятия. – Никогда не думал, что буду так счастлив, Хуанита. Мы будем богаты, у тебя будет ребенок. Как бы я хотел, чтобы отец был здесь, но, вероятно, он не сможет приехать. Как ты думаешь, он поймет по Моему письму, как сильно я хочу, чтобы он приехал?
      Хуанита засмеялась.
      – Том, я ведь его даже не знаю. Как я могу сказать, что он подумает?
      – Я так скучаю по нему. Хуанита взглянула на мужа.
      – Нам сегодня есть, что отпраздновать. Я испекла торт. Я хотела, чтобы он был особенным.
      Том чмокнул ее в щеку:
      – А я испортил все новостью про золото. Ведь ребенок намного важнее. Я очень счастлив, Хуанита. – Он подхватил ее и закружил по комнате. – Какой день! Золото в моей земле и ребенок в моей женщине. Никто не может быть счастливее, чем я.
      Том поставил ее на ноги, и Хуанита посмотрела ему в глаза, в которых больше не было ненависти, а только любовь и радость.
      – Мы должны дать часть золота отцу Хуаресу и миссии, – сказала она.
      Том кивнул, все еще не в силах поверить в свое счастье.
      – Да, – он поцеловал ее в щеку. – Завтра я поеду в Соному и как следует проверю все документы на землю, а заодно оценю самородки.
      – Отец Хуарес говорил, что все бумаги в порядке.
      – Хочу еще раз убедиться. Она схватила его за руку.
      – Будь осторожен, Том. Я так не люблю, когда ты ездишь туда. Не могу отделаться от страха, что кто-нибудь узнает…
      – Никто ничего не узнает. Все позади. – Он встал на колени, обхватил ее за бедра и поцеловал живот.
      – Все, что мне нужно, – это здоровый ребенок и чтобы ты легко его родила. Это – главное.
      – Я чувствую сердцем, что все пройдет хорошо. Господь услышал наши молитвы. И он приведет сюда твоего отца. Вот увидишь.

ГЛАВА 22

      Сара не отрываясь смотрела на приближающихся индейцев. Среди них не было ни одной женщины, и все они были по-боевому раскрашены. Она подошла к Джессу, который уже приготовил ружье.
      – Что ты о них думаешь, Джесс?
      – Они не нападают. Это, должно быть, Калеб. Когда индейцы нападают, они издают воинственный клич.
      Она заслонила глаза от солнца, пытаясь разглядеть, нет ли среди них Калеба. Сара не особенно боялась индейцев. В конце концов, она – жена Голубого Ястреба, и Калеб научил ее, как это сказать на языке шайенов. Индейцы обычно не нападают на одиноких путешественников, хотя несколько ложных обвинений в их адрес все-таки прозвучало, и теперь их жестоко преследовали солдаты.
      Семья Саксов устроила стоянку около Южного Плато, по дороге в форт Ларами, где они собирались присоединиться к обозу, который движется на запад.
      Жизнь в Колорадо стала очень тяжелой. Торговля с Санта-Фе практически прекратилась и стала невыгодной, эпидемия холеры унесла жизни многих индейцев. Все эти невзгоды привели к тому, что разорившийся Вилли Бент сжег дотла форт, предварительно отослав на север жену-шайенку вместе с детьми.
      Семье Саксов ничего не оставалось, как покинуть свое небольшое ранчо и отправиться на поиски нового места. Но Линда отказалась уезжать из Колорадо, не убедившись, что с Кейлом все в порядке. Ей хотелось еще хоть раз увидеться с сыном, и Калеб отправился его разыскивать. Теперь, когда индейцы немного приблизились, Сара увидела среди них мужа, который казался выше ростом и шире в плечах, чем остальные. Он поднял ружье и крикнул.
      – Все в порядке, Джесс!
      Джесс опустил ружье, Калеб и еще один всадник отделились от остальных и поскакали еще быстрее. Другие индейцы остались ждать.
      – Джесс, это Кейл, – воскликнула Линда и бросилась бежать навстречу сыну.
      Джесс схватил ее за руку.
      – Подожди, помнишь, что Калеб говорил нам: «Шайены не показывают своих чувств на людях». Не ставь сына в неловкое положение, Линда.
      – Но это же Кейл!
      Джесс понимал ее состояние, но когда увидел, как юноша подъехал ближе, то понял, что это не тот Кейл, которого они знали два года назад. Теперь он стал настоящим индейцем. На нем были штаны из оленьей кожи, мокасины и жилетка из шкуры бизона. Лошадь и открытые части тела были раскрашены. Длинные волосы заплетены в косичку на боку, на голове торчало перо, на шее, как всегда, висело голубое ожерелье. Верхушка пера была отрезана по диагонали. Джесс достаточно много говорил с Калебом о шайенах и знал значение этого символа. Перо указывало на то, что индеец убил врага, перерезав ему горло.
      – Это не тот Кейл, которого ты помнишь, Линда, – тихо сказал он, когда дед и внук подъехали поближе.
      Калеб быстро спрыгнул на землю и с любовью посмотрел на жену. Сара знала, что ему хотелось обнять ее, но он не стал делать этого на глазах у других.
      – Найти их оказалось труднее, чем я думал. Шестнадцатилетний Кейл с улыбкой смотрел на мать. Он ловко спрыгнул с коня и воскликнул:
      – Мама! Как хорошо повидаться с тобой! Линда протянула к нему руки, но он слегка отступил назад, потом повернулся к Джессу и пожал ему руку.
      – Привет, Джесс. Джесс улыбнулся.
      – Не могу поверить, что это ты, Кейл. Ты стал таким взрослым.
      Кейл с гордостью улыбнулся.
      – Я уже участвовал в сражении. – Он указал на перо. – Ты знаешь, что это значит?
      – Да, сынок. – Джесс оглядел его. – У тебя все нормально?
      Юноша тряхнул головой.
      – Никто не мог справиться со мной. Джесс кивнул.
      – Отлично. Мы должны звать тебя Медведь, Парящий Наверху, но для нас ты все равно Кейл.
      Сара искоса наблюдала за Калебом, его глаза сияли, когда он слушал своего внука, казалось, ее муж был несказанно рад тому, что несколько дней провел с индейцами.
      – Медведь, Парящий Наверху, привел с собой друзей, – пояснил Калеб. – Становится слишком опасным ездить в одиночку. Очень много переселенцев с востока двигаются в Калифорнию, и им ничего не стоит выстрелить в индейца. – Радость в его глазах потухла, и он отвернулся, чтобы скрыть свой гнев.
      Зато Кейл не скрывал своей ярости.
      – Многое изменилось, – сверкнув глазами, сказал он.
      – Да, – печально кивнула Линда, понимая, что Джесс оказался прав. Перед ними стоял не тот Кейл, которого она помнила. Место маленького мальчика занял взрослый воин-шайен.
      Кейл взглянул на свою бабушку и, чувствуя, что та страстно желает обнять его, сказал:
      – Пойдемте. – Он повел их за один из фургонов. Там он повернулся к Линде и обнял ее. Она разрыдалась в его объятиях.
      – О, Кейл. Я так переживала. Солдаты… холера. Я не могла ехать дальше, не повидавшись с тобой.
      – Я рад, что ты послала дедушку отыскать меня. Я хотел еще раньше приехать к тебе, но мы боялись приближаться к форту. Ты права, вокруг полно солдат, и, кроме того, разбушевалась холера.
      Он осторожно высвободился из ее объятий и повернулся к Саре.
      – Как твои дела, бабушка? Сара едва сдерживала слезы.
      – Зима прошла хорошо, Кейл. Я себя отлично чувствую.
      Кейл взглянул на дедушку, который уже говорил о здоровье жены. Кейл знал, что Калеб очень переживает за нее и боится остаться один. Хорошо, что они переезжают в Калифорнию: говорят, там всегда тепло, да и время для поездки самое подходящее.
      Затем Кейл повернулся к своему девятилетнему брату.
      – Не может быть, чтобы это был ты, Джон. Ты так вырос! – с улыбкой произнес он.
      Джон засиял.
      – Это я, – гордо заявил он.
      Они обнялись, а затем Кейл опять повернулся к матери.
      – А где же моя маленькая сестричка, которую я еще не видел?
      Линда улыбнулась сквозь слезы.
      – Джессика спит в повозке. Пойди, посмотри на нее, Кейл.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23